Орден Волонтёров

Оформлена дарственная на имя, внимание: герра Микаэля фон Тургезе! Просто рыцарь стал рыцарем земельным. Получил приставку «фон». Вторая ступень иерархии отделяющая от простолюдина. Семья Штакельберг была обрадована до крайности. Их дочь меняла один «фон» на другой. Да, пока не барон, но уже очень близко. Отличный вариант для засидевшейся девицы. С учётом профессии мужа - невероятная удача.

Доктор Мисаил Михалевич тоже считал, что ему невероятно повезло. Встретить знатную девушку, которая реально разделит с ним жизнь и судьбу спасителя мира от болезней и мора? В лучшем случае он мог рассчитывать на верную жену, ждущую его дома у окна с очередной вышивкой.

Лисбет, вместе с полотнами простыней из приданого, разорвала в лоскуты весь скепсис Микаэля по поводу брака равноправных партнёров. Так что да. Это на самом деле честная сделка двух честных людей.

Однако кроме чести есть чувства. Уже есть. Такой эстет, как наш Миша, впитал в себя созданный нами видеоряд надолго. Даже если ему придётся тащить Лисбет из болота, он будет видеть её снисходящей к простым смертным нимфой.

Микаэлю фон Тургезе предстоит адский труд. Поэтому для равновесия ему нужно райское вдохновение, ну и немножко понадкусывать «Баунти», само собой. Молодые поднялись, дабы удалиться, под гнусные шуточки средневековых стендаперов. Несколько самых активных стали подниматься.

Однако практически трезвый муж помнил мою просьбу:

- Молодожёны свободны! Всем остальным сидеть! Пировать! Новобрачных прославлять!

- Спасибо, пушистик, не забыл, - прошептала я в волосатое ухо.

- Супруг мой, позволь удалиться и мне. Пожилые леди устали, но не могут уйти раньше меня. Мой день тоже был нелёгким, с утра дорога, потом похороны, за ними свадьба. Утомилась.

Про расставание с верным рыцарем умолчу. Дело нелёгкое, но нужное: как бинты с кровью оторвать. Пока муж с пира не вернётся я успею оплакать очередную развлюблённость.

Глава 64

Вальдемар фон Мюнних.

Большое неудобство в дорогу выезжать не тогда, когда нужно лично тебе. Приходится ждать, чтобы собралась большая группа людей. Для безопасности.

К примеру: молодые могли бы уехать позже, погостить пока у родни. Микаэль бы от донорства позавчерашнего и первой брачной ночи оправился.

За Гордеем бы присмотрел, подлечил. Отравление угарным газом болезнь коварная. Вроде целый человек, а чахнет. Вроде дышит, но организму мало кислорода.

Навестил нашего беспокойного десятника. В связи с тем, что я дядя своей племянницы, получил бурную реакцию. Хорошо, что думал парень на родном языке.

Одно слово, точнее мыслеобраз, прямо врезалось в память. Сложная конструкция типа быстро вращающегося электрического сверла, почему то прикреплённая к дебелой заднице с лицом Линды. Кошмарная фантасмагория. Что означает?

Вслух о Линде Гордей ничего не сказал. Спросил о второй племяннице, младшей. Конкретно так спросил: что я как старший мужчина в семье думаю о возможном его будущим союзе с Вереной.

Я прислушался к его чувствам. Неявно, расплывчато.

- А ты сам как к ней относишься? Вроде только недавно в старшую сестру был влюблён?

Мне ударило по мозгам болью, обидой, горечью, ревностью, сожалением. Еле отбился, закрылся. Не надо в душу к человеку лезть. Не первый урок получаю.

- Я тебя про Верену спросил, только про неё. Подумай о ней и говори, что чувствуешь?

- Милая отроковица. Характер спокойный, понятный, не то что…

- Только Верена. Не про характер и выгоды брака спрашиваю. Не оценивай. Что ты чувствуешь к ней?

