Наследство с приключениями или приключение в наследство. Книга 1( часть 1 )

– Ты в своём уме, – заревел лев, – решил меня живьём сварить, чародей хренов?!

– Да, успокойся ты, – защищался Мурзик, не ожидавший такой реакции, – это же колдовское зелье, а оно не бывает ни горячим ни холодным! – Он выжидательно замер, давая тому осмыслить , а сам деловито помешивал шипящую жидкость когтем. Царевич подумал и согласился. Дракон начал осторожно поливать его зельем. Замершие кресла наблюдали как в клубах лилового пара то пропадает, то проявляется белоснежный козлёнок. – Всё! – важно изрёк дракон, вылив последние капли. – Теперь пару минут подождём.

Прошла минута, другая, полчаса, и стало ясно, что зелье не сработало.

« Лучше бы я тётю Алису дождался», – с досадой подумал Костя.

Но тут Мурзик завопил: « Ах, я растяпа!» – и умчался в подсобку. Он вынес мисочку с каким-то киселём и велел выпить.

Царевич недоверчиво принюхался и закапризничал: – Тиной воняет! Тьфу, гадость! – и отодвинул копытцем миску.

– Выпей, без этого не сработает, – уговаривал дракон.

Ничего не оставалось, как подчиниться. Долго ещё царевич с ужасом вспоминал,как его корёжило, распирало, бросало по комнате, превращая то в лиса, то в льва, то в козла. Один только раз он превратился в человека, но с рогами и хвостом. Мурзика била дрожь. Он пытался понять, что натворил, но ничем не мог помочь. Оставалось только ждать возвращения царевны, да с тоской следить за мученьями Кости. Из того под конец оформилось настоящее чудовище с львиным туловищем, козлиной рогатой головой, лисьими лапами и хвостом.

– Ты где, отравитель?! – грозно ревело чудовище, выискивая взглядом чародея-недоучку.

Только тот давно сообразил, что его ждёт и успел превратиться в котёнка. Мурзик попытался было выбраться в коридор, но его оттеснили кресла, устроившие затор в дверях, пытаясь спастись. Костя бросился за ним, но тот успел взлететь на занавеску и попытался взобраться на карниз. В суматохе Мурзик позабыл, что можно погасить свечи и выскользнуть. Укрыться в подсобке он уже не мог, потому что там забаррикадировалась часть кресел.Царевич издал такой дикий рёв, что разоблачавшиеся в прихожей Алиса и Феликс прикрыли руками уши. Перепуганная Омега вкратце рассказала, что произошло, и они дружно помчались наверх, полные самых скверных предчувствий. Наверху их ждал полный разгром: сбитый ковёр, засыпанный битым стеклом и травами с перевёрнутых этажерок; ободранные занавески, перевёрнутые подсвечники, треснувший стол. Среди всего этого разгрома металось непонятное существо, издававшее тот самый рёв.

– Врёшь, не уйдёшь! – то рычало, то блеяло чудовище, срывая очередную занавеску. – Всё равно доберусь! – поообещал Костя, когда к его жгучей досаде, котёнок перепрыгнул на карниз. – Сейчас ты у меня попрыгаешь, – приговаривал он, вскакивая на стул и измеряя взглядом расстояние до перепуганного Мурзика.

– Что здесь происходит?! – грозно вопросила Алиса и тут же зажала уши, потому что они оба разом громко и жалобно заголосили, обвиняя друг друга.

– Я сварил правильное зелье, как нас учили! – плачущим голосом оправдывался Мурзик, поглядывая на свирипеющего царевича. – А это козлище почему-то не расколдовывается, да ещё и пытается меня сожрать!

– Все слышали! – возмутился Костя. – Этот наглый двоечник простых вещей не знает, едва меня не отравил, а теперь ещё и оскорбляет.

– Сам ты двоечник! – взъелся котёнок.

– Молчать! – прервала перепалку Алиса. – Мурзик, расскажи какие травы и заклинание ты использовал! – Тот подчинился. Феликс слушал и мрачнел.

