Стихия. Шторм морской пучины

Карта замерла. Я смотрела на современный Элисар — такой, каким он был сейчас. Границы провинций, столица Озерон, сверкающая на карте ярким светом. Дворец Владык — обозначенный особым символом. Другие Великие Дома — каждый со своей территорией, своим влиянием.

Я медленно выдохнула и осознала, что всё это время толком не дышала. Грудь сжималась от переполнявших эмоций — восторг, изумление, жадное любопытство.

— Это… — я запнулась, подбирая слова, — это же целая жизнь. Нет, сотни жизней. Всё здесь, вся история…

— И это лишь малая часть того, что хранится в хрониках, — мягко отозвался Силион. — Каждое событие на этой карте можно раскрыть детальнее. Каждую битву, каждое восхождение на престол, каждую реформу. Эфилы содержат воспоминания тех, кто был там. Вы можете не просто прочитать о событии — вы можете почувствовать его.

Я наконец оторвала взгляд от карты и посмотрела на хранителя. Его прозрачная форма мерцала в мягком свете библиотеки, нити внутри плавно переплетались.

— Почувствовать? — переспросила я, не уверенная, правильно ли поняла.

— При хорошем качестве записи эфил передаёт не только визуальный ряд, но и эмоциональный фон: запахи, звуки, атмосферу момента. Вы можете встать рядом с Владыкой во время коронации, услышать крики битвы, почувствовать страх осаждённого города… — он помолчал. — Это требует более глубокого погружения и времени. Но абсолютно доступно любому желающему. Обладающему допуском, конечно.

У меня кружилась голова. Это было слишком. Слишком много, слишком невероятно. Я привыкла к книгам — обычным, бумажным, с выцветшими страницами. К сухим текстам и картам, которые надо было изучать, напрягая воображение.

А здесь… здесь история оживала прямо перед глазами.

— Столько информации только в одном кристалле… — начала я и осеклась. — Как такое вообще возможно?

— В столице эфилы и Аналеммы используются повсеместно, — пояснил Силион. — Но, полагаю, в провинции, откуда вы родом, подобные технологии не столь распространены?

Я кивнула, благодарная за его деликатность.

— Тогда библиотека Озирона откроет для вас целый новый мир, — в голосе хранителя послышалось что-то похожее на удовлетворение. — Для меня большая честь быть вашим проводником.

Я снова посмотрела на карту, которая всё ещё висела перед моими глазами — замершая на текущем моменте истории. 1248 год после Разделения. Мой год. Моё время. Даже в общем виде история Элисара оказалась в сотни раз богаче и сложнее, чем я могла представить. Сколько войн, союзов, предательств и триумфов! Сколько имён, династий, событий!

И где-то здесь, в этой огромной, сложной цепочке, спрятан ответ на вопрос: что не так с моей магией? И почему за мной охотятся? Почему при двойственности стихий меня не коснулась Стигмара, хотя, судя по всему, смешение стихий считается опасным?

«Придётся копать глубже, — подумала я, ощущая, как внутри поднимается решимость. — Намного глубже. Не может быть, чтобы в таком огромном хранилище истории не было ни одного упоминания о таких, как я. Но теперь я хотя бы знаю, с чего начать».

— Как мне… вернуться? — спросила я, всё ещё держа рукоять. — Или остановить просмотр?

— Просто отпустите рукоять и снимите обруч. Аналемма деактивируется сама, — ответил Силион.

Я разжала пальцы. Тепло металла исчезло, и вместе с ним начала таять картинка перед глазами. Карта поблекла, линии растворились, и я снова оказалась в библиотеке — за обычным столом, с эфилом в бронзовом кольце.

Сняла обруч и положила на столешницу.

Несколько секунд я просто сидела, ошарашенно переваривая увиденное. Руки слегка дрожали от переизбытка впечатлений. В голове роились мысли, вопросы, планы.

Сколько же здесь знаний? Сколько тайн, спрятанных в этих бесчисленных эфилах? И как мне найти именно то, что нужно, не выдав себя?

— Я… мне нужно будет время, — сказала я, стараясь упорядочить мысли. — Чтобы изучить всё это.

— Разумеется. У вас есть допуск, и вы можете приходить сюда столько, сколько потребуется, — Силион слегка наклонил голову. — Если позволите, я составлю для вас список рекомендуемого материала по вашему запросу. Это поможет структурировать поиск.

