Общая теория занятости, процента и денег

Предположим, что ожидания — будь то долгосрочные или краткосрочные — изменились. В обычных условиях влияние таких изменений на уровень занятости проявится в полной мере лишь через довольно длительный период времени; даже если ожидания изменились лишь один раз, уровень занятости в первый день после изменения ожиданий будет отличаться от уровня второго дня, а уровень второго дня — от уровня третьего. Причина заключается в следующем: если краткосрочные ожидания меняются в отрицательную сторону, то такое изменение, вероятно, не будет настолько сильным или внезапным, чтобы работодатели прекратили уже начатые производственные процессы и не продолжали их, хотя согласно скорректированным ожиданиям эти процессы не должны были бы начинаться.

Если краткосрочные ожидания меняются в положительную сторону, то требуется определенный подготовительный период, прежде чем уровень занятости достигнет уровня, соответствующего этим скорректированным ожиданиям. Предположим, что долгосрочная тенденция меняется в худшую сторону: тогда, несмотря на то что некоторые виды оборудования больше не будут закупаться, до тех пор, пока оно не выйдет из строя, по-прежнему потребуются работники для работы на этих машинах. Предположим, что долгосрочные ожидания улучшаются: тогда начальный уровень занятости, возможно, будет несколько выше того уровня, который сложился бы после того, как капитальное оборудование адаптировалось бы к новым условиям.

Предположим, что определенное состояние ожиданий сохраняется в течение длительного времени, и влияние этих ожиданий на занятость уже полностью проявилось. Если в рамках этого состояния ожиданий все, кто должен быть занят, уже заняты, а те, кто не должен быть занят, уже уволены, то такой стабильный объем занятости можно назвать долгосрочным (long-period) уровнем занятости, соответствующим данному состоянию ожиданий.

Следовательно, даже если ожидания часто меняются, в результате чего фактический уровень занятости никогда не имеет возможности достичь долгосрочного уровня занятости, соответствующего текущему состоянию ожиданий, каждому состоянию ожиданий обязательно соответствует конкретный долгосрочный уровень занятости.

Предположим теперь, что ожидания изменяются один раз, и после этого никакие новые изменения не нарушают их. Каким же будет в таком случае процесс достижения долгосрочного состояния? Пока что предположим, что новый уровень долгосрочной занятости выше прежнего. Тогда, как правило, вначале значительное влияние испытывает только темп поступления ресурсов (input); иными словами, значительное влияние оказывается лишь на ранние этапы производственного процесса, связанные с новым производством; что же касается объема производства потребительских товаров, а также поздних этапов производственного процесса, начавшихся до изменения ожиданий, то они остаются в целом такими же, как и ранее.

Если в начале имеются полуфабрикаты, вышеуказанный вывод, возможно, потребует небольших корректировок; однако рост уровня занятости в начале по-прежнему будет в целом достаточно плавным. День за днём уровень занятости постепенно растёт. Можно предположить, что на определённом этапе уровень занятости может превысить долгосрочный уровень. Дело в том, что в период накопления капитала для соответствия новому ожидаемому состоянию как уровень занятости, так и текущий объём потребления могут превышать долгосрочный уровень и достигать конечного уровня. Таким образом, изменение ожиданий может привести к постепенному росту уровня занятости, достижению им пика, а затем к снижению до нового долгосрочного уровня.

Даже если новый долгосрочный уровень совпадает со старым, подобная ситуация может возникнуть, если изменение ожиданий вызвано изменением потребления, в результате чего многие существующие производственные процессы и капитальное оборудование становятся устаревшими. Например, предположим, что новый уровень долгосрочной занятости ниже прежнего; тогда в переходный период уровень занятости может временно опускаться ниже нового долгосрочного уровня. Таким образом, сам факт изменения ожиданий в процессе своего развития способен порождать колебания. В своих предыдущих книгах, когда я говорил о том, что вследствие изменения обстоятельств оборотный и рабочий капитал могут увеличиваться или уменьшаться, я имел в виду именно такие колебания.

Процесс перехода к новому долгосрочному состоянию, даже если, как упоминалось ранее, не встречает каких-либо препятствий, в конкретных деталях может оставаться довольно сложным, а в реальности ситуация оказывается гораздо сложнее. Дело в том, что ожидаемые состояния могут постоянно меняться: ещё до того, как влияние одного прежнего изменения успеет в полной мере проявиться, к нему уже добавляется новое. Поэтому в любой конкретный момент времени в экономической системе существует множество переплетенных и взаимосвязанных видов деятельности, которые являются результатом различных ожидаемых состояний прошлого.

