Ксенвих. Мост между мирами

Милица, устав от переживаний, уже спала на диване.

— Спасибо, дядя Лёша, — сказал Коля, пожимая ему руку у двери.

— Просто будьте живы. И не лезьте больше ни в какие авантюры.

* * *

Дорога обратно казалась бесконечной. Внезапно зазвонил телефон Андрея. На экране высветилось: «Эмма».

— Андрей, ты совсем охренел?! — обрушилось на него. — Прихожу в кабинет этого О’Нэлли, а там труп! Кровь, синюшное лицо! Беллатрис чуть в обморок не хлопнулась!

— Эмма, тише…

— Я вызвала скорую, полицию! Вас, конечно, не упомянула! А ты где шляешься?! — Внезапно её тон переменился. — Ладно, слушай. Он… он жив!

— Жив?! Как это возможно?

— Помнишь, я рассказывала про стажировку в кардиологии? Я сразу поняла — тампонада сердца. Сделала перикардиоцентез, откачала жидкость. Потом сердечно-лёгочную реанимацию. Он жив! Но в тяжёлом состоянии, в реанимации. Была клиническая смерть.

Андрей на секунду онемел.

— И ты его спасла?

— Получается, так. А значит, вы оба мне должны. И ты всё расскажешь. Чтобы через четыре часа Коля был тут. Он вообще рядом? С ним всё хорошо?

— Нормально всё с твоим Коленькой. Успокойся.

Он сбросил вызов и пересказал всё Коле.

— Выходит, у нас теперь есть союзник, — прошептал тот. — И свидетель. Если выживет.

За час до Ксенвиха Андрей съехал на просёлок и остановил машину в лесу.

— Не хочу рисковать на КПП во второй раз. И не знаю, куда деть машину. Пройдём пешком.

Он позвонил дяде Лёше, попросил забрать «Опель» и оставил ключи под ковриком. Затем они двинулись через тёмный лес к Ксенвиху.

У забора их ждала странность.

— Директор же говорил, что сегодня усилят охрану, — нахмурился Андрей. — А тут ни души.

Они нашли в заборе дыру и пролезли внутрь. Ночной Ксенвих казался вымершим, как декорация к фильму ужасов. В окнах их блока горел свет, значит, их ждали.

Тихонько открыв дверь, Андрей пропустил Колю вперёд.

Эмма, сидевшая на диване с видом разъярённой фурии, вдруг сорвалась с места и вместо того, чтобы отчитать, крепко обняла Колю.

— Коля! Живой! И целый! — Она тут же отстранилась, оглядела его с ног до головы. — Ты хоть понимаешь, как я переволновалась?! Думала, потеряла свою любимую занозу в заднице!

Потом покраснела, резко повернулась к Андрею, и глаза её сверкнули.

— А вот тебе, умник, сейчас будет взбучка! Я чуть не звонила твоей матери! И Беллатрис из-за тебя чуть концы не отдала!

— Ну, прости, — виновато пробормотала Беллатрис из угла.

— А ещё, — продолжила Эмма, — я вас прикрыла перед Хоссейном. Еле уговорила поставить галочку, что вы на месте. Сказала, что в библиотеке сидите, к экзамену готовитесь. Так что с вас объяснения. И без вранья. Иначе лично сдам полиции.

Глава 15. Союзники

Коля глубоко вздохнул и рассказал всё по порядку: звонок О’Нэлли, угрозы, монастырь, смерть Елены, дядя Лёша, Милица в безопасном месте. Эмма и Беллатрис слушали молча. На их лицах сменялись удивление, страх и сочувствие.

— И что теперь? — спросила Эмма, когда он закончил.

— Пока залегаем на дно. Ждём, пока О’Нэлли придёт в себя.

— А если не придёт? — тихо спросила Беллатрис.

— Будем действовать по обстоятельствам, — ответил Андрей. — Но так это не оставим.

— Вы же обычные школьники, — скептически сказала Эмма. — Против вас целая преступная организация.

— Что-нибудь придумаем.

