
Полная версия:
Триединство Бога: аргументы, история, проблемы, реальность
Раввин Ари Шват пишет по этому поводу24:
«Технически слово "Элохим" имеет множественное число, но, к сожалению, из-за незнания библейского иврита простой вопрос может показаться сложным для постороннего человека. В иврите, как и в древнеарабском и латыни, уважение передается с помощью множественного числа ("Pluralis majestatis"), что-то вроде "королевского "мы"" в английском, где король называет себя "мы". Смотрите, например, Исаию 19, 4, где Библия использует единственное и множественное число вместе в отношении египетского царя: "...в руках жестоких (единственное число) хозяев (множественное число) и медного царя", где, очевидно, этот монарх является единственным правителем. Аналогично в Брейшите 39, 40 о Потифаре: "И хозяева Иосифа (множественное число) забрали его (единственное число)"; и (42, 30) об Иосифе: "этот человек (единственное число) - хозяева (множественное число) земли"; Шмот 22, 10: "ее владельцы (множественное число) примет это (единственное число)"; и (21, 4) "если его хозяева дадут ему жену (единственное число)". Ни одно из них никогда не могло быть неверно истолковано как относящееся к нескольким или троице, хотя технически все они являются множественными! Термин "Элоах", который не содержит этого уважительного множественного числа, почти никогда не используется в Торе и только в поэтической форме (например, Дварим 32)».
Помимо Pluralis majestatis, существуют также другие подобные формы множественного числа, которые относятся к субъекту в единственном числе и собственно множественности не означают:
❏ «Авторское «мы»» (Pluralis Auctoris или Pluralis Sociativus), когда автор стремится создать ощущение совместного размышления или путешествия по тексту. Фразы «как мы видим», «нам представляется» подразумевают: «и я (автор), и вы (читатель), взглянув на эти факты, придем к такому выводу». Это – риторический прием для вовлечения читателя в процесс познания и создания ощущения общности (кстати, я тоже пользуюсь этим приемом). В нашем случае такая форма тоже может подразумеваться, но в меньшей степени, чем Pluralis majestatis.
❏ «Множественное интенсивности»: в еврейском языке множественное число иногда используется для усиления значения чего-то обширного или всеохватывающего (например, «шамайим»/«небо», «майим»/«вода», где окончание «им» указывает на множественное число, но само слово имеет единственное число). Слово «Элохим» в данном контексте могло означать «вездесущность», а также «Божество в высшей степени». К обсуждаемой нами теме этот вариант относится в большей степени, чем «Авторское «мы»», ведь Бог Вездесущен.
Очевидно, что такая форма множественного числа по факту является единственным числом, и множественность используется лишь как торжественная форма речи. В нашем случае как раз имеет место употребление Богом формы Pluralis majestatis по отношению к Себе, Бог таким образом подчеркивает Свое величие, Свою славу.
Тринитарный теолог Герхардус Вос пишет25:
«Множественное число слова «Элохим» просто подчеркивает величие, превознесенность, полноту и богатство. Возможно, Бог назван словом «Элохим» потому, что полнота Его могущества простирается во всех направлениях».
Это объяснение также подтверждает священник Александр Сатомский, настоятель храма Богоявления в Ярославле, преподаватель кафедры философии ЯГПУ26:
«В принципе, даже в русском языке мы имеем с вами структуру, которая, видоизменяя число, указывает на совершенно другой смысл, но когда мы уважаемому нами человеку говорим «вы», хотя в наших глазах, если сильно много коньяка мы с ним в паре не выпили, он не двоится, но, тем не менее, упоминаем «с вами» во множественном числе. Таким способом, умножая его, мы хотим явить наше к нему уважение. Культурно это обусловлено совершенно другой мыслью, это нас возводит к императорам Восточной Римской империи и дальше-дальше, не суть. В иврите мы видим такого же рода решение, так называемое множественное число величия, когда к чему-то исключительно важному мы применяем не единственное, а множественное число, не имея в виду, что оно при этом реально умножается».
Тринитарный богослов Дональд Ферберн признает, что «намеки» на множественность в Боге могут быть объяснены как множественность величия27:
«В отличие от имеющихся свидетельств о Божьем единстве, свидетельства о Троице в Ветхом Завете не настолько четкие и их весьма немного. К тому же ведется немало споров о том, относятся ли эти отрывки к Троице или нет. К примеру, в некоторых отрывках содержатся намеки на множественность в Боге: Быт.1:26 («сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему»); Быт.3:22 («вот, Адам стал как один из Нас»), а также Быт.11:7 («сойдем же и смешаем там язык их»); и Ис.6:8 (где Бог говорит: «Кого Мне послать? и кто пойдет для Нас?»). Однако все эти отрывки не столь однозначны: множественная форма может означать обращение Бога к ангелам или же указывать на так называемую множественность величия (когда Бог говорит о себе во множественном числе наподобие того, как это делали цари)».
