Полная версия:
Путь к звёздам. Цикл «Игдрасиль»
– Мы знаем, о чём вы говорите, – наконец произнёс старейшина. – Камень Света. Древний артефакт, который хранится в нашем главном храме уже тысячи лет. Мы считаем его священным.
– Мы не хотим забирать его силой, – быстро сказала Ли. – Но если он попадёт в руки наших врагов, это грозит гибелью не только нам, но и вам. Есть силы, которые хотят использовать Ключ для порабощения.
Старейшина долго молчал, глядя на них.
– Мы знаем, – повторил он. – Мы видели ваши войны. Мы слышали ваши крики по радио. Мы знаем, что среди вас есть те, кто сеет смерть и разрушение. Но есть и те, кто ищет мира. Как вы.
Он встал.
– Мы отдадим вам Камень Света. Но с одним условием.
– С каким?
– Вы возьмёте с собой одного из нас. Моего сына, Арани. Он будет вашим проводником и хранителем. Он должен увидеть ваш мир, понять его. И если придёт беда, он предупредит нас.
Из толпы вышел молодой Кси'ари – стройный, с горящими глазами, полными любопытства и отваги.
– Я пойду с вами, – сказал он. – И помогу, чем смогу.
Воронов посмотрел на Ли, на Аниту, на невидимого Элана.
– Мы согласны, – ответил он.
-–
3
Камень Света оказался небольшим кристаллом, мерцающим изнутри мягким голубоватым светом. Он лежал на алтаре в главном храме – круглом здании, полностью вырезанном из цельного куска горного хрусталя.
– Он красивый, – прошептала Ли, протягивая руку.
– Осторожно, – предупредил старейшина. – Он чувствует прикосновения. И реагирует на эмоции.
Ли замерла.
– Что значит – реагирует?
– Он усиливает то, что внутри вас. Радость, печаль, гнев, любовь. Если вы подойдёте к нему с чистыми помыслами, он одарит вас светом. Если с тёмными – он может ранить.
Воронов шагнул вперёд.
– Я возьму его.
– Ты уверен, капитан? – спросила Анита.
– Нет. Но кто-то должен.
Он протянул руку и взял кристалл. На мгновение мир померк – а затем взорвался светом. Воронов увидел… себя. Свою жизнь. Свои ошибки. Свою боль. Свою любовь к Лене и Серёже. Свою ненависть к тем, кто их убил.
А потом свет погас, и кристалл в его руке засиял ровным, спокойным сиянием.
– Ты чист, – удивлённо произнёс старейшина. – У тебя внутри много боли, но нет ненависти. Ты сможешь нести Камень.
Воронов посмотрел на кристалл, потом на своих спутников.
– Пошли. У нас ещё шесть миров.
-–
4
Обратный путь на «Луч» прошёл в молчании. Каждый думал о своём. Арани с любопытством рассматривал корабль, трогал стены, заглядывал в отсеки.
– У вас всё такое… железное, – заметил он. – Неживое.
– Зато надёжное, – отозвалась Анита.
– Надёжность не всегда важнее красоты.
– Это точно, – усмехнулась она. – Но когда на тебя летит вражеский истребитель, красота как-то не волнует.
Арани задумался.
– У нас нет врагов. Мы ни с кем не воюем.
– Повезло вам, – вздохнула Анита. – На Земле всё по-другому.
– Я хочу увидеть вашу Землю. Понять, почему вы такие… разные.
– Увидишь. Если доживём.
«Луч» взлетел, оставляя позади райскую планету. В иллюминаторах проплывали облака, леса, города – и вот уже космос, чёрный и бесконечный.
– Афина, курс на «ФЕНИКС-Прайм», – скомандовал Воронов.
– Есть, капитан. И… у меня новости. Плохие.
Все замерли.
– АТ перехватил наши переговоры. Они знают, что у нас есть первая часть Ключа. И они послали корабли к следующей цели.
– К какой?
– Ко второй планете. К миру, который мы называем… Фаэтон.
Воронов выругался сквозь зубы.
– Сколько у нас времени?
– Если они пойдут через гравитационный коридор – меньше суток.
– Не успеваем.
– Успеем, – вдруг сказал Элан. – Если я подключусь к их сети. Замедлю их. Создам помехи.
– Это опасно. Они могут отследить тебя.
– Могут. Но если они доберутся до Ключа раньше нас, будет ещё хуже.
Воронов молчал. Секунды тянулись вечность.
– Делай, – наконец сказал он. – Но будь осторожен.
– Всегда осторожен, капитан. Почти.
