Легенда: Император затопленной столицы

– Мы пришли, – объявил Сэм, остановившись около небольшого двухэтажного домика.

Вода здесь добралась уже до входной двери, полностью затопив каменные ступени. В темноте было не видно, но по стенам уже ползли водоросли, которые захватывали всё больше дерева. Агнесс невольно прикрыла ладошкой нос, ощутив этот неприятный запах сырости и тех самых водорослей, который вы ощущаете обычно от речной рыбы. Принцесса задрала голову, чтобы отметить, что здание слегка покосилось.

– Тут никто не живёт? – спросила принцесса.

– Два года назад жильцы покинули этот дом, – Сэм протянул руку, чтобы дёрнуть дверь на себя. – Но нам нужно быть потише, потому что в соседних домах всё ещё живут люди.

– Живут?! – Агнесс обернулась, немного повысив голос.

Соседние дома тоже были не в лучшем состоянии, а вода подступала всё ближе. Они смотрелись как заброшенные, потому что на улице было тихо, а внутри не горели свечи. Откуда же нашей милой принцессе было знать, что жители этих домиков возвращаются после тяжёлой работы и сразу же ложатся спать?

– Потише, – шикнул на неё Вуд и подтолкнул ко входу.

Сэм уже успел скрыться внутри. Агнесс шагнула за ним, понимая, что весь первый этаж покрыт водой. Деревянный пол под ногами неприятно прогибался и был скользким от водорослей, что Вуд ощущал более ярко босыми ногами, но он к подобному привык. Агнесс же поверить не могла в то, что люди вообще могут жить в подобных условиях, а ещё в то, что Сэм так уверенно говорил о том, что они смогут здесь прятаться! Дышать было тяжело и неприятно, не говоря о том, что передвигаться по залитому водой полу не самое лучшее впечатление. Агнесс остановилась в центре комнаты, шокированная видами, а Вуд поспешил прикрыть дверь. Наверное, если бы принцесса пришла сюда при свете дня, то совсем отказалась бы входить внутрь. В таких домах стены снизу были покрыты тиной, а выше росла уже плесень. Находиться здесь просто опасно для жизни. Зачем же тогда Сэм выбрал это место, чтобы прятать Агнесс? Наш принц был просто уверен, что его друзья не позволят такому случиться. А вот сделать этот дом своим секретным складом было не такой уж плохой идеей – все знали, что внутри покинутых жилищ нечего ловить кроме болезней и смерти.

– Агнесс, ступай осторожнее, – предупредил Сэм, уже поставив ногу на ступень, чтобы подняться на второй этаж.

Дерево противно скрипнуло под его ногами, а вода с шумом расплескалась, но у принца не возникло трудностей с тем, чтобы скрыться на втором этаже.

– Люди и правда живут в таких местах? – тихо поинтересовалась принцесса, медленно продвигаясь вперёд.

В комнате, в которую они попали до сих пор стоял стол и были разбросаны стулья по полу. Каменная печь находилась у стены, но уже не имела возможности быть затопленной разве что водой. Шкаф покосился и взбух от влаги, поэтому одна дверца приоткрылась, демонстрируя внутреннюю тьму. Когда-то тут теплилась жизнь, но сейчас она утонула, оставив за собой лишь крохи напоминаний, что тут кто-то обитал.

– У нас нет выбора, – тихо ответил Вуд. – Либо так, либо прозябать в таверне. Многие не могут вот так просто расстаться с жилищем, в котором провели столько времени, знаешь ли. Тяжело уходить из дома, в котором родился, и смотреть, как он медленно тонет со всеми воспоминаниями и кучей вещей.

Первое время мародёры облюбовали утонувшие дома, в надежде поживиться чужим добром, которое не было сил вывезти, но завеса не позволяет им покидать город, а значит и сбыть эти вещи не получится. Мародёров быстро начали презирать и наказывать, так что очень скоро желающих наложить лапы на затонувшие вещи почти не осталось. Нельзя сказать, что все люди вокруг добрые и понимающие, но общее горе явно сплотило их получше, чем та же церковь или безответная любовь к Императору, которая уже давно успела утонуть вместе с главной площадью. Кроме того, промокшие вещи быстро покрывались плесенью и несли собой лишь больше неприятностей, так что забирать что-то вовсе не было никакого смысла даже для хозяев.

