Святая фальшь

Почему в моём кабинете всего один стакан?

— Консильери? — я потянулся к сигаретам. — Звучишь как хреновый сутенер. Может, ты пока что заменишь Тонатто?

Марко прикрыл веки и глубоко выдохнул.

— А может, ты просто позволишь мне поговорить с ней? — теперь стакан добрался до рта, и он осушил его полностью. — Мой член точно не станет помехой.

Пальцы замерли, так и не достав сигарету из пачки.

— Марко, я повторю один раз, и ты должен хорошо услышать меня, — я медленно развернулся на кресле, встречаясь с серым взглядом. — Она неприкосновенна. Сартори гостья в этом доме. Моя гостья. Если я увижу тебя с твоим членом рядом, то могу и счесть это за неуважение к моему слову. Замечу угрозу, поступлю так, как должен. Ты услышал меня?

Метания брата можно различить невооруженным глазом. Конечно, я не собираюсь осуждать его за идеи, которые, в принципе, соответствуют тому, чем мы занимались годами. Но и допускать их тоже не собираюсь. Мне нужны ответы, но совершенно не нужен страх Сартори. Мне стоило обозначить это сразу. Для каждого. Особенно для него. Ибо иногда Марко может перейти границы в меру импульсивности и во имя идеи, которую вбил себе в голову, но за года жизни я научился сдерживать его порывы.

Прямой приказ он не нарушит.

Мне ни разу не приходилось сомневаться в верности родного брата. Пока я поднимался выше, Марко неизменно шёл рядом, забирая свою долю власти, денег и проблем. Всё, что получал я, так или иначе проходило и через его руки. В каждую грязную историю, в каждую войну и проблему он заходил следом, не тратя время на лишние вопросы или домыслы. Бывало, что мы вытаскивали друг друга из таких мест, откуда обычно возвращаются только в закрытом гробу. За эти годы между нами не осталось пустых слов или показной братской привязанности. Только проверенное временем доверие, которое стало крепче дешёвой клятвы.

Я уважаю его. Я доверяю ему. И знаю, что это взаимно.

Поэтому уверен, что он согласится со мной. Рано или поздно.

— Сартори неприкосновенна не только потому, что у меня стоит, — я сбавил тон, не отрываясь от него. — А потому что мы годами боролись за другие смыслы. Я не допущу повторения ошибок. Я не поступлю подобно Леонардо. И я не позволю прошлому повториться.

Брат не спеша опустил стакан на край стола.

— Дети не должны отвечать за грехи отцов, Марко.

— Она уже не ребёнок, — едва слышно добавил он.

Я достал сигарету, прокрутив её в пальцах.

— Но она невиновна.

Возможно, только в том, что чертовски красива.

Но Марко знать об этом необязательно.

Он как раз провел озадаченно ладонью по волосам:

— Ладно, будь по-твоему. Какой тогда план? Оставим жить у нас?

Разве с настолько взбалмошной особой можно строить планы?

— Сначала разберемся с причинами её попадания к нам, — я поджег табак, втягивая горький дым, — а потом уже с последствиями. Чем скорее принцесса заговорит, тем быстрее мы найдём чертового волшебника. Он провёз её по сотням километров нашей земли, а мы и не подозревали этого. У меня накопилась к нему парочка вопросов.

Вся ирония крылась именно в случайном попадании принцессы к нам. Она ползла к тому, кто действительно оказался единственным выходом. И кто на самом деле способен помочь ей разгадать настолько интересную головоломку. Кто-то вытаскивает её из воды. Привозит в Вегас без моего разрешения, практически не оставляя следов. История слишком мутная, чтобы верить в случайности, все происходило по заранее подготовленному сценарию. И он не включал в себя смерть. Сартори хотели просто убрать из виду. Но и в этот план она внесла свои коррективы.

Единственная реальная случайность.

Принцесса боролась и обрела успех.

Осталось только помочь ей доиграть партию.

— Она не заговорит, — обреченно выдохнул Марко.

Я выпустил дым.

— Заговорит.

Сидя на моём члене, например.

Или когда моё лицо будет между её ног. Не особо важно.

Я не собираюсь заставлять её. Она сама придёт.

И в этот раз будет просить продолжать, а не останавливаться.

— Когда мы оба поседеем, — заключил он, возвращаясь к экрану.

