скачать книгу бесплатно
– Он прилюдно насмеялся над жрецами. К тому – же, он морочил голову драгонам, утверждая, что может гадать по звездам. Еще один шарлатан!
Исполнитель посмотрел на кудрявого, чернявого юношу и с насмешкой спросил:
– Ты ведь видишь все тайное, верно?
Юноша важно кивнул.
– Скажи тогда, кто у меня покровитель из богов и что меня ждет? Это ты можешь предсказать?
Юноша чарующе улыбнулся.
– Да тут и гадать не нужно. Все и так ясно. Защитник твой – бог Парн – покровитель ослов. А в недалеком будущем, тебя ждет топор палача. Лишишься ты, Фегр, своей головы за взятки.
Юные драгонки звонко рассмеялись. Исполнитель затрясся от гнева, обиды и суеверного страха.
– Откуда ты знаешь мое имя, негодяй? – заговорил он дрожащим голосом. Но взяв себя в руки, исполнитель набросился на стражников:
– Что стоите, олухи?! Отгоните его прочь от прутьев! И не давать воды ему этой ночью! Ничего. Посмотрим, как ты завтра будешь смеяться на Арене.
– Кто знает – невозмутимо ответил насмешник, отходя вглубь клетки – Судьба непредсказуема. Может завтра, она будет ко мне благосклонна.
Исполнитель прошипел что – то невразумительное и мелкой трусцой, двинулся в сторону Дома Правосудия.
Джох едва догнал его. Десять минут он уговаривал исполнителя пойти на сделку, но тот был непрошибаем. Обещанный предсказателем топор, теперь постоянно маячил перед его мысленным взором. Страх победил жадность.
– Нет. Даже не проси, Джох. Это невозможно.
– Но почему? Это всего лишь раб. Я дам вместо него двух других.
Исполнитель покачал головой.
– Нет, и еще раз нет. Он не обычный раб. Он пытался убить самого Стража. Я думаю, во время Игр, Молох его не спутает ни с каким другим рабом. Так что извини, но моя голова еще мне дорога – с этими словами, исполнитель торопливо оставил работорговца.
Джох в изумлении посмотрел в сторону клетки.
– Убить самого Стража! Каково! Эх. Этот малый стоит любых денег. Жаль – думал работорговец, ковыля обратно к клетке смертников.
Юноша сидел в той – же неподвижной позе.
– Эй, парень! – позвал его Джох.
– Чего тебе, старик? – юноша равнодушно посмотрел на торговца.
Джох мысленно восхитился, тем, как царственно держался смертник. В нем не было рабского покорства, которое привык он видеть в живом товаре. Такого не сломить – подумал Джох и испытал невольное восхищение отважным юношей.
– Скажи, как зовут тебя – попросил он – Я должен знать, на кого делать завтра ставку.
Смертник мрачно улыбнулся.
– Тогда поставь на Северянина. Ты не прогадаешь.
– Ну что – же. Я так и сделаю – сказал Джох и добавил тише, чтобы не слышали стражники – Я не смог тебе помочь. Очень жалко. Я – бы из тебя сделал чемпионам на подпольных боях. Желаю тебе удачи. Хотя это и звучит насмешкой, но она тебе действительно понадобиться. Кто знает. Бывает, боги проклинают с утра, а уже вечером целуют.
Смертник посмотрел в спину заковылявшего со двора старика и прошептал слова, принадлежащие человеку из прошлой жизни:
– С неизбежностью и боги не спорят.
….
В углу пещеры беспокойно зашевелилась пятнистая гиена. Хищно сверкнули ее круглые, черные глаза, отразившись в пламене костра. Коротко тявкнула, чувствуя, как живот сводит от голода. Женщина, сидевшая возле костра, согревавшего сырую пещеру, злобно прошипела и гиена послушно умолкла. Положив крупную голову на вытянутые лапы, она вновь задремала.
Женщина подбросила сухих веток в огонь. На короткий миг, она посмотрела на свои пожелтевшие, старческие руки и пробормотала проклятья. Болезнь возвращалась. Необходима была свежая кровь. Но где ее взять?! Послушники разбежались, кто куда. Сама она, как загнанный зверь, прячется от неумолимого Стража в своем последнем убежище.
