Невинная душа Майкла Джексона

Подросток уверенно заявил, что во время перелёта из Майами Джексон поил Гевина алкоголем и пытался передать его и ему.

Стар Арвизо: Он наклонился и протянул это мне. Я подумал, что это диетическая кола. Я не хотел казаться грубым, так что я взял напиток. На запах это был алкоголь, и я вернул его назад. Спросил его, что это, и он ответил: вино [106, 75].

Потом свидетель якобы увидел как Майкл сделал нечто ужасное…

Прокурор: Расскажите, что ваш брат и мистер Джексон делали во время полёта.

Стар Арвизо: <…> спустя некоторое время он (Гевин. — Прим. авт.) почувствовал себя нехорошо и склонился на грудь Майкла, и… он… я увидел, как Майкл лизнул макушку моего брата [107, 76].

На ранчо после прибытия из Майами Стар с Гевином, Альдо Кассио и Майкл спали в комнате хозяина на кровати. Снеддон попросил свидетеля рассказать про употребление алкоголя на ранчо в этот промежуток времени (до отъезда с Хесусом). Мальчик сказал, что в погребе, в спальне и в офисе пил только он с Джексоном.

Стар утверждал, что Майкл любил делать хулиганские звонки (crank-calls в оригинале): якобы он звонил девушкам и задавал им вопросы о размере их интимных частей тела. По словам Стара, в Неверленде Майкл велел ему и его брату делать то же самое, а если девушки не брали трубки, то заставлял мальчиков пить вино.

Подросток более подробно говорил об угрозах со стороны Фрэнка Кассио. Заметьте, что это относится ко времени, когда домогательства, согласно их истории, ещё не начались:

Стар Арвизо: Когда я направлялся к моей маме в гостевой номер, ко мне приблизился Фрэнк… <…> Он сказал, что может сделать так, что мои бабушка и дедушка исчезнут [106, 85].

Касательно съёмок фильма опровержения Стар, как и его сестра, опроверг сказанное им в фильме:

Прокурор: Там было заявление, что ответчик мистер Джексон помогал вам делать домашнюю работу. Это правда?

Стар Арвизо: Нет.

Прокурор: Там было заявление, что вы всегда имели его телефон и могли связаться с ним. Это правда?

Стар Арвизо: Нет [106, 88].

На вопрос, какие чувства испытывал свидетель к Майклу во время съёмок, мальчик ответил, что он не помнит, но, возможно, они всё ещё были позитивными.

Стар Арвизо: Я не помню, но, вероятно, в тот момент я думал, что он нормальный парень [106, 88].

Стар, как и Дэйвеллин, настаивал на том, что его мать никогда не покидала гостевого коттеджа. Даже прокурор задался вопросом:

Прокурор: В течение времени, когда вы были на ранчо Неверленд после прибытия из Майами, до того, как последний раз покинули ранчо, видели ли вы когда-либо вашу мать в спальне Майкла Джексона?

Стар Арвизо: Нет. Она никогда не выходила из гостевого номера.

Прокурор: А как же она ела?

Стар Арвизо: Я не знаю. Пару раз я приносил ей еду, но… [106, 90].

Снеддон прервал свидетеля, не дав ему закончить мысль.

В числе прочего Стар сказал, что Джанет никогда не спрашивала кода от двери спальни хозяина, где каждую ночь проводили её мальчики. Также он подтвердил, что их сестра никогда не оставалась спать вместе с ними.

Ответы на некоторые вопросы указывали на испорченную натуру певца (якобы Майкл научил мальчиков подслушивать телефонные разговоры, делал неуместные при детях комментарии при просмотре фильма, называл мальчиков разными прозвищами вместо имён).

Далее прокурор спрашивал о событиях, произошедших после прибытия из Калабасаса.

В данный период, по словам подростка, они с братом пили вино вместе с Майклом и неким Рио (он якобы однажды стал свидетелем того, как Джексон спросил Стара о том, мастурбирует ли он).

Прокурор обратил внимание Стара на фотографию, где изображён манекен, и брат жертвы поведал, что́ Джексон якобы делал с ним (при этом отвратном действии якобы присутствовали всё те же лица).

