Легенда: Император затопленной столицы

– Серьёзно? – Грегори невольно хохотнул. – Дядя, вы хоть сами понимаете, что натворили? Я так старался задобрить их семью и затащить сюда, чтобы в итоге вы одним движением всё это разрушили? Де Росс больше не подпустит меня к себе! Не удивлюсь, если он откажется от свадьбы после такого!

Его крики едва ли спасли бы ситуацию, ведь дело уже было сделано.

– Грегори, у Томаса нет иного выбора, – тихо рассмеялся Оскар и отложил документ. – Теперь его родителей нет в живых, и единственный, кто может ему помочь – старший брат, но как он узнает, что произошло с родителями? Если Томас де Росс захочет написать ему письмо, то как он его отправит без нашего ведома? Изначально не было никакого смысла терпеть эту пару в нашем замке. Если бы Агнесс не сбежала, мы бы быстро закончили со свадебной церемонией и вышвырнули бы их вон. Однако… От них было слишком много шума. Император сказал, что Томас де Росс обязан понять, что здесь он на территории правителя, а потому гордость их семьи и влияние не имеют никакого значения…

– А вы не думали о последствиях?! – перебил его Грегори. – Вы же сами говорили, что с де Россами у нас не лучшие отношения! Мне пришлось постараться, чтобы заманить его сюда, и что теперь?! Вы не думали, что он лучше умрёт, чем женится на Агнесс?!

Грегори уже и сам не понимал, что сказать. Он злился на дядю, но не мог же вывалить правду, а потому заговаривался и повторялся, а к концу вовсе выпалил то, о чём и думать не смел. Насколько Томас де Росс сентиментален? Насколько эта ситуация его сломает? Что теперь делать? Он не хотел подвергать его семью такой опасности, а потому не представлял, что теперь будет. Неужели он всё это время был настолько послушным, чтобы в итоге дядя разрушил его план, даже не подозревая о предательстве? Это просто не честно.

– Грегори, – Оскар звучал сердито. – Возьми себя в руки! Раз тебе так жаль своего дружка, так пойди и успокой его, вместо того, чтобы орать на меня. Де Россов давно было пора урезонить. Когда придёт время, я отправлю их черепа старшему отпрыску де Россов. Но сначала мне нужно подготовиться, чтобы как следует их ослабить. Они пожалеют, что когда-то встали против нашей семьи… От тебя требуется стать Томасу лучшим другом. Поддержи его, можешь даже соврать, что тебе не нравятся методы дедушки. Сделай всё, чтобы он думал, что ты тут его единственный друг. Только так мы сможем сбить с них всю спесь. Смерть родителей и предательство младшего отпрыска… Что может быть хуже? Только прими ванну и переоденься прежде, чем заваливаться в спальню расстроенного Томаса.

Грегори был готов запустить в дядю креслом, но сдержался и вышел. Он направился вверх, намереваясь и правда смыть с себя пот, чтобы предстать перед Томасом де Россом в подобающем виде. Первый принц на самом деле просто оттягивал неизбежное, прекрасно понимая, как теперь Томас отреагирует на его появление.

***

Хотел бы я вечно рассказывать о похождениях нашей милой принцессы Агнесс. Описывать каждый её вздох, каждое содрогание ресниц, каждый мимолёный взгляд, который скользил по неподобающему принцессе окружению… Однако я понимаю, что в тот момент Агнесс не делала ничего примечательного, лишь пряталась, как и предлагал Сэм. Второй принц же прокручивал в голове план и размышлял когда стоит пробраться в замок, но пока что не делился мыслями ни с кем. Рут хоть и согласилась помогать, но участвовать в заварушках ей не хотелось – она не могла оставить мать одну, а потому сразу предупредила Сэма, что будет делать лишь то, что ей по силам. Рут не училась драться на мечах, а потому не смогла бы справиться с сильными рыцарями. Вышвыривать из таверны пьянчугу, который еле концы с концами сводит это одно, но идти против взрослого мужчины, крепкого телом, совсем другое. Вуд же чувствовал стыд за то, что ему не удалось ничего сделать, чтобы спасти столицу от Императора. Конечно он понимал, что был обманут, но всё равно не мог избавиться от этого чувства. Почему? Что ж, попытаюсь вам объяснить.

