Догонялки сквозь время Повесть о золотом драконе

Выждав некоторое время, Сахим медленно надавил на дверь. Та послушно отворилась и из щели заискрились яркие лучи солнца, ослепив забывчивого нага на некоторое время. Когда слезливые глаза привыкли к дневному светилу, наг боязливо покинул укрытие в стене, постоянно озираясь по сторонам. Закрыв плотно муляжную дверь, так чтобы не выпирала из каменной стены, змей быстрой рыбкой нырнул в густые кустарники, наплевав на длинные острые колючки. Сахим много раз играл в опасные игры (в Сагранате другим образом не выжить, не сыскать уважения, славы и денег), однако это первая игра, где на кону стоит его жизнь.

Преодолеть стену, что очерчивает границы территорий, ещё не означает попасть во дворец, ибо оный в радиусе километра окружен растительностью всех мастей. У отца был большой процветающий гарем с множеством наложниц, равно как у многих живущих в достатке Тхариян и так исторически сложилось, что большинство из них владели земляной магией. За рождение ребенка с магическими способностями, дамы получали кусок земли, который позже они преобразовывали в сады получше садовников. В связи с тем, что три брата в разгар дня могут бродить по всей территории, Сахим поостерегся и пополз через мелкие арки и аллеи, по дуге обходя сады старших. Он действовал хладнокровно, как заядлый вор с большим опытом за плечами. Прежде чем сдвинутся с места, он тщательно анализировал окружение, а затем легким скачком или короткой перебежкой прятался в приглянувшееся укрытие. За час наг сумел добраться до розария давно почившей матери, а так как он входит в пятерку первых прямых наследников, то земля выделена вблизи дворца. Розарий пользовался огромной любовью отца и становился предметом завести для других. Стараниями матери сад был оснащен самыми сложными фонтанами для постоянной подачи воды капризным цветам, этот фактор стал решающим в звании самого богатого сада в гареме. Единственное, что действовало Сахиму на нервы – щипы. Создавалось впечатление будто мать специально потрудилась собрать всевозможные цветущие колючки востока в одном месте. Насчитывая на теле миллионы кровяных ссадин, порезов и заноз, Сахим пластом лежал на земле, всматриваясь в окружающее пространство из-под скамьи. Мелководный фонтан с чешме за низкий оградой манил прохладой, обдавая бликами кустовые розы. Красные, оранжевые и кремовые розы гордо раскрыли бархатные лепестки, находясь в тени плодоносящих деревьев. Ничего не предвещало беды, поэтому Сахим выполз из-под скамьи. Сноровисто вспрыгнув на корточки, из кустовых роз послышался треск сухих веточек. Он настороженно затаил дыхание, выставив перед собой кинжал и из роз выпрыгивает рыжая маленькая кошка. Наг опешил от животного, которое, даже не взглянув на него, убежало в глубь розария. Ложная тревога стоила ему по меньшей мере пучка сожжённых нервов. Наг выдохнул, утирая тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот. Несвойственное волнение и страх за жизнь раздражали его. Встав на ноги, он рысью подбежал к тернистой стене и схоронился за высокой мраморной вазой. Предвкушенье чего-то дурного, крепко засело в его груди. Раздался топот тяжелых ног, за тем последовал пустой разговор между двумя охранниками. Позвякивая ножнами, мужчины ушли вдаль, не заметив чужого присутствия. Осторожно выглянув, наг удостоверился, что оставаться здесь больше нельзя. Из сада донесся собачий лай, побудив Сахима к быстрым решениям. Вопреки крику разума, он раздвинул тернистую стену с намерением быстро сбежать сквозь ограду. Однако, как только змей устремил взор в сторону дворца, его сердце остановилось. Дыхание сбилось, напрочь забывая, как дышать, внутренности до боли сжались в тугой ком, лишая дара речи, а ноги словно перестали ему принадлежать. Животный страх сковал напряженные мышцы, не позволяя оторвать глаз от разбуженной угрозы.

- Оу, – с безумной улыбкой пробасил Рашид. - Так ты ещё жив?

Наг не верил своим глазам. По ту сторону ограды с веранды спускался третий наследник Набиль Рашид Ватин. Высокий прямоугольный лоб, тонкие брови домиком, узкие глубоко посаженные карии глаза, длинный нос с горбинкой, маленький рот с блеклыми губами и острый подбородок. Светлые сальные волосы придавали смуглому лицу ещё более нелепый и нездоровый вид. Из трех братьев он больше остальных внушал ужас и трепет. Одет Рашид был необычно вычурно – атласные белые штаны, что складками нависали на острые сапоги и черный кафтан, подпоясанный зеленным кушаком.