2

Роль и цель вышеизложенного обсуждения к этому моменту становятся ясными. Из сказанного выше следует, что уровень занятости в любой момент времени в определенном смысле зависит не только от текущего ожидаемого состояния, но и от множества ожидаемых состояний, существовавших в течение определенного периода в прошлом. Несмотря на это, те прошлые ожидания, влияние которых ещё не проявилось в полной мере, уже нашли отражение в сегодняшнем капитальном оборудовании; а работодатели, принимая сегодняшние решения, обязательно должны учитывать сегодняшнее капитальное оборудование; кроме того, прошлые ожидания могут повлиять на сегодняшние решения только в том случае, если они уже нашли отражение в сегодняшнем капитальном оборудовании. Поэтому утверждение о том, что сегодняшний уровень занятости определяется с учётом сегодняшнего капитального оборудования и на основе сегодняшних ожиданий, по-прежнему верно.

О текущих долгосрочных ожиданиях зачастую невозможно не говорить, тогда как краткосрочные ожидания часто можно оставить без внимания. Дело в том, что процесс изменения краткосрочных ожиданий, как правило, носит постепенный и непрерывный характер и в основном осуществляется на основе фактически полученных результатов, поэтому влияние ожидаемых результатов и фактически полученных результатов пересекается. Объем производства и уровень занятости, безусловно, зависят от краткосрочных ожиданий производителей, а не от прошлых результатов, однако только что полученные фактические результаты зачастую оказывают определяющее влияние на эти краткосрочные ожидания.

Если бы каждый раз в начале производственного процесса приходилось заново формировать краткосрочные ожидания, это было бы слишком хлопотно и представляло бы пустую трату времени, поскольку в большинстве случаев с сегодняшнего дня до завтрашнего ситуация не претерпевает значительных изменений. Поэтому, если у производителей нет конкретных оснований ожидать изменений в будущем, они будут продолжать строить свои прогнозы на основе недавних фактических результатов, что, по сути, вполне разумно. Таким образом, с точки зрения влияния на уровень занятости, ожидаемая цена реализации текущего объема производства, по всей вероятности, будет соответствовать фактической цене реализации недавнего объема производства. Производители, как правило, постепенно корректируют свои прогнозы на основе фактических результатов, а не на основе домыслов.

Несмотря на это, нельзя забывать, что если производимые товары обладают долговечностью (durability), то краткосрочные ожидания производителей могут опираться на текущие долгосрочные ожидания инвесторов. Однако долгосрочные ожидания обладают одной особенностью: их невозможно скорректировать на основе фактических результатов за очень короткий промежуток времени. Кроме того, долгосрочные ожидания могут резко измениться; мы упомянем об этом, когда будем подробно обсуждать долгосрочные ожидания в двенадцатой главе. Поэтому фактор текущих долгосрочных ожиданий мы не можем ни игнорировать, ни заменять фактическими результатами.

Глава 6.

Определения дохода, сбережений и инвестиций

1. Доход

В течение любого периода времени работодатель продает свою готовую продукцию потребителям или другим работодателям, и сумма, полученная от этой продажи, будет временно обозначена буквой A. Он также приобретает определенное количество готовой продукции у других работодателей, и эти расходы обозначим буквой A1. По окончании периода он владеет капитальным оборудованием, включая полуфабрикаты, оборотный капитал и запасы готовой продукции, стоимость которых составляет G.

В сумме A + G – A1 часть средств не является результатом производственной деятельности текущего периода, а представляет собой капитальное оборудование, которым работодатель уже владел на начало периода. Поэтому для того, чтобы получить так называемый доход текущего периода, из суммы A + G – A1 необходимо вычесть стоимость капитального оборудования, перенесенного из предыдущего периода. Как только мы найдем удовлетворительный способ расчета этого вычета, проблема определения дохода будет решена.

Существуют два возможных принципа, которые можно использовать для учета этого вычета. Каждый из этих принципов имеет множество значений: один связан с производством, а другой — с потреблением. Рассмотрим их по очереди.

