Теория государства и права

Значение: хороший пример реального применения части 4 статьи 15 Конституции в административно-деликтной сфере.

15.3. Постановление Пленума ВС РФ от 14.06.2012 11

«О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания»

Постановление продолжает действовать в редакции от 09.12.2025.

Пункт 2

Ключевой текст:

«Применение многостороннего международного договора Российской Федерации должно осуществляться с учетом оговорок и заявлений Российской Федерации...»

Смысл пункта принципиален: судья обязан установить не только существование международного договора, но и объем обязательств России с учетом оговорок и заявлений.

Пункт 3

Пленум также разъясняет, что при отсутствии международного договора выдача или передача в предусмотренных УПК РФ случаях может осуществляться на основе принципа взаимности; соответствующая процедура при этом регулируется российским законодательством, общепризнанными принципами и нормами международного права и применимыми договорами о правах человека.

Здесь важно не допустить ошибки: взаимность в данном случае является предусмотренным российским уголовно-процессуальным законом основанием сотрудничества, а не универсальным самостоятельным источником международного права.

16. Критически важное изменение 2025 года

Постановление Пленума ВС РФ от 09.12.2025 33 О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ОТДЕЛЬНЫЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРИЗНАНИИ УТРАТИВШИМ СИЛУ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 27 ИЮНЯ 2013 ГОДА N 21 "О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ КОНВЕНЦИИ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ОСНОВНЫХ СВОБОД ОТ 4 НОЯБРЯ 1950 ГОДА И ПРОТОКОЛОВ К НЕЙ"

Этот акт имеет принципиальное значение для актуального экзаменационного ответа.

Пункт 30

Ключевой текст:

«Признать утратившим силу постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 21...»

Речь идет о Постановлении 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод...».

Следовательно, в 2026 году нельзя ссылаться на ППВС 21 от 27.06.2013 как на действующее разъяснение Верховного Суда.

Одновременно Постановлением 33 были актуализированы многочисленные ранее принятые постановления Пленума; в частности, в ППВС 16 нормы Европейской конвенции были заменены в соответствующих положениях ссылками прежде всего на Международный пакт о гражданских и политических правах.

Дополнительно Федеральный закон от 11.06.2022 180-ФЗ прямо установил, что постановления ЕСПЧ, вступившие в силу после 15 марта 2022 года, в Российской Федерации исполнению не подлежат.

Для современного ответа кандидата на должность судьи это нужно обязательно учитывать.

17. Судебная практика: применение международного права Верховным Судом РФ

Пример 1. Международный договор должен действовать на юридически значимую дату

Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ 32-КГ25-1-К1, включенное в Обзор судебной практики ВС РФ 4 (2025), утвержденный Президиумом ВС РФ 22.12.2025.

Гражданин просил учесть при назначении российской пенсии период работы в Узбекистане в 1991–1999 годах.

Нижестоящие суды применили Соглашение государств — участников СНГ от 13.03.1992 о гарантиях прав граждан в области пенсионного обеспечения.

Верховный Суд признал такой подход ошибочным.

Россия денонсировала это Соглашение, и для Российской Федерации оно прекратило действие с 1 января 2023 года. Гражданин же обратился за назначением пенсии 2 августа 2023 года. Следовательно, на юридически значимый момент договор уже не действовал и не мог применяться для определения его пенсионных прав.

Практическое значение

Этот пример дает важнейший алгоритм:

судья не должен ограничиваться обнаружением текста международного договора — необходимо проверить, действует ли он для России и действовал ли на юридически значимую дату.

Также проверяются:

вступление договора в силу;

участие России;

оговорки и заявления;

денонсация;

приостановление;

временное применение;

переходные положения.

18. Пример 2. Международный пакт как элемент судебного обоснования

В Определении Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 29.06.2020 15-КГ20-2-К1, отраженном в Обзоре судебной практики ВС РФ 3 (2022), рассматривался вопрос о компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав.

