Читать книгу ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман) (САМСОН ГЕЛХВИДЗЕ) онлайн бесплатно на Bookz (7-ая страница книги)
ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман)
ЧУЖИЕ   ИМЕНА – (роман)
Оценить:

4

Полная версия:

ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман)

— Да.

— Я помню этот караван. Там была ещё женщина, которая не хотела отпускать ребёнка. Её пришлось разлучить с дочерью уже на стоянке.

— Кетеван.

— Не знаю её имени. Но помню, как она кричала. Рашид тогда велел увести девочку раньше остальных, чтобы не задерживать обоз.

Юсуф побледнел.

— Ты видел это и ничего не сделал?

Салих устало посмотрел на него.

— Я видел многое, Юсуф. Не всё, что человек видит, он способен изменить.

— Иногда достаточно было хотя бы не помогать.

Юсуф вышел, не дожидаясь ответа.

На улице он остановился, пытаясь собраться с мыслями. Теперь у него было имя — Рашид. И было направление, по которому могла пройти девочка. Но времени становилось всё меньше.

Он направился к торговому двору.

Глава 23. Три имени на листе

Гиорги собирался в путь тщательно. Он не хотел брать лишнего, но понимал, что дорога к побережью может затянуться. Бесо проверял лошадей, Мариам складывала в дорожную сумку хлеб, сыр и сушёные фрукты. Давид молча наблюдал за сборами.

— Ты всё-таки не берёшь меня, — сказал он, когда отец затягивал ремни на седле.

— Не беру.

— Даже если я буду полезен?

— Особенно если будешь полезен. Я знаю, как ты умеешь торопиться, когда считаешь, что от тебя что-то зависит.

— Я уже не маленький.

— Я это вижу.

Гиорги положил руку ему на плечо.

— Послушай меня. Я еду не на войну и не на охоту. Мне предстоит разговаривать с людьми, которым нельзя сразу показывать, что ты думаешь о них. Иногда нужно выслушать даже того, кому не доверяешь. Ты пока не умеешь этого делать.

Давид хотел возразить, но промолчал.

— А если понадобится помощь? — спросил он.

— Тогда я пришлю весточку.

— Обязательно?

— Обязательно.

Мариам вышла из дома с небольшим свёртком.

— Здесь смена одежды и лекарства. Для тебя, Бесо, я положила ещё тёплый плащ. Не спорь, он понадобится.

— Я и не собирался спорить, — ответил Бесо. — С женщинами, которые собирают дорогу лучше мужчин, спорить бессмысленно.

— Наконец-то ты сказал что-то разумное, — заметила Мариам.

Бесо приложил руку к груди, изображая глубокую благодарность.

Перед отъездом Гиорги подошёл к Левану. Мальчик сидел на ступеньках и держал деревянную лошадку.

— Ты опять уезжаешь?

— Ненадолго.

— А если дорога будет длинной?

— Тогда я буду помнить, что меня ждут.

Леван протянул ему лошадку.

— Возьми Мерани.

— Но это твоя любимая игрушка.

— Я знаю. Пусть она поедет с тобой. Тогда ты не забудешь вернуться.

Гиорги осторожно взял деревянную лошадку и присел перед сыном.

— Я не забуду.

Леван обнял его за шею. Мариам отвернулась, чтобы скрыть волнение. Давид стоял рядом, с синей полоской ткани на запястье и деревянной птицей в руках.

— Эту тоже возьми, — сказал он.

Гиорги посмотрел на фигурку.

— Ты уверен?

— Да. Вдруг встретишь кого-нибудь, кто давно не видел родного дома.

Отец положил птицу в дорожную сумку, рядом с лошадкой.

— Тогда у меня будет целая маленькая армия защитников.

— Только не заставляй их сражаться, — попросил Леван.

Бесо уже сидел в седле.

— Если мы сейчас не тронемся, нас здесь оставят до следующего урожая!

Гиорги обнял жену, затем поднялся в седло. Двое охотников, согласившихся сопровождать их до перевала, двинулись следом.

Давид проводил всадников взглядом. Когда они скрылись за поворотом, Нино вышла из-за соседского забора.

— Уехали?

— Да.

— Ты грустишь?

— Я думаю.

— Это иногда одно и то же.

Давид посмотрел на неё.

— Отец сказал, что я ещё не умею разговаривать с людьми, которым не доверяю.

— А ты умеешь?

— Нет.

