Общая теория занятости, процента и денег

Леон Вейнс

Общая теория занятости, процента и денег

Часть 1. Введение

Глава 1.

Общие замечания

В этой книге я сопоставляю свои аргументы и выводы с проблемами, связанными с классической теорией. Как в теоретическом, так и в практическом плане классическая теория на протяжении целого столетия доминировала в экономической мысли правящего класса и академических кругов, и я сам вырос под влиянием этой традиции. Далее я докажу: предпосылки классической теории применимы лишь к одному особому случаю, но не к общей ситуации; ситуация, предполагаемая классической теорией, представляет собой предельный случай возможных положений равновесия, причём особенности этого частного случая как раз не присущи реальному экономическому обществу. В результате, когда мы применяем её к реальному опыту, её поучительный эффект оказывается вводящим в заблуждение и вредным.

Глава 2.

Предпосылки классической экономики

В большинстве трудов, посвящённых обсуждению стоимости и производства, рассматриваются в основном два вопроса: во-первых, как распределить заданный объём трудовых ресурсов между различными видами использования, и, во-вторых, как определяются относительная доходность различных ресурсов и относительная стоимость продуктов при условии, что объём трудовых ресурсов является фиксированным.

Точно так же вопрос о количестве доступных ресурсов — например, о численности трудоспособного населения, об изобилии или скудности природных богатств (natural wealth), о масштабах накопления капитала — обычно излагается лишь описательным образом. Однако в отношении того, чем определяется фактическая численность занятых среди доступных ресурсов, практически почти нет теоретических объяснений. Было бы, конечно, нелепо утверждать, что подобные теории вообще не исследуются. Ведь многие занимаются обсуждением колебаний уровня занятости, а при обсуждении этих колебаний естественным образом затрагивается и данная теория. Это не означает, что данный вопрос игнорируется; я имею в виду, что основные теории, касающиеся этого вопроса, всегда считались слишком простыми и очевидными, и, в лучшем случае, достаточно было лишь упомянуть о них вскользь.

1

Теория занятости в классической экономике — которая, казалось бы, проста и понятна — на мой взгляд, на самом деле основана на двух основных предпосылках, хотя эти две предпосылки и не обсуждались. Эти две предпосылки следующие:

1. Заработная плата равна предельному продукту труда.

То есть заработная плата одного работника равна чистой потере стоимости, вызванной сокращением числа занятых на одного человека (под «чистой потерей» понимается часть, оставшаяся после вычета других затрат, которые удалось избежать благодаря снижению объема производства). Если рынок и конкуренция несовершенны, то заработная плата не равна предельному продукту труда, но в таком случае это по-прежнему соответствует принципу.

2. При неизменном объеме занятости полезность заработной платы точно равна предельной отрицательной полезности данного объема занятости.

То есть реальная заработная плата каждого занятого (по его собственной оценке) как раз достаточна для того, чтобы побудить фактически занятых людей продолжать работать. Подобно тому, как первое предположение имеет исключения из-за несовершенства конкуренции, второе уравнение также не обязательно применимо ко всем работникам, если организовать людей, способных работать. Под отрицательной полезностью здесь понимаются все причины, из-за которых отдельные лица или группы предпочитают не работать и не согласны получать заработную плату ниже определенного минимального уровня полезности.

Второе предположение не противоречит так называемой «фрикционной» безработице. Ведь при применении этого предположения к реальной жизни всегда следует учитывать, что адаптация не может быть идеальной, а значит, полная занятость не может быть постоянной. Например: либо из-за ошибок в оценках, либо из-за перебоев в спросе возникает временный дисбаланс в относительных объемах различных специализированных ресурсов; либо из-за множества непредвиденных изменений возникают временные задержки, либо из-за перехода из одной отрасли в другую требуется определенное время, поэтому в динамичном обществе всегда есть часть ресурсов, которая временно не занята в процессе смены профессии; все это может привести к безработице; помимо «фрикционной» безработицы существует также «добровольная» безработица, которая также не противоречит второму допущению.

Так называемая «добровольная» безработица возникает из-за того, что по разным причинам — законодательства, общественных обычаев, коллективных переговоров о ценах, медленной адаптации к изменениям, упрямства и т. д. — рабочий отказывается или не желает принимать в качестве заработной платы стоимость продукции, соответствующую его предельной производительности, что приводит к безработице. Однако эти две категории — «фрикционная» и «добровольная» — охватывают все виды безработицы. Классическая теория не допускает существования третьей категории, а именно «вынужденной» безработицы, о которой я расскажу ниже.