- Заботиться хочу. Она беззащитная, душа нежная, нараспашку. Защитить. Над ней бывает заносчивые девицы насмешничают, нет не явно. Тоном, словами со вторым смыслом. Бастард. Сирота. А она добрая, безответная.

Он не врал. Сказанное совпадало с эмоциями. С этим можно работать.

- Ты не лжёшь, и корысти в тебе нет. Я не против. Время покажет. Только пойми: её чувство к тебе - взрослое. Серьёзное. Зрелое. Выстраданное. В этом можешь не сомневаться.

- Откуда? Неужто призналась?

- Нет. Девушки про ерунду все уши прожужжат. К примеру, как она рыцаря себе по моде требовала. О глубоком молчат. Тебе не надо знать откуда. Есть - и всё.

- Амелинда, она. Нюхом чует, что в душах у людей творится.

- Думай как хочешь. У Линды удачный брак. Ты прости её. Люди сердцем в разный срок зреют.

Я услышал как он заплакал внутри себя. И вышел.

Если так же страдала Эмма, то я - распоследняя дрянь. Потому что начало чувства во мне было. Я мог ей сказать тогда. Осторожничал. Боялся. Трус.

Уехал на фронт, не дал девушке даже надежды. Она ждала без вести пропавшего всю жизнь. Стыдно. Чувствую себя ничтожеством. У меня есть второй шанс. Прежних ошибок не повторю.

Мы едем в Ольденбург все вместе, включая молодожёнов. Зайду на улицу Портняжью, встречусь с дочерью Готфрида фон Зиверс.

Хессел, точнее его команда, соберёт в городе обоз продовольствия. В это время он и Харальд будут вести предварительные переговоры с Элимаром Ольденбургским, его сыном, затем состоится Совет графства. Тема важная: ускоренное, не дожидаясь бракосочетания наследников, слияние государств.

Андреас с некоторых пор любимчик графа, его точно пригласят. Мне как то нужно ввинтится в состав Совета, сошка я мелкая, но отмечен Божественным исцелением. Удочку забросит племянница, через Ингрид.

Затем Линда и Кларисса простятся с мужем и отцом. Мюннихи, со своим новым высокопоставленным и правящим родственником. Девочка остаётся на попечении графини, мы возвращаемся домой.

Среди всей этой организованной чётко по плану работы и непредвиденной суеты надо выбрать время, навестить Леонтину, теперь уже настоящую вдову.

Место ли мне в жизни огненной, темпераментной Леонтины, такому, как я есть? Предусмотрительному, расчётливому, холодному человеку. Надо поговорить с Линдой. Кто, как не она, поможет разобраться? Слышать чувства и мысли - одно. Разбираться в них - другое.

В коридорах то и дело вспыхивают спонтанные разборки, слуги ссорятся, валят работу друг на друга. Смена власти. Две хозяйки замка, старая и молодая в одночасье потеряли домоправительницу. Немного растерялись. Вокруг, кроме предотъездного, царит ещё и управленческий хаос. Бывшая экономка уезжает вместе с мужем через два часа.

Им нужно быстрее спровадить гостей, успокоиться, прийти в себя. Назначить новую экономку. Заняться проблемами погорельцев, которые имеют временную крышу над головой, но предоставлены сами себе.

Помогаю чем могу. Корзины с дорожным провиантом заберу. Все дороги в любом доме ведут в кухню. Иду на запах.

Тут уже прочно прописался любимец Амелинды, Дымыч. Она привезла его в корзине, познакомить с невестами. Те воротят носы, но ещё не март. Мне нравится этот независимый персонаж семейного коллектива, он всюду и всегда - вовремя.

Тоже попаданец. У него своя, неизвестная нам миссия. Пока что - отожраться как следует перед мартовскими гуляниями. Весёлая девица, в пёстрой косынке, бьёт спрыгивающего со стола Дымыча полотенцем.

- Брысь, оглоед! Наглая жирная морда, брысь отсюда!

