
Полная версия:
Лаборатория и система: феноменология Гуссерля. Том II. Система и метаобоснование
Связь с ядром Части I. Различение «сознание-функция / сознание-данность» (4.7) работает уже на уровне резюме: исторические системы схватывают данность (мир, знание, истину), но не схватывают функцию (конституирующую жизнь сознания), которая эту данность производит. Различение «два смысла начала» (4.1, 7.7, 8.7, 9.3) показывает, что «Философия Первая» — исток феноменологии, а «Идеи I» — её предел. Без этих различений резюме было бы плоским пересказом, а не картой генетического ядра; с ними оно становится картой, которая показывает, что «Философия Первая» — не дополнение к «Идеям I», а их историческое обоснование, без которого они оставались бы схемой.
ЧАСТЬ I. «ИДЕИ I»: ВЕРТИКАЛЬ ОБОСНОВАНИЯ
Вводная к Части I. Вертикаль обоснования и её предпосылки.
«Идеи I» (Husserliana III/1) — это не просто «первая книга» трилогии. Это систематическое ядро всего корпуса, та вертикаль, которая задаёт измерение обоснования для всех остальных томов. Если Том I был «лабораторией», в которой перевод проверялся на низшем уровне опыта (время, восприятие, пассивный синтез), то «Идеи I» — это система, которая должна показать, как из этого опыта строится наука о чистом сознании. Однако эта система не висит в воздухе. Она, как было показано в Части 0-II, имеет историческое обоснование («Философия Первая») и, как было показано в Томе I, имеет генетическое ядро (Husserliana X). Задача этой части — проследить, как «Идеи I» выстраивают вертикаль обоснования: от естественной установки через эпохе к чистому сознанию и трансцендентальному идеализму, и показать, где эта вертикаль опирается на генетическое ядро, а где — очерчивает свои собственные границы.
Немецкий оригинал, с которым мы работаем, даёт нам не только текст, но и его структуру. Мы видим, что «Идеи I» состоят из четырёх разделов: «Сущность и сущностное познание» (Wesen und Wesenserkenntnis), «Феноменологическая фундаментальная рефлексия» (Die phänomenologische Fundamentalbetrachtung), «К методологии и проблематике чистой феноменологии» (Zur Methodik und Problematik der reinen Phänomenologie) и «Разум и действительность» (Vernunft und Wirklichkeit). Эта структура не случайна. Она отражает движение мысли Гуссерля: от различения факта и сущности (первый раздел) через методическое восхождение к чистому сознанию (второй раздел) к описанию его структур (третий раздел) и, наконец, к проблеме разума и действительности (четвёртый раздел).
Наша задача в этой части — не пересказать «Идеи I» по разделам, а реконструировать вертикаль обоснования. Это значит, что мы должны показать, как каждый шаг аргументации Гуссерля (эйдетическая редукция, эпохе, учение о ноззисе и нозме, трансцендентальный идеализм) опирается на предыдущий и как он проверяется на предельных случаях (апория саморефлексии, «бессознательное сознание», проблема начала). Мы будем двигаться от общего замысла (Глава 1) через категориальную сетку (Глава 2) к пошаговой реконструкции аргумента (Глава 3) и типам аргументов (Глава 4), чтобы затем очертить критические точки напряжения (Глава 5) и подвести итог (Глава 6).
Здесь важно зафиксировать трёхслойный статус этой части, как он был определён в Предисловии к Тому II. Первый слой — перевод: все цитаты из «Идей I» даны по авторскому опубликованному переводу Husserliana III/1 на «Литрес»; ссылки на немецкие параграфы сохранены как указатели на структуру оригинала, но источником цитаты является перевод. Второй слой — реконструкция: изложение хода мысли Гуссерля (эйдетическая редукция, эпохе, ноззис и нозма, трансцендентальный идеализм) опирается на перевод и проверяет его на предельных случаях — апория саморефлексии, «бессознательное сознание», проблема начала, границы метода. Третий слой — авторские различения: различения, введённые в Томе I («сознание-функция / сознание-данность», «два смысла начала», «сжатие и временная перспектива», «пассивный синтез как функция / как данность»), применяются здесь к систематическому материалу «Идей I». Эти различения не являются цитатами, но и не являются «чужими»: они возникли из анализа того, что в переводах остаётся на периферии, и теперь проверяются на систематическом материале.