— Да, пожалуйста, — я с благодарностью посмотрела на него. — Это было бы очень полезно.

Хранитель кивнул и скользнул к одной из полок. Я осталась сидеть за столом, глядя на остывающий эфил в кольце Аналеммы.

Я достала из кармана свою записную книжку и карандаш. Быстро набросала заметки, пока всё свежо в памяти:

«Год 356. Начало эпидемии Стигмары. Введение ограничений на смешанные браки. ВАЖНО — узнать больше!»

«Год 306. Мятеж Дома Талмор — почему восстал? Почему эту династию так радикально уничтожили? Проверить». «Академия магии Унара — год 678. Могут ли там быть записи об аномалиях? Или исследованиях?»

«Реформы Дейриса — что именно он изменил? Что было ДО?»

Список рос, и я чувствовала странную смесь возбуждения и тревоги. С одной стороны — столько возможностей! С другой — как не утонуть в этом океане информации?

Силион вернулся, держа в руках несколько новых эфилов разного размера.

— Вот, — он аккуратно разложил их на столе. — Начните с этих. Они дадут вам более детальное понимание политической структуры Элисара, истории Великих Домов и ключевых событий последних трёхсот лет.

Я посмотрела на кристаллы. Каждый мерцал своим светом — нежно-голубым, зеленоватым и почти белым.

— Спасибо огромное, — искренне поблагодарила я. — Ваша помощь бесценна.

Нити в его форме замерцали мягче и теплее.

— Служить храму знаний и тем, кто жаждет учиться, — моё предназначение, — ответил он просто. — Если возникнут вопросы — я всегда поблизости.

Он отступил, давая мне пространство, и я снова осталась наедине с артефактом и эфилами.

Взяла один из кристаллов — на подставке значилось: «Великие Дома Элисара. Происхождение и структура власти». Поместила его в кольцо — снова этот тихий, музыкальный щелчок. Надела обруч, взяла рукоять.

Где-то через минут десять, за мелькающими картинками, послышался приглушенный голос Циаса:

— Ваш завтрак, госпожа Велиос… Где-то едва различимо, на грани слышимости звякнул поднос.

Но мне было уже совсем не до пищи физической, я провалилась в знание.

Глава 10. Старый знакомый

На полдня я выпала из реальности — и узнала одновременно слишком много и почти ничего. Сначала думала, что при таком количестве информации быстро найду зацепки — первые крошки направления или хоть что-то… но непременно! Мечты, мечты…

Спустя три часа я сидела, уткнувшись уже не помню в какой по счёту кристалл, с глазами, покрасневшими не меньше, чем у переписчика в конце лунной смены.

Время исчезло. Я словно плыла по реке событий: имена, даты, войны, восстания, союзы, реформы. Видела, как рождались династии, рушились города, как маги спорили о природе стихий и теряли головы — иногда в буквальном смысле.

Мне даже попалось упоминание о «Разграблении Каруна, 713 год — подавлено с участием личной гвардии Повелителя». Вот уж чего не ожидала встретить в библиотечных хрониках в первый же день. Хотела уточнить детали, но вовремя остановилась. Нет, увязнуть в одной теме сейчас нельзя. У меня была другая цель.

В блокноте уже скопилось с полсотни записей, и ни одна пока не помогала зацепиться хоть за какое-то направление. Хотя кое-что мне всё же удалось обнаружить… Оказалось, что открытые полки — это лишь верхушка айсберга.

Когда Силион терпеливо водил меня по секциям, показывая второй ярус подробнее, мы проходили мимо полок, стеллажей и нескольких секций, отведённых обычаям островных народов. Вдруг мой взгляд зацепился за участок стены, где свет слегка дрожал — будто там была натянута едва различимая плёнка.

Я замедлила шаг. За этой дрожащей границей угадывались силуэты полок — они были другие, явно из иного дерева. Эфилы там хранились не голубые или матово-жёлтые, как повсюду, а тёмно-серебристые, почти чёрные.

— А там что? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Эта секция выглядит как-то… иначе.

Силион проследил за моим взглядом, и дрожание мгновенно исчезло, словно само пространство притворилось, что ничего не было.