Представьте, что к вам внезапно подсаживается приятный молодой человек. Он ваш друг, вы ему полностью доверяете. И тут он начинает заваливать вас сладкими речами о том, что вам уготована великая судьба героя, что именно вы способны спасти не иначе как весь мир! Вы полны решимости и энтузиазма, а потому его слова звучат очень сладко и убедительно. Даже если вы поначалу сомневались, то со временем вы уговариваете сами себя, что это всё правда. А кто, если не вы? Вот вы уже представляете себя героем, думаете о том, как жители начнут вас хвалить, как у вашей матери на глазах появятся слёзы счастья и гордости за то какого великого ребёнка она смогла вырастить и… Всё это лопается в мгновение ока. Весь ваш воображаемый замок оказывается сделан из песка и разносится по округе, раздуваемый ветрами ложных фантазий. Внутри что-то обрывается, а счастье и эйфорию сменяют злость и смятение. Ваш друг оказался не тем, за кого вы его принимали, вас чуть не лишили жизни из-за его вранья и недомолвок, а геройством тут даже и не пахло. Вы почти погибли очень глупой смертью. Надеюсь, теперь вы понимаете как чувствовал себя Вуд?

И тем не менее у него всё ещё была надежда. Нет, он уже не питал ложных надежд. Он понимал, что и тут Сэм вполне может врать да так, что и собственной сестре наговорил всякого сказочного, но Вуд был всё равно намерен защитить Агнесс даже от Сэма, если придётся. Руквуд был далеко не глуп, а потому понимал, что принцесса тут жертва бесполезных интриг. Поэтому он предпочитал крутиться рядом с ней, а не выстраивать новые планы с Сэмом. Вуд всё ещё злился на него и не простил за такой обман. Ему требовалось время, чтобы вновь поверить в своего друга.

Агнесс не любила просыпаться рано утром, но в приют её взяли только с условием, что она будет помогать с работой. Поэтому её разбудили на рассвете, накормили завтраком и отправили на задний двор, где стояло две большие деревянные кадки, полные воды. Стиркой занимались всего двое женщин, но белья было много – в приюте проживали и дети, и учителя. Агнесс переживала, что не выдержит каждый день работать в холодной воде, но одна из женщин по имени Луиза натаскала горячей воды, а Вуд принёс холодной, отчего температура была вполне комфортной. Однако стирка была совсем непростым занятием. Агнесс посматривала на свою соседку, которая ловко замачивала ткань и с силой оттирала все пятна, пользуясь мылом. Однако даже так принцессе не удавалось достичь идеала, поэтому Луиза, которая помогала отжимать бельё, а потом развешивала его, часто вздыхала и возвращала вещи Агнесс, чтобы постирать снова.

– И снова пятно… – Луиза бросила очередную серую рубашку назад в кадку Агнесс. – Ты вообще стараешься?

– Стараюсь, – пискнула Агнесс, покраснев от стыда.

– Ощущение, что стирать вообще не умеешь, – сетовала женщина. – Мы с тобой тут до ночи так провозимся… Неужели ты вообще ничего не умеешь? Иначе понять не могу почему Вуд так просил не давать тебе мыть посуду и прибираться…

– Я умею шить! Очень хорошо! – выпалила Агнесс.

Принцесса успела заметить на одежде дыры, пока стирала, а потому и решила, что попросит дать ей другую работу. Раз уж Луиза была так ею недовольна, то Агнесс решила, что сейчас самое время.

– Шить, – брови женщины поднялись вверх и она переглянулась с другой прачкой.

