Читать книгу ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман) (САМСОН ГЕЛХВИДЗЕ) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман)
ЧУЖИЕ   ИМЕНА – (роман)
Оценить:

4

Полная версия:

ЧУЖИЕ ИМЕНА – (роман)

Юсуф ехал молча. Ночью он почти не спал. Ему всё время вспоминался мальчик, заболевший в дороге. Он не знал его имени. В документах тот значился просто как «мальчик из северного селения».

Когда они остановились у ручья, Юсуф спешился и подошёл к повозке.

Внутри сидели трое детей и молодая женщина. Самый старший мальчик, лет двенадцати, держал младшего за плечи. Девочка лет десяти смотрела на дорогу через щель между досками.

— Как тебя зовут? — спросил Юсуф у старшего.

Мальчик молчал.

— Я не причиню тебе вреда. Хочу только знать твоё имя.

— Зачем?

Юсуф не сразу нашёл ответ.

— Чтобы не называть тебя мальчиком.

Тот долго смотрел на него, потом произнёс:

— Меня зовут Михаил.

Девочка рядом с ним подняла голову.

— А меня Тамара.

Младший мальчик ничего не сказал. Он прижимал к груди тряпичную куклу, у которой отсутствовала одна рука.

— А его? — спросил Юсуф.

— Его зовут Гиви. Он не разговаривает с чужими.

— А со своими?

— Тоже не всегда.

Юсуф присел возле повозки.

— Откуда вы?

Михаил посмотрел на Тамару. Девочка ответила первой:

— Из разных мест.

— Вы родственники?

— Нет. Нас посадили вместе.

— А родители?

Михаил отвернулся.

— У Тамары мать осталась дома. У Гиви была бабушка. Мой отец…

Он замолчал.

— Что с ним?

— Не знаю.

Юсуф почувствовал, как внутри что-то сжалось. Он хотел сказать детям, что всё будет хорошо, но не смог произнести эту ложь.

— У вас есть вода? — спросил он вместо этого.

Тамара показала на небольшой кувшин.

— Осталось немного.

Юсуф позвал слугу и велел принести свежую воду и хлеб. Потом обратился к сопровождающему:

— Пусть дети едят отдельно от взрослых. И не связывайте им руки.

— Так приказано.

— Я отвечаю за дорогу.

— А я отвечаю за порядок.

Они долго смотрели друг на друга. Сопровождающий был старше Юсуфа и привык исполнять распоряжения без обсуждений.

— Не заставляй меня напоминать, кто здесь главный, — сказал он.

Юсуф спокойно ответил:

— Не заставляй меня напоминать, что я могу отказаться вести этот караван.

Сопровождающий отвернулся. Он не хотел ссориться из-за нескольких детей.

К вечеру они добрались до постоялого двора. Это было небольшое строение с каменным нижним этажом и деревянной галереей наверху. Во дворе стоял колодец, возле которого двое путников спорили о цене овса.

Юсуф приказал разместить детей в отдельной комнате. Женщину оставили с ними. Она была грузинкой, звали её Кетеван. Её увезли из прибрежного селения вместе с мужем, но во время одной из остановок их разделили.

Юсуф узнал об этом только вечером.

— Ты знаешь, где сейчас твой муж? — спросил он.

Кетеван покачала головой.

— Мне сказали, что его отправили другой дорогой.

— Как его зовут?

— Гурам.

Юсуф поднял глаза.

— Гурам?

— Да. Он был плотником. У него были сильные руки и дурная привычка смеяться, когда я сердилась.

Она улыбнулась, но улыбка быстро исчезла.

— У нас есть дочь. Ей пять лет. Я не знаю, где она.

Юсуф почувствовал, что больше не может задавать вопросы.

Он вышел во двор и долго стоял возле колодца. Впервые за многие годы он подумал о том, что однажды ему придётся отвечать не перед Кара-Мустафой и не перед теми, кто платил за его работу.

Перед самим собой.

Ночью Тамара не спала.

Михаил лежал рядом, отвернувшись к стене. Гиви наконец уснул, обняв свою куклу. Кетеван сидела возле окна и смотрела на звёзды.

— Ты знаешь, где мы? — тихо спросила девочка.

— Нет, дитя.

— А далеко ли до моря?

— Может быть, недалеко.

— Если мы увидим море, значит, мы сможем вернуться?

Кетеван повернулась к ней.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что у нас дома тоже было море. Мама говорила, что оно большое и всегда помнит дорогу.