Эмма потёрла переносицу.

— Ладно. Я вам верю. Но в следующий раз, когда решите спасать мир, предупреждайте заранее. У меня сердце не выдержит. — Она зевнула. — Всё, хватит соплей. Коля, за мной. Надо поговорить.

Коля послушно двинулся следом, а Андрей и Беллатрис остались в комнате вдвоём.

* * *

Комната Эммы оказалась совсем не такой, какой Коля её представлял. Уютной, но обычной: плакаты рок-групп, фотографии с друзьями, разбросанные учебники и косметика. Никаких намёков на тайную жизнь спасительницы.

— Чай будешь? Ромашковый. От нервов самое то.

Чай пах луговыми травами. Эмма устроилась на кровати, наблюдая, как он делает первый глоток.

— Не отравила?

— Вкусно. Спасибо.

Они помолчали.

— Слушай, — начал Коля, отставив чашку. — Я всё думал. Помнишь, философ добивался, чтобы Абибу переселили на первый этаж? А теперь вспомни, что сказал голос в трубке: «Твой сын ведь учится в школе сто двадцать четыре?»

Эмма нахмурилась, связывая факты.

— И что ты хочешь сказать?

— Что голос знал, где учится сын О’Нэлли. И тоже хотел, чтобы кто-то оказался поближе к выходу. Понимаешь?

— Логично. Но зачем это нашему профессору?

— Может, ему что-то нужно от Абибы. В общем, мне кажется, он замешан. И нам надо поговорить с ней.

Эмма вздохнула.

— Я бы тоже хотела, чтобы это оказался он. Тогда всё было бы проще. Но у нас одни подозрения. А с подозрениями далеко не уедешь. — Она помолчала, и взгляд её потеплел. — Доказательства — дело наживное. Слушай, а чего это Беллатрис сегодня такая паинька? Обычно искры из глаз мечет.

— Не знаю. Может, испугалась. Или почувствовала вину.

— Беллатрис и вина — это что-то новенькое. — Эмма усмехнулась, задумчиво глядя в окно. — Хотя знаешь… мы с ней немного сблизились. После того как я откачала её от обморока в кабинете, она стала вести себя человечнее.

— Ты и Беллатрис? Да вы же друг друга на дух не переносите.

— Всякое бывает. Может, у неё защитный механизм сломался. Или просто увидела, что я не такая уж плохая. В общем, теперь у нас ещё один союзник. Или хотя бы человек, который не будет мешать. А это немало.

Коля уже направился к двери, но остановился.

— Эмма. А ты теперь и над Мостом с Беллатрис согласишься работать?

Вопрос прозвучал резче, чем он хотел.

— С чего ты взял? — Эмма отвела взгляд. — Одно дело общаться, другое — работать вместе. Я подумаю. Но ничего не обещаю. — Она положила руку ему на плечо. — Не дави на меня. И вообще, нам сейчас важнее спасти О’Нэлли и защитить Милицу. Это важнее Моста.

— Ты права. Я просто волнуюсь.

— Я тоже. Но мы справимся. Вместе. — Она обняла его на прощание. — Спокойной ночи, Коля. Постарайся уснуть.

* * *

Тем временем Андрей, помешивая остывший чай, украдкой поглядывал на Беллу. Она сидела на краешке его кровати, спиной к нему, и смотрела в окно.

— Зачем ты меня позвал? — спросила она, обернувшись. — Не думаю, что просто попить чаю.

— Да, ты права. Мне нужна помощь. Ты умная. Можешь помочь разобраться во всём этом.

— Льстишь.

— Говорю, что думаю. Я хочу, чтобы те, кто это сделал, заплатили.

— Месть — удел слабых, — усмехнулась Белла. — А вот ум и хитрость — нет. В лоб их не возьмёшь. — Она встала, подошла к окну. — Тебе нужно узнать, кто за всем стоит. И у меня есть идея. — Она обернулась и посмотрела на него долгим взглядом. — Ты ведь знаешь Абибу? Ту, которую философ так настойчиво хотел переселить на первый этаж. Я думаю, она что-то знает. Чувствую. У меня хорошая интуиция.

