Первая тишина. Том 4

Для обычной работы хватало первой колонки. Павел оставил между створками проход, через который свободно помещался только один человек. Артём включал звук, передний молчун заходил внутрь, после чего Павел захлопывал створку перед следующим. Пока мы связывали пойманного, колонка молчала. Затем ворота снова открывались, Артём возвращал звук, и мы заводили следующего.

После этого мы с Дмитрием получали возможность спокойно заняться тем, кто уже оказался внутри. Когда молчун был связан и закреплён, Павел возвращался к воротам, Артём снова включал основную колонку, и всё начиналось сначала.

Я обошёл тупик и дошёл до дальней калитки, толкнул створку и выглянул в соседний проезд. Проход был свободен. Если возле главных ворот что-нибудь пойдёт не так, выходить будем отсюда. Следом я показал каждому его место. Главный въезд позволял видеть улицу почти до перекрёстка.

Артёма я поставил за углом бетонной стены. Оттуда он видел меня и ворота, но сам почти не просматривался с улицы. Его задачей были только колонки. В ловлю руками парень не вмешивался.

Павел остался возле рабочей створки. Вторая была посажена на цепь так, что проём получался достаточно широким для одного молчуна. Если внутрь полезут сразу несколько, Павел просто захлопывает ворота.

Мы с Дмитрием заняли места внутри тупика по разные стороны прохода. У каждого в руках была верёвочная петля. Ремни и мешки разложили возле стены, а чуть дальше выбрали несколько металлических стоек, к которым можно будет пристёгивать уже связанных тварей.

Я ещё раз проговорил порядок. Сначала заводим одного. Павел отсекает его от остальных. Мы с Дмитрием накидываем петли и валим. Павел после закрытия ворот помогает вязать. Мешок на голову, руки назад, ноги вместе, потом отдельная привязь к стойке. Лишь после этого берём следующего.

Условия тоже были простыми. Молчуны нужны живые, с нормальной реакцией. Стрелять можно только ради спасения человека. Шума вокруг площадки должно быть минимум. Чем дольше мы возимся, тем больше шансов, что зэки заметят движение возле кооператива и заинтересуются.

Я ещё раз посмотрел в сторону гаражей. Отсюда наших ворот уже не было видно. Что происходило внутри кооператива, мы теперь узнаем только после возвращения. Именно для этого Элина там и оставалась старшей.

Артём встал за углом одноэтажки, откуда видел меня и часть улицы. Я вышел к краю проезда и посмотрел на дорогу. Молчуны, та самая стая из нескольких десятков тварей, приближались и шли метрах в семидесяти, растянувшись по улице.

Я показал Артёму палец, и тот включил звук. Сначала ничего не произошло. Потом ближайший молчун поднял голову. Второй повернулся почти одновременно. Через несколько секунд вся передняя часть группы начала медленно смещаться к нашему тупику.

Я отступил глубже во двор. Твари потянулись следом. Передние подошли к воротам слишком легко. Группа шла на источник почти ровно, никакой суеты вокруг не возникло. Я дождался, пока впереди окажутся четверо, и показал Артёму выключить колонку. Молчуны остановились, начали крутить головами, пытаясь поймать исчезнувший ориентир.

Павел прикрыл створку, оставив проход шириной чуть больше метра.

Я снова дал сигнал. Колонка заработала. Первый молчун пошёл внутрь, трое потянулись следом. Как только первый прошёл створку, я опустил ладонь. Артём выключил звук, а Павел сразу потянул ворота на себя.

— Давай!

Мы с Дмитрием бросили петли почти одновременно. Моя легла через плечо и затянулась поперёк груди, Дмитриева прихватила руки. Молчун рванулся вперёд, но мы потянули в разные стороны и свалили его на бетон.

Павел уже бежал от ворот. Дмитрий держал натянутую петлю, я прижал плечи твари к земле, а Павел натянул ей на голову мешок и закрепил его так, чтобы тот не слетел. После этого руки стянули за спиной, отдельно связали ноги.

Даже с закрытой головой молчун не успокоился и продолжал дёргаться при каждом звуке. Реакция была нормальной.

Мы втроём оттащили его к стене и пристегнули короткой верёвкой к металлической стойке. Только после этого Павел вернулся к воротам.

— Один, — сообщил Артём.

— Пока один, — поправил я. — Давай следующего.