– Вовремя мы появились! Как ты мог взять на себя смелость отделять колдовство от волшебной сущности?! Где ты этому научился?!

– Нас этому учили в начале последнего курса, – оправдывался котёнок, перевоплощаясь в дракона. Алиса помрачнела и попросила рассказать подробнее. Она оглянулась, решив присесть, но кресел не было.

– Сейчас я с ними поговорю, – пообещал Феликс, направляясь к подсобке.Все немного отмякли, дружно наблюдая за переговорами.

– Я решил отделить козлёнка от льва, – начал Мурзик, когда все, наконец, уселись, – тогда бы царевич смог сам расколдоваться. Поэтому я взял немного сушёных рогов и копыт, – он взглянул на Алису, и та одобрительно кивнула, – львиный зев и разрыв-траву.

– А лисий хвост? – поинтересовалась царевна.

– Забыл, вернее даже не подумал, – охнул дракон.

– Я сейчас сварю зелье сама, – поднялась Алиса, – а вы будете помогать. Заклинанье следует тянуть на три голоса и ингредиенты кинуть в котёл одновременно.Будем исправлять ошибку.

– А из чего был кисель и зачем ты мне его подсунул?! – сварливо поинтересовался Костя.

– Травки для усиления эффекта. Златомир, не сердись, пожалуйста, – попросил Мурзик друга.

– Проехали! – великодушно объявил царевич и спросил у тёти: – Значит, если бы он добавил лисий хвост, то зелье бы сработало?

– Думаю, что да, – отозвалась та, перебирая травы в кладовой, где шкафы не пострадали. – Я ещё светящихся водорослей добавлю, – достала она пакетик. – Заклинанье будет теперь звучать так, – повернулась Алиса к помощникам: – Уйди, козёл, останьтесь, лев и лис –истинная сущность, вернись! Первую строчку поёт Мурзик, вторую пополам Феликс и Чарли.

Костя, Альфа,Омега и Рэкс нетерпеливо ждали, когда зелье будет готово. Через полчаса тётя вышла в гостиную с новой порцией зелья и желе. На этот раз всё закончилось благополучно. Драконы от радости чуть кресла не подожгли, когда царевич вернул свой облик.

– Теперь постепенно всю науку вспомнишь, – произнёс Феликс, с облегчением обнимая кузена. – можешь рассказать как это вышло?

– Идёмте вниз, – предложила Алиса. Компания устроилась в Малой гостиной, и Костя с Рэксом подробно рассказали о своих злоключениях. Тётя мрачнела как грозовая туча. Они с Феликсом переглянулись и поняли, что думают об одном и том же.

– Спасибо Мошнику – тормознул мне День! – обвёл всех смеющимся взглядом Костя. От этих слов у Феликса вытянулось лицо, а Алиса укоризненно погрозила племяннику пальцем.

– Никогда не шути с такими вещами, – строго сказала она, – тебя, Златомир, очень большой чести удостоили! – Тот сконфуженно потупился.

– Обед готов, подавать? – выручила его Омега.

– Мы пообедали, – отказались Алиса и Феликс.

– А я ничего не хочу, – скорчил гримасу Костя, – у меня от ваших снадобий, как-будто лягушки в животе прыгают.

– Ну хоть ряженки. Ваше высочество, – робко настаивала драконша.

– Я совершенно разбит и хочу спать! – твёрдо отказался царевич. – А вы о своей поездке в Дивноцветию расскажете, – спохватился он, взглянув на тётю.

– Обычный визит вежливости, ничего особенного!

– Всё как в Заречьи, – поддержал её Фелис, – король любезен, море цветов. Право же, кузен, и вспомнить нечего. – Он сообразил, что Патрикея не хочет говорить о пауках.

– Тогда я пошёл отдыхать, – поднялся Костя, зевая. Мурзик проводил его до опочивальни и убедился, что тот крепко заснул.

Когда он вернулся, Алиса прикрыла дверь и спросила: – Спустим ведьмам или отомстим, чтобы неповадно было?! – Её лихорадило, глаза горели гневным огнём.