Тринитарный мессианский еврей Михаэль Цин, специалист по еврейскому пониманию Писания, в своей лекции для международной школы теологии TVSEMINARY сказал:
«Само по себе употребление множественного числа существительного ни о чем не говорит. Знаете, нам часто говорят, вот, это есть доказательство, что Бог множественный, однако это не так. Мы имеем дело с Востоком, когда мы кого-то почитаем, это всегда делалось во множественном числе»28.
«Почему я это говорю? Когда вам начинают рассказывать, и я знаю, это часто бывает, что вот, например, множественное число Бога говорит о том, что, наверное, Бог Отец разговаривал с Богом Иисусом или с Духом Святым. Дорогие мои, это не выдерживает никакой критики. Причем это не выдерживает критики не философски, это не выдерживает критики даже по словам Писания. И даже в третьей книге «Царств» о Давиде говорится во множественном числе. То есть, и Давид, и Потифар, и Авраам, люди, которые каким-то образом заслужили почет и уважение, они говорятся во множественном числе. Много есть объяснений к тому»29.
Интересно отметить, что, в случаях использования глаголов в 1-м лице во множественном числе в прямой речи Бога, глаголы меняют свою форму на единственное число, как только речь перестает идти от имени Самого Бога и глаголы начинают звучать в 3-м лице:
«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт.1:26-27)
«И сказал Господь: вот, один народ, и один у всех язык; и вот что начали они делать, и не отстанут они от того, что задумали делать; сойдем же и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город» (Быт.11:6-8)
Это очень хорошо вписывается в утверждение о том, что слова Бога о Себе во множественном числе – это Pluralis majestatis, употребляемое Богом для подчеркивания Своего величия. Если бы здесь речь шла о внутренней множественности в Боге, то при употреблении этих же и им подобных слов в форме 3-го лица множественное число должно было сохраниться, но оно не сохранилось, а перешло в единственное число.
Касательно приведенных выше примеров употребления по отношению к Богу слов «святой», «создатель», «супруг» во множественном числе привожу ниже ответ иерусалимского преподавателя ветхозаветного иврита Леви Шептовицкого, на вебинаре которого я учился.
«Слово Элоhим может иметь 3 значения: 1. Имя Б-га; 2. Ангелы, Силы; 3. Судьи.
Нав. 24:19 «Он Бог Святый» можно перевести как «Силы святые Он». Но есть и классический комментарий:
Раши: «Святой Б-г» - в большинстве мест все имена власти называются во множественном числе, например: начальствующие над той землей (Бытие 42:30), взял Иосифа господа его (Бытие 39:20), хозяев его не было при нем (Исход 22:14).
Еккл. 12:1 ("Создателей"): совсем не факт, что здесь множественное число, это умножение почета, уважительная форма множественного числа.
Пс. 149:2 ("о Создателях"): думаю, что смысл тот же, умножение почета.
Ис. 54:5 ("Супруги"): то же самое и здесь: уважительная форма множественного числа».
Выводы
Из приведенного выше анализа следует, что попытки усмотреть указание на множественность в Боге в слове «Элохим» и в других словах о Боге во множественном числе не являются обоснованными.
Тринитарный богослов Джон Мак-Артур признает, что вывод о таком указании основан на предварительном принятии тринитарной доктрины, которая затем проецируется на ветхозаветный текст 30:
«Приведенные тексты показывают, что Бог говорит о Себе и в единственном, и во множественном числе. Как и с именем "Элохим", эти слова во множественном числе могут использоваться и в значении усиления. Но ясность, которую Новый Завет позднее внес в понимание Троицы, больше говорит о том, что относящиеся к Богу слова во множественном числе вместе с глаголами и местоимениями в единственном числе представляют собой утверждения Бога, что Он один и при этом множественен».
Ровно та же обратная логика содержится в словах тринитарного богослова Брюса Уэйра:
«Например, Бытие 1.26: «и сказал Господь, сотворим человека по образу Нашему». По образу Нашему, кто это? Я думал, что Бог един. Зная доктрину о Троице, мы можем посмотреть на этот текст и понять, о чем идет речь»31.
«… уже зная доктрину о Троице, мы можем смотреть назад на эти тексты, и мы можем понять, в чем состоял смысл тех намеков на Троицу, однако в самом Ветхом Завете это понять очень трудно»32.
Признания таких авторитетных богословов, как Джон Мак-Артур и Брюс Уэйр, показывают, что тринитарное понимание слов Ветхого Завета о Боге во множественном числе становится возможным только после принятия доктрины о Триединстве в качестве аксиомы.
Методологически это означает, что доктрина о Триединстве не выводится из ветхозаветного текста в его историческом контексте, а привносится в него извне как ключ для толкования. Такой подход является логической ошибкой («petitio principii» – порочный круг в доказательстве): в качестве аргумента, обосновывающего тезис, приводится положение, которое хотя и не является заведомо ложным, однако само нуждается в доказательстве.
Итак, употребление слов о Боге во множественном числе само по себе не является свидетельством о Триединстве Бога.
Из приведенного выше анализа также следует, что в качестве разумного альтернативного объяснения употребления слов о Боге во множественном числе может быть принято объяснение, основанное на использовании формы множественного числа, называемой «множественное величия» (Pluralis majestatis).
Возражения против «Множественное величия»
Против аргумента об употреблении «множественного величия» в Ветхом Завете (в качестве объяснения того, почему в отношении Бога нередко употребляются слова во множественном числе) сторонники доктрины о Триединстве выдвигают 4 встречных возражения.
1. Если бы речь шла о Pluralis majestatis, то в других местах Ветхого Завета эта форма множественного числа употреблялась бы по отношению к себе какими-либо монархами, но этого нет, значит мы имеем не Pluralis majestatis.
Тринитарный служитель и апологет Макс Волков в этой связи говорит33:
«Объяснение, что это лишь множественность величия, также имеет большие серьёзные проблемы. И об этих проблемах мы сейчас и поговорим. В библейском иврите почти нет примеров множественности величия для существительных, подобно тому, как монарх говорит: «Мы повелеваем». Проблема в том, что в библейском иврите цари не говорят о себе во множественном числе. Нет также убедительных примеров, где существительное в форме множественного числа употреблялось бы исключительно как множественное величие или в уважительной форме. Таких примеров нет».
Однако утверждения Макса Волкова не соответствуют действительности.
Во-первых, с точки зрения еврейского менталитета, пропасть между Богом и человеком бесконечно велика и непреодолима, Бог бесконечно выше любого человеческого монарха, поэтому тот факт, что и Бог, и человеческие цари являются монархами, совсем не означает, что если Бог как монарх говорит о Себе во множественном числе, то и монарх-человек тоже должен говорить о себе во множественном числе.
Следовательно, отсутствие применения этой формы монархами-людьми по отношению к себе в каноническом тексте Ветхого Завета вовсе не свидетельствует о том, что Бог не применяет эту форму по отношению к Себе, здесь просто нет причинно-следственной связи.
Во-вторых, примеры употребления монархами-людьми такой множественной формы по отношению к себе есть в неканонической иудейской литературе межзаветного периода:
«И услышал царь Александр о тех обещаниях, какие Димитрий послал Ионафану, и рассказали ему о войнах и храбрых подвигах, которые совершил Ионафан и братья его, и о трудностях, понесенных ими. Тогда он сказал: найдем ли мы еще такого мужа, как этот? Сделаем же его нашим другом и союзником. И написал и послал ему письмо в таких словах: «Царь Александр брату Ионафану – радоваться. Услышали мы о тебе, что ты – муж, крепкий силою и достойный быть нашим другом. Итак, мы поставляем тебя ныне первосвященником народа твоего; и ты будешь именоваться другом царя (он послал ему порфиру и золотой венец) и будешь держать нашу сторону и хранить дружбу с нами»» (1Мак.10:15-20)
«Царь согласился и написал Ионафану обо всем этом письмо такого содержания: «Царь Димитрий брату Ионафану и народу Иудейскому – радоваться. Список письма, которое мы писали о вас Ласфену, родственнику нашему, посылаем и к вам, чтобы вы знали. Царь Димитрий Ласфену-отцу – радоваться. Народу Иудейскому, друзьям нашим, верно исполняющим свои обязанности перед нами, мы рассудили оказать благодеяние за их доброе расположение к нам. Итак, мы утверждаем за ними как пределы Иудеи, так и три области: Аферему, Лидду и Рамафем, которые присоединены к Иудее от Самарии, и все, принадлежащее всем жрецам их в Иерусалиме, за те царские оброки, которые прежде ежегодно получал от них царь с произрастаний земли и с плодов древесных, и все прочее, принадлежащее нам отныне из десятин и даней, следующих нам, соленые озера и венечный сбор, нам принадлежащий, все вполне уступаем им. И ничего не будет отменено из сего отныне и навсегда. Итак, позаботьтесь сделать список с сего, и пусть будет отдан он Ионафану и положен на святой горе в известном месте»» (1Мак.11:29-37)
В-третьих, в каноническом тексте Писания есть примеры употребления слова во множественном числе по отношению к одному человеку, занимающему высокую должность:
«И пришли к Иакову, отцу своему, в землю Ханаанскую и рассказали ему все случившееся с ними, говоря: начальствующий над тою землею говорил с нами сурово и принял нас за соглядатаев земли той» (Быт.42:29-30)
Здесь слово «начальствующий» имеет в оригинале форму множественного числа («адоней», «начальствующие»), что скорее всего выражает форму почтения по отношению к Иосифу как второму человеку в Египте после фараона.