Сторонники классической теории используют эти два допущения для определения объема ресурсов занятости; об исключениях и поправках к ним уже говорилось выше. Первое допущение формирует таблицу спроса на рабочую силу, второе — таблицу предложения рабочей силы, а объем занятости определяется точкой, в которой полезность предельного продукта равна отрицательной полезности предельной занятости.

Согласно этому выводу, существует только четыре способа увеличить число занятых:

(1) Усовершенствование институтов и проявление дальновидности, что позволяет сократить «фрикционную» безработицу.

(2) Снижение предельной отрицательной полезности труда, что приводит к сокращению «добровольной» безработицы; это можно выразить как увеличение реальной заработной платы, которую необходимо предложить за найм одного работника.

(3) Повышение предельной производительности труда в отраслях, производящих «заработную продукцию» (wage-goods). (Термин «заработная продукция» был введен профессором Пигоу и удобен в применении. Полезность денежной заработной платы определяется ценой «заработной продукции».)

(4) Обеспечить, чтобы рост цен на незаработные товары превышал рост цен на заработные товары; одновременно переориентировать расходы работников, не получающих заработную плату, с заработных товаров на незаработные товары.

Насколько мне известно, вышеизложенное представляет собой основное содержание книги профессора Пигоу «Теория безработицы» — этой книги, ставшей единственным сохранившимся подробным изложением классической теории занятости.

2

Могут ли две категории безработицы, предусмотренные классической теорией, охватить все проявления безработицы? На самом деле всегда существует часть людей, которые, хотя и готовы работать за текущую заработную плату, тем не менее остаются без работы. Как правило, при наличии такого спроса количество занятых при текущем уровне заработной платы увеличивается. Классическая теория считает, что это согласуется с её исходными предпосылками. Дело в том, что при текущем уровне денежной заработной платы предложение рабочей силы, хотя и может превышать спрос на неё, возникает из-за открытых или тайных соглашений между работниками, которые не желают работать за более низкую заработную плату; как только работники будут готовы снизить свои требования к денежной заработной плате, уровень занятости естественным образом возрастёт. Поэтому такая безработица, на первый взгляд кажущаяся «недобровольной», на самом деле таковой не является и должна быть отнесена к категории «добровольной» безработицы, вызванной такими причинами, как коллективные переговоры.

Это наводит меня на два замечания: во-первых, вопрос о реальном отношении рабочих к реальной и денежной заработной плате теоретически не имеет большого значения, но второе замечание очень важно.

Давайте на время предположим: работники действительно не готовы работать за более низкую денежную заработную плату, и когда текущая денежная заработная плата снижается, это действительно вызывает такие явления, как забастовки, в результате чего часть нынешних работников уходит с рынка труда. Но можно ли на этом основании сделать вывод, что текущий уровень реальной заработной платы действительно является точным показателем отрицательной полезности рабочей силы? Это не обязательно так. Поскольку снижение текущей денежной заработной платы, безусловно, может привести к тому, что часть заработной платы, которую можно приобрести за нею, уменьшится по сравнению с прежним, но при этом само явление больше не будет возникать.

Иными словами, возможно, в определённых пределах работники требуют лишь минимального уровня денежной заработной платы, а не минимального уровня реальной заработной платы. Классическая теория всегда неявно предполагала, что это не влияет на их теорию, но на самом деле это не так. Ведь если предположить, что функция предложения рабочей силы не зависит исключительно от начальной заработной платы, то их аргументация полностью рушится, а фактический объем занятости становится крайне неопределенным. Классическая теория, по-видимому, не осознает: если предложение рабочей силы не является исключительно функцией реальной заработной платы, то их кривая предложения рабочей силы будет изменяться при каждом изменении цен. Таким образом, их метод тесно связан с их весьма специфическими допущениями и не может быть рассмотрен в рамках общей теории.