Стар Арвизо: <…> Однажды он дёргался из стороны в сторону, потом схватил манекен и притворился, будто вступает с ним в половую связь [106, 118].

Ещё одним пунктом в обсуждении стал вопрос показа «материала для взрослых». Все журналы лежали в чемодане в ванной комнате; якобы Майкл показывал их мальчикам (братьям Арвизо и Алдо Кассио). Это было примерно 10 минут, в дни на ранчо после приезда из Калабасаса. Показывая журналы, Майкл не делал никаких комментариев. Второй чемодан с такими же материалами находился в спальне певца, и оттуда подсудимый тоже якобы показывал подросткам материалы. Мальчик указал, что между демонстрациями прошло несколько дней. Во время просмотров они посмотрели не всё: первый раз — два журнала, второй раз — три или четыре.

Потом прокурор перешёл к наиболее важным темам — к тому, что Стар якобы видел. Свидетель сказал, что после прибытия из Калабасаса он сначала спал с братом у Майкла, однако потом якобы вдруг стал спать в гостевом коттедже (почему он перестал спать в спальне хозяина, не оглашается). Согласно показаниям Стара, он был неоднократным свидетелем неподобающего поведения Джексона по отношению к брату. Получается, видя и понимая, в каком положении находится его брат, он просто оставил его «на растерзание монстру».

О первом случае неподобающего поведения Майкла Снеддону пришлось напомнить свидетелю:

Прокурор: <…> После того как вы вернулись из Калабасаса <…> был ли необычный случай между вами и вашим братом и ответчиком?

Стар Арвизо: Вы имеете в виду после пребывания в <…>

Прокурор: Да. Было ли что-то необычное, связанное с ответчиком Майклом Джексоном?

Стар Арвизо: Нет.

<…>

Прокурор: Вы помните случай, когда он вошёл в комнату, а вы с вашим братом были на кровати?

Стар Арвизо: А!

<…>

Стар Арвизо: Я с братом смотрел фильм, и Майкл вошёл голый. И он подошёл к углу комнаты, что-то взял. Мне и моему брату стало противно. И он сел на кровать и сказал нам, что это естественно, а затем ушёл… [106, 97—98].

Данное зрелище мальчики якобы наблюдали целых две минуты.

Так как Стар заявил, что он увидел Джексона полностью голым, прокурор спросил его о каких-либо особенностях интимных частей тела подсудимого; свидетель заметил только, что орган был в положении эрекции (хотя, если бы это было правдой, в первую очередь он бы увидел ужасное состояние кожи Майкла)28

Другой инцидент, рассказанный мальчиком, был ещё более пикантным. Якобы в одно утро, когда братья ещё спали на кровати в спальне певца, в комнату вошёл Майкл и залез к ним под одеяло. Он стал заниматься сексом со спящим Гевином в присутствии его брата! Стар указывает, что когда он пошевелился, Джексон сразу прекратил приставания.

Был также ещё один случай. Мальчик возвращался в спальню Майкла и якобы увидел Джексона со спящим Гевином. Майкл якобы совершал действия сексуального характера. Отвечая на уточняющие вопросы прокурора, мальчик описал движения Джексона и продемонстрировал их жестом.

Мальчик заметил, что его брат спал (он утверждал, что тот храпел). Наблюдал он данное зрелище несколько секунд, после чего убежал в спальню, где спала сестра, никому ничего не сказав.

Похожий эпизод повторился. Он увидел почти ту же самую картину. Опять Стар не проронил ни слова до беседы с доктором Катцем.

На следующий день было укороченное по времени заседание. Том Снеддон продолжил допрос. Свидетель подтвердил, что подсудимый велел им никогда никому не говорить о том, что они делали, «даже под дулом пистолета».

На перекрёстном допросе Томасом Мезеро Стар отметил, что до отъезда в Майами он побывал на ранчо приблизительно 10 раз, при этом Майкл присутствовал там больше двух раз. Это важно отметить, потому что здесь слова Стара подтверждают, что в большинстве случаев они отдыхали в Неверленде в отсутствие хозяина. Мальчик сказал, что после приезда из Майами он получил полноценный доступ во все уголки Неверленда, включая спальню хозяина; код ему дал один из охранников. Безусловно, узнав этот код, мать Арвизо могла проникнуть в спальню Джексона, но она якобы не посчитала нужным это сделать.

