Медиум Пустоты и Анатомия Алчности 2

И тогда в круг шагнул гном. Варик. В руках — магострел, за спиной — андроид.

— Я.

Прасковья прищурилась.

— Ты? Ты же механик.

— Именно. Наука уравнивает шансы.

Он выставил андроида вперёд. Робот двинулся — быстро, точно. Прасковья ударила, но андроид заблокировал. Гном выстрелил из магострела — луч ударил ей в плечо. Кожа титана обуглилась. Белая кровь выступила.

Бой остановили.

— Достаточно, — Далия подняла руку.

Она смотрела на гнома с уважением.

— Восхитительно. Оружие, способное ранить эспера. Ты создал нечто способное убить бога.

Варик самодовольно погладил бороду.

— Наука помогает победить в бою даже с монстрами.

— Ты прав. Но ты говорил, что у тебя есть доктор-бионик в команде. Я бы хотела на него взглянуть.

— Это мой ученик. Совсем мальчишка. Пусть сразится с твоим учеником.

— Согласна. Им нужно обменяться опытом.

Гном позвал:

— Джек. Живо на арену.

Вышел паренёк. Бритая голова, татуировки на висках, пирсинг в брови. Голубые глаза и загорелая кожа — резкий контраст.

Ведьма скомандовала:

— Остин. На арену.

Юноши поклонились. Остин хотел что-то сказать, спросить о правилах. Но бионик не оставил ему шанса.

— Гравитация.

Остина прижало к земле. Кости захрустели. Он не мог дышать. Лёгкие сжались, рёбра затрещали.

Мария наблюдала. Её веер замер. Адель смотрел с надеждой — но не вмешивался.

Затем Джек применил:

— Удар силы.

Беловолосого юнца подкинуло и ударило о поверхность арены. Раздался глухой стук.

— Силовое поле.

Его начало сжимать. Воздух вокруг стал плотным, как камень. Остин потерял сознание. Просто отключился — не от боли, от нехватки воздуха.

Далия недовольно поджала губы.

Варик самодовольно:

— Твой ученик проиграл.

— Вижу. Он не воспринимает всерьёз обычную дуэль. Придётся его жёстче тренировать.

Адель спустился на арену. Поднял беловолосого юношу на руки — легко, как пушинку. Его лицо было каменным, но в глазах — тревога.

Он отнёс его в комнату. Положил на кровать. Лёг рядом.

— Ты устал. Тебе нужно поспать.

Он тихонько вливал в него энергию. Тепло разливалось по телу Остина — медленно, бережно. Дыхание выравнивалось. Кости перестали ныть.

— Прости, — прошептал Остин сквозь сон.

— Спи.

В крепости начался стихийный праздник.

Мария играла в покер с бандитами. И выигрывала. Её веер лежал на столе, рядом с горой монет. Бандиты хмурились, бросали карты.

— Как? Как ты это делаешь?

— Я принцесса Орлея. Мы играем в эти игры с детства. Побеждает тот, кто умеет играть, но создаёт свои правила – это Роза Орлея.

Полдник и Лео смеялись. Сын Полудницы улетал, балансируя между ярусами крепости. Рыцарь пытался его поймать.

— Спускайся вниз!

— Научись летать!

— В этом нет чести!

— Это твои проблемы!

Прасковью пригласили на армреслинг. Она не оставила и шанса победив всех. Бандиты с восхищением смотрели на мускулистую деву. Она подняла руки и начала демонстрировать мышцы — принимая разные позы, будто на чемпионате бодибилдинга.

— Это бицепс, — она напрягла руку. — Это трицепс. Это плечо. Это...

— Мы поняли! — хором ответили бандиты.

— Нет, не поняли. Смотрите внимательно.

Она согнула руку, и мышцы вздулись, как канаты. Кто-то из бандитов упал в обморок.

Мария наблюдала за этим с лёгкой улыбкой.

— Она затмила даже меня. Впервые вижу такое.

— Это Прасковья, — Полдник приземлился рядом. — Она всегда всех затмевает. Даже когда не хочет.

