скачать книгу бесплатно
– Что ты хотел, Сережа? – проговорила на выдохе максимально ровно, имитируя инфантильную героиню затрапезного мелодраматического сериала, который смотрела летом с бабушкой.
Для верности в конце даже вздохнула и, возвратив на него распахнутые глаза, замерла.
Градский заторможено моргнул и хмуро сдвинул брови.
«Не перестаралась ли?»
«Наверняка перестаралась…»
«Блин… Больше так не надо».
Ей нужно было оставаться спокойной. Выдержанной. Хладнокровной.
Только ничего не получалось.
В груди все кипело.
В таком случае ей бы помолчать. Дождаться ответной реакции. Понять настрой Града. Но из-за дурного волнения ничего не выходило. На языке вертелись нелепые предупреждения и угрозы.
В нервном порыве озвучила, к сожалению, самые бредовые.
– Имей в виду, у меня третий дан по дзюдо, – выговорила с паузами между словами, вроде как, неторопливо и спокойно.
Наврала, конечно. Секцию дзюдо она посетила один раз. Пару лет назад в их городок занесло неудавшегося спортсмена, женился он на местной королеве красоты – дочери главы администрации. Организовал свою секцию, видимо, рассчитывал на достойный заработок. Для привлечения народа Аркаша, так прозвали молодого тренера, заявился с официальным визитом в гимназию Доминики и пригласил всех желающих на бесплатное вводное занятие. Каким-то непонятным образом она оказалась среди взбаламученной толпы школьников. Только не прошло и десяти минут, как до Ники дошло, что делать ей в секции нечего. И вообще, как заявил физрук, из года в год снисходительно рисующий в журнале «отлично», Кузнецова и спорт – абсолютно несовместимы. Правду сказал, обижаться глупо. Для Ники уроки физкультуры – та еще каторга.
Чего не скажешь о Градском…
«Самоуверенный мускулистый кретин!»
На ее глупое предупреждение он отреагировал вопиющей мерзостью. Несколько раз оценивающе прошелся по ее фигуре. Неспешно. Нагло. Откровенно. С ног до головы.
Нику затопило смущение. Буквально бросило в жар. Горели не только лицо и шея. По ощущениям догадывалась, что красные пятна пошли по всему телу.
«Какой же он все-таки козел!»
Если у Кузнецовой в голове и вертелись еще какие-то смехотворные угрозы, вымолвить их она уже физически не смогла. У нее случился невиданный паралич.
– А ты, я смотрю, даже имя мое запомнила, – произнес Градский, и тон его показался Нике унизительно равнодушным.
Разве так разговаривают с девушкой? Пусть она и позволила себе лишнего… Ей стало чрезвычайно обидно, едва успела поджать губы, прежде чем нижняя задрожала. Покусала их изнутри, чтобы хоть как-то в себя прийти.
– Отменная память, – голос, который вышел из нее, ничего общего с ней не имел. Чужой и скрипучий. Странно, что у Града не возникло желания заткнуть уши. Она бы заткнула, если бы не боялась, что он увидит, насколько сильно дрожат ее руки. – Как у тебя дела? – сама не поняла, почему именно этот вопрос покинул ее рот.
Серега тоже не скрыл замешательства. Приподняв бровь, чуть сощурил глаза. И все-таки ответил.
– Не жалуюсь.
Сейчас девчонка не казалась ему злой. Выглядела настороженной. До предела взвинченной. Только не злой.
Это Градского очень даже устраивало. Решил, совсем чуток, для порядка, ее помучает и отпустит.
«Пусть живет гном…»
– Так… Что будем делать? – не выдержала Ника вновь повисшей паузы.
Скрестив руки на груди, нервно глянула на ухмыляющегося Градского.
Некоторые люди не переносили разрывов в разговоре. Стремились говорить без умолка о чем угодно, лишь бы заполнять неуютную для них тишину. Наверное, Ника была из таких. А вот Серега любил выдерживать продолжительные промежутки между предложениями и отслеживать реакцию собеседника конкретно на себя, а не на свои слова. Без болтовни истинное отношение человека к человеку, будь то смущение, страх, сексуальное желание, неприязнь или симпатия – все прет наружу.
– Так что, Сережа?
