Ночь Грёз

На окраине района, где заканчивались более низкие дома и начинались подступы к горной системе Старшего Таурна, их пути разошлись. Над ними, словно нависающий свод, поднимались в небо башни Коллегии; откуда ни взгляни – с любой улицы, любого перекрёстка – они всё равно торчали в поле зрения, как напоминание о том, кто здесь настоящий хозяин. Величие этого комплекса давно затмило славу самого острова: теперь, вспоминая о государстве, чаще говорили именно о Коллегии, её учениках, её архимаге, её странных, противоречивых решениях. Государство при этом не было наглухо закрытым; напротив, оно служило одной из важнейших торговых точек и жемчужиной кораблестроения. Но каждая нога, ступавшая на его землю, проходила через фильтр осторожности и недоверия, и всё же любой, выдержавший отбор и обладавший достаточной волей, мог учиться в этих стенах, независимо от крови и расы.

Коллегия, будто жадное растение, расползлась по вершинам и склонам Старшего Таурна, заняв почти весь немалый хребет и зацепив краем Эльфград. Вокруг неё стоял город, выстроенный в подчёркнуто эльфийской манере, до странности похожей на то, как могли бы представлять себе архитектуру сами боги. Кирпичные дома почти без исключения венчались башенками, стройными и аккуратными, словно каждый хозяин так или иначе имел дело с магией и не мог позволить себе обычную кровлю. На черепичных крышах сверкал стеклар – странный материал, рождённый из смеси белоскола и малахита, прошедшей через огонь и магические печи. При сууровом свете он вспыхивал то холодным белым, то густой зеленью, и казалось, что весь район покрыт чешуёй гигантского каменного существа. Из этого стеклара не только крыли дома: из него выбивали острейшие клинки, собирали лёгкую броню, декорировали окна и фасады, превращая улицы в переливающийся узор.

Тирэльзар, привычно подстраиваясь под ритм этого города, мысленно отсчитал нужные ориентиры и направился в сторону башен, где в одном из верхних кабинетов его ждал помощник архимага Эйстеннерус. Там предстояло терпеливо и подробно изложить всё, что удалось выжать из последнего поручения: мельчайшие детали, которые могли показаться пустяковыми, но для канцелярии Коллегии имели вес. Время поджимало, и для киэльэшау сейчас не существовало ничего важнее этого пути – ни запахов, ни чужих лиц, ни собственных сомнений.

Джерум остался на перекрёстке ненадолго, провожая взглядом удаляющуюся фигуру волшебника. Потом развернулся к улицам Ванор Ошу, которые казались ему куда менее родными, чем пески Великой Фариан, но всё же безопаснее многих мест, через которые ему уже доводилось идти. Впереди его ждал дом Рубии Фенрир – не самый приятный пункт назначения, но, возможно, единственный, где его проклятая рука имела шанс получить не формальное сочувствие, а хоть какую-то реальную надежду. Тирэльзар и Джерум почти одновременно растворились в разных потоках города: один – поднимаясь к кабинету, где решаются вопросы магической политики, второй – уходя вглубь фиолетового района, к дому женщины, которая знала о смерти и проклятиях больше, чем кому-либо было бы комфортно признавать.

***

– Уверен, что мастер-наставник надаёт мне по шапке за досрочное возвращение. Но… – Тирэльзар Огненный на секунду замедлил шаг, вслушиваясь в собственные мысли. – Да, я поступил разумно и готов понести в случае чего наказание.

Он поднялся по каменным ступеням, чувствуя, как тяжелеет мантия и подрагивает в коленях накопившаяся усталость. Впереди начинался длинный тоннель, тянувшийся под сводами Башни Знаний. Его освещали висящие под потолком магические сферы. Свет тихо сочился из них ровным, чуть холодным сиянием. Факелов здесь не было и не требовалось – волшебникам незачем возиться с копотью и дымом, когда можно однажды наложить пару заклинаний и позволить свету висеть в воздухе веками.

В конце коридора, за узорчатой решёткой, уже пробивался яркий дневной свет. На решётке было вычертано широко открытое око внутри диска, разделённого на семь частей.

– Всё так же смотришь на всех, да… – пробормотал тёмный эльф, скользнув взглядом по знакомому символу.