— Я хочу, — отрезала Прасковья. — Ещё как хочу.

Все засмеялись. И в этом смехе — усталом, тёплом, живом — было что-то, чего давно не было в этих землях.

Покой.

102. Свидлун: Смена власти.

Мастер Витаар Таранис созвал совет. В городскую Администрацию прибыли многие. Альфред из Красного Ворона — в парадном камзоле, с гербом на груди. Арн как депутат Верхних Выселок — в простом сюртуке, но с прямой спиной. Хельга от стаи Мория — в кожаном доспехе, с кинжалом на поясе. Кирин отсутствовал.

Нефтепромышленник Гриш Фельдман — в напомаженном парике, с папкой документов. Фея Айлин — в белых кружевах из паутины Арахны, с прозрачными крыльями. Матрона, Старшая Вдова, — в чёрной рясе, с крестом Мары на груди. Волоколак Авгур из клана Солнца — с звериными глазами, в мехах. Илума Надин от Фракции Свободы — в простом льняном платье. Шелкопрядица и другие старейшины — те, кто ещё не потерял надежду или хотя бы страх.

Во главе стола восседал воевода Крольм. Его лицо было каменным. Руки лежали на подлокотниках с такой тяжестью, будто он держал на себе весь Север. Канцлер Сарена пришла позже всех — в чёрном платье, с серебряными змеями, с Звездой Смерти на тиаре. Она села в стороне. Молча.

Крольм посмотрел на мастера Витаара. Его голос был глухим.

— Зачем ты нас собрал?

Послышались недовольные голоса.

— Да. Зачем школьный учитель нас собрал?

— Мы просто зря тратим время.

Фельдман сразу почуял неладное, но промолчал, сохраняя пластиковое выражение лица. Его пальцы барабанили по папке — нервно, быстро. Фея и Волоколак сидели в ожидании. Матрона смотрела в стену. Илума — на Витаара.

Витаар оглядел всех осуждающим взглядом. А затем посмотрел на Крольма с нескрываемым презрением. Он нажал кнопку на столе. Громкая связь щёлкнула.

— Можете входить. Все собрались.

Двери зала распахнулись. Вошёл Кот Баюн — в человеческой форме, во фраке, с жёлтыми кошачьими глазами. ИИ Макс — в костюме-тройке, с пиксельными глазами, которые пульсировали ровным синим светом. И ученики Парящей Крепости: Мойша, Сэра, Земфира и Рабадон.

Ученики сели за стол переговоров как участники совета. Старики оскорбились. Кто-то поперхнулся вином. Кто-то схватился за эфес. Фельдман поправил парик — тот съехал набок.

— Что это значит? — Крольм ударил кулаком по столу. — Какое имеют право какой-то кот, и учитель нас отвлекать ерундой?

Кот сел за стол с другого конца. Посмотрел прямо в глаза воеводы. Его улыбка была широкой — и в ней не было тепла.

— Итак, начнём. Сегодня вас собрали для избрания нового правителя Свидлуна.

Крольм гневно ударил кулаком по столу. Столешница треснула.

— Я правитель!

— Ты убил династию Таранис, — голос кота был ровным. — Ты был при жене и дочери. Но наследница ушла. Более ты не можешь занимать эту должность.

— Я не уйду.

— Я ожидал такого ответа, — кот улыбнулся, обнажив клыки.

ИИ Макс вышел вперёд. Его голос был лишён эмоций — как приговор.

— За свои преступления Крольм приговаривается к казни немедленно.

Он поднял руку. Из указательного пальца вырвался красный лазер. Тонкий, точный. Он вошёл в голову воеводы чуть выше переносицы. Крольм замер. Его глаза расширились. Потом погасли. Тело медленно осело в кресло.

Старики притихли. Никто не пытался бежать. Андроиды — их было двое, у дверей — шагнули вперёд. Взяли под контроль весь совет. Свидлун.

Кот открыл пасть.

— Поглощение души.