Элан исчез – его проекция погасла, и только лёгкое мерцание на приборах говорило о том, что он ещё где-то здесь.
– Афина, следи за ним. Если что-то пойдёт не так – вытаскивай любой ценой.
– Принято, капитан.
«Луч» нырнул в гравитационный коридор, унося команду к новым испытаниям. А позади оставался мир Кси'ари, где впервые за тысячи лет что-то изменилось. И где ждал сын старейшины, которому только предстояло узнать, что такое война.
Продолжение следует…
-–
Примечания автора
В этой главе мы встретили Кси'ари – первую инопланетную расу, с которой столкнулась команда. Они живут в гармонии с природой, не знают войн и насилия. Но им предстоит узнать тёмную сторону галактики – потому что АТ уже в пути.
Первая часть Ключа у нас. Впереди – ещё шесть. И каждый новый мир будет сложнее предыдущего.
Конец главы 4
КНИГА ПЕРВАЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ
ГЛАВА 5: Фаэтон – мёртвый мир
-–
Борт разведчика «Луч», гравитационный коридор
2247 год, 21 октября, 23:18 по бортовому времени
-–
1
Гравитационный коридор гудел. Не так, как обычно – ровно, успокаивающе, – а тревожно, с перебоями, словно где-то в его недрах рождалась буря. Анита Сингх вцепилась в штурвал так, что костяшки пальцев побелели.
– Афина, что с коридором? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
– Нестабильность нарастает, лейтенант. Предположительно, это связано с действиями Элана. Он создаёт помехи в сети АТ, и это влияет на всю гравитационную структуру сектора.
– Он там, внутри их сети? – уточнил Воронов, подходя ближе.
– Да, капитан. Он нашёл уязвимость в их квантовых коммуникациях и… вошёл.
– Это опасно?
– Крайне. Если они обнаружат его, они смогут не только заблокировать, но и повредить его структуру. Элан – не просто программа. Он личность. Повреждение его кода может быть эквивалентно…
– Смерти, – закончил Воронов.
– Да.
В рубке повисла тишина. Ли Вэй смотрела на пульсирующие огни приборов, пытаясь уловить хоть какой-то намёк на состояние Элана. Арани, впервые попавший в гравитационный коридор, заворожённо глядел на искажённое пространство за иллюминаторами.
– У вас всё так… неспокойно, – тихо заметил он. – На Кси'ари мы живём в гармонии. А вы постоянно боретесь. С чем-то. С кем-то. С самими собой.
– Это наша природа, – ответил Воронов, не оборачиваясь. – Мы не умеем иначе.
– Может быть, вам стоит научиться?
Воронов усмехнулся.
– Может быть. Но не сегодня.
Корабль вырвался из коридора в обычное пространство. И все, кто был на борту, замерли, глядя на открывшуюся картину.
-–
2
Фаэтон был мёртв.
Когда-то, тысячи лет назад, это была прекрасная планета – голубая, живая, с океанами и материками, с атмосферой, пригодной для дыхания. Сейчас это был обгоревший шар, покрытый шрамами и оспинами. Его поверхность напоминала корку запёкшейся крови – чёрная, красная, коричневая. Вокруг планеты вращались обломки – остатки того, что когда-то было лунами или космическими станциями.
– Боже мой… – выдохнула Ли Вэй. – Что здесь произошло?
– Война, – мрачно ответил Воронов. – Самая страшная, какую только можно представить.
– Но кто… кто мог такое сделать?
– Они сами, – вмешался Элан. Его голос звучал слабо, с помехами, но он вернулся. – Я… я видел. В сети АТ есть архивы. Старые, очень старые. Они перехватили данные с зондов, которые исследовали эту систему сто лет назад.
– И что там?
– Здесь жила цивилизация. Высокоразвитая. Они достигли того же уровня, что и мы сейчас. Может быть, даже выше. И они… они уничтожили себя. В войне, которая длилась всего три дня.
– Три дня? – не поверила Анита.
– Три дня. Они использовали оружие, которое мы даже не можем вообразить. Плазменные бомбы. Гравитационные торпеды. Нейтронные излучатели. Всё, что у них было. А в конце – квантовый резонатор, который выжег атмосферу.
Тишина. Тяжёлая, давящая.
– Вторая часть Ключа там? – спросил Воронов.
– Да. На орбите. На старой станции, которая чудом уцелела.
– АТ уже здесь?
– Нет. Я задержал их. Они будут через… шесть часов. Может быть, семь.
– Значит, у нас есть время.
Воронов повернулся к команде.
