Тень Короны

– Мисс, это не обычное древо. Это ведьто самое вишнёвое дерево, и уже несколько столетий оно является древом памяти.

– Что же, вы меня заинтриговали, – сказала Сьюзен – Я хочу его увидеть. Если все присутствующие не возражают.

– Вы не против? – спросила Равенна, обратившись к дяде и тёте, и те одобрительно кивнули.

Мистер Финиган повёл их за собой. Он не имел возможности кому-нибудь рассказать и показать всё, что находилось в усыпальнице, ведь сюда приезжают лишь члены королевской семьи и представители парламента, а они и так в подробностях знают почти всё. Они обошли здание и теперь пошли по ровной дорожке мимо могил, часть которых уже покрылась мхом.

У ворот стояла охрана из мужчины и женщины, которые смотрели лишь строго перед собой. Одеты они были в белый кафтан с золотистыми погонами, белую фуражку с королевским гербом, чёрные сапоги и белые перчатки. С бедра свисали ножны со шпагой, эфес которой был закрыт узорным сплетением металла, с него свисал красный темляк. На груди блистала серебряная медаль в виде полукруга с гравировкой с изображением дерева и красная лента.

Как только гости подошли ближе, охранники сразу отдали честь мистеру Финигану и тот ответил им тем же. Замок двери был довольно большим, и щелчки его были слышны далеко за пределами усыпальницы. Охрана отворила перед гостями врата, и они вошли. Большое, уже чёрное дерево без каких-либо листьев и побегов, ветви которого были опущены вниз, ближе к земле, были повязаны белыми лентами.

– Ветви обвязывают белыми лентами с именами погибших в королевской семье или же погибших на войне гвардейцев, полисменов при исполнении и всех тех, кто повлиял на историю страны и спасал жизни. У меня есть книга имён, и она довольно тяжёлая, либо я просто уже слишком стар.

Девочки слышали о подобных обрядах под названием «Дьялама»у буддистов и шаманов. Здесь же подобный обряд стал символом традиций прошлого. Белоснежные шёлковые ленты укутывали уже мёртвое дерево и создавали ощущение жизни. Было тяжело представить, как после войны родные и близкие люди погибших приходили сюда толпой, получали такие одинаковые ленты с разными именами и обвязывали ими ветви. Стоя здесь, можно почувствовать, как гордость за погибших, так и скорбь.

– Вход сюда запрещён? Ну, обычным людям, – спросила старшая из сестёр.

– Да.

– Значит, родственники не могут сюда войти?

– Не совсем. Для этого нужны документы, как погибшего, так и его родственника или знакомого. Этот закон не действует лишь во время войны, ведь она отнимает очень много жизней, и проверка документов задерживала бы процессию. Но пустить сюда мы можем только 21 марта.

Обойдя древо вокруг, все решили, что уже пора возвращаться в замок. Попрощавшись с мистером Финиганом, они сели в машину и отправились обратно. Девушки пребывали в смятении, которое дядя и тётя приняли за грусть.

В замке же они встретили сидящего в гостиной принца Ньюта, уже одетого в костюм для конной езды. Чёрные сапоги и такого же цвета бриджи, синяя водолазка, а рядом лежал шлем. Принц не сразу заметил их возвращение, так как был воодушевлён разговором по телефону, однако, заметив, сразу же закончил разговор.

– Надеюсь, всё прошло хорошо?

– Да, весьма, – ответила Хеллен.

– Что же, прекрасно. Боюсь, мы не знали ваших размеров и не смогли подготовить её вам, – сказал он, обращаясь к девушкам.

– Так даже лучше. Не думаю, что я готова сесть на лошадь, – заметила Равенна. – По крайней мере, не сегодня.

– Я согласна. Мы хотели бы просто понаблюдать за вами, – согласилась Сьюзен.

– Хорошо, – удовлетворённо улыбнулся принц, ведь сам он немного боялся неожиданных и нежелательных последствий, что могут возникнуть. – Мистер и миссис Пенинктон, вы желаете пойти с нами?

– Спасибо за приглашение, Ньют, но нет. – Отказалась Хеллен, решив, что стоит дать им ближе познакомиться друг с другом. – Пит, а ты?

– Ох, нет. Я лучше посплю, – ответил Пит.

– Приятного отдыха, – сказал принц, после чего они вместе направились в конюшню.

