Читать книгу Белая Волчица. Наследие луны 3 (Таха Маяковская) онлайн бесплатно на Bookz (6-ая страница книги)
Белая Волчица. Наследие луны 3
Белая Волчица. Наследие луны 3
Оценить:

3

Полная версия:

Белая Волчица. Наследие луны 3

Но экран неожиданно погас.

Антон нахмурился.

— Что за…

Попробовал включить его снова.

Ничего.

Мой телефон тоже перестал реагировать.

Вторая подошла ко мне.

— Они перекрыли связь.

— Отлично, — пробормотала я. — Значит, вечер перестаёт быть томным.

Аслан посмотрел на неё.

— Ты знаешь, что им нужно?

Она не ответила.

Но её взгляд переместился на Глеба.

И я всё поняла.

Пришли не только за ней.

Пришли за человеком, который начал рассказывать мне правду.

Первым заговорил мужчина, стоявший ближе остальных.

— Глеб. Выходи.

Его голос прозвучал так отчётливо, будто он находился прямо за дверью.

Глеб медленно выпрямился.

— Не открывайте.

— Почему? — спросила я.

— Потому что они пришли не разговаривать.

Снаружи снова раздался голос:

— У тебя есть возможность исправить ошибку.

Антон невесело усмехнулся.

— Обожаю этих ребят. Всегда начинают с угроз, но называют это возможностью.

Я посмотрела на Вторую.

— Можешь обратиться?

Она кивнула.

— Да. Но ненадолго. Рядом с ними мне сложнее удерживать форму.

Аслан уже снял куртку.

— Я выйду первым.

— Нет, — остановила я.

Он повернулся ко мне.

— Наталья…

— На этот раз будем действовать вместе.

Я посмотрела на Вторую.

Наши взгляды встретились.

Серебристые глаза.

Мои собственные черты лица.

И совершенно незнакомая жизнь за ними.

«Ты меня слышишь?»

«Да».

«Не пытайся с ними драться. Они явно подготовились».

Она чуть заметно улыбнулась.

«Ты всегда такая осторожная?»

Я едва не рассмеялась.

«Нет. Обычно все вокруг пытаются убедить меня не делать глупостей».

«Знакомо».

На мгновение между нами возникло странное чувство.

Не просто мысленная связь.

Будто две волчицы одновременно прислушались к одному и тому же звуку.

Я почувствовала её дыхание.

Стук сердца.

Её страх.

Но вместе с ним — решимость.

Она тоже не собиралась сдаваться.

Первый удар пришёлся в дверь.

Деревянные доски задрожали.

Антон резко отступил, принимая звериный облик.

Через несколько мгновений вместо мужчины рядом со мной стоял крупный волк с тёмной шерстью и золотистыми глазами.

Аслан обратился следом.

Огромный снежный барс бесшумно опустился на передние лапы, глядя в сторону выхода.

Я почувствовала, как моя волчица рвётся наружу.

Не стала сопротивляться.

Мир изменился привычным рывком.

Запахи стали ярче.

Звуки — отчётливее.

Холод больше не казался неприятным.

И рядом со мной, буквально в нескольких шагах, стояла ещё одна белая волчица.

Мы посмотрели друг на друга.

Золотые глаза.

Одинаковая шерсть.

Почти одинаковый рост.

Если бы не серебристая полоска, иногда пробегавшая по её радужке, нас действительно невозможно было бы различить.

«Готова?» — спросила она.

Я оскалилась.

«А у нас есть выбор?»

Дверь не выдержала второго удара.

Но мужчина, ворвавшийся внутрь, явно не ожидал увидеть перед собой сразу двух огромных белых волчиц.

Он замер.

Всего на мгновение.

Этого оказалось достаточно.

Аслан метнулся вперёд.

Барс сбил незнакомца с ног, отбросив к стене.

Антон бросился к выходу.

Я почувствовала, как снаружи вспыхнула чужая сила.

Холодная.

Сдавливающая.

На снегу перед сараем загорелись тонкие серебристые линии, соединённые между собой в незамкнутый круг.

Вторая резко отскочила.

«Не наступай!»

Я остановилась в последний момент.

Из снега поднялась почти невидимая полоса света.

Она протянулась между деревьями, пересекая узкую тропу к реке.

Ловушка.

И довольно хитрая.

Антон попытался перепрыгнуть её, но я резко рявкнула, останавливая его.

Волк отступил, недовольно оскалившись.

На противоположной стороне светящейся полосы стоял второй мужчина.

Он поднял руку.

И внезапно я почувствовала, как мою волчицу словно сдавили изнутри.