— Тогда научись. Может быть, когда-нибудь это пригодится.

Он улыбнулся.

— Ты говоришь как Арчил.

— Это потому, что я его иногда слушаю. В отличие от некоторых.

Они пошли к реке. Давид нёс в кармане маленький нож для резьбы, а Нино рассказывала о соседке, которая поссорилась с торговцем из-за цены на овцу. Обычные новости селения звучали теперь особенно дорого. Они напоминали о мире, который существовал до тревожных писем и чужих дорог.

У реки Давид остановился.

— Нино, ты когда-нибудь думала, что человек может забыть, откуда он родом?

— Может забыть название места. Может забыть дорогу. Но разве он забудет всё, что чувствовал там?

— Не знаю.

— Тогда тебе придётся узнать.

Она села на камень и опустила руку в воду. Давид присел рядом.

В тот день они долго не говорили о похищенных детях. Им хотелось хотя бы ненадолго остаться просто двумя молодыми людьми, которым ещё предстояло вырасти, спорить, смеяться и узнавать жизнь.

Гиорги и Бесо тем временем приближались к прибрежной дороге. К вечеру они остановились в небольшом селении, где жили рыбаки и торговцы солью. Хозяин постоялого двора, узнав, что путники направляются к морю, посоветовал им не ехать через старый мост: несколько дней назад там задерживали обозы.

— Кто задерживал? — спросил Гиорги.

— Люди с юга. Говорят, проверяли товары.

— А детей среди товаров не видели?

Хозяин посмотрел на него с недоумением.

— Детей?

— Да.

Тот отвёл глаза.

— Я не люблю говорить о таких вещах.

Бесо положил на стол монету.

— А мы не просим тебя любить. Только рассказать, что ты знаешь.

Хозяин долго рассматривал деньги, затем взял их и убрал в карман.

— Неделю назад здесь ночевал человек по имени Рашид. С ним были двое мальчиков и девочка. Девочка всё время спрашивала, когда увидит мать. Он говорил, что скоро.

Гиорги почувствовал, как внутри всё напряглось.

— Куда они направились?

— К южной дороге. Там есть пристань, откуда уходят небольшие суда.

— Ты запомнил лицо этого человека?

— Да. Высокий, худой, на левой руке старый ожог. И ещё он хромает.

Гиорги переглянулся с Бесо.

— Спасибо, — сказал он хозяину.

Позже, когда они остались одни, Бесо негромко произнёс:

— Мы нашли след.

— Возможно, — ответил Гиорги. — Но пока не знаем, ведёт ли он к Медее.

— Зато теперь у нас есть Рашид.

Гиорги достал из сумки деревянную птицу Давида и положил рядом с собой на стол.

— И есть причина не ошибиться.

За окном шумело море. Где-то в темноте перекликались рыбаки, а на пристани скрипели канаты. Гиорги долго не мог уснуть, думая о девочке, которая спрашивала, когда увидит мать.

Он не знал её лица. Но теперь её имя стало частью его собственной дороги.

В Каире Юсуф тем временем нашёл торговый двор, где должен был находиться Рашид. Однако тот уже уехал. Служащий сообщил, что хромой караванщик отправился к пристани ещё утром, сопровождая небольшую группу людей.

Юсуф почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Когда он вернётся?

— Не знаю.

— Куда именно он направился?

Служащий пожал плечами.

— Спроси у тех, кто отправляет суда. Но не советую вмешиваться в его дела.

Юсуф вышел на улицу и увидел у ворот человека, которого знал по прежней работе. Тот стоял в тени и наблюдал за ним.

— Ты ищешь Рашида? — спросил незнакомец.

— Да.

— Тогда тебе лучше перестать.

— Почему?

— Потому что Кара-Мустафа уже знает о твоих вопросах.

Юсуф молчал.

— Он велел передать тебе, что у каждого человека есть прошлое, которое можно напомнить.

— Передай ему, что я своё прошлое помню.

Незнакомец приблизился.

— А о будущем ты подумал?

Юсуф посмотрел на него спокойно.

— Впервые за долгое время.

Он прошёл мимо, не оглядываясь. В кармане у него лежал листок с тремя именами: Кетеван, Медея и Рашид. И теперь он понимал, что отыскать девочку будет труднее, чем предполагал. Но отступать уже не собирался.