Там их встретил старший констебль Мэтью Финиган, сын Тревора Финигана. Он был похож на отца: такие же глаза, уши и улыбка. Одетый в чёрную форму с брошкой с буквами «OK», он направил девушек за собой, а принц молча шёл за ними. Он с радушием показал обширное пастбище лошадей и то, как обставлена конюшня внутри. Весьма свободные денники, где лошади едят и отдыхают.

Девушки насчитали более пятидесяти скакунов замка.

– Здесь ещё более трехсот – у королевской конной гвардии и сотня – у академии, – уведомил их констебль.

Девушки успели покормить пару лошадей морковкой и обзавестись желанием иметь для себя скакуна. Затем они направились на арену, где принц показал своё умение ездить верхом, что девушки оценили искренними криками и овациями. После прогулки они вернулись в замок, на обед, который вскоре должен был начаться.

Отправившись в свои комнаты, девушки привели себя в порядок, переоделись в обычные летание платья, а принц надел чёрные брюки и белую рубашку. В гостиной их уже ждали.

– Мистер Финиган сказал, что вы были под большим впечатлением от усыпальницы, да и сам был счастлив стать вашим гидом, – заметила королева, когда все расселись по местам.

– Да, это так, – ответила Равенна, поедая горячий суп.

– Равенна и Сьюзен, насколько я понял, вам не сообщили, что вам даётся неделя на принятие решения? – уточнил король, зная, что люди рядом с ним будут молчать до самого конца недели.

– Принять всё это? – слова короля подействовали на девушек, как электрический разряд, на что Сьюзен ответила стуком серебряной ложки о глубокую тарелку с супом.

– Да,– сказал он.

– Ох, Руперт, ты мог хотя бы дать нам поесть? – сказала королева. – Мы обсуждали это вчера вечером, и ты сказал, что не станешь лезть раньше времени.

Тётя Хеллен и дядя Пит были в гневе настолько, что даже принц Ньют чувствовал, как они едва сдерживаются, чтобы не наброситься на его отца. Сам он также был не в восторге от действий короля. Обычно король был куда тактичней, но в эти два дня он словно с цепи сорвался.

– Вы имеете в виду, забыть прошлую жизнь и начать жить как вы? Замки, слуги, государственные дела, в которых мы ничего не смыслим? – из уст Равенны от гнева зазвучал нервный смех. – Вы сами себе это как представляете?!

– Равенна, не смей повышать голос,– сказал король, глаза которого метали молнии.

Он и не помнил случая, когда на него вообще повышали голос.

– Не забывайте, что и двух дней не прошло с нашего с вами знакомства, так что вы не имеете права затыкать меня. Вы дали нам неделю, чтобы мы приняли то будущее, которое вы выбрали для нас, и вы считаете, это нормально?

– Жизнь такова. Я не выбирал быть монархом, но я родился здесь наследником и принял это с гордостью, вот и ты прими.

– Руперт!

В обеденном зале стало тихо, и девушки увидели, как лицо тёти Хеллен обрело выражение сожаления, а лицо принца – недоумения.

– Подождите. Что вы сказали? – Равенна прокручивала последние два слова короля в голове и боялась, что те окажутся правдой.

– Ты – наследница трона, – заявил король уже спокойным голосом.

Сам он не желал говорить об этом так. Приступы гнева мешали ему думать и слышать самого себя. Он хотел сказать это в куда более подходящей обстановке.

Равенна не знала, куда деться. Это было глупо – ставить во главе страны человека, который даже не знал, что он королевских кровей. Она не знала, что сказать этому старику, которого вряд ли когда-нибудь сможет назвать дедушкой. Назвать его глупцом или сумасшедшим? Слова других доходили до неё далёким эхом. Да и вряд ли они были полезны ей сейчас.

– Но разве не принц Ньют – ваш наследник? – спросила Сьюзен, находясь в шоковом состоянии.

– Нет. Он никогда не был им, – ответил король, переводя взгляд на сына, который сидел и смотрел на своего отца, словно сквозь него. – Ньют всегда был принцем и будет, но он не кронпринц. Им был лишь Диего…

– Так вы не стали менять мой титул именно поэтому? Я считал, что лишь из уважения к памяти брата вы приняли такое решение. Вы же говорили, что я стану королём всей страны!

– Я никогда не говорил что это ты. В речах, которые касались будущего главы, я всегда говорил, что отдам благополучную страну в руки наследникам и тому подобное, а касательно тебя я говорил, что твой ум нужен этой стране.

