Я стала злодейкой и мне это нравится

Совет города, как они себя величали, с удовольствием принимал гостеприимство герцогини. Советчики с удобством устроились в креслах, ели, пили и нахваливали угощения.

Софи сумела подкинуть им пару идей и помогла советом в нескольких вопросах. А одну из инициатив герцогиня решила взять под свое крыло – школу для сирот и городских детей. Сначала хотели сделать это одним заведением, но Софи настояла, что должно быть два. Необходимо отдельное большое жилое здание для сирот, где они будут жить и учиться, и другое здание для детей горожан, которые будут там только учиться с утра и до обеда.

– Первое должно быть на окраине, чтобы рядом было просторно, а второе – в центре города, чтобы дети могли туда добираться либо сами, либо с помощью родителей.

– Ваша светлость, вы правы, – поддержал ее сухопарый старик, барон Крюнгер, – я знаю несколько подходящих зданий в центре города.

– Лорд Крюнгер, тогда я попрошу вас провести анализ этих зданий и дать им оценку, – барон выглядел взволнованным и польщенным таким предложением. – Герцог в скором времени должен вернуться, мы с ним обязательно обсудим ваш отчет.

– Миледи, я буду счастлив, – барон поклонился и посмотрел на всех с превосходством.

– Замечательно, второе здание и прилегающие к нему территории я выберу сама. Необходимо оценить владения семьи.

– Миледи, мы очень рады, что вы присоединились к нашему совету.

– Уверена, что только такие неравнодушные подданные королевства, как вы, могут сделать жизнь в герцогстве лучше.

– Спасибо, миледи, – сказала жена графа, – мы польщены и рады, что вы понимаете нашу работу.

– Конечно, леди Шаперон, не сомневайтесь, я вижу разницу, – женщина приложила руку к груди и потянулась за платком. Слова герцогини растрогали многих. А Софи думала, что пусть умиляются, она им еще покажет, как сплетничать тут про нее.

Софи встала и все поднялись вместе с ней.

– Простите господа и дамы, у меня запланированы другие дела. Я была очень рада с вами познакомиться и надеюсь на плодотворное сотрудничество, – гости поклонились, Софи кивнула им и пошла на выход. Потом повернулась и добавила, – вам не стоит торопиться. Скоро принесут еще закусок и легкого вина, – и на этих словах, заметив радостное выражение лиц присутствующих, она покинула комнату. Вот так и надо, задушить гнильцу добротой, теперь они не посмеют о ней плохо думать.

Глава 30

Софи вызвала в свой кабинет дворецкого. Чопорный сухопарый мужчина с седыми висками низко поклонился, грациозно выпрямился и стоял напротив ее стола, смотря ей в глаза прямо и спокойно.

– Траут, я хотела бы изучить карты герцогства и посмотреть список недвижимости, принадлежащей семье Веритас.

– Миледи, карты я смогу предоставить вам завтра. Однако список недвижимости вместе с документами находится в кабинете герцога, который магически запечатан, пока его владелец вне дома, – Софи глубоко вздохнула и кивнула.

– Хорошо, а последние отчеты о делах города и деревень?

– Ваша светлость, извините, но эти отчеты тоже находятся в кабинете герцога.

– Почему отчеты там, если их отправляют управляющему, чью роль выполняете вы?

– Ваша светлость, последние отчеты я передал герцогу перед его отъездом, – дворецкий не врал, не юлил, но говорил монотонным и спокойным голосом, от которого Софи закипала изнутри.

Она злилась на эту дурацкую ситуацию и на все нарастающее ощущение бессилия. Она герцогиня в собственном доме, но без герцога она почти никто. Может почетная гостья, но не хозяйка. По-настоящему к управлению ее не допускают. Куда бы она ни сунулась, везде есть ограничения. И это не вина слуг, хотя они тоже ее злят. Не перечат напрямую, выполняют приказы, но и не идут навстречу, не стараются помочь, бездействуют. Можно, конечно, кричать, топать ногами, требовать, наказывать, но будешь выглядеть, как капризный ребенок. Глупые и недальновидные порывы Софи заглушала на корню. Нужно набраться терпения.

Большую часть накопившегося раздражения она направляла на герцога. Это он не позаботился передать ей бразды правления как следует. Но она вспоминала, как поспешно он уехал, что совершенно не успел отдохнуть, и успокаивала себя тем, что ей просто нужно набраться терпения. Он приедет, и станет понятно, смогут ли они договориться или… В общем, будет видно. А пока делаем, что можем, решила она.

