Орден Волонтёров

- Оно верно. По возможности. Неурожай сказывается.

- Ханна, сколько лет тебе? Замужем ли? Присядем давай.

Ханна толстая. Ей тяжело долго стоять. Она быстро метнула кувшин, пару кружек и пончики с кремом на столик в углу. Святая женщина!

- Ой, неудобно мне, такая знатная дама мной интресуется. Я была замужем, три года. Муж меня бросил. Бесплодна. Ушёл, исчез. Соломенная вдова. Я почти молодая ещё, мне двадцать шесть. Должность хорошая, приданое не растранжирила. Только кому я нужна, пустая?

- В следующий раз к доктору Микаэлю пойди, он теперь часто тут будет, графиню смотреть. Не стесняйся, плату возьми приличную. Он деньги любит. Если можешь родить - скажет. Бывает муж бесплодный, а на женщину вину валят. Кое что сейчас скажу - вес у тебя лишний. Он тоже сильно мешает зачатию. Стройней Ханна!

- Похудеешь тут! Пока готовишь, пока с готового пробу снимешь, так наешься! Потом положенное мне по должности питание надо съесть.

- Так уж и надо?

- Не пропадать же моему кровно заработанному добру. Я продукты не ворую, все видят и знают. - обиженно поджала губы толстуха.

- Для здровья вредно переедать, Ханна. Не слушай, когда говорят толстый, значит здоровый. Это по молодости лет ты подвижна. Скоро суставы начнут разрушаться от тяжести. Не сможешь работать. Слушай меня и слушайся - стань стройной, здоровой девушкой.

- Слушаюсь, Ваша Светлость. Только девушкой уже не получится.

Мы засмеялись. Перехожу к сути моего посещения, диета графини. Тут работаю тоже на установках. Ничего сверх положенного не давать никому, ни самой Ингрид, ни приближённым.

- Я лично буду забирать питание и снимать пробу. Что и как готовить, тоже напишу.

- Неграмотная я, госпожа. Память хорошая, если что спрошу.

- Ты не простая кухарка, даже на старшая, Ханна. Ты - шеф повар у правителя в замке! Ты обязана быть грамотной! Стыдно! Тебя легко могут обмануть. Пока читать не научишься - никаких нигде крестов не ставь, поняла?

- Когда мне учиться, госпожа с утра до ночи при кухне.

- Как ты считаешь, хорошо ли у тебя дело отлажено? Умелые ли твои подчинённые?

- Сама всему учила, не жалуюсь, иногда портачат, но в меру.

- Вот и проверь их в самостоятельности. Так и скажи - проверка. По результатам отзывов трудящихся будет либо повышение, либо понижение по службе. А в свободное время по вечерам приглашаю в мои покои. Учить буду, быстро научу. Женщина ты умная.

- Муж говорил - дура, тупая, уродина бестолковая. Зачем на тебе женился?

- Ну и где он сейчас? Небось пропал, сгинул в канаве придорожной, а ты - царица кухни! Шефиня! Спасибо за угощение, за науку, тёплый приём, меня наверно потеряли.

- Да что Вы, это я низко кланяюсь. Приду ввечеру, после растопки камина, можно?

- Нужно! Я вечера в покоях Её Сиятельства провожу.

Царица кухни взяла блюдо с пончиками. Ну, момент истины! Вышла вслед за мной и угостила самых мелких поварят. Аллилуйя!

Свой человек в высшей иерархии слуг кухни правительственной резиденции это доступ к любому человеку замка, но не с любой целью. Сама кухня - информационный центр. Здесь знают всё обо всех и всегда. Слухи стекаются с разных сторон. Здесь голая правда, без прикрас. Я не любопытна. Мне, как Ханна говорит, по должности положено.

Глава 67

Амелинда.

Выбралась из кухонного полуподземелья. Идалия с Эммой вероятно продолжили обход без меня, когда ещё предоставится возможность сунуть нос в чужую жизнь. Пора сходить к Милли, нужно подняться выше этажом, то есть снова тащить нашу Светлость через воняющее правое крыло, до центра, оттуда по лестнице наверх.

Это зачем тут дверь в кабинет чуть приоткрыта? Неужели чтобы я вошла в самый подходящий момент? Подходящим он был потому, что Элимар додавливал Хеса аргументами за высокую цену на муку.

- Оно понятно, что запас нужен, город большой.

- Да, да, рад что вы понимаете! А ну как опять неурожай?

- Третий год подряд, упаси Боже! Может малую толику уступите, много ведь беру.

- То то и оно, что много. С чем сами останемся? Немного уже уступил, довольно.

- Разрешите спросить, кто чем доволен? - я влезла в дверь и в разговор одновременно, с разгона.

- Я очень доволен, что Прекрасная Дама соизволила нас посетить, но мы занимаемся скучными вещами, Ваша Светлость.

Ясно, Элимар хочет вежливо выпихнуть подмогу.

Хессел интуитивно понимает, что вдвоём дожать оппонента легче, он рад моему приходу, но неудобно, что женщина в важный мужской разговор влезла. Залебезил:

- Вот, хозяюшка моя пришла. Женщины больше в пропитании смыслят. Скажи мне, жена, сколько муки купить для города?

- Давайте считать. Сколько ртов? На какой срок? Норма хлеба на человека?

- В Леувардене около двух тысяч человек, без малых детей. На два месяца хотя бы закупиться, там уж трава пойдёт, больше молока, яиц, рыбная путина опять же...С марки ржаной муки сколько хлеба выйдет, Линда?

- С ольденбургской марки? Фризская марка меньше. У них берём, их весом взвешиваем и считаем, верно? Грамм примерно триста пятьдесят хлеба. На день нормально.

- Ваша Светлость, что вы называете граммом?

- Существует очень удобная метрическая система измерения всего. У некоторых племён русичей принята за основу. Десятичная. Всё кратно десяти. Очень удобно считать. Потом расскажу.

Ну так я считаю: Одну марку, двести пятьдесят грамм умножим на две тысячи человек. Получается в день на город нужно десять мешков муки. На два месяца надо шестьсот мешков муки, по пятьдесят килограмм. Один килограмм граф, это четыре марки. То есть в мешке должно быть двести марок. Полновесный мешок. Примерно так.

Всё то время, пока я в уме производила последние действия, Элимар черкал стилосом по вощаной табличке. Подчеркнул.

- Видите, Ваша Светлость, какое сокровище вы у меня из под носа увели? Новая метрическая система! Устный счёт быстрее, чем у меня письменный. Как вообще возможны такие успехи в счёте у женщины? Невероятно!

- Ваше Сиятельство, замуж меня долго никто не брал. Рукоделие не люблю. Вот, со скуки начала изучать математику. За пять лет поднаторела.

- Кроме первой свахи, госпожа Амелинда могла бы стать первой экономкой всего моего графства!

- Ещё не всё потеряно граф! Вы можете назначить мою супругу первой экономкой объединённого королевства.

- Что я слышу?!

- Чего ждать? Пока наши дочери подрастут? Пока Франкия с Британией навоюются, помирятся в очередной раз, и обратят свой взор на Германию?

- Вы предлагаете несколько ускорить ...

- Объединиться сейчас. Какая разница на ком женятся или выйдут замуж дети? Мы - близкие соседи. Два народа с общим корнем. У нас выход к морю, рыба, соль, луга, скот и фризы. У вас - большая территория, леса, водные пути - реки. Если, то есть когда объединимся...

О, как! Даже слова одни и те же, уверен крепко - накрепко, что это его решение.

- Извините, что перебиваю, муж мой. У меня дела. Давайте закончим с мукой. Дело, как я понимаю в цене?

- Не только. Половину с трудом наскребу.

- Значит вторую половину будем брать в гильдии. Прошу напомните мне, Ваше Сиятельство, последний закон, проголосованный в ратуше. Помните, когда карантин закончился?

- Помню. Цена на основные продукты питания ?

- Повышается только с обоснованием причины, с разрешения Совета. Там помнится ещё продавцы висели на рыночной площади. Повешенные за ноги. А ведь закон для всех один!

- Хессел, друг мой! Верни свою жену обратно! Главным советником!

- Ой, пользуюсь случаем, дорогой граф, Вы дадите согласие мне присутствовать на Совете графства? Ваша супруга в декрете, я бы могла...

- Господи, куда её опять понесло? Далеко этот Декрет?

- Новое понятие, всего лишь. Дородовой и послеродовой отпуск от дел для женщины. Так можно присутствовать?

- Ни в чём не могу отказать Прекрасной Даме! С галереи над центральным залом прекрасный обзор! Удобные кресла и столик с угощением.

Мизогинист чёртов! Женоненазавистник! Мужлан!