Впрочем, одежда брата последнее что волновало Сахима. Главный вопрос, который крутился в его голове – что Рашид забыл около сада четвертой наложницы? Сахим ясно помнил, как в прежние времена он никогда не посещал эти территории. К тому же, Фазиль сказал будто Рашид засел в подвалах. Так что за неведомая сила побудила прийти его сюда именно сейчас?!

Пока Сахим пребывал в когнитивном диссонансе, Рашид с темной ухмылочкой, громко крикнул слугам.

– Несите мою плеть!

Сахим моментально вышел из оцепенения. Подобрав окровавленные руки, он запоздало ощутил саднящую боль и кинулся в розарий очертя голову. Собачий лай стал фоновым шумом, сквозь который доносился раскатистый смех старшего брата. Он жутким эхом отдавался в голове Сахима, пробирая липким страхом до костей. Плети — орудие наказания, известное ещё испокон веков. Однако битье плетьми является исключительно рабским наказанием. Рашид же ненормальный садист, у которого явно мозги стоят задом наперед. Сахиму довелось однажды видеть, как Рашид наказывает провинившихся на сущем пустяке слуг. Всем приказано было спуститься в подвал, где слугу приковали цепями к столбу, а Рашиду принесли плеть, в ремни которых ввязывались острые бараньи кости. Наказание вышло смертельным.

Наг быстро уходил из сада, в надежде избежать преждевременной бойни, ибо сейчас, даже в бою один на один ему не победить Рашида. Сахим проворно бежал сквозь растительность, не задумываясь о скрытности, поэтому живо превратился в добычу погонщиков.

- Орза Сахим Гали тебе не сбежать! Остановись и сдайся мне покорно в руки! – звучали вдогонку приказы старшего брата.

- Набиль Рашид Ватин сгинь! К тебе влечений не имею, лучше обратись за этим к Захе Майсуру Бахе! – острил Сахим на нервной почве.

Воины стремительно гнали Сахима в угол, пытаясь захватить в кольцо. Паника медленно брала над нагом верх. Опасения о которых он предпочел не думать, как по воле злого рока воплощались в реальность.

- Сахим! Выходи пока я добрый, иначе хуже будет, - строгим голосом зазывал Рашид, ломясь сквозь кусты. - Ты лучше остальных знаешь к каким пристрастиям тяготит моя душа. Покажись!

Сахим верил на слово. Не найдется ни одной души в отцовском дворце кто не знал бы о больных фантазиях садиста Рашида. Его до дрожи боятся в других городах. Да что скрывать, даже старшие братья опасаются угодить в подвал и испытать на себе наклонности Рашида. Как отец мог столь радикально ошибиться с выбором имени? Рашид означает здравый и благоразумный, хотя не стоит забывать, что последнее имя, данное от матери, дословно толкуется как кровавый. Видимо наложница все-таки смогла внести свою лепту одарив его обликом ядовитой змеи.

Безысходность дышала ему в затылок и Сахим принял облик громадного питона. Его чешуя обладает высокой износостойкостью и прочностью, так что обычными копьями и саблями её не пробить, магические атаки также будут бесполезны. Единственные кто в силах нанести урон нагам грубой силой или же магической лишь драконы. Пять стражников перекрыли ему путь, и выглядели они, что слону дробина. Питон сбил их с ног одним ударом хвоста, проглядев превращения Рашида в песчаную эфу. Следом последовала драка двух змей и садам настал конец. Пускай эфа сильно уступает размером питону, зато имеет длинные острые клыки с ядом. Питон извивался кольцами в попытках окутать тонкую юркую эфу, с целью задушить надоедливого брата. Змеиный узел катался не долго около пяти минут. Эфа сумел-таки выкинуть обманный маневр и вцепиться в хвост питона, победно шипя. Питон распахнул широко пасть, подбирая резкими движениями хвост, теряя мощь тощая в человеческое обличие. Сахим повалился наземь, катаясь и извиваясь от мучительного шейного удушья. Он хватался руками за горло, рвал крепкими когтями грудь от безысходности и недостатка воздуха, дрыгая ногами. Рашид опустился на ноги, поправляя камзол и зализывая рукой волосы на затылок.

