Две стороны равновесия. Очередная смена позиций

Чан Вэй невольно остановился. Он впервые за долгое время увидел открытое небо. Темное. Усыпанное бесчисленными звездами. Даже узкая полоска между вершинами скал сейчас казалась прекраснее любого дворца. Но любоваться было некогда. Наставник Хэ тут же потянул его вперед. Они быстро покинули расщелину, в которой скрывалась башня. Затем свернули с основной тропы. И направились в сторону ближайшего горного склона. Вне стен башни двигаться стало ещё опаснее. Теперь приходилось опасаться не только внутренних постов. По территории Академии проходили ночные обходы. Хотя ночью людей было значительно меньше, отдельные патрули все же встречались.

Наставник Хэ постоянно осматривался. Прислушивался. Следил за каждым движением вдали. Несколько раз он внезапно останавливался. Жестом приказывал Чан Вэю присесть за крупным валуном или густым кустарником. Они сидели неподвижно. Не произнося ни слова. Лишь спустя некоторое время наставник вновь поднимался и продолжал путь. Для юноши все происходило словно во сне. Он уже почти не чувствовал ног. Несколько раз едва не упал. Каждый подъем по каменистой тропе давался все тяжелее. Дыхание стало хриплым. Перед глазами временами темнело. Наставник Хэ заметил это почти сразу. Он нахмурился. На ходу извлек из рукава маленький нефритовый флакон. Быстро вынул одну круглую пилюлю светло-зеленого цвета, и без лишних слов вложил ее в ладонь Чан Вэя.

— Проглоти. — Юноша посмотрел на нее почти непонимающим взглядом. — Это пилюля восстановления. Не спорь.

Только сейчас Чан Вэй повиновался. Пилюля растворилась почти мгновенно. По горлу разлилось приятное тепло. Через несколько вдохов оно достигло груди. Затем постепенно распространилось по телу. Истощенное духовное ядро не могло мгновенно восстановиться. Разрушенные меридианы не исцелились. Но исчезло мучительное ощущение полной опустошенности. Дрожь в ногах немного ослабла. Дыхание стало ровнее. Будто в пересохший источник наконец упали первые капли дождя. Наставник Хэ удовлетворенно кивнул.

— Этого ненадолго хватит. Береги силы.

Чан Вэй молча сжал пустой флакон. В груди все еще оставалась боль. Тело по-прежнему было измучено действием древних печатей башни и долгим заключением. Но впервые за долгое время каждый следующий шаг вел его не глубже во тьму казематов, а прочь от них. И хотя впереди оставалось еще неизвестно сколько опасностей, сама возможность двигаться вперед уже казалась почти чудом. Они продолжали двигаться вдоль подножия горы. Ночная прохлада постепенно вытесняла затхлый воздух тюремной башни, однако Чан Вэй все еще чувствовал, будто легкие не способны наполниться до конца.

Пилюля всё же подействовала. Медленно. Очень медленно. Но порождённая её воздействием тёплая волна, родившаяся в духовном ядре, осторожно растекалась по ослабевшим меридианам. Она не исцеляла их. Подобные повреждения не исчезали от одной пилюли. Но притупляла мучительное чувство полного истощения. Шаги стали увереннее. Дрожь в руках постепенно ослабла. Перед глазами уже не мелькали темные пятна. Наставник Хэ, шедший впереди, несколько раз оглянулся через плечо. Убедившись в том, что юноша способен двигаться самостоятельно, он слегка замедлил шаг. Этого оказалось достаточно. Впервые с момента побега Чан Вэй получил несколько мгновений, когда мог заняться собственными мыслями. И тут он вспомнил... Мешочек-хранилище. Тот самый. Который страж без лишних слов сунул ему в руки еще в камере. До этого момента юноше было совершенно не до него. Но теперь любопытство постепенно взяло верх. Если дед действительно заранее подготовил побег... Что именно он решил передать своему внуку? Не прекращая идти, Чан Вэй осторожно направил тонкую нить духовного восприятия внутрь пространства артефакта. Перед внутренним взором сразу раскрылось небольшое пространственное хранилище. Оно оказалось заполнено почти доверху.

Первое, что бросилось в глаза, — одежда. Несколько комплектов простой дорожной одежды. Никаких дорогих тканей. Никаких золотых нитей. Никаких вышивок рода Чан. Самая обычная одежда, которую можно было купить практически в любом городе. Рядом лежали несколько пар крепкой обуви. Дорожный плащ. Даже широкополая соломенная шляпа, способная скрыть лицо от посторонних взглядов.