Наконец, эта часть имеет свою арку, которая встраивается в общую арку Тома II. Если полная арка Тома II идёт от «Философии Первой» через «Идеи I», «Идеи II» и «Идеи III» к «Кризису» и авторскому послесловию 1931 года, то арка Части I — это вертикаль обоснования: от естественной установки через эпохе к чистому сознанию и трансцендентальному идеализму. Каждое звено этой арки — не «добавка» к предыдущему, а проверка его на предельных случаях: эйдетическая редукция проверяется на отношении факта и сущности; эпохе — на апории саморефлексии; учение о ноззисе и нозме — на проблеме «бессознательного сознания»; трансцендентальный идеализм — на проблеме начала и на границах метода. Без этой арки «Идеи I» оставались бы «набором описаний»; с ней они становятся тем, чем они и являются: вертикалью обоснования, которая проверяет себя на предельных случаях и очерчивает свои границы.
Глава 1. Общая стратегия аргументации «Идей I».
Вводная. «Идеи I» — это не «система» в смысле готовой философской доктрины, которую можно изложить в виде набора догм. Это стратегия аргументации, методическое восхождение, которое имеет свою логику и свои пределы. Чтобы понять эту стратегию, нужно ответить на три вопроса: в чём состоит многоступенчатое методическое восхождение (1.1), каков ключевой приём аргументации — reductio ad countersensum (1.2) и какова логическая последовательность шагов (1.3). Ответ на эти вопросы задаёт архитектуру не только настоящей главы, но и всей Части I: без понимания стратегии отдельные шаги аргументации (эпохе, ноззис/нозма, трансцендентальный идеализм) выглядели бы как произвольные «ходы», а не как необходимые этапы единого метода.
1.1. Многоступенчатое методическое восхождение.
Что это. «Идеи I» начинаются не с определения сознания и не с постулатов феноменологии. Они начинаются с естественной установки — с мира, который «есть сейчас, был прежде и будет в будущем» (Hua III/1, § 27). Гуссерль описывает этот мир как мир естественного опыта, в который мы сами вписаны как центры отнесения. Но это описание — не цель, а отправная точка. Метод «Идей I» состоит в том, чтобы последовательно изменить установку: от естественной к эйдетической (через различение факта и сущности), от эйдетической к феноменологической (через эпохе и редукцию), от феноменологической к трансцендентальной (через учение о ноззисе и нозме и конституировании). Это восхождение многоступенчато: каждая ступень не отменяет предыдущую, а снимает её — сохраняет как момент, но переводит в новое измерение.
Гуссерль формулирует это так: «Мы начнём с естественной установки, с мира, как он противостоит нам, с сознания, как оно предлагает себя в психологическом опыте, и обнажим его сущностные предпосылки. Затем мы выработаем метод феноменологических редукций, в соответствии с которым мы устраним ограничения познания, принадлежащие к сущности всякого естественного способа исследования, сможем отклонить одностороннее направление взгляда, свойственное ему, пока, наконец, не обретём свободный горизонт трансцендентально очищенных феноменов» (Hua III/1, Einleitung, S. 3). Это описание — не «план», а самоописание метода. Гуссерль не говорит: «сначала сделаем это, потом то». Он показывает, что каждая ступень требует следующей, потому что естественная установка содержит в себе предпосылки, которые она сама не может обосновать.