— Это закрытые секции. Туда можно попасть только по специальному запросу. Там хранятся особые документы о роде Владык, об Унаре и его братьях, о запретных ритуалах и экспериментах.

— А как получают доступ к закрытым секциям? — спросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал непринуждённо.

— Нужно подать официальный запрос, — ответил хранитель. — Указать причину, обосновать необходимость. Повелитель рассматривает каждый запрос лично. Если сочтёт его обоснованным — разрешит доступ.

«Похоже, всё действительно важное хранится именно там. И, разумеется, доступ — через самого Владыку. Прекрасно. Вот с кем с кем, а с ним встречаться мне не хотелось совершенно. Пока обойдусь открытыми полками», — мысленно решила я и двинулась дальше.

Следующие открытые секции поведали о древних ритуалах первых Жрецов, о том, как придумали и создали первые эфилы и как Владыка Тариэн пытался объединить магов после Великого Потопа. Оказывается, четыре века назад океан буквально «съел» несколько прибрежных городов — но зато теперь у нас есть живописный залив и легенда о жертве во имя равновесия.

С каждым новым эфилом во мне росло что-то среднее между азартом исследователя и истерикой ученика перед экзаменом. Информации — океан, ответов — ноль. Хотелось найти хоть немного конкретики о странных магических проявлениях, но всё, что я поняла: наш мир строился на нескончаемых слоях истории, как жемчужина — на раздражении моллюска. И сиял в летописях таким же идеально белым перламутром… Никаких изъянов.

Перед уходом я попросила пару книг — эфилы, как оказалось, выносить из библиотеки было запрещено. Я выбрала «Легенды Древней Хасары» и «Морские хроники: от основания Озирона до наших дней». Серьёзные с виду тома весили тоже внушительно. Пригодятся, чтобы скоротать вечер, подумалось, что вряд ли сегодня ночью я усну быстро. Силион завязал их кожаным ремешком и пожелал удачного вечера.

Тепло переплётов показалось неожиданно живым и приятным. Я прижала книги к груди и вышла из библиотеки.

В первые мгновения свет в коридорах показался мне неприятно ослепляющим. После мягкого сияния ламп и журчания эфилов этот блеск был почти грубым. Голова ещё гудела от увиденного — карта, хроники, даты. Казалось, всё внутри звенит от новой информации и вопросов, на которые пока не было ответов. Хотелось остаться там и продолжить поиск, но Циас уже ждал у двери, и обстановка дворца быстро вернула меня в реальность.

Циас вел меня сквозь очередной зал гигантских размеров, когда навстречу нам попалась группа роскошно одетых людей — мужчины и женщины. Я с нескрываемым любопытством принялась рассматривать их наряды, отметив явную принадлежность к высшей знати.

Больше моё внимание привлекли женщины. Высокие прически на столичный манер, лёгкие перламутровые ткани платьев придавали их образам нереальность, и складывалось ощущение, что перед тобой прекрасные создания, спустившиеся с небес. Красивые и благородные черты лица, присущие богатым женщинам Озерона, завораживающие и мелодичные голоса, словно ручейки. Каждая деталь нарядов кричала о роскоши, высоком статусе и власти, которую они держали в своих холёных тоненьких ручках. Но при всей их красоте и эффектности от этих дам веяло холодом, а сверкающие улыбки совершенно не помогали скрыть прятавшееся за ними равнодушие. Хотя, может, никто и не пытался.

На меня бросили несколько безразличных взглядов, и группа двинулась дальше по коридору. «Озерон красив, Озирон — сердце его… ещё красивее, вот только иногда мне кажется, что души в нём нет», — вспомнила я фразу Арена. Кажется, теперь я поняла, о чём он говорил.

Задумавшись над его словами, я чуть замедлила шаг, немного отстав от сопровождающего меня Циаса, и не сразу почувствовала на себе чьё-то внимание. Подняла глаза и наткнулась на поражённо разглядывающий меня взгляд холодных синих глаз. Уже через мгновение он стал обжигающе убийственным. Видимо, до Ливиана наконец дошло, что ему не померещилось, и перед ним действительно я.