На самом деле они и вдвоём справлялись неплохо, просто Вуд, пока уговаривал приютить Агнесс, очень уж был против, чтобы девушку напрягали. Он сказал, что бедняжка из рыбацкой гавани, в чём все сомневались, но расспрашивать всё же не стали. Стирка – единственное, что Вуд позволил. Луиза полагала, что это потому, что парень мог крутиться рядом, ведь им постоянно нужно было менять воду, с чем он помогал. Однако эта девица так уверенно сейчас заявила про шитьё. Если её убрать отсюда, то дело точно пойдёт быстрее, а если она не обманывает по поводу своего умения, то вдвойне хорошо.

– Неплохая мысль, – кивнула Луиза. – Думаю, старушке Адель помощь будет не лишней. Всё же она одна тут отвечает за починку одежды, но пока никого на замену ей не нашли. Есть, конечно, пара девчонок, которые приходят ей помогать, но они делают это вечером после уроков… Хорошо. Давай будешь чинить одежду.

Таким нехитрым образом Агнесс выбила себе занятие по душе. Принцесса не соврала, что умеет шить – в замке её этому обучали. Она начинала с вышивки на платках, а потом уже перешла к украшению собственных платьев. Хоть у неё и не получалось пока что сшить какое-нибудь роскошное платье, но шить она точно умела. Старушка Адель занимала не так много места в небольшой комнатке, оборудованной специально для того, чтобы можно было заниматься починкой одежды. Тут было недостаточно света – всего одно окно, у которого старушка и восседала в потёртом кресле. Её узловатые пальцы были давно исколоты, а руки дрожали, отчего швы накладывались медленно, потому что неровности Адель не могла себе позволить. Когда Луиза привела Агнесс, старушка как раз зашивала дыру на коленке чьих-то штанов. Она спокойно выслушала Луизу, после чего перевела недоверчивый взгляд на Агнесс. Эти серые выцветшие глаза явно уже плохо видели, а потому старушка немного щурилась, чтобы суметь рассмотреть черты Агнесс как следует.

– Что ж, – Адель кивнула на лавочку напротив, на которой обычно ютились младшие приютские дети. – Присаживайся и показывай что умеешь, а там и решим.

Луиза вручила Агнесс рубашку, иглу и нитку, очень надеясь, что старушка Адель разрешит этой особе остаться тут. Очень уж не хотелось тратить время и обучать Агнесс искусству нормальной стирки. Но наша принцесса уверенно взяла в руки нить и ловко вставила её в иглу, зубами оторвала нужную длину и принялась довольно резво зашивать дыру в подмышке. Луиза была приятно удивлена, когда Агнесс справилась всего за пару минут. Женщина удовлетворённо кивнула, рассматривая ровный шов, а Агнесс гордо заулыбалась, однако старые узловатые пальцы вытащили починенную вещь из рук Луизы, а потом поднесли труды принцессы близко к глазам Адель. Она щурилась, то отдаляла, то приближала, а потом и вовсе решила потянуть за ткань, чтобы убедиться в прочности шва.

– Хорошо, – закивала в итоге Адель. – Буду очень рада, если ты мне поможешь с починкой всей этой одежды и белья.

– Помогу! – радостно пообещала Агнесс.

Луиза же выдохнула от облегчения, понимая, что смогла избавиться от проблемы. Она пожелала им хорошего дня и оставила вдвоём, а сама вернулась к стирке. Агнесс же была счастлива, что нашла то, чем правда может помочь.