Адвокат большое внимание уделил теме сигнализации, которая включалась, когда кто-то приближался к спальне, потому что факт с сигнализацией обнаруживал собой дыру в, казалось бы, плавном, логичном повествовании стороны обвинения. Томас Мезеро хотел, чтобы присяжные задали себе вопрос: как мальчик мог спокойно обойти систему сигнализации?

Стар Арвизо подтвердил, что она была для того, чтобы Майкл знал, что кто-то приближается к его спальне.

Адвокат: По вашему пониманию, цель сигнализации была в том, чтобы Майкл Джексон знал, что кто-то идёт по коридору; верно?

Стар Арвизо: Да [107, 10].

Она включалась каждый раз, когда кто-то входил в коридор, ведущий к спальне:

Адвокат: Вы знали, что если вы входите в любое время в коридор, там что-то включается, верно?

Стар Арвизо: Да [107, 9].

Мальчик указал, что в тех двух случаях, когда он увидел мастурбирующего Майкла, звонок также прозвенел:

Адвокат: Сейчас вы утверждаете, что в те два раза, когда Майкл Джексон касался вашего брата в постели, звонок прозвенел, не так ли?

Стар Арвизо: Да.

Защитник напрямую спросил, в курсе ли подросток, что в спальне слышен этот звонок:

Адвокат: Хорошо. Вы заявляете, что если вы находитесь наверху в спальне Майкла Джексона, вы слышите этот звонок?

Ответ был удивительным:

Стар Арвизо: Когда двери открыты.

Адвокат: Вы говорите, что когда двери были закрыты, Майкл Джексон не мог слышать звонка?

Стар Арвизо: Нет [107, 13—14].

Иными словами, мальчик утверждал, что система была бесполезна, если двери спальни были закрыты. Уже одни только ответы свидетеля говорят нам о том, что версия сомнительна. Мы должны поверить, что Майкл держал дверь закрытой, но закрытой не на ключ («дверь была вроде как заперта, поэтому я толкнул её, и она открылась»):

• во-первых, это позволяло кому угодно войти в любой момент;

• во-вторых, Майкл лишал себя возможности услышать сигнализацию;

• для Джексона логичней было бы закрывать дверь спальни на ключ или вообще держать дверь открытой;

• позже защита доказала, что система работала и Майкл, будучи занят мастурбацией с Гевином, никак не мог пропустить звука сигнализации; это стало результатом эксперимента режиссёра, нанятого Мезеро.

Адвокат интересовался, обсуждал ли свидетель с кем-либо то, что он будет говорить на суде. Стар уверял, что он не разговаривал об этом с семьёй, но неожиданно признался, что обговаривал свои будущие показания вместе с «Томом, Гордоном и Роном» (с Томом Снеддоном, Гордоном Очинклоссом и Роном Зеноном). Для автора книги было трудно поначалу догадаться, кого именно имел в виду свидетель, учитывая, что английское слово attorney, которое использовал Томас Мезеро в вопросе, переводится на русский в первую очередь как «адвокат». Семья Арвизо настолько была на «ты» с прокурорами, что мальчик называл их просто по имени! При этом Стар не помнил, что он обсуждал дело с Ларри Фельдманом, и вообще не знал, кем тот является, хотя именно с него началось формирование обвинения (именно Фельдман направил Гевина к психиатру Стэнли Кацу, который и услышал первый раз его историю).

Мезеро уточнил, почему Стар на всех допросах давал разные описания того, что он увидел в спальне Джексона. Он был допрошен шерифами Санта-Барбары, Большим жюри, а также рассказал о том, что видел, психологу Стэнли Кацу. На что тот только ответил: «Я не помню точно, что я говорил».

Оказалось, что версии были разными:

— Майкл совершал неуместные действия, то когда Гевин был одет, то когда был в нижнем белье;

— то физический контакт был будто случайным, поверх одежды, то носил более интимный характер;

— Майкл касался то одной интимной части тела, то другой.

