Невинная душа Майкла Джексона

• у Стара Гевин лежал поверх одеяла, благодаря этому он и смог увидеть, что́ якобы делал Майкл.

После повествования Гевина о втором эпизоде растления Снеддон спросил его:

Прокурор: Были ли другие случаи, когда ты чувствовал, что мистер Джексон пытался сделать с тобой что-то неуместное?

Гевин Арвизо: Нет [109, 93].

Отметим, что два описанных Гевином на суде эпизода предполагаемого растления противоречат тому, что Арвизо заявляли на досудебной стадии процесса. В заявлении прокуратуры о «вероятной причине» от 17 ноября 2003 года приводились различные версии Гевина относительно количества и обстоятельств предполагаемых действий сексуального характера. В одном случае речь шла как минимум о пяти эпизодах в период с 7 февраля по 10 марта (изначальные даты преступления. — Прим. авт.).; кроме того, упоминались ещё два эпизода, которые якобы наблюдал Стар [110, 3—4]. В другой беседе Гевин утверждал, что подобное происходило каждый раз, когда Стар не оставался в спальне Майкла, однако вспомнил «менее пяти раз» [110, 56]. Позднее он говорил уже о «пяти» таких эпизодах [110, 62], а в другом показании — примерно о «семи» [110, 63].

Как видите, Гевин и прокуратура никак не могли определиться с количеством случаев растления. Пять или семь инцидентов, которые описал Гевин, как-то превратились в два на суде.

Заседание продолжилось перекрёстным допросом адвоката.

С самого начала Мезеро уточнил у свидетеля, действительно ли случаи растления были после того, как у семьи состоялась беседа с работниками департамента. Защитник пытался выяснить, когда приблизительно произошли акты растления, ведь сроки, объявленные обвинением, приходились на суматоху в прессе после фильма Мартина Башира и полицейское расследование. Жертва заявила, что это было уже ближе к концу общения с Майклом.

Адвокат: Итак, вы говорите присяжным, что после того, как вы были опрошены тремя социальными работниками, расследующими дело Майкла Джексона, и после всей суматохи, последовавшей за документальным фильмом о Башире, мистер Джексон каким-то образом начал неподобающим образом прикасаться к вам; верно?

Гевин Арвизо: Нет, это было ближе к концу. Ближе к тому моменту, когда мы уже собирались уезжать, после того как мы пили алкоголь и всё такое прочее. Это было не сразу после Департамента по защите детей. Это было ближе к концу.

<…>

Адвокат: За несколько дней до того, как вы покинули Неверленд навсегда?

Гевин Арвизо: Да, потому что… да [109, 96].

Адвокат обращал внимание присяжных, что эпизоды неподобающего поведения якобы случились уже после всех событий и вскоре после встречи с адвокатом Уильямом Дикерманом.

Томас Мезеро считал, что обвинения в растлении возникли не только от жадности Джанет Арвизо, но и от обиды на что-то; сама жертва также имела какой-то зуб на Джексона. И, возвращаясь к теме прекращения общения артиста с семьёй с конца 2000-го по 2002 год, он, казалось, нащупал одну из причин формирования иска.

Томас Мезеро: Вы сказали жюри вчера, что Майкл Джексон не делал много для вашей болезни, так?

Гевин Арвизо: Да <…> потому что я не видел его часто. Он говорил мне, что его не было, а на самом деле он был на ранчо. И из-за этого мне становилось грустно, так как в моём понимании он был моим лучшим другом в целом мире, и мой лучший друг избегал меня, пока у меня был рак [109, 99].

Майкл часто общался с Гевином, пока тот проходил лечение в больнице (примерно трижды в неделю от часа до трёх часов), приглашал семью Арвизо на ранчо, дарил подарки, катал их на лимузине, а также открыл сбор крови для Гевина. Оплачивал их нужды. Позволял им находиться на ранчо неограниченное время, пользоваться всеми услугами и развлекаться, но только в течение нескольких месяцев. Как указывает Фрэнк Кассио, артист действительно стал удаляться от этой семьи после ночи, когда мальчики ночевали у него в комнате. Гевин отрицал хорошее отношение к нему со стороны Джексона после фильма Башира.