Почему это не «дедукция» и не «конструирование». Многоступенчатое восхождение не является дедукцией из аксиом и не является конструированием понятий. Это дескриптивное прослеживание (описанное в Томе I, 10.3): мы начинаем с того, что дано, и показываем, какие структуры должны быть предположены, чтобы это данное было возможно. Гуссерль прямо говорит: «Мы не желаем изучать обсуждаемые предметы опосредованно, на основе того, что другие говорят о них, но хотим приблизиться к ним самим и позволить им наставлять нас» (Hua III/1, § 2, S. 8). Это значит, что каждая ступень восхождения проверяется на очевидности: если мы не можем усмотреть, что данная структура действительно необходима для возможности опыта, то мы не имеем права её постулировать.
Что именно «многоступенчато». Ступеней не две и не три, а по меньшей мере четыре, и каждая имеет свою функцию. Первая ступень — различение факта и сущности (Раздел I): без него эйдетическое познание выглядело бы как «платонизм», а не как метод. Вторая ступень — эпохе и феноменологическая редукция (Раздел II): без неё естественная установка оставалась бы непрозрачной для себя самой. Третья ступень — описание структур чистого сознания, ноззиса и нозмы, гиле-морфе (Раздел III): без него «чистое сознание» оставалось бы пустым словом. Четвёртая ступень — проблема разума и действительности (Раздел IV): без неё структуры сознания оставались бы «описанием», а не «обоснованием». Каждая ступень предполагает предыдущую и обосновывает последующую; вместе они образуют вертикаль.
Связь с ядром Части I. Многоступенчатое восхождение — это вертикаль обоснования в действии. Естественная установка соответствует «данности» (мир как он является); эпохе и редукция — это переход от данности к «функции» (конституирующей жизни сознания). Это различение «функция/данность» (4.7) работает уже на уровне метода: каждая ступень восхождения — это переход от одной данности к другой, более фундаментальной, которая конституирует предыдущую. Без этого различения восхождение выглядело бы как «смена точек зрения», а не как обоснование.
Следствие. Читатель, прошедший «Идеи I» с этим принципом, увидит, что том не «излагает» феноменологию, а строит её как методическое восхождение. Каждая ступень — это не «догма», а «шаг», который проверяется на очевидности и который может быть пересмотрен, если обнаружится, что он не обосновывает то, что должен.
1.2. Ключевой приём: reductio ad countersensum.
Что это. Ключевой приём аргументации «Идей I» — это не прямое доказательство тезиса, а reductio ad countersensum: сведение к противоречию (или к «противосмыслу», Widersinn). Гуссерль не столько доказывает, что естественная установка «ложна», сколько показывает, что отрицание феноменологических различений ведёт к бессмыслице. Этот приём особенно важен в критике эмпиризма и натурализма (Раздел I, Глава 2), где Гуссерль показывает, что отрицание эйдетического познания (познания сущностей) само предполагает эйдетическое познание.
Гуссерль формулирует это так: «Скептицизм, — который в своих аргументациях имплицитно, как условия возможности их значимости, предполагает именно то, что он отрицает в своих тезисах, — обнаруживает себя через принципиальный противо-смысл» (Hua III/1, § 79, S. 873). Это не «психологическое» опровержение скептика (он «противоречит себе»), а феноменологическое: мы показываем, что тезис скептика не может быть дан в опыте, потому что он требует того, что сам отрицает. Например, эмпирист утверждает, что всё знание происходит из опыта. Но сам этот тезис не может быть дан в опыте: он является всеобщим (unbedingt allgemein), а опыт даёт только единичное. Следовательно, эмпирист, отрицая эйдетическое познание, пользуется им, чтобы сформулировать свой тезис. Это и есть reductio ad countersensum.