Агнесс стало больно от осознания, что наводнение только со стороны выглядело простым и противным. Вблизи всё оказалось куда ужаснее, но девушка никогда не задумывалась об этом, поэтому ей стало стыдно даже посмотреть на Вуда. Принцесса поспешила за братом. Тот уже успел пройти вперёд по коридору и распахнуть дверь в дальнюю комнатку, которая раньше была чьей-то спальней. Агнесс вошла в неё, осматриваясь, пока Сэм присел на корточки, чтобы вытащить из-под кровати ящик с немного ржавым замком, где он и спрятал необходимое. Половица под мокрой ногой Агнесс скрипнула, а вокруг стало как-то холоднее, поэтому девушка поёжилась. Кроме кровати здесь стоял высокий шкаф, на стене висела какая-то шкура, покрытая плесенью, которая раньше защищала от холода, что проникал сквозь щели, но теперь в ней не было никакого смысла. Здесь пахло ещё хуже – затхлостью и старостью, а ещё грибами, которые вообще-то тоже росли в углу за шкафом, но наши ребята их не видели.

– Ты правда хотел, чтобы мы тут ночевали? – с ужасом спросила Агнесс, видя как простыня на кровати, покрытая пятнами, как будто бы странно шевелится.

– Я рассматривал этот вариант, – кивнул Сэм, вынимая из-под рубашки верёвочку с ключом.

Прошу вас, не вините второго принца в том, что он поступил так опрометчиво. Во-первых, я уже упоминал, что он надеялся на помощь друзей, которые не позволили бы ему поступить так жестоко со своей сестрой. Во-вторых, Сэм понятия не имел какой вред здоровью наносит здешняя плесень и влага. Откуда бы второму принцу знать о таком, если даже местные жители сбрасывали болезни на проклятие? Очень трудно понять почему из-за одной вещички, которую ты вытащил из насквозь промокшего дома, всем становится плохо, когда ты не поступал ни в какую академию, а единственная доступная школа не могла всего этого объяснить. Детей учили читать, считать и писать, но не более того. Императорская семья же получала обучение за счёт академиков, которые приезжали из других городов. Можно даже сказать, что их похищали насильно.

– Как же я рада, что в итоге нам не придётся здесь жить, – буркнула Агнесс, прикрывая нос и рот.

Вуд согласно закивал, хоть Сэм и не обращал на них сейчас никакого внимания. Он открыл своё хранилище и принялся вытаскивать то, что туда спрятал. Кинжал оказался завёрнут в рубашку, а так же нашлось два коротких меча, один из которых Сэм безропотно протянул Вуду.

– Это ещё зачем? – он неуверенно уставился на кожаные ножны, которые смотрелись слишком дорого для здешних мест.

– Если меня не будет рядом, то ты единственный, кто сможет ей помочь, – Сэм впихнул предмет другу, после чего поспешил развернуть кинжал и отдать его Агнесс.

Вуд тяжело вздохнул, не представляя каким образом он должен будет таскаться с этим мечом по городу. И вообще – неужели Сэм сейчас намекнул на то, чтобы Вуд не отходил от Агнесс ни на шаг? Было похоже, будто второй принц его в рыцари записал! Агнесс же умело закрепила кинжал на поясе, не имея абсолютно никаких претензий.

– Вы в курсе насколько это будет странно? – поинтересовался Вуд.

– Что именно? – Сэм возился теперь со своим мечом.

– Да всё! – возмутился Вуд и неопределённо махнул рукой. – Раз Агнесс будет работать в приюте, то не сможет постоянно держать при себе кинжал! Это странно! Да и оружие дорогое! Если ты будешь его таскать – это ещё ничего, но я… Меня тут же обвинят в воровстве!

– Воровать у рыцарей не зазорно, – усмехнулся Сэм. – Тем более, все знают, что ты мой друг, а значит можно говорить, что это я тебе подарил, а Агнесс моя сестра…

– Да, но зачем?! – перебил его Вуд. – Никто же не знает, что Император за нами охотится! Это лишь привлечёт ненужное внимание! Если кто-то тут узнает, что вы принц и принцесса…

Он замолчал, не смея озвучивать самые жуткие мысли вслух, но по его бледному лицу и так было всё ясно.