- Что за безрассудное дитя, - уморительно говорил Рашид. – Яд эфы провоцирует паралич дыхательных путей. Ты владеешь магией, к тому же наг, поэтому мой яд будет убивать значительно медленнее.

Воины сомкнули круг, а Рашид требовательно выкинул руку, ожидая плетку. Предмет истязаний незамедлительно был принесен, а страдающего Сахима мгновенно растянули на земле, крепко зафиксировав ноги с руками.

- Я постараюсь сократить время твоих мучений, - Рашид занес плетку с бараньими костями и с первого удара разодрал спину младшего брата. – Понимаю, слишком тяжело вынести такие терзания, поэтому уже к вечеру ты удостоишься чести встретиться с младшими братьями.

Плеть просвистела второй раз, создав новые раны. Сахим закричал от боли, теряя драгоценный кислород. Черствые воины бесчувственно взирали на муки одного из своих господ, лишь туже сжимая дергающиеся в конвульсиях конечности. Ненависть, злость, беспомощность и душевные крики боли сорвались хриплыми звуками с уст полумертвого Сахима. Равнодушные обитатели дворца категорически отказывались внимать сиплым стонам. Рашид со смехом размеренно наносил удары. Причиняя боль единственному оставшемуся в живых младшему брату, от получал непередаваемое удовольствие. Его тело и разум содрогались от переполняющей эйфории.

После десятого удара прозвучали горны, сигнализирующие о возвращении одного из братьев. Рашид остановился и недовольно впился горящими безумием глазами в паланкин. Третий наследник ненавидел, когда кто-то прерывает его пытки на середине процесса. Он раздражённо вглядывался в приближающийся нарядный паланкин, гадая кто находиться внутри. Рабы с изнеможденными лицами остановились около страдающего Сахима, чья растерзанная спина вызывала жалость у невольников. Из паланкина показалась смуглая рука с толстыми пальцами, на каждом из которых сиял крупный граненый камень. Лениво отодвинув бледно розовую шторку, наружу выглянул Диргам Ирфан Нур Аль-Азис Аббас – первый наследник и самый старший из братьев. Ростом он не вышел, зато имел черную гладкую шевелюру, раскосые янтарные глаза, низкий круглый живот, свидетельствующий о зажиточном образе жизни и маленьким размером ног. Рашид не остался в восторге от его незапланированного вмешательства. Диргам Ирфан Аббас с кислой миной оглядел место побоища, после чего досадливо подытожил.

- Дворец ни на минуту нельзя оставить. Кто это? – он с малым интересом поддался вперед, разглядеть новую жертву. - Блудный Гали вернулся отдать нам свою никчемную жизнь? – удивленно вскинув брови перевел взор на злющего Рашида. - Что ж, дарю его тебе, Ватин. Делай что хочешь.

Есть у Ирфана дурацкая черта называть всех именами, которые дали матери. Подобный поступок указывает на дурной тон и насмехательство. В правилах приличий братья обращаются друг к другу без фамилии на три имени: первое имя данное Нукхбой, второе отцом и третье матерью. Если братья рождены от одной наложницы, то им позволяется общаться по одному имени (данное отцом). Рашид разозлился в два раза больше. Вены на бледном лице вздулись, ноздри широко растопырились, а губы изогнулись в напряженный прямоугольник, что явно указывало на бешенство.

- Он не принадлежал тебе, чтобы со снисхождением раздаривать! - сдерживая ярость едко взговорил Рашид.

- Где Баха? – отрешенно вопрошал Диргам Ирфан Аббас, всем видом показывая незаинтересованность в третьем брате.

Это была последняя капля и чаща терпения Рашида опрокинулась. Он обратился в песчаную эфу, шипя с раскрытой пастью на старшего наследника. Воины, что держали Сахима заметно расслабились, слушая капризные препирательства старших господ. Растерзанный наг, из последних сил открыл глаза и увидев на указательном пальце золотое тонкое кольцо, сжал кулак и надавил на него большим пальцем. Украшение легко сломалось и Сахим потерял связь с реальностью.

Глава 6

Сделка

В небесном городе Ааран.

Алазар вышел с владыкой вампиров из портала и застали весьма двусмысленную сцену стража и вампирши. Отцовский воин крепко прижимал к себе Шарлиз, высоко поддерживая её колено, в добавок тяжело дыша. Алазар зыркнул по боковым балконам и с некой досадой понял, что свидетелей, которые бы открыли завес тайны происходившего не найдется. Под холодным взором Йоханнеса Эспен Бартольда, вампирша элегантно откинула волосы и с довольной улыбкой отошла от нахмурившегося стража.