Мора стиснула зубы и ее глубоко – запавшие глаза напряженно впились в языки пламени. Казалось, она хотела проникнуть взглядом в саму гущу огня. Его багровый цвет, густой, как сама кровь, озарил темные закоулки души ведьмы. Разбудил дремавшие воспоминания.
Мора будто воочию увидела маленькую, красивую девочку с золотистыми косами. Счастливое, обласканное материнской любовью, глупое дитя. С поразительной ясностью всплыла одна картина из далекого прошлого. Вот она бежит по изумрудной долине. Влажная от росы, высокая трава приятно холодит босые ноги. Девочка жадно вдыхает полной грудью сочный, душистый аромат цветов и земли. Она звонко смеется, чувствуя безмерную радость. Сзади ее догоняет женщина. Она тоже смеется и малышка счастливо вскрикивает, когда нежные руки матери обхватывают ее сзади и кружат в воздухе. Затем они падают на траву и бесконечно долго смотрят ввысь, утопая взглядом в лазурной синеве утреннего неба.
Окаменевшее, пергаментное лицо ведьмы на мгновение смягчилось и помолодело. Но вот гневные складки в уголках тонких губ стали резче. Мора сломала ветку, которую вертела в руках. Ее сухой треск, гулким эхом прокатившийся под сводами пещеры, будил в ней другие воспоминания.
Глухие удары в двери домов. Отчаянные крики женщин, плач детей и грубую ругань солдат. За несколько часов, на берег священной реки Эхро, воины императора согнали две сотни перепуганных женщин. Мора, вместе с другими детьми, с ужасом смотрела, как солдаты срывают одежду с женщин и связывают им руки за спиной.
Девочка увидела самого императора. Сидя на коне, в окружении свиты, император Рогон с безразличным видом смотрел, как женщин подводят к крутому берегу. Кривая ухмылка скользнула по его бескровным губам. Судьи поспешно зачитывали императорский указ. Женщин, подозреваемых в колдовстве, вручают реке Эхро. Мора знает, что это означает. Духи реки сами должны решить, виновны обвиняемые в колдовстве или нет. Если связанная по рукам женщина тонет, значит она ведьма. Если – же голубые воды Эхро выталкивают испытуемую на поверхность и не дают тонуть, значит она не виновна.
Мора мрачно оскалилась. Слабое утешение. Многие тонули. Крики несчастных резали слух. Девочка закричала сама, когда увидела свою мать. Голая и прекрасная, женщина на мгновение замерла на краю обрыва. Но вот солдат грубо толкнул ее в спину и она полетела в воду. Громкий всплеск, круги на поверхности реки и казалось, что все кончено. Сердце девочки отчаянно колотилось в груди, готовое разорваться от ужаса и отчаянья. Затем пришла глухая ярость. Мора хотела броситься на жестокого императора и, вцепившись ногтями в его лицо, закричать:
– Ты убил невинную! Моя мать ангел! Она не ведьма!
Мора от отчаянья сделала – бы это и, несомненно погибла. Но случилось невероятное. Закричали воины, плававшие на лодке и подбиравшие тех счастливиц, которым удавалось выплыть. Воины перевесились с лодки. Девочка посмотрела на реку и зарыдала от чувства облегчения. На зыбкой поверхности реки показалось бледное лицо матери. Женщина пыталась вздохнуть. Воины втащили ее в лодку и погребли к берегу. Уже туда мчалась, сломя голову, Мора.
– Оправдана! – вынес свой вердикт толстый судья, равнодушно смотря на голую, дрожащую женщину, обнимавшую маленькую девочку.
– Следующую! – крикнул он и вновь раздался истошный вопль очередной жертвы.