– Слушай, – Сэм вздохнул, наконец, закрепив меч на поясе. – Я не заставляю тебя таскать этот меч с собой постоянно. Просто… Не знаю… Спрячь его в удобном месте, до которого будет быстро добраться. А Агнесс кинжал нужен лишь на время сна, будет хранить его под подушкой на случай, если произойдёт что-то из ряда вон. В приюте она в безопасности, так что не о чем переживать. Если придут рыцари, то я смогу их отвлечь, а если облажаюсь, то как и договаривались, ты выведешь Агнесс через лес к таверне, где её спрячет Рут уже после обыска.

Вуд выдохнул и прикрыл глаза на пару секунд, пытаясь себя успокоить. Слова Сэма звучали до ужаса сухо, но внутри Вуд прекрасно понимал, что всё может пойти не так в любую секунду.

– Тебе тоже не стоит попадаться на глаза рыцарей, – напомнила Агнесс. – Смертную казнь никто не отменял, так что будешь прятаться вместе со мной.

Принцесса ему улыбнулась, будто предлагала вместе прогуляться и полюбоваться цветами, которые распускаются лишь ночью, но вот из-за неё Вуду стало немного спокойнее.

– Хорошо… Ладно… – выдохнул он. – Давайте вернёмся… Нам завтра тоже рано вставать.

Сэм лишь усмехнулся и вновь закрыл свой сундук, сложив всё, что не собирался брать с собой. Никто даже не всматривался что же ещё второй принц туда засунул помимо одежды. Впрочем, толку от нарядов сейчас было мало – всё равно они вымокли и, возможно, покрылись той самой опасной плесенью, но второй принц не стал обращать внимание принцессы на такое. Пока они возвращались, Сэм думал лишь о том как бы пробраться назад в замок, а главное – где именно искать нужную информацию?

***

Бернард пол ночи пытался как следует расшифровать то, что ему принёс слуга, но это оказалось не так-то просто. Магу тоже требовался отдых, так что перед глазами символы расплывались, отчего он совершал ошибки и терял смысл написанного, потому приходилось всё переделывать. Он не мог позволить себе тратить на это силы сейчас, а потому принял решение отдохнуть и отложить до следующей ночи, ведь с утра ему вновь придётся контролировать своих марионеток лично. Бернард чувствовал, что у них снова состоится разговор либо с Императором, либо с Оскаром, в ходе которого он планировал продолжать раздражать всех, чтобы родителей “Томаса” наконец отослали.

Это заклинание, на мой взгляд, было очень впечатляющим. Сами подумайте – маг должен запечатать настоящую личность и создать вместо неё поддельную, однако запечатать не так просто, как я тут вам объясняю. Это сложный процесс накладывания нескольких магических кругов, на каждый из которых приходится тратить довольно много времени. Это кропотливая работа, требующая внимательности и усидчивости. При этом чем дольше удерживается внутренний барьер, тем сильнее повреждается разум марионетки и тем меньше шансов ей вернуться к обычной жизни после того, как маг наиграется. Он может задать им определённое поведение, которого они будут придерживаться без него рядом, а может полностью контролировать каждое слово и действие, но это перегружает психику куда сильнее, так что приходится давать марионеткам отдых. Вы скажете, что это всё звучит ужасно и будете, несомненно правы. Маги между собой решили, что подобную магию нельзя использовать без специального разрешение верховного мага, но у Бернарда оно есть. Приказ – добиться цели любыми способами. Поэтому он не ограничен в своих действиях. Тем более, каждый знает насколько эта затея в итоге опасна, а потому никто и слова не посмеет Бернарду сказать после. По крайней мере, если у него всё получится.

Утром он ожидал, что в его комнату постучит Грегори, поэтому тщательно спрятал то, что слуга принёс. Однако на пороге оказалась девушка – одна из служанок. Она согнулась почти в пояс и сообщила, что молодого де Росса ждут на завтрак с Императором. Это Бернарда удивило. Неужели теперь Император будет каждое утро начинать с семейством де Росс? Что ж, отличный шанс будет его выбесить.

– А где Грегори? – поинтересовался Бернард, пока одевался.

– Его высочество первый принц с утра занят тренировками, – отчеканила служанка. – Он завтракает намного позже, но если хотите, то сможете присоединиться и к нему.

Маг не придал никакого значения тому, что голос девушки немного дрожал. Честно говоря, заметить это было безумно сложно, да даже если бы Кэрроу это удалось, он списал бы всё на волнение перед Томасом де Россом. Как никак, а он тут ценный гость. Служанка дождалась, пока он переоденется и даже несколько раз предложила свою помощь, но Бернарду всё ещё было непривычно подобное обращение, так что он отказывался настолько грубо, насколько мог, чтобы его сочли просто невоспитанным сынишкой герцога. Служанка, кажется, не обиделась, потому что её лицо не выражало никаких негативных эмоций, пока она вела Бернарда на завтрак.