Софи закрыла глаза на мгновение, глубоко вдохнула, выдохнула и продолжила беседу.

– Тогда я хочу получить отчеты за предыдущие пару лет. По каждой деревне и городу. А еще распорядок работы слуг и должностные обязанности каждого, – брови дворецкого слегка поползли вверх, но он ни слова не сказал, лишь поклонился. – Пригласите ко мне также учителя Леонарда завтра утром.

– Да, миледи.

– Можете идти, – Траут поклонился и вышел.

Нервозное состояние не отпускало, и Софи решила, что ей нужна дружеская беседа. Она спустилась за тетушкой Мирьей и позвала ее в свой кабинет пить кофе с выпечкой. Герцогине самой не пристало ходить на кухню, но Софи устала от условностей, да и всегда было приятно заглянуть в царство аромата и тепла.

Пока повариха собирала поднос, Софи наблюдала за горничными, которые жались в небольшом закутке кухни в конце длинного обеденного стола. У них был перерыв и они переводили дух, явно сегодня у служащих был тяжелый день. Герцогиня подумала, что им нужна комната отдыха. Она вытащила свой блокнот для идей и записала эти мысли. Тетушка Мирья заглянула туда и улыбнулась.

– Чувствую, заживем мы хорошо при вашем руководстве, миледи.

– Что, выйдет из меня толк? – хмыкнула Софи, и посмотрела на нее лукаво. Повариха смутилась, закрыла глаза рукой, но потом откинула голову назад и засмеялась своим низким грудным голосом. – Герцог вообще знает, какое сокровище ему досталось? – сказала она, когда отсмеялась.

– Не знаю, тетушка, поживем увидим.

– Глупым его точно не назовешь, миледи.

Вечером к Софи в кабинет заглянул капитан Дирк. Мужчина рассказал, что девушка, которая целовалась с солдатом, оказалась одной из прачек и взяла платье из стирки. Солдат просто хотел развлечься, и то, что девушка была в парике, даже не заметил. Прачка призналась, что хотела выглядеть красиво для него.

– А парик ей тогда зачем?

– Сказала, что вы самая красивая леди герцогства, и она хотела быть похожей на вас. – Софи потерла переносицу.

– Капитан, и эти ответы вас устроили? Почему вы не капнули глубже, не расспросили свидетелей?

– Миледи, мне казалось, вы не хотите привлекать внимание к делу. Думал, его следует замять.

– Нет, нужно расследовать и докопаться до зачинщиков.

– Вы думаете есть организатор?

– Определенно. Если бы вы спросили меня сразу, то узнали бы, что это платье было украдено из моей комнаты. Я и моя служанка Мили, помним, что я его не надевала и никуда не отдавала, – капитан поднял руку, и Софи дала ему вставить слово.

– Миледи, ваша вторая служанка Мари, призналась, что случайно пролила на платье чай и отдала его в стирку в тайне от вас.

– Как интересно. Мили, пригласи Мари в кабинет. – Мили, которая незаметной статуей стояла в углу комнаты, вышла и через несколько минут вернулась с Мари. Девушка со страхом посмотрела на капитана, потом сжалась под взглядом Софи. – Мари, и часто ты пьешь чай в моей гардеробной?

– Нет, миледи, это случайность.

– Случайность, что ты зашла в гардеробную с чашкой чая и пролила его только на это платье?

– Да, миледи, это случайность. Мне очень жаль. Вы можете лишить меня жалованья на несколько месяцев за этот проступок.

– И кто тебе сказал, так ответить?

– Никто, – девушка дернулась, – никто не сказал. Это я, я виновата.

– Мари, ты больше не являешься моей личной горничной. Дальнейшую твою судьбу я решу позже, – девушка поклонилась и вышла, казалось, она испытала… облегчение.

– Миледи, вы думаете, что это ложь?

– А разве это не очевидно. Платье забрали из гардеробной, чтобы кто-то мог притвориться мной. Выбрали платье нового кроя, в котором я появлялась раньше и которое отличается от местной моды. Понимаете, капитан, вечером накануне нашей поездки, я объявила всем, что останусь дома. То, что моим свидетелем защиты оказались вы с вашей нерушимой репутацией – всего лишь случайность. Вы понимаете, какие последствия имело бы это происшествие, если бы зачинщикам удалось меня подставить? – мужчина побледнел.