Даир шел в конце группы, и его сопровождал высокий мужчина примерно того же возраста. Спутник даира был одет в более сдержанный костюм — точно не слуга, так как его одежда выглядела достаточно дорогой, но при этом фасон не кричал о роскоши и богатстве, как у только что прошедшей мимо меня процессии. Приятное, усыпанное веснушками лицо со слегка раскосыми глазами светло-медового цвета. Каштановые вьющиеся волосы слегка взлохмачены. Короткая стрижка… значит, он не из элиты эльсов. К тому же фасон одежды странно отличался от тех, что я видела на придворных. Его жилетку покрывал легкий узор из завитков, похожих на завихрения. «Воздушник», — догадалась я.

Но спутник даира привлёк моё внимание не по этой причине — он так же, как и Ливиан, шокированно и довольно бесцеремонно разглядывал меня. Я замедлила шаг, невольно сглотнула и чуть заметно развела руками, попытавшись смущённо улыбнуться, как бы говоря: «Привет, да, а вот и я…» Вот только Ливиан быстрее пришёл в себя и, похоже, не оценил комичность нашей неожиданной встречи. Его лицо окаменело, крылья носа расправились, тяжело втянув воздух, а руки нервно сжали какие-то ветхие манускрипты, отчего на них появились новые и явно не запланированные трещинки. Мне даже показалось, что у него задергалось веко от нарастающего напряжения.

— Госпожа Велиос, прошу сюда… — вежливо позвал меня слуга, открывая одну из дверей в конце зала.

После слов слуги спутник Ливиана нервно дернулся, словно утвердившись в своих опасениях; на секунду устало закатил глаза, после чего резко повернулся и уставился теперь уже на продолжавшего испепелять меня взглядом Ливиана. Хотя в его случае, наверное, расщеплять или что там воздушники делают с неугодными.

— О, госпожа Велиос… — вдруг нарочито громким и тягучим тоном произнёс Ливиан, словно змея прошипев мою фамилию, — вы всё же решили посетить Озерон? Надеюсь, дорога из Каруна не была слишком затруднительной?!

— Нет, ваша светлость, добралась быстро и с комфортом! Благодарю, — уверенно ответила я, но тут с ужасом заметила, что вся процессия придворных заинтересованно замерла в другом конце зала.

— Я рад, что вы здесь, — совсем не радостно и сухо процедил Ливиан. — Так понимаю, вы прибыли с его величеством Ареном? Расследование преступления в Каруне уже окончено?

— Да, ваша светлость, преступников нашли! — на его первый вопрос я предпочла не озвучивать ответ полностью; Ливиан и так понял, как я оказалась во дворце.

— Неужели… — его губы расплылись в улыбке, слегка напоминающей оскал. Каждое слово даира раскатами подхватывали своды дворцовых стен. — Вы уверены, что стражи поймали именно тех, кто виновен? Ситуация была столь запутана…

— Конечно… — я нервно поджала губы и попыталась парировать его двусмысленный намёк. — Наш будущий владыка Арен всегда успешен в делах подобного рода.

— Безусловно, — закивал Ливиан наигранно. — Мой брат никогда не ошибается, виновных он находит всегда!

Повисла неловкая пауза. Я инстинктивно сделала несколько шагов в сторону двери. Этот разговор с каждой новой фразой нравился мне всё меньше.

— Вы уже освоились во Дворце? — заметив моё бегство, остановил меня Ливиан быстрым вопросом.

— Благодарю, я…

— Как давно вы прибыли? — вдруг бесцеремонно перебил меня спутник Ливиана.

Этот веснушчатый парень определённо знал обо мне больше, чем нужно. Это чувствовалось в его напряжённом и оценивающем взгляде, словно он прикидывал размер возникшей угрозы в моём лице.

— Несколько дней… — сама не зная, зачем, честно ответила я; наверное, искренне понадеялась, что на этом их обстрел вопросами окончится.

Тем временем нашу беседу жадно пожирали заинтересованные уши придворных. Мне казалось, я кожей ощущала, как они ловили каждое произнесённое слово. Нужно было срочно прекратить этот спектакль.

Но Ливиан, оказывается, только разминался перед своей главной атакой.

— И в качестве кого, госпожа Велиос… ох, простите! В каком статусе вы прибыли в Озерон… вместе с его высочеством?

Мы впились друг в друга злыми взглядами. Это была настоящая провокация. Да что там — меня бесцеремонно затаскивали в ловушку дворцовых интриг и сплетен. Теперь моё присутствие во дворце ни для кого не останется незамеченным. Я плохо представляла последствия происходящего сейчас разговора. Но искры, которые плясали в глазах черноволосого, обещали, что эти последствия станут для меня самыми отвратительными.