Женщина с трудом сдержала слёзы.

— Море действительно большое, Тамара. Но оно не всегда может помочь человеку найти дорогу.

— Тогда кто может?

Кетеван задумалась.

— Иногда другой человек.

Девочка легла и закрыла глаза.

— Пусть тогда он скорее найдётся.

Кетеван осторожно укрыла её своим плащом.

В соседней комнате Юсуф сидел при свете масляной лампы и рассматривал список пленников. Он нашёл в нём четыре имени, записанных чужой рукой. Михаил, Тамара, Гиви и Кетеван.

Впервые за долгое время он переписал имена в свою собственную тетрадь. Не для отчёта, не для хозяина и не для торговли, а чтобы они не исчезли.

На рассвете караван должен был продолжить путь. Но ещё до того, как во дворе начали седлать лошадей, к постоялому двору подъехал незнакомый всадник.

Он попросил позвать Юсуфа и передал ему сложенный лист бумаги. На нём было всего несколько строк:

«В прибрежном городе спрашивают о мальчиках из горных селений. Один человек по имени Шота ищет следы каравана. Не доверяй всем, кто назовёт себя помощником».

Юсуф перечитал записку дважды. Потом посмотрел в сторону комнаты, где спали дети.

Он впервые подумал, что, возможно, судьба предоставила ему возможность сделать нечто большее, чем просто облегчить дорогу нескольким несчастным людям.

Но для этого ему придётся нарушить приказ. А нарушить приказ было гораздо легче, чем решиться на жизнь после него.

Глава 10. Человек с двумя именами

Хасан-бей проснулся ещё до рассвета.

Он давно привык вставать раньше остальных. В молодости его учили, что воин должен встречать утро прежде, чем утро встретит его. С тех пор прошло много лет, но привычка осталась.

Он умылся, надел чистую одежду и вышел во внутренний двор. Там уже занимались молодые ученики. Один отрабатывал удары деревянным мечом, другой пытался удержать равновесие на движущейся перекладине. Али, самый способный из них, спорил с товарищем о том, какой конь быстрее.

— Вы ещё не научились правильно садиться в седло, а уже выбираете себе коней, — заметил Хасан.

— Учитель, хороший конь должен быть быстрым.

— Хороший конь должен прежде всего слушаться всадника.

— А если всадник не умеет ездить?

— Тогда ему нужен не конь, а терпеливый осёл.

Молодые люди рассмеялись.

Хасан взял деревянный меч и попросил Али показать вчерашний приём. Тот выполнил движение быстро, но слишком широко открылся для ответного удара.

Хасан легко коснулся его плеча.

— Вот здесь ты уже проиграл.

— Но я успел бы отступить.

— А если за твоей спиной будет товарищ?

Али задумался.

— Тогда он пострадает.

— Именно. Воин отвечает не только за себя. Запомни это раньше, чем тебе придётся проверять на собственной крови.

Он вернул меч ученику и направился к выходу.

У ворот его ждал посыльный Бея Абдуллы.

— Хасан-бей, господин просит тебя прибыть немедленно.

— Что случилось?

— Пришли известия о караване. Он хочет обсудить его прибытие.

Хасан кивнул.

В доме Бея Абдуллы уже собрались несколько человек. На низком столике стояли чашки с кофе, рядом лежали письма и небольшая карта. Сам хозяин сидел у окна, откуда открывался вид на внутренний сад.

— Ты опоздал, Хасан, — произнёс он.

— Я был на занятиях с учениками.

— Они не разбегутся.

— Пока не разбегаются.

Бей Абдулла усмехнулся и указал на место рядом с собой.

— Караван задерживается. В нём есть люди, которых должны передать нашим знакомым. Мне сообщили, что среди сопровождающих находится молодой переводчик по имени Юсуф.

Хасан посмотрел на карту.

— Я его знаю?

— Нет. Но он уже несколько раз доставлял людей из прибрежных областей. У него хорошая память и способности к языкам.

— А что требуется от меня?

— Встретить караван и проверить, всё ли доставлено в соответствии с договорённостью.

Хасан медленно поднял глаза.

— Я воин, Абдулла. Не торговый надсмотрщик.

— Ты человек, которому я доверяю.

— Тогда доверь мне не участвовать в том, чего я не одобряю.

Бей Абдулла откинулся на подушки.

— Ты всегда был слишком прямолинеен.

— Я стараюсь не забывать, что однажды сам оказался на месте тех, кого теперь привозят.

Хозяин некоторое время молчал.

— Ты думаешь, я забыл, откуда ты?

— Нет.

— Тогда пойми и другое. Я не могу отменить порядки, существующие задолго до нас. Но я могу не допустить беспорядка, жестокости и бессмысленной гибели людей. Если ты встретишь караван, дети будут находиться под твоей защитой до тех пор, пока не решится вопрос об их дальнейшей судьбе.

Хасан внимательно посмотрел на него.

— А если я решу, что их нельзя передавать дальше?

— Тогда тебе придётся объяснить мне почему.

— Хорошо. Я объясню.

Бей Абдулла улыбнулся.

— Вот за это я тебя и ценю. Ты всегда оставляешь мне возможность пожалеть о собственных поручениях.

Когда Хасан вышел из дома, солнце уже поднялось над крышами.

Он направился к конюшне. Молодой конюх подвёл ему серого коня, которого Хасан называл Сабахом.

— Сегодня далеко, господин?

— Не знаю.

— Тогда возьмите с собой тёплый плащ. Вечером будет холодно.

Хасан посмотрел на юношу.

— Как тебя зовут?

— Исмаил.

— Ты давно здесь?

— С детства.

— А помнишь, откуда родом?

Исмаил пожал плечами.

— Мне говорили, что меня привезли издалека. Я ничего не помню.

Хасан задержал на нём взгляд.

— Совсем ничего?

— Иногда мне снится река. Но я не знаю, настоящая ли она.

Хасан молча взял поводья.

Он не стал говорить, что ему тоже снились реки. Только в его снах они были окружены горами, а на берегу стояла женщина, которую он называл неизвестным ему словом. Он сел в седло и направил коня к воротам.

Глава 11. Цена молчания

Юсуф не спал почти всю ночь.

Записка, полученная на постоялом дворе, лежала перед ним. Он не знал, кто её прислал и можно ли доверять написанному. Но имя Шота было ему знакомо.

Несколько лет назад они встречались в прибрежном городе. Тогда Шота пришёл к Кара-Мустафе по делу, связанному с перевозкой товаров. Юсуф запомнил его спокойный голос и шрам на правой щеке. Этот человек не задавал лишних вопросов, но, казалось, замечал всё.

Теперь он искал караван.

Юсуф понимал, что встреча с ним может изменить многое.

Утром он подошёл к Кетеван.

— Я хочу поговорить с тобой.

Женщина насторожилась.

— Зачем?

— Ты говорила, что твой муж — плотник. Где вы жили?

— В одном селении недалеко от Кутаиси. Потом переехали ближе к морю.

— Как звали вашу дочь?

— Медея.

Юсуф повторил имя.

— Сколько ей лет?

— Пять. Скоро исполнится шесть.

— У неё были какие-нибудь приметы?

Кетеван посмотрела на него с тревогой.

— Зачем тебе это?

— Возможно, я смогу узнать, куда её отправили.

Женщина схватила его за руку.

— Ты знаешь, где она?

— Нет. Но я попробую выяснить.

— Не обещай того, чего не можешь сделать.

Юсуф опустил глаза.

— Ты права.

Кетеван отпустила его руку.

— Тогда скажи мне правду. Ты один из тех, кто нас продаёт?

Он не ответил сразу.

— Я работаю на человека, который этим занимается.

— Значит, ты тоже участвуешь.

— Да.

Женщина отвернулась.

— Тогда зачем ты пришёл ко мне?

— Потому что впервые за долгое время мне стало стыдно за свою работу.

— Стыд не возвращает детей матерям.

— Я знаю.

— И не открывает запертых дверей.

— Знаю.

Кетеван долго смотрела на него. Потом тихо сказала:

— Но если ты действительно хочешь помочь, начни с тех, кто ещё рядом.

Юсуф кивнул.

После полудня караван остановился возле небольшого ручья. Дети вышли из повозки, чтобы размять ноги. Михаил помог Гиви спуститься, а Тамара присела на камень и стала смотреть на воду.

Юсуф подошёл к ней.

— Ты умеешь читать?

— Немного.

— Кто тебя учил?

— Отец. Он говорил, что буквы похожи на маленькие дороги. Если знаешь, как по ним идти, можешь попасть куда угодно.

Юсуф невольно улыбнулся.

— Хорошие слова.

— А ты умеешь читать?

— Умею.

— Тогда почему ты не читаешь нам письма?

Юсуф удивился.

— Какие письма?

— Любые. Там, откуда я родом, отец иногда читал мне письма, которые приходили из других мест. Мне нравилось слушать, как люди рассказывают о своей жизни.

Юсуф присел рядом.

— У меня нет писем.

— Значит, расскажи сам.

Он посмотрел на девочку. Ему было трудно объяснить ребёнку, что его собственная жизнь давно превратилась в череду чужих поручений, дорог и сделок.

— Когда-то я жил в доме, где было много книг, — сказал он наконец. — Мой отец учил меня читать. Он хотел, чтобы я стал учёным.

— А ты стал?

Юсуф усмехнулся.

— Нет.

— Почему?

— Потому что однажды решил, что деньги важнее знаний.

Тамара подумала.

— А теперь ты жалеешь?

— Да.

— Тогда стань учёным.

Юсуф рассмеялся. Впервые за много дней его смех был настоящим.

— Думаешь, всё так просто?

— Не знаю. Но если ты умеешь читать, значит, ещё не поздно.

Михаил, стоявший неподалёку, услышал их разговор.

— Тамара, не разговаривай с ним слишком много.

— Почему?

— Он всё равно работает на тех, кто нас увёз.

Юсуф поднялся.

— Ты прав, Михаил. Я действительно работаю на них.

Мальчик посмотрел ему прямо в глаза.

— Тогда докажи, что можешь работать иначе.

Юсуф ничего не ответил.

Но эти слова он запомнил.

К вечеру к каравану присоединился ещё один всадник. Он привёз распоряжение Кара-Мустафы: задерживаться больше нельзя. Караван должен был прибыть к назначенному месту не позднее чем через три дня.

Юсуф прочитал письмо и сжал его в руке.

Он понимал, что времени почти не осталось.

Ночью, когда остальные уснули, он подошёл к повозке, где находились дети.

— Михаил, — позвал он тихо.

Мальчик открыл глаза.

— Что?

— Завтра мы изменим маршрут.

— Куда мы поедем?

— Пока не знаю. Но я постараюсь сделать так, чтобы вас больше не передавали из рук в руки.

Михаил сел.

— А почему мы должны тебе верить?

Юсуф посмотрел на него.

— Не должны. Пока я ничего не сделал, у вас нет причин мне доверять.

— Тогда что ты собираешься делать?

— То, что давно должен был сделать.

Он отошёл от повозки, не дожидаясь ответа.

В темноте за постоялым двором кто-то тихо свистнул.

Юсуф обернулся.

Из-за стены вышел незнакомый человек. На нём был дорожный плащ, лицо скрывала тень.

— Ты Юсуф?

— Кто спрашивает?

— Человек, который ищет караван.

Юсуф почувствовал, как напряглись мышцы спины.

— Шота?

Незнакомец сделал шаг вперёд.

— Значит, ты меня помнишь.

— Я получил твою записку.

— Хорошо. Тогда слушай внимательно. Время у нас короткое.

Шота посмотрел на повозку, за которой скрывались дети.

— Сколько их?

— Четверо. И женщина.

— Откуда?

— Из разных мест.

— Имена знаешь?

— Теперь знаю.

Шота внимательно посмотрел на него.

— А своё имя ты ещё помнишь, Юсуф?

Молодой человек нахмурился.

— Что ты хочешь сказать?

— Ничего. Просто иногда люди так долго называют других чужими именами, что перестают замечать, как сами теряют своё.

Юсуф молчал.

Шота протянул ему руку.

— Нам нужно поговорить до рассвета.

И в эту минуту Юсуф впервые понял, что перед ним не просто человек, разыскивающий караван. Возможно, это был тот самый человек, который сумеет помочь ему сделать выбор, на который он сам никак не решался.

Но доверие, как и дорога домой, не появляется от одного рукопожатия. Его ещё предстояло заслужить.

Глава 12. До первого света

Шота и Юсуф стояли за постоялым двором, возле старой стены, сложенной из крупных камней. Ночь была прохладной. Ветер доносил запах сырой земли и дыма из соседних домов.

— Кто послал тебе записку? — спросил Юсуф.

— Человек, которому я однажды помог.

— Он знает, где находится караван?

— Знает, где он должен оказаться через два дня. Этого достаточно.

— Недостаточно, чтобы спасти людей.

Шота внимательно посмотрел на него.