Адвокат обратился к показаниям Стара по делу магазина «Джей Си Пенни», которые могли выявить лживость, свойственную семье Арвизо. Обнаружилось, что ничего из того, что он говорил тогда на допросе, мальчик или не помнил, или говорил, что этого не было. Согласно показаниям Стара, он был моделью в магазине. В день инцидента, когда его матери якобы домогались на парковке, он также был в магазине. Однако на суде Стар сначала не помнил, что был моделью именно в этом магазине; после показа адвокатом стенограммы допроса по делу «Джей Си Пенни» он также продолжал отрицать, что в день инцидента на парковке он был моделью. «Мы просто ждали маму с собеседования по работе» [108, 23], — отметил Стар. В показаниях по делу магазина Стар рассказывал, что в тот день его брат Гевин взял неоплаченную одежду:

Адвокат: Вы помните, как давали показания о том, что ваш брат пошёл на парковку с одеждой, за которую не было заплачено, чтобы обманом заставить вашего отца купить её?

Стар Арвизо: Я не помню [107, 23].

После показа стенограммы мальчик вспомнил, что он и правда говорил это, но сообщил в качестве оправдания, что «отец взял это и отнёс обратно» [107, 24]. В стенограмме по делу «Джей Си Пенни» Стар также заявил, что его брат не стал бы воровать, потому что хотел быть священником, и свидетельствовал, что в тот день он увидел, как к его маме подбежали охранники:

Адвокат: Вы дали показания под присягой, что охранники из «Джей Си Пенни» подошли к вашей матери на парковке и сказали: «Я собираюсь <нецензурное слово> тебя» и назвали вашего отца <нецензурное слово>; верно? [107, 25].

Прокурор и судья не дали свидетелю ответить на вопрос.

Далее Мезеро вынудил свидетеля признаться, что он лгал на суде по делу «Джей Си Пенни»:

Адвокат: Когда вы заявили под присягой в допросе по делу «Джей Си Пенни» в 2000 году, что ваши мать и отец никогда не ругались, говорили ли вы правду?

Стар Арвизо: Нет.

<…>

Адвокат: Вас спрашивали, бил ли вас отец когда-либо, и вы сказали — никогда.

Стар Арвизо: Да.

Адвокат: Было ли это правдой?

Стар Арвизо: Нет [107, 28].

На вопрос, почему он лгал под присягой, он только говорил: «Это было очень давно, я не помню» [107, 28]. Члены жюри удивлялись, насколько быстро Стар сознался во лжи под присягой.

Томас Мезеро более подробно, чем Снеддон, спрашивал об использовании мальчиками кодов, которые они получили после прибытия из Майами. Стар конкретизировал информацию: они узнали два кода; один — общий код, открывающий все двери Неверленда (его дал некий охранник), другой — дающий доступ только в спальню Майкла (этот им сказал сам Джексон). Стар сказал, что использовал коды свыше ста раз и побывал однажды во всех комнатах Неверленда. Адвокат хотел добиться признания Стара в том, что они обследовали разные уголки ранчо, когда Майкла там не было, однако мальчик это яро отрицал.

Мезеро имел свидетеля, который видел мальчиков одних в погребе, и пытался добиться от Стара признания, но тот упорно отнекивался, говоря, что в погреб нельзя просто так попасть: там нет кода. Нужен был ключ, который висел где-то в фойе, но Стар никогда его не просил.

Зато Стар признался, что однажды их с братом застали спящими в комнате хозяина, когда его самого не было на ранчо!

Стар Арвизо: Да, Майкл открыл эту комнату для нас, и мы могли спать там, пока его нет [107, 54].

При этом мальчик отрицал, что это именно они просили Майкла сделать это, и также опроверг утверждение Мезеро о том, что они рылись в вещах хозяина.

Далее разговор был о журналах, скрытых в чемоданах. Адвокат показал фотографию журнала, которую прокурор показывал свидетелю днём ранее на допросе. Стар снова подтвердил, что именно этот журнал показывал им Майкл, и упорствовал в этом, пока вдруг ко всем не пришло понимания, что это невозможно:

Адвокат: Вы сказали прокурору Снеддону, что Майкл Джексон показал вам эти журналы, так?

Стар Арвизо: Да.

Адвокат: Майкл Джексон никогда не показывал вам этого журнала «Барели Лигал» (Barely Legal), так ведь?

Стар Арвизо: Что?

<…>

Стар Арвизо: Он действительно показывал нам. Он сделал это.