Глава 24. Пристань без названия

Море встретило Гиорги холодным ветром. После горных дорог простор казался непривычным: там, где прежде взгляд упирался в склоны и леса, теперь лежала бесконечная водная поверхность. Волны мерно ударяли о каменные основания пристани, лодки покачивались на канатах, а над крышами складов кружили чайки.

Бесо первым спрыгнул с лошади.

— Если бы я знал, что море такое большое, — сказал он, — я бы никогда не спорил с человеком, который утверждает, что видел его целиком.

— И кто же видел?

— Один купец. Он уверял, что объехал всё море за три года.

— Значит, он три года плутал.

— Вот и я ему сказал. Но он обиделся.

Гиорги не улыбнулся. Он рассматривал пристань, пытаясь понять, где могли держать обозы и кто из местных людей знал о передвижении пленников.

Они нашли небольшую харчевню возле складов. За столами сидели рыбаки, носильщики и несколько торговцев. Хозяин, широкоплечий мужчина с седой бородой, выслушал их вопрос о Рашиде и покачал головой.

— Таких здесь много.

— Этот хромает, — уточнил Гиорги. — На левой руке ожог.

Хозяин перестал вытирать чашку.

— А ты кто ему?

— Человек, которому нужно его найти.

— Это не ответ.

Бесо вмешался:

— А если скажем, что мы его дальние родственники, ты поверишь?

— Нет.

— Вот видишь, Гиорги. В этом городе совсем не ценят семейные связи.

Хозяин поставил чашку.

— Рашид действительно был здесь. Но он уехал вчера вечером.

— С детьми?

— С двумя мальчиками и девочкой. Их сопровождал ещё один человек.

— Куда они направились?

— На южную пристань. Там грузят небольшие суда, которые ходят вдоль берега.

Гиорги побледнел.

— Они уже отплыли?

— Не знаю. Но сегодня утром я видел, как туда привезли бочки с маслом и мешки с зерном. Судно ещё не ушло.

Бесо посмотрел на друга.

— У нас есть время.

— Возможно, — ответил Гиорги.

Он расплатился и вышел. На пристани царила привычная суета. Люди переносили товары, торговались, ругались из-за места у причала. Среди них было много детей — сыновья рыбаков помогали отцам, мальчишки бегали с поручениями, девочки приносили воду.

Гиорги смотрел на каждого ребёнка и всякий раз невольно представлял Левана.

На южной пристани они нашли лодочника, который согласился поговорить только после того, как Бесо купил у него рыбу.

— Я не продаю сведения, — заявил тот.

— Тогда считай, что я купил рыбу, а сведения ты подарил, — ответил Бесо.

Лодочник рассмеялся.

— Ты мне нравишься. Рашида я видел. Он отплыл на небольшом судне, которое принадлежит купцу из Александрии. Девочка была с ним.

— Она плакала? — спросил Гиорги.

— Не знаю. Я был далеко.

— А мальчики?

— Один всё время оглядывался на берег. Другой почти не двигался.

Гиорги почувствовал, как сжалось сердце.

— Когда они вернутся?

— Если вернутся, то не раньше чем через несколько дней.

— Куда направилось судно?

Лодочник назвал прибрежный город.

Гиорги повторил название, стараясь запомнить.

— Мы должны туда попасть, — сказал он Бесо.

— Попадём. Только сначала выясним, кто этот купец и кому принадлежит судно.

Лодочник внимательно посмотрел на них.

— Вы ищете кого-то из своей семьи?

Гиорги не ответил сразу.

— Нет. Но я знаю семью, которая потеряла ребёнка.

Старик долго смотрел на него, затем произнёс:

— Тогда ищите быстрее. На море чужие люди редко возвращают то, что однажды забрали.

Глава 25. Песня на незнакомом берегу

Кетеван не могла спать. В доме, где разместили детей, было тихо. Али дежурил у входа, Михаил уснул на соседней постели, а Тамара сидела возле окна и смотрела на ночные огни города.

— Ты тоже не спишь? — спросила Кетеван.

— Не хочется.

— Почему?

Тамара пожала плечами.

— Когда закрываю глаза, мне кажется, что утром нас снова куда-нибудь увезут.

Кетеван подошла к ней и села рядом.

— Я тоже этого боюсь.

— Но господин Хасан обещал нас защищать.

— Он старается. Это важно.

Тамара повернулась к женщине.

— Ты думаешь, мы вернёмся домой?

Кетеван посмотрела в окно. Она не могла обещать девочке того, чего не знала сама.