Чан Вэй невольно усмехнулся. Горько. Ещё совсем недавно он никогда бы не надел ничего подобного. Теперь же подобные вещи могли сохранить ему жизнь. Чуть дальше обнаружились аккуратно упакованные припасы. Высушенное мясо. Лепешки. Несколько мешочков с крупами. Запасы соли. Фляги с чистой водой. Даже небольшой набор походной посуды. Все было подобрано удивительно практично. Без малейшей роскоши. Зато с расчетом на долгую дорогу. Дальше лежали нефритовые флаконы.

Он быстро пересчитал их. Восстанавливающие пилюли. Лекарства против ядов. Средства для остановки кровотечения. Несколько весьма дорогих духовных эликсиров. Рядом находились десятки Камней Души. И довольно увесистый кошель с золотыми монетами. Еще дальше... Несколько бутылок хорошего вина. Настоящего выдержанного вина семьи Чан. Даже сейчас он сразу узнал характерную форму тёмно-зеленых бутылей. Возле них лежали тщательно запечатанные коробочки с дорогими закусками. Сушеное мясо духовного зверя. Маринованные побеги бамбука. Орехи. Сладости.

От всего этого Чан Вэй на мгновение замер. Даже в бегстве его семья не изменила своим привычкам. Они подготовили все. Абсолютно все. Словно заранее рассчитывали, что ему предстоит долгая жизнь вдали от дома. Именно тогда взгляд зацепился за небольшой продолговатый футляр из старого черного дерева.

Он лежал отдельно. Не среди припасов. Не рядом с золотом. Будто специально. Юноша нахмурился. Что-то в этом футляре показалось ему удивительно знакомым. Он осторожно открыл крышку. И сердце на мгновение перестало биться. Внутри... На темно-красном бархате... Лежало старинное кольцо. Неброское. Даже слишком простое. На первый взгляд. Темный металл, почти не отражавший света. Узкий обод без драгоценных камней. Лишь древний узор, напоминавший переплетающиеся ветви старого дерева, опоясывал всю поверхность кольца. В самом центре узора находился едва заметный выступ. Настолько маленький, что посторонний человек наверняка принял бы его за элемент украшения.

Но Чан Вэй прекрасно знал, что это... Это было не украшение. Внутри кольца скрывался сложный древний механизм. Достаточно было определенным образом нажать большим пальцем... И из внутренней стороны обода почти бесшумно выдвигался тончайший металлический шип. Короткий. Не длиннее ногтя. Но невероятно острый. Когда-то, еще в детстве, отец показывал ему этот механизм. Без яда он почти не представлял опасности. Но семейное предание гласило, что исторически подобные кольца применялись в тайных операциях рода, где требовалось незаметно устранить человека одним прикосновением. Само кольцо считалось одной из древних реликвий семьи Чан. Его берегли. Передавали между поколениями. О нем знали лишь самые доверенные представители главной линии рода. Обычно оно не покидало семейное хранилище без особой причины. Именно поэтому сейчас Чан Вэй почувствовал, как по его спине медленно пробежал холод. Зачем... Зачем дед положил сюда именно его? Вино можно было объяснить. Золото — тоже. Пилюли. Одежду. Припасы. Все это было понятно. Но... Семейную реликвию? Нет. Такого не могло быть случайно. Он слишком хорошо знал своего деда. Старейшина редко говорил прямо. Он предпочитал намеки. Такие, которые поймет лишь тот, кому они предназначены. И сейчас этот намек казался пугающе ясным.

Пытаясь осмыслить этот факт, Чан Вэй медленно поднял взгляд. Впереди, шагах в десяти, продолжал идти наставник Хэ. Не оглядываясь. Полностью сосредоточенный на дороге. Время от времени он останавливался, прислушивался к ночному лесу, проверял окрестности и лишь затем продолжал путь. Он вел беглеца все дальше от Академии. Рискуя собственной жизнью. И именно в этот момент Чан Вэй понял, какую мысль хотел донести до него глава семьи. Если после побега останется свидетель... Если кто-то сможет подробно рассказать Совету Академии, каким путем был совершен побег... Если будет известно, кто именно помог заключенному... То последствия для семьи Чан окажутся куда тяжелее.