— Характер, Марко. Чёртов характер Сартори.

Брат только отмахнулся, возвращая запись к жизни.

Брюнетка поднимается на длинные загорелые ноги, взмахнув волосами, обтягивает мизерные края платья пониже. Округлые бёдра двигаются в плывущем шаге, неся её прямо к незнакомому мужчине у барной стойки. Тот не сразу замечает красотку рядом, болтая ром в стакане. На блестящих девичьих губах играет улыбка, пропитанная всеми нотами женского флирта и озорства, привлекает внимание всего окружающего мужского пола. Однако цель у девушки, кажется, иная.

Она цепляется пальцами за плечо незнакомца, наконец вынуждая его заметить себя. Следом, ничего не ожидая, её ладонь оборачивает в кулак красный галстук на шее мужчины и притягивает его ближе. Понадобилось мимолётное мгновенье, чтобы их губы сомкнулись в неожиданном поцелуе. Охрана попыталась среагировать быстро, спохватившись в сторону пары, однако парень остановил мужчин взмахом одной руки, внимательно наблюдая за происходящим.

Поцелованный замер в отупляющей неожиданности, а девушка совсем не думала останавливаться, не получив предпочитаемого ответа. А незнакомцу требовались хотя бы какие-то секунды, чтобы наконец прийти в себя. Отмерев от шока, он проскользнул руками по её тонкой талии, притягивая ближе. Теперь он яростно отвечал на поцелуй.

— Идиот повёлся, — брат не удержал смешка.

Пришлось выдохнуть дым, мимо воли застрявший в лёгких.

— Я бы тоже повёлся.

И точно не стоял бы как растерянный школьник.

Принцесса выбирает не тех ублюдков для поцелуев.

Когда её губы коснутся моих, я точно буду знать, что делать.

— Даже не сомневаюсь, — он провёл языком по внутренней стороне щеки, не пытаясь скрыть веселья. — Вот и хвалёное целомудрие Синдиката.

Я стряхнул пепел, не отрываясь от экрана.

— Леонардо следует лучше обучать своих людей.

— Видимо, Лео не увидел в этом проблемы, — Марко дернул плечом.

На самом деле там действительно нет проблемы. Она взрослая и, если опустить некоторые детали, практически свободная женщина. Я уже давно отказался от традиционных ограничений в своей семье, пусть это и стоило нескольких голов. Поэтому его реакцию я прекрасно понимаю. Принцесса невероятно красивая женщина. Мне самому стоило усилий не поддаться флиртующему изгибу её губ тогда, в зале. Мой маленький, тайный кошмар. Изумрудные глаза являются по ночам, будто им недостаточно мучить меня наяву. Но ни понимание происходящего, ни собственный отказ от традиций не означают, что я позволил бы этому ублюдку сохранить руки, которыми он сейчас как раз оглаживает её бёдра.

— Знаешь, можно было бы выбрать кого-то попроще, — замечает брат, а я только сейчас понимаю, что он наблюдает за моей реакцией. — В любом случае это грёбаная Сартори. Леонардо просто так не успокоится, когда узнает обо всём. Нас будут ждать весёлые деньки.

Не узнает. Пока я не захочу – не узнает.

— Я должен считать это проблемой? — поднимаю бровь.

Марко посмотрел на меня, как на непонятливого ребенка:

— Мы рискуем обострить войну. Значительно обострить.

Одним поводом больше, одним меньше.

— Такие женщины стоят пролитой крови.

Выражение брата приобрело тёмный оттенок:

— Подумай на досуге, что тебе скажет эта женщина, когда ты решишь пролить её кровь. Не только ты замечаешь в ней сходство с Леонардо.

Я не нашел ответа для него и вернулся к просмотру.

Возможно, не нашел его для себя.

Девушка неспешно проводит ладонью по рубашке мужчины, плавно поднимаясь к шее. Её пальцы уверенно находят узел галстука и аккуратно ослабляют его, распуская бордовую ткань вокруг горла. Сартори первой разрывает поцелуй, ловко стягивая галстук через голову мужчины, даже не дав ему шанса опомниться.

На пухлых губах снова появляется пленительная улыбка. Лёгкая, хищная, пропитанная привычным женским магнетизмом. Девушка что-то произносит, после чего разворачивается и направляется обратно к своей компании. Всё той же кошачьей походкой, оставляя после себя лишь шлейф дорогого парфюма.