– Сжечь их с избушкой! – сжала кулаки Альфа. – Испепелить мерзких тварей!

Царевна обвела взглядом суровое лицо Феликса и злые драконьи морды: – Летим и покончим с этим отродьем! – вынесла она приговор.

– Давайте, доедем до леса, – предложил Мурзик, – мы всё-таки живём среди людей. – Все согласились с ним. Рэксу было велено остаться дома и охранять царевича: никто не знал, на что ещё способна Агата. Тот с неохотой подчинился.

* * * * *

После Златомирова побега Фёкла мрачно достала из сундука другую юбку, надела и принялась за уборку. Ей до слёз было жалко «козьей воды», ведь на ту были такие планы. Она рассчитывала добавлять её в квас и потчевать доверчивых туристов. Козье стадо не вызвало бы никаких вопросов. Прокуда причитала на лавке. Ей очень хотелось есть, а обед удрал, да ещё и пол избы разнес. Из угла всё время доносились жалобные стоны: « Козлёночек мой, козлёночек!». Старуха раскачивалась во все стороны,запрокидывала назад голову в бессильном горе и закатывала глаза. Седые космы выбились из-под косынки. Своими причитаниями она раздражала даже крыс. Фёкла, поджав губы, яростно сметала осколки и перебирала пакетики, рассчитывая найти уцелевшие травы. Её страшил гнев Агаты, а об Аграфене и Патрикее она даже не вспоминала. Кикимора косилась на Ягу, начавшую вопить громче. « Хоть бы помогла, вместо того чтобы брякаться!» – зло думала она, не решаясь той это высказать.

– Есть кто дома! – неожиданно раздался от двери зычный голос. Старушонки обмерли, но узнав в вошедшем начальника городской полиции, успокоились. – Я к вам, старые, вот по какому делу …, – не успел договорить он, как Прокуда, заламывая руки , бросилась к нему на шею с причитаниями: « Ванечка, защити нас!». Она плакала, несла околесицу, трагически выкрикивая: « Козлёночек, Ванечка, последнего козлёночка отняли!». С трудом отцепив её костлявые руки, выбивавшиеся из широких рукавов, Иван Петрович отвёл ту к лавке и велел всё объяснить. Но Прокуда, упав на лавку ничком, колотила по ней руками и жалобно завывала. – Ты бы ей хоть валерьянки накапала, – повернулся обескураженный полковник к кикиморе, – твоя товарка.

– Отойдёт, побрякается и отойдёт, не впервой, – отмахнулась Фёкла. – Что у тебя за дело к нам, Ванечка, давно ты здесь не появлялся.

– Дело подождёт, ты мне лучше расскажи, кто у вас здесь набедокурил? Лешие вашей «бесилки» нажрались?

– Лешие – мирные, а «бесилкой» не кори, – ощетинилась ведьма, – у нас пенсий нет, как у твоих деда с бабкой. Вот и выкручиваемся как можем.А набедокурили волки: завалились четыре наглые морды,последнего козлёнка у нас отняли. И не поспоришь – их внизу целая стая ждала. Не веришь, выйди на крыльцо, взгляни: ещё все следы на месте.

– Странно, – пожал плечами полковник, чувствуя, что та говорит правду, – только ты что-то не договариваешь, – прищурился он.

– Они меня за юбку оттащили, – обиженно поджала губы Фёкла, – вон клочья валяются. А у Прокуды наш обед прямо из рук вырвали – теперь нам голодать придётся, ведь эти серые уроды полки с травами опрокинули, всё перемешали. Изгалялись над беззащитными женщинами, – слёзно жаловалась она. – Деду передай, что его заказ пропал, только два пакетика уцелели. – Ей стало невыносимо себя жалко, и старуха, опустившись на колченогий табурет, горько разрыдалась.