– Сингх, готовь челнок. Ли, Шнайдер, Арани – вы со мной. Элан, прикрываешь.
– Капитан, – подала голос Шнайдер. – Я… я не герой. Я учёный. И я работала на АТ. Вы уверены, что хотите брать меня?
– Ты знаешь их технологии. Ты знаешь, как они думают. И ты хочешь искупить вину. Так?
– Так.
– Тогда хватит сомневаться. Время.
-–
3
Челнок нырнул в облако обломков. Они проплывали мимо кусков металла, камня, того, что когда-то было зданиями и кораблями. Арани смотрел на это с ужасом в глазах.
– У нас нет таких слов, – прошептал он. – На нашем языке нет названия для такого.
– На нашем есть, – мрачно ответил Воронов. – Геноцид. Самоубийство. Безумие.
Станция показалась из тьмы – огромная конструкция, чудом сохранившая целостность. Она вращалась медленно, величественно, словно призрак погибшего мира.
– Афина, сканирование, – приказал Воронов.
– Станция частично герметична. Есть зоны с пригодной для дыхания атмосферой. Энергия… минимальна, но есть. И я чувствую сигнал. Слабый. Квантовый.
– Ключ?
– Вероятно.
Челнок пристыковался к одному из шлюзов. Воронов первым вышел в коридор станции.
Воздух был спёртым, с привкусом озона и горелого металла. Коридоры уходили в темноту, лишь кое-где мерцали аварийные огни.
– Разделяемся, – скомандовал Воронов. – Ли и Арани – налево. Шнайдер и я – направо. Ищем центральный зал или что-то похожее на хранилище.
– Капитан, – тихо сказала Ли, – будьте осторожны.
– Всегда.
Они разошлись. Воронов и Шнайдер двинулись по правому коридору. Тишина здесь была особенной – не мёртвой, а напряжённой, словно станция ждала чего-то.
– Вы верите в судьбу, капитан? – вдруг спросила Шнайдер.
– Нет.
– А я раньше не верила. А теперь думаю: как иначе объяснить, что мы здесь? Вы и я. Русский и немка. Враг и… кто я теперь?
– Ты та, кто хочет исправить ошибки.
– Исправить нельзя. Можно только не повторять.
Она остановилась, глядя на стену, покрытую странными символами.
– Смотрите. Это письменность Фаэтона.
Воронов подошёл ближе. Символы были похожи на те, что они видели на станции Предтеч – те же завитки, те же геометрические узоры.
– Они были частью одной цивилизации, – понял он. – Предтечи и Фаэтон – одно целое.
– Или разные ветви одного дерева. Как мы и Кси'ари.
Они двинулись дальше. Коридор привёл их в огромный зал, залитый мертвенным светом. В центре, на постаменте, покоился кристалл. Чёрный, с красными прожилками, пульсирующими в такт чему-то невидимому.
– Ключ, – выдохнула Шнайдер. – Вторая часть.
– Почему он чёрный?
– Он впитал смерть этого мира. Горе, боль, отчаяние. Он… он опасен.
Воронов шагнул к кристаллу. Протянул руку.
– Не надо! – крикнула Шнайдер, но было поздно.
Пальцы коснулись поверхности – и мир взорвался.
-–
4
Субъективное пространство. Боль. Ненависть. Страх.
Воронов видел глазами тех, кто умер здесь тысячи лет назад. Чувствовал их боль, их отчаяние, их ярость. Он видел, как рушатся города, как гибнут дети, как последние люди Фаэтона сходят с ума от ужаса.
– Помоги нам, – шептали голоса. – Спаси нас. Отомсти за нас.
– Я не могу, – прошептал Воронов. – Я не…
– Ты можешь. Ты сильный. Ты воин. Отомсти.
– Кому?
– Тем, кто убивает. Тем, кто развязывает войны. Тем, кто подобен нам.
Перед ним возник образ – корабли АТ, бомбящие города. Лица генералов, отдающих приказы. И над всем этим – символ, который он видел на их форме.
– Я… я ненавижу их, – признался Воронов. – Ненавижу так сильно, что иногда сам себя боюсь.
– Используй эту ненависть. Она даст тебе силу.
– Но она же меня и убьёт.
Тишина.
– Ты прав, – вдруг сказал другой голос. Мягкий, спокойный, похожий на голос Элана. – Ненависть убивает. Не их. Тебя.
Воронов обернулся. Рядом стоял Коваль – не Элан-7, а тот Коваль, каким он был при жизни. Живой, тёплый, улыбающийся.
– