Комментарии к Метафизике Аристотеля. Том 2 (кн. Γ, Δ, Ε и Ζ)

p. 1003b22 «Если же сущее и единое — одно и то же».

[Он говорит], что если сущее и единое — одно и то же и следуют друг за другом (ибо где сущее, там и единое, и всё причастно сущему и единому, то есть существованию и непрерывности), — итак, если они следуют друг за другом, подобно тому как начало и элемент следуют друг за другом; поэтому мы и говорили в «Физике», что он называет элементом и началом одно и то же; — итак, он говорит, что если сущее и единое следуют друг за другом, — не как обозначаемые одним определением, но имеющие различное определение, подобно тому как восхождение и нисхождение по субстрату — одно и то же, а по определению различаются. Итак, в этом [смысле] и сущее, и единое по субстрату суть одно и то же, а по определению имеют различие. Однако же ничто не мешает, если мы и не предположим, что они различаются по определению, но [скажем, что они] имеют общность; это ведь и более надёжно. Ибо одно и то же — сказать «один человек» и «сущий человек»: ведь один и тот же [есть] и определение одного человека, и определение сущего человека. Так что и единое, и сущее имеют общность и по определению; ибо не иное что-то обозначает по [смыслу] слова удвоение [выражения]: «есть один человек» и «человек», и «сущий человек». Ясно, следовательно, что они не отделяются друг от друга ни при возникновении, ни при уничтожении: например, возникает [один] человек — возникает сущий человек; уничтожается [один] человек — уничтожается сущий человек; подобно же и с единым. Итак, из сказанного стало ясно, что прибавление [слова] «такой-то человек» обозначает то же самое, и ничто иное помимо единого и сущего. Так что, по общему признанию, они следуют друг за другом — я говорю единое и сущее. И вообще, сущность каждого есть единое само по себе; ибо не по привходящему; подобно же и сущее. Так что скольким видам единого [соответствуют виды], стольким же и [виды] сущего, если только всё причастно и единому, и сущему; а о том, что есть [каждое из них], — [дело] одной и той же науки рассматривать, — я говорю, например, о тождественном и подобном и о прочем таком. Ибо тождество по сущности есть единство: ведь единое и тождественное, поскольку тождественное; и подобное подобному, и равное — единство в количестве. Через это он показывает, что философу, рассматривающему сущность, свойственно рассматривать и то, что есть каждое из этого, — что он и сам исследовал и о чём возбуждал затруднение в предшествующей [книге].

p. 1003b22 Εἰ δὲ τὸ ὂν καὶ τὸ ἓν ταὐτόν.

Ὅτι εἰ τὸ ὂν καὶ τὸ ἓν ταὐτόν ἐστι καὶ ἀντακολουθοῦσιν ἀλλήλοις (ὅπου γὰρ τὸ ὄν, καὶ τὸ ἕν, καὶ πάντα μετέχουσι τοῦ ὄντος καὶ τοῦ ἑνός, 10 τουτέστιν ὑπάρξεως καὶ συνεχείας), εἰ οὖν ταῦτα ἀκολουθοῦσιν ἀλλήλοις, ὥσπερ καὶ ἡ ἀρχὴ καὶ τὸ στοιχεῖον ἀκολουθοῦσιν ἀλλήλοις· διὰ τοῦτο ἐλέγομεν ἐν τῇ Φυσικῇ ἀκροάσει ὅτι ταὐτὰ λέγει εἶναι στοιχεῖον καὶ ἀρχήν· φησὶν οὖν ὅτι εἰ ἀκολουθοῦσι ταῦτα ἀλλήλοις καὶ τὸ ὂν καὶ τὸ ἕν, οὐχ ὡς ἑνὶ λόγῳ δηλούμενα, ἀλλὰ ἔχοντα διάφορον ὁρισμόν, καθάπερ ἡ ἀνά- f. 164r 15 βασις καὶ ἡ κατάβασις τῷ μὲν ὑποκειμένῳ ἡ αὐτή ἐστι, τῷ δὲ λόγῳ διαφέρουσιν. ἐν τούτοις οὖν καὶ τὸ ὂν καὶ τὸ ἓν τῷ μὲν ὑποκειμένῳ τὰ αὐτὰ ὑπάρχουσι, κατὰ δὲ τὸν λόγον ἔχουσι τὴν διαφοράν. ὅμως μέντοι γε οὐδὲν διαφέρει, κἂν μὴ ὑποθώμεθα κατὰ τὸν λόγον διαφέρειν αὐτὰ ἀλλὰ κοινωνεῖν· τοῦτο γὰρ καὶ ἀσφαλέστερον μᾶλλον ὑπάρχει. τὸ αὐτὸ γάρ ἐστιν 20 εἰπεῖν εἷς ἄνθρωπος καὶ ὢν ἄνθρωπος· εἷς γὰρ καὶ ὁ αὐτός ἐστιν ὁρισμὸς καὶ ὁ τοῦ ἑνὸς ἀνθρώπου καὶ ὁ τοῦ ὄντος ἀνθρώπου. ὥστε καὶ τὸ ἓν καὶ τὸ ὂν κοινωνοῦσι καὶ κατὰ τὸν λόγον· οὐχ ἕτερον γάρ τι δηλοῖ κατὰ τὴν λέξιν ἐπαναδιπλούμενον τὸ ἔστιν εἷς ἄνθρωπος καὶ ἄνθρωπος καὶ ὢν ἄν- θρωπος. δῆλον οὖν ὅτι οὐ χωρίζονται ταῦτα ἀπ ἀλλήλων οὔτε ἐπὶ 25 γενέσεως οὔτε δὲ καὶ ἐπὶ φθορᾶς· οἷον γίνεται [εἷς] ἄνθρωπος, γίνεται ὢν ἄνθρωπος, φθείρεται [εἷς] ἄνθρωπος, φθείρεται ὢν ἄνθρωπος· ὁμοίως δὲ καὶ ἐπὶ τοῦ ἑνός. φανερὸν ἄρα γέγονεν ἐκ τῶν εἰρημένων ὅτι ἡ πρόσθεσις τοῦ τοιούτου ἀνθρώπου τὸ αὐτὸ δηλοῖ, καὶ οὐδὲν ἕτερον παρὰ τὸ ἓν καὶ τὸ ὄν. ὥστε ὁμολογουμένως ἀκολουθοῦσι ταῦτα ἀλλήλοις, τὸ ἓν φημι καὶ 30 τὸ ὄν. ἄλλως τε δὴ ἡ ἑκάστου οὐσία ἕν ἐστι καθ αὑτό· οὐ γὰρ κατὰ συμβεβηκός· ὁμοίως δὲ καὶ ὄν. ὥστε ὁσάπερ εἴδη τοῦ ἑνὸς ὑπάρχουσι, τὰ αὐτὰ καὶ τοῦ ὄντος, εἴ γε πάντα μετέχουσι καὶ τοῦ ἑνὸς καὶ τοῦ ὄντος· περὶ ὧν τὸ τί ἐστι τῆς αὐτῆς ἐστιν ἐπιστήμης θεωρῆσαι, λέγω δὲ οἷον περὶ ταὐτοῦ καὶ ὁμοίου, καὶ τῶν ἄλλων τῶν τοιούτων. ἑνότης γὰρ κατ 35 οὐσίαν τὸ ταὐτόν· ἓν γὰρ καὶ τὸ ταὐτόν, καθὸ ταὐτόν· καὶ ὅμοιον ὁμοίῳ