- Моя самая искреннейшая благодарность, спасибо за приглашение, непременно буду. С сожалением покидаю общество умнейших мужей нашего общего будущего королевства! Пока, милый, чмоки - чмоки!

Элимар почувствовал, что я его притоптала. Не понял в чём и как.

В кабинет между делом зашла, а дело то какое было? А-а! Миллисент. Второй этаж. Помпезная лестница растроилась: далее вверх, и по две ступеньки налево направо, на узкую галерею, с которой мне и предстоит наблюдать Совет. Обзор действительно хороший, столик и кресла действительно есть. Только вякнуть оттуда сверху я ничего не смогу. Или смогу?

Девочка полулежала в постели. Ей читала вслух фрейлина. Утончённая, с деликатными формами девица в роскошном фиолетово - оранжевом котарди, семейной расцветки, настолько была похожа на свою мамочку, баронессу Габриэллу фон Нотбек, что я не усомнилась ни на секунду в родстве.

- Добрый день, Ваша Светлость, - приятным голосом произнесла девица, склонившись, о Боже! в некотором подобии французского реверанса. Я лишь кивнула в ответ, вот они прелести прогресса этикета, в действии.

- Лежите, Милли. Я присяду к Вам. Как самочувствие? Животик не болит?

- Болит немного. Мне скучно лежать, можно я встану?

- Ваша Светлость, ей нельзя вставать, положено лежать.

- Милли, доктор велел лежать?

- Нет. Он поздравил меня со знаменательным событием. Его супруга преподнесла подарок. Вот. Что с ним делать? Это что?

Виконтесса достала из за подушек свёрток. Труселёчки, шортики - юбочка и гигиены женские. Лисбет, спасибо!

- Идёмте за ширму. Баронета фон Нотбек, Вы тоже. Так и вот так , а эту сюда, удобно? Юбку - шорты сверху. Поправьте ей котту сзади. Пару штук на день хватит. На ночь всегда свежую. Мыться дважды в день. Баронета, следите за этим. Миллисент ещё не привыкла, может забыть.

- Ой! Можно нормально ходить, как хорошо! Не то что, с этой простыней между ног.

- Приходите вечером к маме, она соскучилась. Ей тяжело к Вам на этаж подниматься.

- Правда? Соскучилась? Я тоже так скучаю, уже третий день матушка к себе надолго не приглашает. Уторм прихожу поздороваться и всё!

Подумать только. Старшие дети к родителям по приглашению ходят.

- Она просто немного подурнела с лица, скоро роды. Не хочет лишний раз никому показываться. Но очень скучает и любит. Её нельзя сейчас ничем расстраивать и волновать, пока ничего ей не говорите, что стали девушкой, хорошо? Приятная весть - тоже волнение.

- Ладно, я буду рассказывать, как мне понравился жених, чтобы была спокойна за моё будущее.

- Умница, правильно. Правда понравился? Он очень хочет нравиться. Мечтает весело проводить с Вами время, любит собак, лошадей.

- И плавать по морю, я никогда не видела море.

- Скоро Вы едете в гости, во Фризию.

- Надолго?

- Как родители договорятся. Вас хотела увидеть леди Кларисса, можете к ней зайти или к себе позвать.

- Я побежала!

- Благовоспитанные девицы не бегают! - что это я? В Эмму превращаюсь?

Мне тоже нужно бежать. Моя вылазка была длительной, за это время графиня могла полпоросёнка съесть. Мне нужно бдить!

Торопливо иду по коридорам, там, где они пересекаются с залами освещение лучше, видны изображения на гобеленах. Они своего рода обои и утеплитель одновременно. А ещё - история этого места. Такая вот разархивированная папка времени с файлами, слайд -шоу.

Некоторые очень старые, лет по сто им наверно. Поблёкли растительные красители, поистрепались от чистки нити, но, всё равно красиво, интересные сюжеты словно оживают в неровном, колеблющемся свете факелов.

Фигуры идут, сидят, пируют, сражаются, читают, танцуют, есть томные , романтичные сцены свиданий, благородные дамы и рыцари нежно смотрят со стен, дарят цветы.

Не встретила ни одного гобелена где трудятся, держат в руках орудия труда. Предложу идею, хотя бы в Мюнне. Пора начинать прославлять человека труда. Вышьем для начала сельскую ярмарку! Песня уже есть.

