Первая тишина. Том 4

Я перевёл взгляд вправо и указал Павлу на человека возле бетонного столба. Тот стрелял короткими очередями, потом приседал и менял положение, поэтому поймать его в прицел было сложнее.

— Паша, этот твой клиент. Стреляй только в том случае, если после команды он попробует поднять оружие.

— Понял.

Он вскинул оружие и коротко кивнул, показывая, что цель поймал.

Артём оставался у меня за спиной с брелоком в руке. Парень растерянно смотрел то на нас, то на улицу, ведущую к грузовику, и по нему было видно, что происходящее ему совсем не нравилось. Да и мало кому понравится, честно говоря.

— Тёма, ты следи за улицей, и если кто-нибудь появится сзади, то ты сразу говоришь.

— Хорошо, Сергей, — ответил Артём.

Со стороны кооператива снова хлопнули два одиночных выстрела. Один из людей Кривцова высунулся из-за укрытия и ответил короткой очередью, после чего сразу пригнулся, когда пуля со стороны забора звякнула по металлу совсем рядом с его головой.

Я узнал почерк Ломова и невольно усмехнулся. Судя по всему, раненая нога совершенно не мешала ему объяснять окружающим, почему из-за укрытия лучше лишний раз не выглядывать.

— Готов, Серёг, — негромко сообщил Дмитрий. — Мой сидит как на ладони, только голову повернуть ему осталось.

Павел тоже показал большой палец. Я выждал ещё несколько секунд, пока Кривцов и двое его людей снова сосредоточились на воротах кооператива, затем поднялся из-за стены во весь рост.

— Кривцов! Оружие на землю, руки за голову! — крикнул я так, чтобы услышали все вдоль проезда. — Остальным то же самое, и очень советую не дёргаться!

Реакция получилась именно такой, на какую я рассчитывал. Мужик за белой машиной резко повернулся и увидел Дмитрия, тот возле столба заметил Павла, а ещё двое начали крутить головами, пытаясь понять, сколько людей оказалось у них в тылу.

Кривцов поднялся чуть выше остальных и уставился на меня. Первые секунды он выглядел скорее растерянным, затем взгляд метнулся мне за спину, туда, где должна была находиться ловушка, в которой он рассчитывал нас оставить.

— Ты как вообще оттуда выбрался? — процедил он, всё ещё удерживая автомат возле груди.

— Автомат положи, Кривцов. Потом, если останется о чём разговаривать, поговорим.

Он посмотрел на оружие в руках, хмыкнул и перевёл взгляд за мою спину — в сторону улицы. Грузовик увидеть было невозможно, зато отсутствие его огневой поддержки теперь бросалось в глаза даже последнему идиоту.

— Да ладно тебе, Серёг, чего сразу так? — Кривцов попытался улыбнуться, хотя получилось плохо. — Мы же можем спокойно всё решить.

— Мы уже один раз спокойно всё решили. Автомат на землю положи и руки подними, пока я ещё разговариваю.

Мужчина возле белой машины дёрнулся, будто собирался перебежать к соседнему укрытию. Дмитрий даже не двинулся, только чуть повёл стволом вслед за ним.

— Стой где стоишь! — предупредил он. — Следующий шаг можешь сделать только после команды.

Зэк замер и медленно поднял свободную руку. Второй пока продолжал держать автомат, однако Павел уже вышел из-за стены ровно настолько, чтобы тот прекрасно видел направленный на него ствол.

— Вы слышали Сергея, мужики. Складывайте железо, тут уже всё закончилось.

С другой стороны проезда, за воротами кооператива, тоже заметили перемену. Кто-то поднялся над бетонным ограждением, и через несколько секунд я увидел знакомый силуэт Ломова с автоматом в руках.

— Ломов! — крикнул я. — Всех видишь?

— Вижу! — донеслось оттуда. — А вас уже хоронить собирался, мать вашу!

— Потом похоронишь. Держи их на прицеле, особенно тех, что возле машин.

— С удовольствием, — отозвался он, и по голосу было понятно, что просьба пришлась ему по душе. — Эй, красавцы! Автоматы положили и лапы наверх, пока товарищ командир добрый!

Теперь расклад видели уже все. Впереди зэков держали Ломов и остальные наши, сзади стояли мы, а грузовик, который должен был прикрывать им отход, уже несколько минут молчал.

Первый автомат лёг на асфальт возле белой машины, потом второй упал около бетонного столба, а следом оружие начали складывать остальные.