– Дела! – поскрёб затылок донельзя смущённый полковник. – Такого в здешних местах ещё не бывало. – Он вышел на крыльцо и оглядел пустошь цепким взглядом. Действительно, повсюду были волчьи следы, только местами их перекрывали более крупные отпечатки лап. «Похоже на большую кошку,» – подумал удивлённый полковник и вернулся в избу, собираясь докопаться до истины. Фёкла это уловила и насторожилась, но в это время захрипела и забулькала рация.

– Второй вызывает первого! – неслось из кармана куртки. – Иван Петрович, мы их нашли! – возбуждённо докладывал патрульный. – Они сдуру едва в болото не угодили.

– Хорошо, отбой всем патрулям, – ответил полковник. – Извините за беспокойство! – повернулся он к Фёкле.

– Та подбоченилась и завопила:

– Слышь, Прокуда, он решил, что мы с тобой туристов утащили. – Иван Петрович слегка покраснел и спрыгнул с крыльца. Из избушки раскоряченной походкой выдвинулась хозяйка, вмиг переставшая горевать и причитать, и обрушилась на него:

– Ах ты, обормот, забыл поди как в детстве с дружками по лесу бегал, не боялся тогда одиноких бабушек, а?! Забегали кваску испить, пирожками нашими не брезговали, а сейчас, чуть туристы пропали – мы виноваты! Зайти проведать, этого от тебя не дождёшься, Ванечка, а вот напраслину возвести на одиноких женщин – ты тут как тут! Да что же за день сегодня такой! – рыдала она.

– Я просто хотел расспросить – может видели, – оправдывался Иван Петрович. – Ещё я к вам действительно по делу зашёл, – схитрил он, чувствуя угрызения совести. Старухи насторожились. – Знаете магазинчики у входа на рынок? – Фёкла кивнула, не понимая к чему он клонит. – В третьем справа я для вас буду продукты оставлять, – Прокуда шмыгнула носом и впилась в него безумным горящим взглядом. – Два раза в месяц можете забиратиь свои продуктовые наборы.

– А колбаска будет? – всё ещё не веря своим ушам, облизнулась Фёкла. – А маслице сливочное? Мы его так давно не ели. – Иван Петрович кивнул.

– Значит так, – начала загибать пальцы Прокуда: – нам сахарку побольше, чая хорошего, молочка сгущённого и …

– Не наглей! – одёрнул её полковник, подумав, что нужно будет переговорить с мэром и об их пенсиях, а то не по-людски получается. – бабки-то вконец обнищали. – Будут крупы, мука, растительное масло, сахар, чай и мыло, а остальное…, – тут он сделал многозначительную паузу: – посмотрим! Ты,Фёкла, можешь уже завтра зайти.

– А мне санки брать, милок, умильно спросила она, провожая того до машины.Иван Петрович улыбнулся и кивнул.

– Счастья-то привалило, Прокудушка, – радовалась Фёкла, приплясывая, – эх, заживём таперича как барыни!

– А на денежки с бесилки чашки купим, я давно хочу, – мечтательно произнесла Прокуда, – возбуждённо блестя глазами, – кастрюльки новые, подушки. – Она даже заоблизывалась.

– Но это, когда лешие долги вернут, – охладила её кикимора. – Тогда сервиз купим фаянсовый и самовар новый, – загорелась и она. Они по-детски мечтали, строя планы, усевшись рядом на лавке и болтая ногами. Об уборке обе и не вспомнили.

– Бесилка ещё не поспела! – крикнула Прокуда, заслышав тяжёлые мужские шаги у двери. – Ступай пока! – Только запоздалый гость её не послушался и рывком распахнул дверь. – Пахом, а что случилось? – спросила она у запыхавшегося лешего.

– Быстро уходите! – приказал он, тяжело дыша и расстёгивая полушубок. – Не знаю, что вы натворили, но сюда мчится царевна Патрикея с драконами. Она собирается вас уничтожить, я сам слышал, – ударил себя леший кулаком в грудь: « Прокуда, тварь, испепелю!». – Та посерела и растерянно оглянулась на Фёклу.

– Пахомушка, – взмолились они разом, – сбей их с дороги, закружи, касатик, мы тебя будем бесплатно потчевать до конца дней.