Видите? Как я и говорил – ничем интересным принцесса не занималась. Она не строила никаких планов, а просто наслаждалась мимолётной свободой. Понимали ли люди в приюте, что их гостья принцесса? Нет. Но они точно знали, что девушка эта не из простолюдинов. Слишком сложно было такое скрывать. Почему же они не выгнали её? Почему не отказали Вуду в помощи? Во-первых, Вуду они помогать были готовы и доверяли ему. Во-вторых, сходство Агнесс с Сэмом было просто невозможно игнорировать, а Сэма здесь хорошо знали и любили. В-третьих, простые люди банально боялись. Они понимали, что их могут обвинить в том, что они нанесли дочери какого-нибудь графа вред, а потому стоило быть очень осторожными. Они не могли её выгнать на улицу, хоть и не понимали почему ей вообще понадобилось тут ошиваться, но прихоти богачей никто понимать не пытался. Люди сосредоточились на выживании, а потому им было совсем не до того, чтобы разбираться в чужих проблемах, особенно, если они не касались их самих.

***

Бернард расхаживал по своей комнате, пытаясь взять себя в руки после завтрака. Он осознал, что недооценил Императора. Думая, что к нему прибыли настоящие де Росс, он не погнушался казнить их, наплевав на последствия. Очевидно, что таким образом Император пытался запугать молодого Томаса де Росса. Юноша остался наедине с врагами без возможности попросить у кого бы то ни было помощи. Бернард был уверен, что Оскар избавился от всех трёх наёмников, услуги которых маг оплатил. Мужчины колебались, когда узнали, что им предстоит ехать в замок Императора в столицу, но успокоились, когда Бернард назвал фамилию де Росс и пообещал хорошее вознаграждение, но только если они притворятся рыцарями семьи. Те, конечно, были возмущены, что де Росс не могут послать настоящих. Явно же беспокоятся о том, что могут потерять их, а каждый рыцарь де Росс был очень ценным бойцом. Бернард заплатил им часть денег и заверил, что будет в два раза больше, если они выполнят все условия. Маг дал им слово, что ничего делать не придётся, лишь притвориться сопровождающими. Они должны были приехать в столицу, а после свадьбы увезти фальшивых де Росс куда подальше и избавиться от тел. Да, Бернард и сам не предполагал сохранять им жизни. Но он правда не думал, что Император сможет пойти на что-то подобное. Нужно будет уточнить у Грегори – мертвы ли рыцари или их заперли?

Бернарду сейчас было очень любопытно – как же себя поведёт Грегори. От этого многое зависело. Если первый принц всё же обманул де Россов, чтобы заманить их в ловушку, то дальше Бернард будет действовать один. Придётся зайти со стороны второго принца. Однако, если Грегори не обманывал, то у мага появился огромный шанс закончить с первым принцем. Бернард Кэрроу очень переживал сейчас, но не о чужих жизнях, которые загубил, а о будущем, которого пытался достичь. Он плюхнулся на кровать, согнулся и закрыл лицо руками, изображая из себя очень убитого юношу. На самом деле ему было о чём подумать и помимо смерти своих марионеток. Он так и не встретил того слугу, который каким-то чудесным образом пробрался к нему ночью. Бернард на самом деле мало что знал о тех, кто способен видеть магов, потому что их чрезвычайно мало. Бернард даже не думал, что встретит кого-то столь редкого в подобном месте! Может, они по природе своей могут обходить магические барьеры? Но, раз так, зачем этот слуга осел здесь? Он бы мог и за завесу выбраться. Не исключал маг и тот вариант, что это был не человек, потому что он сильно сомневался, что обычный слуга справился бы с таким идеальным копированием демонических символов. Однако, если это и правда был демон, то что именно он задумал? Можно ли ему доверять? Возможно, он и сам был бы не прочь избавиться от Императора и заключить новый контракт? Значит, стоит быть вдвойне осторожным, чтобы в итоге обманом запечатать эту тварь раз и навсегда. Наконец-то Бернард услышал тихий и неуверенный стук. Он понимал кто решил заглянуть к нему в гости, но решил не отвечать, соответствуя образу.