Юноша долго смотрел на темное кольцо. Потом медленно вынул его из футляра. Холодный металл приятно лег на ладонь. Несколько мгновений он неподвижно держал древнюю реликвию, словно ощущая вес не самого украшения, а лежавшей за ним многолетней истории рода. После этого он неторопливо надел кольцо на палец. Темный металл сел так, словно был изготовлен специально для него. Он не стал испытывать скрытый механизм. Не стал проверять его работу. Лишь опустил руку вдоль тела. Футляр бесшумно исчез обратно в пространственном мешочке. Впереди все так же шагал наставник Хэ, не подозревая, какие мысли сейчас роятся в голове молодого человека, которого он пытался вывести к свободе. А над горными склонами по-прежнему царила глубокая ночная тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра и далеким шелестом сосен, словно сама природа безмолвно наблюдала за людьми, каждому из которых предстояло сделать собственный выбор.

Наставник Хэ неожиданно свернул с едва заметной горной тропы. Со стороны могло показаться, что дальше пути уже нет. Перед ними поднимался почти отвесный склон, заросший искривленными соснами и густым колючим кустарником. Между валунами переплетались корни древних деревьев, а толстый слой опавшей хвои надежно скрывал каменную землю.

Однако страж уверенно направился именно туда. Он осторожно раздвинул ветви кустарника. Затем откинул в сторону несколько крупных, покрытых мхом камней. За ними открылся узкий проход. Нет. Даже не проход. Скорее темная расселина, настолько неприметная, что человек, не знающий о ее существовании, прошел бы мимо, не задержав взгляд ни на мгновение.

— Быстрее. — Едва слышно произнес наставник.

Затем он первым шагнул внутрь. Чан Вэй последовал за ним. Стоило сделать всего несколько шагов, как окружающий мир вновь погрузился в полумрак. Перед ними начинался старый тоннель. С первого взгляда было ясно, что его создала не природа. Потолок и стены сохраняли следы древней обработки. Камень был когда-то аккуратно вырублен широкими ударами инструментов. Местами еще виднелись ровные грани, давно сглаженные временем. Но прошли столетия. Вода медленно разрушала породу. Со свода свисали длинные известковые наросты. В трещинах рос бледный мох. Кое-где сквозь камень пробивались тонкие белесые корни неизвестных растений. Воздух был прохладным. Неподвижным. Пахло влажной землей, каменной пылью и чем-то древним, давно забытым людьми.

Наставник Хэ поднял небольшой духовный светильник. Мягкий желтоватый свет раздвинул темноту. Луч выхватил из мрака старые подпорки. Многие уже покосились. Некоторые полностью сгнили. На полу валялись обломки прогнивших деревянных тележек. Рядом лежали заржавевшие кирки с наполовину истлевшими рукоятями. В углу виднелась куча пустых корзин, настолько древних, что стоило к ним прикоснуться, как они наверняка рассыпались бы в прах.

Чан Вэй медленно осматривался.

— Шахта... — почти беззвучно прошептал он.

Наставник коротко кивнул.

— Очень старая.

Больше ничего объяснять он не стал. Но и без слов многое становилось понятным. Когда-то это место явно представляло огромную ценность. Порода местами поблескивала кристаллическими прожилками. Правда, сейчас они почти полностью выцвели. Лишь кое-где в глубине камня еще мерцали крохотные искры духовной энергии. Когда-то здесь, вероятно, добывали Камни Души. Или искали духовные жилы, питающие Академию. Но потом месторождение иссякло. Или стало слишком бедным. Работы прекратились. Шахту забросили. Проходы постепенно скрылись под оползнями и растительностью. Прошли десятилетия. Потом столетия. О существовании этого места, вероятно, помнили лишь немногие старые служители Академии. Именно поэтому тоннель теперь превратился в почти идеальный тайный путь.

Они шли довольно долго. Иногда проход сужался настолько, что приходилось идти боком. Иногда, наоборот, расширялся в небольшие подземные залы, где потолок терялся во тьме. В одном таком месте Чан Вэй заметил огромную каменную колонну, на которой ещё сохранились едва различимые следы старых рун. Вероятно, когда-то они укрепляли своды. Теперь большинство символов давно стерлось. Магия угасла. Остался лишь холодный камень. Пока они продвигались вперед, мысли Чан Вэя постепенно становились все спокойнее. Не потому, что он перестал тревожиться. Наоборот. Теперь его беспокоило уже совсем другое. Если этот тоннель действительно выводит за пределы земель Академии... Что дальше?