Кривцов продержался дольше всех. Он стоял с перекошенной физиономией, смотрел на своих людей и явно понимал, что каждый опущенный на землю ствол отнимает у него ещё один возможный выход.

— Серый, ты же понимаешь, что так дела не делаются, — проговорил он наконец. — Людей кормить надо, жить как-то надо, у каждого своя правда.

— Я тебя отпустил, — напомнил я. — Ты ушёл со своими людьми. После этого ты вернулся, запер нас в тупике и пошёл брать мой кооператив.

Кривцов поморщился и развёл руками настолько, насколько позволял автомат. Он всё ещё пытался превратить происходящее в обычный спор, где каждый мог назвать свои причины и разойтись после пары крепких слов.

— А мне что делать было? У тебя жратва, машины, оружие, люди в тепле сидят. У меня тоже люди, и они тоже жрать хотят.

— Мог уйти туда, куда тебя отпустили. Ты выбрал вернуться и стрелять в моих.

После этих слов он наконец опустил автомат. Оружие упало возле переднего колеса, а Кривцов медленно поднял руки и переплёл пальцы на затылке.

— Дим, Паша, оружие у них заберите, потом обыщите каждого, — распорядился я.

Мы пошли вперёд втроём, удерживая людей под прицелом. Ломов сверху контролировал весь проезд, и ещё несколько стволов появились рядом с ним, когда остальные защитники нашего кооператива поняли, чем заканчивается нападение.

Павел начал с крайнего. Отбросил автомат ногой к стене, потом быстро обыскал его сверху вниз и отправил к воротам кооператива лицом к металлу. Дмитрий работал с другой стороны. Времени он не терял, разговаривать с нападавшими явно не собирался и, закончив обыск, коротко показал зэку встать рядом со своим побратимом.

Кривцова я оставил последним. Остановился метрах в пяти, продолжая держать его под стволом. Он смотрел прямо на меня и теперь уже не пытался улыбаться.

— Ну чего дальше, Серый? — сипло спросил он. — Свяжешь всех и оставишь тут молчунам?

— Молчуны мне сейчас нужны для другого.

— Вот и правильно, ты мужик разумный, погорячились все немного…

Я продолжал держать его под стволом. В прошлый раз примерно так всё и закончилось: разговором, предупреждением и возможностью уйти живым.

— Ты, похоже, тогда ничего не понял. Я тебя отпустил один раз, Кривцов, и именно поэтому сейчас разговариваю с тобой последний раз.

Лицо его изменилось сразу. Взгляд стал тяжёлым, губы сжались, а правая рука, лежавшая на затылке, едва заметно пошла вниз.

Я увидел движение раньше, чем успел подумать о нём.

— Руку, Кривцов, — предупредил я.

Кривцов резко развернулся, одновременно сунув ладонь под куртку, где возле пояса что-то блеснуло металлом.

Автомат у меня уже смотрел ему в грудь. Я нажал на спуск раньше, чем он успел вытащить оружие до конца, и Кривцова отбросило спиной на асфальт.

Он тяжело упал на асфальт. Из-под расстёгнутой куртки выпал небольшой пистолет и звякнул рядом с его ладонью.

Несколько зэков возле стены вздрогнули одновременно, но голос Ломова перекрыл всё.

— Стоять! Кто ещё решил железо поискать, сразу говорите, я сверху помогу!

Люди замерли. Один медленно прижал ладони к затылку сильнее, второй уставился в стену перед собой, третий только тяжело сглотнул и отвёл глаза от лежавшего Кривцова.

Я подошёл, носком ботинка оттолкнул пистолет в сторону и присел рядом. Кривцов сделал свой выбор сам. Проверять пульс долго не пришлось.

Я поднялся и повернулся к остальным.

— Теперь слушайте внимательно. Ваш командир только что решил проверить, получится ли у него ещё раз сыграть в героя, и результат вы видите. Если кому-то хочется повторить, скажите прямо сейчас, чтобы потом время не терять.

Ответа не последовало. Мужики стояли вдоль стены и смотрели кто куда, старательно избегая встречаться со мной глазами.

— И чё мы с ними будем делать? — тихо спросил Дмитрий.

— Поработают, — ответил я после короткой паузы. — Они к нам за добром пришли, вот и помогут это добро таскать.

Кто-то из пленных поднял голову, но тут же опустил обратно.

— Воды надо переносить много, продукты грузить, инструменты, топливо и всё остальное. Работы хватит каждому, а если кто-то считает, что лучше сидеть связанным до нашего ухода, тоже можно устроить запросто.