(1) На конец периода фактическая стоимость капитального оборудования G является чистым результатом действия двух противоположных сил. С одной стороны, работодатель не только приобретает капитальное оборудование у других работодателей, но и самостоятельно ремонтирует или модернизирует своё собственное; с другой стороны, поскольку капитальное оборудование используется для производства продукции, оно подвергается износу или амортизации. Даже если работодатель не использует это капитальное оборудование в производстве, ему всё равно приходится нести расходы на его содержание и модернизацию. Предположим, что оптимальный размер таких затрат равен B'; после их покрытия стоимость капитального оборудования на конец периода составляет G'. Иными словами, если предположить, что предприниматель не использует данное капитальное оборудование для производства товара A, то G' – B' представляет собой максимально возможную чистую стоимость, сохранившуюся с предыдущего периода. Часть этой максимально возможной чистой стоимости, превышающая G-A1, то есть (G'-B')-(G-A1), является мерой стоимости, утраченной в результате производства A, и может называться издержками использования A (used cost). Стоимость использования обозначается буквой U. Расходы, которые работодатель несет на оплату других факторов производства в обмен на труд, называются факторной стоимостью A; для факторов производства факторная стоимость является доходом факторов. Факторная стоимость обозначается буквой F. Сумма U и F называется основной себестоимостью (prime cost) объема производства A.

Теперь мы можем дать определение доходу (income) работодателя. Доход работодателя равен стоимости проданной им в данном периоде продукции за вычетом его основных затрат. Иными словами, доход работодателя — это то, что обычно называют валовой прибылью (gross profit); валовая прибыль определяется масштабом производства, то есть зависит от того, какой масштаб производства работодатель стремится сделать максимальным. Это определение соответствует здравому смыслу. Кроме того, поскольку доход остальных членов общества представляет собой затраты на факторы производства работодателя, доход равен A – U.

При таком определении получается весьма чёткая величина. Более того, когда работодатели решают, сколько других факторов производства нанять, они, руководствуясь своими ожиданиями, стремятся максимизировать именно эту разницу между доходом и затратами на факторы производства; поэтому доход имеет причинно-следственное значение в теории занятости.

Конечно, G-A1 иногда может превышать G'-B', в результате чего издержки пользователя становятся отрицательными. Например, предположим, что мы выбираем свой собственный период; или, например, если степень интеграции промышленности очень высока, и каждое предприятие самостоятельно производит большую часть капитального оборудования, при этом объем инвестиций является положительным. В обоих вышеупомянутых случаях издержки пользователя могут быть отрицательными. Однако, поскольку издержки пользователя могут быть отрицательными только в том случае, если работодатель использует собственных работников для увеличения объема капитального оборудования, в обществе, основанном на разделении труда, пользователи и производители капитального оборудования, как правило, не относятся к одному и тому же предприятию, поэтому обычно издержки пользователя можно считать положительными. Кроме того, трудно представить себе, что при увеличении A предельные издержки пользователя, то есть, могут быть не положительными.

Здесь не помешает кратко упомянуть о том, что будет рассмотрено далее в этой главе. С точки зрения общества в целом совокупное потребление (C) в одном периоде равно A (A – A₁), а совокупные инвестиции (I) равны A (A₁ – U). При этом, если не учитывать товары (A₁), приобретенные у других работодателей, то U представляет собой отрицательные инвестиции работодателя в собственные средства производства. Отрицательное значение U означает положительные инвестиции. Поэтому, если предположить, что вся промышленность сосредоточена в руках одного человека, то A1 равно нулю, потребление равно A, а инвестиции равны отрицательному U, то есть равны G–(G′–B′). Причина, по которой выше было введено A1, что несколько усложнило ситуацию, заключалась лишь в том, чтобы найти общий подход, применимый и в том случае, когда промышленность не сосредоточена в руках одного человека.

Кроме того, так называемый эффективный спрос представляет собой лишь совокупный доход или прибыль, которую работодатели могут ожидать получить от принятого решения о текущем объеме занятости, включая доход других факторов производства, то есть затраты работодателя на факторы производства. Функция совокупного спроса отражает косвенную связь между двумя величинами: с одной стороны — различными гипотетическими уровнями занятости, а с другой — ожидаемой прибылью от продукции, произведенной при этих гипотетических уровнях занятости. Эффективный спрос представляет собой точку на кривой общего спроса, которая является эффективной потому, что при данном уровне занятости соотношение спроса и предложения как раз обеспечивает максимальную ожидаемую прибыль работодателей.

Некоторые экономисты игнорируют потребительские издержки или предполагают, что они равны нулю, в результате чего цена предложения равна предельной стоимости факторов производства, и на этом основании приходят к таким утверждениям, как равенство предельной выручки или дохода предельной стоимости факторов производства. У нашего определения есть одно преимущество: если мы воспользуемся их допущениями, то также сможем получить аналогичные утверждения.