— Ты говоришь так, будто уже решил их спасать.

— Я ещё ничего не решил.

— Тогда зачем ты вышел ко мне?

Юсуф опустил глаза.

— Потому что больше не могу делать вид, будто ничего не происходит.

Шота помолчал.

— Это хорошее начало. Но не путай раскаяние с поступком. Первое ничего не стоит, если за ним не следует второе.

— Ты думаешь, я не понимаю?

— Думаю, ты пока не знаешь, чего это будет тебе стоить.

Юсуф усмехнулся без радости.

— Кара-Мустафа не простит мне потери каравана. Его люди найдут меня даже в другой стране.

— Возможно.

— А ты говоришь так, словно это тебя не беспокоит.

— Меня беспокоит другое. Если мы сейчас не поможем этим детям, через несколько дней их разделят. Одних отправят в Египет, других — в другие места. После этого найти их будет гораздо труднее.

Юсуф посмотрел на него.

— Ты знаешь, что их ждёт?

— Знаю достаточно.

— А если среди них окажутся те, кто не захочет возвращаться? Если они уже привыкли к новой жизни? Если их родные умерли?

Шота не сразу ответил.

— Тогда никто не должен заставлять их возвращаться. Мы не можем отнять у человека его настоящее ради того, чтобы исправить чужое прошлое.

Юсуф удивлённо взглянул на него.

— Ты говоришь не так, как я ожидал.

— А чего ты ожидал?

— Что ты захочешь вернуть всех домой.

— Я хочу, чтобы у каждого появилась возможность выбрать дорогу самому. Это не одно и то же.

Шота присел на камень и достал небольшой свёрток.

— Здесь письмо от Закарии. Он знает о караване. Ещё один человек должен встретить нас у старой мельницы.

Юсуф развернул лист. Почерк был неровный, но слова читались ясно.

«Не доверяй человеку только потому, что он обещает помочь. Но и не отказывайся от помощи только потому, что она пришла от человека с плохим прошлым. Смотри, что он делает».

Юсуф перечитал письмо.

— Старик мудр.

— Он слишком много видел.

— А ты?

Шота посмотрел в темноту.

— Я тоже.

На рассвете они вернулись во двор.

Караванщики уже готовили лошадей. Старший сопровождающий, которого звали Салих, заметил, что Юсуф выглядит уставшим.

— Где ты был?

— Не спалось.

— В следующий раз спи. Нам предстоит длинная дорога.

Юсуф кивнул.

Салих подозрительно посмотрел на него.

— Ты стал слишком часто разговаривать с пленниками.

— Они люди.

— Я не спрашивал, кто они.

— А я ответил.

Салих подошёл ближе.

— Слушай меня внимательно. Я не знаю, что у тебя на уме, но если ты собираешься вмешиваться в дела Кара-Мустафы, подумай о последствиях.

— Я думаю о них.

— Не похоже.

Салих отвернулся и пошёл к повозкам.

Юсуф смотрел ему вслед. Он понимал, что времени остаётся всё меньше.

Глава 13. Тень над дорогой

Хасан-бей выехал из Каира с небольшим сопровождением. С ним отправились Али, два опытных воина и молодой слуга Исмаил.

Дорога была знакома Хасану. Он не раз проходил по ней, сопровождая людей своего военного дома, встречая посланников и проверяя безопасность торговых путей.

Но сегодня он ехал с тяжёлым сердцем.

— Учитель, — обратился к нему Али, когда они остановились на привал. — Можно задать вопрос?

— Ты уже задал.

— Ещё один.

— Спрашивай.

— Ты когда-нибудь хотел уйти из дома Бея Абдуллы?

Хасан посмотрел на ученика.

— Почему ты спрашиваешь?

— Вчера я слышал, как ты разговаривал с господином. Ты сказал, что не хочешь участвовать в перевозке пленников.

— И что из этого?

— Если тебе не нравится то, что здесь происходит, почему ты остаёшься?

Хасан снял перчатку и провёл ладонью по лицу.

— Потому что жизнь не всегда оставляет человеку возможность выбрать между хорошим и плохим. Иногда приходится выбирать между плохим и ещё худшим.

— Но разве это не оправдание?

Хасан внимательно посмотрел на него.

— Иногда оправдание. Иногда правда. А иногда человек просто боится потерять то, что у него есть.

Али задумался.

— А ты боишься?

— Конечно.

— Чего?

Хасан долго молчал.