Это око было знаком организации. Каждый сектор диска, каждая из семи частей олицетворяла одну из Магических школ и был украшен своим, особенным узором, понятным тем, кто проведёт жизнь за перечитыванием трактатов. А само око – Всевидящее Око Элу Товир, неусыпный наблюдатель за тем, кто и как пользуется силой.

Тоннель выводил к огромному мосту, тянущемуся к Башне Знаний. Там находилась Великая магическая библиотека Тау’Элунора, Комната Единства, а также жилые комнаты библиотекаря, архимага и его помощника. Башня была выше остальных семи, и потому именно её верхушка первой ловила на себя сууровый свет и туманы Таурна. С чердака открывался такой вид на остров, что у любого нормального эльфа на пару минут затыкало все вопросы к жизни.

Взгляд Тирэльзара невольно упал на трещины и сколы в камне. Старые едва заметно сглажены временем, новые кусали глаз резкими линиями.

– Когда же тебя починят… – тихо выдохнул он, глядя на раскрошенный край. – Как много обещаний, но так мало действий.

Опоры моста давным-давно обрушились, и теперь его части держались в воздухе лишь благодаря тому, что в камень и воздух этой крепости веками вбивалась магическая энергия. Отдельные пролёты откровенно левитировали над пустотой. Мост был широким, примерно в четыре окелъра, с чрезмерно тяжёлыми бойницами, словно их лепил фанат крепостей, а не библиотек. Всё это было чистой эстетикой и пафосом, потому что Коллегия изначально никогда не задумывалась как оборонительное сооружение.

Башня Знаний стояла ближе всех к столице эльфов – Эльфграду. Город простилался от подножия крепости вниз, как море, растекающееся по склону, и упирался в дальние тёплые тени.

Эльф-волшебник шёл не спеша. На правой стороне моста, будто врезаясь в небо, тянулись снежные вершины Таурна. Огромные пласты льда и снега навсегда застыли на их макушках, суровых и недоступных. Они лишь отдалённо напоминали ему о северных горах, где он когда-то жил, но память всё равно цеплялась за похожие контуры.

Слева раскидывался сам Эльфград – колоссальный город, чьи крыши, словно из стекла, без устали отблёскивали лучи дневного Светила. Стеклар играл зелёным и белёсым, и все кварталы вместе казались живой, мерцающей чешуёй, перетекающей от района к району.

Мимо него неожиданно пробежал незнакомый эшау в мантии. Подошвы глухо застучали по камню, край плаща вздрогнул от резкого движения. Тирэльзар только проводил его взглядом и, не придавая этому значения, пошёл дальше.

«Очень странно, что подобного рода сооружение построили столь относительно недавно… – пронеслось в голове. – Как можно было не знать об этом, пропитанном всюду магией, месте? Да… Самое интересное, а если бы не архимаг, то что тогда? Коллегии и вовсе не существовало?»

Мысли на секунду захватили его целиком, но дышать и идти они не мешали.

Дойдя до большой двери с металлическими кольцами вместо ручек, Тирэльзар поднял руку и постучал. Дерево было тёмным, тяжёлым, и звук удара прокатился по коридору глухо, без эха.

Дверь отворилась почти сразу.

На пороге стоял знакомый Тирэльзару Огненному киэльэшау – боевой маг Сирио Теталиэль Фаринг. Высокий, с чуть худым лицом и живым взглядом, он был облачён в изящную серую мантию, местами усиленную пластинами брони. По местным меркам – моложе Тирэльзара лет на пять.

– Приветствую, Тирэльзар! Давненько тебя не было видно. – сказал он, закрывая за гостем тяжёлую дверь. – Слышал, ты теперь помощник Помощника, его протеже, не так ли? Поздравляю тебя.

Тирэльзар протянул ему правую руку. Сирио, по старой привычке, пожал её обеими ладонями, а затем они по-дружески коротко обнялись.

Они не виделись около месяца – для обитателей Коллегии это и много, и мало одновременно. Тёмный эльф Сирио Теталиэль Фаринг был старым другом и беженцем с Кворака. Он покинул город незадолго до Огненного, но в отличие от Тирэльзара добирался до острова на вольном корабле, спрятавшись среди товаров и контрабанды.

– Здравствуй, Сирио! – Тирэльзар Огненный слегка улыбнулся. – Спасибо, так и есть. Зайти времени совершенно нет, особенно с происходящим кругом. Только недавно вернулся с очередного задания. Пришлось плыть в Дасанту.

