Наследство с приключениями или приключение в наследство. Книга 1( часть 1 )

– Рад приветствовать дорогих гостей, – вежливо начал генерал, – но, ваше высочество, мы ожидали увидеть саму царевну Аграфену. – Он вопросительно взглянул на Патрикею.

– К величайшему сожалению, генерал, моя сестра не смогла оставить Заречье, поэтому её заменяю я! – Флокс в ответ поклонился, поцеловал царевне руку и предложил послам следовать за ним по лабиринту, а сам немедленно послал гонца к королю.

« А ниточка-то моя», – ехидно подумала Настя, обеими руками придерживая подол своего роскошного одеяния. Они с царевной были одеты почти одинаково, только различались цвета и вышивки: у Патрикеи синее распашное платье с с вышитыми родовыми гербами, а у неё голубое, расшитое травами и цветами. У обеих на головах тончайшие голубые покрывала, скреплённые обручем у Насти и короной у царевны. Феликс с Людвигом были в синих кафтанах с высокими воротниками, расшитыми жемчугом.

Девушка несла на руках котёнка, чтобы его невзначай не затоптали, белка устроилась на плече у Феликса, а пёс чинно ступал рядом с Патрикеей. Наконец лабиринт закончился, и все вышли к магазину Аниса. Там их ожидал портшез, вокруг которого уже толпились зеваки. Узнав Настю среди послов, Анис своим глазам не поверил, но всё же помахал ей рукой.

– Прошу, – открыл дверцу портшеза Флокс. – Боюсь, что ваших питомцев и дары придётся на некоторое время оставить здесь, – объявил он. – Но не беспокойтесь, их доставят чуть позже в целости и сохранности.

– Мы всё предусмотрели! – коварно улыбнулась Патрикея. – Они отправятся своим ходом.

Всё произошло так быстро, что никто ничего и понять не успел: милые безобидные зверюшки превратились в грозных драконов. Над толпой прокатился крик ужаса, и все зеваки, не сговариваясь, укрылись в магазине Аниса. Флокс, багровея, рванул ворот мундира и закрутил кадыком: такого поворота он не ожидал. Настя про себя тоже охнула, сообразив, что за белки её гоняли. Феликс бесстрастным голосом распорядившись отнести дары в портшез, усадил дам, а сам взобрался на Мурзика. Людвиг так же невозмутимо взобрался на Чарли. Два дракона заняли позицию по обе стороны носилок, а Альфа важно приготовилась замыкать процессию. Делать было нечего – генералу пришлось оседлать свою метлу и занять место впереди кортежа. Ведьмаки из стражи составили эскорт на почтительном расстоянии от драконов.

Во дворце Гиацинта воцарилась суматоха, когда доложили, что послы из Заречья прибыли.

– И много их понаехало? – ворчливо поинтересовался король, глядя в окно.

– Царевна Патрикея, князь кобольдов Людвиг, княжич Феликс, племянник царя Славомира и внук советника Огнеслава, и девица Настя.

– Всё? – иронично поднял бровь король, оборачиваясь. – Не густо! Вообще-то я ждал Аграфену. Георгин, возьми Лавра и встретьте гостей! Странно, что они без драконов, – размышлял король, – в Заречьи народ коварный, без подвоха не обойдётся.

– Не волнуйтесь, ваше величество, я справлюсь! – заверил Георгин. – А вам следует переодеться! – с нажимом произнёс он.

Когда советник удалился, король отправился в свою гардеробную. Хотя он и не интересовался последнее время модой, его гардероб всё время пополнялся. Гиацинт, удивляясь сам себе, с удовольствием перемерил кучу костюмов. Поколебавшись, он выбрал бледно-сиреневое одеяние с серебряной вышивкой, взамен серого, которое носил в последнее время. Переодевшись и позволив куаферу завить и уложить его роскошную каштановую шевелюру, король неторопливо спустился в тронный зал. На него никто не обратил внимания – взволнованные придворные прильнули к окнам. Да, и было от чего позабыть об этикете: Дивноцветия целых восемьсот лет была отрезана от мира, а тут такое событие.

– Драконы! – вдруг прокатился по залу тревожный вздох. Вздрогнув, Гиацинт подбежал к окну. Опомнившиеся придворные почтительно расступились, пропуская своего короля. В небе показались крытые носилки, в сопровождении трёх драконов. На чёрном и зелёном, летевшим по бокам, было по всаднику, а оранжевый летел позади носилок налегке. На почтительном расстоянии процессию замыкал эскорт на мётлах. Над площадью прокатился гул: горожане боязливо взирали на драконов, которых здесь терпеть не могли со времён короля Пиона пятого.