— Я думаю, что мы должны продолжать искать дорогу.

— Даже если она очень длинная?

— Особенно тогда.

Тамара некоторое время молчала, затем спросила:

— Ты помнишь все песни, которые пела своей дочери?

Кетеван кивнула.

— Почти все.

— Спой одну.

Женщина задумалась. Потом тихо начала старую грузинскую колыбельную. Голос её сначала дрожал, но постепенно становился ровнее. Она пела не громко, стараясь не разбудить остальных.

Али, сидевший за дверью, услышал незнакомую мелодию. Он не понимал слов, но в ней было что-то удивительно близкое. Ему вспомнился собственный дом, которого он не помнил, и женщина, лицо которой исчезло из памяти раньше, чем он научился его удерживать.

В комнате проснулся Исмаил. Он вышел в коридор и остановился возле двери.

— Что это за песня? — спросил он у Али.

— Не знаю. Кетеван поёт на своём языке.

Исмаил прислушался.

— Я слышал что-то похожее.

— Где?

— Не помню.

Он прислонился к стене. Мелодия продолжала звучать, и вдруг в его памяти возникло несколько слов. Не целая фраза, а отдельные звуки, произнесённые женским голосом. Он попытался повторить их, но не смог.

— Исмаил? — позвал Али.

Молодой человек не ответил.

В комнате Кетеван закончила песню. Тамара осторожно положила голову ей на плечо.

— Твоя дочь тоже её знает?

— Знает. Я пела её, когда она была совсем маленькой.

— Тогда она обязательно вспомнит.

Кетеван погладила девочку по волосам.

— Может быть. Но даже если не вспомнит слов, я надеюсь, что узнает мой голос.

В дверях появился Хасан. Он слышал последние слова.

— Кетеван, — произнёс он на понятном ей языке, — завтра Юсуф отправится искать человека, который сопровождал твою дочь.

Женщина поднялась.

— Вы узнали что-нибудь?

— Пока нет. Но появились новые сведения о караване.

— Значит, Медея жива?

Хасан не стал обманывать её надеждой.

— Мы не знаем. Но теперь у нас есть след.

Кетеван закрыла глаза. Она хотела спросить ещё многое, но не решалась. Наконец произнесла:

— Передайте Юсуфу, что я благодарна ему. И скажите, что если он найдёт мою дочь, я никогда не забуду его.

Хасан кивнул.

— Я передам.

Он вышел в коридор. Исмаил всё ещё стоял возле стены.

— Ты слышал песню? — спросил Хасан.

— Да.

— Что-нибудь вспомнил?

Исмаил долго подбирал слова.

— Не знаю. Мне показалось, что кто-то когда-то пел её возле меня. Но, может быть, это просто воображение.

Хасан положил руку ему на плечо.

— Не торопись. Память не любит приказов.

— А если она никогда не вернётся?

— Тогда у тебя всё равно останется право искать.

Исмаил посмотрел на него.

— Ты тоже ищешь?

Хасан помедлил.

— Да.

— Свою родину?

— Сначала я думал, что ищу её. Теперь понимаю, что ищу ещё и самого себя.

Исмаил опустил голову.

— А если найдёшь, кем ты станешь?

Хасан посмотрел в темноту двора.

— Тем, кем уже стал. Только, возможно, буду лучше понимать, откуда пришёл.

На следующий день Юсуф получил известие от одного из портовых служащих. Рашид действительно сопровождал девочку и двух мальчиков на небольшом судне. Однако на борту находился ещё один человек, которого Юсуф не знал. Служащий описал его как пожилого купца с седой бородой и дорогим поясом.

— Это может быть владелец судна? — спросил Юсуф.

— Возможно. Но я не уверен.

— Как называлось судно?

Служащий назвал имя.

Юсуф записал его на листе.

— Куда оно направилось?

— В сторону Александрии. Потом, вероятно, дальше вдоль побережья.

Юсуф поблагодарил его и вышел. На улице его ждал Хасан.

— Есть новости?

— Да. Медея могла быть на судне, которое направилось к Александрии.

— Могла?

— Пока мы знаем только, что Рашид сопровождал девочку с двумя мальчиками. Но я не хочу давать Кетеван ложную надежду.

Хасан кивнул.

— Что собираешься делать?

— Найти судно. Узнать, кто его хозяин. А потом разыскать Рашида.

— Я поеду с тобой.