καὶ ἴσον ἑνότης ἐστὶν ἐν ποσῷ. διὰ δὲ τούτων δείκνυσιν ὅτι τοῦ φιλο- σόφου ἰδιόν ἐστι τοῦ τῆς οὐσίας θεωρητικοῦ τὸ καὶ τὸ τί ἐστιν ἕκαστον τούτων θεωρῆσαι, ὃ καὶ αὐτὸς ἐζήτει τοῦτο καὶ ἠπόρει ἐν τῷ πρὸ τούτου.

p. 1003b36 «Почти всё противоположное сводится к этому началу».

Началом он называет противоположность — единое и противоположное единому, а это есть множество: ибо тождественное есть нечто единое, а иное — множество и [существует] во множестве. Подобно же и подобное есть нечто единое, а неподобное усматривается во множестве; и равное усматривается под единым, а неравное — под множеством. Он приводит нас к познанию того, что почти все противоположности как к началу сводятся к единому и множеству, — к «Избору противоположностей», как если бы он особо рассуждал об этом. Он говорил о таком изборе и во второй [книге] «О благе».

5 p. 1003b36 Σχεδὸν δὲ πάντα ἀνάγεται τἀναντία εἰς τὴν ἀρχὴν ταύτην.

Ἀρχὴν λέγει τὴν ἐναντίωσιν τὸ ἓν καὶ τὸ τῷ ἑνὶ ἀντικείμενον, τοῦτο δέ ἐστι τὸ πλῆθος· τὸ μὲν γὰρ ταὐτὸν ἕν τι, τὸ δὲ ἕτερον πλῆθος καὶ ἐν f. 164v πλήθει. ὁμοίως δὲ καὶ τὸ ὅμοιον ἕν τι, τὸ δὲ ἀνόμοιον ἐν πλήθει θεω- 10 ρεῖται, καὶ τὸ ἴσον ὑπὸ τὸ ἓν θεωρεῖται, τὸ δὲ ἄνισον ὑπὸ τὸ πλῆθος. ἀνάγει δὲ ἡμᾶς περὶ τὸ γνῶναι ὅτι σχεδὸν πάντα τὰ ἐναντία ὡς εἰς ἀρχὴν ἀνάγεται τό τε ἓν καὶ τὸ πλῆθος, εἰς τὴν Ἐκλογὴν τῶν ἐναντίων, ὡς ἰδίᾳ περὶ τούτων πραγματευσάμενος. εἴρηκε δὲ περὶ τῆς τοιαύτης ἐκλογῆς καὶ ἐν τῷ δευτέρῳ Περὶ τοῦ ἀγαθοῦ.

p. 1004a2 «И столько частей философии, сколько [есть] сущностей».