Не боль.

Скорее чужое присутствие, пытающееся вытеснить меня из собственного тела.

Я зарычала.

Рядом со мной Вторая пошатнулась.

«Они используют связь!»

«Какую связь?»

«Нашу!»

В ту же секунду я поняла.

Стражи не пытались подавить каждую из нас по отдельности.

Они воздействовали на то, что соединяло нас обеих.

И чем сильнее мы сопротивлялись, тем болезненнее становилось другой.

Я сделала шаг назад.

Вторая опустилась на передние лапы.

Её шерсть поднялась дыбом.

«Не борись с ней», — неожиданно услышала я.

«С чем?»

«С моей силой. Ты отталкиваешь меня, и они используют это».

Я не сразу поняла, что она имеет в виду.

А потом почувствовала.

Внутри меня действительно происходило что-то странное.

Собственная волчица воспринимала Вторую как соперницу. Инстинктивно пыталась вытеснить чужое присутствие, защитить своё место, свою территорию.

И именно это сопротивление превращало нашу связь в слабость.

Я посмотрела на белую волчицу рядом.

Она тяжело дышала.

Серебристые линии приближались.

За нашей спиной раздался рык Аслана.

У меня не оставалось времени размышлять.

«Что делать?»

Вторая подняла голову.

«Просто перестань меня отталкивать».

Я закрыла глаза.

На секунду позволила себе забыть о Стражах, о ловушке и о том, что рядом находится совершенно незнакомая женщина.

Попыталась услышать её не как чужака.

А как того, кто сейчас испытывает ту же боль, что и я.

И произошло неожиданное.

Давление исчезло.

Я открыла глаза.

Вторая стояла рядом.

Теперь её золотые глаза светились так же ярко, как мои.

Серебристая полоса на снегу дрогнула.

Мужчина по другую сторону ловушки резко отступил.

— Этого не может быть!

Я оскалилась.

Ещё как может, дорогой.

Мы с Второй одновременно шагнули вперёд.

Не сговариваясь.

Не отдавая друг другу приказов.

Наши рыки слились в один.

Серебристый круг вспыхнул и погас.

А затем ловушка рассыпалась, оставив на снегу тонкий серый след.

Всё закончилось неожиданно быстро.

Как только серебристый круг разрушился, Стражи перестали пытаться приблизиться.

Один из них успел подняться после столкновения с Асланом и отступил к деревьям.

Двое остальных последовали за ним.

Они не выглядели испуганными.

Скорее растерянными.

Будто увидели нечто, чего совершенно не ожидали.

И именно это меня насторожило.

«Не преследуй их», — услышала я Вторую.

Я посмотрела на неё.

«Почему?»

«Они вернутся. Сейчас нам важнее сохранить Глеба».

Я нехотя согласилась.

Хотя желание хорошенько потрепать этих троих никуда не исчезло.

Антон вернулся к сараю первым.

Аслан, всё ещё в зверином облике, обошёл нас и остановился возле лесной дороги.

Убедившись, что чужих больше нет, я позволила себе вернуться в человеческую форму.

Холод сразу напомнил о своём существовании.

— Господи, — выдохнула я, торопливо натягивая куртку. — В следующий раз дерёмся исключительно летом.

Антон тоже обратился.

Посмотрел на разрушенную дверь.

На снег.

На меня.

Потом на Вторую.

— Я сейчас совершенно серьёзно спрошу. Которая из вас это сделала?

Мы переглянулись.

— Обе, — ответила я.

Антон медленно закрыл глаза.

— Прекрасно. Просто замечательно.

Аслан, уже снова человек, подошёл ближе.

— Что произошло с кругом?

Я посмотрела на Вторую.

Она пожала плечами.

— Мы перестали сопротивляться друг другу.

— И всё?

— Похоже на то.

Антон повернулся ко мне.

— Наташа, ты ведь понимаешь, что сейчас сделала?

Я задумалась.

— Сломала чужую ловушку?

— Вы сделали это вместе.

Он посмотрел на Вторую.

Потом снова на меня.

— А Стражи утверждали, что ваша совместная сила должна вас уничтожить.

Я медленно выпрямилась.

Точно.

Вот оно.

Всё это время нас убеждали, что одна из нас должна исчезнуть.

Что совместное существование двух Белых Волчиц нарушает древний порядок.

Что рано или поздно мы начнём убивать друг друга.

А сейчас мы не просто остались живы.

Мы оказались сильнее, чем по отдельности.

Я повернулась к Второй.

Она смотрела на меня так, словно думала о том же самом.