– Мои родители уже там? – спросил он чисто, чтобы поддержать хоть какую-то беседу.

Он и без служанки мог запросто узнать местоположение своих марионеток, но не сделал этого, потому что был уверен в своих заклинаниях. Уж если к чете де Росс сегодня утром заглянули с подобным предложением, они ни за что бы не отказались. Тем более Бернард не хотел рисковать – ведь каждое его вмешательство вредило их разумам, а ему не хотелось бы, чтобы герцогиня де Росс сошла с ума раньше, чем её отошлют.

– Герцог и герцогиня прибудут чуть позже, – пискнула служанка. – Император приказал привести сначала вас. Он хочет поговорить наедине.

Бернард вскинул брови. И что же такого старый Император увидел в Томасе де Россе, что захотел обсудить с ним наедине какие-то вопросы? В прошлый раз этот старик ясно дал понять какого он мнения о выскочке Томасе. Мог ли тот слуга всё же доложить о передвижениях Бернарда по замку? Тогда у него точно проблемы. Но он ведь стёр ему память. Может, Император просто решил, что действовать стоит со стороны мальчишки? Хочет его задобрить? Бернард был бы не прочь его выслушать.

Служанка открыла дверь и отошла в сторону, склонившись теперь перед Императором и пропуская гостя в обеденную. Бернард тоже поклонился, как того требовал этикет, а вместе с тем окинул взглядом присутствующих слуг. Все они остановились, чтобы поприветствовать вошедшего, но быстро продолжили накрывать на стол. Среди них Бернард не увидел вчерашнего слугу. Впрочем, как найти того, чью внешность не запомнил?

– Присаживайся, – пригласил Император, небрежно махнув ладонью на место напротив себя.

Служанка, сопровождавшая Бернарда, тут же поспешила отодвинуть стул. Маг занял предложенное место, но понял, что что-то не так. Стол был накрыт лишь на две персоны. Разве служанка не сказала, что его “родители” присоединятся позже?

– Надеюсь, ты хорошо спал? – поинтересовался тем временем Император и жестом попросил наполнить его бокал водой.

– Благодарю вас за беспокойство, – кивнул Бернард. – Сон в вашем замке меня более чем устраивает.

Он внимательно наблюдал за выражением на лице Императора. Если он знает… Нельзя было быть таким наивным. Всё же слуга не просто так попал в его комнату!

– Очень рад, что тебя всё устраивает, – но Император мягко улыбнулся. – Есть ли у тебя какие-то пожелания? Может, к тебе приставить моих личных слуг?

– Благодарю, мне хватает того, что есть, – вежливо ответил Бернард, готовый среагировать в любой момент.

Наверное, если бы его в чём-то заподозрили, то рядом сейчас был бы Оскар? Он обычно разбирается с подобными вопросами.

– Не стесняйся, – Император слегка рассмеялся. – Ты наш дорогой гость и будущий муж моей внучки. Ты имеешь полное право просить чего угодно.

– Чего угодно, но только не возможности спасти мою будущую жену из лап похитителя? – не удержался Бернард.

Он понимал насколько глупо, а главное грубо звучит сейчас эта фраза, но ему хотелось вывести Императора из себя. Маг не любил, когда оппонент чувствовал себя хозяином ситуации, а потому невольно хотелось это изменить. Глаза Императора излучали неимоверный холод, но после вопроса Бернарда он усмехнулся.

– Меня восхищает твоя смелость и готовность бездумно броситься на защиту моей внучки, – медленно заговорил Император, прерываясь на то, чтобы поесть салат. – Однако, как я и говорил, я не имею права рисковать жизнью сына де Росс.

Бернарда это так сильно напрягало, что он совсем не торопился приступать к трапезе. Всё, что он сейчас мог делать – сжимать кулак под столом, готовый отбиваться от рыцарей, которые попробуют его схватить и следить за тем, как медленно Император поглощает пищу. Он накалывал на вилку кусочек помидора, клал её в рот, а затем чинно пережёвывал, будто это имело особый, сакральный смысл.

– Ты должен понять, Томас, что становишься частью нашей семьи, – продолжил Император. – А это значит, что я буду заботиться о тебе так же, как о родном внуке.