Гевин был уверен, что проявление симпатии к нему и его семье со стороны Майкла было связано исключительно с желанием использовать Арвизо для повышения лояльности к собственному образу в среде обывателей.

Мезеро был уверен, что с его подзащитным мальчик так или иначе имел более близкие отношения, чем с другими звёздами: ведь никто из селебрити не брал семьи с собой в поездки, не позволял неделями жить у себя и не дарил так много подарков.

Адвокат: Нет ни одной знаменитости, которая позволила вашей семье переехать в её дом, кроме Майкла Джексона; это правда?

<…>

Гевин Арвизо: Я никогда не переезжал в дом Майкла. Я никогда не перевозил туда свои вещи и не жил там постоянно. Я останавливался там и навещал его [109, 105].

Защитник перешёл к теме дела «Джей Си Пенни». Ещё в начале допроса адвокатом Гевин заявил, что говорил правду, будучи под присягой на допросе по тому делу. Сейчас Мезеро решил расспросить об этом более подробно. Подросток рассказал, что иск магазину был составлен от всей семьи и что у него показания были взяты в больнице, потому что он не смог появиться в суде из-за болезни. Томас Мезеро у каждого члена семьи Арвизо интересовался, готовили ли их к допросу (все они отрицали этот момент). В случае с Гевином этот вопрос был наиболее оправдан ввиду того, что́ тот показал по делу магазина.

Адвокат: Помните, вы ответили под присягой на вопрос, говорил ли вам кто-нибудь, о чём вы должны давать показания здесь сегодня или что вы должны говорить?», и ваш ответ был таким: «Только наш адвокат»? [109, 107].

Разумеется, Гевин об этом не помнил. Даже после того, как ему была показана стенограмма допроса, он продолжал настаивать, что никто ему не указывал, что говорить по тому делу.

На этом очередное заседание завершилось, но допрос Гевина не был закончен. Он снова был вызван после выходных.

Томас Мезеро спросил мальчика о несоответствии, которое он видел в истории о мастурбации. В показаниях детективам Зелису и Робелю Гевин сказал, что бабушка ему говорила, будто мастурбация необходима для мальчиков, иначе они будут склонны к насилию. На суде Гевин сказал, что то же самое ему внушал Майкл Джексон, притом практически слово в слово как бабушка!

Адвокат: Помните, вы произнесли: «Моя бабушка объяснила это мне. Она сказала <…> если мужчины этого не делают, они могут дойти до точки, когда они могут пойти дальше и изнасиловать женщину». Вы помните, как говорили это?

Гевин Арвизо: Думаю, да.

Адвокат: Почему ваша история изменилась между этим интервью и вашими показаниями в прошлый четверг?

Гевин Арвизо: Что вы имеете в виду под «изменилась»?

Адвокат: Вы заявили полиции, что ваша бабушка говорила вам эти слова, и вы пришли в суд и сказали жюри, будто мистер Джексон говорил вам то же самое.

Гевин: Ничего не менялось. Это потому что Майкл пытался объяснить мне первым. Он больше внушал мне, что мужчины должны мастурбировать. Сейчас, когда я покинул Неверленд, я полагаю, моя бабушка видела, что я очень смущался в сексуальных вещах, и… моя бабушка объясняла мне очень многое.

Адвокат: Итак, это случилось после того, как мистер Джексон сказал вам, что если мужчина этого не сделает, он может дойти до того, что изнасилует женщину? Ваша бабушка привела вам почти идентичную цитату?

Гевин Арвизо: Нет, в действительности она не сказала то же самое, что Майкл. Я не помню точно, что она говорила. Я знаю, что бабушка объясняла много вещей мне [111, 3—4].

Томас Мезеро сослался только на показания жертвы шерифам, не обратив внимания жюри на показания Гевина Большому жюри, ведь там тоже поднималась эта тема. На том допросе Гевин заявил следующее:

Гевин Арвизо: Это было после всего (всех событий в Неверленде. — Прим. авт.) <…> Меня усадила бабушка и по-настоящему поговорила со мной о подходящем для секса времени.