(2) Теперь давайте более подробно рассмотрим второй принцип, упомянутый выше. Стоимость капитального оборудования в начале и в конце периода различается. Эта разница в стоимости частично обусловлена добровольным решением работодателя, стремящегося к максимальной прибыли; эта часть уже была рассмотрена выше. Однако другая часть не является результатом добровольного решения работодателя, а обусловлена причинами, не поддающимися его контролю, например, изменением рыночной стоимости, амортизацией, износом в результате прохождения времени (wastage by the passage of time), войнами, землетрясениями и другими стихийными бедствиями или катастрофами, вызванными человеческим фактором. По разным причинам капитальное оборудование подвергается недобровольному увеличению или снижению стоимости. Среди таких недобровольных убытков часть, безусловно, неизбежна, но при этом не является непредсказуемой, например, износ со временем и нормальная амортизация; что касается последней, то, как сказал профессор Пигоу, «экономические явления позволяют человеку, если не предсказать их в деталях, то, по крайней мере, в общих чертах». Кроме того, в обществе часто происходят и другие виды убытков, которые обычно считаются «страхуемыми рисками». Размер этих ожидаемых убытков, конечно, зависит от того, когда они, как ожидается, возникнут. Пока оставим этот факт в стороне и назовем недобровольную, но не непредсказуемую амортизацию капитального оборудования, то есть ту часть ожидаемой амортизации, которая превышает затраты пользователя, «дополнительными затратами» (supplementary cost) и обозначим их буквой V.

Думаю, нет нужды указывать, что данное определение дополнительных затрат отличается от определения Маршалла; однако мы оба пытаемся учесть ту часть ожидаемого износа, которая не входит в основные затраты, и эта основная идея у нас схожа.

При расчете чистого дохода и чистой прибыли работодателя обычно из его дохода и валовой прибыли (определения см. выше) вычитается сумма расчетных дополнительных затрат. Это объясняется тем, что, когда работодатель рассматривает, сколько он может потратить или сэкономить, в его представлении дополнительные затраты уже вычтены из валовой прибыли. Когда он в качестве производителя решает, нужно ли ему использовать данное оборудование, основные затраты и валовая прибыль являются важными понятиями; но когда он выступает в роли потребителя, то дополнительные издержки в его представлении приобретают такое же значение, как и основные издержки. Поэтому предположим, что при определении общего чистого дохода следует одновременно вычитать дополнительные издержки и потребительские издержки, чтобы общий чистый доход равнялся A-U-V. В таком случае понятие общего чистого дохода не только будет наиболее соответствовать обычному употреблению, но и будет связано с объемом потребления.

Предположим, что стоимость капитального оборудования снижается в результате непредвиденных изменений рынка, износа, превышающего обычный уровень, или разрушений, вызванных стихийными бедствиями или человеческими катастрофами. Такое изменение стоимости не является добровольным и, как правило, не предвидится заранее. Тогда этот фактический убыток мы называем непредвиденным убытком (windfall loss) и включаем его в счета капитала, а не в счета (чистого) дохода.

Причинно-следственное значение чистого дохода заключается в том, что величина V оказывает значительное психологическое влияние на определение текущего объема потребления. Чистый доход — это то, что обычно называют располагаемым доходом (available income), и он служит для обычного человека мерилом при определении объема текущего потребления. Разумеется, при определении объема потребления чистый доход не является единственным фактором; большое значение имеет также наличие непредвиденных доходов или убытков в счетах капитала. Однако между дополнительными затратами и непредвиденными убытками существует следующее различие: когда изменяются дополнительные затраты, их влияние на потребление аналогично изменению валовой прибыли, поскольку объем потребления наемного работника зависит от разницы между текущей продажной ценой продукции и суммой основных затрат и дополнительных затрат; напротив, непредвиденные прибыли и убытки, хотя и влияют на решения наемного работника о потреблении, но в разной степени: если непредвиденный убыток равен по величине дополнительным затратам, то влияние первого будет меньше.

Теперь вернёмся к вопросу о разграничении дополнительных затрат и непредвиденных убытков. Иными словами, неизбежные убытки следует отражать в счётах доходов; непредвиденные убытки, которые можно обоснованно отнести к счётам капитала, следует отражать в счётах капитала. Эта граница отчасти носит условный (conventional) или психологический характер и зависит от общепринятых стандартов оценки дополнительных затрат. При оценке восстановительной стоимости не существует определённых принципов, которым можно было бы следовать, поэтому её величина зависит от выбранного метода учёта.

Когда капитальное оборудование только что выпущено, ожидаемая стоимость восстановления представляет собой конкретную величину, но при последующих оценках стоимость восстановления этого оборудования в течение оставшегося срока службы может отличаться от первоначальной оценки из-за изменения ожидаемых условий; в этом случае возникает ряд будущих значений U+V, а в соответствии со скорректированными ожиданиями появляется еще один ряд новых будущих значений U+V, разница между этими двумя рядами, пересчитанная в текущую стоимость, и является непредвиденной потерей капитала.