- Добрая женщина, я за провизией в дорогу.

- Надо же, слуги совсем обнаглели. Простите, барон. Господа сами себя обслуживают, а они обязанности делят. Вот, приготовлено, возьмите, да - да, обе корзины.

- Мне не сложно, я понимаю - без госпожи Лисбет первое время будет нелегко.

- Ой, не говорите! Увели, увели нашу красавицу! У нас то всё образуется, ей главное дай Бог счастья. Герр Виктор не зайдёт? Он хотел насос свой посмотреть как работает.

- А как работает?

- Да замечательно. Курт, покажь!

Парень кинул охапку дров к очагу. Подошёл к торцевой стене из которой торчала загнутая железная труба и капли капали в большую бочку. Постучал кочергой по железяке. Ничего не произошло. Он энергично вдарил.

Через минуту тоненькая струйка воды полилась, стала толще, и , вот уже бойкая струя бьёт по поверхности воды. Кухработница черпает ведром, несколько вёдер в котёл, вода уже льётся с хорошим напором. Тара полна. Снова удар по трубе, струя слабеет и опять только капли падают вниз.

- Зачем стучать по трубе?

- Чтобы с той стороны слышали - надо вращать колесо. Или стоп, перестать.

- А, так это кран так работает, понятно.

- Механизированная подача воды - залог прогресса! - изрекает сотрудник исполняющий роль крана.

- Ты где таких слов нахватался, Курт? - протирает кружку девица полотенцем почти несомнительной чистоты.

- В избе волонтёрской, на занятия баронессы Амалии хожу. Грамоте учусь. Уже имя своё могу под документом поставить.

Девица оторопело смотрит на Курта: - К чему тебе?

- Ученье - свет, неученье - тьма! Может старостой выберут. Не век же мне при кухне отираться.

- Так я передам, - всё работает, герр Виктор видно занят.

Но эти двое заняты друг другом, обсуждают перспективы карьеры, меня не слышат.

Баронесса Амалия надавила на родственные чувства: - Дорогой кум, милый барон Андреас! На детей столько стирки, столько воды уходит на купание... И вообще, хотим жить цивилизованно. Вот бы Архимеда нам поставить как у вас? Со свёкром я уже поговорила! Деньги на водопровод даст. Ну пожалуйста - пожалуйста!

Андреас выделил трубы. Содрал с дорогого соседа восьмую часть нашего годового налога. Барон Штакельберг копил на расширение свинарника. Свиньи остались без новой жилплощади, зато со свежей водой в достатке.

Вся семья фон Штакельбергов выстроилась у крыльца, чтобы убедиться, что мы уехали. Прощание было долгим до тех пор, пока Амелинда не воскликнула:

- Да мы ведь на обратном пути из Ольденбурга к вам заедем, что вы так расстраиваетесь!

Штакельберги перестали расстраиваться, дамы усиленно замахали платочками, хотя мы ещё не отъехали. Красивый обычай. Как будто следы в воздухе заметают.

Из Хаггена в Ольденбургсий замок и в город гораздо ближе, чем от нас. Только успели слегка проголодаться, слегка перекусить, не прошло и четырёх часов, приехали. Вся компания, кроме меня, двинулась в замок.

Я немного дальше - в город. На въезде стражник с лихо закрученными усами в стиле Дали, нагло напомнил про специальный мешок под хвост лошади. Спешился, привязал. Порядок есть порядок. Один для всех.

Решил прикупить гостинцев для Леонтины. Гость происходит от слова гостинец или наоборот, смысл одинаково понятен. На рынке как кот прошёлся по тем местам, что успел пометить прежде. Здесь козий сыр с тмином хорош. В этой лавке печенье и сухофрукты, сбор для заваривания вкусный, ароматный. В третьем ряду вкусные калёные лесные орехи и мёда прикупил немного. Горячая сдоба, лепёшки на гусином жире у лоточника.