И впервые за всё время нашего знакомства улыбнулась без печали.

Домой мы возвращались уже под утро.

Глеб ехал с Антоном. Я распорядилась разместить его в гостевом доме под охраной.

Не потому, что собиралась защищать от возмездия.

Просто он пока не закончил рассказывать.

И отпускать человека, который столько лет скрывал правду о моей семье, я совершенно не собиралась.

Вторая сидела на заднем сиденье нашего внедорожника.

В тёплой куртке, которую ей одолжил Антон.

Она почти не разговаривала.

Несколько раз я замечала, как она смотрит в окно на дома, освещённые фонари и редкие машины, проезжающие навстречу.

Будто всё это было для неё непривычным.

— Ты давно здесь не была? — спросила я.

Она перевела на меня взгляд.

— В этом мире?

Я кивнула.

— Не помню.

— Совсем?

— Иногда мне кажется, что я прожила здесь целую жизнь. А иногда понимаю, что многие воспоминания вообще не мои.

Я отвернулась к дороге.

— Мы с этим разберёмся.

Она усмехнулась.

— Ты всегда так уверенно обещаешь невозможное?

Аслан негромко рассмеялся.

— Постоянно.

Я бросила на него возмущённый взгляд.

— Предатель.

Вторая тоже улыбнулась.

И мне вдруг стало странно.

Словно в машине сидела не чужая женщина, которая ещё вчера могла оказаться моим врагом.

А кто-то очень далёкий.

Давно потерянный.

Кого я по совершенно непонятной причине теперь не хотела отпускать.

Мы добрались до дома, когда над лесом уже начинало светлеть.

Антон отправился к Юле, предварительно взяв с меня обещание не устраивать новых ночных приключений хотя бы до обеда.

Глеба разместили под охраной.

Вторую я поселила в одной из свободных гостевых комнат.

Она долго стояла на пороге, разглядывая кровать, шкаф и небольшое окно, выходившее в сад.

— Что? — спросила я.

— Это мне?

— Нет, соседскому медведю. Конечно, тебе.

Она осторожно провела ладонью по покрывалу.

— Спасибо.

Я вдруг почувствовала неловкость.

— Слушай… ты можешь пока оставаться здесь. У нас большая территория, места хватает. Только самостоятельно никуда не уходи. Охрана предупреждена, но лишних проблем мне не нужно.

Она кивнула.

Я уже собиралась выйти, когда услышала:

— Наталья.

Обернулась.

Вторая стояла возле кровати.

Смотрела на меня серьёзно.

— Ты ведь могла отдать меня им.

Я пожала плечами.

— Могла.

— Почему не отдала?

Я некоторое время молчала.

Потом ответила:

— Потому что ненавижу, когда кто-то решает за меня, как мне жить.

Она улыбнулась.

И я вдруг поняла, что впервые вижу на своём лице совершенно незнакомое выражение.

Такое спокойное.

Такое благодарное.

— Отдыхай, — сказала я.

И закрыла дверь.

Аслан ждал меня в спальне.

Он уже успел принять душ и теперь сидел на краю кровати, просматривая сообщения.

Увидев меня, отложил телефон.

— Всё?

— Надеюсь.

— Иди сюда.

Я подошла.

Он обнял меня за талию и притянул ближе.

— Ты как?

Я задумалась.

— Если честно, не знаю.

— Из-за родителей?

Кивнула.

Некоторое время мы молчали.

Потом я достала из внутреннего кармана куртки футляр, который передал Глеб.

Положила на ладонь.

— Здесь письмо мамы.

Аслан посмотрел на него.

— Будешь читать?

— Боюсь.

Он осторожно коснулся моей руки.

— Тогда я посижу рядом.

Я опустилась на кровать.

Открыла футляр.

Внутри лежал сложенный вчетверо лист.

Старый, немного пожелтевший.

На внешней стороне знакомым почерком было написано:

«Для моей Наташеньки».

У меня сразу защипало глаза.

Никто больше никогда так меня не называл.

Я осторожно развернула бумагу.

Аслан молча обнял меня за плечи.

И я начала читать.

«Доченька моя.

Если ты держишь это письмо в руках, значит, мы с папой не смогли сделать всё так, как планировали.

Прежде всего я хочу, чтобы ты знала: мы любим тебя. Не за то, какая у тебя кровь, не за силу, которую все вокруг считают такой важной. Для меня ты всегда останешься моей маленькой девочкой, которая однажды притащила домой раненого котёнка и заявила, что теперь у нас будет ещё один член семьи.

Ты тогда так серьёзно смотрела на папу, что он даже спорить не стал.