Поскольку из сущего одно есть собственно сущее и само по себе, а другое — по привходящему, — собственно и само по себе [сущее] есть сущность, а по привходящему — то, что присуще сущности и вообще имеет к ней отнесение. Всюду же необходимо быть некоей первой философии; в тех [вещах], в которых есть этот порядок, [наука] собственно есть наука о первом, от которого и остальное зависит и ради которого сказывается; а философия — о сущем; следовательно, философия собственно будет наукой о сущности: ибо она — собственно сущее. И поскольку сущностей много, много и наук о сущностях, — например, физика, арифметика, геометрия и сколько [есть] других; так что необходимо, чтобы обо всём была некая первая наука и следующая за ними; а это есть мудрость, занимающаяся действительно сущим и единым, которая знает и прочие науки.

15 p. 1004a2 Καὶ τοσαῦτα μέρη φιλοσοφίας ἐστὶν ὅσαιπερ αἱ οὐσίαι.

Ἐπεὶ τοῦ ὄντος τὸ μὲν κυρίως ἐστὶν ὂν καὶ καθ αὑτό, τὸ δὲ κατὰ συμβεβηκός, κυρίως μὲν καὶ καθ αὑτὸ ἡ οὐσία, κατὰ συμβεβηκὸς δὲ τὰ τῇ οὐσίᾳ ὑπάρχοντα καὶ τὰ ὅλως ἐπὶ ταύτην ἔχοντα τὴν ἀναφοράν. παν- ταχοῦ δὲ ἀναγκαῖον εἶναί τινα πρώτην φιλοσοφίαν, ἐν οἷς οὐν ἡ τάξις αὕτη, 20 κυρίως ἐστὶν ἐπιστήμη τοῦ πρώτου καὶ ἐξ οὗ τὰ ἄλλα ἤρτηται καὶ δι ὃ λέγονται, ἡ δὲ φιλοσοφία περὶ τὸ ὄν, εἴη ἂν κυρίως ἡ φιλοσοφία ἐπιστήμη περὶ οὐσίαν· αὕτη γὰρ κυρίως ὄν. καὶ ἐπεὶ πλείους αἱ οὐσίαι, πλείους καὶ αἱ ἐπιστῆμαι τῶν οὐσιῶν, οἷον φυσικὴ ἀριθμητικὴ γεωμετρία, καὶ ἄλλαι ὅσαι, ὥστε πάντων ἀναγκαῖον εἶναί τινα πρώτην ἐπιστήμην καὶ ἐχομένην 25 αὐτῶν· αὕτη δέ ἐστιν ἡ σοφία ἡ περὶ τὸ ὄντως ὂν καταγινομένη καὶ τὸ ἕν, ἥτις οἶδε καὶ τὰς ἄλλας ἐπιστήμας.

p. 1004a4 «Ибо тотчас [вещи], имеющие роды, обладают сущим и единым».

То есть все прочие науки занимаются познаваемым, которое имеет [в себе] сущее и единое; так что и их знает первая философия. Поэтому, говорит он, науки следуют за ними [за сущим и единым]. Ибо философ подобен так называемому математику: ведь и эта математика имеет части, и усматривается в ней нечто первое, второе и прочее по порядку в математических [науках]; например, первая — арифметика, затем астрономия, геометрия, гармоника. Так и в первой философии: первейшая — та, что занимается действительно сущим; затем после неё — [та, что] о сущностях, как он сам говорит, неподвижных; далее — физика, которая рассматривает движущиеся величины; и остальные прочие по порядку, — поскольку и все они причастны сущему и единому. Итак, столько частей философии, сколько [есть] сущностей. Было же среди возбуждённых затруднений и это: одна ли наука обо всех сущностях или их несколько, и если несколько, то родственны ли они. И он показал, что [они] родственны, как подпадающие под одну первую философию: ибо всё, как сказано, причастно сущему. А [слова] «ибо тотчас [вещи], имеющие роды, обладают единым и сущим» равносильны [словам]: «есть ведь некие роды и сущего, и единого», то есть по неким родам сказываются и единое, и сущее. А [род], который он берёт, — самый главный.

p. 1004a4 Ὑπάρχει γὰρ εὐθὺς γένη ἔχοντα τὸ ὂν καὶ τὸ ἕν.