Сейчас я сожалела, что Арен не дал мне никаких подсказок, как быть, что говорить, как действовать, если кто-либо начнёт задавать вопросы. И тем более такие. Но теряться было нельзя.

— Его величество Даир Арен назначил меня новой помощницей лекаря! Ему симпатичен мой талант в алхимии и лекарском деле.

На лице Ливиана появилось неприкрытое брезгливое выражение, а во взгляде вспыхнула такая злость!

"Что я такого сказала?"

— Полагаю, вы владеете множеством талантов помимо искусства алхимии, моя дорогая, — надменно улыбаясь, бросил он. — А мой брат всегда ценил целительниц подобного рода!

Секунду он оценивал моё потрясённое лицо. Удовлетворившись, даже, я бы сказала, насытился моей растерянностью и тем, как я вздрогнула от этих слов, после чего непринуждённо направился дальше, лишь бросив напоследок:

— Был рад вновь повидаться с вами, госпожа Велиос. Надеюсь, вы будете впечатлены дворцом и пребыванием в столице.

Он подтолкнул локтем своего остолбеневшего спутника, и они быстро направились дальше.

Я расправила плечи и прикрыла глаза рукой, сделав вид, что устало потираю лоб, стараясь этим движением хоть как-то скрыть нахлынувшую на меня бурю эмоций. Сейчас я была уверена, что зрачки предательски полыхали золотом. Слава Унару, единственным человеком, способным это заметить, был слуга, но он кротко смотрел в пол, не поднимая головы и ожидая, когда я наконец последую за ним. Больше в этом проклятом зале я задерживаться не стала и поспешила к выходу, подальше от лишних глаз и ушей.

Навалилась апатия и бессилие. Я не владела искусством интриг, умением вести тонкие и искусные разговоры, парировать острые спицы, припудренные лживыми улыбками. И от этого почувствовала себя абсолютно беззащитной, уязвимой. Мне стало жутко страшно, а ещё почему-то до боли обидно. Ведь он был единственный, кто знал правду! Знал, что меня опасно выводить на сильные эмоции, но всё равно повёл себя вот так…

На глаза навернулись злые слёзы, которые я быстро смахнула дрожащей рукой.

Пока мы шли, досада и гадкий осадок от этой ситуации очень быстро превратились в дрова для разгорающегося внутри гнева! Ливиан нанес удар подлый и мерзкий! А ведь у нас были договорённости! Я надеялась на его помощь! Великий Унар, я даже хотела ему довериться! Думала, у меня здесь есть…

«Кто у тебя здесь есть? Друг? Помощник? Наивная дурочка Рика… — сказала я себе мысленно, вспомнив, с каким высокомерием и отвращением он бросал фразы, с каким пренебрежением смотрел. — Он никогда не был мне другом, просто наши тайны и интересы на какое-то время переплелись… Но сегодня он чётко дал понять — это время закончилось».

Когда Циас вежливо отворил дверь в мою комнату, я ему в очередной раз тоже глупо поклонилась и быстро пробубнила:

— Неважно себя чувствую, отдохну сегодня…

— Я принесу ужин позже, госпожа Велиос! — учтиво ответили мне, когда я уже прошмыгнула за дверь.

— Спасибо… Это было бы прекрасно! — и я захлопнула дверь, прислонившись к ней спиной. Обхватила себя руками, стараясь успокоиться.

Сейчас даже страх, что злость на черноволосого опять активирует магический выброс, спрятался в самый дальний уголок сознания и тихо там помалкивал. Внутри разливалась самая настоящая ярость! Ливиана отчаянно хотелось взять и прибить, испепелить… нет! Придушить!

Руки сами собой сжались в кулаки. А когда я разжала ладони, на них бесконтрольно вспыхнуло пламя!

— Ох, черт! — выругалась я и затрясла руками, отползая в сторону.

Вдох, выдох… вдох, выдох…

Успокаивалась я минут десять. И пока жар на моих ладонях, как и разум, постепенно остывали, в душе крепло чувство собственного достоинства и справедливости.