– Я бы это сразу сделал и без награды, – ответил тот мрачно, – но они с племянником летят на драконах, и мне их не достать.

Сразу стало ясно, что Патрикея ни перед чем не остановится, раз она решилась проявить драконов в человеческом мире.

– Уходим! – приказала Прокуда, поднимаясь – Пахомушка, спасибо тебе, – поклонилась она лешему в пояс, – век не забудем! – Тот степенно поклонился в ответ и вышел, а Яга достала из сундука старинную книгу и положила на стол. Она была на удивление спокойна. Фёкла наблюдала за ней с интересом, но не вмешивалась. Отыскав нужное заклинание, Прокуда велела избушке уйти с пустоши. Вскоре на месте их жилья красовался убедительный фантом. – Нас голыми руками не возьмёшь! – подмигнула ведьма кикиморе. – Пусть царевна свой пыл на пустышку потратит. Да и надоело мне здесь, пора место сменить!

Они не учли одного, что драконье пламя не может поджечь призрачную обманку. Мурзик с Чарли с удивлением поняли, что огонь, не причиняя вреда избушке, разошёлся по пустоши кольцами. Патрикея, смекнув, что ведьмы спрятались, велела драконам искать настоящую избушку. Тут-то Прокуде с Фёклой стало не до смеха. Ведьмы решили тихонько ускользнуть к шоссе, куда, как они полагали, царевна не посмеет сунуться, но просчитались: драконы их обнаружили и попытались взять в кольцо. Оставался единственный путь к болоту. Если бы драконам не мешали деревья, участь людоедок была бы решена. Пока избушка неслась по тропинке к топи, Яга прочитала особое заклинание, окутавшее их жилище особой оболочкой.Ни у Патрикеи с Феликсом, ни у драконов не получилось пробить колдовской шар, и он благополучно нырнул в болото. Огнём и молниями преследователи испещрили всю топь, так что отстветы были видны и в Ведунах, но всё бестолку. Недовольные они были вынуждены вернуться.

– Вот твари! – тихо бесилась Патрикея.

– Выйдут же они когда-нибудь, – успокаивал её Феликс, плотоядно поглядывая через плечо в сторону болота. – Отложить, не значит – отменить! Так всё время тётя Аграфена говорит.

– Вот тварь! – злобно плевалась донельзя перепуганная Фёкла. – Вся в папашу! Это ведь он твою тётку сжёг на пустоши?!

– Там другое, – мрачно отмахнулась Прокуда, – меня вот что беспокоит: нам теперь всё время озираться придётся. Вдруг сама Аграфена с войском пожалует. Ведь не пощадят. Дура я дура, – запричитала она, качаясь из стороны в сторону, – мы ж с тобой в чужом пиру похмельем вышли.

Раздосадованные драконы летели над лесом не скрываясь. Алису это не волновало – она вынашивала планы мести. Утром, едва рассвело, Альфа с Чарли улетели на разведку. Вернулись к завтраку хмурые и только лапами развели.

– Они так в болоте и сидят, не выманишь! – сокрушалась драконша.

– Может, камеры поставить, – предложил Феликс, не заметив, что в гостиную вошёл заспанный Златомир.

– А куда? – поинтересовался тот, усаживаясь на диван. Патрикея, стоявшая у камина, досадливо поморщилась. Ей не хотелось рассказывать о вчерашнем полёте, но пришлось. – А разве можно вот так в открытую летать на драконах в человеческом мире? – удивился тот. – У вас не будет неприятностей?

– Неприятности были бы у них, если бы были живы правители Солнцеземья, – сухо возразила царевна. – Эти мерзавки осмелились напасть на наследника престола.

– Но это было неосторожно,тётя, – настаивал царевич, – вас могли заснять на камеру. Я сейчас же посмотрю в сети, – взволнованно поднялся он.

– Успокойся, милый, – снисходительно возразила Алиса, – всегда можно высмеять тех, кто это заснял и обвинить в подделке. А этих людоедок следовало проучить. Мы этого так не оставим! – пообещала она, зло щуря свои прекрасные глаза.

