Святая фальшь

– Нет, – ответ короткий, но твёрдости в нём явно меньше, чем хотелось бы самому Винсенту. – В последнее время дел выше крыши, не успеваю следить за новостями. Я так понимаю, Сартори?

Ого. Он обращается ко мне?

– Смотря какая, – прищуриваюсь. – Их несколько.

Может, ты озвучишь всеобщую догадку?

– Судя по длинному языку и отсутствию воспитания, та самая, – почти не слышно бурчит, поворачиваясь к Марио. – Здесь отчёты по нескольким клубам. Я всё проверил, там чисто. Осталась только твоя подпись.

Марко перестаёт выглядеть расслабленным. Братья перекидываются короткими взглядами, полными осознания. Очевидно – они прекрасно понимают друг друга даже без слов. И меня чертовски удивляет такая сплоченность. Они оба невыносимы. Как мирятся между собой?

Марио отвечает лишь коротким кивком.

– Можешь быть свободен.

Винсент заминается:

– Я могу подождать, пока ты подпишешь. Сам отвезу документы...

– Винсент, свободен, – довольно резко встревает Марко.

Винсент соглашается слишком поспешно. Перед тем как развернуться, ещё раз коротко смотрит на меня, будто пытается убедиться в чём-то окончательно, а затем спеша выходит из кабинета.

Дверь закрывается.

В комнате становится подозрительно тихо.

– Ты знаешь его? – ко мне вопрос босса звучит не так морозно.

– Впервые вижу. Кто это? – хмурюсь.

– Веспуччи, – небрежно бросает Марко.

– Веспуччи? – пытаюсь вытащить нужную ассоциацию.

Чёрт, что-то очень знакомое. Очень.

Бесцельно осматриваю стол, пока в голове продолжают крутиться мысли о Веспуччи. Но в какой-то момент внимание цепляется за интересные цифры на оставленных документах. Листы лежат правильной стороной к Романно, мне приходится читать вверх ногами, из-за чего строки немного сливаются в сплошную мешанину. Любопытство, как обычно, оказывается сильнее приличий.

Действительно финансовые отчёты.

– Интересно? – открытый намёк от Марио заставляет оторваться.

Иногда обычный лист может стоить дороже целого здания. Мне ли не знать. Ценна не сама бумага, а то, что напечатано на ней чёрными буквами. А если внизу ещё стоит подпись Капо, стоимость информации возрастает в несколько раз.

– Ну, вообще-то да, – честно признаюсь.

На губах Романно появляется удовлетворённое выражение.

Ты вроде говорил, что не любишь ложь.

– Там ошибка, – отвечаю надменной улыбкой.

И она настолько очевидна, что не скрывается даже перевёрнутой печатью. Там взаправду обычные отчёты по работе клубов. Я даже не успела прочитать всё, но несоответствие в цифрах заметит даже слепой. Дома я часто проверяла отчёты вместо отца. Он доверял мне очень многое, особенно когда не хотел копаться в бесконечных бумагах. Я всегда была кем-то вроде личного ассистента криминального авторитета.

Именно отец научил меня видеть деньги не только в красивых итоговых суммах. Расходы, проценты, налоги, комиссии, накладные расходы. Тысячи просмотренных документов постепенно сделали остальное. У Синдиката тоже есть клубы, поэтому я прекрасно представляю, сколько примерно должно уходить хотя бы на элементарное содержание такого места.

Теперь заинтересовался Романно.

Он вопросительно смотрит, гипнотизируя глазами.

Иди ты к чёрту со своими глазами, дорогой друг.

Внимательнее вчитываюсь в документы:

– Даже самый популярный круглосуточный клуб в городе не способен сжигать столько электричества. Здесь четырнадцать центов за киловатт, дальше налоги, льготы за ночное потребление... – веду глазами по цифрам, быстро складывая их в голове. – Всё равно не сходится. Сумма сама по себе не критичная, но цифры нарисованы чертовски криво.

Смешок вырывается из горла, пересчитывая указанные суммы.

– Двести пятьдесят тысяч киловатт за месяц? Вы там половину Вегаса освещаете? Что за хрень?

Либо их действительно пытаются обвести вокруг пальца, либо никто в этой организации нормально не следит за расходом. Оба варианта для Диабло выглядят паршиво в их положении. Сколько бы денег ни проходило через руки, чужие миллионы особенно любят исчезать именно там, где перестают считать мелочь. Моих личных денег никогда не касалась финансовая грамотность, но вот деньги Синдиката я считаю просто превосходно. Отец и доллара не пустит на ветер.

Марио забирает отчёт и перечитывает нужные строки, после чего делает внушительный глоток виски. Расслабляйся, Капо. Твои же люди, похоже, решили немного облегчить твои счета. Тяжело поверить, что сам Романно настолько плохо считает. Скорее Винсент рассчитывал, что на фоне общих оборотов подобную сумму никто не заметит.

В кофейных радужках появляется что-то новое.

Но злости почему-то нет.

Наоборот, мужчина выглядит... довольным?

Доволен, что тебя кидают на деньги?

Странный человек.

– Умница, принцесса, – ещё один глоток.

Иди к чёрту. Мне плевать на твою похвалу.

Лист перекочёвывает ко второму брату. Тот перехватывает его и начинает внимательно изучать цифры. Я даже не поворачиваюсь в его сторону. Слова про отца всё ещё сидят внутри занозой.

Я тебе это припомню, Марко.

– Занималась документацией? – тот же взгляд, что и к Винсенту.

Капо, я не настолько глупа, как твои подопечные.

Изображаю саму невинность, легко улыбнувшись:

– Нет, просто в школе хорошо училась.

Не поверил ни единому слову.

– В школе рассказывают об отмывании денег через коммунальные услуги? – доносится сбоку весёлый голос Марко.

– В школах Лиги плюща – да, – парирую с ухмылкой.

Такого не рассказывают. Там было что покруче.

– Нам так не жить, – смеётся он, откидывая отчёт на стол.

Конечно не жить.

У вас вообще базовое образование есть?

Хотя читать умеете. Уже достижение.

Я закончила все классы на отлично. Каждый чёртов предмет закрыт с высшим баллом. Не потому, что являюсь скрытым гением. Просто иногда проводила ночи без сна за учебниками. А ещё научилась вовремя давать взятки. Хитрость всегда вытягивала меня по жизни. Отец слишком строг к образованию наследников и всегда хотел видеть своих детей в списках лучших. Нам оставалось только соответствовать золотой фамилии и ожиданиям папы, если хотелось жить без очередной лекции о будущем семьи.

Марио спокойно поднимается, забирая сигареты со стола.

Украсть не получилось.

– Поехали, принцесса.

Внутри тут же шевелится беспокойство.

– Куда? – непонимающе хмурюсь.

Он смотрит так, будто я непонимающий ребёнок:

– Наказывать лжецов.

Ох. Звучало бы прекрасно... если бы один из лжецов прямо сейчас не сидел прямо напротив тебя. Зеленоглазый, растерянный и, как оказалось, очень трусливый, лжец. И почему-то мне кажется, что ты всё ближе подбираешься к неприятной правде.

Так каких лжецов мы едем наказывать?

Глава 8

Селена

Белые кроссовки быстро семеня