В те незапамятные времена шла ожесточённая борьба за воду. Короли Дивноцветии коварно отвели реки от некогда плодородной долины Заречья, чтобы вынудить тех покориться. Они почти было добились своего, потому что сбегавшие с гор небольшие ручейки, не могли напитать огромную долину. Но тут неожиданно вмешались драконы, недавно поселившиеся в горах. Возмущённые такой подлостью, они пришли на помощь соседям и пробили новые русла, применив особую драконью магию. Обозлённый Пион пятый объявил войну, но объединённое войско Заречья дало бой. Драконы легко разогнали доселе непобедимую армию на мётлах. Разгром был полный, но благородные драконы не стали убивать более слабых противников. Войско короля Смарагда второго всего лишь поджигало мётлы спасающихся бегством ведьмаков – наездники падали на землю, а дальше царское войско гнало тех пешком через горы. Чтобы вояки из Дивноцветии побыстрее убрались, драконы летели следом и подгоняли отстающих струйками огня. После поражения Пион пятый вынужден был отдать Заречью пограничное княжество Цветок. С тех пор между двумя государствами прочно установились натянутые отношения, а жители Дивноцветии боялись и ненавидели драконов.

Сделав круг над площадью, посольство приземлилось перед дворцом. Выстроившийся перед крыльцом оркестр заиграл приветственный марш. Офицеры, торжественно приблизившись к портшезу, распахнули дверцы и, отступив, застыли по обе стороны. Георгин с Лавром, спустившись с крыльца, церемонно подали руки дамам и повели во дворец. Феликс с Людвигом, спрыгнув с драконов, пошли следом. Они прошли по дорожке между двумя рядами почётного караула и вступили в тронный зал. Драконы, уменьшившись до камерных размеров, несли следом за ними дары, гордо поглядывая на робеющих зевак. Грозному посольству был оказан самый церемонный приём. Гиацинт вёл себя довольно любезно, отчасти из-за драконов, отчасти из-за любопытства. Спустившись с трона, он церемонно принял грамоты и подарки от наместницы Заречья. Когда с офицальной частью было покончено и произошёл обмен любезностями, король предложил гостям перейти в его кабинет. Он косился на Настю, которую ему не терпелось допросить. А девушка была переполнена решимостью признать свою вину, не прячась за спину царевны. Пока же она строго следовала инструкциям, данным в Заречье, чем смогла провести проницательную Патрикею. Если та в начале пути посматривала на неё с тревогой, то сейчас полностью успокоилась.

« Что же им от меня нужно?» – гадал король. Всем этим напыщенным речам о восстановлении добрососедских отношений он не верил. «Если бы это было действительно так, они бы не стали демонстрировать силу. Как будто не знают, что драконов здесь ненавидят.»

К великому разочарованию придворных, король пригласил на встречу только Георгина и Лавра. Гостей усадили на диван, а король с советником устроились напротив в креслах. Лавр остался у двери.

« Как же здесь уютно, – думала Патрикея, рассматривая королевское убежище, – светло, тихо и одуряюще пахнет цветами.» Её внимание привлёк портрет королевы на противоположной стене. Она никогда не была знакома с Розалией. «Какая красавица, – восхитилась про себя царевна, – черноволосая, черноглазая, с белоснежной кожей. Они были красивой парой.» – Гиацинт это подметил и немного смягчился.

– Такой она и была, моя Розалия, – грустно произнёс он, – ей мы и обязаны этим порталом. Только пробивалии его в Заречье, чтобы поклониться духам Священной рощи.

– Увы, ваше величество, – помрачнев, отзвалась царевна, – вот уже больше ста лет, как роща от нас скрыта тьмой. Я тоже не смогла помочь своему мужу, который был человеком. – Её глаза увлажнились.

– Приношу вам свои искренние соболезнования, – сказал Гиацинт, вставая и кланяясь, – я ничего об этом не знал.

– Извините меня, – сказала Алиса, вытирая глаза платочком, – я до сих пор не могу смириться с утратой. Давайте перейдём к делу. Вы хотели побеседовать с Настей, обнаружившей портал. Прошу! – Настя встала и сделала реверанс.

Робея под суровым взглядом короля, девушка начала рассказ обо всех своих приключениях: как обнаружила портал, как смогла преодолеть лабиринт, встретила Лилию, с которой полетела в театр. Заново преживая те события, подробно поведала, как им удалось спастись от пауков, а потом серьёзно и правдиво отвечала на все вопросы, которые ей задавали Гиацинт с Георгином, понимая, что сейчас решается и её судьба и судьба её подруг.