От этой фразы у Бернарда по спине поползли мурашки. Пришлось проглотить язвительный вопрос: “Что? Тоже будете пичкать меня ядом, как барона Шеффилда?”

– Тебе следует побыстрее это осознать, – Император отложил приборы и уставился на Бернарда. – Томас, почему же ты до сих пор не притронулся к завтраку? Тебя что-то не устраивает?

– Что вы, мне всё нравится, – заверил Бернард.

Однако Император подозвал ближайшего слугу, приказав тому наклониться и что-то зашептал ему на ухо. Слуга кивнул и покинул комнату.

– Позволь мне всё же угостить тебя чем-то особенным, – с нажимом сказал Император, постукивая пальцем по столу и сверля собеседника взглядом. – Думается мне, что ты заслужил такой завтрак в знак моей признательности. Я хочу, чтобы ты увидел как сильно я готов о тебе позаботиться.

Бернард и рад бы отказаться, потому что звучало это до безумия странно. Будто Император действительно намекал на яд. Но зачем ему нужно травить Томаса де Росса? Даже если он узнал, что тот шатается ночами по замку? Разве он как-то неправильно понял происходящее? Разве ему не нужен кто-то, кто мог бы взять принцессу в жёны, чтобы родить детей, которых потом можно использовать для жертвоприношения? Что если у Императора на примете уже есть кто-то другой, а де Россов позвали лишь затем, чтобы избавиться? Но это не имеет смысла, ведь старший сын остался снаружи! За пределами столицы! Если Император что-то сделает со вторым сыном, то будет скандал! Правитель просто не может об этом не знать! Бернард был в полной растерянности, не зная, что ему предпринять, а слуга тем временем вернулся с тележкой, на которой покоилось два крупных клоша. Бернард откинулся на спинку стула, пока перед ним выставляли оба блюда.

– Надеюсь, что этот особый завтрак придётся тебе по вкусу, – мягко сказал Император.

В тот же момент слуга поднял оба клоша, демонстрируя магу содержимое. Он удержался от того, чтобы вскрикнуть, но не смог взять себя в руки и вскочил с места. Стул с грохотом повалился на пол, а за ним упал и Бернард, который начал пятиться, но споткнулся о предмет мебели. Его взгляд был полностью прикован к отрубленным головам его марионеток, которые оказались под клошами. Что “отец”, что “мать” выглядели ужасно, потому что на их окровавленных лицах застыло неясное перекошенное выражение, будто им было очень больно, будто головы отрубили не одним ударом… Значит, что Император его раскрыл? Но почему тогда он не убил его? Это какая-то бессмыслица!

– Видишь, Томас, – Император поднялся с места и обошёл стол, чтобы видеть выражение на лице Бернарда. – Теперь ты сирота. Твои бедные родители были казнены за оскорбление императорской семьи, а тебе некуда больше податься. Ты, конечно, можешь попробовать уехать, но едва ли у тебя это получится. Поэтому крайне советую тебе вести себя хорошо и слушаться великодушного Императора, который пощадил твою жизнь. Кажется, у тебя остался ещё и старший брат? Уверен, что Оскару не составит труда найти и его… Надеюсь, ты осознал в каком положении находишься? И надеюсь, что больше не услышу от тебя глупых заявлений. Ты должен понимать, что теперь я несу ответственность за твою жизнь. Мы ведь друг друга поняли?

На этот раз улыбка на лице Императора была более чем довольной, а Бернард медленно осознавал, что произошло. Похоже, что его марионеткам всё же удалось вывести Императора из себя, но слишком уж хорошо. Пока правитель распинался перед запуганным Томасом де Россом, Бернард понял, что ему ничего не известно, а потому лишь слабо кивнул, не смея даже смотреть в глаза Императора, чтобы тот поверил, что напугал юношу.

– Вот и отлично, – хмыкнул Император. – Уберите это. И позаботьтесь о нашем госте, чтобы он не чувствовал себя плохо.

Отдав приказы, Император удалился из обеденной широким шагом, бросив Бернарда на полу. Маг и правда был очень шокирован происходящим, но наконец-то мог выдохнуть с облегчением. Нужно успокоиться. Теперь у него развязаны руки. Император сделал ему огромное одолжение.