Верховный Суд связал конституционные и внутригосударственные гарантии с соответствующими положениями Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, в частности с гарантией справедливых и благоприятных условий труда.

Значение

Международный договор в судебной практике способен выступать:

непосредственно применимой нормой;

дополнительным нормативным основанием;

средством системного истолкования российского законодательства;

международно-правовым стандартом раскрытия содержания конституционного права.

19. Современная доктрина после 2020 года

Для экзамена желательно показать, что вопрос не сводится к воспроизведению статьи 15 Конституции, а продолжает активно исследоваться.

Ю.С. Ромашев

Ромашев Ю.С. «Международный обычай в российской правовой системе» // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2022. 3. С. 195–221.

Автор обращает внимание, что международный обычай остается основным источником международного права, хотя прямо частью 4 статьи 15 Конституции не назван. Он предлагает рассматривать признаваемые Россией международные обычаи и императивные нормы общего международного права в качестве элемента российской правовой системы. При этом предложение автора о приоритетном применении обычая перед законом является доктринальной позицией, а не непосредственно установленным Конституцией коллизионным правилом.

Это разграничение особенно важно: на экзамене нельзя выдавать научную концепцию за действующую норму права.

П.П. Кремнев

Кремнев П.П. «Общепризнанные принципы и нормы jus cogens и обязательства erga omnes: юридическая природа и иерархия в российской правовой системе» // Вестник СПбГУ. Право. 2021. Т. 12. 3. С. 783–802.

Автор анализирует статус обычных общепризнанных норм, jus cogens и erga omnes и подчеркивает отсутствие прямого конституционного правила, определяющего приоритет международного обычая перед федеральным законом.

Для экзамена эта позиция полезна как аргумент против упрощенной формулы «все международное право выше федерального закона».

А.Я. Капустин и коллектив авторов

Современная концепция взаимодействия международного и внутригосударственного права / отв. ред. А.Я. Капустин. М.: ИЗиСП при Правительстве РФ; Норма; ИНФРА-М, 2023. 336 с.

Монография специально посвящена переосмыслению взаимодействия международного и национального права с учетом конституционных изменений 2020 года. Авторы рассматривают эволюцию монистических и дуалистических моделей и подчеркивают тенденцию к формированию национально специфических механизмов взаимодействия правопорядков.

Для российского правопорядка наиболее точна поэтому не примитивная формула «монизм» либо «дуализм», а модель конституционно обусловленного взаимодействия двух самостоятельных правовых систем, при которой международно-правовые нормы допускаются к внутригосударственному действию на основаниях, установленных Конституцией РФ.

И.В. Выдрин и соавторы

В монографии «Имплементация международно-правовых норм в российском законодательстве: отдельные аспекты теории и практики» (2023) анализируются именно способы включения и реализации международно-правовых предписаний через российское законодательство и правоприменение.

Работа полезна для разграничения прямого действия международной нормы и опосредованной реализации через внутригосударственный нормативный акт.

А.А. Максуров

Монография «Общепризнанные принципы и нормы международного права: понятие и проблемы применения в Российской Федерации», актуальное издание 2024 года, посвящена содержанию и практическому выявлению общепризнанных принципов и норм международного права с учетом изменений Конституции РФ.

Работа подтверждает, что категория «общепризнанности» остается одной из самых сложных для правоприменителя: суду недостаточно просто назвать принцип международным — необходимо установить его юридическое содержание и источник признания.

20. Соотношение Конституции, международного договора и закона

Для экзамена лучше представить конструкцию следующим образом.

21. Алгоритм судьи при ссылке стороны на международное право

Если сторона ссылается на международный договор или иную международную норму, юридически правильный анализ состоит из нескольких последовательных вопросов.

Первое: что именно является источником предполагаемой нормы — договор, международный обычай, общепризнанный принцип, обязательное решение международного органа или лишь рекомендательный документ?

Второе: если это международный договор — является ли Российская Федерация его участником?