– Пойдем отсюда, мама – прошептала девочка и замерла, услышав за спиной стук копыт. Она обернулась. Над ней возвышалась фигура императора. Мора еще была слишком наивна и не знала, что такое похотливый, мужской взгляд. Но при взгляде на Рогона, в девочке неожиданно поднялась волна отвращения и страха. Император с нескрываемым интересом рассматривал стройное, голое тело молодой женщины. Наконец он сухо рассмеялся.
– Эта женщина вызывает у меня сильные подозрения. Возможно, у нее сильные покровители демоны и они смогли ввести в заблуждения духов священной реки. Здесь необходимо провести более тщательную проверку – сказал он, обращаясь к своему свите из знатных магистратов.
Император перегнулся через седло и подхватил мать девочки. Он перекинул ее через круп лошади и умчался к темневшему неподалеку лесу. Его свита с веселыми криками последовала за своим повелителем.
Мора не помнила, как добежала до опушки леса. Не поняла, как среди множества троп, выбрала нужную, и очутилась на лесной лужайке. Здесь она увидела бревенчатую избу, на крыльцо которой выходили сиятельные господа. По их грубому смеху и разговорам, она поняла, что с ее матерью случилось что– то ужасное. Непоправимое. Девочка опрометью побежала к избе. На крыльце появился император. Он застегивал расшитый золотом, широкий пояс на штанах и гнусно улыбался.
– Смотрите, какая у ведьмы прехорошенькая дочка – обратился он к своей свите – Жаль, что сил больше не осталось на чудесного ребенка. Ее мать высосала из меня все соки.
Под хохот мужчин, девочка влетела в избу. В комнате она увидела свою мать, распластанную на полу. Несчастная была еле жива. Сломанные ребра и грудина не давали женщине возможности дышать. Лишь что – то страшно клокотало и свистело в горле матери. Она с трудом разлепила глаза, залитые кровью, и попыталась что – то сказать.
Мора подбежала к ней и упала на колени. Приподняв голову матери, она стала жалобно скулить. В это время, за окном раздался голос императора:
– Едем отсюда. Только вначале, сожгите здесь все. Не нужно простолюдинам знать, как мы еще проверяем ведьм.
– А как – же ребенок? – раздался робкий голос.
– Она сейчас ребенок – возразил император – Но она вырастит. И кто знает, во что выльется ее ненависть.
Ведьма злобно оскалилась и бросила в гаснущий огонь, ветку шиповника. Она даже не почувствовала, как укололась об острые шипы.
– Да, проклятый Рогон – прошептала она – Ты оказался прав. Моя ненависть несет для тебя смерть.
Мора с мстительным торжеством подумала, что уже взяла со всех плату, кто был в тот день с императором. Все они ушли из этой жизни. Умерли в страшных мучениях, оказавшись в руках верного пса императора – грозного Стража. Он стал орудием ее мести. Сам того не сознавая, он действовал по ее указке. Слухи, доносы, лживые клятвы свидетелей несуществующих заговоров и, насильники матери, закончили свои дни в застенках пыточной. Каждому из них, она являлась перед смертью, чтобы упиться их муками. Они кричали, видя ее перекошенное от злобы и торжества, восковое лицо, думая, что за ними явилась сама смерть. Тюремщики не видели женщину с длинными развевающимися волосами и совершенно не обращали внимания на полные ужаса, отчаянные крики своих жертв.
Эту способность перемещаться сквозь пространство, Мора получила в тот страшный день.
Девочка плакала навзрыд, слушая, как снаружи подпирают дверь. Вскоре из щелей в стенах повалил густой, едкий дым, быстро заполняя комнату. Под полом злобно гудел, набирающий силу, свирепый огонь. Девочка вскрикнула, чувствуя обжигающую боль в голых пятках. Ее мать, невероятно каким образом, собралась с силами и приподнялась на локтях. Она заглянула в лицо Моры и та поразилась страшному взгляду черных, бездонных глаз.
– Слушай, малышка. Я хотела для тебя обычного человеческого счастья. Но другого выход нет – просипела женщина и поморщилась от острой боли – Делай все, как я тебе скажу.