Красная ткань галстука остаётся висеть на кончике пальца девушки, лениво покачиваясь в воздухе, а одурманенный мужчина ещё несколько секунд растерянно смотрит ей вслед, пытаясь собрать произошедшее. Он приходит в себя уже тогда, когда незнакомка оказывается около своего столика. Резко сдвинувшись следом, тот пытается догнать, даже что-то кричит вслед, перекрикивая диджейский сет.

Брюнетка не собирается оборачиваться. Она довольна, румяна и полна самодовольства. Стоило ей щелкнуть пальцами, как охрана тут же сомкнулась за её спиной, перекрывая мужчине путь, а она с нескрываемым довольством уже подошла к качающему головой брату. Незамедлительно накинув добычу теперь на его шею, Сартори оставила короткий поцелуй на его лбу и усмехнулась. Во взгляде читалась победа, словно она привыкла получать своё любыми способами.

Парню оставалось только вздохнуть, без лишних споров достать из внутреннего кармана чёрный кожаный кошелёк, передавая его сестре. Или, лучше сказать, победительнице спора. Та без смущения приняла бумажник, сразу же раскрывая его и вытаскивая содержимое наружу. Пустой кошелёк небрежно летит на мягкий диван, а брюнетка профессионально пересчитывает деньги, быстро перебирая банкноты в пальцах.

Впервые за сегодня Марко улыбнулся без насмешки:

— Денюжку твоя принцесса хорошо считает.

— Если ей нравится считать деньги, то я смогу занять её руки надолго, — подметил я, ведь пока что не узнал никакого другого хобби принцессы. Кроме, конечно же, игры на моём терпении.

Брат одёрнул рукав рубашки резче необходимого.

— Не мелочись. Просто вручи ей карту и выпусти восвояси.

Он вряд ли подозревает, что я задумывался об этом уже несколько раз. Сразу после того, как принцесса отвергла обновленный гардероб. Раз уж ей не подошло то, что целый день выбирала Анна, наша прислуга, возможно, стоит предоставить ей возможность самостоятельно разбираться со своей одеждой. Безлимитная карта и несколько достойных бутиков вполне могут сойти за временное занятие для моей гостьи. Если только она снова не сочтет такую мою ужасную наглость за очередную подачку.

Мне совершенно не составит труда поддерживать привычный образ жизни золотой принцессы. В конце концов, я прекрасно понимаю, к каким тратам привыкла дочь Леонардо. На видео время от времени поблескивают драгоценные побрякушки на её шее и тонких запястьях, цена которых превышает ценник за хорошую недвижимость в Нью-Йорке. И после этого она ещё собирается недовольно вскидывать брови из-за своего прозвища?

Купим новые – пусть только успокоится.

Хотя последнее потребует гораздо больше усилий.

Легче будет купить каждую ювелирную лавку на Манхэттене.

— Я пошутил, Марио, — Марко нахмурился.

— Я понимаю, — согласился я. — Восвояси её никто не отпустит.

Брат облегченно выдохнул.

— Но перекрыть The Shops at Crystals не составит большого труда, — я пытался вытащить из памяти имя управляющего торговым центром. — Уверен, этот алкоголик не станет возражать, если мы возьмем комплекс под охрану на несколько часов. Он не настолько смел, чтобы создавать себе лишние проблемы.

Искренняя досада исказила лицо Марко.

Я наслаждался, наблюдая за его реакцией.

— Чертов джентльмен, — устало выдохнул он. — Хотя знаешь, в чем самый сок? Я заимею возможность воочию увидеть, как в тебя полетит и карточка, и всё, что она сможет купить благодаря ей.

Спорить бессмысленно. Его предсказание вполне может оказаться правдивым. Сейчас в глазах принцессы я виновен во всех грехах, так что прежде чем изменить её мнение о подарках, придется разобраться с этим. Тем временем моё внимание вновь вернулось к экрану, где Сартори как раз распоряжалась своим выигрышем.

Обведённый вокруг пальца незнакомец выкрикивает своё недовольство сквозь громкую музыку и плечи охраны. Тёмные брови девушки удивлённо взлетают вверх. Лео уже поднимается с дивана, собираясь вмешаться, но Сартори останавливает его движением руки, бросает несколько спокойных слов и возвращается к мужчине, которого люди Синдиката крепко держат под локти.

Не проходит и секунды, как пачка долларов летит прямо ему в лицо, рассыпаясь хаотичным зелёным дождём вокруг. Купюры оседают на полу, залетают на соседние столики, а некоторые зеваки умудряются словить хотя бы несколько бумажек. Ситуация привлекла практически всех.

— Оплачено, ублюдок! — доносится её прерывистый крик сквозь громкие басы. В ответ мужчина выдаёт невнятное ругательство.

Лео тяжело опускается на диван, устало прикрывая веки, словно уже давно привык к выходкам сестры. Блондинка рядом задыхается от смеха, согнувшись пополам. Брюнетка лишь фыркает, показывая незнакомцу средний палец, и одним взмахом ладони приказывает охране увести его прочь.

— Всем коктейли за мой счёт! — весело выкрикивает она бармену. — Сегодня угощает Сартори!

Зал проходится одобрительными возгласами, кажется, кто-то даже присвистнул, оставляя комплимент. Довольная девушка возвращается на диван, закидывает ногу на ногу и достаёт из маленькой сумочки изящные сигареты. Поджигает одну, выпуская тонкую струйку дыма, а после лениво обводит взглядом террасу. Пока её глаза не останавливаются прямо на объективе камеры.

Оператор дёргается, изображение вздрагивает. Сартори мгновенно напрягается, внимательнее всматриваясь в сторону съёмки. Короткий кивок охране, всего несколько слов, и мужчины в чёрном уже направляются к журналисту, стремительно сокращая расстояние.

Через несколько секунд запись обрывается.

— Занимательная трата времени, — я расцепил руки, позволяя им свободно лечь на подлокотники. — Узнали, кто опубликовал это дерьмо? Журналист точно понимал, кого снимает и сможет рассказать нам много интересного.

Брат выпустил что-то среднее между смешком и ругательством.

— Не вариант. Он исчез сразу же после этой съемки. Его родственники подали заявление через несколько дней, но он до сих пор числится без вести пропавшим по базам.

Пришлось чуть сильнее вдавить затылок в спинку кресла.

— Хотя бы где-то они хорошо справляются со своей работой.

— Способность Леонардо стирать концы начинает действовать мне на нервы, — Марко перебрал несколько листов, явно не читая содержимого. — Кто бы мог подумать, что он окажется таким заботливым папашей, да?

Я хорошо выучил этого человека за десятилетия войны. И как бы ни желал его смерти, должен признать, что у этого ублюдка есть честь, как и неоспоримая привязанность к своей семье, которую он даже не пробовал скрывать. Капо Синдиката всеми силами оберегал женщин своей фамилии, своих детей и тех, кого впустил в кровное родство. Это всегда заслуживало определенного уважения. А теперь дарит непоколебимую уверенность, что пропажа дочки неминуемо пошатнет его позиции.

— С нетерпением жду его звонка, — я потянулся к бутылке. Наливать в стакан, по-видимому, не имело никакого смысла, поэтому мне пришлось воспользоваться горлышком. — Хочу послушать предложения Синдиката.

— Мы примем их? — лениво отозвался Марко, прекрасно зная ответ.

— Нет. Выдвинем свои.

Мои предложения будут куда интереснее.

***

Телефонный звонок оборвал многообещающий рассказ Марко про их вчерашние приключения с Микеле и Раймондо. Прошлым вечером, сразу после увлекательной поездки домой в компании недовольной принцессы под кайфом, я не нашел никакого желания ехать на ночную вечеринку в новом пентхаусе Майки, которая как раз происходила в честь новоселья. Я предпочел остаться в особняке, точнее, расслабиться на балконе. Сартори любительница покурить в полночь.

Я взглянул на часы, прежде чем взять трубку:

— Ты проспался?

В трубке послышался хрип, подтверждающий слова Марко.

Вчера они выпили больше пяти галлонов дерьмового алкоголя.

— Не свирепствуй, босс. Я с информацией о Канзасе.

Нажав на кнопку громкой связи, откидываю телефон на стол.

— Она должна была быть ещё вчера, Микеле.

Микрофон разразился раздражающим шуршанием.

— Почему сразу Микеле? Пришлось долго ждать полицейский отчет. Работать там так и не научились, — он помедлил, а вскоре мы услышали, как щелкает клавиатура. — Ни в этот день, ни в другие не было ничего похожего на аварии с утоплением. Только пара несерьезных столкновений. Без пострадавших.