Сегодня среда, базарный день. Секонд хенд работает. Вдруг ещё что сболтнёт про вдовушку болтливый мужичок.

- Приветствую, господин хороший. За покупкой али так?

- Как выйдет. Может найдёшь мне шёлковую вещь, незаношенную. Платки с монограммой хочу заказать. Новый шёлк сам знаешь, гладкий да кусачий.

Продавец достал на свет Божий из под прилавка корзину доверху набитую разноцветными лоскутами.

- Есть новый, выбирай. Мне сдают лоскуты швеи, по дешёвке.

Копаюсь, как крохобор какой, выбираю светлые расцветки: шёлк для статуса, хлопок и лён для соплей.

- Снова к ней пойдёшь заказывать, к вдовушке той?

- Да. Знаешь что - нибудь про неё?

- Знаю, что обломала она тебя, господин хороший. Не сговорились вы.

- Ну, почему, плащ она мне починила. А как ты догадался?

- Только что плащ. Догадался как? Коли вдовушка моё старьё - рваньё в починку берёт, руки исколоты, а глаза от работы красные, значит не пошла в содержанки. Говорил я, - гордая!

- Вот, сколько возьмёшь за это? Дюжину шелковых лоскутов и дюжину простых.

- Сколько дашь. Хватит. Можешь отнести ей свёрток, с работой? Раз по пути, что по морозу ей бегать.

- Она гордая, я нет. Могу и на посылках побыть. Давай.

- Тогда заодно заработок передай. Лучше у меня товар торгуется, в аккуратном то виде.

- Доверяешь?

- Я людей насквозь вижу и ещё вглубь под ними. Ты хитрый, но честный.

- А ты не жадный, но от денег не откажешься!

-Хе-хе-хех, насмешил, господин хороший, прозорливец, тоже мне!

Этот старьёвщик мне подходит. Агент на оживлённом месте. Болтливый, общительный. Но очень скрытный. Никто не знает о его беде. В ближней деревне у бабки с дедом тихо угасает без видимой причины единственный сын. Ни свежий воздух, ни свежие продукты не помогают юноше. Деньги, что были в запасе лекари уже высосали.

- Твой сын в деревне рядом с замком?

- Откуда...Неважно. Да.

Маска весёлого добрячка спала мгновенно. Хроническая печаль и усталость, переходящая в смирение.

- Завтра его примет докторус Микаэль Тургезе из Салерно. Тот, что святыню собору подарил. Стражникам скажешь, ждёт тебя с сыном барон Вальдемар фон Мюнних. Я их предупрежу, чтобы сразу пропустили, не морозили. К полудню подъезжайте.

- Денег на такой визит нет, господин барон.

- Поговорим. Если захочешь - отработаешь. Не захочешь, доктор всё равно примет.

Слабая искра надежды.

Возможно болезнь неизлечима, но мне нужен этот человек, попытка не пытка. Он сворачивает товар, я ухожу, обвешанный свёртками. Садясь на коня, вижу, что мешок под хвостом наполнен. И что теперь с этим делать прикажете?

Улица Портняжья со средним достатком, достаточно широка для проезда. В начале её стоят сани с недвусмысленно воняющим грузом. Централизованный сбор и вывоз стало быть, надо же! Вытряхиваю колобки, снова прилаживаю подгузник под хвост.

По всем известному закону, именно в этот момент в сторону рынка по противоположной стороне идёт Леонтина. Узнаю её по походке и осанке. Простые горожанки спешат и наклоняют лицо от ветра.Тьфу ты! Уронил мешок.

- Тина! Тина! Госпожа Зиверс! - не слышит, ветер относит звуки.

Я перебегаю улицу. Вижу, что девушка замёрзла. Вся её зимняя меховая одежда была рассчитана на поездки в карете. Её она скорее всего уже продала. Баронессы не ходят пешком по зимним улицам, у них нет настоящих овчинных тулупов и тёплой шкуры через верх. Суконный плащ, затянутый поясом распахивается на груди и внизу. Она даже шаль не умеет завязать, чтобы закрыть лоб, волосы выбились, от дыхания висят сосульками.