Юсуф посмотрел на него.

— Бей Абдулла запретил тебе покидать Каир.

— Он запретил мне выезжать без разрешения. Это не одно и то же.

— А если он не даст разрешения?

— Тогда придётся выбирать, что важнее.

Юсуф внимательно посмотрел на Хасана.

— Ты уже сделал свой выбор.

— Не совсем. Я ещё не знаю, какую цену за него придётся заплатить.

Они направились к дому Бея Абдуллы. Впереди их ждала дорога, а за ней — неизвестность. Но впервые за долгое время в этой неизвестности появился конкретный человек, которого можно было искать, и место, куда можно было отправиться.

А где-то далеко, на берегу незнакомого моря, маленькая девочка по имени Медея, возможно, тоже смотрела на воду и думала о матери. И никто из тех, кто искал её, пока не знал, что именно эта девочка однажды заставит несколько чужих судеб встретиться.

Глава 26. Цена разрешения

Бей Абдулла выслушал Хасана, не перебивая. Юсуф стоял рядом, держа в руках лист с названием судна и несколькими сведениями, полученными от портового служащего.

— Ты хочешь отправиться в Александрию? — переспросил Бей.

— Да.

— Сколько людей собираешься взять?

— Двух сопровождающих. Возможно, Исмаила.

— А Юсуф?

— Он знает людей, связанных с торговыми дворами. Без него мы потеряем время.

Бей Абдулла посмотрел на молодого переводчика.

— Ты понимаешь, что тебя могут задержать?

— Понимаю.

— Тебя могут обвинить в краже сведений, нарушении договоров и помощи беглым пленникам.

— Я понимаю и это.

— А что ты можешь предложить взамен?

Юсуф поднял глаза.

— Правду о том, куда отправляют детей.

Бей Абдулла усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.

— Правду нельзя положить на весы. Она не возмещает убытков и не удерживает людей от мести.

— Зато без неё невозможно понять, что именно мы защищаем.

Хасан взглянул на Юсуфа. Молодой человек говорил спокойно, хотя прекрасно понимал, что каждое его слово может окончательно закрыть перед ним двери прежнего мира.

Бей Абдулла поднялся и подошёл к окну.

— Я не могу позволить тебе, Хасан, действовать так, будто весь этот город принадлежит твоей совести. Здесь есть люди, от которых зависит порядок, торговля, безопасность улиц. Ты поставил под угрозу отношения, которые складывались годами.

— Я не требую, чтобы вы поддерживали меня во всём.

— А чего ты требуешь?

— Разрешения поехать в Александрию и выяснить судьбу детей.

Бей Абдулла долго молчал.

— Хорошо. Поезжай. Но не бери с собой большой отряд. Я не хочу, чтобы это выглядело как военная операция.

— Благодарю.

— Не благодари раньше времени. Если найдёшь детей, не пытайся силой забрать их у тех, кто может предъявить документы или договоры. Сначала выясни обстоятельства. Мне нужны доказательства, а не очередная история о том, как один воин решил исправить весь мир.

Хасан принял эти слова без возражений.

— Я понял.

— И ещё. Мурад поедет с вами.

Хасан удивлённо посмотрел на хозяина.

— Мурад?

— Он знает людей в Александрии. Кроме того, мне нужен человек, который будет сообщать, что происходит. Не всякое известие следует передавать через Юсуфа.

Юсуф сдержанно кивнул. Он понимал, что это недоверие, но спорить не стал.

Когда они вышли во двор, Хасан задержался рядом с Мурадом.

— Ты сам вызвался?

— Нет. Бей приказал.

— И ты доволен?

Мурад поправил пояс.

— Я доволен тем, что не обязан выбирать между твоей дружбой и своим положением.

— А если придётся?

Мурад посмотрел ему прямо в глаза.

— Тогда, надеюсь, ты не заставишь меня делать этот выбор.

Глава 27. Чужой берег

Гиорги и Бесо прибыли в прибрежный город на следующий день после полудня. Дорога оказалась трудной: несколько участков размыло дождями, а у одного селения пришлось задержаться из-за заболевшей лошади.

Город встретил их запахом рыбы, смолы и мокрых канатов. На пристани толпились торговцы, грузчики, матросы. Гиорги сразу направился к конторе, где регистрировали прибывающие суда.

Чиновник за столом поднял голову.

— Что вам нужно?