Интересно бы было летом провести конкурс - выставку - продажу гобеленов и рукоделия дам. Рыцари вон друг в друга копьями тычут, прославляются, а Дамы? С детства до старости с иглой, а где cпрашивается рост, где карьера? Лучшая мастерица графства получит награду.

Точно! К балу выпускниц сделаем, объявим по всему нашему графству. От мастериц Фризии образцы привезём. Надо изготовить подрамники, разослать объявления, придумать приз...Всё, попёрло, не удержать.

Идеи прут словно из воздуха, настрой мозга - оптимистичный. Он взбодрился к интенсивной деятельности. Спала мрачная пелена последних трагичных дней, снова хочется жить, творить, любить!

С последним не выйдет. Ты, дорогуша собралась в покоях графини ночевать, бдить, чтобы не жевала лишнего, не пила много, не расстраивалась.

Нет, так тоже не пойдёт. У меня муж последние два - три дня со мной, скоро надолго уедет. А я собралась вместо доброго мужского храпа всю ночь слушать, как Ингрид в горшок дзинькает? Надо придумать, чтобы и волки были сыты и овцы целы. Конечно всё равно кого то где то в итоге съедят, но меня это не касается.

Ну вот, вовремя успела! Отворяю дверь покоев графини, а там... Урсула принесла один за другим три подноса еды. Система подачи отлажена: собственноручно приготовленные, опробованные Ханной в отдельной кухне блюда, приносит лично Урсула. Ей помогает старый стражник, её муж. Отравить графинечку при таком раскладе невозможно. Только закормить до смерти.

Столик уже придвинули к кровати, она сидит с подушками под спиной, свежее,чем утром. Выспалась. Откушать желает. Сейчас тебя покормят. Сейчас мы будем кушать!

- Ах, как я рада вас вновь увидеть, милая госпожа герцогиня. Я так чудесно отдохнула после вашего массажа! Даже аппетит появился! Разделите со мной трапезу?

Великая вещь этикет! Она не могла не пригласить вышестоящую даму угоститься, если сама собиралась поесть. Теперь я, находясь, типа за столом, могла пригласить других, нижестоящих особ, если захочу.

- С превеликим удовольствием разделю, Ваше Сиятельство!

Да так разделю, что тебе, обжоришка, мало чего достанется.

Кое что Ингрид всё таки досталось, а именно: целая перепёлка, небольшой кусочек пирога с сыром, тушёная морковь с яйцом, и отдельно я заказала ей мочегонный отвар.

Всё остальное быстро исчезло в желудках фрейлин, не могла же я, будучи приглашённой к столу смотреть в голодные глаза пяти девиц. Достаточно было сказать:

- Угощайтесь, девушки! - как они щебеча и жеманясь, как маленькие хищные птички, проворно, с изяществом, растерзали обед графини за пару минут. Если она действительно сама собиралась всё съесть, то я её фактически спасла от обжорства, изжоги, вздутия, и несварения желудка.

Вместо десерта я решила подкормить Ингрид новостями:

- Слышали? В Хаггене пожар был? А на наш Мюнн разбойники напали? Все конечно слышали. Но прослушали мою интерпретацию, из первых уст. Ничего лишнего не сказала. Никого не раскрыла. Рядовые, можно сказать события. Постоянно горит, постоянно нападают.

Новости здесь заменяют телевидение, соцсети, интернет. Приехать в гости и не рассказать новости - просто неприлично! Ахи, охи всегда гарантированы.

Эх, была бы в достатке бумага, можно газету выпускать, какой нибудь «Мюннский вестник», с разделами светской хроники, моды, хозяйственными советами, аграрными методами, политические новости, письма читателей... Кроссворды, календарь...

Я вроде бы мужу предлагала наладить производство бумаги из водорослей, воды и солнца. Оставлю лучше этот лакомый кусочек себе, лично. Мало ли на какие дамские капризы мне понадобятся средства? Каждый раз клянчить? Так можно независимость потерять!

Печатный станок нужен. Ничего сложного ведь. Шрифты свинцовые, шиворот - навыворот поворотно - выпуклые, наборщик грамотный. Краска. Матрица для сборки. Прокатка....Да что ж несёт меня так сегодня? Куда?

На Совет графства Ольденбургского и герцогства Фризского пора нестись, не то займут лучшие места на галерее, возле моего столика с угощением.

Глава 68

Амелиндa.