Почему это не «логическое опровержение». Reductio ad countersensum не является логическим опровержением в смысле формальной логики. Оно не показывает, что тезис «противоречив» (A и не-A). Оно показывает, что тезис не может быть дан (nicht gegeben werden kann) в том опыте, который он сам предполагает. Это различие важно: логическое противоречие — это формальная ошибка; «противосмысл» — это несовместимость с условиями данности. Гуссерль говорит: «Противосмысл» (Widersinn) — это не «логическое противоречие» (Widerspruch), а «нечто, что не может быть дано в опыте» (Hua III/1, § 79). Это различие — ключ к пониманию того, почему феноменология не является «формальной логикой»: она исследует не формальные условия непротиворечивости, а условия данности.
Как это работает в «Идеях I». Приём работает в трёх местах, и в каждом — по-своему. Во-первых, в критике эмпиризма (Раздел I, Глава 2): эмпирист отрицает «идеи» и «сущности», но сам тезис «всё знание происходит из опыта» является всеобщим и необходимым, то есть эйдетическим. Отрицание эйдетического познания ведёт к противо-смыслу, потому что оно использует эйдетическое познание. Во-вторых, в обосновании эпохе (Раздел II): отрицание эпохе (то есть утверждение, что мир дан «сам по себе», независимо от сознания) ведёт к противо-смыслу, потому что «мир» как данность уже предполагает конституирующую жизнь сознания. В-третьих, в обосновании трансцендентального идеализма (Раздел IV): отрицание идеализма (то есть утверждение, что сознание есть «вещь среди вещей») ведёт к противо-смыслу, потому что «вещь» уже предполагает сознание, в котором она дана. Во всех трёх случаях reductio ad countersensum — это не «доказательство» тезиса, а очерчивание границы: тезис, который отрицает феноменологическое различение, не может быть дан в опыте, потому что он требует того, что отрицает.
Связь с ядром Части I. Reductio ad countersensum — это проверка на предельных случаях. Мы не просто «принимаем» феноменологические различения (факт/сущность, имманентное/трансцендентное), а проверяем их, показывая, что их отрицание ведёт к бессмыслице. Это соответствует логике Тома I: триада (4) проверяется через апорию саморефлексии (6.3), двойная интенциональность (6) — через «бессознательное сознание» (9.2). В «Идеях I» этот приём работает на уровне метода: каждая ступень восхождения проверяется через reductio ad countersensum. Если отрицание данной ступени ведёт к противо-смыслу, то эта ступень необходима.
Следствие. Читатель, прошедший «Идеи I» с этим принципом, увидит, что аргументация Гуссерля — это не «догматическое утверждение» феноменологии, а критика её отрицаний. Феноменология не «постулирует» сущности; она показывает, что отрицание сущностей ведёт к бессмыслице. Это не «доказательство» в смысле формальной логики, а феноменологическое обоснование.
1.3. Логическая последовательность шагов.
Что это. Логическая последовательность шагов в «Идеях I» — это не «линейная цепь» дедукций, а арка, которая движется от общего к конкретному и от простого к сложному. Гуссерль начинает с различения факта и сущности (Раздел I), затем переходит к методическому восхождению от естественной установки к чистому сознанию (Раздел II), затем описывает структуры чистого сознания (Раздел III) и, наконец, ставит проблему разума и действительности (Раздел IV). Эта последовательность не случайна: каждый раздел предполагает предыдущий и обосновывает последующий.
Гуссерль формулирует это так: «В первом разделе мы займёмся различением факта и сущности и обоснованием права эйдетического познания. Во втором разделе мы осуществим феноменологическую редукцию и обретём чистое сознание как феноменологический остаток. В третьем разделе мы опишем всеобщие структуры чистого сознания. В четвёртом разделе мы поставим проблему разума и действительности» (Hua III/1, Einleitung, S. 5). Это описание — не «оглавление», а логика обоснования: различение факта и сущности необходимо, чтобы обосновать право эйдетического познания; эпохе необходимо, чтобы обрести чистое сознание; описание структур необходимо, чтобы поставить проблему разума.