— Что однажды узнаю, откуда я родом, и пойму, что все эти годы жил не своей жизнью.

Али хотел что-то сказать, но не стал.

Хасан сел на коня.

— Поехали. До вечера нужно добраться до следующего селения.

В полдень они встретили старого торговца, который вёз на осле мешки с сушёными фруктами.

Хасан остановился, чтобы дать дорогу.

— Откуда держишь путь? — спросил он.

— Из Александрии. Еду к знакомым.

— Не видел ли ты на дороге караван?

— Видел. Вчера они остановились у постоялого двора. Там были повозки, несколько всадников и дети.

Хасан напрягся.

— Сколько детей?

— Не считал. Трое или четверо. Ещё женщина.

— Куда они направились?

Торговец указал рукой на северо-восток.

Хасан поблагодарил его и продолжил путь.

Али заметил, что учитель стал задумчивым.

— Ты думаешь, среди них есть грузины?

— Возможно.

— А если есть?

— Тогда я хочу услышать их речь.

— Почему?

Хасан не ответил.

Он вспомнил одно слово, которое не произносил много лет. Слово, которое когда-то было частью его жизни, а теперь существовало лишь в самых глубоких слоях памяти.

Темир.

Вечером караван остановился возле старого сада. Несколько деревьев росли вдоль каменной ограды, а за ними виднелась заброшенная постройка.

Юсуф подошёл к Шоте.

— Завтра мы должны изменить маршрут.

— Почему?

— Салих подозревает, что я что-то замышляю.

— Он опасен?

— Не знаю. Но он предан Кара-Мустафе и не станет слушать объяснений.

— Тогда нужно действовать осторожно.

— У меня есть предложение. Мы разделим караван. Я уведу сопровождающих по главной дороге, а ты заберёшь детей и Кетеван через старую мельницу.

Шота покачал головой.

— Слишком опасно.

— Другого пути нет.

— Есть. Мы можем обратиться к человеку, который имеет влияние в Каире.

Юсуф усмехнулся.

— Ты говоришь о Хасане-бее?

Шота удивлённо посмотрел на него.

— Ты его знаешь?

— Лично нет. Но слышал о нём. Он не похож на других военных людей. Говорят, он защищает молодых учеников и не позволяет своим людям безнаказанно обижать слабых.

— Тогда нам нужно встретиться с ним.

— А если он выполнит приказ и заберёт пленников?

Шота посмотрел на Юсуфа.

— Тогда будем говорить с ним. Иногда человеку достаточно услышать правду, чтобы понять, что он стоит не на той стороне.

Юсуф не был так уверен.

В ту ночь Хасан-бей остановился в селении, где ему сообщили о приближении каравана.

Он сидел у окна, когда Исмаил принёс ему чашку горячего напитка.

— Господин, скоро рассвет. Может быть, вам стоит отдохнуть?

— Скоро.

Исмаил поставил чашку.

— Можно спросить?

— Сегодня у всех много вопросов.

— Вы когда-нибудь видели человека, который потерял память о своём детстве?

Хасан поднял глаза.

— Почему тебя это интересует?

— Сегодня я встретил старого человека. Он сказал, что меня, возможно, привезли сюда ребёнком. И что у меня могла быть семья.

Хасан долго смотрел на юношу.

— А ты хочешь её найти?

— Не знаю. Иногда мне кажется, что лучше ничего не знать.

— Это тоже понятное желание.

— А вы бы хотели узнать?

Хасан подошёл к окну. Вдалеке темнели холмы, над которыми медленно поднималась луна.

— Я много лет хотел. Потом привык жить с тем, что не знаю. Но, кажется, человек никогда до конца не привыкает к неизвестности.

Исмаил тихо произнёс:

— Мне иногда снится женщина. Она зовёт меня по имени, но я не понимаю, какому.

Хасан медленно повернулся.

— Может быть, однажды вспомнишь.

— А если нет?

— Тогда постарайся стать человеком, которым твоя мать могла бы гордиться, даже если ты никогда её не увидишь.

Исмаил опустил голову.

Хасан остался у окна.

Он вдруг подумал, что в этом мире гораздо больше потерянных детей, чем он когда-либо мог представить. И многие из них уже выросли, обзавелись именами, научились любить и ненавидеть, строить дома и защищать чужие семьи.

Их прошлое не исчезло. Оно просто ждало своего часа.

На следующий день дороги должны были пересечься.

bannerbanner