Маг слышал, как открылась дверь, как неуверенно Грегори перешагнул порог и остановился, как медленно он обошёл кровать, чтобы оказаться перед печальным Томасом, как шумно он выдохнул, стараясь успокоить собственные нервы. Грегори какое-то время молчал, подбирая слова, а Бернард не отрывал ладоней от лица и даже не думал выпрямиться, изображая из себя несчастного и загнанного в угол.

– Я только что узнал, что случилось с твоими родителями, – в итоге тихо заговорил Грегори. – Мне… Жаль, что так вышло…

Маг подавил смешок. Первому принцу было правда жаль, и это можно было запросто услышать по его дрожащему голосу. Это было хорошей новостью. Осталось как следует разыграть эту карту.

– Я не знал, что Император… Совсем не думал… Я был уверен, что такого не случится! – выпалил Грегори, не получив никакой реакции.

Бернард шумно выдохнул, выпрямился, убрал руки от лица и самым сердитым взглядом воззрился на Грегори. Первый принц напрягся, спрятав руки за спину. Его тёмные волосы были слегка влажными, но чёрная форма императорских рыцарей казалась просто идеальной. Даже в такой ситуации этот педант старался держать лицо. Принял ванну и приоделся, чтобы не выглядеть жалким. Впрочем, бледное лицо и взгляд, блуждающий по комнате, выдавали его волнение с головой, лишь подтверждая правоту Бернарда – первый принц не на стороне Императора. Иронично, учитывая как сильно этот юноша был похож на прапрадеда.

– Был уверен, что этого не случится или же прекрасно понимал, что загоняешь всех нас в ловушку, – сдавленно сказал Бернард. – А я ведь правда тебе поверил. Ты обещал, что они уедут целыми и невредимыми.

Маг понимал, что первый принц тут ничего не решает. Им воспользовались с обеих сторон. И Бернард, чтобы пробраться в замок, и Оскар, чтобы заманить де Россов. Возможно, они изначально и не планировали никого отпускать.

– Я тебе не врал! – Грегори рассердился.

– Может быть, – Бернард пожал плечами, внимательно наблюдая за принцем. – Но и всей правды как-то не рассказал. Скажи, а рыцарей наших тоже казнили? И как давно? Может, как только мы с ними расстались у ворот?

– Я… Не знаю… – Грегори сглотнул.

Бернард снова сдержал смешок. У этого принца власти не больше, чем у улитки в виноградном саду. Да, она может вдоволь питаться вкусными листьями и плодами, размножаясь, но лишь до тех пор, пока хозяин виноградника не заметит её и не отравит.

– Хочешь сказать, что твоё предложение “вежливо попросить у Императора свадебный подарок” было серьёзным?! – Бернард изобразил нервный смешок. – Я думал, что есть способ обойти этот чёртов барьер и ты его знаешь! Думал, ты просто придуриваешься, а выходит, что ты и сам ничего не знаешь? Всё больше и больше походит на то, что я, как идиот повёлся на твои слезливые истории…

Грегори поджал губы и опустил взгляд, не зная, что на такое ответить. Первый принц чувствовал сильную вину за произошедшее. Он не представлял как это исправить и прекрасно понимал, что Император точно никого не выпустит за пределы столицы. Бернард так резко встал, что заставил Грегори вздрогнуть. Это было даже забавно, учитывая что первый принц был очень грозным противником. В физическом плане он был сильнее Бернарда, но маг не собирался делать ничего такого. Он просто прошёл мимо, чтобы остановиться у окна, изображая вид глубоко расстроенного аристократа.

– Вы вообще осознаёте, что натворили? – медленно спросил Бернард, высматривая снаружи хоть что-то интересное. – Или вы считаете, что за подобное вам ничего не будет? Спрятались за магической завесой и считаете, что в безопасности?

– Я понимаю твои угрозы, но я тут не причём! – выпалил Грегори, не выдерживая подобную дерзость. – Дядя Оскар, похоже, имел какой-то план! Он сказал, что хочет ослабить де Россов! Он не позволит тебе сообщить о смерти родителей, пойми! И я ничем не смогу тут помочь! Я… Просто не знаю…

– Что ты сейчас сказал? – Бернард обернулся, на этот раз действительно удивляясь услышанному.