Он невольно представил карту окрестностей. Академия Небесного Свода располагалась в труднодоступном горном районе. Именно это делало её естественной крепостью. До ближайшего поселения отсюда было далеко. Очень далеко. Даже сильный культиватор преодолел бы этот путь не сразу. А он... Он опустил взгляд на собственные руки. Пальцы все ещё слегка дрожали. Меридианы оставались поврежденными. Духовное ядро казалось почти пустым. Даже после пилюли восстановление шло мучительно медленно. Если идти по обычной дороге, можно было встретить поисковые отряды. Если обходить дороги... Придется пробираться через дикие горные леса. А там обитали духовные звери. Когда-то Чан Вэй не придал бы этому большого значения. Но сейчас... Даже встреча с относительно слабым зверем могла закончиться для него гибелью. Мысль об этом неприятно кольнула сердце парня.Неужели дед действительно продумал не всё? Или просто считал, что выбраться из башни — уже половина победы?

Подумав об этом, юноша медленно сжал кулак. Другого пути все равно для него уже не существовало. Возвращаться означало вновь оказаться в каземате тюремной башни. А это было равносильно медленной смерти. Он вновь посмотрел вперед. Наставник Хэ шел уверенно, время от времени освещая дорогу духовным светильником. Он явно не подозревал, какие мысли сейчас скрывает лицо его спутника. Под широким рукавом одежды Чан Вэй ощущал холодное прикосновение древнего кольца. Металл почти слился с пальцем. Простой, неприметный обод теперь казался необычайно тяжелым. Он уже понял намек главы семьи. И прекрасно понял, почему именно эта реликвия оказалась среди дорожных припасов. Понял, что после выхода из тайного прохода их пути, вероятно, не должны были разойтись мирно.

Эта мысль не приносила ему радости. Но, вспоминая холодный расчет старейшины Чан, он не сомневался в том, что в глазах главы рода безопасность семьи всегда стояла выше судьбы любого отдельного человека. Тоннель продолжал уходить вперед, к едва различимому пятну ночного света где-то вдалеке, а вместе с каждым новым шагом приближался момент, после которого обратной дороги уже не останется ни для беглеца, ни для человека, рискнувшего вывести его из тюремной башни.

Несколько часов они не произнесли ни единого слова. Старый тоннель медленно уводил их все дальше от тюремной башни. Иногда приходилось перелезать через осыпавшиеся участки породы. Иногда — пригибаться под низкими сводами. В одном месте дорогу преграждала груда огромных валунов, и наставник Хэ уверенно свернул в узкий боковой проход, словно заранее знал о каждом ответвлении этой забытой шахты. Воздух постепенно менялся. Исчез тяжелый запах сырости. Появился едва уловимый аромат хвои. Затем до них донесся шелест листвы. Где-то совсем далеко послышалось журчание воды.

Благодаря этому Чан Вэй понял, что выход уже близко. Ещё несколько поворотов... И впереди показалось бледное пятно лунного света. Оно становилось все шире. Ярче. Пока наконец не превратилось в широкий проем. Наставник Хэ первым осторожно выглянул наружу. Долго осматривал ближайшие окрестности. Лишь после этого сделал знак следовать за ним.

Свежий горный воздух ударил в лицо. После долгого пребывания под землей он казался почти обжигающим. Чан Вэй невольно глубоко вдохнул. Перед ним открывался совершенно иной пейзаж. Это была противоположная сторона горного массива. Если возле Академии возвышались отвесные скалы и суровые утесы, то здесь склон постепенно спускался в широкую долину, заросшую старым хвойным лесом. Между деревьями серебрилась тонкая горная речка. Утренний туман еще не успел рассеяться, стелясь над травой легкими полосами. Где-то высоко кричала одинокая птица. Все вокруг выглядело удивительно спокойным. Даже слишком. Наставник Хэ внимательно осмотрел горизонт. Потом негромко произнес:

— Дальше ты уже сможешь идти самостоятельно.