— Сведения о судне, которое недавно отправилось из южной пристани. Оно шло в сторону Александрии.

— Название?

Гиорги назвал его.

Чиновник перелистал несколько страниц.

— Было здесь. Отправилось два дня назад.

— Кто владелец?

— Купец по имени Салман.

— А кто сопровождал груз?

Чиновник внимательно посмотрел на посетителя.

— Почему вас это интересует?

Бесо вмешался:

— Потому что мы ищем родственников.

— Тогда обращайтесь к владельцу судна.

— Где его найти?

— Здесь. Но он не обязан принимать каждого, кто приходит с улицы.

Гиорги положил на стол несколько монет.

— Мы не просим его ничего отдавать. Только поговорить.

Чиновник убрал деньги и назвал адрес.

Дом Салмана находился в квартале, где жили состоятельные купцы. Их встретил слуга, который сначала отказался впустить незнакомцев, но после короткого разговора согласился передать хозяину просьбу о встрече.

Купец принял их в небольшой комнате с коврами и книжными полками. Он оказался человеком лет пятидесяти, с аккуратно подстриженной бородой и спокойными манерами.

— Вы спрашиваете о моём судне, — сказал он. — Что именно хотите узнать?

— На борту были дети, — ответил Гиорги.

— Были.

— Девочка и двое мальчиков?

Салман задумался.

— Возможно. Я не занимаюсь сопровождением пассажиров лично.

— Один из них был человеком по имени Рашид. Он хромает, на руке у него ожог.

Купец посмотрел на Гиорги уже иначе.

— Зачем вам этот человек?

— Я ищу девочку, разлучённую с матерью. Её зовут Медея.

Салман некоторое время молчал.

— Я слышал это имя.

Гиорги почувствовал, как у него пересохло во рту.

— От кого?

— От одного из матросов. Он рассказывал, что девочка всю дорогу спрашивала, когда её вернут домой. Рашид раздражался, но другой сопровождающий велел ему не трогать ребёнка.

— Кто был этот человек?

— Пожилой купец. Я не знаю его настоящего имени. Его называли господином Юнусом.

Бесо наклонился вперёд.

— И куда они направились?

— Судно должно было зайти в Александрию, но я не знаю, оставались ли там дети. Дальше их могли перевезти на другое судно.

— Значит, мы опоздали? — спросил Гиорги.

Салман покачал головой.

— Не обязательно. Есть ещё один человек, который может знать больше. Его зовут Фарид. Он занимается размещением прибывающих людей и товаров. Если дети сошли на берег, он мог видеть их.

Гиорги поднялся.

— Где его найти?

Купец назвал улицу и номер дома.

— Но предупреждаю вас: Фарид не любит, когда его расспрашивают о чужих делах.

Бесо встал следом.

— А мы, напротив, очень любим, когда нам отвечают на вопросы.

Салман невольно улыбнулся.

— Тогда вам придётся запастись терпением.

Когда они вышли на улицу, Гиорги остановился возле стены.

— Ты слышал? Она была на судне.

— Слышал.

— Значит, Медея действительно могла быть там.

Бесо посмотрел на него.

— Мы не знаем, где она теперь. Но знаем, куда двигаться дальше.

Гиорги достал из сумки деревянную лошадку Левана. Он осторожно провёл пальцем по её неровной спинке и снова спрятал игрушку.

— Иногда мне кажется, что я ищу не только чужих детей.

— Знаю, — ответил Бесо.

— Если бы кто-нибудь увёз Левана…

Бесо не дал ему закончить.

— Не думай об этом сейчас. У тебя есть дорога, и ты должен пройти её до конца.

Они направились к дому Фарида.

Глава 28. Мальчик, который не плакал

В Александрии Медея сидела возле маленького окна. Комната, в которой её поселили, была чистой, но чужой. На стене висела лампа, в углу стоял кувшин с водой, а на низкой постели лежало одеяло.

Двое мальчиков находились в соседней комнате. Старший, лет двенадцати, почти не разговаривал. Младший всё время спрашивал, когда их отпустят.

Медея уже перестала задавать этот вопрос. Она поняла, что взрослые отвечают на него каждый раз по-разному.

В дверь вошла женщина с подносом.

— Поешь, девочка.

Медея посмотрела на хлеб и миску с кашей.

— А можно мне оставить кусочек на потом?

— Зачем?

— Для брата.

Женщина нахмурилась.

— Твоего брата здесь нет.

bannerbanner