Третье: вступил ли договор в силу для России и продолжает ли он действовать на юридически значимую дату?

Четвертое: имеются ли российские оговорки, заявления либо специальные условия применения?

Пятое: опубликован ли договор в установленном порядке?

Шестое: является ли конкретная норма самоисполнимой или требует внутригосударственной имплементации?

Седьмое: имеется ли действительная коллизия с российской нормой и каков уровень этой российской нормы?

Восьмое: в какой форме выражено согласие России на обязательность договора?

Девятое: не имеется ли конституционно-правовых ограничений, вытекающих из статей 79 и 125 Конституции РФ?

Десятое: правильно ли истолкована сама международно-правовая норма.

Именно такой подход следует из совокупности статьи 15 Конституции, Закона 101-ФЗ и действующего ППВС 5.

22. Типичные ошибки экзаменуемого

Ошибка 1

«Все нормы международного права имеют приоритет над российским законодательством».

Неверно.

Часть 4 статьи 15 прямо устанавливает коллизионный приоритет именно правил международного договора перед законом.

Ошибка 2

«Международный договор выше Конституции РФ».

Неверно.

Конституция обладает высшей юридической силой внутри российской правовой системы. Это следует из статей 15, 79, 125 Конституции и практики Конституционного Суда.

Ошибка 3

«Если международный договор ратифицирован, любое его положение можно непосредственно применить».

Неверно.

Необходимо установить самоисполнимость конкретной нормы. Пункт 3 статьи 5 Закона 101-ФЗ специально разграничивает непосредственно действующие нормы и положения, требующие принятия внутригосударственных актов.

Ошибка 4

«Резолюция международной организации автоматически является источником обязательного права».

Неверно.

Необходимо исследовать компетенцию органа и международный договор, устанавливающий обязательность соответствующего акта.

Ошибка 5

«Любой международный обычай автоматически выше федерального закона».

Такого прямого правила Конституция не устанавливает.

Именно эта проблема является предметом современной научной дискуссии у П.П. Кремнева и Ю.С. Ромашева.

Ошибка 6

Ссылка в 2026 году на ППВС РФ от 27.06.2013 21 как на действующий акт.

Это уже неверно.

Пунктом 30 ППВС РФ от 09.12.2025 33 Постановление 21 признано утратившим силу.

23. Итоговый теоретический вывод

Российская модель не сводится к утверждению о безусловном верховенстве международного либо внутригосударственного права.

Международное и российское право представляют собой самостоятельные, взаимодействующие нормативные системы.

Конституция РФ:

признает общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ частью российской правовой системы;

допускает непосредственное действие определенных договорных норм;

устанавливает приоритет правил международного договора перед законом при наличии коллизии;

одновременно сохраняет высшую юридическую силу Конституции;

после поправок 2020 года прямо предусматривает механизм конституционного контроля исполнения решений межгосударственных органов.

Поэтому наиболее точная характеристика современной российской модели — конституционно обусловленное взаимодействие международного и внутригосударственного права с дифференцированными механизмами имплементации международных норм.

Ключевые положения для подготовки к экзамену

1. Основная норма — ч. 4 ст. 15 Конституции РФ. Общепризнанные принципы и нормы международного права + международные договоры РФ = часть российской правовой системы. Если международный договор устанавливает иное правило, чем закон, применяется договор.

2. Источники международного права: международный договор; международный обычай; общие принципы права. Судебные решения и доктрина — прежде всего вспомогательные средства определения международной нормы.

3. Не путать: «общие принципы права» по ст. 38 Статута Международного Суда ООН и «общепризнанные принципы и нормы международного права» по ст. 15 Конституции РФ — близкие, но не тождественные категории.

4. Международный договор — основной практически применимый источник.

5. Не всякий договор применяется непосредственно. По п. 3 ст. 5 Закона 101-ФЗ непосредственно действуют официально опубликованные положения, которые не требуют принятия внутреннего акта.