Расположились мы с госпожой Генриеттой, главой городского женсовета, удобно, в торце галереи, напротив так сказать сцены.. Мы были здесь только вдвоём. Столик с сухофруктами, морсом и орешками в меду накрыт. Пара кресел без спинки также наличествовала. Высокие перила галереи скрывали нас, сидящих, и не препятствовали обзору зала внизу.

Двое слуг мужчин заканчивали уборку, дометали влажные опилки ко второму выходу в правое крыло.

- Опилки куды?

- В нужник высыпай! Хозяин бранился за вонь шибко. В кажную дырку.

В первую дверь из холла, уже входили самые ответственные товарищи, государственные мужи и землевладельцы. Запах хвойного леса, древесины наконец перебил вонь из правого крыла.

Чёрно - белая шахматка пола служила контрастным фоном для попугаисто одетых мужчин. Некоторые начали рассаживаться вдоль стен по стульям и лавкам. Более цветастые попугаи занимали места в партере, перед столом на подиуме. Я узнала папаш наших пансионерок.

- Госпожа Генриетта, когда бароны успели прибыть? Совет ведь назначен внезапно?

- Ваше сиятельство, так у многих дома в городе. Зимой здесь живут, с семьями. Бывает на пару недель приезжают, по делам.

Зашли представители городского патрициата, не родовитые, но значимые в управлении и экономике графства люди. Генриетта продолжила пояснять:

- Судья вон тот, старенький. Шульгейтс с ним рядом. Этот толстяк - бургомистр. Вон тот красавчик молодой, разряженный - глава гильдии торговцев зерном, мукой и крупами.

Вошли Андреас с Вальдемаром и Микаэлем. Земельные рыцари графства тоже были приглашены. Дядюшка почему то уселся возле самого входа, не по чину. Однако самоуничижаться никем не запрещено.

Появился наш Ольденбургский епископ, вместе с приором Ордена госпитальеров. Они оживлённо разговаривали на ходу и уверенно прошли к никем не занятым местам в первом ряду. Последними вошла гвардия Хессела, без оружия. Как делегаты второй стороны. Вольф и ещё четверо из них были из знатных родов Фризии. Представительство соблюдено.

Сверху вся картина напоминала мне театр перед началом представления. Приглушённый гул многих голосов, поиск своего места, кашель, стук. Напротив нас на галерее появились трубачи, четверо.

Заорали дурным голосом фанфары. Трижды. В установившейся относительной тишине кто то громко многократно чихнул. На него шикнули сразу несколько голосов.

С правой стороны вошли вдвоём мой муж и граф Ольденбургский, за ними вдвоём наследники Харальд и Гилберт. Они уверенно прошагали к высокому столу, сели в центре, рядом. Стена за ними была украшена флагами графства и герцогства. У Фризии оригинальный флаг: семь листьев кувшинки с семью бело - голубыми полосами. Символика семи прибрежных земель.

Я стала проникаться значительностью исторического момента. Объединение двух прежде враждующих государств - второе, после чумного Кодекса, крупное попаданское вмешательство в ход истории. Груз ответственности давил , но не сильно. Я подвинула кресло ближе к перилам, любопытство во мне всегда пересиливает осторожность.

Откуда то сбоку тихонько примостился в торце высокого стола секретарь, тот же, что работал в суде, я его узнала.

Судя по солнцу, что навязчиво лезло в стёкла витража и узких окон, было около двух - трёх часов дня.

Элимар, как хозяин, открыл Совет. Объявил только один вопрос: обсуждение пунктов условий Договора объединения государств.

Я стала лихорадочно вспоминать эти пункты:

желательное, но не обязательное заключение браков между наследниками.

Снятие таможенных пошлин, проездных пошлин и ограничений на торговлю.

Общая регулярная армия.

Общее законодательство, в том числе налоговое.

Два бюджета отдельных, один общий.

Раздельные регалии для герцогства и графства, общие - для королевства. Над этим уже работает геральдическая комиссия.

Название нового государства, состоящее из частей названия двух высоких объединяющихся сторон.

После более менее спокойного течения Совета, именно из за него поднялся страшный шум. Никто и не вспомнил, что главный вопрос - нужно ли вообще это объединение, даже не обсуждался. Хитрый приём, сосредоточиться на частностях, отвлекая внимание от сути.

После получасового хая и ора, где всем дали выпустить пар, приняли название королевство Ольдфрисландское. Одних устроило, что их часть упоминается первой. Вторых, что название их страны присутствует полностью. Тщеславие аристократии удовлетворено. Всегда можно найти компромисс. Было бы желание.

