Эпидемия: Голоса бездны

— Почему? — спросил я.

Она подняла голову.

— Потому что я лучше всех слышу, как бегает твоё сердце.

Я погладил её по волосам.

— Тогда слушай.

— Слушаю.

— Я люблю тебя.

Сабрина замерла. Затем улыбнулась так, что в её глазах появились слёзы.

— Ещё раз.

— Я люблю тебя.

— Теперь можно спать.

Она закрыла глаза, но улыбка осталась.

Кассандра прошептала:

— Мы тоже его любим.

Селена добавила:

— Очень.

Эйра сказала:

— И не позволим ему забыть.

Александра завершила:

— Даже если придётся напоминать каждый день.

В ту ночь я заснул не как герой, который обязан спасти планету, а как человек, которого любят и которому разрешили просто быть рядом.

Так я и уснул.

Сон пришёл постепенно. Сначала исчез шум двигателей, потом тёмный коридор, потом голубые линии. Осталось только ощущение пяти разных прикосновений, которые складывались в одно спокойное тепло.

Мне снилось, что мы стоим на зелёном берегу. Селена показывает на воду, Кассандра спорит с торговцем, Эйра смотрит на горизонт, Александра собирает образцы, а Сабрина держит меня за руку. Вдалеке Лиора смеётся, а Алексис пытается заключить сделку с самим ветром.

Я проснулся от того, что Сабрина тихо произнесла моё имя.

На этот раз я не открыл глаза сразу. Она думала, что я сплю, и говорила почти беззвучно:

— Я люблю тебя. И пусть моё сердце иногда ведёт себя глупо, оно всё равно всегда бежит к тебе.

Я хотел ответить, но услышал, как Кассандра шепчет с другой стороны:

— Моё сердце тоже. Только оно требует награды.

Селена тихо засмеялась.

— Тебе обязательно торговаться даже во сне?

— Я пиратка. Это профессиональное.

Эйра сказала у моей ноги:

— Спите. Утро ещё не началось.

— Ты сама не спишь, — заметила Александра.

— Я проверяю, что все на месте.

— Все на месте, — сказала Селена.

Я открыл глаза.

Утром каждая просыпалась по-своему. Кассандра первой поцеловала мою правую ладонь и заявила, что выиграла категорию «лучшая охрана». Селена провела пальцами по моему левому запястью и призналась, что впервые за долгое время проснулась без чужого голоса в голове. Эйра поправила одеяло у правой ноги, поцеловала меня в лоб и назвала моё настроение подозрительно хорошим. Александра проверила плечо, убедилась, что новые повреждения не появились, и только потом поцеловала мои пальцы.

Сабрина подняла голову последней. Она приложила ладонь к моей груди и снова улыбнулась.

— А я проснулась раньше всех.

— Но молчала.

— Потому что слушала, как твоё сердечко бегает.

— Оно просто бьётся.

— Нет. Оно бежит к моему.

Она мягко поцеловала меня.

— Доброе утро, мой герой.

Я посмотрел на всех пятерых.

— Вы теперь каждое утро будете устраивать соревнование?

— Конечно, — ответила Кассандра.

— Но победитель будет меняться, — добавила Селена.

— Это усложняет правила, — сказала Александра.

— Значит, нужны новые правила, — решила Эйра.

Сабрина снова улеглась на мою грудь.

— Главное правило уже есть.

— Какое?

— Мы просыпаемся рядом с тобой.

Она поцеловала меня ещё раз, а я впервые за долгое время не почувствовал тревоги от того, что впереди новый день.

После того как девушки поднялись, я несколько секунд лежал и смотрел в потолок. На кровати ещё оставалось тепло их тел, а в воздухе — запах чистой ткани и слабый аромат Селены. Кассандра забрала с собой мою правую руку только после того, как трижды напомнила, что её позиция была самой удобной. Селена задержалась у двери и улыбнулась, будто не хотела уходить, но Эйра уже звала всех в командный отсек.

— Сегодня утром мы не спорим, — сказала Эйра.

— Мы не спорим, — возразила Кассандра. — Мы подводим итоги.

— Итоги чего?

— Кто больше времени провёл рядом с Владом.

Александра посмотрела на неё.

— Ты собираешься измерять это по минутам?

— По качеству.