- Тина! Вы меня помните? - задаю я глупейший вопрос.

- Барон, Вы принесли мне новость о дочери?

- Вернёмся в дом, всё там.

- Мне надо на рынок.

- Я взял вам работу и плату тоже старьёвщик передал. Давайте подсажу. Возвращаемся.

Улица извивается длинной змеёй, ветер то в бок, то в лицо, то в спину. Мне. Потому что Леонтину я прикрываю собой со всех сторон, лошадь несёт нас осторожно, словно понимая - она нам помогает.

Девушка сама отпирает засов на калитке. Потом замок на двери. Поясняет:

- Служанку пришлось рассчитать. Мне не по средствам. Я кое чему у неё научилась и теперь сама держу дом.

- Вы пока согрейтесь, взвар нам поставьте. Я сейчас.

Во дворе есть колодец и поленница. Основа жизни зимой. Завёл лошадь под навес дровника, укрыл попоной. Снял сумки, повесил через плечо. В одной руке ведро воды, в другой несколько поленьев. Так и ввалился в дом.

- Сюда ведро. Дрова давайте. Сумки на лавку.Одежду на крюк. Всё? Садитесь. Говорите, я жду!

- Отвару бы...

- Жду!!!

- Баронета Леонтина, примите мои соболезнования: Вы настоящая вдова.

- Обстоятельства? Почему я ничего не знаю?

- Ваш муж, Джерт Игнац, четвёртого дня тому назад, покончил с собой в камере, куда был заключён за тяжкое преступление: поджог деревни.

- Хорошая новость. Всё?

- Вы гостя хоть напоите накормите, потом допрос устраивайте.

- Допросы предстоят мне, как жене преступника.

- Дело веду я. Мне совершенно точно известно, что Вы тут ни при чём. Просьба будет. Но не допрос.

Я быстренько вытряс свои свёртки с гостинцами и тряпками.

- Да куда ж это грязное старьё на стол, вот сюда. Спасибо, на неделю мне работы хватит.

- И вот заработок Ваш.

Леонтина персчитала медяки, молча вернула мне две мои добавленные в кошель серебрушки. Сполоснула в тазу руки. Развернула гостинцы. Разложила по мисочкам. Плеснула из котелка в две большие глиняные кружки взвару. Стала греть об кружку красные шершавые руки. Пить. Всё молча.

Я отпил. Вкусно. Молчанка значит? Поиграем. О! Как громко мы молчать умеем! А вот это неправда, я хороший! Всё, стоп! Чересчур злобно!

- Есть новость по настоящему хорошая. Только прошу, я не выношу слёз. Истерик тоже. Дочь Ваша жива, здорова, находится у действительно добрых людей. Покойный не солгал.

- Где?

Вот это выдержка. Меня шатнуло от её эмоций. Стало нечем дышать.

- Сейчас, сейчас. Успокойтесь, мне тяжело. Я...изменился после исцеления.

- Где моя дочь?!

- В нашей деревне. В приличной семье. И да, Вы обязательно будете вместе. Обещаю.

- Цена?

- Право матери. Ничего более. Успокойтесь. Прошу. Я могу потерять сознание от Ваших чувств. Давайте подышим вместе. Вот так.

Мне пришлось открыть Тине часть своих изменений после Доккума. О том, что чувствую сильные эмоции людей, если захочу.

- Вы захотели узнать как болит душа матери в разлуке с ребёнком? Вы - сильный мужчина, если выдержали целую минуту.

Никакой иронии, она правда так считала. Мы стали думать над планом возвращения девочки. Она четыре месяца как в другой семье, привязалась к Венде. На грудном вскармливании. Отрывать их друг от друга нельзя.

Я предложил, а Леонтина внимательно, не перебивая, выслушала два варианта.