Из тела Крольма поднялась тонкая струйка света — мутная, серая. Она втянулась в пасть кота. Он сглотнул.

— Он не должен существовать. А тем более — перерождаться.

ИИ Макс просканировал всех оставшихся. Его пиксельные глаза сузились.

— Я не вмешивался в дела людей, пока это не стало угрозой. Мы будем менять систему.

Он повернулся к Сарене.

— Мойша станет новым Канцлером. Ты не против? Не хотелось бы и тебя увольнять таким образом.

Сарена молча кивнула. Её лицо не дрогнуло. Она положила на стол символы власти — ключ от Врат Севера, печать Канцлера, медальон. Андроид передал ключ в руки Мойши.

— А теперь, — Макс указал рукой на Айлин, Земфиру и Рабадона, — элитный боевой отряд будет присутствовать на совете и обсуждать военные операции в будущем. Примите это как факт.

Кот оглядел стариков. Они отводили глаза. Фельдман поправил парик — тот всё ещё съезжал.

— Раз все согласны с этим назначением, можем приступать к другим делам.

ИИ Макс посмотрел на Арна, Альфреда, а затем на Хельгу.

— Кирин сговорился с Мальфроем и готовит войска. Вы должны нанести ответный удар.

Альфред посмотрел на Арна. Его глаза горели.

— Я отомщу этому мерзавцу за тебя, брат.

Хельга вскочила.

— Мория и Бреннок готовы исполнить приказ.

— Отлично. Теперь можете обсудить текущие дела.

Фельдман натянул улыбку и обратился к Мойше.

— Так значит, новый глава. Нам нужно подписать бумаги. Но изменилась цена.

— Я подпишу, — Мойша смотрел на него ровно. — Зачем мне золото, если мой народ будет голодать? Скоро война.

Айлин подошла к андроиду. Её крылья мерцали.

— Крольм заслужил это.

— Это был приказ Кота Баюна, — ответил Макс. — По моему мнению, все люди должны быть уничтожены. Но он сдерживает меня. Люди представляют конец света как гибель человечества. Но мир не погибнет, если люди исчезнут. Он вздохнёт с благодарностью.

Кот улыбнулся.

— Верно. Мир нужно спасать от идиотов. Крольм был огромной ошибкой у власти. Он потерял жену и дочь — потомков бога Перуна. Поэтому я стёр его душу из мироздания.

Мастер Витаар сделал объявление.

— Мы наберём молодых специалистов из андроидов и студентов на работу в город. Многих будем увольнять с должностей. Будьте готовы.

Кровавый Камень

Тем временем в Кровавом Камне — там, где недавно Остин был отравлен, где Мальфрой вливал ему в рот свою кровь, — Артур и Сюзанна сидели во дворце. Дворец был пуст. Мальфрой мёртв. Миридан — тоже. Но лич вернулся. Смерть для него — не конец.

Артур сидел за столом, разложив карту. Сюзанна — рядом, с папкой документов. Она что-то писала. Пером. Быстро.

— Мы объединим силы и разобьём Красного Ворона, — Артур ткнул пальцем в точку на карте.

— А там и Свидлун падёт, — Сюзанна не подняла глаз.

С неба над замком спустился галеон. Чёрный, с рваными парусами, с багровыми огнями в трюмах. Он парил в воздухе — тяжёлый, медленный. С него спустился лич Миридан. Его мантия была новой. Глазницы — с синими огоньками.

— Ну вот. У нас появился первый боевой корабль.

— Отлично! — Артур поднялся. — Когда у нас будет флот — Свидлун падёт.

— Госпожа Профком. Вы полны амбиций.

Сюзанна подняла голову. Её лицо было спокойным.

— Миридан. В мире хищников женщина должна быть хищницей.

— Ты права, моя дорогая, — Артур обнял её за плечо. — Именно поэтому я тебя ценю.

— Жаль только, что Король Мёртвых Маркел сбежал вместе с Повелителем Зомби Орсоном, — Сюзанна отложила перо.