«и взял Иосифа господин его и отдал его в темницу, где заключены узники царя. И был он там в темнице» (Быт.39:20)
Здесь словом «господин» переведено то же самое слово «адоней» (начальствующие, господа) во множественном числе, которое в данном случае применено по отношению к Потифару, хозяину Иосифа как раба.
«Если кто займет у ближнего своего скот, и он будет поврежден, или умрет, а хозяина его не было при нем, то должен заплатить» (Исх.22:14)
Здесь словами «хозяина его» переведено слово «баалав» (хозяев его) во множественном числе, которое в данном случае применено по отношению к хозяину скота.
«Лаван сказал: в нашем месте так не делают, чтобы младшую выдать прежде старшей; окончи неделю этой, потом дадим тебе и ту за службу, которую ты будешь служить у меня еще семь лет других. Иаков так и сделал и окончил неделю этой. И [Лаван] дал Рахиль, дочь свою, ему в жену» (Быт.29:26-28)
Здесь Лаван говорит о себе как о хозяине во множественном числе «дадим» («нитна»); то, что речь идет об одном человеке, вытекает из последующего указания «дал» в единственном числе.
Таким образом, утверждение о том, что в Писании слово во множественном числе не применяется по отношению к единственному человеку, – неверно.
Много ли таких примеров в Писании? Ответ зависит от того, с чем сравнивать. Ранее я привел порядка десяти примеров употребления слов во множественном числе по отношению к Богу, а здесь – четыре примера употребления слов во множественном числе по отношению к человеку (возможно, есть и другие примеры), то есть мы имеем сравнимое количество примеров того и другого рода. Следовательно, количество примеров употребления слов во множественном числе по отношению к человеку следует считать достаточным для того, чтобы утверждать о принципиальном наличии таких примеров в Писании.
2. Использование множественного числа в качестве формы уважительного обращения совершенно чуждо еврейскому языку.
Это возражение приведено на сайте «Евреев за Иисуса» в статье в защиту доктрины о Троице. В данной статье, помимо приведенного выше в п.1 возражения, приводится также следующая критика объяснения Pluralis majestatis34:
«Комментаторы-раввины и языковеды признают, что в древнееврейском языке нет подтверждений такому объяснению…
В «Еврейской грамматике Гезениуса» (ред. Коули А.Е., Оксфорд, 1976) о «множественном величия» сказано следующее: «Специалисты по еврейской грамматике называют такую форму множественного числа … plur. virium или virtutum; более поздние грамматисты называют ее plur. excellentiae, magnitudinis, или plur. maiestaticus. Последнее название могло быть подсказано традицией монархов говорить о себе, используя местоимение «мы» (сравните 1 Макк. 10:19, 1 Макк. 11:31). Формы множественного числа, которые использует Бог, говоря о Себе в Быт. 1:26 и 11:17 и в Ис.6:8, некорректно причислять к этому типу… Наиболее правильным представляется их трактовка в качестве «множественного внутреннего рассуждения». Использование множественного числа в качестве формы уважительного обращения совершенно чуждо еврейскому языку».
Олнако здесь происходит подмена понятий: обращение к кому-либо и именование самого Себя – не одно и то же. В иврите действительно нет уважительного обращения к кому-либо на «вы» в форме множественного числа (например, даже к президенту любой человек обратится на «ты»), но этот факт ровно ничего не говорит о невозможности для Всевышнего Бога назвать Самого Себя местоимением «Мы», и потому ивритская грамматика или специфика языка здесь совершенно не при чем.
Кроме того, в этой же статье говорится:
«В комментариях Герца к Бытию это объяснение (Pluralis majestatis) рассматривается как одно из двух возможных толкований … Ибн Эзра цитирует Гаона, предположившего, что множественное число в Бытии 1:26 – это множественное монархическое».