Почему это не «линейная дедукция». Последовательность шагов не является линейной дедукцией, потому что каждый шаг возвращается к предыдущему и проверяет его. Например, эпохе (Раздел II) возвращается к различению факта и сущности (Раздел I) и показывает, что это различение работает не только на уровне «сущностей», но и на уровне «чистого сознания». Описание структур (Раздел III) возвращается к эпохе и показывает, что структуры (ноззис/нозма, гиле-морфе) возможны только благодаря эпохе. Проблема разума (Раздел IV) возвращается к описанию структур и показывает, что структуры (ноззис/нозма) возможны только благодаря конституированию. Это не «линейная цепь», а спираль: каждый шаг возвращается к предыдущему на новом уровне.
Что именно «возвращается». Важно зафиксировать, что именно возвращается на каждом шаге. Первый шаг (Раздел I) вводит различение факта и сущности и обосновывает право эйдетического познания. Второй шаг (Раздел II) возвращается к этому различению, но уже на уровне «чистого сознания»: эпохе показывает, что различение факта и сущности работает не только в «мире», но и в «сознании». Третий шаг (Раздел III) возвращается к эпохе, но уже на уровне «структур»: ноззис и нозма, гиле-морфе — это структуры, которые возможны только потому, что эпохе «очистило» сознание от естественной установки. Четвёртый шаг (Раздел IV) возвращается к структурам, но уже на уровне «конституирования»: проблема разума и действительности показывает, что структуры (ноззис/нозма) возможны только потому, что они конституируют предметность. Каждый шаг не «добавляется» к предыдущему, а проверяет его на новом уровне.
Связь с ядром Части I. Логическая последовательность шагов — это вертикаль обоснования в её внутренней структуре. Она соответствует трём уровням системы: вертикаль (обоснование), горизонталь (конституирование) и метауровень (обоснование наук), описанным во вводной к Тому II. «Идеи I» — это вертикаль: от естественной установки к чистому сознанию. Но эта вертикаль не изолирована: она предполагает горизонталь («Идеи II») и метауровень («Идеи III»). Без этого различения последовательность шагов выглядела бы как «изолированная система», а не как часть архитектуры.
Следствие. Читатель, прошедший «Идеи I» с этим принципом, увидит, что логическая последовательность шагов — это не «линейный прогресс», а спираль, в которой каждый шаг возвращается к предыдущему и проверяет его. Это значит, что «Идеи I» нельзя читать «один раз»; их нужно читать как процесс, в котором каждый раздел предполагает перечитывание предыдущего.
Глава 2. Категориально-понятийная несущая конструкция «Идей I».
Вводная. «Идеи I» держатся не на «системе» и не на «догмах», а на категориально-понятийной несущей конструкции: на системе базовых осей (2.1), на вертикали обоснования (2.2), на горизонтали конституирования (2.3) и на временной структуре (2.4). Без этой конструкции отдельные шаги аргументации (эпохе, ноззис/нозма, трансцендентальный идеализм) выглядели бы как «произвольные ходы», а не как необходимые этапы единого метода. Чтобы понять эту конструкцию, нужно ответить на четыре вопроса: каковы базовые оси (2.1), какова вертикаль обоснования (2.2), какова горизонталь конституирования (2.3) и какова временная структура (2.4). Ответ на эти вопросы задаёт архитектуру не только настоящей главы, но и всей Части I: без понимания конструкции отдельные понятия «Идей I» (ноззис, нозма, гиле-морфе, интенциональность) оставались бы «терминами», а не «несущими опорами» системы.
2.1. Базовые оси.
Что это. Базовые оси «Идей I» — это фундаментальные различения, которые пронизывают весь текст и которые определяют его архитектуру. Мы выделяем четыре оси: (1) факт/сущность (Tatsache/Wesen), (2) естественная установка/феноменологическая установка (natürliche Einstellung/phänomenologische Einstellung), (3) имманентное/трансцендентное (Immanenz/Transzendenz), (4) ноззис/нозма (Noesis/Noema). Эти оси не являются «темами» отдельных разделов; они являются сквозными различениями, которые работают на всех уровнях системы.