Τουτέστι πᾶσαι αἱ ἄλλαι ἐπιστῆμαι καταγίνονται περὶ ἐπιστητὰ ἔχοντα τὸ ὂν καὶ τὸ ἕν. ὥστε καὶ αὐτὰ οἶδεν ἡ πρώτη φιλοσοφία. διό, φησίν, 30 αἱ ἐπιστῆμαι ἀκολουθοῦσι τούτοις. ἔστι γὰρ ὁ φιλόσοφος ὥσπερ

ὁ μαθηματικὸς λεγόμενος· καὶ γὰρ αὕτη ἡ μαθηματικὴ ἔχει μέρη, καὶ θεωρεῖταί τις ἐν αὐτῇ πρώτη καὶ δευτέρα καὶ ἄλλαι ἐφεξῆς ἐν τοῖς μαθήμασιν· οἷον πρώτη ἀριθμητική, εἶτα ἀστρονομία, γεωμετρία, f. 165r ἁρμονική. οὕτως οὖν καὶ ἐπὶ τῆς πρώτης φιλοσοφίας ἐστὶν ἡ πρωτίστη ἡ 5 περὶ τὸ ὄντως ὂν καταγινομένη, εἶτα μετ ἐκείνην ἡ περὶ τὰς οὐσίας, ὥς φησιν αὐτός, τὰς ἀκινήτους, ἐφεξῆς ἡ φυσική, ἥτις περὶ κινούμενα μεγέθη θεωρεῖται, καὶ λοιπαὶ ἄλλαι ἐφεξῆς πᾶσαι, ἐπειδὴ καὶ πᾶσαι τοῦ ὄντος καὶ τοῦ ἑνὸς μετέχουσι. τοσαῦτα οὖν μέρη φιλοσοφίας ὑπάρχουσιν, ὅσαιπερ αἱ οὐσίαι εἰσίν. ἦν δὲ ἐν τοῖς ἠπορημένοις καὶ τοῦτο, πότερον μία ἐστὶν 10 ἐπιστήμη περὶ πάσας τὰς οὐσίας ἢ πλείους, καὶ εἰ πλείους, ἄρα συγγενεῖς. καὶ δέδειχεν ὅτι συγγενεῖς ὡς ὑπὸ μίαν τελοῦσαι τὴν πρώτην φιλοσοφίαν· πάντα γάρ, ὡς εἴρηται, μετέχουσι τοῦ ὄντος. τὸ δὲ ὑπάρχει γὰρ εὐθὺς γένη ἔχοντα τό τε ἓν καὶ τὸ ὂν ἴσον ἐστὶ τῷ ἔστι γὰρ καὶ τοῦ ὄντος καὶ τοῦ ἑνὸς γένη τινά, τουτέστι κατὰ γενῶν τινων τό τε ἓν καὶ τὸ ὂν 15 κατηγορεῖται. ὃν δὲ τὸ κυριώτατον λαμβάνει.

p. 1004a9 «Поскольку [дело] одной [науки] — рассматривать противоположности».

Поскольку [дело] одной науки — рассматривать противоположности; а как мы много раз узнали, противоположности [составляют предмет] одной и той же науки.

p. 1004a9 Ἐπειδὴ μιᾶς τὰ ἀντικείμενα θεωρῆσαι.

Ἐπεὶ μιᾶς ἐστιν ἐπιστήμης τὸ θεωρῆσαι τὰ ἀντικείμενα· ὡς δὲ πολ- λάκις μεμαθήκαμεν, τῶν ἀντικειμένων μία καὶ ἡ αὐτή ἐστιν ἐπιστήμη.

p. 1004a10 «Единому же противоположно множество; а отрицание и лишённость — [дело] одной науки рассматривать».

То есть утверждение и отрицание, [а также] обладание и лишённость. Ибо знающий отрицание знает гораздо более и утверждение: утверждение ведь по природе первее отрицания; и знающий, в свою очередь, лишённость знает и обладание. Например, знающий слепоту знает и зрение: ибо слепота сказывается по отношению к зрению; и знающий не-благо знает и благо.

p. 1004a10 Τῷ τε ἑνὶ ἀντίκειται πλῆθος, ἀπόφασιν δὲ καὶ στέ- 20 ρησιν μιᾶς ἐστιν ἐπιστήμης θεωρῆσαι.

Τουτέστι κατάφασιν καὶ ἀπόφασιν καὶ ἕξιν καὶ στέρησιν. ὁ γὰρ εἰδὼς τὴν ἀπόφασιν οἶδε πολλῷ μᾶλλον καὶ τὴν κατάφασιν· προτέρα γὰρ φύσει ἡ κατάφασις τῆς ἀποφάσεως· καὶ ὁ εἰδὼς πάλιν τὴν στέρησιν οἶδε καὶ τὴν ἕξιν. οἷον ὁ εἰδὼς τὴν τυφλότητα οἶδε καὶ τὴν ὄψιν· ἡ γὰρ τυφλότης 25 πρὸς ὄψιν λέγεται· καὶ ὁ εἰδὼς τὸ οὐκ ἀγαθὸν οἶδε καὶ τὸ ἀγαθόν.

p. 1004a11 «Поскольку единое рассматривается двояким образом».

Поскольку, говорит он, единое и сущее рассматриваются и в утверждении, как сказано, и в отрицании: всё ведь причастно сущему. Подобно же и в лишённости, и в обладании усматриваются сущее и единое.

p. 1004a11 Διὰ τὸ ἀμφοτέρως θεωρεῖσθαι τὸ ἕν.