Второй прошёл хуже. Петля Дмитрия с первого раза соскользнула, но я затянул свою верёвку и дёрнул в сторону, Дмитрий врезался в тварь плечом, после чего мы всё-таки свалили молчуна на бетон. Павел подоспел сразу после этого, и дальше уже обошлось без сюрпризов.

Третьего Павел задержал створкой чуть раньше, поэтому тот застрял в узком проходе и дал себя скрутить ещё быстрее.

К этому моменту мы уже начали чувствовать нужный момент. Артём включал колонку, передний молчун подходил к проходу, Павел пропускал его внутрь и сразу закрывал створку. Пока мы с Дмитрием вязали пойманного, звук молчал. Затем всё повторялось.

Артём выглянул из-за угла.

— Сорок три есть!

— Не спеши радоваться. Нам нужно ещё семь, — бросил я.

Четвёртый прошёл следом. Теперь мы уже приноровились: петля, рывок в сторону, тело на бетон, руки назад, ремень на ноги, мешок на голову и короткая привязь к стойке. Павел тащил готовых дальше от входа, освобождая место.

— Сорок четыре, — сообщил Артём и показал четыре пальца.

Я уже собирался дать ему сигнал на следующего, когда над краем двухэтажного склада мелькнуло лицо. Мужчина лежал за бетонным парапетом и высунулся ровно настолько, чтобы видеть наш двор. Расстояние было приличное, разглядеть черты я не мог, зато направление взгляда сомнений не оставляло.

Я сразу поднял руку. Артём замер возле пульта, Павел придержал створку, а Дмитрий проследил за моим взглядом и тоже заметил голову над крышей.

— Наши знакомые? — тихо спросил он, придвинувшись ко мне.

— Похоже на то, — ответил я и ещё несколько секунд смотрел на крышу. — Раз уж пришёл посмотреть, пусть смотрит. Нам ещё шесть штук нужны.

Дмитрий усмехнулся и вернулся к своей петле.

— Артём, следующего заводи, только быстрее, — распорядился я.

Колонка снова заработала. Передний молчун, стоявший возле разбитой легковушки, поднял голову и медленно двинулся к воротам. Следом потянулись ещё двое. Павел приоткрыл створку и встал так, чтобы одним движением захлопнуть проход.

Я следил сразу за молчуном и за крышей. Мужчина всё ещё оставался там. Видимо, решил разобраться, зачем нам понадобилось ловить тварей живьём, и пока уходить не собирался.

Очередной молчун добрался до проёма, зацепился плечом за створку и протиснулся внутрь. Я опустил ладонь, и Артём тут же выключил колонку. Павел рванул ворота на себя, отсекая двух остальных, а мы с Дмитрием уже пошли навстречу вошедшему. Тварь успела повернуться на лязг металла и рванула в сторону ворот.

— Левее его! — бросил я.

Дмитрий накинул петлю сверху и дёрнул к себе. Молчун качнулся, удержался на ногах и ухватился за верёвку. Я зашёл сбоку, закинул свою петлю ниже плеч и рванул. Тварь тяжело рухнула коленями на бетон.

Павел подоспел через пару секунд. Втроём мы уложили молчуна на живот, стянули руки, затем ноги. Мешок Артём передал из своей кучи, и Павел натянул его на голову уже связанной твари.

— Пять, — сказал Дмитрий, выпрямляясь. — Половина работы готова.

— Сорок пять всего, — поправил Артём и довольно хлопнул ладонью по корпусу выключенной колонки.

Я посмотрел на крышу. Человека там уже не было. Ещё несколько секунд назад он лежал за парапетом и наблюдал за каждым нашим движением. Теперь над крышей торчали только кусок вентиляционной трубы и ржавая антенна.

— Ушёл, — заметил Дмитрий.

Я подошёл к воротам и выглянул через решётку. Двое молчунов, которых мы только что отсекли, топтались метрах в десяти. Дальше по улице ещё несколько десятков тварей медленно бродили возле машин. Всё выглядело спокойно.

Именно это мне и не понравилось. Человек потратил время, чтобы найти нас, забрался на крышу, увидел, чем мы занимаемся, а потом вдруг решил, что насмотрелся. Для зэка с праздным любопытством слишком много труда.

— Павел, пока следующего не открывай, — сказал я. — Дим, посмотри улицу справа. Артём, колонку держи выключенной.

Дмитрий сместился вдоль стены и осторожно выглянул за створку. Павел продолжал стоять возле ворот, положив ладонь на металл.