Женщина стала говорить. Ее голос, вначале едва слышный, обретал силу и мощь вместе с пламенем, уже хватившим стены. Мора слышала страшные, непонятные слова. От них, у девочки вставали волосы дыбом, но она послушно повторяла их вслед за матерью. А после, появились сущности. Ужасные демоны завывали и плясали в стене огненного вихря, с гулом и треском подбиравшегося к ним. Наконец мать произнесла последние слова:
– Даруй ей сил, Повелитель огня, могучий Рагнарос! Прими ее и она будет для тебя преданной помощницей. Она восславит тебя – женщина прикоснулась горячей ладонью ко лбу дочери.
Ослепительная вспышка озарила сознание Моры. Девочку потянули за руки демоны и огненные языки пламени расступились перед ней. Она легко просочилась сквозь пылающие стены избы. Уже стоя снаружи, объятого пламенем дома, девочка безмолвно смотрела на гигантский столб огня, взметнувшийся к небу. Пепел, крупными хлопьями падал на ее вмиг поседевшие волосы. Мора, не отрываясь, смотрела на огонь, в котором сгорала ее мать и клялась всеми демонами преисподней, что отомстит проклятому императору. Прошли десятилетия, но пламя того костра, по – прежнему сжигает ее мрачную душу. И угаснет только со смертью главного виновника ее бед – ненавистного Рогона.
Мора вспомнила недавние события и что– то злобно прошипела.
Враждебные боги посмеялись над ней и не дали свершиться справедливой мести. Невесть откуда взявшийся юноша спутал все ее планы во время вызывания демона мщения. Хару должен был овладеть женой императора. Его отравленное семя было предназначено для Рогона.
Старый похотливый старик рано или поздно полез – бы на возвращенную к нему красавицу Герию и тогда, вместо наслаждения его ожидали ужасные страдания. Его плоть, начиная с проклятого члена, стала – бы медленно разлагаться. Вскоре он должен был превратиться в живой труп, изъеденный червями. Не спас – бы императора даже всесильный Кеафа.
И такой прекрасный план разрушил один единственный человек.
– Я доберусь и до тебя, сопляк – прошептала ведьма и внезапно смолкла.
Она увидела, как оранжевые языки костра замерли на мгновение и униженно пригнулись к земле. Холодное, мертвенное дуновение ветра коснулось ее, заставив зябко передернуть плечами.
Гиена проснулась и испуганно заскулив, поползла в угол. Мора нахмурилась и, откинув в сторону сухую ветку, мрачно посмотрела на темный провал, ведущий в ее логово. Из него доносилось легкий, едва уловимый шорох камней. Кто – то осмелился вторгнуться во владения ведьмы. Наконец, в погруженном в лиловые тени проходе, возникла высокая, человеческая фигура. При ее появлении, ведьма испытала неведомое ранее чувство страха. Из мрака проступили очертания головы, скрытой глубоким капюшоном. Мора всей кожей почувствовала на себе леденящий, пронизывающий взгляд. Борясь с собственным бессилием и страхом, она злобно прошипела:
– Кто ты, глупец? Как посмел прийти сюда?
– Ну, полно тебе, Мора – раздался насмешливый голос, заставив содрогнуться – Разве тебе нужно представляться? Ты не узнаешь, кто перед тобой?
Вскочив на ноги, ведьма уставилась на незнакомца широко – раскрытыми глазами.
– Повелитель Мертвой пустыни! Смутитель! Неужели ты сам пожаловал?!
Под сводом пещеры, горным эхом прокатился раскатистый, холодный смех.
– Угадала. Мне нужна твоя помощь, верная служительница моего брата. Слушай внимательно, что я хочу от тебя.
Повелитель заговорил. Мора слушала его затаив дыхание. Когда он закончил, она вздохнула:
– Значит, мир обречен. Но я хотела сама отомстить.
– Прекрасное желание. И оно сбудется – тень резко колыхнулась в сторону – Только исполни все, как я сказал. Ну, а пока, тебе надо набраться сил. Вижу, что ты немного поизносилась.
Мора схватилась за лицо, чувствуя, как ссыхается ее увядшая, старая кожа, напоминая старую чешую змеи.