– Ваше величество, – спросила Алиса, – вы удовлетворены? Она ответила на все ваши вопросы? Уверяю вас, что девушка совершенно случайно попала в вашу страну. Подтверждаю, что к Заречью Настя не имеет ни малейшего отношения. Она человек и всю жизнь прожила среди людей.

– Вроде, говорит она складно, – задумчиво пожал плечами Гиацинт, – но, думаю, следует выслушать и вторую спасшуюся из паучьего леса. – Он распорядился, чтобы привели Лилию. – А вам, милая барышня, – повернулся он к Насте, – если не хотите навредить подруге, советую молчать!

Дверь распахнулась, и в кабинет ввели осунувшуюся перепуганную Лилию. Девушка не могла унять дрожь, решив, что её ждёт суд и казнь. Никого кроме короля она не замечала. Феликсу почему-то стало её нестерпимо жалко. Ему захотелось усадить Лилию и успокоить, но жёсткий придворный этикет пригвоздил его к месту.

– Знаешь ли ты некую Настю? – приступил к допросу Гиацинт. Девушка пошатнулась и облизнула пересохшие губы. – Сядь! – смилостивился он, испугавшийся, что та упадёт в обморок. Лавр подскочил и, подвинув ей табурет, тихонько шепнул:

– В твоих интересах быть предельно откровенной!

Немного подумав, Лилия без утайки рассказала всё.Она, как и Настя, почувствовала, что хитрить нельзя. Их рассказы полностью совпали.

– Ты правильно сделала, рассказав нам правду, – важно молвил король. – Теперь я смогу принять правильное решение.

– Ваше величество, – упала на колени ведьмочка, – умоляю, никого больше не наказывайте. Во всём виновата только я, потому что не исполнила свой долг.

– Лилия не виновата, – с жаром выпалила Настя,неожиданно поднимаясь – это я своим легкомыслием сбила девочек с толку и готова понести наказание!!! – Гиацинт встал и отвернулся к окну, скрывая улыбку, а Лилия, увидев Настю и полный кабинет народу, остолбенела. Патрикея досадливо закусила губу, понимая, что больше не может ту защитить. Людвиг с Феликсом насупились.

– Когда обеих девушек увели, Патрикея попросила:

– Ваше величество, я понимаю, что девочки нарушили законы, но будьте к ним милосердны. Это всего лишь глупенькие девчушки, которые ничего не умышляли, а просто ошалели от свободы.

– Подумаю! – промычал тот, о чём-то размышляя. – Полагаю, – взглянул он в глаза Патрикее, – что отдать преступницу в руки правосудия не было истинной целью вашего посольства?! Ладно, – смилостивился Гиацинт, – в честь восстановления добрососедских отношений, я милую этих преступниц. Лавр, – позвал он, – распорядись! – Король отошёл к столу и ,набросав несколько строчек,приложил печать. Адъютант, наблюдавший с волнением, буквально выхватил бумагу и умчался.

– Примите нашу искреннюю благодарность! – поблагодарила Патрикея. – Вы приняли очень мудрое решение.

– У меня к тебе есть личная просьба, – вступил в разговор Людвиг. Ты знаешь законы Глетчера, и в курсе, что королей у нас выбирают из княжеских родов. В назначенный день все князья должны явиться во дворец и, если не достанет хотя бы одного, выборы не состоятся. Скоро наш король отойдёт в мир иной, но Совет не сможет собраться из-за моего отсутствия, ведь никто не сможет ни подтвердить ни опровергнуть, что я погиб.

– Чем же я могу тебе помочь? – искренне удивился Гиацинт, сочувственно поглядывая на кобольда. – «Как же у них всё сложно!» – подумал он.

– Не мне говорить вам, что ждёт мою страну, если она останется без правителя, хотя бы на сто лет.Со своими кобольдами мы не можем пройти через горы, хотя пытались неоднократно: незримые стены преградили путь. Прямая дорога в Глетчер идёт через твой лес.

– Нет мой друг, эта дорога ведёт не в Глетчер, а к паукам в желудок. Мерзкие твари пожирают всех, кто посмел приблизиться к «их» лесу. Они уже дошли до городской черты. Ты же сам слышал, что они захватили театр во время праздника.

– Если поймать одного паука и изучить, – подала голос Патрикея, – то, возможно, найдётся способ с ними справиться. – Гиацинт собирался резко возразить, но, взглянув на её прелестное синеглазое лицо, обрамлённое золотыми локонами, напрочь забыл всё, что собирался сказать.

– Боюсь, что это невозможно, ваше высочество, – пришёл на помощь своему королю Георгин, – позвольте мне объяснить, чем эта охота обернётся для Дивноцветии. Самый весомый аргумент: растревоженные твари нападут и уничтожат страну.