— Вот это мне нравится, — Дмитрий впервые за последние минуты усмехнулся. — Пришли грабить, а теперь сами грузчиками будут пахать.

— Именно. И следить за ними будем внимательно, потому что одного урока сегодня уже кому-то не хватило.

Я посмотрел на тело Кривцова. Остальные зэки вели себя отнюдь не так вызывающе.

— Заводите их за ворота, — велел я.

Через несколько секунд открылась калитка, и зэков завели внутрь. Я дождался, пока последний окажется за воротами, и нашёл взглядом Ломова.

— У нас как?

— Живы, — сразу ответил он. — Патронов только пожгли нормально. Эти уроды пару раз ближе полезли, думали, видать, что после вашего ухода здесь проходной двор будет.

— Элина где?

— Там, — Ломов кивнул в глубину кооператива, потом чуть помялся и добавил: — И зря я на неё тогда косился, Серёг. Командовала нормально. Мы из ворот не полезли, людей она сама раскидала, Антенну на боковой проход поставила, меня наверх отправила. Всё по делу.

Я посмотрел на него.

— Прямо вот она?

Ломов понял, что я ему вернул его же вопрос, и криво усмехнулся.

— Прямо вот она. Товарищ лейтенант.

Элину я нашёл возле второго ряда гаражей вместе с Семёном Ильичом и Антенной. Она увидела меня, быстро оглядела с ног до головы и только после этого заметно выдохнула.

— Все вернулись?

— Все четверо. Докладывай, что здесь было.

Она рассказала коротко. Зэки сначала прижали ворота огнём, потом несколько человек попробовали подойти ближе. Элина развела наших по позициям, запретила тратить патроны и стрелять длинными очередями, Антенну оставила смотреть боковой проход, а Ломова отправила наверх, откуда хорошо просматривалась вся улица. Внутрь люди Кривцова так и не прошли.

— Хорошо сработали, — сказал я.

С кооперативом пока всё было в порядке. Теперь можно было заняться теми, кого мы оставили в грузовике. Машина мне по-прежнему была нужна целой.

Глава 8

Я оставил Элину с Семёном Ильичом и вернулся к воротам. Пленных успели рассадить вдоль стены, оружие лежало отдельной кучей под присмотром Ломова, а Дмитрий уже стоял рядом и ждал, что будем делать дальше. Своих жену и дочь он проверил и убедился, что с ними всё в порядке.

— Кто из вас знает тех, что сидят в грузовике? — спросил я. Несколько человек переглянулись, после чего коренастый мужик лет сорока поднял голову.

— Все знаем, — ответил он и посмотрел на остальных, словно надеялся, что кто-нибудь подтвердит его слова. Я подошёл ближе и остановился перед ним.

— Представься, — потребовал я.

— Зыков Фёдор Антонович, — почти сразу ответил зэк.

— Хорошо, Фёдор Антонович. Вставай, пойдёшь с нами.

Зэк сначала было решил, что ослышался. Потом он посмотрел на улицу, которая вела к грузовику и молчунам, и отрицательно мотнул головой.

— Нет, я туда не пойду. Там наши мужики сидят, я их сдавать не собираюсь.

— Пойдёшь, — сказал я и указал ему подняться. — Твоя задача простая: подойдёшь к кузову, постучишь и скажешь, чтобы открыли люк.

Зыков остался сидеть и упрямо смотрел снизу вверх. После смерти Кривцова смелости в нём заметно поубавилось, однако окончательно ломаться перед своими он тоже явно не хотел.

— Я сказал, что не пойду, Сергей, — отрезал он. — Делайте со мной что хотите, я всё сказал.

Я поднял автомат и направил ствол ему в грудь. Дмитрий стоял рядом и молчал, а Зыков несколько секунд смотрел на оружие, после чего перевёл взгляд на лежавшее возле стены тело Кривцова.

— Это был не вопрос, — обозначил я. — Вставай.

Зыков тяжело поднялся и поправил куртку. Спорить зэк передумал, хотя по его роже было прекрасно видно, насколько сильно ему хотелось послать меня куда подальше.

— Руки ему не связывать? — спросил Дмитрий. Он подошёл ближе и внимательно посмотрел на пленного.

— Пока нет. Рядом со мной пойдёт, далеко всё равно не убежит.