Я понимала, что в интересы Ливиана моё появление здесь совершенно не входило. Но Даир повёл себя более чем жестко, даже для него это был уже перебор. Он не развлекался, как обычно, он бил в цель каждой своей фразой. Фактически сказав — смотрите все! Это новая подстилка наследника, к тому же безродная северянка!

Не знаю, зачем он это сделал… Но я так этого не оставлю! Не буду я больше бояться и прятаться здесь! Я разберусь и научусь! Всему! Интригам, ведению искусных разговоров, научусь парировать спицы и колкости. Научусь держаться на людях! И уж точно никому не дам называть себя чьей-либо «подстилкой», обесценивать или смотреть с подобным пренебрежением! И с магией своей тоже разберусь — сама!

Не знаю, как и что будет дальше, но тебе капец, Ливиан Дирс — хотел войны? Ты её получишь!

Глава 11. Здравомыслие для друга

Едва за ними закрылась дверь лаборатории, в воздухе будто сгустился разряд. Весстар первым не выдержал.

— Что на тебя нашло… Зачем было так явно афишировать её появление? — Весстар развернулся на середине лаборатории, когда они вошли внутрь. — Мне кажется, ты сейчас повёл себя довольно импульсивно. И складывается впечатление, что ты мне не всё рассказал о вашем знакомстве в Каруне. Что между вами происходит?

— Ничего, — бросил раздражённо даир. — Ничего между нами не происходит!

— А… понял, — Весстар рассмеялся, по-мальчишески провёл рукой по волосам и с задором произнёс: — Именно это тебя и бесит, ведь так?

— Перестань… Я просто не ожидал её здесь встретить. Я видел, что Арен проявляет к ней интерес, но не думал, что…

— Она ответит взаимностью? Ты серьезно?

Где-то в другом конце лаборатории недовольно заурчал Хиллтар, выдавая эмоции хозяина.

— На сколько он задержался на Севере? — Весстар забарабанил пальцами по подлокотнику кресла, в которое только что сел.

— Почти на две недели… — Ливиан нахмурился. — Думаешь, у них интрижка?

— Этого я бы исключать не стал.

Ливиан выругался и провел рукой по лицу.

— Я предупреждал тебя не связываться с ней! И теперь…

— Что теперь? Лучше объясни, как так получилось, Вес, что мы все эти дни оставались в неведении? Арен вернулся не один. Привёз девчонку во дворец, а мы узнаём об этом только тогда, когда я сталкиваюсь с ней нос к носу в Северном зале. Ты чем вообще занимался последние дни?

У Весстара дрогнула челюсть. На мгновение в его лице мелькнуло то самое выражение, которое Ливиан видел редко: не злость — уязвлённая гордость. Воздушник умел смеяться над опасностью, над чужими угрозами, над собственной возможной смертью, но к сомнениям в его людях относился куда хуже.

— Осторожнее, Лив.

— Осторожнее? — даир резко повернулся к нему. — Так себе работает твоя сеть осведомителей. Может, мы ещё о чём-то не в курсе? Если мы пропустили её появление во дворце, откуда уверенность, что не пропустили что-то еще важнее?

Весстар медленно выдохнул через нос. Пальцы сжались на подлокотнике кресла, но голос остался ровным.

— Моя сеть работает достаточно хорошо, чтобы ты до сих пор сидел в этой лаборатории, а не объяснял отцу, почему половина Совета внезапно стала к тебе непозволительно лояльна, — холодно произнёс он. — Но если слуги не явились с докладом, значит, им очень убедительно объяснили, куда смотреть не следует. Или очень хорошо заплатили. Арен умеет покупать тишину не хуже, чем мы с тобой.

Ливиан сжал пальцы на краю стола.

— Я тоже сомневаюсь, что ее просто не заметили…

— Её предпочли не заметить, — отрезал Весстар. — Девчонка прибыла как личная прихоть наследника. А ты знаешь, личные прихоти Арена слуги обычно обходят стороной. И думаю, твой брат ясно дал понять, куда не следует смотреть, о чём не следует говорить и к кому чревато бежать с докладом. Сам знаешь — во дворце такие намёки понимают быстро.

Ливиан отвернулся и начал мерить шагами пространство лаборатории.

— Зачем она ему… Как думаешь, он уже знает о её дурной магии?

Весстар криво, но весело улыбнулся, рассматривая взъерошенного и злого наследника.