— А качество кто определяет?

— Я.

Сабрина обняла меня за шею.

— Не слушай её. Главное, что ты хорошо спал.

— Благодаря вам я почти не мог повернуться.

— Но мог дышать, — заметила Александра.

— Это уже достижение, — сказала Кассандра.

В коридоре нас встретили Лиора и Алексис. Лиора держала в руках две чашки, а Алексис несла небольшой контейнер с металлическими пластинами.

— Я принесла напиток, — сказала Лиора. — Мне сказали, что он помогает после сильной усталости.

— Кто сказал? — спросил я.

— Медик.

Алексис поставила контейнер на стол.

— А я принесла детали для ремонта. Корабль выдаёт их по системе обмена.

— Какой обмен? — спросила Кассандра.

— Я предоставила доступ к диагностике одного грузового отсека.

— Ты уже успела заключить сделку?

— Пока вы спали.

— Это нечестно, — сказала Кассандра. — Я тоже хочу торговаться с кораблём.

— Корабль отказался от переговоров.

— Значит, он плохо воспитан.

Мы прошли в небольшую столовую. Экипаж приготовил простой завтрак, но для нас он выглядел почти празднично. После тюрьмы даже горячий хлеб казался чем-то необычным.

Лиора осторожно взяла чашку.

— На Оарэс-92 по утрам пьют напиток из листьев, которые растут возле воды.

— Он похож на этот? — спросила Селена.

— Нет. Но напоминает.

Селена села рядом с ней.

— Когда вернёмся на Оарэс-92, ты покажешь нам настоящий.

Лиора посмотрела на меня.

— Если мы вернёмся.

— Мы вернёмся, — сказал я.

— Ты говоришь это очень уверенно.

— Я решил попробовать.

Сабрина пододвинула ко мне тарелку.

— Сначала поешь. Герои, которые не едят, быстро превращаются в бесполезные памятники.

— Ты уже думала о памятнике?

— Только о красивом. Но лучше, чтобы ты остался живым.

Кассандра отломила кусок хлеба.

— Я требую, чтобы на памятнике рядом с ним стояла моя шляпа.

— А я требую, чтобы рядом был медицинский отчёт, — сказала Александра.

— Эйра потребует приказ.

— А Селена — карту океана, — добавила Эйра.

— Лиора попросит зелёное дерево, — сказала Лиора.

Алексис на секунду задумалась.

— Я потребую указать стоимость всех материалов.

— Вот видишь, — сказала Кассандра. — Мы уже почти семья.

Алексис посмотрела на неё.

— Это слово не входит в официальный договор.

— Тогда добавь его в приложение.

На несколько минут разговор стал лёгким. Мы говорили о еде, одежде, корабле и о том, как странно снова сидеть за столом после воды и клеток. Но за этой обычностью всё время оставалось понимание: впереди дворец Дантея, заражённый царь и первый талисман.

Когда мы пришли в командный отсек, на карте уже появились новые данные. Флотилия прислала координаты освобождённых пленников и подтвердила, что нижние камеры постепенно открываются.

Александра вывела схему резонатора.

— Мы нашли устройство, которое превращает импульсы талисмана в голоса и образы. Оно не было первым очагом, но помогало системе ломать заключённых.

— Значит, тюрьма была частью эксперимента, — сказал я.

— Да. Дантей не просто отправил нас в тюрьму. Он хотел проверить, как мы реагируем на воздействие.

— Тогда наша прогулка по камерам тоже была наблюдением, — заметила Эйра.

— И теперь он знает, что Кассандра умеет открывать замки, Селена чувствует воду, а Сабрина защищает людей, даже когда у неё нет оружия.

Кассандра подняла руку.

— Он также знает, что я прекрасно выгляжу в плохом освещении.

— Это может стать нашим преимуществом, — сказала Алексис.

— Наконец-то специалист.

Лиора показала на северный сектор карты.

— Если мы войдём в Олимпис через центральный порт, нас заметят до дворца. Но есть старые каналы, которые использовали шахтёры. Они проходят под платформами.

Селена сразу придвинулась к карте.

— Эти каналы должны быть закрыты.

— Культисты открывали их для перевозки руды.

— Я знаю один из входов, — сказала Селена. — Он находится под старым водным рынком.