Наташа, есть кое-что, о чём мы не успели тебе рассказать.

Много лет назад я узнала правду, которая изменила моё представление о мире. Мне показали документы о двух женщинах, чьи судьбы оказались связаны так тесно, что даже смерть не смогла окончательно разорвать эту связь.

Однажды я увидела девочку.

Она была очень похожа на тебя.

Сначала я испугалась. Мне сказали, что она опасна. Что однажды может прийти и попытаться забрать твоё место.

Но потом я увидела, как она смотрит на меня.

И поняла, что передо мной просто ребёнок, которому страшно.

Я не смогла оставить её.

Папа долго спорил со мной. Сергей тоже был против. Но в итоге они помогли мне.

Мы обещали той девочке, что однажды она сможет вернуться домой.

Если сейчас она рядом с тобой, пожалуйста, не бойся её.

Она не пришла за твоей жизнью.

Её у неё уже однажды отняли.

И, Наташа…

Есть ещё кое-что, что ты обязательно должна знать».

На этом месте письмо неожиданно обрывалось.

Я нахмурилась.

Перевернула лист.

Пусто.

Снова посмотрела на футляр.

— Где продолжение?

Аслан осторожно взял его.

Осмотрел.

Провёл пальцами по внутренней стороне.

И вдруг остановился.

— Наталья, посмотри.

Под подкладкой обнаружился тонкий кармашек.

А внутри — ещё один сложенный лист.

Совсем маленький.

Я достала его.

Развернула.

И несколько секунд просто смотрела на написанное.

Всего две строки.

Но от них у меня перехватило дыхание.

«Запомни, доченька: вас не создало Сердце Гор. Вы существовали задолго до того, как оно признало тебя.

И если однажды тебе скажут, что одна из вас должна умереть, спроси у них, почему в 1983 году они так и не смогли уничтожить вторую».

Ниже стояла подпись мамы.

А под ней — ещё одна фраза.

Написанная уже другим почерком.

Почерком отца.

«Сергей знает, где её искать. Но сначала Наталья должна узнать настоящее имя той, которую мы потеряли».

Я медленно опустила письмо.

Посмотрела на Аслана.

И вдруг поняла, что мы всё это время задавали совершенно неправильный вопрос.

Нам не нужно было выяснять, почему появилась вторая Белая Волчица.

Нам нужно было узнать, кого именно она потеряла, прежде чем получила моё лицо.

А самое страшное заключалось в другом.

Мама знала её.

Не по легендам.

Не по рассказам Хранителей.

Она видела Вторую собственными глазами.

И когда-то обещала привести её домой.

Глава 5

Я всегда думала, что самое страшное — потерять человека, которого любишь.

Оказалось, есть кое-что хуже.

Узнать спустя годы, что у тебя отняли гораздо больше, чем ты могла представить.

Письмо мамы лежало на кровати. Я перечитывала последние строки, хотя давно запомнила их наизусть.

«Сергей знает, где её искать. Но сначала Наталья должна узнать настоящее имя той, которую мы потеряли».

Той, которую мы потеряли.

Не чужой наследницы. Не второй Белой Волчицы.

Именно потеряли.

Я провела пальцем по знакомому почерку отца.

— Почему ты сразу не рассказал мне? — тихо спросила я.

Разумеется, фотография, лежавшая рядом, не ответила.

Аслан сидел на краю кровати, наблюдая за мной. Он уже несколько раз предлагал лечь спать, но, поняв бесполезность своих попыток, перестал настаивать.

— Наталья, — негромко позвал он.

Я подняла голову.

— Что?

— Ты сейчас пытаешься найти ответ там, где его нет.

— Спасибо, очень обнадёживает.

Он улыбнулся.

— Я серьёзно. В письме нет имени. Но есть человек, который, возможно, его знает.

— Глеб.

— Именно.

Я отложила лист.

При одном воспоминании об этом мужчине внутри поднималась такая злость, что хотелось немедленно отправиться в гостевой дом и вытрясти из него всё, что он ещё не успел рассказать.

Он был там.

В ту ночь.

Видел мою маму живой после аварии. Слышал её последние просьбы. Получил письмо, которое хранил столько лет.

И всё равно молчал.

Я не знала, что должно произойти, чтобы однажды смогла простить его.

Впрочем, сейчас меня интересовало совершенно другое.

— Завтра поговорю с ним, — произнесла я.

Аслан кивнул.

— Хорошо.

— Только не пытайся отговорить.

— Даже не собирался.

Я подозрительно прищурилась.

— Ты какой-то слишком покладистый.