Король говорил правду, и принц Ньют только сейчас понял это. В его голове прокручивались речи отца, ответы на вопросы, что задавали ему люди. Он чувствовал себя идиотом, дураком, который слепо шёл за королём.

– Вы знали? – спросил принц, переводя взгляд на женщину, глаза которой наполнились слезами. – Мама, ты знала?

– Прости меня, Ньют, но так нужно было… Ты не должен был знать. Если бы ты узнал о девочках, ты бы не смог держатся от них вдалеке и не смог бы быть в глазах народа будущим монархом.

– Вы сомневались в том, смогу ли я врать людям? Мне кажется, вы забыли, чей я ребёнок. По мне, так я бы прекрасно справился.

Принц встал из-за стола и отошёл на пару шагов. Он стоял спиной к столу, пытаясь успокоиться. Дело было не в троне. Не в том, что он не унаследует королевство. Дело во лжи. Он жил в семье, счастье которой зависело от мнения толпы. Если люди восхищаются тобой, то ты – гордость семьи, но если люди найдут, к чему придраться, то ты услышишь их осуждение, сидя за столом ещё долгие недели.

Он думал, что став главой страны, он справится, будет стараться изо всех сил, чтобы стать примером для своих детей и гордостью отца. «Я стану таким, как отец, я буду достойным королём!» – так он думал, отец же думал иначе. Везде был лишь «отец», но нигде не было его самого.

– Измените решение, – потребовала Равенна, встав.

– Я не могу, – твёрдо заявил король.

– Вы глава страны. Вы можете всё!

– Ты уже записана в книге Монархов как наследница… И там стоит подпись Диего. – Король говорил это спокойно, однако последние слова выдавил словно из самого сердца.

Он не подведёт сына. Он имеет опасения, но Диего видел в этой девочке будущую королеву, значит, так и должно быть.

Равенна вышла из зала. Сьюзен хотела пойти за ней, однако осознавала, что сестре это не поможет, ей необходимо побыть одной. Девушка поняла, что со всем этим забыла о находящемся в зале дворецком. Его лицо было каменным, но даже в его глазах она заметила долю беспокойства. Она обратила свой взгляд на других людей, что тоже сидели за столом, но ничего не сказали.

– Знаете, на что это всё похоже? Как если бросить в одну комнату футбольных болельщиков из разных команд. Они хотят одного и того же, но только для себя. Вы – те самые болельщики. Только в футболе есть мяч, от которого зависит игра. Его хотят получить все, но лишь для того, чтобы пнуть самим.

Сью не стала больше продолжать. Она встала, поблагодарила за обед и вышла из зала, а затем и вовсе из замка и направилась в сад.

Она проходила по плиточной дороже через арки, обвитые белыми и розовыми розами. По бокам были кустовые розы разных сортов. Ниже цветов располагались обычные садовые цветы, фиалки и лютики. Выше же были кусты, которым садовники придали форму идеальных квадратов. Здесь было тихо, словно зелёные стены закрывали тебя от мира, что остался снаружи. От мира, который дарит сумасшедшие подарки.

Сью всегда пыталась здраво смотреть на вещи, но сейчас она даже не знала, о чём ей стоит для начала подумать. Какие выводы сделать, чтобы принять верное решение. Потому она и решила побывать наконец в саду. Цветы, а точнее их нежный запах, помогали думать. «Куда нас забросила жизнь? Я всего-то хотела провести это лето незабываемо – в хорошем смысле». Она вспоминала сегодняшнюю встречу с родителями. «Они явно не хотели для нас спокойной жизни в Королевстве, раз папа записал Равенну как наследницу престола. Они твердят о бабушке-злодейке и о нормальной жизни, хотя сами тут же говорят, что Равенна – наследница трона. Это бред… Врать они явно не умеют. Нестыковки в их действиях так глупы, что можно подумать, они действительно надеются, что я им буду верить!»

– Это всё так глупо. Что же здесь не так? – уже вслух сказала девушка.

Она беспокоилась о сестре. Да, она замечала в ней лидерские качества, но не до такой степени. Но ведь и обычные девушки, те, что выходят замуж за принцев, не думают, что им надо готовиться для того чтобы быть принцессой ещё с самого детства. Они ведь не знают своего будущего. Верно?