Алексис добавила:

— На рынке есть грузовые ворота. Мой торговый код может открыть их, если система ещё не перешла на военный режим.

— А если перешла? — спросила Эйра.

— Тогда код не сработает.

— И что мы будем делать?

— Торговаться.

Кассандра хлопнула ладонью по столу.

— Вот теперь у нас есть план.

— Это пока только вход, — сказала Эйра. — Нам нужен путь к тронному залу.

Селена вывела внутреннюю карту Олимписа.

— Во дворце три уровня. Верхний — для приёмов. Средний — для королевской охраны. Нижний — старые водные камеры и ритуальные помещения.

— Талисман в нижнем уровне? — спросила Александра.

— Вероятно. Мои родители хранили важные артефакты под дворцом, чтобы вода защищала их от перегрева.

— Значит, к нему ведут каналы, — сказал я.

— Да. Но после смерти родителей Дантей изменил систему.

— Как?

Селена опустила глаза.

— Он приказал закрыть все проходы, которые могли вести к тронному залу. Я думала, что это защита от нападения.

— А теперь понимаешь? — спросил я.

— Теперь понимаю, что он готовился к тому, что однажды кто-то придёт за талисманом.

Сабрина коснулась её плеча.

— Мы придём не одни.

Селена посмотрела на всех нас.

— Я знаю.

Эйра разделила план на этапы.

— Первый этап: вход через водный рынок. Второй: отключение внешней связи дворца. Третий: поиск безопасного пути к нижним камерам. Четвёртый: отделение талисмана от сети. Пятый: разговор с Дантеем.

— А если разговор будет после боя? — спросил я.

— Тогда мы не позволим бою разрушить систему.

— Хорошо.

Александра указала на седьмой сигнал.

— Есть ещё одна проблема. Если Дантей заражён до такой степени, он может не контролировать момент активации.

— Тогда кто контролирует его? — спросила Лиора.

Ответом стал новый импульс на экране.

Он пришёл из глубины океана, но его частота совпала с сигналом, который мы слышали в тюрьме.

Алексис быстро записала данные.

— Это не Дантей.

— Донк? — спросил я.

— Не могу подтвердить. Но источник находится далеко от Олимписа.

Селена побледнела.

— Под водой есть старые станции.

— Сколько? — спросила Эйра.

— Не знаю. Но если они активируются одновременно, город может потерять связь с островами.

Я посмотрел на маршрут.

— Значит, мы должны попасть во дворец до следующего импульса.

Александра проверила расчёт.

— У нас примерно шесть часов.

— Достаточно, — сказала Эйра.

— Для плана? — спросила Кассандра.

— Для первого шага.

Мы переглянулись.

Влад поднялся.

— Тогда первый шаг — Олимпис.

Сабрина снова взяла меня за руку.

— И без одиночных подвигов.

— Я постараюсь.

— Не «постараюсь», — сказала она.

Я посмотрел на неё и улыбнулся.

— Обещаю.

Перед совещанием у нас осталось несколько минут, и я вышел на обзорную палубу. Через широкое окно был виден океан Гаффы-87. Облака лежали над водой длинными полосами, острова появлялись и исчезали в тумане, а солнечный свет отражался от волн так ярко, что приходилось щуриться.

Лиора стояла у стекла. Её золотистый хвост медленно двигался из стороны в сторону, будто повторял ритм волн.

— Тебе лучше? — спросил я.

— Да. Но я не привыкла к пространству.

— На корабле его меньше, чем кажется.

— В тюрьме пространство тоже было. Просто оно принадлежало не нам.

Я встал рядом.

— Ты всё время смотрела на воду.

— Потому что вода помнит дорогу.

— Она может помнить Оарэс-92?

— Если соединить несколько течений, можно почувствовать, куда они уходят. Но здесь слишком много чужих сигналов.

— И всё равно ты слышишь дом?

Лиора кивнула.

— Иногда. В тюрьме я слышала только трубы. На корабле вода движется иначе. Она не заперта стенами. Поэтому я могу представить, что далеко отсюда есть берег.

— Какой он?

— Зелёный. С высокими травами и золотыми линиями в горах. Когда солнце садится, кажется, что горы загораются изнутри.

— Мы увидим его.

— Ты снова обещаешь.

— Да.