— Чисто вроде, — сообщил Дмитрий через несколько секунд. — Молчуны ходят, людей не вижу.

— Подождём минуту.

Ждать пришлось меньше. Где-то совсем рядом коротко пискнула автомобильная сигнализация. Через секунду она сорвалась на полный вой. Звук ударил по двору сразу несколькими противными переливами, затем повторился снова.

Ближайший молчун дёрнул головой и развернулся почти на месте. Второй сделал то же самое. Через несколько секунд к сигнализации уже двигались все твари, которые стояли перед нашими воротами.

Я подошёл ближе к решётке.

Машина находилась метрах в двадцати пяти от въезда, чуть в стороне от улицы. Старый тёмный седан стоял возле кирпичной стены, аварийка мигала в одном ритме с сиреной. Вокруг него быстро собирались молчуны.

— Вот суки, — пробормотал Павел. — Всё, Серёг. Сюда мы теперь никого нормально не заведём.

— Пока похоже на то.

С дальнего перекрёстка показались ещё три фигуры. Они услышали сигнализацию и тоже повернули в нашу сторону. Следом вышел четвёртый молчун, потом ещё двое. Те, кто находился ближе, уже толпились вокруг машины и били руками по кузову, каждый раз заставляя сигнализацию заходиться с новой силой.

Артём выглянул из своего укрытия.

— Мою попробовать включить?

— Нет, — отрезал я. — Пока стой.

— Они же сейчас всех сюда соберут...

— Вижу, Тёма.

Дмитрий подошёл к воротам и посмотрел через прутья.

— Значит, тот на крыше специально нас срисовал. Теперь решили просто сорвать ловлю. Суки, по-другому и не скажешь, — он сплюнул на асфальт.

Сигнализация продолжала орать. Молчуны собирались возле неё всё плотнее. От автомобиля до наших ворот оставалось меньше тридцати метров, и часть тварей уже бродила прямо поперёк проезда.

Я ещё раз посмотрел на пустую крышу склада.

— Нет, Дим. Тут что-то другое.

— Почему?

— Если хотели сорвать ловлю, зачем ждать, пока мы пятерых свяжем? Они, похоже, увидели нас раньше.

Дмитрий нахмурился.

— Хотели понять, что мы делаем.

— Для этого достаточно было посмотреть пару минут. А тот сидел до последнего и ушёл прямо перед сигнализацией.

Павел обернулся от ворот.

— Думаешь, ещё что-то готовят?

Я посмотрел в дальний конец двора. Узкая калитка между стеной склада и бетонным забором отсюда была почти скрыта за кучей старых поддонов. Полчаса назад я сам её открывал и смотрел соседний проезд.

— Проверь задний выход, — распорядился я.

Павел сразу понял, о чём я говорю.

— Сейчас.

Он бросил створку Дмитрию и быстрым шагом пошёл вдоль стены. Через несколько секунд скрылся за поддонами.

Я остался возле ворот. Молчунов перед нами становилось всё больше. Несколько уже отошли от машины и бесцельно крутились по дороге, однако далеко от источника шума пока никто не уходил. Сигнализация снова взвыла, когда одна из тварей навалилась на капот.

— Сергей, если так пойдёт, тут через пять минут штук двести будет... — растерянно прошептал он.

— Может, им столько и нужно, — сухо ответил я.

Парень посмотрел на меня и сразу перестал улыбаться.

Из дальнего конца двора раздался металлический лязг. Затем Павел выругался. Через несколько секунд он появился из-за поддонов и пошёл обратно значительно быстрее.

— Серёг, закрыто! Снаружи на калитку цепь накинули!

Дмитрий отпустил створку и резко повернулся к нему.

— Когда успели?

— Пока мы здесь развлекались. Там ещё трубу просунули между решёткой и стеной. Я дёрнул пару раз, она даже на сантиметр не сдвинулась...

Я пошёл к задней части двора сам. Павел двинулся следом, по дороге объясняя крепление. Калитка действительно стояла намертво. Через металлическую решётку хорошо просматривалась толстая цепь, которую кто-то дважды обернул вокруг наружной стойки. Ниже между прутьями и кирпичным выступом была просунута стальная труба. Конец уходил за стену, добраться до него с нашей стороны было невозможно.

Я потянул створку на себя. Железо звякнуло, но не пошло.

— Весело, — произнёс Дмитрий у меня за плечом. — Значит, пока мы пятого вязали, кто-то сюда уже заходил.