Она села на скамейку, что нашлась рядом, и решила дать отдых ногам, и тут же была напугана садовником, который вышел из-за другого поворота тропинки, громко кашляя. Это был седой старик с усами, одетый в летний зелёный комбинезон. В руках он держал ведро с разными принадлежностями. Увидев девушку, он сразу перестал кашлять, а на лице его появилась гримаса удивления.

– Девочка, что ты тут делаешь? – спросил он её.

– Я здесь гуляю.

– Как ты вообще сюда попала? Тебя здесь быть не должно! Куда только охрана смотрит!

– Мисс!

Теперь Сьюзен напугала миссис Брук. Женщина быстрым шагом добралась до девушки.

– Добрый день, мистер Роб.

– Добрый, миссис Брук. Вы знаете эту девушку?

– Да, знаю. И мы уже уходим, – сказала женщина, взяв девушку за руку.

Сьюзен была расстроена, что её размышления прервали. Именно королева отправила прислугу за девушкой, когда узнала, что та вышла и направилась в сад. Но так как девушка уже попалась, теперь с этим должна разбираться уже миссис Себастьян.

– Миссис Брук, прошу, скажите, кто знает о нас? Помимо вас, конечно.

– Ваша охрана, лакеи, что стоят за дверью в обеденный зал, и все те, кто присутствовал во время вашего прибытия. Для остальных вы – дочери миссис Хеллен. Боюсь, что Её Величество со всеми этими заботами просто забыла вам сказать.

– Её Величество толком ничего не говорит. Без обид, конечно, но это правда, – сказала Сьюзен, увидев слегка осуждающий взгляд.

Они остановились у дверей в комнату, и Сью решила зайти проведать сестру. Миссис Брук же отправилась к королеве. Девушке открыли дверь и она зашла. Она увидела её сидящей около кровати, обнимающей свои ноги и опустившей голову на колени. Рав не плакала, но была обессилена, Сьюзен явно чувствовала это.

Девушка медленно подошла к сестре и села рядом, она ничего не говорила, просто обняла её, так как подходящих слов не знала, а объятья – это лучшая поддержка для сестры. Равенна подняла голову, она была в ужасе, и это легко можно было прочесть по её лицу. Она была в безвыходной ситуации. Осаждённой со всех сторон так, что даже Сьюзен не способна её вытащить оттуда. Равенна опустила голову на плечо сестры и взяла её за руку.

– Сью, что мне делать?

– Быть сильной, наверное… Я не знаю. Но я буду рядом с тобой, ты же это знаешь.

– Конечно, но… Это же страна, которую мы с тобой не знаем.

– Но мы узнаем. У нас с тобой неделя, чтобы узнать её, как обычные люди. Мы будем гулять, общаться, узнавать. А уже потом мы будем узнавать её как наследницы отца. Ты не зря сегодня сказала «Надеюсь, мы выросли такими, какими вы хотели бы нас видеть». Папа действительно хотел видеть тебя своей наследницей. – Сью говорила это со всей искренностью, и возможно это и были так необходимые слова утешения, в какой-то степени Рав стало легче.

– Это мотивирует, но мне всё равно страшно.

– Мне тоже. Но я знаю, как можно сейчас себя отвлечь.

– И как же?

– Они что-то ещё от нас скрывают.

– Ты о том, что сказанные ими слова не совпадают?

– Именно. Есть что-то ещё, и они не хотят нам об этом говорить. Всё слишком странно, запутанно. Нам нужно узнать, что именно, поэтому нам придется поиграть в детективов.

– О, да! Всегда об этом мечтала! Старинный замок, странные люди, секреты – и всё это раскроем мы с тобой! – уже с лёгким смехом подхватила Рав.

– Ну, тогда, детектив Равенна, вставайте, ибо нам нужно вершить правосудие. – приняв театральную позу, наигранно гордо заявила Сьюзен, и Рав встала с широкой улыбкой.

– Да! Но для начала надо поесть, я ужасно голодна, – призналась девушка, и Сью с ней согласилась.

Позвонив миссис Сэнди, девушки хотели узнать, где в замке находится кухня, чтобы можно было поесть. На что удивленная женщина ответила, что еду им принесут. Уже через полчаса им принесли подносы с едой. Девушки поставили подносы на пол и сели, обсуждая дальнейший план действий и жадно поедая сэндвичи с копчёной индейкой, сливочные пирожные и запивая всё это ароматным латте.