Лиора повернулась ко мне.

— А если я начну верить?

— Тогда я буду стараться не разочаровать тебя.

Она опустила уши.

— Я уже верю.

Эти слова прозвучали тише, чем шум двигателей, но я услышал их очень ясно.

— Лиора…

— Не говори, что я должна сначала привыкнуть к команде. Я знаю. Не говори, что Сабрина и остальные тебя любят. Я тоже знаю.

— Тогда что мне сказать?

— Ничего. Просто постой рядом.

Я остался.

Через минуту Лиора осторожно положила голову мне на плечо. Она сразу напряглась, будто ждала, что я отступлю. Я не отступил.

— Так можно? — спросила она.

— Можно.

— Я не хочу торопить тебя.

— Ты никуда не торопишься.

— И не хочу становиться причиной ссор.

— Тогда не становись. Говори правду и не скрывай страх.

— У вас все так разговаривают?

— Не всегда. Кассандра обычно добавляет к правде цену.

Лиора улыбнулась.

— Сабрина ревнует.

— Немного.

— А ты?

— Я боюсь, что не смогу защитить всех.

— Это не ответ.

— Это самый честный ответ.

Лиора подняла голову.

— Мне нравится, что ты боишься. Не потому, что хочу видеть твой страх. А потому, что ты всё равно идёшь дальше.

— Я не всегда иду дальше. Иногда меня толкают.

— Я тоже могу толкнуть.

— Только не в воду.

— Не обещаю.

Она тихо рассмеялась и впервые сама коснулась губами моей щеки. Поцелуй был коротким, почти невесомым. Лиора сразу отстранилась.

— Это благодарность? — спросил я.

— Нет.

— Тогда что?

— Проверка.

— Чего?

— Не исчезнешь ли ты, если я коснусь тебя.

— И как результат?

— Ты остался.

В дверях появилась Сабрина. Она увидела нас, но не стала прерывать разговор.

— Я не мешаю?

Лиора отступила, но Сабрина подняла ладонь.

— Не нужно прятаться. Я пришла не за тем, чтобы отнять у тебя место.

— Ты уверена? — спросила Лиора.

— Нет. Но учусь быть уверенной.

Сабрина подошла к нам.

— Влад иногда забывает, что у него есть сердце. Мы напоминаем ему.

— Он сам сказал, что боится за всех.

— Тогда ты уже помогла ему больше, чем думаешь.

Лиора посмотрела на Сабрину с благодарностью.

— Почему ты не злишься?

— Я злюсь. Но злость не должна решать за меня.

Сабрина взяла меня за руку.

— К тому же я знаю: если Влад спас кого-то, он не сможет потом сделать вид, что этот человек для него ничего не значит.

— Это плохо?

— Это утомительно. Но не плохо.

Лиора улыбнулась.

— Тогда я попробую не быть слишком утомительной.

— Не обещай невозможного, — сказала Сабрина. — У нас уже есть Кассандра.

Мы втроём рассмеялись.

В это время в ремонтном отсеке Кассандра пыталась убедить Алексис, что повреждённая пластина стоит дороже, чем заявляла диагностическая система.

— Ты должна учитывать ручную работу, — говорила Кассандра.

— Ты выкрутила одну пластину и вставила другую.

— Это называется искусство.

— Это называется замена детали.

— Искусство замены детали.

Алексис держала руку на свету. Внутри металлического корпуса двигались тонкие механизмы.

— Ты всегда торгуешься?

— Только когда мне предлагают слишком мало.

— А если предлагают достаточно?

— Тогда я торгуюсь, чтобы получить больше.

Алексис задумалась.

— Влад никогда не торгуется.

— Именно поэтому его нужно защищать от таких, как ты.

— Я не собираюсь причинять ему вред.

— Я знаю.

— Откуда?

— Ты смотришь на него так, будто он сложная сделка, которую хочется понять.

— Это опаснее, чем кажется.

— Для кого?

— Для меня.

Кассандра перестала улыбаться.

— Ты уже начала ценить его не за выгоду.

— Я не умею оценивать иначе.

— Научишься.

— Ты предлагаешь обучение?

— За отдельную плату.

Алексис посмотрела на неё.

— Ты ревнуешь к Лиоре?

Кассандра подняла подбородок.