Глава 8

Грегори тренировался на плацу в полном одиночестве. Рыцари не любили ему мешать, хотя он подозревал, что дело совсем не в этом. С Сэмом они охотно занимались чем угодно. Грегори не раз заставал их смеющимися, но с ним они вели себя совсем иначе. Они словно боялись его. И Грегори мог это понять. Но почему-то сейчас это особенно раздражало. Наверное всё дело в том, что приходилось послушно выполнять приказ дяди Оскара и сидеть смирно, пока Сэм где-то там в столице думает, что ему всё сошло с рук.

– Не волнуйся, я дам твоему брату время, – в очередной раз заверил Оскар. – Если он не вернётся, то отправлю за ним кого-нибудь. Или пойду сам. Лучше сосредоточься на Томасе де Россе. Думаю, скоро этому мальчишке очень понадобится друг.

В тот момент фраза дяди прозвучала странно, но Грегори не придал ей особого значения. Он решил, что дядя просто намекает на то, что де Россов следует удерживать в неведении как можно дольше, а раз Грегори уже расположил к себе Томаса, то и дальше втираться в доверие ему. Первый принц очень долго размышлял, размахивая мечом и совершая выпады, пока пот градом скатывался по его обнажённой спине. Он не хотел привлекать внимание к себе, чтобы его план никто не раскрыл, как это произошло с Сэмом, но и оставить всё как есть тоже было нельзя. Значит, придётся рискнуть и уговорить Томаса выйти за пределы замка, чтобы отыскать Агнесс самостоятельно. Да, их скорее всего отчитают, но разве будет это важно, когда принцесса вернётся в замок благодаря их усилиям? Если всё будет хорошо, то он сможет уговорить Императора не наказывать Сэма слишком уж сильно. Ведь ему главное, чтобы принцесса вышла замуж. Тем более Томас и сам был не против совершить подобную глупость.

Грегори устало выдохнул и убрал тренировочный меч, а затем накинул рубашку, немного поморщившись – ему стоило принять ванну перед завтраком, а после найти Томаса и обсудить план. Вчера они говорили, что нужно обыскать библиотеку, но Грегори сомневался, что там найдётся что-то полезное. Скорее всего ради большего придётся заглянуть в кабинет Императора, а то и лично в его покои, а это будет куда сложнее. Принц быстро зашагал ко входу в замок, но остановился, когда увидел несколько слуг, которые с трудом тащили по двору какие-то грязные мешки. Он нахмурился, потому что не мог припомнить, чтобы дядя Оскар наказывал кого-то из рыцарей настолько сильно.

– Что это у вас? – спросил он, подойдя к ним ближе.

– Герцог и герцогиня де Росс, – тут же ответил слуга с поклоном. – Ваше высочество, Император приказал нам сжечь тела.

Грегори ощутил как внутри завязался узел. Что он только что услышал? Сердце бешено стучало, но совсем не из-за недавней тренировки, а потому что он теперь заметил на мешках и земле следы крови.

– Но зачем? – спросил он невольно. – Какой в этом смысл?!

– Я не могу знать, Ваше высочество, – слуга вздрогнул, не смея смотреть на первого принца.

Второй тоже опустил голову и вцепился в свою ношу так, словно там внутри было что-то ценное. Третий старался сделать вид, что его тут нет. Впрочем, тела четы де Росс действительно имели определённую ценность. Но слуги и правда не могли ему этого объяснить. Поэтому Грегори развернулся на пятках и зашагал на поиски дяди Оскара.

– Какого дьявола происходит?! – прикрикнул Грегори, ворвавшись в кабинет дяди.

Тот сидел за письменным столом в своём обычном чёрно-золотом наряде рыцаря и мирно пил чай, читая при этом какое-то письмо.

– Я завтракаю, Грегори, – спокойно ответил Оскар, подняв на него взгляд. – Тебе бы тоже не помешало. Судя по виду, ты только что закончил тренировку?

– Я видел во дворе слуг, которые тащили сжигать тела де Россов! – Грегори быстро пересёк пространство между дверью и столом и ударил ладонями, отчего подскочила закрытая чернильница. – Разве не вы говорили, что нам стоит с ними сдружиться?!

– Я говорил, что тебе стоит подружиться с их сыном Томасом, – поправил Оскар. – На счёт герцога и герцогини никаких приказов не было.

Грегори поверить не мог в происходящее. Что странно, ведь он как никто другой хорошо знал Оскара Лавалье де Ружмон. Только теперь он осознал ту странную фразу по поводу того, что Томасу скоро нужен будет друг.