Со стороны Доминики преобладало смущение. Да такое сильное… Граду с подобным еще не приходилось сталкиваться. От нее уж точно не ожидал! Неделю назад она выглядела в разы увереннее и смелее, а сегодня, казалось, вот-вот «отстегнется» – лишится либо сознания, либо рассудка.
– Пойдем.
Зашагал к воротам. Предполагалось, что она без вопросов последует за ним.
– А-а… куда?
Ему пришлось обернуться, чтобы обнаружить ее стоящей посреди аллеи на том же месте, что и пару секунд назад.
– В кино, – прямо сообщил малолетке и припечатал взглядом, давая понять, что проблема все-таки не в нем, а в ней.
– В кино? – повторила ошарашено и запнулась. Миленько разрумянилась, эта ее фишка Граду не нравилась. Или нравилась… – Я, вроде как, выгляжу не очень.
– Именно поэтому я собираюсь тебя выгулять.
– Очень смешно, – буркнула Кузнецова севшим голосом. – Очень. Я так смеюсь, аж живот болит, – и обреченно двинулась к нему.
Никаких глупых девчачьих сомнений у нее не возникло. Она и не подумала ему противоречить.
«Значит, за базар малая отвечает».
«Используем…»
– Смешно, – повторил за ней и улыбнулся.
Она действительно выглядела забавно. И дело было не только в одежде. Губы надула. Несчастный взгляд в землю опустила. Ссутулив плечи, руками чуть по-детски заболтала при ходьбе. Нику, на самом-то деле, мало волновало, какой у нее вид. Обидело ее именно то, что он над ней посмеялся. Градский был в этом настолько уверен, будто она ему сама сообщила. Хотя, может, телепатически?
«Черт…»
Он никогда не обнимал девушек. Лапал, щупал, оглаживал… Себе в удовольствие, в общем. Только Леська, сестра, когда ее накрывала хандра, частенько просила обнять. Даже теперь, будучи замужней, бывало, заявится в родительский дом и прямиком в комнату брата – сама к нему прильнет, еще и требует, чтобы он ее в ответ «крепко-крепко». Он, вроде как, не понимал, зачем ей это нужно. Ему вот не нужно. Но, разве с ней спорить будешь, когда она и так расстроена?
– Жизнь такая скотская, – чаще всего Леська произносила именно эту фразу.
Иногда что-то еще добавляла, а порой на этом их вербальное общение заканчивалось.
Впервые у Сереги возникла схожая абсолютно иррациональная тяга – обнять Нику.
Не стал копаться в себе, почему это чувство появилось. Сразу отбросил – и все.
«Нет. Нет. Нет».
«На хр*н надо!»
Даже при условии, что она «отстегнется» в ту же секунду.
За каким-то чертом через футболку подхватил и натянул полоску ее лифчика. Резинка со шлепком вернулась в исходное положение. Ника обернулась, но ничего не сказала. Только глянула на него типа «Чё надо?». Треснула бы по морде, и то приятнее было, чем взгляд ее этот.
Плелась она неохотно, то и дело поправляя на ходу свои короткие шорты. Но Град еще медленнее шел. Сам не знал, отчего так тянул время.
Может, ждал, когда она заорет? Потому что она заорала.
– Какой же ты придурок!
– Еще раз, пожалуйста.
Будто ему после первого уши не заложило.
– Ты. Меня. Слышал.
Создавалось впечатление, что она собирается его ударить.
– Ну, придурок, и что дальше? – спросил спокойно, непрерывно глядя в ее сверкающие глаза. – Ты поорала, тебе легче? Тебя, вообще, как часто отпускает? Или ты что-то глотаешь, чтобы на людей не бросаться? Тик-так, – постучал пальцем по циферблату наручных часов. – Пора принимать лекарства, гном.
Он вовсе не собирался заводиться и зеркалить ее эмоции.
Он не собирался заводиться, потому что это не в его характере.
Он не собирался заводиться, потому что ему на нее и ее чувства плевать. Пусть сама себе бесится и орет, ему-то что? Не в его натуре рвать связки.
Да и чего ради, собственно?
Пока Град продуцировал в себе разумные, трезвые мысли и держал за грудной клеткой, как ему казалось, полный штиль, Ника тупо выставила перед ним средний палец. А потом, воспользовавшись его замешательством, развернулась и припустила к общежитию.