<…>

Прокурор: Она когда-нибудь говорила вам, что иногда мужчины насилуют женщин, если они этого не делают?

Гевин Арвизо: Нет, я не помню.

Прокурор: Но она сказала, что от недостатка секса их желания сильно возрастают?

Гевин Арвизо: Да.

<…>

Прокурор: Разговор с вашей бабушкой, о котором вы нам сейчас рассказали, был первой беседой со взрослым человеком, где обсуждались сексуальные вопросы и воспитание?

Гевин Арвизо: Да [112, 29—30].

Итак, сравнивая показания Гевина перед Большим жюри и на суде с данными допроса офицерами полиции Зелиса и Робеля, можно вывести следующие заключения:

• на допросе полиции Гевин сказал, что бабушка говорила о возможном изнасиловании женщин мужчинами, которые не мастурбируют;

• на заседании Большого жюри Гевин почему-то не помнил, что бабушка говорила про изнасилование. Он заявлял, что разговор с бабушкой был после всех событий, даже после вмешательства полиции; это была его первая в жизни беседа о сексе;

• на суде, на прямом допросе, Гевин повторяет практически ту же фразу, что и на допросе, но относит её к Майклу Джексону. На перекрёстном допросе, когда Мезеро напоминает ему о том, что раньше Гевин относил эти слова к бабушке, мальчик заявляет, что разговор с бабушкой был позже: Майкл учил его науке мастурбации первым.

Томас Мезеро добился признания Гевина о разговоре с прокурором Снеддоном за день до суда. На вопрос, о чём они говорили, жертва отвечала неохотно, пыталась отделаться общими словами. Мезеро настойчиво продолжал задавать однотипные вопросы, надеясь вывести Гевина на нужную мысль, из-за чего Гевин стал раздражаться. Скорее всего, он понимал, к чему ведёт защитник. За два дня до заседания, 12 марта, Том Снеддон провёл встречу с учителем средней школы Дином Алпертом, в которой учился Гевин, а потом беседу с Гевином по поводу его общения с обозначенным учителем, которому подросток два раза признался в том, что ничего плохого Майкл ему не делал. Гевин был вынужден признать, что он на самом деле сказал Алперту, что он не был растлён Джексоном.

Защитник большое внимание уделял тому, насколько Гевин был привязан к Джексону. Он просил у него телефон, жаждал общения с ним, писал карточки о том, что скучает по «папочке» и благодарит за помощь в борьбе с раком, посылал открытки, где называл детей Майкла лучшими друзьями (Гевин почему-то это отрицал). Гевин подтвердил, что переживал о Майкле и писал ему, когда тот сломал ногу (видимо, речь шла о начале 2001 года). В том письме мальчик сказал о том, что его семья молится за Майкла, желает ему скорее поправиться, а также о том, что он не может дождаться, когда снова будет играть с ним в Неверленде. Гевин называл певца «самым милым, самым любящим человеком в мире». Мальчик сознался, что желал поехать с Майклом в Нью-Йорк и посмотреть, как артист записывает свой альбом Invincible («Непобедимый»). Этого не случилось, потому что с 2001 года Майкл уже отдалился от семьи Арвизо.

Гевин подтвердил слова брата, что они могли заходить во все уголки ранчо без проблем; они даже имели возможность вдвоём смотреть фильмы в кинотеатре ранчо по заказу.

Томас Мезеро попытался узнать у Гевина, помнит ли тот своё ложное заявление в 1996 году о жестоком обращении с ним матери (мальчику тогда было 6 лет). Вопрос был оспорен Снеддоном, и возражение было принято.

Далее адвокат спрашивал о подарке Гевину компьютера в первый приезд в Неверленд. Жертва рассказала, что артист отдал ей устройство, потому что хотел, чтобы у неё был интернет. Надо было создать AOL-аккаунт, ввести любой пароль. Мальчик решил его настроить через несколько дней; для этого он позвонил секретарю Джексона — Эвви Таваши.