– Да, миледи, – лицо его стало суровым.

– Капитан, не время проявлять джентльменство, я хочу, чтобы нарушители заговорили, – капитан посмотрел на Софи по-другому. – Прачка явно это не сама придумала и провернула, да и моя служанка тоже.

– Да, миледи.

– Думаю, я тоже присоединюсь к вашему допросу. – Капитан кивнул. – Еще, помнится, члены совета сказали, что кто-то крикнул, что это герцогиня там с солдатом. Их тоже следует опросить. Спектакль был подстроен с идеальным расчетом времени, чтобы это увидели главные сплетники города.

– Ваша светлость, простите мою халатность, я… Мне нет оправдания.

– Вы привыкли получать ответы от сильных мужчин, преступников, заговорщиков, – он закрыл глаза и кивнул, – и при всем вашем благородстве вам чужда мысль допрашивать с пристрастием женщину.

– Миледи, доверьтесь мне, я не оставлю это дело так.

– Я верю вам, капитан. И считаю, что пол не оправдание для преступления. Нужно отвечать за последствия. Мы с вами соберем все доказательства и герцог ознакомится с ними, когда вернется.

– Да, ваша светлость.

Они не стали откладывать и после ужина отправились в камеру к прачке. Девушка причитала и плакала, что просто хотела быть красивой. Парик ей кто-то подкинул, но из-за скудного питания и плохих условий работы, она частично облысела и ее порыв воспользоваться им можно было понять.

– Говори правду, кто тебе дал парик?

– Я не знаю, нашла его утром в прачечной, когда пришла на работу.

– Почему ты посмела надеть платье герцогини?

– Я ничего красивее в жизни не видела. Господские вещи надеть самой сложно, а это платье…

– Устроено по-другому, – закончила за нее Софи. Капитан посмотрел на нее удивленно, и она поспешила объяснить. – Капитан Дирк, мои платья сшиты моей личной модисткой, они удобнее и проще в обращении. При необходимости я могу надеть их без служанки. Прачка закивала.

– Я увидела, что герцогиня уехала, и не удержалась. Простите меня, пожалуйста. Я вышла во двор, хотела хотя бы на пять минут стать красивой. Там меня увидел Сорон, я была влюблена в него, – девушка снова залилась слезами. Софи с капитаном переглянулись.

Солдат утверждал, что прачка соблазнила его, притворившись городской девушкой. Он был наглым, неприятным типом, но не заговорщиком. Дальнейшую его судьбу должен был решить капитан. То, что Мари пролила чай на платье подтвердили другие служанки, сказали, что она была расстроена и боялась наказания. В спешке отнесла его в прачечную, чтобы успеть вернуть, пока пропажу не заметили.

Капитан опросил свидетелей: несколько служанок, главную горничную, экономку. До самого утра по кругу допрашивал прачку, Мари и солдата. Есть, пить и отдыхать им не давали. Но их показания остались прежними. Если у этого спектакля и был режиссер, то он сыграл на слабостях каждого. Зародил семена раздора, подтолкнул людей в нужном направлении, но не действовал напрямую. Софи подозревала, что напрямую никто бы и не смог. Герцог говорил о клятве верности, которую дают слуги. Кто-то действовал очень хитро.

Например, прачка призналась, что никто ее не надоумил надеть чужое, но она думала об этом давно. Между собой девушки часто говорили, как было бы здорово, будь они удачливее. Родились бы дочерью купца или аристократа и жизнь была бы проще. С Сороном кто-то поспорил за картами, что тот сорвет поцелуй красавицы. Мари так вообще впервые за год решила нарушить правила и выпить господский чай, а чтобы ее не увидела Мили, спряталась в гардеробе. Хотя последнему Софи не поверила, но нарушением девушки было только то, что она сделала. Больше ничего она не знала. У каждого в этом деле была своя маленькая роль, а остальное – неудачное стечение обстоятельств.

Выяснить, кто кричал, что герцогиня целуется с солдатом, и это ли вообще кричали, тоже не удалось. Все свидетели давали разную и противоречивую информацию. Мари, прачку и солдата оставили в тюрьме. Их судьбу герцогиня решит позже.