Гуссерль формулирует первую ось так: «Индивидуальное бытие любого рода есть, вообще говоря, случайное. Оно есть так, оно могло бы по своему существу быть иным. ... Но смысл этой случайности, которая называется фактичностью, ограничен тем, что она коррелятивно соотнесена с необходимостью, которая не означает лишь фактическое существование значимого правила соединения пространственно-временных фактов, но имеет характер сущностной необходимости и тем самым связь с сущностной всеобщностью» (Hua III/1, § 2, S. 9). Это различение факта и сущности — первая ось: факт «случаен» (zufällig), сущность «необходима» (notwendig). Но факт не может быть помыслен без сущности: чтобы помыслить факт как «случайный», нужно уже иметь сущность, которая определяет, что значит «быть иным».
Вторая ось — естественная установка/феноменологическая установка — формулируется так: «В естественной установке духа перед нашими глазами предстоит существующий мир, бесконечно простирающийся в пространстве, мир, который есть сейчас, был прежде и будет в будущем» (Hua III/1, § 27, S. 48). Это описание естественной установки. Феноменологическая установка, напротив, «заключает в скобки» (einklammern) этот мир, чтобы обрести «чистое сознание» как «феноменологический остаток» (phänomenologisches Residuum). Это не «отрицание» мира, а различие установок: мир как «данность» (естественная установка) и мир как «коррелят сознания» (феноменологическая установка).
Третья ось — имманентное/трансцендентное — формулируется так: «Под имманентно направленными актами, говоря более обще, под имманентно соотнесёнными интенциональными переживаниями мы понимаем такие, к сущности которых относится то, что их интенциональные предметы, если они вообще существуют, принадлежат к тому же самому потоку переживаний, что и они сами» (Hua III/1, § 38, S. 68). Это различение имманентного и трансцендентного: имманентное дано в том же потоке переживаний, что и акт; трансцендентное — вне его. Это различение — основа учения о редукции: имманентное абсолютно достоверно, трансцендентное — только «презумптивно».
Четвёртая ось — ноззис/нозма — формулируется так: «Каждое интенциональное переживание есть, благодаря своим нозтическим моментам, именно нозтическим; его сущность состоит в том, чтобы таить в себе так называемый смысл и, возможно, многократный смысл, и на основании этих смыслополаганий и вместе с ними осуществлять дальнейшие свершения, которые становятся осмысленными благодаря им» (Hua III/1, § 88, S. 181). Это различение ноззиса (акта) и нозмы (смысла): ноззис — это сторона акта, нозма — сторона предметного коррелята. Это различение — основа описания структур чистого сознания (Раздел III).
Почему это «оси», а не «темы». Эти четыре различения не являются «темами» отдельных разделов. Они работают сквозь все разделы: различение факта и сущности (Раздел I) возвращается в эпохе (Раздел II) и в описании структур (Раздел III); различение естественной и феноменологической установки (Раздел II) возвращается в описании структур (Раздел III) и в проблеме разума (Раздел IV); различение имманентного и трансцендентного (Раздел II) возвращается в описании структур (Раздел III) и в проблеме конституирования (Раздел IV); различение ноззиса и нозмы (Раздел III) возвращается в проблеме разума (Раздел IV). Каждая ось — это несущая опора, без которой конструкция рассыпалась бы.
Связь с ядром Части I. Базовые оси — это несущая конструкция вертикали обоснования. Они соответствуют различениям, введённым в Томе I: «сознание-функция / сознание-данность» (4.7) — это частный случай различения ноззиса и нозмы; «два смысла начала» (4.1, 7.7, 8.7, 9.3) — это частный случай различения факта и сущности; «сжатие и временная перспектива» (4.6, 5.6, 6.8, 7.5, 8.4) — это частный случай различения имманентного и трансцендентного. Без этих различений базовые оси «Идей I» выглядели бы как «абстрактные понятия», а не как несущие опоры.