Несколько напряглись все присутствующие при озвучивании верховной власти. К титулу Элимара добавилось - король Ольдфрисландский. Хессел остался при своём.

То есть ничего не потерял в знатности, но приобрёл возможность стать королём. Пока этот вопрос не выносился на обсуждение. Не надо загружать умы сразу. Но раз императоров выбирают, то королям чего теряться?

Обсудили всё сначала устно. Придя к согласию, стали работать над письменными формулировками. Народ наорался, в глотках пересохло, и вообще, как можно на трезвую голову такие важные дела обсуждать?

Несколько возгласов « Глотку бы промочить!» , « Насухую мозги не работают!», и вот уже в двойную дверь со стороны кухни протискиваются с подносами трое слуг. Мы с госпожой Генриеттой тоже решили выпить любезно предоставленный отвар. Орешки в ходе совещания я на автомате сщёлкала, сладкие, залипательные заразы!

Вальдемар.

Занял стратегическую позицию в холле, перед входом в центральный зал пораньше. Мимо меня никто не пройдёт. С каждым пришедшим вошедшим поздоровался лично, приветливо, раскланивался, расшаркивался и улыбался столько, что щёки свело и раненая нога разболелась.

Всё чисто. Мысли конечно разные, в том числе и о моей персоне, но таковы издержки моей профессии. Видимо зараза в этот слой общества проникнуть не может по определению. Слишком высок уровень секретности.

Не бывают высокопоставленные знатные персоны без биографии и длинной вереницы предков. Они не могут исчезнуть, потерять память и вернуться ниоткуда. Придётся слишком долго доказывать, что ты - это ты, забыв напрочь, собственно кто ты есть такой?

Запрограммированные диверсанты из прослойки. Те, кто может переезжать, часто менять работу, исчезнуть в одном месте и появиться в другом. Те, кого много. Кто не на виду.

Сразу поутру, как только мы приехали, вчетвером испросили срочной аудиенции у графа. В коридоре , да и в кабинете ощутимо пованивало туалетом. Хозяйка в декрете, порядка нет.

Неудобства располагались прямо в замке на первом этаже. Учитывая количество одномоментно находящихся в здании людей...нужно срочно что то делать. Мы были так ошарашены газовой атакой, что не сразу вспомнили о цели своего визита. Микаэль прямо заявил:

- Не хочу обидеть ни в коем случае Ваше Сиятельство, но воняет знатно! Отвратный запах, да будет вам известно сигнал опасности, данный нам природой. Он предупреждает: болезнь близко, беги!

- Куда бежать предлагаете? Мы тут всем родом уже который век гадим, как то привыкли к месту, знаете ли! - отшутился граф. Но было заметно: замечание его задело.

- Герр Микаэль, мы по другому вопросу, - успокоил медицинский пыл Андреас.

- Ваше Сиятельство, речь идёт о группе диверсантов, очень давно засланных и действующих на территории нашего графства, многое строится на предположениях, но фактов ещё больше, начал я докладывать.

- Сядем. Слушаю. Мы в курсе пожара и нападения на Мюнн. Что ещё было?

Я не торопясь, обстоятельно рассказал обо всех событиях последних дней. Показал допросные листки. Не упомянул только, что Джерт Игнац ранее был лесничим в Зивере. Биография моей будущей супруги Леонтины должна быть чиста. Позаботиться о том, чтобы его прикопали, пока никто не опознал, успел.

- Понял Вас. Значит целая сеть провокаторов конфликтов, диверсий. Возбуждение враждебных действий вплоть до войны. Кому это надо?

Мы вчетвером упёрли глаза в пол и молчали. Промолчал и граф. Постучал пальцами по столу. Задумчиво произнёс:

- А ведь сегодня самый удобный случай, внести раздор в наши ряды. Однако Совет отменить никак нельзя. Что делать?

- Предлагаю усилить внешнюю и внутреннюю охрану. Оцепление вокруг замка. Расставить снаружи дополнительные посты. Четыре патруля проверяющих. Непрерывно.

Опыту Хессела можно было доверять, но он как человек военный думает только о внешней угрозе.

- Я возьму на себя наблюдение за слугами, Ваше Сиятельство. Человек я чужой. Для меня все одинаково подозрительны.

- На том и порешим.

Когда ждать уже было некого, внешнюю дверь заперли на мощный засов. Внутренняя стража замка рассредоточилась по этажам, ненавязчиво контролируя входы и выходы.