Ἐπειδή, φησί, τὸ ἓν καὶ τὸ ὂν θεωροῦνται καὶ ἐν τῇ καταφάσει, ὡς εἴρηται, καὶ ἐν τῇ ἀποφάσει· πάντα γὰρ μετέχουσι τοῦ ὄντος. ὁμοίως f. 165v δὲ καὶ ἐν τῇ στερήσει καὶ τῇ ἕξει θεωρεῖται τὸ ὂν καὶ τὸ ἕν.

p. 1004a12 «Чего — отрицание или лишённость, сказываемая просто».

Если сказать кратко, то, что он говорит, есть следующее: отрицание сказывается просто. Поскольку противоречие разделяет истинное и ложное во всех сущих, и, как говорит Платон, ничто из сущих не может похвалиться тем, что избежало противоречия; однако обладание и лишённость усматриваются не во всех сущих: ведь лишённость, говорят, имеют те [вещи], которые по природе способны иметь [нечто], но не имеют [его] тогда, когда по природе способны иметь. Ибо камень не называется слепым: он ведь и не способен по природе иметь глаза. А щенок называется имеющим лишённость, когда не имеет [зрения] в то время, в которое по природе способен иметь. Поэтому Аристотель при [слове] «отрицание» сказал «просто», а при [слове] «лишённость» — «или в некотором роде»; например, сказываемая просто — что [нечто] не существует, — чтобы обозначить отрицание; «или в некотором роде» — чтобы обозначить лишённость.

30 p. 1004a12 Οὗ ἡ ἀπόφασις ἢ ἡ στέρησις ἡ ἁπλῶς λεγομένη.

Ὡς συντόμως φάναι, ὃ λέγει τοιοῦτόν ἐστιν, ὅτι ἡ μὲν ἀπόφασις

ἁπλῶς λέγεται. ἐπειδὴ πάντων τῶν ὄντων διαιρεῖ τὸ ἀληθὲς καὶ τὸ ψεῦδος ἡ ἀντίφασις, καὶ ὥς φησι Πλάτων, οὐδὲν καυχήσεται τῶν ὄντων ἐκφυγεῖν τὴν ἀντίφασιν· ἡ μέντοι γε ἕξις καὶ ἡ στέρησις οὐκ ἐπὶ πάντα τὰ ὄντα θεωροῦνται· στέρησιν γὰρ λέγονται ἔχειν ἐκεῖνα τὰ πεφυκότα μὲν ἔχειν, 5 μὴ ἔχοντα δὲ τότε ὅτε πέφυκεν ἔχειν. ὁ γὰρ λίθος οὐ λέγεται τυφλός· οὔτε γὰρ πέφυκεν ἔχειν ὀφθαλμούς. τὸ δὲ κυνίδιον λέγεται στέρησιν ἔχειν, ἡνίκα μὴ ἔχει ἐν τῷ καιρῷ, καθ ὃν πέφυκεν ἔχειν. διὰ τοῦτο ὁ Ἀρι- στοτέλης ἐπὶ μὲν τῆς ἀποφάσεως τὸ ἁπλῶς εἶπεν, ἐπὶ δὲ τῆς στερήσεως ἤ τινι γένει· οἷον ἡ ἁπλῶς λεγομένη ὅτι οὐχ ὑπάρχει. ἵνα εἴπῃ 10 τὴν ἀπόφασιν, ἤ τινι γένει, ἵνα εἴπῃ τὴν στέρησιν.

p. 1004a13 «Итак, где при едином [находится] различие…»