Мезеро имел информацию, видимо от Таваши, что Гевин просил изменить пароль на «секси». Это говорит нам о том, что дети Арвизо с самого начала, до встречи с Джексоном, были развращёнными: разве будет десятилетний мальчик с нормальным воспитанием и чистыми мыслями вводить такой пароль? Вряд ли Джексон мог поменять образ мальчика за несколько дней.

Защитник пытал Гевина относительно его похождений с братом по уголкам ранчо в отсутствие хозяина. Он назвал помещения, в которых они побывали: Аркада, театр, главный дом, вокзал, гостевой коттедж, где они останавливались, библиотека. Заметьте, что среди названных не было винного погреба, где его с братом однажды застали. Мезеро спросил, заходил ли Гевин когда-либо в комнаты детей артиста — Принса или Пэрис; оказалось, что однажды он присутствовал на обучении детей Майкла няней Грейс. Мальчик сказал, что помогал няне с обучением!

Один из ключевых вопросов был связан с сигнализацией.

Адвокат: Вы помните, как когда-либо вы были в спальне Майкла Джексона и слышали систему сигнализации?

Гевин: Да <…> Я имею в виду, что когда ты наверху его спальни, ты как бы слышишь её; не так хорошо, как внизу, но всё-таки слышишь [111, 53].

Ответ Гевина противоположен ответу Стара, который уверял, что сигнализация не слышна, когда двери закрыты.

Следующей темой допроса стало общение Гевина с комиком Джеем Лено, его любимым артистом. Мезеро знал, что с этим человеком связана одна история, о которой он поведал во вступительном слове. Гевин позвонил Лено и сказал: «Я люблю тебя, я смотрю на тебя допоздна ночью» (на заднем фоне Джанет нахваливала артиста). Джей понял, что они хотят обобрать его, давят на жалость, и повесил трубку.

Отвечая на вопросы, Гевин врал относительно разговора с Лено:

Адвокат: Вы когда-либо пытались созвониться с Джеем Лено по телефону?

Гевин Арвизо: Да <…> Я звонил по номеру, который мне дали.

<…>

Адвокат: Вы набирали этот номер?

Гевин Арвизо: Да.

Адвокат: Была ли мать с вами?

Гевин Арвизо: Нет.

Адвокат: Был ли кто-то с вами?

Гевин: Ну, когда я звонил ему, я был в госпитале, так что это мог быть мой отец или, возможно, медсестра, которая приходила проверить жизненные показатели.

<…>

Адвокат: И вы поняли, кто ответил на звонок?

Гевин Арвизо: Автоответчик.

Адвокат: Вы когда-либо дозванивались Джею Лено?

Гевин Арвизо: Нет.

Адвокат: Так что вы отрицаете, что когда-либо разговаривали с ним, так?

Гевин Арвизо: Я никогда не говорил с Джеем Лено [111, 56—57].

Томас Мезеро вернулся к теме сигнализации. Жертва сказала, что никогда не обсуждала показаний брата и самого звонка с ним. Гевин ещё раз подтвердил, что звук был слышен из спальни.

Защитник спросил, заходили ли братья в спальню певца в его отсутствие:

Адвокат: Сколько раз вы заходили в спальню мистера Джексона, когда его там не было?

Гевин Арвизо: Я никогда не был в комнате, когда его там не было.

Адвокат: По вашим сведениям, ваш брат входил в спальню, когда его там не было?

Гевин Арвизо: Я не думаю, что мой брат заходил туда, когда Майкла там не было [111, 58—59].

Здесь Мезеро опять поймал Гевина на противоречии своему брату, который заявлял, что они спали на хозяйской кровати, когда певца не было на ранчо.

Темой перекрёстного допроса снова был просмотр порнографии в интернете в первую ночь в спальне Джексона. Гевин сказал, что он точно не помнит, на каком устройстве они смотрели порносайты, но предположил, что ввиду того, что он ещё не создал тогда аккаунт в AOL, это был компьютер Кассио. Однако Стар уверял, что это был именно тот ноутбук, который был подарен Гевину, и интернет уже был подключён.