Но закончить мысль он не успел. Они сделали еще несколько десятков шагов. Лес неожиданно расступился. Перед ними открылась небольшая поляна. И именно тогда Чан Вэй замер. Посреди густой травы стоял странный предмет. С первого взгляда он даже не понял, что именно видит. Слишком непривычными были очертания. Лишь спустя несколько мгновений сознание молодого парня всё-таки сложило увиденное в единое целое. Это была летающая лодка. Небольшая. Рассчитанная всего на несколько человек. Её корпус был вытянутым и удивительно узким. Темный, почти черный материал не отражал солнечный свет. Наоборот, он словно поглощал его. Даже находясь на открытой поляне, лодка казалась меньше своих настоящих размеров. Если бы не расстояние в несколько десятков шагов, ее вообще можно было принять за очередной валун или длинную тень под деревьями. По бортам почти не было украшений. Лишь тонкие линии древних рун, уходившие вдоль корпуса, едва заметно поблескивали, выдавая, что перед ними вовсе не обычная лодка, а искусно созданный духовный артефакт. Нижняя часть корпуса не касалась земли. Между ней и травой оставался зазор в пару ладоней шириной. Лодка неподвижно висела в воздухе, словно ожидала своего хозяина.

Именно в этот момент Чан Вэй почувствовал, как внутри что-то дрогнуло.

“Вот оно...”

Теперь все сразу стало на свои места. Одежда. Припасы. Пилюли. Золото. Тайный тоннель. И теперь... Эта лодка. Его дед действительно предусмотрел для своего внука путь дальше. Очевидно, побег не должен был закончиться лишь выходом за пределы Академии. Отсюда беглецу предстояло быстро покинуть окрестности, не пользуясь обычными дорогами.

Осознав всё это, парень медленно перевел взгляд на наставника Хэ. И впервые увидел на лице опытного стража неподдельное удивление. Тот тоже заметил этот предмет, и резко остановился на месте. Его густые брови едва заметно нахмурились. Взгляд задержался на темном корпусе артефакта чуть дольше обычного. Он явно не ожидал увидеть здесь ничего подобного.

— Это...

Наставник произнес всего одно слово. И замолчал. В его голосе не было страха. Скорее искреннее недоумение. Он сделал осторожный шаг вперед, продолжая внимательно рассматривать лодку, будто пытался понять, откуда она здесь появилась и кто мог оставить столь редкий артефакт в этом забытом месте.

Чан Вэй молча наблюдал за ним. Ещё совсем недавно ему казалось, что старейшина предусмотрел далеко не всё. Но теперь картина становилась значительно яснее. Часть замысла была известна проводнику. Другая — нет. Наставник Хэ прекрасно знал путь через старую шахту. Знал, как вывести заключенного из башни. Но дальнейший этап побега, похоже, был скрыт даже от него. В этот момент Юноша почувствовал, как внутри вновь оживает осторожная уверенность. Глава семьи, как и прежде, строил планы так, чтобы каждый исполнитель видел лишь небольшой фрагмент общей картины. Никто не обладал всеми ответами сразу. Это уменьшало риск раскрытия замысла, если кого-то схватят или начнут допрашивать. Наставник Хэ медленно приблизился к лодке, не спуская с нее внимательного взгляда. Он словно пытался определить, активен ли защитный массив, нет ли поблизости скрытых печатей или других признаков опасности. Вокруг царила тишина. Лишь ветер слегка покачивал верхушки сосен. Чан Вэй же молча стоял позади, наблюдая за происходящим и понимая, что планы его семьи оказались куда сложнее, чем он предполагал в темных коридорах тюремной башни. Сейчас перед ним открывался следующий этап пути — путь, который должен был увести его далеко от Академии и дать шанс затеряться в огромном мире за пределами этих гор.

Несколько мгновений парень неподвижно стоял на краю поляны. Утренний ветер едва заметно колыхал высокую траву. Где-то в кронах сосен перекликались птицы. Все вокруг казалось удивительно спокойным. Слишком спокойным. Именно такая тишина всегда предшествует моментам, после которых жизнь уже невозможно вернуть назад. Он медленно перевел взгляд с темной летающей лодки на наставника Хэ.

Страж все еще внимательно осматривал древний артефакт. По его движениям было нетрудно понять — увиденное стало для него полной неожиданностью. Он явно не ожидал обнаружить здесь ничего подобного. Значит... Эта часть плана действительно была скрыта даже от него. Чан Вэй медленно опустил взгляд на собственную правую руку. На палец, где почти незаметно поблескивало старинное кольцо. Семейная реликвия. Когда-то отец показывал ему устройство этого артефакта. И тогда же произнес короткую фразу:

— Настоящее оружие должно быть незаметным до самого последнего мгновения.