— Я оцениваю новую участницу рынка.

— А к Сабрине?

— Сабрина уже давно на рынке.

— А к Селене?

— Селена — отдельная категория.

— А к Владy?

Кассандра медленно выдохнула.

— Влада нельзя купить. Его можно только попросить остаться рядом.

Алексис замолчала.

— Ты просила?

— Иногда.

— И он остался?

— Да.

— Тогда, возможно, это лучший способ сделки.

Кассандра склонила голову.

— Не называй это сделкой рядом с ним.

— Почему?

— Потому что он начнёт краснеть.

— Он краснеет часто.

— Ты уже слишком много заметила.

Алексис поправила пластину на руке.

— Я сказала, что изучаю систему ценностей.

— Тогда первое правило: чувства не продаются.

— Второе?

— Поцелуи тоже.

— А если кто-то всё-таки предложит миллиард?

— Я всё равно откажусь.

— Почему?

Кассандра посмотрела на фотографию команды, появившуюся на панели после медицинской регистрации.

— Потому что он стоит дороже любой суммы, но принадлежит только себе.

Алексис долго смотрела на неё.

— Это противоречиво.

— Любовь вообще плохо работает по бухгалтерии.

Когда мы собрались перед совещанием, каждая из пяти девушек нашла возможность поговорить со мной отдельно.

Эйра остановила меня у входа в командный отсек.

— Я видела, как ты разговаривал с Лиорой.

— И?

— Ничего. Просто напоминаю: ты не обязан принимать решение о чувствах сегодня.

— Я знаю.

— Но и отталкивать её только из страха тоже не обязан.

— Ты разрешаешь?

— Я не командую твоим сердцем.

Эйра коснулась моей руки.

— Я командую только тем, чтобы ты не скрывал от нас правду.

Александра подошла с планшетом.

— После сна показатели лучше.

— Ты проверяла?

— Конечно.

— Даже когда я спал?

— Особенно когда ты спал.

Она поправила край моего воротника.

— Ты можешь заботиться о других, не превращая себя в расходный материал.

— Я учусь.

— Мы тоже.

Селена ждала возле окна.

— Я хотела сказать, что если мы войдём в Олимпис, я могу испугаться. Но теперь понимаю: страх будет не только моим.

— Мы разделим его.

— Вот поэтому я люблю тебя.

Она поцеловала меня в щёку и ушла прежде, чем я успел ответить.

Кассандра появилась сразу после неё.

— Не беспокойся, я тоже люблю тебя. Но сначала нужно выяснить, сколько денег Дантей спрятал под дворцом.

— Ты можешь хотя бы пять минут говорить без денег?

— Могу. Но это будет очень дорогая услуга.

Она поцеловала меня и добавила:

— Я рада, что ты жив.

Сабрина подошла последней из пяти. Она ничего не сказала сразу, только взяла мою руку и положила её себе на сердце.

— Теперь слышишь?

— Да.

— Оно тоже бегает.

— Куда?

— К тебе.

Она улыбнулась и прижалась лбом к моему лбу.

— Не заставляй его ждать.

Когда мы вошли в командный отсек, я уже чувствовал себя не просто отдохнувшим, а собранным. Не потому, что опасность стала меньше. Просто теперь я не нёс её в одиночку.

Через двадцать минут мы собрались в командном отсеке «Апполеона». На главном экране вращалась карта Гаффы-87. Почти вся поверхность была покрыта океаном, а среди воды светились цепочки островов.

Эйра вывела схему Олимписа.

— Первый талисман находится во дворце Дантея, вероятно, под тронным залом. Тюрьма была связана с ним как передатчик и ловушка.

Александра вывела семь импульсов.

— Первый сигнал отличается от остальных. Если мы вырвем талисман без подготовки, система может уничтожить часть планеты.

— Значит, сначала нужно изолировать сеть, — сказала Алексис.

— Ты можешь это сделать? — спросила Александра.

— Не одна. Но я знаю торговые и технические маршруты Омниуса. У культистов одинаковые узлы снабжения. Если Дантей получает детали через них, я смогу найти слабое место.

Лиора показала на карту островов.

— Культисты использовали такие же символы на Оарэс-92. Они приходили не только за рудой. Они искали места, где можно установить оборудование и заставить людей бояться.