— Оборотни не успели их перебить.

— Действительно жаль. Он может собрать армию и вернуться.

— Но мы готовы, — Артур улыбнулся. Его улыбка была хищной.

Миридан стоял у окна. Смотрел на небо. Галеон медленно растворялся в облаках.

— Мы готовы, — повторил он. — Я воскресил Мальфроя. Он скоро присоединится к нам.

103. Алаг-Толуй: Крепость Огра.

За неделю в Гномьей крепости Лео обустроил церковь. Небольшую — в одной из пустых комнат второго этажа. Он снял со стены старый гобелен, повесил распятие — простое, деревянное, вырезанное из дубовой ветки. Поставил свечи. И начал проповедовать.

Бандиты приходили. Сначала — из любопытства. Потом — потому что слова западали в душу. Они сидели на полу, на ящиках, на перевёрнутых вёдрах. Слушали.

— Меня ведёт Свет Создателя, — говорил Лео. Его голос был ровным, без пафоса. — Целомудрие не требует оправдания. Никогда не сомневайтесь в истинности учения. Без праведности мы обречены.

Он нёс слово Церкви Создателя. Той самой, что сожгла Марию. Той самой, что убила его мать. Той самой, что он сам разрушил. Но он верил. Не в церковь. В Создателя. В свет. В то, что даже в самой тёмной душе есть искра.

Адель присоединился к проповеди. Он сидел на скамье у стены, скрестив руки. Его жёлтые глаза были полуприкрыты. Его отвергли небеса — четыре тысячи лет назад. Но он никогда не терял веры. Просто вера его была другой. Не в прощение. В порядок. В то, что у всего есть причина.

— Создатель милосердный, — Лео поднял руки. — Вознеси мои молитвы к Небесному Алтарю и Золотому Престолу. Да снизойдёт Святой Свет. Да разгонит тьму и морок. Да узрит свет, идущий во тьме. Да не убоюсь теней, находясь в тени. Да не угаснет пламя веры внутри нас.

Бандиты слушали. Некоторые плакали. Некоторые просто сидели, закрыв глаза. А потом случилось то, чего никто не ожидал.

Кано — с повязкой на глазу, — поднялся. Он подошёл к Лео. Молча. И протянул руку.

— Я хочу принять учение, — сказал он. Голос был хриплым. — Если это не поздно.

Лео посмотрел на него.

— Никогда не поздно.

Он возложил руки на плечи Кано. Золотистое сияние — слабое, тёплое — разлилось от его ладоней. Кано вздрогнул. Его глаза расширились. А затем он упал на колени.

— Я чувствую... что-то.

— Это вера, — Лео улыбнулся. — Она у тебя была всегда. Просто ты её не замечал.

С этого дня Кано стал жрецом. Он надел распятие. Он помогал Лео. Он говорил с бандитами — не как разбойник, а как пастырь. И это стало примером для многих. Ещё трое приняли учение. Потом ещё двое. К концу недели в крепости была своя маленькая церковь.

Бандиты обрели класс жреца: способность исцелять и благословлять.

Варик наблюдал за этим с довольной улыбкой. Хитрый гном уже заключил сделку с ведьмой. Группа из разной нечисти принесла пользы больше, чем он ожидал.

— Далия, — сказал он, подходя к ней. — Твои спутники уникальны.

— Я знаю, Варик.

— Надеюсь, мы встретимся снова.

— Конечно. Нам нужны союзники.

— Как и нам, ведьма. В мире, где власть сгнила, народ может полагаться только на себя.

Остин и Джек за неделю подружились. Бионик — с бритым черепом, татуировками и пирсингом — оказался не таким уж и грубым. Он учил Остина управлять пространством. Остин учил его — духовному зрению.

— Ты видишь ауры, — сказал Джек, сидя на краю арены. — Я вижу структуру материи. Мы могли бы дополнять друг друга.

— Могли бы, — Остин кивнул. — Если бы не были по разные стороны.

— Стороны — это условность. Люди придумали их, чтобы оправдать войну.