Повседневный опыт также однозначно показывает нам: в определённых пределах рабочие требуют установления именно денежной, а не реальной заработной платы, и это не просто одна из возможностей, а общее правило. Хотя рабочие часто сопротивляются снижению денежной заработной платы, они не отказываются работать при каждом повышении цен на товары, на которые расходуется заработная плата. Кто-то скажет, что если рабочие сопротивляются только снижению денежной заработной платы, но не снижению реальной, то это действительно противоречит логике. Позже мы приведем доводы, что это не так нелогично, как кажется на первый взгляд; и, к счастью, так и есть. Однако независимо от того, логично это или нет, опыт показывает, что фактическое поведение рабочих действительно таково.

Кроме того, утверждение о том, что безработица, возникающая в условиях экономического спада, вызвана нежеланием рабочих снижать денежную заработную плату, явно не вполне соответствует действительности; трудно поверить в то, что причиной безработицы в США в 1932 году было то, что рабочие настаивали на отказе от снижения денежной заработной платы или требовали уровня реальной заработной платы, превышающего производственные возможности экономической системы. Иногда уровень занятости подвержен значительным колебаниям, в то время как производительность труда или минимальные требования рабочих, выраженные в натуральной форме, не претерпевают заметных колебаний; в период экономического спада рабочие не проявляют большей упрямости, чем в период процветания, — далеко не так; материальная производительность труда также не снижается в период спада. Факты, полученные на основе этого опыта, уже достаточны для того, чтобы вызвать первоначальные сомнения в правильности анализа классической теории.

Какова же связь между изменением денежной заработной платы и изменением реальной заработной платы? Результаты статистических исследований, по-видимому, будут весьма интересны. Если колебания ограничиваются одной отраслью, то изменение реальной заработной платы, возможно, будет происходить в том же направлении, что и изменение денежной заработной платы. Если же после таких изменений достигается общий уровень заработной платы, то мы, вероятно, обнаружим, что направления изменения денежной и реальной заработной платы не только не совпадают, но зачастую даже противоположны: когда денежная заработная плата повышается, реальная заработная плата снижается; когда денежная заработная плата снижается, реальная заработная плата повышается. Это объясняется тем, что в краткосрочной перспективе снижение денежной заработной платы и первоначальное повышение заработной платы часто связаны с сокращением объема занятости. У обоих явлений есть свои взаимосвязанные причины: при сокращении объема занятости работники более склонны соглашаться на снижение заработной платы; когда объем производства сокращается при неизменном объеме капитальных вложений, предельная производительность труда повышается, и, следовательно, реальная заработная плата также растет.

Если текущая реальная заработная плата действительно представляет собой минимальный порог, и при уровне ниже этого порога число желающих работать ни при каких условиях не превысит фактического числа занятых в настоящее время, то, помимо «фрикционной» безработицы, «вынужденной» безработицы не будет. Однако утверждать, что дело обязательно обстоит именно так, было бы неразумно. Ведь даже если цены на товары, на которые идут заработные платы, повышаются, а реальная заработная плата снижается, число работников, готовых согласиться на текущую денежную заработную плату, зачастую превышает фактическое число занятых. Если это соответствует действительности, то товары, которые можно приобрести за текущую денежную заработную плату, не могут точно отражать предельную отрицательную полезность рабочей силы, а значит, второе предположение не может быть признано верным.

Однако существует ещё одно, более фундаментальное возражение. Второе предположение классической теории проистекает из следующей идеи: реальная заработная плата зависит от переговоров о заработной плате между работодателями и работниками. Конечно, они признают, что на самом деле обсуждается только денежная заработная плата; они также признают, что уровень реальной заработной платы, который готовы принять работники, зависит от величины денежной заработной платы на данный момент. Однако они считают, что переговоры между работодателями и работниками определяют денежную заработную плату, а денежная заработная плата, в свою очередь, определяет реальную. Поэтому они полагают, что, если работники готовы согласиться на снижение денежной заработной платы, реальная заработная плата также снизится. Утверждение о том, что реальная заработная плата часто стремится к равенству с предельной отрицательной полезностью рабочей силы, явно основано на предположении, что работники могут самостоятельно определять уровень реальной заработной платы, который они считают приемлемым для работы, хотя они не могут определять количество людей, трудоустраивающихся при данном уровне реальной заработной платы.

Короче говоря, согласно традиционному взгляду, реальная заработная плата определяется переговорами о заработной плате между работодателями и работниками. Поэтому, если между работодателями существует свободная конкуренция, а среди работников нет различных объединений, устанавливающих всевозможные ограничения, то при условии, что работники готовы к этому, они всегда могут добиться того, чтобы уровень реальной заработной платы равнялся предельной отрицательной полезности числа работников, которых работодатели готовы нанять при данной заработной плате. Если это не так, то нет никаких оснований полагать, что реальная заработная плата и предельная отрицательная полезность рабочей силы должны уравниваться.