Павел присел возле нижней петли и осмотрел крепление.

— Можно попробовать снять створку, но инструмент нужен. Болгарка вообще была бы праздником.

— Сколько уйдёт времени, чтобы открыть? — уточнил я.

— Если повезёт, минут пятнадцать, — Паша задумчиво почесал затылок и уточнил. — Скорее больше. Трубу придётся как-то вытаскивать...

Я вернулся к воротам. Теперь картина складывалась куда лучше. Человек на крыше смотрел, пока мы все четверо оставались внутри. Другой в это время обошёл тупик и закрыл калитку. После этого возле главного выхода включили сигнализацию.

— Нас закрыли, — сказал Дмитрий, догнав меня. — Что будем делать?

Перед воротами уже ходили десятки молчунов. Часть стояла вокруг машины, остальные растянулись по дороге. Выйти через них вчетвером ещё можно было попробовать, если сразу открыть огонь и побежать. Только после первых выстрелов сюда подтянулось бы ещё больше тварей, а связанные пятеро остались бы за спиной.

Автомобильная сигнализация вдруг оборвалась. После нескольких минут непрерывного воя тишина показалась почти странной. Молчуны возле машины ещё некоторое время продолжали толкаться вокруг кузова, затем начали медленно крутить головами. Несколько тварей пошли вдоль улицы, остальные остались на месте.

Павел посмотрел на машину.

— Сдохла?

— Вряд ли, — я медленно покачал головой.

— Почему?

— Потому что им больше не надо.

Я положил руку на металлическую створку и посмотрел на молчунов за ней. Сигнализация уже сделала всё, ради чего её включили. Она собрала тварей к единственному выходу, которым мы могли воспользоваться быстро.

Дмитрий тоже это понял.

— Нас тут оставить решили, — растерянно прошептал он.

— Именно.

Он посмотрел в сторону закрытой калитки.

— Тогда вопрос, зачем им понадобилось столько возни.

Ответ пришёл со стороны нашего кооператива. Первый выстрел донёсся глухо, будто кто-то хлопнул тяжёлой дверью где-то между рядами гаражей. Через несколько секунд прозвучал второй. Потом сразу три подряд…

Глава 7

Теперь объяснять происходящее никому не требовалось. Зэки дождались момента, когда я увёл Дмитрия, Павла и Артёма. Потом перекрыли нам запасной выход, собрали молчунов возле главного и оставили разбираться с этой проблемой. В это же время их основная группа пошла к кооперативу.

Я посмотрел на улицу, где между нами и гаражами бродили десятки молчунов. Со стороны кооператива снова донеслась стрельба. Теперь там отвечали уже с разных точек, и по звуку было ясно, что люди внутри кооператива сидеть сложа руки не собирались.

Молчуны после выключения сигнализации ещё несколько секунд толкались возле машины, потом начали останавливаться, шаркать по асфальту и поворачивать головы в поисках исчезнувшего звука. На выстрелы они пока что реагировали вяло…

Я подошёл к воротам и взялся рукой за холодный прут решётки. Перед выездом часть тварей стояла прямо поперёк проезда.

— Всё, — сказал я. — Сигнализация своё отработала, дальше им достаточно оставить эту компанию у наших ворот. Выстрелы они почти не слышат.

Дмитрий посмотрел на молчунов, а потом через плечо глянул на самый дальний конец тупика.

— Значит, эти уроды нас сюда специально закрыли?! — процедил он.

Я кивнул и ещё раз оглядел улицу, потому что одной ловлей молчунов такая подготовка уже точно не объяснялась.

Со стороны кооператива продолжали доноситься глухие выстрелы.

Я уже шёл к дальней калитке и на ходу бросил Павлу:

— Посмотри крепление ещё раз. Мне нужен самый быстрый способ открыть проход.

Павел опередил меня, присел возле створки и просунул руку между прутьями настолько далеко, насколько позволяла решётка. Снаружи звякнула цепь, потом металлическая труба глухо ударилась о кирпич.

— Два оборота вокруг стойки, — прошептал он, словно резюмируя для себя нехитрую, но довольно прочную конструкцию. — Трубу ещё пропустили поперёк и упёрли с той стороны, руками отсюда её нормально не достать.

Я указал на петли, и Павел сразу понял вопрос. Он поднялся, ухватился за верхний край калитки и несколько раз резко дёрнул створку на себя; железо заскрипело, верхняя петля чуть сдвинулась, но проход остался закрытым.