– Оставь их в покое, думаю, что они вчера всё поняли, – царевич умоляюще посмотрел на разъярённую тётушку. – Со мной всё в порядке, отделался лёгким испугом.Впредь буду осторожнее ходить по лесу. – У Алисы заблестели глаза.

– Я их оставлю в покое, но с условием, – она выразительно посмотрела на племянника: – впредь ты будешь кататься на лыжах только в городском парке,как ты мне когда-то пообещал! – У Кости вытянулось лицо. – И ... в сопровождении Феликса. Кстати, он теперь поживёт здесь, – добавила она.

Племянник посопел и согласился, ведь кроме ведьм за ним охотились и оборотни, а в центре города они не рискнут напасть – второй раз он такое приключение переживать не собирался.

* * * * *

Выслушав рассказ своих оборотней, князь помрачнел и велел тем укрыться в Волчьем логе, чтобы уберечь от первой вспышки Агитиного гнева. Возмущённый Гюргий, позабыв об этикете, метался по замку, разыскивая жену. Они столкнулись возле фонтана и тут же набросились друг на друга с упрёками. Они гневно кричали, не стесняясь окружающих.

– Дура, ты что натворила?! – орал на королеву, потерявший над собой контроль Волков. – Почему ты со мной никогда не советуешься и вечно лезешь под руку?! Ты хоть понимаешь, что по твоей вине произошло?! Теперь царевич всё вспомнит! К нему возвращаются силы, по твоей милости, дорогая!

– Это ты виноват, идиот! – возмущённо кричала королева. – Ты на чьей стороне?! Аграфены, Патрикеи?! Хочешь их спасти, не получится на этот раз в белых перчаточках воевать. Из-за твоей трусливой осторожности, мы больше века сидим в осаде! Я же хотела покончить с этой угрозой раз и навсегда! Это ты со своими никчёмными шавками сунулся мне под руку. Тебя что ли каждый день изнутри раздирает?! – Агата потемнела от возмущения и ярости, и Гюргий попытался было оправдаться, но Агата его и не слушала. Чтобы заставить Волкова замолчать, она с размаху влепила в него заряд , подняла вверх и швырнула в фонтан.

Оглушённый Гюргий чуть не утонул, наглотавшись воды. Выбравшись наружу, он пошёл на неё с горящими глазами. Агата струхнула не на шутку: вид у князя был ужасный. Усилием воли взяв себя в руки, он остановился в двух шагах от неё и, презрительно взглянув, негромко сказал:

– У меня был очень простой план: похитить царевича и потребовать от Аграфены, чтобы она со своими сторонниками покинула Заречье. А,если бы эти старые дуры его убили,как ты им приказала, то началась бы страшная война.Но ты же никогда ни о чём не думаешь! – Развернувшись на каблуках, Гюргий удалился, а она, дрожа всем телом, опустилась на барьер.

Умом Агата признавала, что план был гениальный, но упрямо себе твердила, что он должен был с ней посоветоваться. Ночью ей не спалось: она всё время ждала, когда Гюргий придёт мириться. Не дождавшись, решила пойти сама, но в спальне мужа не было. Агату кольнуло дурное предчувствие и она поспешила в кабинет. Волков, одетый в серый костюм, перебирал на столе бумаги. Он даже не оглянулся, когда она вошла.

– Я пришла, – робко подала голосок Агата. Она хотела сказать: – мириться, но Гюргий её перебил и заговорил о насущных делах. – Ты меня бросаешь?! – прямо спросила она очень тихо, но это был крик утопающего.

– Это было давно решено,забыла, – сухо отвечал он.Таким она своего мужа никогда не видела, поэтому растерялась. Сложив бумаги в кейс, он пошёл к выходу, не оборачиваясь. На пороге Волков приостановился и добил её: – Твоя сестра абсолютно права – нам действительно пора отдохнуть друг от друга.

Как только за ним закрылась дверь, гордая грозная королева рухнула в кресло и разрыдалась.