Ухмылка непроизвольно поползла на губы.

А вот и первый прокол, принцесса.

— Или это произошло в другом городе...

— Или Сартори законченная лгунья, — перебил его Марко.

— Утро, Марко, — прохрипел второй.

— Я говорил тебе, что двадцать четвертый тост лишний, — скривил он лицо. — Эта сука всё-таки накачала тебя клофелином?

Майки прокашлялся:

— Нет. Думаю, этого не требовалось. Буна спёрла мои часы, кажется, когда я заснул в ванной.

Блять, Буна. Где он их постоянно находит?

— То есть она даже не дала тебе? — Марко разорвало смехом.

— Я слышу это от новоиспеченного девственника? — огрызнулся тот.

— Достаточно, — оборвал я, не находя сил слушать это дерьмо. — Майки, приведи себя в порядок и сделай так, чтобы в ближайшее время я узнал, в каком именно городе произошла авария Сартори. Пробей машину, она есть на одной из фотографий желтых газет.

— Услышал.

Марко приоткрыл рот, прежде чем довольно откинуться на спинку:

— Синдикат скрывает аварию.

— Какой резон им делать это? — отозвался Микеле.

— Только если уверены, что она жива, — заканчиваю я очевидным.

Скидываю звонок, телефон на несколько секунд зависает в ладони.

— Идёт игра, брат. И она оказывается намного интереснее, чем мы думали в самом начале, — удовлетворенно тянет Марко, закидывая руки на затылок. — Мне не нравится быть пешкой в чужой партии.

Солодовый приятно греет горло. Я засматриваюсь на колыхающуюся янтарную жидкость, размышляя над тем, каким образом мы стали невольными участниками в чьей-то схеме. Игра действительно началась без нашего участия. Вот только правила в ней всегда можно поменять под себя.

Особенно, когда в твоих руках такой красивый козырь.

— Леонардо не позволит себе играть со своей семьёй, — пришлось отставить от себя виски, чтобы не соблазниться на ещё один глоток. Бухать с самого утра никогда не было хорошей идеей. — Тем более с дочерью.

— Следовательно, партию теперь ведут три игрока, — брат разгибает пальцы. — Мы, третья сторона и, конечно, Синдикат. И я не удивлюсь, если наш волшебник сидит где-то около Леонардо. Не будем забывать, что где Синдикат, там и мутное болото.

Конечно, я рассматривал этот вариант. И не нашел ничего, что сможет его полностью опровергнуть. Третья сторона смогла дотянуть свои лапы к самой оберегаемой женщине на нашей планете. А это не преувеличение. Я хорошо спрятал Аннет, но даже моя защита не сравнится с маниакальным намерением Леонардо не подпускать нас к дочери. Не подпускать меня. Так что этот кто-то запросто смог бы воспользоваться внутренним положением в Синдикате, чтобы добраться до неё. Маленькая принцесса перешла дорогу кому-то настолько отчаянному, что он готов был рискнуть настолько.

— Есть ещё вариант, который неплохо было бы проверить, — снова подал голос Марко, разгибая четвертый палец. — Мексиканцы обидчивый народ, а Леонардо в последнее время усилил давление на них.

Мой брат никогда не занимал свою должность просто так.

— Да, обидчивый, — согласился я с усмешкой. — Однако какой смысл Максимусу отправлять её ко мне? Ублюдок бы никогда не упустил такого шанса, тем более, не делился бы им со мной.

От одного осознания, что Сартори могла попасть к картелям, грудную клетку сжимает холодной злостью. Причина даже не в том, что эти ублюдки никогда не имели понятий, а о достойном обращении с женским полом и заикаться нет смысла. Просто я прекрасно знаю, что Максимус имеет личный интерес к Селене. Попади она к нему, живой бы точно не вышла.

— Может, тоже заметают следы? — Марко сомневается.

Хреновый план появляется сам собой.

— Вот завтра и проверим.

Марко с сомнением поморщился, не торопясь озвучивать выводы.

— Это очень тупая идея, Марио.

Очень. Но позволит мне убить сразу двух зайцев.

Узнать, имеют ли мексиканцы отношение к происходящему.

Наказать их за предательство с кораблями.

— Но она может сработать, — в итоге заключил он.