– Всё то же самое? – Фаринг скрестил руки на груди, нависая над ним полувопросом. – Орден Душ всё же сумел оправиться от твоего удара?

– Нет. – Тирэльзар снял капюшон и ответил ровно, почти монотонно. – Орден навсегда искоренён с тех земель. Я сейчас пытаюсь выяснить, что за чертовщина творится на Тау’Элуноре, пытаюсь разобраться с этим „массовым психозом“.

Он чуть поморщился.

– Странно даже не то, что меня отправили так далеко. Странно то, что мне приказали вернуться.

Сирио слегка подался вперёд, его выражение лица сменилось с обычной ироничной расслабленности на напряжённое. Он сделал шаг ближе, понизил голос, будто их мог кто-то услышать через каменные стены.

– Слушай… Между нами… – сказал он вполголоса. – Ты тоже ведь слышишь это?

Он замер, вглядываясь в друга.

– Я не шучу, друг… – добавил он, голос стал сухим. – Похоже, я уже начинаю сходить с ума…

– О чём ты? – Тирэльзар Огненный чуть прищурился.

– С ума не схожу, но… – Сирио нервно провёл рукой по волосам. – Проклятие, стой. Ты тоже не слышишь этот жуткий шёпот?

Он выдохнул, как будто выталкивая слова из глубины груди:

– Этот дикий манящий гул: „…стань частью! Освободи свой разум…“

На глазах Сирио в одну секунду проступил подлинный ужас. Улыбка, привычная маска – всё исчезло. Он говорил чистую, неприукрашенную правду.

– Неужели, действительно грядут страшные перемены, друг?..

– Нет, до меня это ещё не добралось. – честно признался Тирэльзар. – Да и, признаюсь честно, я не особо в это верю. Не стоит поднимать панику, „массовый психоз“ не может проявляться подобным образом.

– Ну и зря мне не веришь… – Фаринг отвёл взгляд, челюсть чуть дрогнула.

– Ты можешь чётче распознать, что оно говорит тебе? – Тирэльзар сделал полшага вперёд. – Что от тебя хочет, какие мотивы движут им? Что оно вообще такое?

– Ну, это явно не чья-то глупая шутка, я уверен. – Сирио тяжело вздохнул. – Уж лучше бы это была она… Но нет, оно зовёт меня, понимаешь?

Он развёл руками, бессильно.

– Большего я разобрать ну никак не могу!

– Хм-м-м… – Тирэльзар задумчиво промычал, на секунду опуская взгляд.

– С этим нужно что-то делать, иначе я поеду головой! – голос Сирио сорвался, стал резче. – Защитные чары здесь тщетны, друг! Я пытался, но всё равно слышу этот голос! Он идёт не извне, он рождается в моей голове.

– Может быть… – начал было Тирэльзар.

– Не смей считать меня сумасшедшим, Тирэльзар Огненный. – резко перебил его Сирио. – Ты меня хорошо знаешь. У меня отроду не может быть к этому предрасположенности!

Тирэльзар поднял руки ладонями вперёд, показывая, что не собирается спорить.

– Я расскажу ему об этом, – тихо сказал он. – и мы постараемся что-то с этим сделать, обещаю. Но… Я думаю, что всё равно тебе лучше встретиться с ним лично.

Он кивнул в сторону внутренних коридоров.

– Зайди к нему вечером, я предупрежу о твоём визите.

– Спасибо… – Сирио чуть опустил голову, дыхание стало ровнее.

– Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. – Тирэльзар Огненный поправил сумку на плече и направился дальше по коридору. – Увидимся позже.

Он махнул рукой на прощание, и эхо его шагов вскоре затерялось в глубине Башни Знаний, оставив Сирио один на один с тихим, липким шёпотом, который по-прежнему не хотел покидать его голову.

Путь парня лежал на предпоследний этаж. Лестница уходила вверх бесконечной спиралью, и Тирэльзар, уже зная каждый пролёт почти на ощупь, поднялся по ступеням бегло, привычно, лишь изредка опираясь рукой о холодный камень. По пути он миновал зияющие арочные проёмы, за которыми в высоту и ширь раскидывалась огромная библиотека: этаж за этажом тянулись стеллажи, уходящие в полумрак, мостики между ними, висящие в воздухе галереи, лестницы и подвесные площадки. Пахло старыми страницами, сухими чернилами и чем-то смутно знакомым, что навсегда въедается в воздух мест, где хранятся знания.