5. Конституция РФ выше международного договора во внутригосударственной системе.

Ст. 79 и 125 Конституции.

6. Договор не отменяет противоречащий закон.

Договор получает приоритет применения в конкретной коллизии.

7. ППВС 5, п. 8: договор, согласие на обязательность которого выражено федеральным законом, имеет приоритет применения перед законами; договор иного уровня — перед соответствующими подзаконными актами.

9. Международный обычай — источник международного права, но прямо в ст. 15 Конституции не назван. Нельзя безоговорочно говорить, что любой обычай выше федерального закона.

10. Акты международных организаций обязательны не сами по себе. Проверяем учредительный договор, компетенцию органа и характер акта. Пример — ст. 6 Договора о ЕАЭС.

11. Формы реализации международного права по ТГП:

соблюдение исполнение использование применение.

12. Способы имплементации:

непосредственное применение; принятие внутреннего закона; отсылка; коллизионный приоритет; толкование; организационные меры.

13. Судья проверяет: источник участие РФ вступление в силу действие на нужную дату оговорки официальное опубликование самоисполнимость наличие коллизии уровень договора конституционные ограничения.

14. ППВС 16 от 15.06.2010, п. 2: в сфере свободы слова ВС прямо использует Международный пакт о гражданских и политических правах. Действует в редакции 09.12.2025.

15. ППВС 27 от 23.11.2010, п. 2: если международный договор устанавливает иные правила в сфере рыболовства и административной ответственности, применяются правила договора.

16. ППВС 11 от 14.06.2012, п. 2:

при применении многостороннего договора обязательно учитывать оговорки и заявления Российской Федерации.

17. Важнейшее изменение:

ППВС 21 от 27.06.2013 о Европейской конвенции утратило силу 09.12.2025 — п. 30 ППВС 33 от 09.12.2025.

18. Практика ВС 32-КГ25-1-К1:

международный договор должен действовать на юридически значимую дату; прекративший действие договор применять нельзя.

19. Практика ВС 15-КГ20-2-К1: международный пакт может использоваться вместе с Конституцией и российским законодательством для раскрытия содержания гарантируемого права.

20. Финальная формула для устного ответа: «Международное право реализуется в Российской Федерации не посредством безусловного приоритета всех международных норм, а через конституционно установленный механизм включения, непосредственного действия, имплементации, коллизионного применения и толкования международно-правовых норм при сохранении высшей юридической силы Конституции Российской Федерации».

§5 Сущность и функции принципов национального и международного права

1. Понятие принципов права

Принципы права — это основополагающие, относительно устойчивые нормативно-ценностные начала правового регулирования, выражающие сущность, социальное назначение и внутреннюю логику права, определяющие содержание правотворчества, толкования, применения и развития правовых норм.

Для ответа на экзамене важно не сводить принцип права только к «идее». Такое определение неполно. Правовой принцип обладает не только мировоззренческим, но и регулятивным значением: он может определять толкование нормы, ограничивать усмотрение публичного органа, восполнять пробел, служить критерием добросовестности поведения и непосредственно влиять на исход дела.

В современной теории сохраняется спор о соотношении категорий «идея», «ценность», «принцип» и «норма». Позитивистский подход связывает юридическую обязательность принципа прежде всего с его закреплением или признанием правопорядком. Естественно-правовой и интегративный подходы рассматривают принципы шире — как соединяющее звено между позитивным правом и фундаментальными правовыми ценностями.

Эта дискуссия прослеживается и в современных исследованиях. А.В. Коновалов в фундаментальной монографии «Принципы права» рассматривает принципы как центральный элемент правовой организации общества и предлагает развитую систему принципов публичного и частного права. Работа специально посвящена сущности, системе и практическому действию принципов.

Я. Стоилов в монографии «Принципы права: понятие и применение» рассматривает принцип как нормативно-социальный феномен, связывает принципы с действительностью и легитимацией правопорядка и выделяет различные пути их вхождения в право — через законодательство, судебную практику и юридическую доктрину.