– Я приготовил тебе небольшой подарок. Это малая толика той благодарности, какую ты можешь от меня получить после всего. Прими ее и до встречи, Мора.
Пламя костра резко взметнулась ввысь, едва не опалив седые космы ведьмы. Она испуганно шарахнулась в сторону. А когда посмотрела на вход в тоннель, Смутитель уже пропал. Только теперь до ее слуха донеслась тяжелая поступь и человеческая вонь. Мелькнула крупная тень и в круге огня появился мужчина. За спиной его болтался кожаный мешок. Мора усмехнулась. Она узнала человека.
Харус с опаской посмотрел на ведьму своим единственным здоровым глазам и опустил мешок на землю.
– Это от Повелителя – буркнул он и отошел в сторону.
Мора зашипела, как дикая кошка. В углу угрожающе зарычала гиена.
Харус отступил, бормоча ругательства.
Ведьма паучьей походкой приблизилась к мешку и с нетерпением развязала узел. Медленно она протянула скрюченные, худые руки с длинными, черными ногтями к маленькому, розовому комочку. Упитанный младенец был на дне мешка. Он сладко посапывал, под действием сонного напитка. Харус не видел, что произошло дальше. Даже для безжалостного, хладнокровного убийцы был предел стойкости. Он бросился бежать по темному туннелю, преследуемый пронзительным плачем младенца и диким хохотом ведьмы.
Глава 15
Смертники проводили свои последние часы перед Великими Играми, терзаясь ощущением близкой, неотвратимой смерти, сидя в камере, расположенной в цокольном помещении Арены.
Вместе с Северянином их было шесть человек. Других распределили в соседние камеры. У каждого, очевидно, были расписаны собственные роли в будущем представлении.
Сквозь маленькое, зарешеченное окошко можно было увидеть высокий, деревянный парапет, окружавший Арену. В золотистый песок, вдоль бортов ристалища, были воткнуты двенадцать длинных шестов. Они возвышались над Ареной, словно мачты корабля. На концах жердей ярко блестели круглые серебряные щиты. Ряды деревянных скамей, предназначенных для зрителей, каскадом вверх расходились от бортов Арены. Напротив камеры смертников, возвышался балкон – ложе. Цветной парусиновый навес давал густую тень.
Смертники слышали над головами топот ног, смех и громкие голоса драгонов. Трибуны Арены постепенно заполнялись.
Северянин чувствовал себя одним из зверей, которые утробно рычали в соседних загонах. Стискивая толстые железные прутья на оконце, он страстно мечтал только об одном. Оказаться как можно дальше от этого города – монстра, так алчно жаждущего человеческой крови.
– Вот и Филко появился – раздался сиплый голос знатного драгона, также прильнувшего к окошку – Грязный старикашка. Он не пропустил ни одной симпатичной задницы в империи. Не зря его назвали смотрителем императорского члена. Он никогда не дает Рогону скучать.
Драгон тяжело вздохнул:
– Почему такая несправедливость?! Старым, жирным боровам достаются все дары от богов. Хотя зачем они им нужны?! Вялая эрекция и несварение желудка – спутники их дряхлости.
Северянин насмешливо покосился на драгона, который проведя ночь в клетке смертников под открытым небом, хранил высокомерие и только здесь, в камере смертников, его прорвало на болтовню.
– А ты хотел, чтобы все досталось таким, как ты?
Худощавое, нервное лицо драгона вспыхнуло.
– Это было – бы справедливо – протянул он и вновь перевел взгляд на трибуны.
Там восседали знатные драгоны, жрецы, чиновники, магистраты, их жены и дети. Похожие на ожившие статуи своих богов, в белоснежных, тщательно уложенных одеждах, они вели неторопливые беседы, посматривая на пустующую ложу императора. Вдоль скамеек сновали продавцы прохладительных напитков и свежих пирожков. Дразнящий аромат свежеиспеченной сдобы проник в камеру.
– Чтоб их понос пробрал! – от темного угла камеры отделилась стройная фигура прорицателя. Он приблизил лицо к прутьям и жадно втянул ноздрями воздух.