<…>

Адвокат: Так, Стар, посмотрите на дату выпуска журнала. Это август 2003 года, не так ли?

В августе семья Арвизо уже не была на ранчо. После того как Мезеро указал на ошибку прокурора, свидетель пошёл на попятную:

Стар Арвизо: Что ж, я никогда не говорил, что это был тот самый журнал [107, 55—56].

Мальчик продолжал настаивать, что он с братом вёл себя на ранчо хорошо: якобы они никогда не были пойманы ни за употреблением алкоголя, ни с журналами, ни за просмотром порнографии на сайте. Он заявил, что на ранчо не было компьютеров, кроме компьютера брата, который сломался ещё в первые их визиты в Неверленд, а Фрэнк всегда носил с собой устройство, с которого они якобы смотрели порнографию с Майклом. Мальчик лгал. Компьютеры были. Однако откуда тогда в файлах ФБР информация о проверке дисков, изъятых из 16 компьютеров в Неверленде, на которых, кстати, не было обнаружено ничего незаконного? Единственным запросом, касающимся детей, был сайт про усыновление.

Стар в показаниях перед Большим жюри утверждал, что в Неверленде Майкл держал их семью «подальше от часов и времени». Адвокат был уверен, что это маловероятно, потому что повсюду в Неверленде есть часы, а мальчики бегали по всему ранчо. Стар этого даже не отрицал. Он сказал, что часы были неточными, они все показывали разное время.

Адвокат: Если часы висят по всему Неверленду, если на холме с видом на город есть большие цветочные часы и если вы и ваш брат бегали свободно по Неверленду, почему вы тогда сказали шерифам Санта-Барбары, что вас держали подальше от часов и времени?

Стар Арвизо: Потому что они шли неправильно и нас держали подальше от них. Мы не могли знать время.

<…>

Адвокат: Но если вы не знали, какое было время, как вы могли понимать, что оно неправильное?

Стар Арвизо: Потому одни часы показывали время пять часов, а другие — девять часов. Вот откуда я знал, что они плохо ходили [107, 64—65].

Защитник внедрил на заседании в качестве вещдока открытку, в которой мальчиком было написано поздравление с Днём отца для Майкла Джексона. Там было сказано: «Когда сердце твоё разбито на мелкие кусочки, мы продолжаем любить тебя, нуждаться в тебе и заботиться о тебе. Каждой частичкой наших сердец» [107, 66]. Стар отметил, что он списал это с другой карточки. Там были и другие слова, где было в том числе сказано, что Майкл — часть их семьи; был указан телефон Стара и стояли подписи его, Дэйвеллин, Гевина. Томас Мезеро хотел знать, исходила ли инициатива называть Майкла отцом и считать его частью семьи от мальчика. Выяснилось, что да.

Ближе к концу защитник вернулся к теме якобы увиденного мальчиком. Видимо, он захотел уточнить информацию:

Адвокат: Вы сказали, что звонок прозвенел, так?

Стар Арвизо: Когда я вошёл в коридор, да.

Адвокат: И даже несмотря на это, вы продолжили подниматься по лестнице, правильно?

Стар Арвизо: Звонок звенел, пока я шёл по коридору…

Адвокат: Он звенел, когда вы открыли дверь, не так ли?

Стар Арвизо: Нет, он прекратился [107, 74—75].

Как же вовремя для свидетеля преступления звонок прекратил звучать, однако!

Стара попросили ещё раз рассказать о том, что произошло в спальне. Днём ранее мальчик по просьбе прокурора продемонстрировал присяжным движение рукой, которое можно было понять как указание на действие сексуального характера со стороны Джексона в отношении Гевина. Однако теперь Стар уточнил свою версию: по его словам, Джексон якобы прикасался к его брату, одновременно совершая действие сексуального характера в отношении самого себя.

Чем ближе к концу шёл допрос, тем яснее для присяжных было, что Стар прижат к стенке продолжительным напором Томаса Мезеро. Было видно, что мальчик сбит с толку; история разваливалась на глазах. Стар отказался подтверждать свои слова относительно отдельных сексуальных действий Джексона по отношению к его брату и то, что Джексон давал им нюхать марихуану, несмотря на то что это было зафиксировано в стенограмме допроса психиатра.