Не сбавляя хода и в который раз позабыв о простом ритуале постучаться, тёмный эльф обеими руками рванул тяжёлые двери покоев мастер-волшебника первого ранга. Створки, отворившись, чуть дрогнули, выпуская на него тёплый, плотный воздух комнаты. Он остановился у порога.

Наставник сидел за массивным столом, утонув в полукруге книг и разложенных листов, и что-то пристально писал, выводя ряды рун с болезненной аккуратностью. Огромная круглая комната хранила в себе столько вещей, что глаз не сразу понимал, за что зацепиться. На одной стене висела полная карта Водамина, с уже нанесёнными последними, едва-едва исследованными землями на юго-востоке – архипелагом Таранор. У окна на металлической треноге стоял телескоп, направленный точно туда, откуда ночью Эйстеннерус смотрел на звёзды и их ходы, а сейчас через открытое окно впускал в комнату полосы дневного ветра.

Вдоль стен – множество столов, заваленных бумагами, свёрнутыми картами, колбами, и забитые до отказа книжные полки, поверх которых небрежно, слоями, лежали свитки. Но самое особенное, по мнению Тирэльзара, начиналось там, где взгляд натыкался на закрытый сектор комнаты.

За полупрозрачной, зачарованной магией стеной – сплетение сотен палочек и призм разного размера – скрывался личный чаровальный стол мастера и пара тяжёлых, явно опасных посохов, чья сила чувствовалась даже сквозь защиту. А чуть глубже, в тишине того сектора, виднелась она – „Книга Алукара: Некронамиконион“. До сих пор Сиренсен так и не решился открыть её; слишком хорошо он понимал, какое зло может вырваться наружу, стоит ему всего лишь раз ошибиться.

– Уверяю вас, Варункаринор. – Эйстеннерус, даже не оборачиваясь, спокойно продолжил начатую фразу и всё так же водил пером по странице. – Драконы здесь совершенно ни при чём.

Только сейчас киэльэшау заметил, что в комнате он не один. Несколько волшебников в алых робах стояли чуть в стороне, и его появление они, кажется, тоже заметили не сразу.

– Я вас не отвлёк, мастер-наставник? Ой… – Тирэльзар Огненный бегло глянул на одного из них – того, чьё лицо было перемотано белым бинтом, скрывающим черты, – и понизил голос. – Извините…

Он чуть приклонил голову в знак уважения. Просторные одежды незнакомцев были сплошь покрыты узорами и переплетениями серебряной нити, на ткани переливались странные руны. Ошибиться было трудно: это были магистры ордена Мистариан Канэрри – самая закрытая и таинственная организация волшебников, тех, кто расследует магические аномалии и ведёт бесконечную войну с драконьими культистами. Во владении магией им не было равных среди смертных, и даже в Коллегии о них чаще шептались, чем говорили вслух.

– Немного… – сухо ответил помощник архимага, не выказывая неприязни, но и не давая понять, рад ли он видеть ученика именно сейчас.

– Вы смеете считать, что Ма’алунаракс Фаркнарион допустил ошибку?! – недружелюбно прижав ладони к поясу, возразил один из гостей – Варункаринор Иллюзорный.

Голос его был колючим, как инеем облитый клинок.

– Да. – чётко сказал Сиренсен.

Он отложил перо, поднял на него взгляд и, чуть прищурившись, добавил:

– При всём уважении к вашей организации, ошибкой было идти именно ко мне. Мой ответ окончателен и точен. Мёртвые драконы и мёртвый Культ Дракона никак не причастны к этому явлению. Архимаг у себя, но не думаю, что его мнение будет разниться с моим.

Наставник вновь опустил взгляд в книгу и продолжил запись, будто разговор был уже завершён.

– Магнус не поймёт нас, ибо архимаг юн. – воздух вокруг второго гостя едва заметно сгустился, собираясь в звучащую волну. Ма’алунаракс не мог говорить, как прочие: его настоящий голос был разрушителен, и потому каждая фраза рождалась в пространстве, а не в горле. – Он молод, слаб и глуп по сравнению с вами, Эйстеннерус.