- Я рад, что по сие время ужились мы в единодушии. Не прощаюсь, впереди нас ждут долгие встречи, - официозно сказал владыка, обращаясь к принцу.

- Ежели мое к вам усердие не будет позабыто как мелочное дело, ожидаю от вас взвешенного ответа, - в той же манере изрек Алазар.

Владыка с драконом обменялись краткими кивками, в знак почтения друг к другу. Вампиры не затягивали с отбытием и покинули храм быстро и бесшумно, словно здесь их в помине не было. Алазар утомленно потер виски, в глубине души радуясь, что прием окончен. Тяжело опустив руки, он отпустил отцовского воина, после чего апатично побрел на солнечную улицу. Спускаясь по ступеням храма, принц вдыхал свежий воздух приводя себя в чувства. Постояв так некоторое время, он обернулся драконом и полетел во дворец. Усталость после долгого пребывания рядом с владыкой вампиров сказывалась на полете. Он парил как воздушный змей, полностью отдавшись на волю ветру, изредка шевеля крыльями. Алазар ощущал душевную опустошённость и легкое чувство тревоги. Лучший способ чтобы привести нервную систему в порядок и взбодриться – это ванна. Подойдет отвар из сосны, розмарина, эвкалипта и лаванды. Она прекрасно расслабляет и в то же время добавляют энергию, одновременно улучшая кровоснабжение тканей. Дорогое удовольствие и весьма трудоемкое, так как половина трав не растет на Акроне, а все, потому что эти знания Алазар добыл из другого мира. Отец не обращает внимания на странные причуды, зато мать оценила их по достоинству. За сими мыслями золотой дракон приземлился на балкон своей комнаты.

- Стоит составить список и на днях пополнить запасы.

Бормоча названия растений, Алазар плыл к раскрытым дверям, как вдруг в комнате послышался грохот. Насторожившись, он побежал на звук и потрясенно замер в дверях. На полу бездыханным трупом валялся Сахим! Дракон стрелой подлетел к другу, садясь на колени, анализируя степень и характер повреждений. Вместо спины у змея было кровавое месиво, где Алазар отчетливо различал реберные кости с позвонками. Синюшное лицо змея натолкнуло дракона на мысль, что у оного случился острый астматический приступ, в ходе которого организм перестал получать достаточное количество кислорода.

- Раны тяжелые, а судя по цвету лица смерть не за горами. Простые способы лечения не успеют подействовать, - хмуро проговаривал Алазар вслух.

Он быстрыми движениями раскрыл белый рукав, закатывая ткань выше локтя, затем вытащил из своей косы острую шпильку. Дракон занес сжатую в кулак руку над спиной нага и глубоко вонзил в кожу шпильку, нещадно ведя её к локтю. Великая панацея, за которую так превозносят драконов полилась на чудовищные раны нага. Алазар стиснув зубы шипел от боли, окропляя каждый сантиметр спины. Необходимость столь нещадного поступка заключается в стремительной регенерации тела. Сделай он обычный порез по вене, который стал бы смертельным для человека, у дракона исчезает быстрее, чем успевает пролететь минута. Алазару пришлось трижды вспарывать себе руку, только после последнего раза он заметил, как Сахим начинает оживать. Шейный спазм спал, дыхание пришло в норму, сердце биение участилось, а живая плоть на спине медленно срастались по кускам. Алазар тяжело дыша поднялся на ноги.

- Нельзя тебя так оставлять, - уставил он руки в боки.

Закатав рукава, принц поднял бессознательное тело змея магией воздуха и повертев головой в поисках подходящего ложе, отнес его на кушетку. Она отличалась простотой и служила весьма специфичным образом - скапливала на себе горы ношеных вещей. Весьма кстати, сегодня она была пустой, поэтому Сахим расположился с удобством.

Накручивая на палец кончик косы, Алазар удрученно рассматривал пол. Судя по размеру кровавой лужи и разводов, создавалось впечатление, будто он кошку против воли расчленял. Принц с досадой и сочувствием вернул взор на змея. Все-таки предчувствие его не обмануло. Страшно помыслить, что произошло бы с Сахимом не подари он кольцо. Кто же мог сотворить столь страшные пытки? Какие же ужасные искаженные души живут в Сагранате. Алазар откинул косу на спину и побрел к выходу. Отворив высокую створу, он обвел цепким взглядом коридор и крикнул слуг. Незамедлительно у дверей первого принца возникли две девушки.