Утром Софи обнаружила в своем кабинете ровную стопочку со всеми отчетами за два предыдущих года, должностные обязанности работников и карту герцогства. Однако вместо учителя, которого она ждала, к ней на аудиенцию напросилась старшая горничная.

– Миледи, я бы хотела предложить вам замену на место Мари, – сказала та после поклона и разрешения говорить.

– Не нужно, Белинда. Я уже оценила качество работников, которых ты назначаешь. – на лице девушки появилась досада, но она постаралась вернуть ему нейтральное выражение.

– Миледи, прошу прощения, горничная совершила ошибку, но ведь пролитый чай, не преступление. Разве можно наказывать и изгонять человека из дома только из-за случайного происшествия. Она не могла знать, что прачка совершит такое. Ваше платье…

– Оказалось на той, кто притворялся мной и вызвал скандал. Разве это не работа личной горничной следить за благополучием моих нарядов?

– Но ведь прачка сама его украла из стирки!

– Это с ее слов. Наверняка ничего не известно. И откуда ты знаешь эту информацию?

– Я? Миледи, просто в замке говорят.

– Кто говорит?

– Я не знаю, никто конкретно, – глаза девушки забегали.

– А может ты так говоришь, потому что сама ее подговорила украсть платье? Или может сама передала ей мое платье? – Софи поднялась с кресла, скрестила руки на груди и посмотрела на девушку строго.

– Миледи, у вас предвзятое отношение ко мне, – Белинда как-то мигом поникла, глаза наполнились слезами. Она продолжила жалобным голосом.– Эти обвинения беспочвенны и оскорбительны, лорд-капитан меня опросил вчера и отпустил, – девушка так натурально играла возмущение, глаза на мокром месте, рука у сердца, грустное выражение лица. Более наивный человек, каким Софи не являлась, мог бы и поверить.

– Достаточно, – Софи подняла руку ладонью вперед, – я не хочу слушать твои причитания. Мне не нужна еще одна горничная, Мили вполне справляется.

– Миледи, герцогине положено иметь двух обученных горничных. Что же скажут люди?

– А людям кто скажет? Ты?

– Нет, конечно, миледи, вы судите несправедливо! – еще один всхлип, девушка осела на колени. – Я всего лишь выполняю свою работу. Но слухи могут поползти.

– Тогда твоя задача сделать так, чтобы этих слухов не было, – Софи понимала абсурдность своих слов, но ей было интересно, что же ответит горничная.

– Ваша светлость, это невозможно. Слухи, они словно лавина, пожалуйста, не наказывайте… – девушка сложила руки в молитвенном жесте и боялась смотреть Софи в глаза.

– Прекрати плакать, – в голосе Софи слышалось раздражение, не ожидала она такого спектакля. Сквозь слезы горничной послышался стук в дверь.

– Миледи, разрешите войти.

– Входи, – вошел рослый гвардеец, увидел раздражение на лице Софи, плачущую Белинду, девушка сидела на коленях, красиво вытирая слезы и поправляя декольте. – Я слушаю, – строго сказала Софи. Мужчина вытянулся по струнке.

– Ваша светлость, капитан попросил аудиенцию после обеда.

– Передайте, что я буду его ждать.

– Да, миледи, – солдат поклонился и вышел, снова бросив взгляд на Белинду. Софи чувствовала, что тут снова что-то происходит.

– Белинда, ты закончила? Судьбу Мари я решу сама. Свободна.

– Да, миледи, – девушка встала, отряхнула фартук, поклонилась. Глаза были сухими, на лице ухмылка, словно она отыграла свою партию, зрители разошлись и притворяться больше не нужно.

Софи вызвала Траута, чтобы понять, почему нет учителя Лео, которого она ждала в своем кабинете. На что ей доложили, что дворецкий уехал инспектировать одну из дальних деревень. "Как вовремя" – подумала Софи.

Миссис Эстот была занята инвентаризацией. Софи нашла ее в одной из кладовых. Экономка действительно работала, и герцогиня оставила ее в покое. А сама отправилась проветриться и прогуляться по замку.

Глава 31

Замок был поистине огромным. Изучать его было интересно. Софи выбирала разные лестницы и коридоры, поворачивая то направо, то налево, поднимаясь то вниз, то вверх, при этом стараясь запомнить путь. В одном месте ей показалось, что она потерялась, но увидела одну из служанок с подносом. Девушка явно спешила и боялась уронить тяжелую супницу, поэтому не оглядывалась по сторонам и шла осторожно. Это было выгодно Софи. Она поспешила за горничной, аккуратно скрываясь за колоннами и выступами. Однако у двери вышла в полный рост и вошла первой, когда вторая служанка открыла дверь. Бедняжка чудом удержала поднос, когда заметила герцогиню.