Следует знать, что «различием» он называет [частицу] «не», поскольку она, будучи прибавлена, делает [речь] вместо утверждения — отрицанием. Итак, то, что он говорит, есть следующее: где при едином находится различие, — это всё [находится] помимо единого — [через] отрицание. Ибо «не-человек» — это всё помимо человека, и «не-камень» — это всё вне камня. Поэтому он и говорит: «ведь отрицание есть отсутствие того», то есть [частица] «не-человек» — упраздняющая только утверждение; так что, говорит он, все сущие охватывает противоречие. А в лишённости [мы имеем дело] и с неким подлежащим природой, в соответствии с которой сказывается лишённость. То есть [отрицание] не простирается на все сущие, но на [вещи], способные по природе [нечто] иметь, но не имеющие [его] тогда, когда должно иметь, как мы сказали о щенке. Ибо камень не называется слепым. Ведь если я скажу, что из сущих одни видят, а другие слепы, — я не охватываю всех сущих: ибо не называются слепыми те, которые вовсе не способны по природе иметь зрение. Единому же противоположно множество; так что и противоположное сказанному — иное, неподобное, неравное и всё прочее, что сказывается либо по этим [признакам], то есть ***, либо по единому и по множеству. Ибо тождественное, подобное и равное [подпадают] под единицу, а неподобное, неравное и иное — под множество. Итак, всё это — дело познания первой философии, как мы показали в обзоре. Поэтому и Аристотель, первый философ, сказал в «Категориях», что равное и неравное рассматриваются в количестве, подобное и неподобное — в качестве, тождественное и иное — в сущности. Под это подпадает и противоположность. Ибо в этом [заключается] и противоположность: противоположность есть некое различие, как мы показали в обзоре, — как [например] в случае белого и чёрного; а различие есть инаковость. Так что, поскольку единое сказывается многими способами — либо как равное, либо как подобное, либо как тождественное, — и это, ясно, будет сказываться многими способами (ибо иное равенство — в числах и иное — в величинах, подобно же и с подобным, и со всем прочим), — однако же всё это познаётся одной наукой; ибо не [следует], если [что-то] сказывается многими способами, непременно и познавать его [разным] наукам, но [следует это] тогда, [когда] определения не возводятся ни к одному, ни к одному и тому же. То есть [когда] сказываемое не сказывается ни синонимически, ни как [происходящее] от одного и к одному. Поскольку же сущее сказывается обо всех сущих как [происходящее] от одного и к одному, — ясно, что первый философ, как много раз сказано, будет рассуждать обо всех сущих, поскольку он их знает, — потому что все причастны сущему. Ибо если бы сущее сказывалось омонимически, тогда о сказываемом многими способами [дело] было бы разных наук — рассуждать, — как [например] острое: одно [бывает] в звуках, другое — во вкусах; и не один и тот же будет рассуждать об остром в звуках и об остром во вкусах, поскольку здесь оно сказывается омонимически. Поскольку же всё возводится к первому, — например, всё, что называется единым (ибо всё причастно и единству, и сущему), — подобным же образом следует говорить и о тождественном, и об ином, и о противоположностях: всё это причастно и сущему, и единому. Так что о них будет рассуждать первый философ. Александр же о белом и чёрном говорит так: белое, чёрное, сладкое и горькое — каким образом они тотчас были бы подведены под единое и множество? Однако под тождественное и иное они будут подведены: одни из них — соединяющие, [как] сладкое и чёрное, другие — разделяющие, [как] горькое и белое. Итак, разделяющие [подпадают] под инаковость, а соединяющие — под тождество; и через это они возводятся к единому и множеству. Он показал также, что и [сказываемое] по утверждению и отрицанию возводится к единому и множеству: утверждение и обладание — под единое, а лишённость и отрицание — под множество: ибо они вводят многое. Подобно же и [категория] отношения.

p. 1004a13 Ἔνθα μὲν οὖν τῷ ἑνὶ ἡ διαφορὰ πρόσεστιν.

Ἰστέον ὅτι διαφορὰν καλεῖ τὴν οὐ ἀπόφασιν, ἐπειδὴ αὕτη προστιθε- μένη ποιεῖ ἀντὶ καταφάσεως ἀπόφασιν. ὃ οὖν λέγει τοῦτό ἐστιν, ὅτι ἔνθα μὲν οὖν τῷ ἑνὶ ἡ διαφορὰ πρόσεστι, τοῦτο πάντα ἐστὶ παρὰ τὸ ἓν 15 τῇ ἀποφάσει· τὸ γὰρ οὐκ ἄνθρωπος πάντα ἐστὶ παρὰ τὸν ἄνθρωπον, καὶ τὸ οὐ λίθος πάντα ἐστὶ χωρὶς τοῦ λίθου. διό φησι ἀπουσία γὰρ ἡ ἀπό- φασις ἐκείνου ἐστί, τουτέστιν ἀναιρετικὴ τῆς καταφάσεως μόνης τὸ οὐκ ἄνθρωπος· ὥστε πάντα, φησί, τὰ ὄντα περιλαμβάνει ἡ ἀντίφασις. ἐν δὲ τῇ στερήσει καὶ ὑποκειμένη τις φύσις γίνεται, καθ ἣν λέ- 20 γεται ἡ στέρησις. τουτέστιν οὐκ ἐπὶ πάντα τὰ ὄντα τρέχει, ἀλλ ἐπὶ τὰ πεφυκότα μὲν ἔχειν. μὴ ἔχοντα δὲ ὅτε δεῖ ἔχειν, ὡς ἐπὶ τοῦ κυνιδίου εἰρήκαμεν. ὁ γὰρ λίθος οὐ λέγεται εἶναι τυφλός. ἐὰν γὰρ εἴπω ὅτι τῶν ὄντων τὰ μὲν βλέπουσι τὰ δὲ τυφλὰ ὑπάρχουσιν, οὐ περιλαμβάνω πάντα τὰ ὄντα· οὔτε γὰρ λέγονται τυφλὰ τὰ μὴ ὅλως πεφυκότα ἔχειν ὄψιν. τῷ 25 δὲ ἑνὶ πλῆθος ἀντίκειται, ὥστε καὶ τὰ ἀντικείμενα τοῖς εἰρη- f. 166r μένοις, τό τε ἕτερον καὶ ἀνόμοιον καὶ ἄνισον καὶ ὅσα ἄλλα λέ- γεται ἢ κατὰ ταῦτα, τουτέστιν ** *, ἢ κατὰ τὸ ἓν καὶ κατὰ τὸ πλῆθος. τὸ μὲν γὰρ ταὐτὸν καὶ ὅμοιον καὶ ἴσον ὑπὸ τὴν ἑνάδα, τὸ δὲ ἀνόμοιον καὶ ἄνισον καὶ ἕτερον ὑπὸ τὸ πλῆθος. ταῦτα οὖν πάντα ἔργον 30 ἐστὶ γνωρίζειν τῆς πρώτης φιλοσοφίας, καθάπερ ἐν τῇ θεωρίᾳ ἐδείξαμεν. διὸ καὶ ὁ Ἀριστοτέλης ὁ πρῶτος φιλόσοφος εἶπεν ἐν Κατηγορίαις ὅτι τὸ μὲν ἴσον καὶ ἄνισον ἐν ποσῷ θεωρεῖται, τὸ δὲ ὅμοιον καὶ ἀνόμοιον ἐν ποιῷ, τὸ δὲ ταὐτὸν καὶ ἕτερον ἐν τῇ οὐσίᾳ. ὑπὸ ταῦτα οὖν τελεῖ καὶ ἡ ἐναντιότης. ἐν τούτοις γάρ ἐστι καὶ ἡ ἐναντιότης· διαφορά γάρ 35 τίς ἐστιν ἡ ἐναντιότης, καθάπερ ἐν τῇ θεωρίᾳ ἐδείξαμεν, ὡς ἐπὶ τοῦ λευκοῦ καὶ τοῦ μέλανος, ἡ δὲ διαφορὰ ἑτερότης ἐστίν. ὥστε ἐπειδὴ πολλαχῶς τὸ ἓν λέγεται, ἢ ὡς ἴσον ἢ ὡς ὅμοιον ἢ ὡς ταὐτόν, καὶ