— И что ты предлагаешь? Подойти и спросить: «Привет, Абиба, ты не знаешь, кто чуть не убил О’Нэлли?»

— Не будь наивным. — Белла закатила глаза. — Тебе нужно сблизиться с ней. Подружись. Завоюй доверие. Выясни, что она знает.

— И что я получу взамен?

— Информацию. И, возможно, шанс отомстить.

Андрей задумался. План был рискованный. Но другого не было.

— Ладно. Я согласен. Что делать?

— Это уже моя работа. Я придумаю, как тебя с ней свести. А ты просто будь собой. — Она открыла дверь. — А теперь мне пора. Спокойной ночи.

И вышла, прежде чем он успел ответить.

Андрей смотрел на закрывшуюся дверь. Дружить с кем-то, чтобы использовать? Это было мерзко. Но если это поможет выйти на след убийц…

Дверь снова открылась. На пороге стоял Коля с нескрываемым любопытством.

— Белла? Она что, была у тебя всё это время? Опять тебя соблазняла?

— Не неси чушь. Мы разговаривали.

— Да ладно заливать. Я же вижу, как ты на неё смотришь. Ты в неё втюрился по уши.

Андрей вздохнул.

— Да, может, и втюрился. И что с того?

— О, сознался! — торжествующе ткнул пальцем Коля. — Я же говорил!

— Главное, чтобы делу не мешало, — буркнул Андрей. — Она предложила мне сблизиться с Абибой. Говорит, та может что-то знать.

— Серьёзно? Я как раз это предложил Эмме.

— Гении мыслят одинаково, — усмехнулся Андрей.

Коля помолчал, и в глазах мелькнула тревога.

— Будь осторожен, Андрюха. Ты всегда можешь поговорить со мной, если это начнёт давить. Я на твоей стороне. Что бы ты ни решил. — Он улыбнулся. — Знаешь, по-моему, ты расстроен не из-за того, что придётся любезничать с Абибой. А из-за того, что боишься: Белла доверила тебе этот план не потому, что доверяет тебе, а потому, что если всё сорвётся — она будет не у дел.

— Возможно. — Андрей пожал плечами. — Но спасибо ей, что помогает и не бросила нас после всей этой заварухи.

Коля вдруг оживился.

— Знаешь, брат, Беллатрис сложная, но не бессердечная. Я видел, как она возится с бездомными котами у заднего входа. И называет их именами учёных — вчера подкармливала какого-то облезлого «Фарадея». А в прошлом месяце всю ночь чинила спектрометр для младшеклассников. Ворчала, что они «тупые как пробки», но сделала всё идеально. Просто не умеет показывать, что ей не всё равно.

Андрей рассмеялся.

— То есть ты предлагаешь мне расслабиться и наслаждаться, пока она меня терзает?

— Скорее, доверять её инстинктам. Да, она будет толкать тебя в пропасть. Но сначала точно рассчитает длину троса.

Они засмеялись, и напряжение в комнате наконец рассеялось.

— А если что — я рядом, — сказал Коля у двери. — И Эмма тоже. Мы ведь одна команда, правда?

Когда дверь закрылась, Андрей лёг в кровать с неожиданно лёгким сердцем. За окном пролетела сова, в коридоре послышался знакомый стук: сторож делал обход. На этот раз Андрей уснул почти сразу, и даже во сне его губы хранили лёгкую улыбку.

Глава 16. Чёрный рынок

Солнце ещё не успело взойти, когда Андрей бесцеремонно ворвался в комнату Коли. Для многих воскресенье было священным временем сна, но только не для Андрея, когда в голове роились планы.

— Подъём, соня! Хватит дрыхнуть, дел невпроворот!

— Отстань, — простонал Коля, натягивая одеяло. — Дай поспать хоть в выходной.

— Какой сон, когда у нас кризис на носу? — Андрей сдёрнул одеяло. — Финансовый.

Коля раздражённо сел.