Он на короткий миг сбился, и в этом сбое ощущалось искреннее напряжение.

– Но у меня нет основания не верить вам. Я мог допустить ошибку.

На этом слова обрезались. Фигуры в алых робах дрогнули в воздухе и исчезли, словно их попросту вырезали из пространства. Ни вспышки, ни хлопка – только лёгкое колыхание воздуха.

Эйстеннерус отложил перо и чернильницу, махнул рукой. Дверь за спиной Тирэльзара с глухим стуком захлопнулась, а тяжёлый засов, висевший на цепи, сам поднялся и упал на место. Наставник посмотрел на ученика, и в его обычной спокойной маске впервые за долгое время проступила подчёркнутая серьёзность.

– Ты не вправе был возвращаться без моего ведома, Тирэльзар. – сказал он.

– Я знаю, но… – эшау опустил глаза.

– Никаких „но“! – резко пресёк его Сиренсен. – Кто велел тебе плыть обратно?

– Мастер-волшебник Школы Колдовства, Натиус Шайе, отправил мне письмо. – эльф-волшебник уже заранее приготовил ответ. – Вот…

Он вынул из сумки свёрток и протянул.

Сиренсен раскрывал письмо быстро, но всё равно внимательно: взгляд пробежался по строчкам, челюсть слегка напряглась. Через пару секунд текст уже был прочитан.

Щелчок пальцев – и лист вспыхнул в воздухе бесцветным огнём, рассыпавшись в пепельную крошку, которая не успела даже долететь до пола.

– Что этот выскочка себе позволяет? – помощник архимага зло нахмурился. – Старый эгоцентрист. Кто ему только дал право принимать участие в этой операции?

Он шумно выдохнул, как будто прогоняя раздражение, и перевёл взгляд на Тирэльзара.

– Тирэльзар…

– Да, мастер-наставник? – эльф выпрямился.

– Ты хоть что-то сумел привезти с собой с этого поручения? – в голосе сквозило не терпение, а именно надежда. – Пожалуйста, не говори, что мы упустили так много драгоценного времени просто так.

– Да, конечно. – спокойно ответил Тирэльзар Огненный. – Мне удалось кое-что разузнать…

– Отлично. – Эйстеннерус подозвал его ближе, сделав приглашающий жест рукой. – Нам подойдут любые зацепки.

Киэльэшау мотнул головой и обошёл стол, остановившись так, чтобы наставник мог видеть его лицо. Пол комнаты был застелен коврами, мягко глушившими шаги. На потолке чётко выведены символы – непонятные, больше похожие на арлакос, чем на какой-либо другой язык, – среди них угадывались абстрактные фигуры, из которых складывался фрагмент пророчества, до сих пор не расшифрованного до конца.

– Та пещера… – начал он. – она на удивление оказалась пустой. Словно сама структура этого места только отвела нас от искомого, мастер-наставник. Такое ощущение, что кто-то играет с нами. Зацепок там было очень мало.

– Странно… – Эйстеннерус потёр бороду, вглядываясь в стол, будто символы должны были всплыть прямо по древесным волокнам. – Я определённо чувствовал там поток непонятной мне энергии. Тёмной и ужасной… Так… и на этом всё?

– Нет. – Тирэльзар отмахнулся. – Отнюдь нет, мастер-наставник.

Он на секунду задержал дыхание, вспоминая.

– Там… все стены были сплошь исписаны дентарлакосом, а жители деревни Авир-Туур словно находились в трансе... Они были подвижны, но еле шевелили ногами, постоянно себе что-то бубня под нос.

– Значит, мои предположения были верны… – волшебник медленно провёл пальцами по бороде. – Интересно… Пожалуйста, продолжай.

Магией он поднёс к руке перо, невидимый импульс плавно поднял его над страницей. Эйстеннерус перелистнул чистый лист, приготовившись записать каждое слово.

– Я сумел развеять неизвестные мне чары. – продолжил Тирэльзар Огненный. – И-и…

Он хмуро сжал губы, подбирая формулировку.

– Пробудить жителей ото сна. Они не помнили совершенно ничего, мастер-волшебник! Говорили лишь о том голосе, говорили, что некое существо, которое вы прозвали „Сознанием“, взывает к себе. Это не может не пугать даже меня…

– Ситуация странная, определённо. – кивнул Эйстеннерус. – Неужели они действительно ничего не помнили. Или кому-нибудь выгодно то и жители просто… молчали?