– Дядя Оскар каким-то образом планирует ослабить де Росс, – повторил Грегори. – Пока никто не понял, что герцог и герцогиня мертвы…

Бернард был готов сейчас разразиться хохотом. Неужели Оскар Лавалье де Ружмон действительно ничего не понял и решил, что ему в руки попались настоящие де Россы? До этого момента маг сомневался, размышлял о том, где он что сделал не так. Может, имя Томаса де Росса и правда спровоцировало их на такие жестокие действия? Но нет. Они верили, что смогли заполучить настоящих де Россов. Скорее всего Оскар планировал использовать эту связь, чтобы пробраться на территории де Россов и посеять раздор изнутри. Настоящий герцог будет сильно удивлён, когда его рыцари схватят людей Лавалье де Ружмон на границах их земель. Бернард ни капли не беспокоился о таком – он был уверен, что герцог даже слушать не станет никакие объяснения, а все заверения и угрозы о том, что некий Томас де Росс находится у них в заложниках будут восприняты как оскорбление. Всех нарушителей просто казнят, как бы Оскар ни старался, а людей на несколько вылазок у него недостаточно. Похоже, что императорская семья вообще не осознаёт в каком положении находится. И да, если вы вдруг всё ещё не поняли – настоящая герцогская семья де Росс была в полном порядке далеко от столицы.

– Я обещаю, что придумаю что-нибудь другое, – затараторил Грегори, пока Бернард молча пялился на него каким-то странным и отрешённым взглядом. – Мы найдём как выбраться за завесу! Если потребуется, то я лично обыщу кабинет Императора и его спальню! Только… Нам нужно сначала вернуть Агнесс.

Бернард посмотрел на первого принца, как на умственно отсталого. Да, возможно, с его точки зрения это всё имело смысл, но не для мага. И уж точно не для Томаса де Росса. Разве стал бы он доверять ему после такого? Стоило рассказать Грегори правду, но как понять, что пришло время раскрыть карты?

– Я хочу прикончить Императора, – выпалил Бернард. – Мне плевать на твою сестру.

Грубая фраза ударила по Грегори, словно крепкий деревянный меч в затылок.

– Император… Бессмертен, – сдавленно напомнил первый принц.

– Значит, я это проверю, – маг слабо улыбнулся, изображая из себя помешанного, которому уже нечего терять. – Иначе какой смысл ему тут отсиживаться? Зачем отгораживаться тёмным барьером, который никого не впускает и не выпускает? Есть что терять, выходит. Может, его бессмертие такая же ложь как то, что моей семье тут ничего не грозило?

Брови Грегори сдвинулись ближе друг к другу, а между ними залегла глубокая складка. Ему явно не нравилось состояние Томаса де Росса.

– Не будь сумасшедшим! – попросил Грегори.

– О, я потерял разум ещё в тот момент, когда согласился тебе помочь, – хохотнул Бернард. – Что мне теперь терять? Прикончу сначала твоего дядю, а там и до Императора доберусь.

Магу было очень важно увидеть реакцию Грегори на такое. Первый принц застыл, не зная, что делать.

– Что? Разве не побежишь им рассказывать? – Бернард скрестил на груди руки.

Это была самая обычная провокация, чтобы убедиться в истинных намерениях первого принца. Бернард не боялся, что их могут подслушать, потому что сделал это невозможным своей магией. Не боялся он и того, что Император и Оскар попытаются убить и его. В отличии от своих марионеток, маг прекрасно мог защитить себя. Единственное, что его волновало – здешний демон, с которым Император заключил контракт. Однако, раз Бернард остался жив и не раскрыт, он сделал вывод, что демон всё же не собирается ему препятствовать. И был прав, скажу я вам, но вы убедитесь в этом гораздо позже. Как оказалось, демону тоже может наскучить контракт.