Для начала они решили, что им стоит узнать весь замок, насколько это возможно, потом поехать в город и разузнать побольше интересного о странной семейке. Они назвали этот этап «Сбор информации», но у них сразу обнаружилась проблема: служащий персонал в замке, их было слишком много. Незаметно пройтись по коридорам, разглядеть все углы других комнат вряд ли будет возможно. Потому они решили, что в этом им поможет их дядя-принц, который точно им не откажет.

Дело близилось к вечеру, и небо окрасилось в мягкий розовый цвет, а озеро отражало всю окружающую красоту, словно зеркало, покрытое мелкими бриллиантами. Верхушки елей и гор подсвечивались последними лучами этого дня, а замок осветили фонари. Девушки стояли на балконе и наблюдали за закатом. Они не выходили из спальни, не желая ни с кем разговаривать или встречаться, но их дядя-принц, так настойчиво стучал в дверь, что даже охрана начала переглядываться друг с другом, и тогда девушки решили его впустить. Принц встал рядом с ними на балконе и некоторое время просто наблюдал, как золотое светило опустилось и скрылось где-то за горами.

– Я помню, как в последний раз наблюдал за закатом с братом, в этой самой комнате, на этом балконе… Помню, как блистали его глаза, отражая всю красоту озера. Он был тогда счастлив, таким я его и запомнил.

– Это была комната отца? – спросила Равенна, повернувшись к принцу.

– Да, а в твоей, Сьюзен, жил я. Твоя комната, Равенна – комната наследника. Видимо, отец настроен по поводу тебя решительно.

– Я это уже поняла. Как ты можешь всё это так оставить? У меня такое чувство, что я отобрала трон у тебя.

– Нет. Ты его не забирала. Отец ведь мне его не давал. У меня не было трона, да, честно сказать, я и не хотел его.

– Ты не хотел стать королём? – удивлённо вскинув бровь, сказала Сьюзен.

– Всем своим сердцем. Если это возможно. Я не хотел. Мне с самого рождения было известно, что брат должен стать королём, и после его смерти занять его трон для меня было бы предательством. Он ведь так готовился, отдавал себя полностью. Когда он уехал, я с ним часто разговаривал и был удивлён, что он вообще покинул страну. А затем он погиб … Я не имею право тебя просить, Равенна, но… всё же прошу тебя стать королевой.

Он говорил искренне и просил её всей душой, и пусть некоторые сочтут это эгоизмом, но он твёрдо знал, что таково было желание его покойного брата. Отец также хочет исполнить желание своего сына, и принц понял это только сейчас, стоя здесь, рядом с ними, как когда-то они стояли с Диего.

Равенне стало ещё хуже. Человек, которого она знает от силы два дня, просит занять его место! Она могла сказать «нет», устроить саботаж или что-нибудь подобное, однако её что-то держало, останавливало. Она смотрела на принца, а затем отвернулась и закрыла глаза. Глубоко вдохнув и выдохнув, она сказала:

– Я дам ответ завтра утром, и прошу передать это и тем, другим. Я знаю, что короля не волнуют мои желания, и ему всё равно, хочу я или нет, но…

– Я скажу, не волнуйся, – перебил её принц. В его голосе было слышно, что он был рад, хоть она и не дала ответа. – Спасибо, – тепло сказал он напоследок и вышел.

Сьюзен стояла и смотрела на сестру с некой гордостью, за то, как она держит себя под контролем. Кому как не ей знать о том, как её сестра может вспылить.

– Ты молодец.

– О чём ты?

– Ты могла послать их всех, но не стала.

– Я хочу. Очень!

– Но не стала. Это важно.

– Будь благодарна самой себе. Если бы ты не произнесла эту пламенную речь после обеда, думаю, я бы ещё и не такое устроила.

– Нет, неправда, и ты сама это знаешь, – сказала Сью, на что Равенна улыбнулась.

Рав облокотилась на парапет и смотрела в ночную глушь, когда заметила огни на дальнем берегу озера.

– Как думаешь, наблюдая оттуда за этим дворцом, что они думают?

– Наверное, как им повезло и тому подобное, – ответила Сью, также облокотившись на парапет.

Они ещё долго стояли и смотрели на блики фонарей на озере.

А в это время принц Ньют, собрав всех в гостиной, передал слова Равенны. Король, конечно, не был в восторге от того, что наглая девчонка не осмелилась выйти сама и сделала из его сына посыльного. Но каково бы ни было её желание, король был уверен, что последнее слово всё равно останется за ним.