- Сотрите всю кровь, - дал указание Алазар.

Служанки коротко переглянулись меж собой и поклонившись, поспешили выполнить указ. Принц шагнул в сторону, девушки быстро юркнули в его комнату с покорным видом и пытливыми лицами. Однако то, что любознательницы увидели повергло их в шок. Девы оторопело остановились, прикрыв ладонями рты, с ужасом разглядывая регенерирующую спину змея. Хотя было бы ещё странней, если бы их реакция была другой. Алазар честно не ожидал такого бодрящего развития событий, после удачно проведенной встречи с владыкой вампиров. Что ж сейчас главной задачей будет стабилизировать состояние Сахима и омыть его от крови и пота.

- И сожгите его одежду, - добавил принц, за их спинами.

Оставив девушек хлопотать, Алазар уплыл в гардеробную. Для последующей работы ему потребуется легкая одежда, которую не жалко будет замарать. Он полностью снял украшения, после стянул через голову золотую фелонь, затем избавившись от поясов и нарядного фартука, скинул атласную рясу, что прилипла к вспотевшей спине. Алазар надел простой короткий хитон без рукавов и вытащил ноги из сандалий.

Воротившись в главную часть комнаты, которая сияла чистотой, Алазар одобрительно кивнул головой, позволяя служанкам вернуться к прямым обязанностям. Те, получив неизгладимое впечатление, без колебаний покинули царские покои, даже не задав ни единого вопроса. Алазар подошел к кушетке, проверить как поживает Сахим. Из-за обилия ран, у змея началась горячка, что является большой редкостью для представителей хладнокровного вида. От этого нагу сейчас ещё хуже. Дракон, вновь прибегнув к магии, потащил кушетку к купальне, за отпущенное время, вода как раз остыла до приемлемой для нага температуры. На сей раз придется обойтись без трав и промыть его чистой водой, а завтра можно будет прибегнуть к смеси из майорана, вереска и лимонного бальзама. Он окажет успокаивающее действие и поможет уснуть, так как день намечается очень волнительным и активным.

Зайдя по пояс в ванну, Алазар медленно переместил кушетку в воду, чтобы не пугать нага. За кушетку он даже не переживал. Что может случиться с деревянной рамой, затянутой веревочной сеткой и застеленную сверху циновкой? Её легко просушить и перетянуть, поэтому для водных процедур подходит весьма удачно. Слегка не рассчитав глубину кушетка полностью скрылась под водой. Алазару ничего не оставалось кроме как подхватить Сахима и положить себе на руку, чтобы тот ненароком не захлебнулся. Когда тело нага полностью погрузилось в воду, та быстро окрасилась в розовый оттенок, а на дно вихляво осыпались песчинки. Алазар неторопливо перевернул его на спину, поддерживая рукой как младенца, он опустил его голову в теплую воду. Сахим резко вздрогнул, рефлекторно схватившись за Алазара. Наг рассеяно забегал глазами по пространству, ничего не видя перед собой и в его поведении читался страх или скорее ужас. Невозмутимый дракон успокаивающе приложил левую руку к лицу нага, заодно наводя сонные чары.

- Дремли, друг мой, - спокойно произнес Алазар.

Сахим закрыл глаза, входя в состояние полного покоя и умиротворения. Алазар не стал убирать с плеча его руку и тихо накатывал небольшие волны, на расслабленное тело вымывая налипшую грязь с груди и шеи. Алазар действовал собранно и умело, так как опыт ухода за больными у принца суммарно насчитывал не меньше десяти лет. Всякий дракон обязаны владеть медициной, ибо в его жилах течет живой огонь, дарующий великое исцеление. Оттерев поврежденную кожу до чистоты, сложнее всего пришлось возиться с волосами. У Сахима была длинная шелковистая шевелюра, в очень плачевном состоянии. Признаться у Алазара пробегала мысль отстричь спутанное безобразие, но представляя реакцию змея, не стал осуществлять задуманное. Закончив с очищением, Алазар вытащил змея на сухую скамью, и укрыл чистым полотном. Теперь он выглядел намного лучше и свежей.

- Теперь дело за малым, - обтирая свои ноги, сказал себе Алазар.