– Смею сомневаться. – покачал головой Тирэльзар. – Это маловероятно.

– Что-нибудь ещё касаемо миссии, Тирэльзар? – перо шуршало по бумаге, фиксируя суть услышанного. – Имеется?

– Да. – уверенно ответил эльф. – Те символы…

Он слегка оживился, вновь зацепившись за мысль:

– Стоило мне попытаться зафиксировать их с помощью заклинания, как нечто начало блокировать его. Карандаш удивительно ломался, а написанное иным способом слово – исчезало с листа. Но! – он поднял палец, делая акцент. – Я сумел это сделать, смотрите…

Эйстеннерус в предвкушении положил руки на стол, чуть подавшись вперёд.

Тирэльзар начал рыться в поясной сумке, привычным жестом перебирая её содержимое – амулеты, связки пергамента, знакомый переплёт книги.

– Вот. – он извлёк её и к себе прижал. – Эти символы я встретил в пещере. – эльф уверенно улыбнулся, показывая открытую книгу, которую держал в одной руке.

– Не сумел. – тихо, с разочарованием вздохнул мастер-наставник.

– Что? – Тирэльзар резко вскинул брови. – О чём вы го…

Он перевернул книгу к себе и посмотрел.

Удивлению не было предела. Все страницы, на которых должны были быть зафиксированы знаки, оказались пустыми – ни одной линии, ни одного штриха.

– Что за… несуразица! – выдохнул он. – Я проверил её перед входом в Коллегию!

– Странно… – протянул Сиренсен. – Выходит, что кто-то или что-то действительно ожидало твоего прихода, как и в деревню, так и сюда, ко мне. Нам явно пытаются помешать. Но как можно было предугадать и этот ход?

Он ещё раз тяжело вздохнул и начал постукивать пером по краю чернильницы, отмеряя ритм собственных мыслей.

– Ладно, с этим я как-нибудь разберусь сам… – наконец произнёс помощник архимага – Так, хорошо. Ты помнишь, что за символы там были?

– Увы. Я не знаю этого языка. – честно ответил тёмный эльф. – Вы так и не удосужились меня обучить.

– Жаль, что я не нашёл на это времени. – поморщился Эйстеннерус Сиренсен. – После инцидента „Н“ мы займёмся дентарлакосом.

– Хорошо, мастер-наставник.

– На этом, я полагаю, всё? – он поднял взгляд, проверяя, не забыл ли ученик чего-то важного.

– Нет. – покачал головой Тирэльзар. – Сирио Теталиэль Фаринг, боевой маг, что охраняет эту башню, тоже периодически слышит их, эти голоса…

Он сжал пальцы в кулак.

– Может, вы сумеете сделать что-нибудь? Пожалуйста. Мой хороший друг такими темпами просто-напросто сойдёт с ума…

– Он заходит слишком далеко… – тихо сказал Эйстеннерус, больше как бы самому себе. – Нужно начинать действовать.

– Кто „он“, мастер-наставник? – Тирэльзар Огненный вскинул взгляд. – Я не совсем понимаю вас. Уточните, пожалуйста.

– „Сознание“. – спокойно ответил Эйстеннерус. Он чуть наклонился к ящику стола, достал оттуда сложенный вдвое лист и протянул его ученику. – Вот, Тирэльзар…

Эльф подошёл ближе. Пальцы наставника на миг задержались на краю бумаги, словно он нехотя отдавал её.

– Мне, незадолго до твоего прихода, принесли это. Ознакомишься по дороге. – добавил он. – Сейчас тебе нужно срочно направиться в деревушку Оркш-Доол, что неподалёку. Там орки добывают малахит и сколовые камни в шахтах, но из того места с недавнего времени исходит подобной природы тёмная и непонятная мне энергия.

Взяв письмо, эшау ощутил, что оно ещё чуть тёплое – его держали и разворачивали совсем недавно. Не разглядывая текст, он тут же, вместе с книгой, убрал его в поясную сумку. Наставник сегодня был серьёзен куда сильнее обычного: даже привычная ирония в голосе испарилась, уступив место сухой сосредоточенности. Это невольно насторожило эльфа.

– На этом всё. – помощник архимага чуть откинулся в кресле. – Выдвигайся.