Толчок в грудь, как электростимулятор, в одно мгновение вытолкнул наружу хаос умерщвленных эмоций.
– За такое пальцы ломают, – прокричал ей вдогонку, не анализируя своего поведения.
Не сейчас. Не в эту минуту.
– Так давай, – крутанувшись, малая зараза продемонстрировала тот самый жест уже с двух рук. – Вперед.
Ярость хлестанула тело горячей волной. Скрипнув зубами, умышленно прикусил язык до крови.
Если бы и знал какие-то определенные методы борьбы с гневом, воспользоваться не успел бы. Эмоции неслись быстрее сознания.
Ринулся за Доминикой. Схватил за плечи и встряхнул с такой силой, что зубы клацнули.
– Ты зачем нарываешься? Совсем дура?
– Сам ты дурак, Градский!
– Гном, я тебя уже почти ненавижу.
– А я тебя уже давно!
– Мы знакомы неделю.
– А я ненавижу тебя с самого первого дня! Мне хватило… – задохнулась. Глотнула воздуха, чтобы закончить. – Мне хватило одного дня, чтобы в тебя… Хватило одного дня, чтобы тебя возненавидеть!
Ее трясло. Она запиналась и задыхалась. А он смотрел на ее рот и ждал, пока она выплеснет весь свой гнев, будто ему это тоже нужно! Кожу на подбородке, куда ударялось ее беспорядочное горячее дыхание, вопреки южной духоте, осыпало мурашками.
«Что еще за фигня?»
Разжимая пальцы, осторожно отодвинул «прокаженную» малолетку. Ему, в принципе, не стоило ее касаться. Он же ее либо придушит, либо… чего хуже.
Кузнецова, похоже, решила, что их сражение окончено, и собралась уносить ноги.
– Счастливо, придурок!
«Пусть пиз*ует!»
«Флаг ей в зубы!»
«Е*анутая…»
И все-таки…
– Я тебя не отпускал.
Граду не требовалось повышать голоса. Стальное спокойствие в его грубоватом от природы голосе и без того вызывало у многих мандраж.
Не замечая глазеющих со всех сторон людей, Ника обернулась.
– Что, прости?
Напряженный прищур Града не был как-то связан с ее раздраженным фейсом. Заговорил он ровно, без всякой там злости.
– Ты мне так ничего и не доказала, Кузя. Холодный и пустой? Стреляться или драться? Ты сильно борзая, Кузя? Так отвечай за свой базар. А то орать и словами разбрасываться – это ты быстро. Влезла без мыла туда, куда нормальные добровольно не сунутся. Ты мне, Кузя, что-то доказать решила? Ты? Ты накосячила. А теперь, что? Ближе к теме, ссыканула. Сваливаешь. Это нехорошо, – наехал на нее, конечно, жестковато. Словно не девчонка перед ним, а дворовые раздолбаи. Словами и тоном хладнокровно припечатал. Уловил перемены в ее настроении моментально. Она сто раз пожалела о своих выкрутасах. – Сегодня ты ничего не решаешь. Я сказал, мы идем в кино, и мы идем в кино, понятно тебе? В следующий раз хорошо подумаешь, прежде чем открыть рот.
Нике пришлось долго смотреть на Града, пока он втрамбовывал ей всю суть возникшего между ними конфликта. Доперла, что дура. Мысленно согласилась. Осознала, что лучше бы ей с ним вообще не связываться. Решила, что нужно постараться замять инцидент.
Смотрела на Града. Смотрела. И слов не находила. Не знала, как себя переломить. Невольно отмечала, какой он против нее… Большой. Не только в рост пошел. Крупный. Грудь широкая. Плечи массивные. Под свободной футболкой отчетливо угадывался внушительный рельеф мышц.
Понятное дело, Град не выглядел прямо-таки отталкивающим, как она сдуру ляпнула. Его напряженные скулы, твердая линия подбородка, несколько мелких шрамов на лице и более выразительный, рассекающий височную долю головы, пронзительные темные глаза – все это, конечно, производило впечатление. И моментами даже пугало. Но, вопреки всему, почему-то не отталкивало.
– Может… – она очень постаралась, чтобы голос прозвучал максимально доброжелательно. – Хм… Сережа, давай просто забудем о нашей нелепой стычке. И сегодня тоже все неправильно. Давай забудем обо всем!