Первый. Официально для всех баронета Леонтина фон Зиверс вышла замуж за границу, далеко. К сожалению овдовела. По окончании траура вернулась к отцу. Отец быстро выдаёт её замуж за соседа, меня, барона Вальдемара фон Мюнних. Тот, бессовестный ходок, притащил в семью прижитую ранее девочку - бастарда, которую жена, куда деваться - приняла. Живём в Мюнне. Нанимаем кормилицу, естественно Венду. Девочка подрастёт, снова привыкнет к матери. Можно будет переехать.

Второй вариант. Швея Тина для всех соседей в городе - уже изначально, при переезде из Гамбурга - вдова с ребёнком, которого отдала в деревню кормилице. Бедная вдова скучает, кормилица переезжает жить с двумя детьми к ней. Есть ведь ещё молочный брат. У которого кстати есть отец - сынок бондаря Олива. Неизвестно, отпустит ли Олив сноху, а муж своих жену с сыном в город. Это слабое место в плане.

- Первый вариант предпочтительнее, госпожа Леонтина. Вы восстановите связи с родственниками. Вернётесь в высшее общество. Восстановите свой статус. Дочь будет воспитываться как баронета. Вы получите преданного, искренне любящего Вас супруга, приличествующее баронессе содержание...

- Остановитесь барон. Один вопрос: Вы делали ранее предложение женщине, в любви объяснялись? Не мальчик всё - таки.

- Да, было.

- Дословно, как? Что говорили?

Напряг память. Вспомнил:

- «После всего, что между нами было, я, как порядочный человек, обязан на Вас жениться».

- Итог я вижу перед собой. Холостой дурак. Ваши слова о любви мне звучат формально, предложение даме жениться по обязанности - оскорбительно. Любая корыстолюбивая женщина, готовая к браку по расчётупойдёт за Вас. Прямо уцепится. Их много. Но меня нет в их числе.

Мне вспомнилась мамаша «Прэлэстно бар-о-он» из Леувардена. Невольно вздрогнул.

- Во втором случае: если кормилица переедет ко мне, чем я буду ей платить?

- Подождите, Тина. Почему нет? Я могу сделать предложение пылко и красиво, расскажу как и за что люблю, с кольцом, с цветами, стихами, всё что захотите!

- Не поможет. Вы мне неприятны, господин барон. Мы слишком разные. Я потеряла всё: честь, семью, статус, будущее - отдала за несколько ночей любви. Чтобы выйти замуж за ...за ледяную глыбу? И запомните, любят не «за что», а просто так, иногда даже вопреки. Обиделись?

- Да, обиделся, но это к делу не относится. Есть третий вариант. Вы готовы работать? Честно, за хорошие деньги?

- Чем я сейчас по Вашему занимаюсь?

- Теряете зрение за гроши. Этот дом оформим на Вас, как наследство мужа. При обыске у него нашли брачный договор, купчую на дом. Бумагу, что он умер я составил, заверено как надо. Завтра едем в ратушу, сделаем.

- Буду благодарна. Что за работа?

Я рассказал Леонтине о том, кем был и что творил её «муж» Джерт Игнац. О том, что скорее всего существует целая сеть таких диверсантов, замаскированная под обычных жителей графства и его окрестностей. Про методы поиска, про обучение этим методам. Мы будем работать на благо графства, в глубочайшей тайне. Средства идут из государственно казны.

- Так вот почему у нас в графстве даже родственники воюют друг с другом, а граф ничего не может поделать. Последнее время начались свары между связанными цехами ремесленников. Пекари и мукомолы ненавидят продавцов и поставщиков зерна. Те не хотят им продавать, ищут покупателей за границей. Где это видано?

- Вы ухватили суть, Леонтина. Преклоняюсь перед вашим умом! Оклад, извините оплата постоянная, достойная. Наградные за каждого обнаруженного врага.

- Доплата за риск?