— Какой ещё финансовый? У нас вроде всё нормально с деньгами.

— Нормально? Да у нас скоро на хлеб не хватит. — Андрей прищурился. — И у меня есть идея, как поправить дело. Помнишь, мы немного позаимствовали реактивы из химкабинета?

Лицо Коли вытянулось.

— Ты предлагаешь их продать? Ты совсем с ума сошёл? Это незаконно!

— Да кому какое дело до каких-то реактивов? Фторид иттрия, нитрат вольфрама. На чёрном рынке за них дадут неплохие деньги. А фторида для Моста почти не надо. Ну, Коль, мы же ради общего дела.

— Нет. Мы гении. Эмма вон под свой прошлогодний проект компанию для поиска инвесторов запустила. Что-нибудь подвернётся. А во всё это лезть не будем.

Андрей вздохнул, развернулся к двери.

— Ладно. Как знаешь. Я хотел как лучше.

— Стой. — Коля задержал его. В конце концов, денег на Мост не хватало. — Ладно. Согласен. Но с одним условием: продажей занимаюсь я. А ты не вмешиваешься.

— Договорились. — Андрей пожал ему руку, скрестив за спиной пальцы. — Я тебе полностью доверяю.

* * *

Старый корпус мастерских давно пустовал. Здесь Андрей держал мотоцикл и кое-что «полезное», вынесенное из лабораторий. Он отодвинул груду инструментов и достал из тайника несколько склянок.

— Аккуратнее, — прошипел Коля. — Это тебе не картошка.

— Не волнуйся. Я знаю, что делаю. — Андрей сложил склянки в потёртый рюкзак. — Ну что, поехали?

Рёв мотоцикла разнёсся по территории. На КПП скучал охранник.

— Куда в такую рань?

— Да нужно кое-что купить в городе, — Андрей старался говорить непринуждённо. — Вернёмся к обеду.

Охранник мельком глянул на документы и махнул рукой.

— Езжайте. Только не задерживайтесь. Директор в обед усилит охрану.

За воротами Коля выдохнул.

— Пронесло! Я думал, сердце выскочит.

— Главное — не показывать страх. Вообще-то по правилам выходить нам можно. Проблема — выехать на мотоцикле. Травмоопасно и всё такое.

— А вчера на машине ты тоже «ссыковал».

— На не нашей машине, — уточнил Андрей.

* * *

Ниш встретил их гулом, запахом жареного мяса и дизеля. После стерильного Ксенвиха базарная суета казалась глотком свежего воздуха, пусть и с примесью смога. Андрей чувствовал себя здесь как рыба в воде и уверенно вёл Колю за собой.

— Не глазей по сторонам. Держись ближе.

Они свернули в неприметный проход, ведущий в тёмный двор. Здесь атмосфера была другая: настороженная. Несколько угрюмых фигур курили, опираясь на стены. Навстречу вышел невысокий мужчина с кривым шрамом.

— Вы по объявлению?

— Да. У нас есть кое-что интересное.

Их провели в тесное помещение, освещённое тусклой лампой. За столом сидел толстый мужчина с залысинами.

— Вот они, Михалыч. Привезли товар.

Андрей выложил склянки. Михалыч взял одну, осмотрел.

— Фторид иттрия. Хорошая вещь. — Он сверился со списком. — Всё на месте. Сколько хотите?

Андрей назвал сумму. Михалыч поморщился, но отсчитал деньги.

— Забирайте. Надеюсь, не последняя встреча. У нас всегда спрос на хорошие реактивы.

И тут Коля, молчавший в стороне, вдруг выпалил:

— Да, только мы больше воровать не будем! Нам эти реактивы для Моста нужны. А воровать — отвратительно!

Андрей похолодел. Что он несёт? И молниеносно закрыл Коле рот ладонью.

— Простите за него. Заговаривается. Перенервничал.

Михалыч приподнял брови, но смолчал. Мужчина со шрамом подозрительно прищурился.

— Ну, если всё, — заторопился Андрей, — то мы пойдём. Спасибо за сделку.