Я подозвал Артёма, который возился со своим брелоком возле ворот. Парень подошёл сразу, спрятал устройство в ладони и посмотрел на Зыкова. Наш разговор он прекрасно слышал.

— Идём за колонкой, — объяснил я. — Той, что осталась в тупике. Потом унесём её подальше от грузовика и перетянем молчунов туда.

Артём быстро сообразил, о чём речь, и кивнул. Дмитрий тем временем проверил магазин и снова посмотрел на пленного.

— А он нам зачем?

— Люк открывать будет, — объяснил я.

— Понял, — ответил Дмитрий.

Зыков фыркнул, но комментировать распределение обязанностей благоразумно не стал. Я вывел всех троих через калитку, после чего мы ушли в соседний проезд и двинулись в обход грузовика.

К молчунам подходить близко смысла не было. Основная масса тварей по-прежнему толкалась вокруг машины, время от времени кто-нибудь бил ладонями по кузову или цеплялся за дверные ручки, поэтому мы держались за домами и пересекали открытые участки только там, где улица хорошо просматривалась.

До заднего выхода тупика добрались быстро. Цепь, которую несколько минут назад Павел пытался снять изнутри, теперь висела прямо перед нами, а стальная труба торчала между решёткой и кирпичной стеной.

Зыков посмотрел на крепление и поморщился.

— Это наши закрывали, — сказал он. — Кривцов двоих посылал сюда.

— Я догадался, — ответил я и взялся за трубу.

Снаружи всё оказалось куда проще. Я вытащил её из решётки, Дмитрий сбросил цепь со стойки, после чего калитка открылась с первым же рывком.

Внутри тупика ничего не изменилось. Пятеро связанных молчунов лежали возле металлических стоек и дёргались на каждый звук, мешки оставались на головах, а крепления держали как положено.

Артём сразу направился к колонке в глубине двора. Проверил аккумулятор, поднял её вместе с проводами и оглянулся на меня.

— Куда тащим?

Я вышел обратно через калитку и посмотрел вдоль соседнего проезда. Дальше улица делала поворот возле длинного кирпичного жилого дома, за которым начинался ещё один ряд дворов.

— За тот дом. Чем дальше от грузовика, тем лучше, только в сто пятьдесят метров уложись, чтобы сигнал не пропал, — пояснил я.

— Там возьмёт, — заверил Артём. — Стены мешать почти не будут.

Мы закрыли калитку и пошли дальше. Артём нёс колонку, Дмитрий взял аккумулятор, а Зыков шагал между мной и стеной, время от времени поглядывая в сторону грузовика.

— Если думаешь рвануть, прострелю ногу, — предупредил я.

Зыков что-то буркнул себе под нос едва слышно.

За кирпичным домом нашлось подходящее место. От грузовика сюда было метров сто двадцать, улица изгибалась в сторону, поэтому молчунам пришлось бы уходить от машины и дальше двигаться вдоль совершенно другого проезда.

Артём поставил колонку за бетонным блоком и поправил направление динамика. Потом мы все вместе отошли обратно за угол склада, откуда было видно начало улицы и край грузовика вдали.

— Здесь включать? — спросил Артём и поднял брелок. Он уже держал палец над нужной кнопкой, ожидая только моей команды.

— Включай, — подтвердил я.

Из динамика донёсся знакомый звук. Первые несколько секунд возле грузовика ничего заметного не происходило, затем одна из крайних тварей резко повернула голову и медленно развернулась в сторону нового источника.

Следом за ней пошёл второй молчун. Потом от машины отделились ещё трое, и постепенно вся наружная часть толпы начала растягиваться вдоль улицы.

— Пошли, — тихо сказал мне Дмитрий, наблюдая за движением. — Серёг, сейчас самое время.

— Подожди, — ответил я. — Там ещё половина тварей стоит.

Он недовольно выдохнул, но остался рядом. Я продолжал следить за грузовиком, пока молчуны один за другим отходили от него и тянулись к повороту.

Через минуту освободился передний бампер. Потом показалась водительская дверь, возле которой всё ещё крутились несколько тварей, а ещё через полминуты за машиной остались только самые медленные молчуны.

Зыков тоже смотрел туда и заметно нервничал. Он переступил с ноги на ногу, потом покосился на меня.

— Эти внутри уже могли понять, что происходит, — процедил Дмитрий, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.

— Пусть понимают. Выходить им всё равно придётся через нас.

Дмитрий снова приподнял автомат и посмотрел на почти освободившуюся улицу. Возле грузовика оставалось всего несколько молчунов, остальные уже растянулись длинной группой к кирпичному дому и продолжали идти на звук.