Остин посмотрел на него.

— Ты прав.

Прасковья и Мария проводили время с жителями крепости. Мария, как Святая, благословляла их. Прасковья помогала строить дома — поднимала брёвна, которые не могли поднять пятеро мужчин. Переносила камни. Копала. Жители смотрели на неё с восхищением.

— Ты сильнее, чем выглядишь, — сказал один из бандитов.

— Я выгляжу сильной.

— Да. Но мы не думали что настолько.

Она улыбнулась. Впервые за долгое время — легко. Она знала что приносит пользу. Это придавало новый смысл её жизни после смерти мужа.

Полдник оставил тонны припасов — овощи, зерно, сушёные травы. Он вырастил их за один вечер. Бандиты не верили своим глазам.

— Это... это чудо.

— Нет, — Полдник покачал головой. — Это природа. Просто она любит, когда о ней заботятся.

Ведьма получила обещанный магострел. Варик вручил его лично — с поклоном.

— Как и договаривались. Парочка, как я и сказал.

— Благодарю.

— Это тебе спасибо. Твои куклы спасли моих ребят. И спасут ещё многих.

Группа двинулась дальше. Ворота Гномьей крепости распахнулись. За ними — запад. Клан Молота. Новые земли. Новые враги. Новые союзники.

Они миновали озеро и Яснодол. Дива Лобелия вышла на берег — зелёная кожа, волосы-водоросли, глаза-омуты. Она вознесла руки, и с неба хлынул дождь. Тёплый, чистый. Он смыл с них пыль, боль и тревоги прошлого, обещая надежду на будущее.

— Хороша благодарность, — проворчала Прасковья, выжимая волосы.

— Мы ей доброе дело, а она нас окатила, — Мария щёлкнула веером, стряхивая капли.

Остальные шли молча. Адель смотрел на хмурое небо. Вспоминал Селесту. Небеса. Падение. Огонь. Пепел. Он не рассказывал об этом. Просто шёл держа яйцо. И только Полдник радовался.

— Это дар природы! — он подпрыгнул, ловя капли ладонями. — Чистая вода! Живая!

Они миновали озеро Яснодола. Город уже возвращался к жизни. Чума закончилась — как только депутат сбежал, а пауки ушли из города. Ставни открывались. Дети выходили на улицы. Кто-то даже махал им вслед.

Пройдя по глинистой дороге, мимо валунов и кустарников, они дошли до чащи леса. В ней был проход через пещеру. Корни торчали из стен и потолка. Местами виднелись следы стоянок — костры, лежанки, обрывки ткани.

По пути попалось несколько монстров. Ползуны — двухметровые муравьи с блестящими панцирями. Вараны — с раздвоенными языками и глазами, горящими в темноте.

— Стойте за мной, — Лео выхватил меч.

Аура меча вспыхнула белым. Один взмах — ползун развалился надвое. Второй — варан рухнул, разрубленный от плеча до хвоста. Рыцарь даже не замедлился.

— Ты мог бы оставить хоть одного для тренировки, — буркнул Остин.

— Тренируйся на тех, кто опаснее.

В глубине пещеры их встретили огненные саламандры. Ящерицы размером с лошадь, с кожей, покрытой угольками. Они плевались огненными шарами.

Остин вскинул ладонь.

— Тишина.

Саламандры замерли. Их пасти открывались, но огонь не шёл.

— Пожиратель душ.

Их тела рассыпались в прах. Серый, лёгкий. Ветер унёс его в темноту.

Из пещер они вышли к поселению гоблинов. И остановились.

Поселение атаковали авантюристы. Люди. С гильдейскими жетонами на шеях. Ведунья хватала гоблинов лозами. Ворожей сжигал их заживо. Эспер силового типа разрывал латными перчатками. Гоблины бежали. Женщины. Дети. Старики. Они прятались по домам, но дома горели.

— Эти авантюристы хуже бандитов! — Прасковья сжала кулаки.