Ужин снова прошёл без участия девушек, на этот раз еду им принесли по приказу королевы. К ним также пытались войти дядя Пит и тётя Хеллен, правда, сёстры и их не пустили. Не могли. Слушая их голоса, девушки понимали, что могут вновь поверить им так, как верили всегда. Они не подводили, не лгали. Так им казалось. Сейчас же всё это стало лишь откликом прошлого.

Ближе к десяти часам Сью покинула спальню сестры и вернулась в свою, где её ждала миссис Брук, но девушка вновь попросила её позволить ей сделать всё самой. Голова Сью была полна разными мыслями, может быть поэтому, как только её щека коснулась подушки, она сразу погрузилась в сон.

Равенна, одетая в серое платье, сидела у края кровати, дожидаясь, пока Сьюзен переоденется и обует босоножки. Ей было страшно, живот скрутило, в горле встал комок. Сью не стала выпытывать у сестры, каким будет её ответ, который она даст всем уже в скором времени. Она знала, что поддержит сестру в любом случае, и это всё, что она может сделать. Прислуга были удивлена, что девушки уже проснулись и были готовы, им сообщили, что завтрак будет только через час.

Сёстры спускались по лестнице, снова ловя на себе взгляды прислуги. Их привлекало то обстоятельство, что девушкам дали комнаты наследников, ведь в них уже давно никто не жил. Принц Ньют покинул комнату по собственному желанию, так как каждый раз он невольно ждал, когда его брат отворит дверь и выйдет с такой знакомой улыбкой. После переселения в комнату на юго-восточном крыле принцу стало несколько легче.

Девушки вошли в гостиную, где сейчас находился только их дядя-принц. Он встал, поприветствовал их, потом они ещё пару минут посидели в тишине, пока к ним не присоединились остальные, также приветствуя друг друга.

– Ну что же, не будем тянуть, – объявил король, теребя навершие трости нервными пальцами.

– Мы в любом случае будем с вами, – пообещала Хеллен, взяв за руку Сью.

Девушки знали это, они также знали, что глубоко внутри они надеются, что они выберут их.

– Я хочу для начала кое-что прояснить, – начала Рав. – Никто из вас никак не повлиял на мой выбор. Это только мой выбор, как и выбор Сью.

– Хорошо, – кивнула королева.

– Я стану наследницей престола, – объявила Равенна, глубоко вдохнув.

На лице короля заиграла победная улыбка, хотя он и не давал девчонке права выбора, ему было интересно узнать, что же она решила. Хеллен и Пит были расстроены, но понимающе улыбнулись, принц облегчённо выдохнул, как и королева, которая тут же обратилась к Сьюзен:

– Сьюзен, а чего хочешь ты?

Девушка посмотрела на тётю и дядю, ей не хотелось отдаляться от них даже после случившегося. Она не хотела обидеть их после всего, что они дали им с сестрой, но…

– Сью, мы всё понимаем, – сказала тётя Хеллен, глаза которой уже были наполнены слезами.

Она ещё крепче сжала ладонь девушки и нежно поцеловала её в лоб.

– Спасибо,– тихо сказала Сьюзен и обняла её, а Равенна – Пита.

– Думаю, теперь мы можем начать наш завтрак, – огласил решение король.

Мистер Хорван открыл дверь в обеденный зал. На завтрак подали омлет и фруктовый салат, вот только столовых приборов на столе оказалось на один больше.

– Руперт, а кто ещё к нам присоединится?

– Альфред.

– Дядя Альфред приедет? Ох, сейчас будет весело, – воскликнул принц.

– Почему это? – негодующе спросила Сью.

Но тут постучали в дверь, и мистер Хорван открыл её. Дворецкий звучно объявил:

– Его Высочество принц Альфред, герцог Аметрин.

В зал вошёл мужчина, как две капли воды похожий на короля. Только этот улыбался, был одет в обычный серый костюм с белой рубашкой и отчего-то явно был чрезмерно счастлив.

– А вот почему! – сказал принц.

Пит и Хеллен встали, старик поклонился и только после этого все встали поприветствовать брата короля.

– Брат мой! Сколько же мы не виделись? Три дня по-моему? – сказал он, пока они обнимались. – Моя жизнь без тебя – ад! – саркастически добавил он.

– Альфред! – сказал король, закатив глаза.