Я подождал, пока последний из ближних молчунов отошёл от водительской двери и тоже двинулся вслед за остальными. Только после этого махнул рукой.

— Теперь пошли. Артём, колонку держи включённой и останься здесь, а мы втроём заберём грузовик.

Возражений у парня не нашлось.

Мы двинулись к грузовику, держась ближе к стене. Артём, как я и велел, остался у поворота с брелоком и следил за колонкой, а впереди по улице уже тянулись молчуны, уходя всё дальше на звук.

Дмитрий несколько раз посмотрел на грузовик, потом достал нож и кивнул на переднее колесо.

— Давай хотя бы резину им порежем, Серёг. Если эти внутри рыпнутся, далеко уже не уйдут, — предложил он и сделал шаг к машине.

— Колёса не трогай, — остановил я его. — Грузовик теперь наш, так что портить его ещё рано. Или ты пятьдесят молчунов собрался тащить на своём горбу?

Дмитрий посмотрел на меня, потом быстро убрал нож обратно. Спорить он не стал и только усмехнулся, снова проверяя автомат.

До машины оставалось метров двадцать, когда Зыков неожиданно замедлил шаг. Ещё через пару метров он остановился совсем и тяжело посмотрел на меня.

— Сергей, погоди, — Зыков замедлил шаг и посмотрел на грузовик. — Мужики меня рядом с вами увидят и первым же положат. Ты сам понимаешь, что с такими делают.

Я остановился и повернулся к нему. Дмитрий встал чуть сбоку, продолжая следить за кабиной.

— Поэтому подойдёшь один. Постучишь, дождёшься, пока откроют люк, и сразу отойдёшь в сторону, — пояснил я последовательность действий.

Зыков посмотрел на машину, поёжился.

— А если сразу стрелять начнут?

— Тогда первым под огнём окажешься ты, если сейчас начнёшь тянуть время. Пошёл.

Я поднял автомат и указал стволом в сторону грузовика. Зыков ещё секунду постоял, после чего тяжело выдохнул и двинулся вперёд.

Я поднял автомат и направил ствол ему в живот. Зыков сразу замер, а прежняя решительность на лице заметно поубавилась.

— Пошёл, — повторил я. — Делай ровно то, что я сказал, и стрелять им будет некогда. А ты, может, свою шкуру убережёшь.

Зыков ещё пару секунд смотрел на меня, потом тяжело выдохнул и двинулся к грузовику. Дмитрий проводил его взглядом и тихо хмыкнул.

— Дима, кабина твоя, — сказал я. — Я беру кузов, а Зыков открывает нам окно.

Дмитрий молча сместился вдоль переднего крыла, занимая свою позицию.

Я показал Зыкову на откидное окно. Тот сглотнул, потом подошёл к кузову и дважды постучал костяшками по металлу.

Несколько секунд внутри было тихо. Затем за стенкой кто-то завозился, и из-за люка донёсся приглушённый голос.

— Кто там?

— Зыков, — ответил он и покосился на меня.

В кузове опять зашевелились. Кто-то ругнулся, потом тот же голос спросил:

— Кривцов где? У на здесь такая жопа произошла…

Зыков помедлил совсем немного.

— Открой сначала.

Щёлкнула защёлка. Люк приоткрылся на несколько сантиметров, потом пошёл шире, и в проёме показалось лицо одного из зэков.

Я стоял сбоку от окна. Как только створка открылась достаточно, шагнул ближе и поднял автомат так, что ствол оказался почти возле лица мужика.

— Руки покажи, — сказал я. — Медленно.

Зэк отшатнулся внутрь, но остановился, когда ствол пошёл следом за ним. Через секунду в проёме появились обе ладони.

— Оружие на пол. И своим передай то же самое, — продолжил я. — Дёрнетесь, открою огонь прямо в кузов и покрошу всех без разбора.

Внутри кто-то выругался, потом раздался металлический стук. Судя по звуку, первый автомат уже лёг на пол.

— Вы слышали его! — крикнул тот, что открыл люк. — Стволы кладите!

Из глубины кузова сразу рявкнул другой голос:

— Заводи! Быстро!

Я только успел повернуть голову к кабине. Там из кузова вперёд, к водительскому креслу, рванул зэк. Но Дмитрий уже стоял у ступеньки рядом с дверцей. Он поднял автомат и прицелился.