Он схватил Колю за руку и потащил к выходу. На улице зашипел:

— Ты совсем идиот? Зачем ты это сказал? Понимаешь, чем могло кончиться?

— Прости, — Коля виновато опустил голову. — Я не хотел. Просто не люблю врать.

Андрей потёр переносицу.

— Что сделано, то сделано. Главное — живы и с деньгами. Но в следующий раз держи язык за зубами. — Он помолчал. — Ладно. Теперь нужно кое-что разузнать. Про того, кто заказал смерть О’Нэлли. И для этого нам в одно местечко.

* * *

Бар «У Крюка» оправдывал название. Обветшалое здание с покосившейся вывеской нависало над тёмным переулком. Пахло перегаром, дешёвыми сигаретами и чем-то ещё, что Коля не мог распознать, но что не предвещало ничего хорошего.

Внутри было душно. За стойкой стоял бармен и, увидев Андрея, расплылся в улыбке.

— Андрейка! Сколько ж я не видел твою наглую рожу!

— Горыныч! Виски. И что-нибудь покрепче.

Андрей протянул банкноту из тех, что получил на рынке. Бармен отодвинул её.

— Убери. Если бы не ты, я бы тут не стоял. Здесь тебе всегда рады.

— Мы, правда, скорее за информацией. — Андрей отпил и небрежно обвёл взглядом зал. — Слушай, Борис. Не знаешь чего про семейство О’Нэлли?

Бармен замер. В глазах мелькнул страх, который он тут же спрятал.

— Какое семейство? Я тут много кого вижу.

— Не прикидывайся. Похитить мать с ребёнком — это не по понятиям. Такие дела тихо не делаются.

Бармен нервно сглотнул, огляделся и понизил голос.

— Ладно. Скажу как старому другу. Говорят, к этому причастны люди из «Крыла».

— «Крыло»?

— Местная банда. Наркотики, оружие, похищения. Работают на кого-то сверху. На кого — никто не знает. Но говорят, на очень влиятельного человека. — Он наклонился ещё ближе. — У них штаб в старом порту. Собираются по вечерам. Но тебе туда лучше не соваться, малыш. Там очень опасно. — Он отстранился. — Это всё, что я знаю.

Андрей задумался. «Крыло» — первая зацепка. Но лезть в порт без плана было бы безумием.

— Что думаешь? — повернулся он к Коле.

— Рискованно. Штурмовать штаб банды — самоубийство. Нужно действовать умнее. Нам нужна информация. — Коля помолчал. — Помнишь дядю Лёшу? У него, с его работой, наверняка есть доступ к досье. Может, там что-то найдётся на это «Крыло». Это безопаснее, чем соваться в порт.

— Неплохо. Попробуешь уговорить?

— Скажу, что для благого дела. Он всегда хорошо относился к О’Нэлли.

Уходя, они столкнулись у двери с барменом.

— Если решите связаться с «Крылом» — будьте осторожны, — тихо сказал он. — Им наплевать на чужие жизни. Хочешь развязать войну — позови друзей.

* * *

На улице Андрей затянулся сигаретой.

— Звонить дяде — это хорошо, но долго. А времени мало. Есть одно местечко. Знаю человека, который может что-то слышать про «Крыло».

— Надеюсь, не криминальный авторитет?

— Да нет. Знакомая. Немного странная, но всегда в курсе всех городских сплетен.

Они ехали всё дальше от центра. Оживлённые улицы сменялись мрачными переулками и заброшенными зданиями. Наконец впереди, на вершине холма, показалось большое мрачное строение.

— Это что? — спросил Коля. — Тюрьма?

Андрей смущённо почесал затылок.

— Не совсем. Там живёт моя сестра.

— Сестра? Ты никогда о ней не рассказывал.

— Не было повода. Ситуация деликатная. В Ксенвихе о ней почти все знают. Та самая девочка, с прибабахом. — Он вздохнул. — Это психиатрическая больница.

Коля удивлённо посмотрел на него.

— Ты хочешь сказать, твоя сестра… больна?

— Да. Но это не значит, что она ничего не знает. Наоборот. Она всегда была в курсе всех городских легенд и теорий заговора. Может, что-то слышала про «Крыло». — Он посмотрел на Колю с надеждой. — Пожалуйста. Дай ей шанс. Мы ничего не теряем.

— Ладно. Но если она начнёт нести чушь — я сразу валю.

* * *

Готическое здание с узкими окнами давило мрачной архитектурой. У ворот охранник проверил разрешение и неохотно пропустил.

— Соблюдайте тишину. И не провоцируйте пациентов.

В холле на скамейках сидели люди в больничных халатах: кто смотрел в никуда, кто бормотал. Навстречу вышла медсестра.

— Вы к Свете? Она вас ждёт. Пройдёмте. Только недолго.

Палата номер двенадцать была светлой и чистой. У окна на кровати сидела молодая женщина с длинными светлыми волосами и отсутствующим взглядом.

— Света? Это я, Андрей. Ты меня помнишь?

Она повернулась. Ни капли узнавания в глазах. А потом вдруг вскочила, подошла вплотную (она была на полголовы выше) и крепко обняла.

— Андрюша! Я знала, что ты приедешь! Я так долго ждала!

Она посмотрела на Колю.

— Женя! И ты здесь! Почему так долго не навещал?

Коля смутился, но промолчал.

— Свет, — мягко сказал Андрей, — мы ненадолго. Просто хотели узнать…

— Я знаю, зачем вы приехали, — перебила она, хитро улыбаясь. — Про «Крыло». Свет мой, зеркальце, скажи: я ль на свете всех умнее, всех опасней и мудрее?

Она засмеялась, неприятно, с надрывом, так, что по спине побежали мурашки.

— Откуда ты знаешь? — опешил Андрей.

— Я знаю всё. Я слышу голоса. Они говорят мне всё.

— Что ты знаешь про «Крыло»?

— Опасная организация. Грязные дела. И работают на очень влиятельного человека. — Она отошла к окну, будто черпая что-то из воздуха, и вдруг резко обернулась. Глаза заблестели маниакальным возбуждением. — Я знаю, кто стоит за «Крылом».

Они подались вперёд.

— Кто?

Света приблизилась, и шёпот её стал почти неслышным.

— Директор Ксенвиха. Директор…

Коля оторопел. Андрей, напротив, оживился.

— Ты уверена?

— Голоса сказали. Он их кукловод. Контролирует всё.

— Но зачем? — не удержался Коля. — Зачем директору это?

Едва слова сорвались с её губ, Света вздрогнула, будто её ударило током. Глаза расширились от ужаса, она отшатнулась.

— Зачем он это делает?! Нельзя! Нельзя знать! Нельзя думать об этом!

Она забилась в угол, вцепилась в волосы и начала их рвать, раскачиваясь.

— Нет! Нет! Не думайте обо мне! Не трогайте меня!

В палату ворвалась медсестра.

— Опять началось! Я же просила её не провоцировать! Уходите. Вы только делаете ей хуже.

Их выпроводили в коридор.

* * *

У мотоцикла они молчали. Свежий утренний воздух был резким контрастом душному отчаянию палаты.

— Директор? — наконец сказал Коля. — Не верится.

— Я тоже сначала не поверил. Но Света не врёт.

— Она же больна! Ты всерьёз веришь всему, что говорит шизофреничка?

— Ты не понимаешь. Безумие Светы всегда оказывается правдой. Она видит то, что скрыто от нас. Помнишь профессора Липского, который внезапно уволился? За неделю до этого Света сказала, что он «продал душу дьяволу и скоро исчезнет». Все посмеялись. А через неделю он уехал — и никто не знает куда.

— Совпадение.

— Может быть. А может, и нет. Я привык ей доверять. И если за всем стоит директор — всё сходится. Его влияние, его связи.

Коля покачал головой.

— Всё равно не верится. Но допустим. И что дальше? Штурмовать кабинет с криком «сдавайся, злодей»?