Е.В. Тимошина, Н.С. Васильева, А.А. Краевский и другие авторы учебного пособия «Стратегии судебного толкования и принципы права» специально подчеркивают значение ценностей и правовых принципов в судебной интерпретации и при восполнении пробелов.

Отсюда можно сформулировать важный для судьи вывод:

правовой принцип — не декларативный лозунг, а наиболее общее юридическое основание, которое организует нормы в систему и направляет правотворчество и правоприменение.

2. Сущность принципов права

Сущность принципов раскрывается через несколько взаимосвязанных признаков.

Во-первых, принцип отражает наиболее существенные черты права и конкретного правопорядка. Если отдельная норма регулирует конкретную модель поведения, принцип определяет общее направление регулирования.

Например, принцип добросовестности не устанавливает единственного варианта поведения для всех гражданских правоотношений. Он задает критерий, с которым сопоставляется поведение стороны в конкретном деле.

Во-вторых, принципы имеют повышенную степень обобщения. Внутри одного принципа могут находить выражение десятки и сотни конкретных норм.

Так, принцип равенства конкретизируется в конституционном, гражданском, трудовом, административном, уголовном и процессуальном законодательстве.

В-третьих, принципы обладают системообразующим характером. Норма должна истолковываться не изолированно, а в системе права и с учетом лежащих в ее основе принципов.

Именно такой подход прямо закреплен Верховным Судом применительно к гражданскому законодательству.

В-четвертых, принцип соединяет должное и ценностное. За принципами законности, справедливости, равенства, гуманизма, добросовестности, соразмерности стоят определенные правовые ценности.

В-пятых, принцип способен выполнять самостоятельную юридическую функцию даже тогда, когда конкретной специальной нормы недостаточно. Особенно это проявляется:

при толковании неопределенных понятий;

при преодолении пробелов;

при применении аналогии права;

при оценке злоупотребления правом;

при проверке административного усмотрения;

при разрешении конкуренции прав и законных интересов.

Современная теория поэтому все чаще исследует не только наличие принципов, но и их конкуренцию. В.А. Илюхина в исследовании 2024 года показывает, что конфликт принципов обычно возникает казуистически, то есть применительно к конкретной жизненной ситуации, и не означает существования раз и навсегда установленной иерархии всех принципов одного уровня. При позитивистском подходе конституционные принципы при этом находятся на более высоком уровне по отношению к принципам, закрепленным только отраслевым законодательством.

Следовательно, для судьи принцип выполняет еще одну важную роль: не дает применять норму механически, без учета ее места, цели и конституционно значимых ценностей.

3. Функции принципов права

Уместно выделять следующие основные функции принципов:

Системообразующая функция. Принципы обеспечивают внутреннее единство отраслей и всей правовой системы. Отдельные нормы должны согласовываться с фундаментальными началами правового регулирования.

Ценностно-ориентирующая функция. Через принципы право выражает фундаментальные правовые ценности: достоинство личности, свободу, равенство, справедливость, законность, добросовестность, гуманизм.

Регулятивная функция. Принцип способен непосредственно влиять на права и обязанности участников отношений и правовую оценку их поведения.

Правотворческая функция. Законодатель обязан учитывать конституционные и общеправовые принципы при установлении конкретных норм.

Интерпретационная функция. При неоднозначности нормы предпочтительно такое толкование, которое соответствует принципам соответствующей отрасли и Конституции.

Пробеловосполняющая функция. При отсутствии конкретного нормативного регулирования принципы участвуют в применении аналогии права.

Правоприменительная функция. Принципы являются критериями оценки поведения участников правоотношений и законности деятельности публичной власти.

Ограничительная функция. Принципы устанавливают пределы государственной власти и частной автономии. Например, свобода договора ограничивается добросовестностью, запретом злоупотребления правом, публичным порядком.