Глава 22

Весь день Костя был не в своей тарелке: до него только сейчас дошло, что вчера его действительно могли съесть. До конца в голове это всё равно не укладывалось и он вздрагивал от каждого шороха. Перед глазами всё время стояла мерзкая ведьма с громадным ножом. Он попытался отвлечься работой, но ничего не получалось. Сфокусировавшись на экране, Костя не заметил, что по кабинету деловито снуёт робот- пылесос. Парень чуть сознание не потерял, когда тот случайно задел его. От неожиданности он так лягнул несчастный гаджет, что тот вылетел в коридор.

« Спокойно, спокойно!» – уговаривал он себя, стараясь глубоко дышать. «Ты дома, всё кончилось!» – Но сердце, не желая возвращаться на место, колотилось в горле. « И к психологу путь заказан, – подумал он с иронией, – сразу в психушку определит. »

Выключив компьютер, он отправился на поиски валерьянки и в дверях столкнулся с Феликсом. А тот даже и не понял, что едва не довёл кузена до инфаркта.

– Тётя Алиса ждёт тебя в Магической гостиной, идём! – позвал он, и тот молча поплёлся за ним на ватных ногах.

В Магической гостиной царила полутьма, пахло благовониями и воском, шторы были плотно затянуты, вокруг полный порядок, ничто не напоминало о вчерашнем разгроме. Алиса, сидевшая перед Волшебным зеркалом, мило общалась с Аграфеной и Людвигом. От запахов у него закружилась голова.

– Присаживайся, Златомир, – обернулась Алиса к племяннику. – Сейчас мы попробуем оживить твою память, потому что больше тянуть нельзя.

Костя тепло поздоровался с Аграфеной и Людвигом и заинтригованный опустился в подбежавшее кресло.

– Феликс, – задержала второго племянника Аграфена, – останься, тебе это тоже будет интересно послушать. Ты тоже знаешь далеко не всё.

Костя про себя удивился, что знаменитое зеркало на поверку обернулось обычным монитором, но благоразумно промолчал.

– Прежде чем мы оживим твои воспоминания, – торжественно начала Аграфена, – мы решили познакомить тебя с историей твоего деда – принца Приозерья Златомира. – Начало было многообещающим, и Костя заёрзал в кресле. По телу пробежали мурашки, а в животе похолодело. – Чтобы понять, что тогда произошло в Приозерьи, нужно вернуться на тридцать тысяч лет назад, когда Затуманье процветало. Центром нашего мира было Солнцеземье, где жили хранители Великого Озера. Об их мудрости и справедливости слагали легенды, поэтому-то им доверили и Верховный Совет, и Верховный Суд всех государств. На этом когда-то настояли Белые Лисы, исконные властители Затуманья.

– Мать честная, – моргал глазами Костя, внимательно слушавший и не понимавший, для чего ему эта информация, – неужели мне всё это придётся наизусть выучить?

– Белые Лисы, к этому времени уже переселились в другой мир, – продолжала царевна. – Мы его называем Странноземье или Загранье, а коренные жители этих земель именуют свой мир Турасна. После их ухода ещё долго держался порядок, всё были довольны и счастливы. Но тут-то откуда-то появилась ведьма, напускающая Тьму. Бороться с её магией не получалось, и она безнаказонно уничтожала государство за государством. Правители Солнцеземья попытались дать ей отпор, но погибли все до единого, а государство превратилось в руины. Немногие уцелевшие в той кровавой битве, навсегда пресекшей род хранителей, с содроганием рассказывали как ведьма с толпой приспешников разорила и разрушила сердце нашего Затуманья. Из крупных государств уцелели только Росный дол, Дубы, а между ними Серебряный щит, Полканьи луга, Дивноцветия, Заречье с Драконьим и Цветочным княжествами, да Приозерье с Глетчером. Ближе к океану сохранились небольшие государства: Аквария, где обитают морганы; Алтынель, где живут Мирраны; Чарокрылье –государство стратонов и Тенелесье –обитель морочей, – но им было легче дышать, потому что в их краях ведьма ещё не отравила воздух.