Трудно представить себе, что известный еврейский комментатор Герц, а также Гаон (титул духовного лидера народа, в статье не указано, о каком Гаоне идет речь), были не знакомы с особенностями своего родного языка.
Кроме того, выше я привел развернутую цитату современного раввина Ари Шват, который считает использование Pluralis majestatis обычным для библейского иврита и древнеарабского языка.
Средневековый еврейский раввин, ученый и философ Авраам Ибн Эзра писал35:
«подобным образом в нашем языке принято выражать почет: ведь у каждого языка есть свой способ для выражения величия и власти. В других языках тоже принято, например, чтобы младший говорил о ком-то старшем в его присутствии во множественном числе. В арабском языке, например, принято выражать почтение к старшему, говоря о нем во множественном числе».
Таким образом, грамматическое возражение фактически ничтожно.
3. «Множественное величия» – это филологический ответ, а не богословский.
Это возражение привел мессианский еврей Майкл Браун в своей книге «Отвечая на возражения иудеев против Иисуса». Пересказывая содержание этой книги, православный иерей Георгий Максимов говорит36:
«Что касается слова «Элохим», то еврейское объяснение сводится к тому, что это просто форма которая в восточных языках, и конкретно в иврите предполагалась для уважаемой персоны. Однако этот ответ не может быть признан удовлетворительным, потому что это, строго говоря, филологический ответ, а не богословский. Филология отвечает на вопрос «что», но она не может ответить на вопрос «почему». Ведь если мы говорим про всемогущего Бога, во власти которого абсолютно всё, то мы понимаем, что если бы Богу угодно было бы, то Он бы использовал язык, в котором нет такого словоупотребления, когда во множественном числе обращаются к уважаемой персоне. Полным-полно языков на Земле, в которых нет такого словоупотребления. И если бы Богу было угодно, то и в иврите этого бы не было. Так что возникает вопрос: почему Бог для своего откровения использовал именно тот язык, в котором обращение к Богу и обращение даже от лица Бога происходят во множественном лице?»
Прежде всего, я хотел бы обратить внимание на следующее. В предыдущем возражении, опубликованном на мессианском сайте «Евреев за Иисуса», говорилось, что использование множественного числа в качестве формы уважительного обращения совершенно чуждо еврейскому языку. Однако Майкл Браун, знаменитый мессианский апологет, в своих словах подтверждает наличие в иврите такой формы для уважаемых персон. По-видимому, мессианские евреи не договорились об этом между собой – есть в иврите такая форма или нет, а также какое возражение против «множественного величия» следует считать убедительным.
Что же касается противопоставления между филологией и богословием, которое предлагает нам Майкл Браун, то такое противопоставление вызывает удивление. Любое богословие основывается на экзегезе Священного Писания, которая использует филологию, историю, текстологию и много других дисциплин, помогающих понять, какой смысл вкладывал автор священного текста в свои слова. Так и в данном случае: такой филологический прием, как «множественное величия», используется Богом для … подчеркивания Своего величия! Поэтому утверждение Майкла Брауна «филология … не может ответить на вопрос «почему»» – весьма странное, а его возражение, построенное на таком утверждении, некорректно.
4. В стихе Быт.3:22 «один из Нас» говорится о численной множественности, а не о величественной.
Цитирую одного из современных верующих, разместивших на своем сайте статью в защиту доктрины о Триединстве37:
«Иудаисты и исламисты пытаются истолковать это … понятием «множественности величия» или «царским Мы», то есть, когда к одному лицу применяется форма множественности как знак большого почета. Можно ли с ними согласиться? Такое толкование было бы правдоподобным, если бы не одно место, которое опровергает такую трактовку, а именно:
«И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно» (Быт.3:22)
На этот раз ивритский текст предельно ясен. Обратим внимание на фразу “один из Нас”, если бы для Бога использовалась форма “множественности величия”, то там должно было бы быть записано “Адам стал как Мы”, но форма “один из Нас” весьма определенно говорит о численной множественности, а не о величественной».
Что ж, давайте отдельно разберем стих Быт.3:22. Вы увидите, что он в принципе не подпадает под общую тему множественного числа применительно к Богу.
Дело в том, что словом, переведенным в синодальном переводе как «из нас», в оригинале является слово «мимЭну». У этого слова есть два равновероятных значения – «из нас» и «от него».
Чтобы понять, какой из двух вариантов будет правильнее использовать, посмотрим на стихи, находящиеся в непосредственной близости к изучаемому стиху, причем перед ним:
«а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:17)
«Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей» (Быт. 3:17)