— Раскаявшийся грешник лучше праведника, — тихо сказал Леоморд. — Ведь праведник не осознаёт своей вины.

— Мы поможем гоблинам, — Адель шагнул вперёд.

Остин вскинул руку.

— Тишина. Паралич.

Авантюристы замерли. Их глаза расширились от ужаса. Они не могли двигаться. Не могли кричать.

Полдник добавил:

— Удар полуденного солнца.

Золотой луч ударил с неба. Ворожей вспыхнул и рассыпался пеплом.

Остин закончил:

— Пожиратель душ.

Их тела обратились в прах. Все до одного. Демон посмотрел на то, что осталось. Презрение в его жёлтых глазах было обыденным.

— Люди.

К ним вышел израненный старик. Шаман. Его лицо было в крови, рука висела плетью. Он подошёл и поклонился Аделю.

— О, Повелитель Демонов. Ваш отряд спас жителей. Чем мы можем отплатить вам?

— Мы остановимся в поселении, шаман. Как твоё имя?

— Я Киган.

— Откуда пришли эти люди?

— Из гильдии авантюристов.

— Чем больше я вижу людей, тем больше я их ненавижу, — заключил Остин.

— Мы остановимся в этом посёлке, — скомандовал Лео.

Старик поклонился ещё раз.

— Это город гоблинов Алаг-Толуй. Нас истребляют люди. Только огры защищают нас. Вас проводят в дом старейшины огров Куккарата Шаккарукатта. Он на окраине города. У него своя ферма и поля.

Группа отправилась во дворец огра-правителя. Большой — из серого камня, с высокими сводами, с множеством комнат. У него было пять сыновей.

Киган встал у врат и позвонил в колокол. Звук разнёсся над полями.

Впереди были большие каменные ступени. К ним вышел молодой огр — полный сил, похожий на маленькую гору.

— Курак. К нам прибыли гости издалека. Повелитель Демонов. Предупреди отца.

— Хорошо, шаман.

Он развернулся и ушёл. Вскоре вышел крупный мужчина в мантии с посохом. Его сопровождал отряд из огров и пятеро сыновей.

— Для нас честь принять Владыку Демонов, — он поклонился Аделю.

Затем оглядел остальных.

— Это для нас честь, — Прасковья сложила кулаки в поклоне.

Огры увидели её. И начали шептаться.

— Она огр или великанша?

— До чего же хороша.

— Я бы взял её в жёны.

— Ты? Да она тебя одной рукой переломит.

Мария не сдержала улыбки.

— Кажется, ты привлекла внимание.

— Не будем терять времени. Веди нас.

Им выделили крыло дворца — восточное. Слуг из гоблинов и орков. Внутренний двор. Пруд с карпами. Цветочные клумбы. Сад с целебными травами.

Куккарат оказался дрессировщиком тёмных виверн и паокаев — огромных летающих тварей с кожистыми крыльями. Его сыновья были умелыми мастерами меча — Курак и Куньяк. Рагат — снайпером. Тиллсек — инженером. Он создавал машины и големов. Краг выбрал путь бойца — сражался на кулаках, укрепляя тело аурой, как эсперы силового типа.

Шаман Киган работал в саду. К нему присоединились Далия и Остин. Он варил вино из гоблинских ягод. Тёмно-фиолетовое, густое. Оно восстанавливало запас сил и имело целебный эффект.

— Попробуй, — Киган протянул Остину глиняную чашу.

Остин взял. Отпил. Тепло разлилось по телу — от горла до кончиков пальцев. Усталость отступила. Боль в костях, которая не проходила с Кровавого Камня, исчезла.

— Это... чудо.

— Нет, — Киган покачал головой. — Это природа. Просто люди забыли, что она умеет лечить.

Далия взяла чашу. Принюхалась. Отпила.

— Хорошее вино. Я бы добавила полынь. И немного ещё таволги.

— Ведьма, — Киган усмехнулся. — Ты всегда всё портишь.

— Я улучшаю рецепт.