Между нами воцарилась тишина, на этот раз весьма кстати. Она была необходима, чтобы я в полной мере осознал, куда собираюсь потащить Сартори. Было бы предпочтительнее в ближайшие пару дней вообще не выпускать её из особняка. Это самый охраняемый участок в Вегасе, где ей не грозит ничего, но тучи сгущаются и у нас может оказаться намного меньше времени...

— Джек, а ты не мог бы развернуться спиной?!

Требовательный голосок резко привлекает моё внимание.

Как я мог забыть, что окна кабинета выходят прямо к бассейну.

— Попытка к бегству? — хмыкнул Марко, поднимаясь на ноги.

Стоит ли говорить, что я тоже встал, сразу направляясь к подоконнику?

— Не удивлюсь, — уголок рта дернулся уже у открытого окна.

Мне не потребовалось много времени, чтобы найти принцессу, но оно однозначно потребовалось, чтобы в полной мере рассмотреть её. Может, я смог бы заниматься этим весь день. Первым в глаза кинулось не привычное возмущение на её хмуром лице, и даже не длинная белая футболка, которую она обтягивала к бёдрам, прожигая взглядом охранника. Внезапно для себя я отчетливо отследил разницу между тем, что видел в жёлтых статьях, с чем столкнулся накануне, ещё до того, как её раны начали заживать, и тем, что наблюдаю прямо сейчас.

Она обворожительна настолько, насколько разнообразна.

Следом я нашел охранника, вальяжно расположившегося на террасе.

Я наклоняюсь к столу и беру телефон.

С недавних пор Джек стоит на быстром вызове.

— Слушаю, босс, — один гудок, он берёт трубку.

— Я не припомню, чтобы разрешал тебе рассматривать их купальники, — возвращаюсь к окну, отмечая, как изменилось расслабленное выражение Джека. — Перестань смущать девушек. Где твои манеры?

Парень незамедлительно подрывается со стула.

Он останется без члена, если я вдруг замечу стояк.

Сартори всё ещё прикрывается футболкой, но Ани нет.

— А если сделает ей что-то? — всё же, Джек отворачивается.

— Не сделает, — заканчиваю я, обрывая связь.

Характер не тот. Она хитра, но подлости там нет.

На прекрасном лице моей гостьи тут же заиграло непонимание.

Пожалуйста, принцесса.

— Джек, принеси нам что-нибудь перекусить и выпить! — командный голос сестры отдается эхом по двору.

Давай, Джек, принеси им что-нибудь.

— Сартори странно на неё влияет, — подмечает стоящий около меня брат, в очередной раз оказываясь абсолютно правым. — Ани никогда раньше себя так не вела.

Мне остаётся только кивнуть. Не вела.

Рядом с ней Ани буквально светится...

Я не успел заметить, как мои мысли оборвались.

Принцесса, предварительно оглянувшись, стянула футболку.

— Она в белье? — где-то сбоку прозвучал непонятливый голос брата.

Нет, бухать с утра было хорошей идеей.

Другой борьбы с чертовым стояком я ещё не придумал.

— Она в чёртовом белье, Марко.

Проклятое голубое кружево вдруг показалось мне самым невероятным комплектом, который я видел за всю свою жизнь. И дело далеко не в цвете. И не в блядском комплекте. Я никогда не видел её оголённой ранее, если не считать мутного стекла ванной. Похоже, мне стоило бы переживать о своём члене, потому что впервые за долгое время он твердеет лишь от одного взгляда на женщину. Через него прошло достаточно разнообразия, чтобы не реагировать настолько остро.

Видимо, не в этот раз.

Она выглядела великолепно с этим легким румянцем от солнца, которое оставляло тени на каждой части её тела, подчеркивая и без того невероятно привлекательную фигуру. Оно скользило по небольшой груди, где изредка при движении показывались два небольших соска, мягко опускалось на линии живота, а заканчивалось там, где я бы хотел сейчас оказаться больше всего. Эта проклятая звезда будто подсвечивала то единственное, что я пока не могу себе позволить.

Марко присвистнул, вырывая меня из дымки:

— И как ты держишься? — наглая ухмылка растянула его губы.

Конечно, он опять рассматривал мою реакцию.

— А ты? — я ответил такой же усмешкой.

Майки не просто так назвал его новоиспеченным девственником.