– Послушай… – Грегори хотелось как следует встряхнуть Томаса, но он сдерживал этот порыв. – Я понимаю твоё желание отомстить, но… Я не могу рисковать сестрой. Я обещаю помочь тебе, но только когда Агнесс окажется в безопасности. Ты прав. Раз Император имеет возможность выпускать нас из столицы по своему желанию, значит способ выйти за завесу точно есть. И я его найду. С твоей помощью или без. Ты можешь поступить глупо и безрассудно, просто расставшись с жизнью в конце, а можешь добиться того, чего хочешь, но лишь тогда, когда Агнесс будет далеко отсюда.

Бернарда это предложение слегка удивило. Неужели принцесса ему настолько дорога? Конечно, стоило догадаться, ведь именно ради неё всё это и было затеяно. Но маг почему-то решил, что девушке за пределами замка ничего не угрожает, раз уж за ней присматривает второй принц. Он просто выбросил существование Агнесс из головы, решив сосредоточиться на насущных проблемах. Видимо, он выбрал слегка неверную тактику.

– Ты сейчас понимаешь о чём говоришь? – уточнил маг.

– Понимаю, – Грегори кивнул. – Можно сказать, что мы тут готовим заговор против Императора. Подобное карается смертью, так что я ставлю на кон свою жизнь.

– Я не это имел в ввиду, – вздохнул Бернард. – Ты говоришь, что поможешь мне только когда твоя сестра будет в безопасности… И как ты это себе представляешь? Чтобы отомстить я должен оставаться здесь! Я не могу вывезти её и всё бросить!

Он старался разыгрывать раздражение и гнев, потому что настоящий отпрыск де Россов вряд ли был бы столь же спокоен в подобной ситуации. Вместе с тем Бернарду было необходимо проверить насколько далеко готов зайти Грегори, прежде чем раскрывать себя.

– Значит, нам нужен кто-то третий, кто покинет столицу вместе с ней, – рубанул Грегори. – А я останусь с тобой, чтобы выполнить данное обещание.

Бернард вскинул брови. Первый принц был действительно готов пойти на такое? Запереть себя в столице вместе с разгневанным Томасом де Россом, которому уже нечего терять? Более того, в глазах Грегори сейчас читалась такая уверенность, словно он готов был всадить кинжал в сердце Императора прямо сейчас. Достаточно ли этой решимости? Бернард пока сомневался. Потому что прикончить нынешнего правителя и его прихвостня было недостаточно. Но как теперь раскрыть себя так, чтобы полностью перетянуть Грегори на свою сторону?

– Хорошо… – нехотя сказал он. – Допустим, я соглашусь. И каков тогда твой план?

– Нам нужно найти Сэма и Агнесс, – Грегори, похоже, почувствовал облегчение, потому что его плечи, наконец опустились. – С этим идиотом придётся сложно, но… Если мы сможем его уговорить, то останется лишь понять как Император выпускает за пределы барьера лишь тех, кого хочет.

На самом деле на этот счёт у Бернарда уже были мысли. Маги тоже умели пользоваться завесами и барьерами, но они имели другую природу, нежели купол над столицей. Именно поэтому никто из них не рисковал проникнуть сюда, не зная, что их ждёт. Бернард Кэрроу же оказался среди всех достаточно безрассудным. Он помнил, как Оскар Лавалье де Ружмон несколько раз ободряюще похлопал его по плечу, как они пожали руки, как ту же процедуру дядя первого принца проделывал с рыцарями и четой де Росс. Оскар явно знал секрет, который заключался в магической метке. Она была слишком слабой, чтобы её заметить и пропадала сразу же после прохода через купол. Нужно просто выяснить как она выглядит, но рассказывать это Грегори сейчас он не собирался, потому что Бернард хотел полностью избавиться от барьера. Иначе все его старания не имели никакого смысла.