— Выломаем, только минут пятнадцать здесь оставим, — оценил Павел. — Может, и больше… вообще не идёт, Сергей!

Со стороны кооператива снова прошла очередь, почти сразу ей ответили несколькими одиночными. Дмитрий повернулся ко мне.

— Серёг, пятнадцати минут у нас нет. Открываем главные ворота, пробиваемся через молчунов и возвращаемся.

Я дошёл до въезда и ещё раз посмотрел, сколько тварей осталось рядом со створками. Ближайшие ходили метрах в десяти...

Всё бы ничего, и пробиться действительно можно было. Вот только в конце улицы я заметил грузовик зэков. Стоял он явно не просто так: в кузове было сделано откидное окно, и оттуда смотрело чёрное дуло ствола. А ещё машина оказалась почти напротив того самого старого фургона, за которым Артём спрятал резервную колонку.

Задумка зэков считывалась мгновенно. Если мы пойдём на пролом — эти уроды откроют огонь.

— Откроем ворота сейчас, весь этот табун повернёт на скрип и шаги, — пояснил я. — Стрелять начнём прямо отсюда, и тогда выход окончательно забьётся…

— Ты не понял, Сергей! — перебил Дмитрий, всматриваясь поверх решётки в сторону кооператива. — Там наших уже давят, там моя семья…

Он было вскинул автомат, но я опередил мужика и схватил его за плечо.

— Нет, это ты, похоже, не понял, — грубо осадил я Дмитрия. — Сюда посмотри.

И я указал пальцем на грузовик в конце улицы. Дмитрий посмотрел и, сразу увидев грузовик, нахмурился. Объяснять тут ничего не требовалось.

— Там Элина, Семён Ильич, Ломов, Антенна и остальные. Они продержатся, а мы сейчас сделаем кое-что другое.

Дмитрий помрачнел, однако спор продолжать не стал. Артём всё это время стоял чуть в стороне с брелоком в руке, сжимая его в кулаке. Я сразу повернулся к улице и мысленно прикинул расстояние до старого фургона.

— Достанешь отсюда брелоком до второй колонки? — спросил я.

Артём посмотрел на брелок.

— Да…

— Тогда хватит любоваться, запускай, — сказал я и снова подошёл к воротам.

— Сейчас?

— Сейчас же!

Артём тотчас поднял брелок выше и нажал кнопку. Какое-то мгновение мне показалось, что ни черта не сработает. А потом из динамика донёсся звук, после чего мы несколько секунд просто смотрели на молчунов за решёткой.

Первым отреагировал тот, что стоял дальше остальных возле перевёрнутого мусорного контейнера. Он поднял голову, повернулся вверх по улице и сделал несколько медленных шагов, а через пару секунд следом двинулся ещё один.

— Поймала, — обрадовался Павел.

Движение на улице стало меняться: сначала повернулись ещё три твари, затем к ним присоединились две возле машины, после чего вся дальняя половина группы медленно потянулась вверх по проезду. Аккурат к грузовику зэков…

Ближние молчуны уходили хуже. Один продолжал стоять почти напротив ворот, второй бродил чуть поодаль, ещё двое крутились у стены и реагировали сразу на несколько случайных звуков вокруг.

Со стороны кооператива снова ударил автомат, и Дмитрий шагнул к створке.

— Сейчас уже пройдём, Серёг. Справа коридор есть.

Я поймал его за плечо и удержал на месте.

— Ещё рано, — отрезал я.

И не успел я договорить, как со стороны грузовика застрочил автомат. Очередь ударила почти в самой гуще молчунов, совсем не так, как далёкие выстрелы со стороны кооператива.

Зэки, которые были поставлены стеречь нас, будучи полностью уверены, что загнали нас в капкан, теперь оказались в ловушке сами. Не рой яму другому — сам же в неё и попадёшь.

Уехать у них теперь тоже было непросто. Звук резервной колонки, которую Артём оставил за остовом старого фургона всего метрах в десяти от грузовика зэков, стянул к машине уже добрую сотню тварей, и новые всё ещё подходили с улицы.

Молчуны возле ворот тоже среагировали на выстрелы. Начали разворачиваться и пошли вслед за остальными к грузовику. Павел уже держался за створку.

— Теперь открываю?

Я подождал, пока последний из ближних отойдёт ещё метров на десять. Свободная полоса вдоль стены наконец протянулась от наших ворот до ближайшего поворота, и тогда я кивнул Павлу.