Он осторожно коснулся большим пальцем крохотного участка узора. Со стороны это выглядело так, будто он просто поправляет кольцо. Узор едва слышно щелкнул. Внутри древнего механизма что-то мягко провернулось. И с внутренней стороны кольца, обращенной к ладони, почти бесшумно выдвинулся тончайший шип. Не вверх. Не наружу. А вниз, туда, где его полностью скрывали сомкнутые пальцы. Со стороны невозможно было заметить произошедшее. Кольцо выглядело совершенно обычным.

Чан Вэй медленно выдохнул. В груди неприятно заныло. Несмотря ни на что, наставник Хэ действительно вывел его из тюремной башни. Рискуя собственной жизнью. Эта мысль на короткое мгновение заставила его замереть. Но почти сразу вслед за ней всплыло другое воспоминание. Тёмный футляр. Реликвия рода. Молчаливый приказ главы семьи. Старейшина никогда не оставлял подобных намеков без причины. Если этот человек останется жив... Рано или поздно он окажется перед Советом Академии. И тогда под угрозой окажется не только сам беглец. Но и весь род Чан. В этот момент Чан Вэй сжал губы. В его представлении выбор уже был сделан задолго до того, как он сам увидел кольцо. Он лишь исполнял волю главы семьи.

Медленно подняв голову, юноша направился к наставнику. Тот наконец отвернулся от лодки.

— Похоже... дальше тебе действительно повезло больше, чем я ожидал. — Негромко произнес страж. И сейчас в его голосе прозвучало даже что-то похожее на облегчение. Он устало улыбнулся. Совсем немного. Так улыбаются люди, завершившие тяжелое дело. Чан Вэй остановился перед ним. Несколько мгновений молчал. Затем негромко сказал:

— Спасибо.

Наставник Хэ слегка удивился.

— За что?

— За то, что помогли выбраться. — Юноша опустил голову. — Дальше... я уже сам.

После этих слов он медленно протянул руку. Жест был простым. Почти естественным. Жест благодарности. Наставник Хэ несколько мгновений смотрел на раскрытую ладонь. Потом негромко усмехнулся.

— Береги себя.

Он крепко пожал протянутую руку. Именно в этот миг лицо стража едва заметно изменилось. Сначала — это было недоумение. Затем — резкая настороженность. Он словно почувствовал легкий укол. Совсем небольшой. Почти незаметный. Его взгляд мгновенно опустился на их сцепленные руки. Чан Вэй уже разжал пальцы. А тот самый смертоносный шип вновь исчез внутри кольца. Наставник Хэ резко отступил на шаг. Его лицо резко побледнело. Он явно сразу понял, что только что произошло. Опыт многолетней службы позволил мгновенно узнать признаки скрытого оружия. Правая рука молниеносно метнулась к пространственному кольцу. Чан Вэй тоже пришел в движение. Практически одновременно с ним. Не давая стражу времени воспользоваться содержимым кольца, он выхватил из мешочка заранее приготовленный меч и одним стремительным ударом выбил у стража саму возможность дотянуться до артефакта. Сталь сверкнула всего одно мгновение. Наставник Хэ пошатнулся. И его лицо исказилось не столько от боли, сколько от потрясения. Он смотрел на молодого человека широко раскрытыми глазами. Будто до последнего не мог поверить, что удар последовал именно от того, кого он только что вывел на свободу.

Он попытался что-то сказать. Губы дрогнули. Но слова так и не прозвучали. Яд начал действовать слишком быстро. Дыхание стало тяжелым. Колени медленно подогнулись. Наставник осел на землю, продолжая смотреть прямо перед собой. В этом взгляде уже не было страха. Лишь усталость. И тихое, почти безмолвное понимание того, что его собственный путь завершился именно здесь.

Чан Вэй молча стоял рядом. Не приближаясь. Не отворачиваясь. Он ждал. Когда все закончилось, над поляной вновь воцарилась тишина. Только ветер продолжал качать вершины сосен. Юноша медленно перевел взгляд на темную летающую лодку. Теперь оставался следующий этап. Нужно было разобраться с древним артефактом, понять, как привести его в действие, и как можно скорее покинуть окрестности Академии. В голове, однако, не переставала крутиться одна и та же мысль.