— Пользуйся моментом.

Он забрал у меня письмо, осторожно сложил его и убрал в футляр.

Затем выключил лампу.

— Всё. Спать.

— А если я не хочу?

— Тогда будешь лежать рядом и возмущаться. У тебя это прекрасно получается.

Я невольно рассмеялась.

Вот ведь невозможный мужчина!

Он притянул меня к себе, и я устроилась, положив голову ему на грудь.

Некоторое время мы молчали.

За окном шёл снег. В доме потрескивали батареи, где-то внизу негромко работал холодильник.

Самые обыкновенные звуки.

Когда-то я не обращала на них внимания. Теперь же именно такие моменты казались невероятной роскошью.

— Аслан?

— М?

— Как думаешь, мама действительно знала её?

Он осторожно провёл ладонью по моим волосам.

— Судя по письму, да.

— Тогда почему мне ничего не рассказывали?

— Не знаю.

Я вздохнула.

— Ненавижу, когда ты такой разумный.

— Прости. В следующий раз обязательно придумаю красивую легенду.

Я улыбнулась и закрыла глаза.

Но перед самым сном вдруг почувствовала нечто странное.

Совсем короткое прикосновение к сознанию.

Не голос.

Скорее чьё-то присутствие.

И едва различимый запах.

Ваниль.

Тёплое молоко.

Мамины духи.

Я резко открыла глаза.

Но ощущение уже исчезло.

Утром меня разбудил телефон.

Разумеется, Антон.

Кто бы сомневался.

— Наташа, ты проснулась?

Я посмотрела на часы.

Восемь сорок.

— Нет. Я специально оставила телефон под подушкой, чтобы разговаривать с тобой, не приходя в сознание.

— Очень смешно.

— Что случилось?

— Твоя гостья просит тебя увидеть.

Я села.

— Мира?

Собственное произнесённое имя показалось странным. Мы ещё не знали, действительно ли её так звали, но после разговора с Глебом оно всё чаще возникало у меня в голове.

— Кто? — переспросил Антон.

— Вторая.

— А. Да. Она сказала, что кое-что вспомнила.

Я окончательно проснулась.

— Где она?

— Пока в гостевом доме. Юля отправила ей одежду и завтрак.

Я невольно улыбнулась.

— Юля уже добралась и до неё?

— Наташа, моя жена сегодня с утра заявила, что неизвестная женщина не обязана ходить по морозу в чужих ботинках только потому, что у нас тут собрались одни идиоты.

Я громко рассмеялась.

— Передай, что я её обожаю!

— Она в курсе.

На заднем плане послышался детский плач.

Антон тяжело вздохнул.

— Всё. Мне пора.

— Счастливого отцовства!

— Иди ты…

Связь оборвалась.

Я ещё несколько секунд улыбалась.

А потом посмотрела на футляр с маминым письмом.

Улыбка медленно исчезла.

Сегодня нам предстояло узнать, кем на самом деле была женщина, пришедшая из-за границы миров.

И почему мои родители когда-то пытались вернуть её домой.

В гостевой дом мы приехали вместе с Асланом.

У входа дежурили двое охранников. После нападения возле старого лодочного сарая Антон усилил наблюдение за всей территорией.

Глеб находился в соседнем здании, под отдельной охраной.

Моя новая знакомая сидела в гостиной возле окна.

На ней были тёмные брюки, светлый свитер и мягкие домашние тапочки. Волосы она собрала в небрежный хвост.

Увидев нас, поднялась.

— Доброе утро.

Я остановилась.

Господи.

Как же непривычно было видеть собственное лицо напротив!

Причём теперь, когда она перестала выглядеть измученной и перепуганной, сходство стало ещё сильнее.

Те же черты.

Та же привычка слегка прищуриваться, внимательно рассматривая собеседника.

Даже волосы лежали почти одинаково.

Различались только глаза.

Её радужка оставалась серебристой, иногда приобретая слабый золотистый оттенок.

— Привет, — ответила я. — Как спалось?

— Хорошо.

Она немного помолчала.

— Очень хорошо. Я уже не помню, когда в последний раз спала на нормальной кровати.

Мне вдруг стало неловко.

Я прошла к дивану.

— Антон сказал, ты хотела поговорить.

Она кивнула.

— Мне кое-что приснилось.

Аслан сел в кресло напротив.

Я устроилась рядом с ней.

— Рассказывай.

Женщина посмотрела на свои руки.

— Я видела комнату. Небольшую. С деревянным полом и белыми занавесками. За окном росло дерево, кажется, яблоня.

1...45678...12
bannerbanner