ταῦτα φανερὸν ὡς ὅτι πολλαχῶς λεχθήσονται (ἄλλη γὰρ ἰσότης ἡ ἐν τοῖς ἀριθμοῖς καὶ ἄλλη ἡ ἐν τοῖς μεγέθεσιν, ὁμοίως δὲ καὶ ἐπὶ τοῦ ὁμοίου καὶ τῶν ἄλλων πάντων), ὅμως μέντοι γε πάντα ταῦτα ὑπὸ μιᾶς ἐπιστήμης γνωρίζεται· οὐ γὰρ. εἰ πολλαχῶς λέγεται. πάντως καὶ ἑτέρας 5 ἐστὶ γνωρίζειν, ἀλλὰ τοῦτό ἐστιν, εἰ μήτε καθ ἓν μήτε πρὸς ἓν οἱ λόγοι ἀναφέρονται. τουτέστι μήτε συνωνύμως κατηγοροῦνται τὰ κατη- γορούμενα, μήτε δὲ ὡς ἀφ ἑνὸς καὶ πρὸς ἕν. ἐπειδὴ δὲ τὸ ὂν ὡς τὰ ἀφ ἑνὸς καὶ πρὸς ἓν κατηγορεῖται τῶν ὄντων πάντων, φανερὸν ὅτι ὁ πρῶτος φιλόσοφος. ὡς πολλάκις εἴρηται. διαλέξεται περὶ πάντων τῶν 10 ὄντων, ἅτε δὴ εἰδὼς αὐτά, διότι πάντα μετέχουσι τοῦ ὄντος. εἰ μὲν γὰρ ὁμωνύμως κατηγορεῖτο τὸ ὄν, τότε περὶ τῶν πολλαχῶς λεγομένων ἑτέρας καὶ ἑτέρας ἦν ἐπιστήμης τὸ διαλεχθῆναι, ὥσπερ τὸ ὀξὺ τὸ μέν ἐστιν ἐν φθόγγοις. τὸ δὲ ἐν χυμοῖς, οὐχ ὁ αὐτὸς δὲ διαλέξεται περὶ τοῦ ὀξέος τοῦ ἐν φθόγγοις καὶ τοῦ ἐν χυμοῖς, ἐπεὶ ὁμωνύμως ἐνταῦθα f. 166v 15 κατηγορεῖται. ἐπεὶ οὖν πάντα πρὸς τὸ πρῶτον ἀναφέρεται, οἷον ὅσα ἓν λέγεται (μετέχουσι γὰρ πάντα καὶ τῆς ἑνώσεως καὶ τοῦ ὄντος) ὡσαύτως φατέον καὶ περὶ ταὐτοῦ καὶ ἑτέρου καὶ τῶν ἐναντίων ἔχειν· πάντα γὰρ ταῦτα μετέχουσι καὶ τοῦ ὄντος καὶ τοῦ ἑνός. ὥστε διαλέξεται περὶ αὐτῶν ὁ πρῶτος φιλόσοφος. ὁ μέντοι γε Ἀλέξανδρος περὶ τοῦ λευκοῦ καὶ τοῦ μέ- 20 λανος οὕτως φησί. λευκὸν γὰρ καὶ μέλαν καὶ γλυκὺ καὶ πικρὸν ὑπὸ μὲν τὸ ἓν καὶ τὸ πλῆθος πῶς ἂν αὐτόθεν ὑπάγοιτο; ὑπὸ μέντοι ταὐτὸν καὶ θάτερον ὑπαχθήσεται· τὰ μὲν γάρ ἐστι συγκριτικὰ αὐτῶν, τὸ γλυκὺ καὶ τὸ μέλαν, τὰ δὲ διακριτικά, τὸ πικρὸν καὶ τὸ λευκόν. τὰ οὖν διακριτικὰ ὑπὸ τὴν ἑτερότητα, τὰ δὲ συγκριτικὰ ὑπὸ τὴν ταυτότητα· καὶ διὰ τούτων 25 ἀνάγονται ὑπὸ τὸ ἓν καὶ τὸ πλῆθος. ἔδειξε δὲ ὅτι καὶ τὰ κατὰ κατά- φασιν καὶ ἀπόφασιν ἀνάγονται ὑπὸ τὸ ἓν καὶ τὸ πλῆθος· ἡ μὲν γὰρ κατά- φασις ὑπὸ τὸ ἓν καὶ ἡ ἕξις, ἡ δὲ στέρησις καὶ ἡ ἀπόφασις ὑπὸ τὸ πλῆθος· πολλὰ γὰρ εἰσάγουσιν. ὁμοίως δὲ καὶ τὸ πρός τι.

p. 1004a25 «Поскольку всё возводится к первому…»

Он говорит, что всё возводится к первому, — например, всё, что называется единым: ибо от того первого всё причастно и единству, и сущему. Подобным же образом следует говорить [о] едином и в отношении тождественного, и иного, и противоположностей: ведь всё это причастно единству и существованию. Так что, разделив, сколькими способами сказывается каждое, следует [затем] возводить к первому в каждой категории — [и показать], каким образом [каждое] сказывается по отношению к нему. Ибо одно [сказывается] через причастность сущему, — как воздух и огонь называются тёплыми через причастность оба теплоте; другое — через действие, как оба называются действующими через действие — железо, скажем, и камень; третье будет сказано иными способами, например, в отношении, как отец к сыну или что-то подобное: ведь это существует не через действие и не через обладание, но через некое иное отношение. Итак, стало ясно — то самое, что мы сказали и в [разделе] затруднений, — что [дело] одной науки — рассматривать это. А это у нас было предположено в затруднениях: [а именно вопрос], дело ли философа — быть способным рассматривать всё сущее. Каким же образом, говорит он, от того [первого] сказывается: единое — по отношению к первому и собственно единому; тождественное — по отношению к первому и собственно тождественному; подобно же и в остальных [случаях], — например, [в случае] тех, о которых [сказывается] категория тождественного и о которых сказывается тождественное, — разделив и приняв [то, что] в других категориях, — каким образом остальное возводится к первому из [подпадающего] под тождественное, то есть к [тождественному] в сущности, и ради него и само удостаивается той же категории. Подобно [дело обстоит] с подобным, равным и прочим. Ибо как, говоря о сущем, приняв собственно бытие — сущность, — мы показывали, что каждое из прочего, о чём сказывается сущее, есть сущее либо потому, что оно — претерпевание сущности, либо потому, что — деятельность, либо потому, что — возникновение, либо что-то иное, — так, говорит он, должно делать и в этих [случаях] (одно ведь [сказывается] через обладание тем, другое — через действие, третье — иными способами), — найдя собственно сказываемое в каждом из этих [случаев]: ибо из прочего каждое — либо через обладание собственно сказываемым, — будь то сущее, или единое (то есть отношение), или тождественное, или что-то из прочего, — и само так сказывается. [Слово] «обладать» может быть сказано и вместо «обладаему быть»: ибо через то, что [вещь] объемлется собственно сущим и единым, то есть сущностью, и через то, что она в ней, — сказывается сущей и единой каждая из привходящих ей [вещей], — как количество, качество и всё, что подобным образом, в сущности. Так ведь и тождественное, и иное, и подобное, и неподобное будут [сказываться], когда о них сказывается, — и равное, и неравное, и прочее: тождественное ведь собственно — о сущностях, подобно же и подобное — [подобное] по виду в сущности; будет сказано и о прочем, что имеет сходство с теми. Итак, одно будет сказано так — через то, что им объемлется; другое — через то, что оно — некие деятельности его: ибо каждая из деятельностей сущности есть некое сущее и единое, потому что сущность их производит. Подобно, в свою очередь, одно называется сущим через то, что оно — претерпевания сущности, другое — через отношения. А как сущее принимает каждое из них, так и единое, и каждое из [подпадающего] под единое. Показав же, каким образом это сказывается от одного и к одному, он присовокупляет, что [дело] одной и той же науки — [рассматривать] и то, что имеет бытие от сущности, и иметь знание о сущности. А занятие философа было о сущности; следовательно, и об этом философу [надлежит] рассуждать. Сказав же это и показав, что дело философа — иметь знание обо всех сущих, он отмечает, что через показанное разрешается одно из затруднений, возбуждённых в книге «Бета», — [а именно] о котором он затруднялся: одной ли науки или нескольких — рассматривать и сущность, и привходящее для сущности, и то, чем, по его словам, пользуется диалектика сообразно правдоподобному, — [то есть] что было [там] противоположно: тождественное и иное, и прочее.