Софи вошла в комнаты и увидела миловидную молодую женщину, сидящую в кресле перед камином. Она была укутана в одеяла, на лице отразилось удивление и узнавание. Горничные низко поклонились, восклицая "ваша светлость". Девушка встала, одеяло упало к ее ногам, больше не маскируя явную беременность гостьи.

Первая мысль была "Герцог скрывает в доме беременную любовницу?". Но что-то не сходилось, не в его это характере. Да и девушка выглядела аристократкой, на такой он бы женился. Софи решила перестать гадать и представилась.

– Леди Софелия, герцогиня Веритас, – она посмотрела на гостью выжидающе.

– Леди Линетт, маркиза Золфейн, – девушка слегка поклонилась и Софи кивнула ей.

– Рада с вами познакомиться, – герцогиня вспомнила, что именно о ней говорил граф Федокс. Его дочь, которую он отдал за преступника старше ее в два раза. Все начало вставать на свои места. Герцогиня улыбнулась и жестом указала молодой женщине на кресло. Маркиза села и Софи подошла и поправила одеяло. Линетт была уже на последних месяцах, живот мешал двигаться.

– Спасибо, ваша светлость, – девушка села с облегчением и устроилась поудобнее.

– Называйте меня Софи.

– А вы тогда называйте меня Лина, – Софи кивнула и посмотрела на служанку, чтобы та разложила еду на столе. – Как твое имя?

– Меги, ваша светлость.

– Меги, принеси нам еще чаю, кофе и рулетиков, скажи тетушке Мирье, что для меня.

– Да, миледи, – служанка поклонилась и вышла.

Софи устроилась в кресле напротив и молчала, пока маркиза неспешно ела свой завтрак. У девушки был хороший аппетит, это радовало. Меги принесла и разложила на столе сладости и напитки, как раз к моменту, когда маркиза закончила с завтраком. Софи взяла рулетик и кофе, устроилась с удобством в кресле и отпустила служанок.

– Удобно ли вам тут?

– Да, обо мне очень хорошо заботятся.

– Но вы же не сидите тут целыми днями, выбираетесь на прогулки?

– Редко, если вы еще не поняли, Софи, я тут инкогнито, и меня прячут от лишних глаз.

– Я поняла, ваш муж, – при этих словах Лина сморщила носик, – оказался замешан в преступлениях, которые расследует герцог.

– Да, он мерзкий ублюдок, – резко сказала маркиза. Софи даже рулетиком поперхнулась. – Извините, Софи, леди так не выражаются.

– Леди могут выражаться, как им хочется. Это мое мнение, – Софи подняла палец вверх. – Я даже думать боюсь, через что вам пришлось пройти.

– Это очень долгая история, – маркиза отпила кофе и удивилась. – Как вкусно. Это кофей?

– Да, мне он очень нравится.

– И мне, – девушка откинулась в кресле, выпила еще пару глотков и закрыла глаза, наслаждаясь вкусом.

Софи не стала засиживаться у маркизы, они побеседовали о буднях, погоде, самочувствии роженицы и нарядах. Маркизу заинтересовало платье Софи и она рассказала ей про Меланию и их общее дело.

Уходя, Софи спросила:

– Лина, вам наверное скучно, хотите я принесу вам книг и, если вы позволите, буду иногда составлять вам компанию?

– Я буду очень рада, Софи.

На обратном пути герцогиня зашла в библиотеку и попросила Хиггинса собрать книги по беременности, воспитанию детей и несколько интересных романов на разные темы. Мистер Хиггинс передал книги, ухмыляясь в усы. Софи позабавила его реакция, но не будет же она библиотекарю объяснять для кого это.

Вместе со служанкой она отправила книги маркизе и вернулась в свою комнату. Нужно было освежиться и немного прогуляться перед встречей с капитаном.

– Сороса я планирую выгнать, ваша светлость. Он давно не выполняет нормативы, и, честно говоря, – мужчина слегка смутился, – я не сделал этого раньше из-за его отца. Он раньше служил здесь, помог мне разобраться с некоторыми трудностями на первый порах. Хороший был мужчина, честный, добрый. Жаль эти качества не передаются по наследству.