Селена сжала кулаки.

— Дантей не мог сделать всё один. Кто-то дал ему технологии.

— Донк, — сказал я.

На мгновение никто не ответил.

Вспомнилась запись, приказавшая остановить героев любой ценой. Донк знал, что мы прилетим. Дантей ждал нас. Тюрьма была подготовлена заранее.

Эйра вывела список задач.

— Я организую подход к Олимпису и связь с флотилией. Александра займётся безопасным отделением талисмана. Селена проведёт нас через водные каналы и дворцовые платформы. Кассандра найдёт обходные пути и технические входы. Сабрина будет говорить от имени союзной короны. Алексис даст сведения о поставках и культистах. Лиора расскажет, как они действуют на оккупированных территориях.

Она посмотрела на меня.

— Влад, ты отвечаешь за принятие решений на месте.

— А если Дантей откажется говорить?

— Тогда мы не дадим ему времени привести в действие сеть.

— А если он нападёт?

Селена подняла взгляд.

— Тогда я сама посмотрю ему в глаза.

Я посмотрел на карту. В центре Олимписа мигала первая точка.

— Мы не идём туда, чтобы разрушить планету. Мы идём забрать первый талисман и остановить Дантея.

— И спасти Гаффу-87, — добавила Лиора.

— И вернуть Омниусу возможность сопротивляться, — сказала Алексис.

Сабрина взяла меня за руку.

— И вернуться обратно всем вместе.

Эйра активировала маршрут.

«Апполеон» изменил курс. Голубая линия потянулась через океан к Олимпису.

Несколько секунд карта оставалась неподвижной. После того как Дантей отключил связь, Эйра не позволила никому сразу расходиться. Она включила резервное освещение и вывела на главный экран не только карту Олимписа, но и все данные, которые мы успели получить в тюрьме.

— Перед атакой нам нужно понять, кого мы спасаем, а кого можем потерять, — сказала она.

— Я не хочу начинать с потерь, — возразил я.

— А я не хочу начинать с иллюзии, что потерь не будет.

В её голосе не было жестокости. Она просто заставляла нас смотреть на задачу целиком.

Александра вывела схему семи сигналов.

— Между дворцом и островом есть промежуточные станции.

— Сколько? — спросила Селена.

— Минимум три. Возможно, больше.

Лиора наклонилась к карте.

— Эти станции похожи на те, что стояли возле шахт Оарэс-92. У каждой есть внешний контур, внутренний узел и аварийная камера.

— Аварийная камера? — переспросила Эйра.

— Место, где культисты прячут инструменты и людей, если сеть отключается.

— Значит, можно проникнуть туда через грузовые каналы, — сказала Алексис.

Кассандра уже открывала новый слой карты.

— Грузовые каналы входят прямо под водный рынок Олимписа.

Селена вздрогнула.

— Рынок ещё существует?

— По архиву — да, — ответила Алексис. — Но он закрыт для обычной торговли.

— Раньше там продавали пресную воду, водоросли, ткани и инструменты для плавучих домов, — сказала Селена. — Моя мать любила ходить туда без охраны.

— А Дантей? — спросил я.

— Он всегда считал рынок слишком шумным.

Кассандра усмехнулась.

— Тогда у нас уже есть преимущество. Я прекрасно чувствую себя в шумных местах.

Эйра вывела маршрут.

— Мы не будем входить во дворец большой группой. Основной отряд останется на «Апполеоне». Внутрь пойдут Влад, Селена, Эйра, Александра, Кассандра, Сабрина, Лиора и Алексис.

— Все восемь? — спросила Сабрина.

— Да. У каждого есть причина быть там.

Она указала на карту.

— Влад ведёт группу и принимает решения в момент контакта с Дантеем. Селена знает дворец и водные пути. Александра отвечает за талисман. Кассандра вскрывает технические узлы. Алексис обеспечивает доступ к грузовым системам. Лиора распознаёт оборудование культистов. Сабрина отвечает за переговоры и связь с освобождёнными гафянами. Я командую операцией.

— И кто будет следить, чтобы Влад не полез один? — спросила Кассандра.

Все посмотрели на Сабрину.

— Я, — сказала она.

— Не только ты, — добавила Эйра.

— Тогда я согласна разделить обязанность.