— Открывай. Артём, идёшь сразу за мной, ты следом, Дима замыкает.

Павел осторожно потянул створку на себя, стараясь удерживать металл от лишнего скрипа. Несколько молчунов впереди повернули головы, однако резервная колонка продолжала работать, и через секунду они снова двинулись вверх по улице.

Я вышел первым и сразу сместился к стене, оставляя проход остальным.

— Выходим, — сказал я, следя за ближайшей тварью.

Артём проскользнул следом, продолжая держать брелок в руке, за ним вышел Павел. Дмитрий последним подтянул створку, и в этот момент один из молчунов остановился и начал разворачивать голову на металлический скрип.

Я поднял ладонь, удерживая остальных от резких движений. Молчун постоял несколько секунд, снова повернулся вверх по улице и пошёл за остальными.

Пятерых связанных молчунов пришлось оставить во дворе. Верёвки держали крепко, каждого Павел дополнительно притянул к отдельной стойке, после чего закрыл створку и проверил цепь.

— Теперь пошли, — сказал я.

За гаражами снова загремели выстрелы, и на этот раз мы уже прибавили шаг, оставляя тупик за спиной. Молчуны тем временем подошли вплотную к грузовику. Звук из нашего резервного динамика работал исправно, стягивая к себе тварей. А вот зэки, которые сидели внутри грузовика, быстро сообразили, что выстрелы переключают внимание тварей на их автомобиль и ничем хорошим это не закончится. Поэтому перестали стрелять и даже закрыли лючок в кузове, по сути запершись внутри.

И вот это мне нравилось куда больше. Такая корова… ну, в смысле их грузовик нам сейчас был ой как нужен.

— Вырубай колонку, — велел я Артёму.

Тот покосился на меня, но спрашивать ничего не стал и сразу выключил звук.

— Сергей, зачем…

Дима уже было хотел возмутиться, но замолчал. Зачем — было видно и так без лишних слов. Как только звук из колонки перестал звучать, молчуны мигом остановились. И остановились они как раз вокруг грузовика зэков. Теперь выбраться отсюда с ходу у них точно не получалось. Добрая сотня тварей толкалась вокруг грузовика, перекрывая ему дорогу, а нормально разогнаться среди брошенных машин было негде. Попробуй стрелять — и даже если зэкам хватит патронов, молчуны доберутся до их глоток куда быстрее, чем последняя тварь упадёт с простреленной башкой.

Капкан захлопнулся.

Стрельба со стороны кооператива снова прокатилась между гаражами, и мы прибавили шаг. До следующего перекрёстка мы дошли быстро.

— Сбоку зайдём, — бросил я. — Сначала посмотрим, откуда они работают и сколько их.

Бой шёл у ворот. Люди Кривцова растянулись по проезду, укрываясь за машинами, ещё несколько держались вдоль стен и короткими очередями били в сторону ворот.

Наши отвечали реже. Стреляли с нескольких точек, причём каждый раз после пары выстрелов человек уходил из проёма или менял положение.

Один из зэков попытался перебежать к следующей машине, и почти сразу со стороны кооператива прозвучали два выстрела. Мужчина резко присел, нырнул за столб и больше оттуда уже не высовывался.

За спинами нападавших оставался свободный выход на соседнюю улицу, дальше начинались дворы и тот самый тупик, где остались молчуны и окружённый ими грузовик.

— Вот туда они и будут уходить, если прижмёт, — прошептал Дмитрий и повернул голову ко мне. — Замочим их, Сергей? Сзади, а?!

— Стрелять им в спину смысла мало, — я медленно покачал головой. — Не хочу рисковать и привлекать сюда молчунов от грузовика.

— А как тогда? — Дмитрий смотрел на людей Кривцова.

Они по-прежнему держали ворота кооператива под огнём и совершенно не интересовались тем, что происходило у них за спиной. Я видел, как у Дмитрия ходят желваки на скулах — ещё бы, за воротами была его семья.

Я ещё раз оценил расстояния и позиции. Зэки растянулись вдоль проезда, скрываясь за любыми укрытиями. При этом грузовик поддержки остался далеко позади и сейчас был окружён молчунами, а свободная улица за спиной нападавших выводила прямо к нам.

— Возьмём живыми, — решил я. — Дим, видишь мужика за белой машиной, который высовывается с левой стороны?

— Вижу, хорошо видно, — Дмитрий сразу поднял автомат и прижал приклад к плечу.