– А кто им мешал это сделать все восемьсот лет? – поинтересовался Феликс. Патрикея одобрительно взглянула на племянника.

– Продолжайте, принц! – преувеличенно любезно обратился к нему Гиацинт, но того было нелегко смутить.

– Я полагаю, если они не захватили вашу страну до сих пор, а отгородились в лесу, значит их немного. Мне кажется, что это вполне разумные существа, которые защищаются. В рассказах девушек проскользнула деталь: пауки уносили в лес коробки с лакомствами, предназначенными для праздника. Если бы они были кровожадны, то другая пища их бы не интересовала.

– И что это нам даёт?! – нетерпеливо перебил его Гиацинт.

– Думаю, что все ответы на вопросы мы получим, изловив паука! – отозвалась Патрикея.

– И как их ловить?! – иронично поднял бровь король.

– Насте один раз удалось справиться с такой тварью, надеюсь, она не откажется нам помочь.

– Бред! – возразил король, поднимаясь и подходя к окну.

– Значит, ты решил обречь земли кобольдов на вымирание?! – в упор спросил его Людвиг. Гиацинт вздрогнул и развернулся, их взгляды скрестились.

– Подумаю! – выдавил король. – Пока же позвольте пригласить вас к обеду! Ваше высочество, – спохватился он, – а чем питаются ваши драконы.

– Они всеядны, – отвечала царевна, обворожительно улыбаясь. Она неосознанно пустила в ход всё своё обаяние.

– Рыбки им побольше, – подсказал Людвиг, не догадываясь, что в Дивноцветии почти не бывает дождей, и в обмелевших реках почти не осталось рыбы. Это был истинно королевский деликатес, который подавали только во дворце, да и то не часто.

На лице Гиацинта не дрогнул ни один мускул. Он глазами отдал приказ такому же бесстрастному Георгину и подал руку Патрикее. Ещё он милостиво распорядился, чтобы к столу позвали и помилованных девиц. Драконов слуги провели в сад, где их ждал накрытый стол. Все были восхищены их безукоризненными манерами. Драконы отлично пользовались столовыми приборами и непринуждённо болтали с придворными. Случайно услышав, что здесь давно не было дождей, Мурзик с Альфой переглянулись и о чём- то зашептались.

День пролетел незаметно.После изысканнейшего обеда Гиацинт лично показал гостям свой дворец. В нарушение этикета он даже пытался уговорить тех задержаться подольше, соблазняя балом, но Патрикея была непреклонна, хотя Феликс про себя вздыхал: ему очень хотелось потанцевать с Лилией. Придворные давно уже не видели своего короля в таком хорошем настроении. Он помолодел, глаза заблестели, расправились морщинки в уголках глаз и глубокие складки вокруг рта. Напоследок он оказал гостям неслыханный почёт, выйдя на крыльцо, чтобы лично проводить. « Добрый знак!» – решил Людвиг, даже не догадываясь, как тому не хочется расставаться.

«Жаль, что мне не по чину проводить их до границы портала», – мысленно вздыхал Гиацинт, провожая глазами драконов и торжественный эскорт на мётлах. Ему не захотелось уединяться и король вышел в сад. А вскоре пошёл дождь. Не веря своим глазам, все жители выбегали на улицу – это казалось чудом. Тут кто-то вспомнил, что драконы умеют управлять дождями, и каждый пожелал, чтобы те чаще появлялись в Дивноцветии.

– Как думаете, – спросила Алиса у своих спутников, выезжая на шоссе из портала, – откажет нам Гиацинт или нет?

– Разрешит! – уверенно ответил Людвиг. – Они устали жить в изоляции, и король сделает жест, чтобы задружить с Заречьем.

Настю это мало интересовало. Не прислушиваясь к общему разговору, она мило общалась с драконами, снова превратившимися в котёнка, пса и белочку. Чарли навалился ей на ноги, Мурзик устроился на коленях, а примирившаяся с ней Альфа, вскарабкалась той на плечо.Задумчиво поглаживая своих новых друзей, девушка посмеивалась про себя, вспоминая внезапно округлившиеся глаза Аниса, когда милые зверюшки превратились в грозных драконов.

– Что-то мне тревожно, – признался Мурзик, когда машина свернула с шоссе в лес. – Я вернусь домой – высадите меня у опушки. – К немалому удивлению Насти, которая не могла взять в толк, как котёнок будет пробираться через сугробы, Мурзик, выпрыгнув из машины, превратился в человека и быстрым шагом заспешил домой.