Следующий разговор на заседании сыграл большую роль в решении присяжных. Гевин говорил о том, как ему было обидно, что Майкл оборвал с ним общение, когда болезнь ушла в ремиссию.

Адвокат: Вы хотели посетить Неверленд, когда наступила ремиссия, верно?

Гевин Арвизо: Да.

Адвокат: Вы чувствовали, что Майкл прекратил дружбу, так?

Гевин Арвизо: Да.

Адвокат: Вы чувствовали, что он бросил вашу семью, верно?

Гевин Арвизо: Да [111, 64].

После Гевин утверждал, что Майкл перестал реагировать на его звонки ещё во время лечения, когда он проходил третий или четвёртый цикл химиотерапии, и это очень расстраивало его.

Адвокат попросил рассказать про первую ночь, проведённую в спальне хозяина.

Гевин Арвизо: Мы были в офисе Майкла и говорили о всяком, и Майкл сказал спросить (родителей. — Прим. авт.), могу ли я переночевать в его спальне, чтобы мы посмотрели фильмы и всё такое.

<…>

Адвокат: Ваши родители одобрили, и вы с братом остались в комнате Майкла Джексона?

Гевин Арвизо: Да.

Адвокат: И это была та ночь, о которой вы говорили, когда Майкл и Фрэнк спали на полу; верно?

Гевин Арвизо: Да [111, 71].

Рассказ Гевина противоречит версии Фрэнка Кассио из его книги и интервью, а также версии Дэйвеллин. Сестра обвинителя говорила, что предложение ночевать у певца поступило от Гевина, что почти согласуется с версией Кассио («Наступила ночь, когда Гевин и его брат Стар стали умолять Майкла позволить им спать с ним»):

Прокурор: Где разговор был?

Дэйвеллин Арвизо: В столовой.

Прокурор: Кто присутствовал при беседе?

Дэйвеллин Арвизо: Мои отец, мать, братья и мистер Джексон.

<…>

Прокурор: Кто поднял тему?

Дэйвеллин: Гевин.

Мезеро продолжал пытать Гевина. Теперь он снова спрашивал его о том, когда, по его мнению, произошли эпизоды растления. Ко всем пришло понимание, что Гевин не может с этим определиться.

Адвокат: Вы рассказывали шерифам Санта-Барбары, что Майкл Джексон первый раз неподходящим образом прикоснулся к вам в течение последних дней в Неверленде?

<…>

Гевин Арвизо: Это было за неделю или две, прежде чем Винни (Винсент Амен. — Прим. авт.) отвёз нас обратно.

<…>

Адвокат: Вы заявляете, что продолжали оставаться в его спальне, так?

Гевин Арвизо: Ну, я думаю, он уехал после второго эпизода <…> Да, через несколько дней после второго раза. Вот почему я уверен, что это случилось за несколько… за две недели до (отъезда. — Прим. авт.) [111, 76, 89].

Данный ответ вывел из себя Томаса Мезеро, он стал очень эмоционально (так что судье пришлось его успокаивать) напоминать мальчику о том, что он не только шерифам, но и ему на прошлой неделе говорил, что эпизоды растления произошли за несколько дней до отъезда с ранчо. Ответ на следующий вопрос прозвучал неожиданно. Оказывается, мальчику было весело, когда его растлевали!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В 2000 году Майкл Джексон попал в Книгу рекордов как «поп-звезда, ведущая наиболее широкую благотворительную деятельность».

2

Цель фонда — борьба с голодом, с жестоким обращением с детьми и бездомностью.

3

Мы смогли установить, что Джорди говорит именно о выступлении Барнса (несмотря на то, что имя изменено), так как существует находящаяся в открытом доступе запись этого выступления.

4

Адвокат Майкла Джексона на судебном процессе в 2005 году.

5

Это известно из книги Рэя Чандлера, в которой он описывал недовольство Эвана по поводу слишком длинного языка Джун.

6

Рэй Чандлер изменил в книге имя Лили на Келли.