Он откинул полотенце, выпрямился прохрустев спиной и понес Сахима в комнату. Удерживая змея в воздухе, дракон откинул покрывало с тонким одеялом и только потом уложил страдающего на ложе. Алазар заботливо убрал со спины змея волосы, откинув на подушки, вслед за этим укрыл по поясницу. Мелкие ссадины уже затянулись, осталось дождаться, когда спина придет в подобающий здоровый вид. Сахим теперь в безопасности, поэтому принц позволил себе расслабиться, ибо здесь его точно не найдут враги. Не найдется на свете дураков, которые решаться напасть на небесный дворец драконов.

Из-за того, что личная купальня, пришла в негодность на ближайшие два часа, Алазару пришлось идти в царскую купальню, дабы поплавать в успокаивающих водах. День быстро сменился вечером, а там уже наступила ночь. Эту ночь Алазар не полетел изучать звезды и не навестил младшего брата. Он сидел около постели тщательно следя за процессом выздоровления нага, заодно составляя записи о посещённых мирах вместе с владыкой вампиров, делая важные для себя пометки на полях.

Сахим очнулся поздним утром. Он медленно пошевелил пальцами рук осторожно ощупывая мягкие ткани, слегка потершись щекой об подушки, которые отдавали легким запахом лаванды. Змей насторожился столь радикальной сменой обстановки. Последнее воспоминание в корне отличалось от окружающего уюта, и было пропитано болью, ненавистью и страхом. Больше всего его поражало отсутствии агонии в районе спины и в принципе, что ему удалось выжить после укуса Рашида. Сахим испытывал жуткое чувство неизвестности и боролся с любопытством распахнуть глаза. Выждав некоторое время, он все-таки решился увидеть местонахождение. Первым делом Сахим увидел залитую ярким солнцем громадную комнату, увешанную тряпками и драгоценностями. Наг привстал на локти и повернул голову в другую сторону, где узрел дремлющего на стуле Алазара. Он сидел, склонив на бок голову, скрестив руки на груди в белом длинном хитоне с рукавами. Сахим долго пристально смотрел на дракона, которого видит второй раз в жизни медленно соображая, как сам здесь очутился. Сопоставив факты воедино, наг вспомнил о кольце. Уверенно приняв сидячее положение, змей отметил, что все порезы от щипов зажили, а спина ровная как будто вчерашней пытки вовсе не бывало. Так вот она какая сила исцеления драконьей кровью, взгляд вернулся к Алазару.

- Зачем ты так поступил? – прямо спросил Сахим.

Алазар хитро улыбнулся и открыл глаза. Дракон выглядел лучезарным и отвратительно самодовольным, что даже начал действовать нагу на нервы. Сахим с детства перестал верить в безвозмездную помощь и подарки, в особенности не любил оставаться в должниках. Алазар положил ногу на ногу, скрепив руки в замок и приобнял коленку.

- Нежели должна быть особая причина для спасения жизни? – с хитрецой произнёс он.

Сахим отнесся с недоверием. Связаться с таким драконом, от коего получаешь подарки, да даром залечивает смертельные раны само собой наталкивает на подозрительные домыслы.

Алазар будто не замечая предвзятого отношения, легко поднялся с изогнутого стула. Еще больше Сахима возмущал тот факт, что он не может не то, что разгадать замыслы дракона, не в силах элементарно предугадать его следующие действия. Принц казался плавал не в этой реальности, думая о чем-то воздушном в то же время полностью участвуя в разговоре. Томящее чувство неизведанности и постоянной настороженности к нечитаемому чужаку изводило Сахима. Дракон между тем подплыл к столу с тремя ножками и разлил некую жидкость по кубкам. Алазар про себя ухмылялся детской недоверчивости змея. Подхватив кубки, он направился к нагу и протянул сладкое питье. Не проронив не слова Алазар напоказ глотнул напиток из цветочного меда, воды, чая и чайного гриба, дабы полностью уверить Сахима в безопасности. Особенность, что на драконов не действуют яды, Алазар намерено не спешил раскрывать Сахиму, ибо лучше ему остаться в блаженном неведение, во избежание постоянных подозрений. Может наг пока не ощущает голода, однако его организму требуется витамины и хоть кокая-то пища, чтобы восстановить силы. В противном случае, не успеет змей встать с постели как словит звездочки и упадет в голодный обморок. Алазар успел немало повидать подобных прецендентов на своем веку. Помниться, в первый раз он сам чуть рядом не свалился, перепугавшись за жизнь больного.