Следует отметить, что структура классической теории не ограничивается отдельным человеком: если один человек готов принять такое снижение заработной платы, которое его коллеги не готовы принять, то этот человек может получить возможность трудоустройства; классическая теория стремится применить свои выводы ко всем работникам. Авторы также полагают, что их выводы в равной степени применимы как к закрытой экономической системе (closed system), так и к участнику международной экономической системы; причем применимость к последней обусловлена не множеством ее особенностей и не тем, что снижение денежной заработной платы в одной стране влияет на её внешнюю торговлю. Эти вопросы, естественно, выходят за рамки данной книги. Истинность их выводов также не основана на том, что при сокращении общих денежных затрат на заработную плату в банковской системе и в сфере кредитования возникает некая реакция, которая влечет за собой множество косвенных последствий. Я подробно обсужу это в девятнадцатой главе. Их выводы основаны лишь на следующем: в закрытой системе, когда общий уровень денежной заработной платы снижается, то, по крайней мере в краткосрочной перспективе, непременно происходит некоторое снижение реальной заработной платы, хотя и не обязательно пропорциональное; возможно, есть исключения, но они несущественны.

Общий уровень реальной заработной платы зависит от переговоров о денежной заработной плате между работодателями и работниками; этот вывод не обладает очевидной точностью, но, что удивительно, с самого начала и до сих пор мало кто пытался его доказать или опровергнуть. Такое предположение также полностью противоречит общей линии классической теории.

Классическая теория гласит: цена зависит от предельных прямых затрат (marginal prime cost), а предельные прямые затраты, в свою очередь, в значительной степени зависят от денежной заработной платы. Поэтому, согласно классической теории, при снижении денежной заработной платы цены изменятся почти в той же пропорции, в результате чего реальная заработная плата и уровень занятости останутся в целом неизменными; если же для рабочих и возникнут какие-то потери, то это будет связано с тем, что многие факторы, входящие в маржинальные издержки, не изменились, в результате чего рабочие понесут убытки или получат выгоду.

Отчасти это объясняется укоренившимся в классической теории убеждением, что рабочие могут самостоятельно определять уровень своей реальной заработной платы; отчасти же, вероятно, связано с их предвзятым представлением о том, что цены зависят от денежной массы, вследствие чего классическая теория не стала углубляться в исследование этого вопроса. Кроме того, как только утверждение о том, что рабочие могут самостоятельно определять уровень своей реальной заработной платы, признается верным, оно смешивается с другим верным утверждением, в результате чего становится трудно отличить истину от ложи и разобраться в том, что правильно, а что нет. Это второе утверждение заключается в том, что рабочие всегда могут самостоятельно решать, при каком уровне реальной заработной платы они достигнут полной занятости (full employment). Под полной занятостью понимается максимальный объем занятости, который может быть достигнут при определенном уровне реальной заработной платы.

В целом, у нас есть два возражения против второй предпосылки классической теории. Первое касается фактического поведения рабочих. Как правило, когда цены растут, а денежная заработная плата остаётся неизменной, что приводит к снижению реальной заработной платы, предложение рабочей силы при существующей денежной заработной плате обычно не бывает ниже фактического уровня занятости, существовавшего до роста цен. Утверждение о том, что он обязательно снизится, равносильно утверждению: люди, готовые работать при текущей денежной заработной плате, но фактически не имеющие работы, при малейшем повышении стоимости жизни будут готовы снова работать. Однако это странное предположение, по-видимому, пронизывает всю книгу профессора Пигоу «Теория безработицы» и молчаливо признается всеми представителями ортодоксальной школы.