– Вы правы, капитан, очень жаль. Я поддерживаю ваше решение. Думаю, прачку тоже стоит отпустить. Пусть устроится в другом доме, я скажу миссис Эстот помочь ей с этим.

– Мари вы тоже уволите?

– Что вы советуете, капитан?

– У нас нет причин держать их взаперти. По закону они провинились, но каждый в своем.

– Да, поэтому для Мари мы тоже найдем новый дом. Думаю, она будет рада этому.

Отдав все распоряжения, Софи решила отправиться на прогулку и навестить своих травниц. Она осталась на ужин в доме старосты и под оханья и аханья Далии поведала им историю о прачке и переполохе в замке.

Глава 32

Следующие несколько дней Софи ежедневно наведывалась к маркизе. Они обсуждали книги, воспитание детей, рассказывали истории из детства, говорили об общественных инициативах герцогини. Историю с помощницей травницы Линетт слушала затаив дыхание, как настоящий роман. Естественно, Софи опустила инцидент с платьем.

В один из дней маркиза рассказывала что-то из жизни с родными, но замолчала в середине фразы, задумалась, кивнула своим мыслям, и прыгнув словно в омут с головой, начала рассказывать о своем замужестве.

Линетт являлась дочерью графа от первой жены. Отец не долго ходил вдовцом, и вскоре новая жена родила ему мальчиков – близнецов. Вопрос с наследником был решен. Девочке на тот момент было десять лет. Мачеха не обращалась с ней плохо, но истинную любовь и тепло отдавала только своим мальчикам. Отец тоже не проявлял сильного интереса к дочери, но обеспечил ее хорошими учителями. Девушка и сама была любознательной, делала успехи в языках, музыке, поэзии.

Лина жила спокойной жизнью, иногда посещала балы и светские мероприятия. Была невлюбчивой и не стремилась замуж. А потом появился маркиз Золфейн. Ее отец их познакомил и всячески форсировал их отношения. Маркиз умел произвести впечатление, прекрасная внешность и манеры дополнялись обходительностью и остроумием. Кавалером он был прекрасным и вполне устраивал Лину в этой роли.

Девушка не была против знакомства и даже с удовольствием танцевала с ним на балах. Однако через некоторое время отец стал настаивать на более близком знакомстве своей дочери с маркизом. Золфейн стал частым гостем на семейных ужинах и посиделках в кругу друзей. Иногда вывозил девушку и ее компаньонку в парк на прогулки, сопровождал в театр и на выставки. Лине нравилось с ним общаться, но она не задумывалась о замужестве.

Однажды отец вызвал ее в свой кабинет и заявил, что она выйдет замуж за маркиза Золфейна. Линетт сопротивлялась как могла, но давление отца было сильным, а она еще слишком юна, чтобы распоряжаться своей жизнью. Отец ее долго уговаривал, а потом начал угрожать, что вышлет в деревню ее нянечку и горничную – единственных близких людей, которые были рядом с ней с самого детства. Хотя сердце болело за них, Лина все равно не согласилась. Прошло еще пару месяцев уговоров, маркиз ухаживал яростно, его намеки стали более откровенными. А отец с каждым днем становился все более хмурым, посматривал на маркиза со страхом, а тот еще чаще наведывался к ним в дом.

Линетт продолжала упрямиться, поэтому отец перешел к более грубому шантажу. Он сказал, что запрет ее в одной из башен, она не увидит больше никого, даже братьев, которых она искренне любит. А ее нянечку и горничную казнят за кражу. Уж он все устроит.

Маркиз не был ей противен, а о других его делах она не знала. Поэтому Лина решила согласиться, пока отец не сошел с ума. Последнее время он даже начал срываться на мачеху и братьев, что было совершенно несвойственно его характеру.

Свадьбу сыграли быстро. Она была пышной и помпезной. Маркиз с удовольствием представлял молодую жену друзьям. Однако почти сразу они скрылись в родовом замке.

– Понимаете, Софи, маркиз привлекательный мужчина. Со мной он был обходительным и добрым. Его прикосновения и ухаживания были приятны. Однако я чувствовала, что он многое от меня скрывается. Понимаете, я хоть и маркиза, но жила в доме на правах гостьи, очень почетной и хорошо принятой. Но гостьи.

– Я понимаю вас, Лина, это не может не расстраивать.