— Нет. Но быть вдвойне осторожными. — Андрей завёл двигатель. — В старый порт?

— Сначала спрошу об одном. Она назвала меня Женей. Кто это?

Андрей замялся.

— Это мой погибший брат.

Глава 17. Директор

Солнце пробивалось сквозь высокие окна столовой, окрашивая столы золотом. На подносах дымился омлет с ноотропами, фрукты с биолюминесцентной глазурью и компот, от которого в голове становилось странно ясно.

Эмма сидела, уткнувшись в учебник по квантовой механике, но смотрела не в формулы, а на Колю и Андрея, которые явно избегали её взгляда.

— Ладно, — не выдержала она. — Где вы были? И не вздумайте врать, что «нигде».

Коля перекатил во рту ягоду.

— Мы продали реактивы.

— Что?! — Эмма подпрыгнула. — Вы совсем тупые? Это воровство!

Она выхватила учебник и огрела Колю по голове.

— Ай! Эмма! Нам нужны деньги на Мост. Ты сама говорила, что не хватает деталей.

— Но не краденые же реактивы! Вас же вышвырнут из школы, если поймают!

— Не поймают.

— О, конечно. Вы такие осторожные. Особенно когда от тебя за версту разит виски.

— Ладно, — вмешался Андрей. — После рынка мы заехали к Борису. Он сказал, что дочь О’Нэлли похитило «Крыло».

Эмма замерла.

— «Крыло»? Преступная группировка?

— И мы предполагаем, — Андрей выдержал паузу, — что за этим стоит директор.

Эмма закатила глаза.

— О, ну конечно. Директор. Тот самый, который раздаёт стипендии и защищает учеников на советах. Он, значит, вдруг оказался главой банды, которая убивает школьников?

— Мы ездили к Свете, — сказал Коля.

— К сестре Андрея? Которую исключили? В психушку? — Эмма фыркнула. — И ваше главное доказательство — голоса в голове у девушки с диагнозом? Прекрасно. Вы оба ведёте себя как параноики. Директор — хороший человек. А вы…

Беллатрис плавно опустилась на свободный стул, поправив серебристые пряди. В её движениях не было обычной надменности, только неловкая решимость.

— Можно? — Она указала вилкой на место. Эмма удивлённо кивнула. — Я хочу извиниться. За позавчерашнее.

Андрей замер с ложкой у рта. Коля отложил учебник.

— Я вела себя как… стерва. Потому что привыкла, что все вокруг — или идиоты, или подхалимы. — Белла посмотрела прямо на Эмму. — Но ты настоящая. Я пересмотрела твои алгоритмы для Моста. Они блестящие. В прямом смысле.

Она развернула чертёж с пометками.

— Ты что, всю ночь над этим сидела? — свистнул Андрей.

— Не всю. — Тёмные круги под глазами говорили об обратном. — Просто поняла, что хочу работать с теми, кто действительно что-то понимает.

Эмма неожиданно рассмеялась и протянула руку.

— Добро пожаловать в команду, Моро.

Белла улыбнулась, по-настоящему, впервые за долгое время.

— Раз уж сегодня воскресенье… может, сразу начнём? У меня есть идеи по нейроинтерфейсу.

* * *

Белла только успела сделать первый глоток компота, когда дверь столовой распахнулась с грохотом.

В проёме стоял директор, высокий, седой, с безупречной осанкой, в тёмном костюме. За ним выстроились пятеро охранников в чёрной форме, лица скрыты за затемнёнными визорами шлемов.

— Доброе утро, студенты! — Голос был мягким, но со стальной твёрдостью. — Прошу прощения за резкое появление, но ситуация требует немедленных действий.

Столовая замерла.

— Как вы знаете, недавнее нападение на наш филиал в Ингреквихе потрясло всех. Двадцать один талантливый ум был жестоко унесён. — Он прошёл между столами. — Я лично занимался отбором новой охраны. Это специалисты международного класса. Они обеспечат вашу безопасность.

Солнечный луч скользнул по визору одного из охранников, оставив холодный блик.