Второй, более фундаментальный аргумент против этой теории я подробнее изложу в последующих главах. Этот аргумент основан главным образом на том, что мы не можем согласиться с допущением классической теории о том, что переговоры о заработной плате могут определять общий уровень реальной заработной платы. Такое предположение является серьезной ошибкой. Ведь даже все работники вместе взятые, возможно, не в состоянии добиться того, чтобы объем товаров, приобретаемых за общий уровень денежной заработной платы, равнялся предельной убывающей полезности текущего объема занятости; у всех работников, возможно, нет никаких средств, с помощью которых они могли бы посредством изменения денежной заработной платы в ходе переговоров снизить уровень реальной заработной платы до определенного уровня. Таково наше мнение. Далее мы укажем, что общий уровень реальной заработной платы определяется главным образом другими факторами. Разъяснение этого вопроса станет одной из основных целей данной книги. Мы покажем, что мы всегда глубоко заблуждались в отношении практического применения экономической системы, в которой мы живем, в этом аспекте.

3

Хотя споры о денежных вопросах между отдельными лицами или группами часто считаются определяющими общий уровень реальной заработной платы, на самом деле предмет этих споров вовсе не в этом. Поскольку мобильность рабочих не может быть идеальной, заработная плата и чистая выгода (net advantage) в различных отраслях не стремятся к абсолютному равенству; поэтому можно предположить, что если денежная заработная плата отдельных лиц или групп относительно уменьшится по сравнению с другими, то их реальная заработная плата также относительно уменьшится. Это уже является достаточным основанием для того, чтобы они сопротивлялись первому. И наоборот, когда изменяется покупательная способность денег, это затрагивает всех рабочих, и вряд ли возможно сопротивляться каждому вызванному этим снижению реальной заработной платы; на самом деле, вызванное этим снижение реальной заработной платы в общем случае не встречает сопротивления, если только оно не опускается до определенного предела. Кроме того, такое сопротивление со стороны рабочих носит локальный характер и распространяется лишь на сокращение денежной заработной платы в одной-двух отраслях промышленности, а его препятствующее воздействие на увеличение общего объема занятости гораздо менее серьезно, чем сопротивление каждому снижению реальной заработной платы.

Иными словами, спор о денежной заработной плате сводится главным образом к определению того, как распределить общий объем реальной заработной платы между различными группами работников, а не к определению средней реальной заработной платы каждого отдельного работника. Последнее определяется другой группой сил, о чем мы узнаем позже. Влияние профсоюзов заключается лишь в обеспечении их относительной реальной заработной платы, тогда как общий уровень реальной заработной платы зависит от других сил в экономической системе.

Снижение денежной заработной платы, как правило, вызывает сопротивление, поскольку оно не распространяется на всех рабочих, несмотря на то что реальные товары, которые можно приобрести на текущую заработную плату, по-прежнему превышают предельную отрицательную полезность текущего уровня занятости; напротив, снижение реальной заработной платы при неизменной относительной денежной заработной плате может привести к росту общей занятости, поэтому сопротивления не возникает. Исключением является случай, когда снижение слишком велико, в результате чего реальная заработная плата становится ниже предельной отрицательной полезности текущего уровня занятости. В этом отношении экономика самих рабочих, сами того не подозревая, оказывается даже более глубоко изученной, чем классическая экономика. И это к счастью. Каждый профсоюз всегда оказывает определенное сопротивление снижению денежной заработной платы, каким бы незначительным оно ни было. Однако профсоюзы не стремятся устраивать забастовки при каждом повышении стоимости жизни, и поэтому они не препятствуют росту общего объема занятости, как это упрекает классическая теория.

4

Теперь нам необходимо дать определение третьему виду безработицы, а именно «недобровольной» безработице в строгом смысле этого слова. Классическая теория, однако, не признает существования такого вида безработицы.

Очевидно, что под «недобровольной» безработицей мы не подразумеваем наличие неиспользованного трудового потенциала. Например, мы не считаем восьмичасовой рабочий день безработицей только потому, что работники могут трудиться по десять часов в день. Если же группа рабочих предпочитает не работать, не желая соглашаться на реальную оплату ниже определенного предела, мы также не можем рассматривать их как «недобровольных» безработных. Кроме того, для удобства «фрикционную» безработицу также нельзя рассматривать как «недобровольную». Таким образом, мы определяем «недобровольную» безработицу следующим образом: если при повышении цен на товары, выраженных в натуральной форме, по сравнению с денежной заработной платой общий спрос на рабочую силу при текущем уровне денежной заработной платы увеличивается пропорционально увеличению общего предложения рабочей силы, то в этом случае мы говорим о наличии «недобровольной» безработицы. В следующей главе мы предложим другое определение; однако оба определения, по сути, ведут к одному и тому же результату.