Подросток отрицал, что когда-либо стремился быть актёром, хотя учился в школе танцев и в комедийном классе, а на одном видео, просмотренном присяжными позже, он красовался, пытаясь казаться хорошим гидом-рассказчиком. На суде Стар утверждал, что это не он жаждал стать героем видео: сам Майкл Джексон предложил ему участвовать в съёмках. Стар согласился; но в день съёмок он якобы ничуть не волновался, потому что был сонным… (этого на кадрах не было видно).

Стар сказал, что его мама была в кинотеатре Неверленда, хотя днём ранее говорил, что она никогда не выходила из гостевого коттеджа…

Адвокат: Вы когда-либо были в театре с вашей мамой, Майклом, Дэйвеллин и Гевином?

Стар: Да, смотрели фильм.

Адвокат: Как часто вы делали это?

Стар: Моя мама редко выходила.

Адвокат: Но вы говорили сначала, что она никогда не выходила. Теперь вы признаёте, что она была в театре, верно?

Стар: Я думал о чём-то другом [107, 82].

В конце заседания Томас Мезеро снова вернулся к обсуждению того, якобы Арвизо не имели возможности узнавать время. Для этого адвокат спросил мальчика об использовании телескопа на холме.

Адвокат: <…> Вы и ваш брат использовали телескоп на холме, верно?

Стар Арвизо: Мы дважды смотрели в него.

Адвокат: И телескоп двигается?

Стар Арвизо: Да. Двигается во все стороны [107, 82].

Подросток отметил, что можно было заметить одни часы в телескоп, но они были слишком маленькими, чтобы увидеть стрелки. Огромные, знаменитые цветочные часы на лужайке перед вокзалом увидеть было якобы тоже невозможно, только уже из-за деревьев. Томас Мезеро ему не поверил, чем явно ещё больше ввёл свидетеля в смятение.

Адвокат: А как насчёт больших цветочных часов? <…> Можете ли вы увидеть их в телескоп?

Стар Арвизо: Нет, деревья мешают.

Адвокат: Ты уверен в этом?

Стар Арвизо: Да.

<…>

Адвокат: Вы выдумываете, что деревья загораживают обзор через телескоп, не так ли?

Стар Арвизо: Я просто говорю…

Адвокат: Стар…

Стар: Я никогда по-настоящему не ожидал, что буду искать часы. Я только смотрел в него… Я помню деревья и, возможно, да… Я помню деревья, но я никогда действительно… Телескоп был там наверху, так что мой брат и я пытались смотреть в него [107, 83].

Весь этот разговор показывает, насколько семья Арвизо была неспособна продумать свою историю в мелочах. Известно, что на ранчо было много часов, и почти невозможно, чтобы все они показывали неправильное время. Главные же часы у вокзала практически не окружены деревьями, в чём может убедиться каждый человек, взглянув на фотографии.

На следующем заседании присяжные узнали, что на допросе Большого жюри в марте 2004 года Стар как-то умудрился забыть, что Джанет хотела покинуть Неверленд, но на заседании, прошедшем спустя год, он ясно помнил, как мать говорила ему об этом:

Адвокат: Значит, сейчас ваша память лучше, чем была раньше, когда вы давали показания перед Большим жюри в Санта-Барбаре?

Стар Арвизо: Нет, после того, как даёшь показания, ты вспоминаешь некоторые вещи, о которых ты не сказал [108, 11—12].

Томас Мезеро вернулся к теме полёта из Майами. Стар, как и Дэйвеллин, показал места, на которых сидели все во время полёта. Защитник обнаружил несоответствие с показаниями мальчика перед Большим жюри. На допросе Снеддоном два дня назад мальчик показал, что Джанет сидела ближе к левой стороне и прямо напротив неё сидел доктор Фаршьян. Кто сидел и сидел ли вообще напротив Джексона и Гевина, из стенограммы понять нельзя, однако на заседаниях Большого жюри Стар заявил, что напротив подсудимого сидел доктор Фаршьян.

Адвокат: Вы сказали Большому жюри Санта-Барбары, что во время полёта из Майами доктор Фаршьян был лицом к лицу с Майклом Джексоном?

Стар Арвизо: Да.