7

Из показаний Джой Робсон на суде мы знаем, что в неизвестную дату была ещё одна ночь, которую, вероятно, Джорди провёл у Джексона (Джой в 1993 году в показаниях по делу Чандлера говорила, будто Уэйд переживал, что он не может так же, как Джорди, остаться с Майклом и вынужден ночевать с матерью).

8

Эван хотел стать сценаристом. Его единственной работой так и остался фильм «Робин Гуд: Мужчины в трико» (Robin Hood: Men in Tights) 1993 года.

9

Court Transcript, August 13, 2013. Dr. Gordon Sasaki, Katherine Jackson v. AEG Live [Судебная стенограмма от 13 августа 2013 г. Показания доктора Гордона Сасаки по делу «Кэтрин Джексон против AEG Live»] [Электронный ресурс] // Scribd. — 2013. — Режим доступа: https://ru.scribd.com/document/168406988/Transcripts-Dr-Gordon-Sasaki-August-13th-2013-Katherine-Jackson-V-AEG-Live [дата обращения: 1.08.2026].

10

Court Transcript, July 3, 2013. Sidney Schnoll, Expert in Pharmacology, Neurology, Psychiatry and Addiction Medicine [Судебная стенограмма от 3 июля 2013 г. Показания Сидни Шнолла, специалиста в области фармакологии, неврологии, психиатрии и медицины зависимостей] [Электронный ресурс] // Scribd. — 2013. — Режим доступа: https://www.scribd.com/document/152188094/Jackson-V-AEG-Live-Transcripts-July-3rd-2013-Sidney-Schnoll-Expert-in-Pharmacology-Neurology-Psychiatry-Addiction-Medicine-Specialist [дата обращения: 1.08.2026].

11

Семья Майкла Джексона судилась с AEG Live, утверждая, что компания проявила небрежность при найме Конрада Мюррея и контроле за его работой.

12

Рэнди Тараборрелли — американский журналист и биограф знаменитостей. Написал биографию Майкла Джексона «Майкл Джексон: (1958—2009): Жизнь короля» (Michael Jackson: «The Magic, the Madness, The Whole Story, 1958—2009)».

13

Ex Parte — заседание, проводимое без участия другой стороны, обычно в экстренных случаях. Постановление временное и может быть оспорено, прежде чем стать постоянным.

14

Однако на суде 2005 года неожиданно появились некоторые книги, изъятые якобы при обыске в 1993-м, которые были рассмотрены в качестве улик.

15

Свидетельства о сроке службы Квиндоев на ранчо сильно разнятся: на шоу в 1992 году Марк говорил о шести месяцах работы у Джексона; в ходатайстве обвинения даты работы определены с 5 мая 1989 года по 30 августа 1990 года; в книге Даймонд сроки ещё увеличены — с 1987 по 1991 год. Полагаем, это связано с тем, что не все истории супругов умещались в реальный срок работы у Майкла.

16

Это не Барри Ротман, а Дэвид М. Ротман — судья, ведущий дело Джексона в 1993—1994 годах.

17

Подробный анализ речей Ла Тойи и сравнение её версии событий с версией Сейфчаков — в третьей главе.

18

Из-за того, что источник является жёлтой прессой, ненавистники сейчас отрицают правдивость этой информации, хотя до 2009 года, наоборот, бросались ею как доказательством вины.

19

Аффидевит — письменное заявление, данное под присягой.

20

См. страницу 63.

21

См. страницу 9

22

Рэндалл Салливан — американский писатель и журналист, написавший книгу «Неприкасаемый: странная жизнь и трагическая смерть Майкла Джексона» (Untouchable: The Strange Life and Tragic Death of Michael Jackson)

23

Запись разговора Эвана и Дэвида, транскрипция беседы Джордана с психиатром Гарднером.

24

Сын Майкла Бигги родился в 2002 году.

25

Хотя режиссёром фильма выступила Джули Шоу, автором идеи, главным интервьюером и повествователем стал Мартин Башир. Именно его имя прочно ассоциируется с данным проектом, поэтому в дальнейшем мы будем ссылаться на него как на фильм Башира.