Вот ведь, авантюристка! Я не сомневался в согласии, но её решимость ликвидировать врагов государства самостоятельно не предусмотрел.

- Риска не будет. Никогда не стану подставлять Вас под удар, Вы мне слишком дороги. Обезвреживанием будут заниматься другие люди.

- Согласна. Буду вдовой в своём праве, жить на свои средства с ребёнком. Никому, ничем не обязана. Мне подходит. Скорее бы увидеть дочь, прошу.

- Возвращаемся в Мюнн, сразу вызову Олива с сыном и женой. Поговорим. Ребёнок в любом случае будет с Вами.

- Буду очень ждать. Спасибо барон. Вы благородный человек не только по происхождению.

За разговором мы уговорили часть угощения, выпили котелок взвара. Девушка сильно хотела в туалет.

- Уже темнеет. До завтра, глубокоуважаемая госпожа Леонтина. Я заеду за Вами.

Глава 65

Амелинда.

Ольденбургский замок - крепость стоящий немного в стороне от города, постепенно, по мере нашего приближения, поднимался каменным исполином. Основательность, прочность древней крепости видна во всём: высокие из громадных каменных блоков фундаменты всех построек, широченные внизу и немного сужающиеся к верху каменные же стены, башни как средневековые небоскрёбы, группой поднимающиеся в голубое сегодня небо. Мост простоит века.

Разглядывая впечатляющий комплекс строений через оконце кареты я думала о строительстве нашего будущего города. Каким он будет? Нужны будут вокруг него стены или нет? Какие? Строительство сейчас означало - оборона.

Без стен никак, но это огромные средства. Замки аристократии строились веками. Веками копились средства, работали каменотёсы, каменщики. Нам нужно, быстро, очень быстро небольшой, но хорошо защищённый городок. Идея пришла мне в голову внезапно! Надо записать вечером.

- Прошу дамы, выходим! - Хессел и Харальд помогли нам. В принципе, это работа служащих, но истинный рыцарь всегда готов помочь дамам.

Кларисса, Доротея, Лисбет, Эмма, Идалия и я , такой вот нарядный женский десант вновь высадился из Опелькареты. Она была отмыта до блеска в местном аналоге автомойки, в тёплой конюшне Хаггена. Руди никому не доверил в этой поездке ни роль кучера, ни уход «за импортной каретой». Она сияла, как чёрное солнце при свете яркого, слегка морозного дня.

Гербы контрастно выделялись. Ленты развивались на ветру, два больших ивовых кольца, обшитых жёлтой тканью украшали самый верх, означая перевозку молодожёнов. Моё ноу хау.

Уже можно посверкать достатком. Мы обросли роднёй, связями и в фаворе у правителя.

Всадники тоже спешились. Все гвардейцы, Вольф и наши из десятки сами повели транспорт на постой. Они потом разместятся в казармах. Господа рангом повыше сдали лошадей на руки подбежавшим мальчикам. Вальдемар тут же куда то свинтил вместе с лошадью.

Церемония встречи на крыльце не затянулась из за колючего ветра, граф и наследник встречали нас без женской половины семьи.

- Приветствуем правителя дружественной Фризии с семьёй и родственниками! Весьма рады новой встрече! Невеста вон в окне носом прилипла, но простудилась немного, не выпускаем. Супруга на сносях. Так что извините, не все смогли выйти.

- Рад видеть, рад, искренне рад! - чему то трижды обрадовался Хессел. Видимо, что в тепло сейчас попадёт. Несмотря на пуховые аксессуары под доспехами, нос у него был красный, щёки вообще - пунцовые. Сказала же, балаклаву одень, нет, всё по своему!

- Истинно, наших дам надо беречь, без нужды на холоде к чему стоять. Мы и так зайдём, не гордые, верно дорогая?

- Мы с Микаэлем прямо сейчас навестим и Вашу супругу, и виконтессу Миллисент, Ваше Сиятельство.