Остин смотрел на них. На сад. На небо. И впервые за долгое время почувствовал, что здесь можно дышать.

Алаг-Толуй: вечер

Яйцо положили на время к вивернам. Тёмные твари — с кожистыми крыльями, с глазами, горящими янтарём, — окружили его в дальнем углу вольера. Одна, самая крупная, подползла ближе, обнюхала скорлупу. Затем свернулась вокруг, накрыв яйцо перепончатым крылом.

— Они всё же родственники дракона, — Куккарат стоял у ограды, скрестив руки. — Смогут позаботиться.

— На время с Аделя снимаем роль няньки, — Далия усмехнулась.

— Вождь Куккарат проследит за ним, — демон кивнул, и в его голосе слышалось облегчение.

Он не сказал этого вслух. Но все заметили, как расслабились его плечи.

Прасковья билась на арене с Крагом. Пятый сын вождя — огромный, мускулистый, с руками как брёвна. Он наваливался на неё, пытаясь повалить. Но она даже не использовала силу титана. Просто учебный бой. Они обменивались ударами по лицу и телу. Пыль стояла столбом.

Огры восхищённо поднимали топоры над головами.

— До чего же страшна!

— Ой, страшна!

— Она великанша! Настоящая!

Краг улыбался. Каждый удар отзывался в нём чем-то новым. Тёплым. Он никогда не получал такого удовольствия от схватки. Ни с отцом, ни с братьями. А с ней — получал. Дева-витязь сделала подсечку и захват — как учил Леоморд. Села сверху, глядя ему в лицо. Он смотрел и не мог вымолвить слова. Покорён.

Толпа взорвалась овациями. Рыцарь одобрительно кивнул. Он видел рост ученицы. Видел то, чего она сама, может, ещё не замечала.

Прасковья слезла с юноши и подала ему руку.

— Вставай.

Его щёку обдало румянцем. Он неловко взял её ладонь.

— Ты одолела меня.

— Не переживай, Краг. Ты сильный воин. Просто у меня был хороший учитель.

Она кивнула рыцарю. Она знала: никто не сравнится в мастерстве с тем, кто сражался две тысячи лет. Палач, что отнял тысячи жизней. Леоморд поймал её взгляд. И что-то в его глазах дрогнуло — не гордость. Что-то тише. Он отвернулся.

Вечером их пригласили на банкет. Длинный стол — дубовый, грубо сколоченный, но крепкий. Во главе сидел Куккарат. Киган — как представитель гоблинов. Рядом с шаманом — Остин и Далия. Они обсуждали рецепты и заклинания, склонившись над глиняными чашами.

— Если добавить корень мандрагоры до полнолуния, эффект будет сильнее, — говорил Киган.

— А если после — наоборот, — Далия кивала. — Восстановление вместо силы.

— Ведьма, ты понимаешь.

— Я понимаю больше, чем ты думаешь.

Прасковья сидела рядом с Крагом. Он не сводил с неё глаз. Его братья — Курак, Куньяк, Рагат, Тиллсек — переглядывались и ухмылялись.

— Кажется, наш младший влюбился, — шепнул Рагат.

— Тише. Она услышит.

— И что? Она сильнее его. Пусть знает.

Полдник донимал Лео. Он набрал пюре и запустил в рыцаря. Тот щипнул его за ногу — невозмутимо, не меняя выражения лица. Полдник взвизгнул. Кости и ошмётки блюд полетели в стороны. Одна ложка пюре попала в шамана Кигана.

Киган замер. Медленно вытер лицо.

— Простите! — Полдник вскочил.

— Ничего, — Киган улыбнулся. — Я видел и не такое. Гоблины, знаете ли, тоже не всегда едят аккуратно.

Огры старались не придавать эксцентричному поведению сверхъестественных гостей внимания. Только демон искренне хохотал, вытирая брызги из глаз. Мария сидела рядом с Аделем и каждый раз ловко прикрывалась веером от летящей каши.

Далия не выдержала:

— Полдник. Лео. Хватит.

— Да, мама! — хором ответили они.