В бухгалтерском учете существует один очень широко применяемый принцип, который одобрен налоговыми органами Великобритании: при приобретении капитального оборудования устанавливается фиксированная сумма, равная сумме затрат на восстановление и эксплуатационных затрат, и эта сумма остается неизменной независимо от того, изменятся ли прогнозы в будущем. В таком случае восстановительная стоимость в любой период времени равна разнице между этой суммой и фактическими эксплуатационными затратами. Преимущество этого метода заключается в том, что на протяжении всего срока службы оборудования непредвиденные доходы или убытки равны нулю. Однако в некоторых случаях вполне естественно, что через определённый промежуток времени, например через год, восстановительная стоимость переоценивается с учётом текущей рыночной стоимости и прогнозов. На практике используются оба метода. При первоначальной покупке капитального оборудования изначально ожидаемая стоимость замещения может называться базовой стоимостью замещения, а стоимость, переоцененная впоследствии с учетом текущей рыночной цены и текущих прогнозов, — текущей стоимостью замещения.

На этом вопрос определения восстановительной стоимости можно считать исчерпанным. Так называемые восстановительные затраты представляют собой ту часть, которую типичный работодатель (если речь идет о компании) должен вычесть из своего чистого дохода при его расчете с целью объявления дивидендов, или определения своего текущего уровня потребления (если речь идет о частном лице). Поскольку мы не можем полностью игнорировать непредвиденные доходы или убытки в капитальном учете, следует считать, что если в какой-либо статье есть сомнительные моменты, ее следует включить в капитальный учет; только те статьи, которые явно относятся к дополнительным затратам, могут учитываться в них. Если в капитальном счете зафиксировано слишком много, то в зависимости от фактической ситуации можно усилить влияние капитального счета на текущий объем потребления и постараться исправить ситуацию.

Читатель заметит, что приведенное здесь определение чистого дохода очень близко к определению дохода, данному Маршаллом. Маршалл ссылается на практику, применяемую комиссией по подоходному налогу (income tax commissioners): в целом, всё, что эта комиссия на основании накопленного опыта считает доходом, Маршалл также считает доходом; ведь решения, принимаемые комиссией в этой области, можно считать ответом на вопрос о том, что обычно понимается под чистым доходом, и эти суждения основаны на тщательном и обширном исследовании. То, что я называю «чистым доходом», соответствует тому, что профессор Пегу недавно назвал «денежной стоимостью национального дохода».

Несмотря на это, понятие «чистый доход» основано на неоднозначном критерии, и поскольку интерпретации этого критерия у разных авторов не совпадают, в итоге четкого определения так и не существует. Профессор Хайек (Hayek) однажды заметил, что владелец капитала, возможно, стремится поддерживать свой доход от инвестиций на неизменном уровне; поэтому, если по какой-либо причине его доход от инвестиций имеет тенденцию к снижению, он обязательно сначала выделяет определенную сумму, чтобы компенсировать эту тенденцию, и только оставшийся доход он считает доступным для произвольного потребления. Я сомневаюсь в существовании такого критерия, и с теоретической точки зрения это вполне оправданно.

На этом основании профессор Хайек делает вывод, что понятия «сбережения» и «инвестиции» становятся неоднозначными. Если он имеет в виду чистые сбережения и чистые инвестиции, то он прав. Однако в контексте уровня занятости речь идет именно о сбережениях и инвестициях — эти два понятия не содержат никакой неоднозначности и, как будет показано в следующем разделе, могут иметь объективное определение. Чистый доход связан исключительно с принятием решений о потреблении, и его трудно четко отделить от других факторов, влияющих на потребление. С текущими производственными решениями связан сам доход.

Поэтому игнорировать понятие дохода, как это делалось ранее, и сосредоточивать все внимание на понятии чистого дохода, на самом деле ошибочно. В приведенном выше определении дохода мы постарались максимально согласовать его с обычным употреблением. Я должен напомнить читателю, что термин «доход», который я использую в своих предыдущих работах, имеет весьма специфическое значение. Особость заключается в том, что, давая определение доле дохода работодателей в общем доходе, я не использовал ни фактическую прибыль от их текущей производственной деятельности — будь то валовая или чистая прибыль, — ни ожидаемую прибыль, на которую они рассчитывали при принятии решения о ведении данной производственной деятельности, а взял за основу так называемую нормальную или равновесную прибыль.