— Руки от руля, — спокойно сказал он. — Теперь наружу вылезай, пока целый.

Водитель застыл, посмотрел на Дмитрия и медленно убрал руки. Потом перевёл взгляд через лобовое стекло на уходящих молчунов, словно ещё рассчитывал найти там какой-то выход.

— Я сказал, выходи, — напомнил Дмитрий. — Дверь открывай и шагай сюда.

Мужик послушался. Дмитрий отступил на пару шагов, заставил его поднять руки и поставил лицом к борту грузовика.

В кузове тем временем продолжали складывать оружие. Я дождался, пока металлический грохот стихнет, и снова посмотрел в открытый люк.

— Теперь дверь открываете изнутри, — скомандовал я. — Выходите по одному, руки держите на голове. Кто решит прихватить с собой железо или попробует что-то предпринять, останется внутри с простреленной башкой.

Зэк в люке кивнул и исчез из проёма. Через несколько секунд сзади щёлкнули запоры, одна створка открылась, и первым наружу показался тот самый мужик.

Он спрыгнул на асфальт, поднял руки и отошёл к водителю. Следом вышел второй, потом третий, а за ними ещё двое. Каждый останавливался возле борта, после чего Дмитрий быстро проверял карманы и отправлял его к остальным.

Последним из кузова выбрался пожилой зэк с седой щетиной. Он посмотрел на Зыкова и скривился.

— Красиво ты нас кинул, Зыков.

Тот сразу напрягся, но я положил ладонь ему на плечо и подтолкнул к остальным.

— Всё. Теперь к своим.

Зыков обернулся на меня.

— Я же сделал, что ты сказал, — прошептал он.

— Сделал, — охотно подтвердил я. — Теперь становись рядом со своими дружками.

Он хотел что-то добавить, потом посмотрел на Дмитрия, ствол автомата которого был направлен в его сторону, и передумал. Через пару секунд уже стоял возле борта вместе с остальными пленными.

Я поднялся в кузов и быстро осмотрелся. Внутри лежали автоматы и несколько запасных магазинов, ближе к кабине стояли две канистры с водой, ящик с инструментом и несколько сумок с вещами.

— Дим, ключи у водителя забери, — сказал я, выглянув наружу. — Потом сам садись за руль.

— Сам поведу?

— До гаражей недалеко. Перегонишь машину туда, дальше разберёмся.

Дмитрий забрал ключи, открыл водительскую дверь и забрался в кабину. Я спрыгнул с кузова и посмотрел на пленных.

— А мои хорошие, топайте с нами пешком. Руки держите так, чтобы я их видел, и не отставайте.

Со стороны поворота по-прежнему доносился звук колонки. Молчуны ушли достаточно далеко, поэтому дорога к кооперативу оставалась свободной.

Двигатель грузовика завёлся со второго раза. Дмитрий выглянул из окна и показал мне большой палец.

— Едет.

— Тогда поехали.

Я повёл пленных впереди себя, не опуская автомат, а грузовик медленно двинулся следом. Улов получился неплохой. Вот такого грузовика нам не хватало. Конечно, полностью закрыть вопрос с транспортировкой всё равно не вышло.

Дмитрий вёл грузовик медленно, стараясь лишний раз не поднимать обороты, а я шёл за пленными и держал их всех перед собой. Желающих проверять, насколько далеко простирается моё терпение, среди них пока не находилось. Семеро зэков держались кучно, изредка переглядывались и старательно не лезли руками к карманам.

Артём осторожно выглянул из-за стены кирпичного дома, где прятался, и вышел на дорогу. Он несколько секунд разглядывал грузовик вместе с шагающей впереди него процессией. Выражение лица у паренька получилось настолько красноречивым, что Дмитрий даже высунулся из окна и усмехнулся.

— Судя по твоей физиономии, Тёма, ты ждал от нас результата поскромнее, — пошутил он. — А мы решили заодно транспортный вопрос закрыть.

— Я вообще думал, вы сейчас втроём вернётесь, — признался Артём и показал куда-то за дома. — Колонка работает, молчуны к ней стянулись. Там уже целая толпа ходит, ещё несколько по улице подходят.

Я посмотрел в ту сторону и велел пока ничего не менять. Основная масса молчунов находилась далеко от дороги к кооперативу, и такое положение меня полностью устраивало. Рабочую колонку оставили на месте, брелок Артём сунул в карман, после чего я отправил его за вторым источником звука, который всё ещё лежал возле остова старого фургона.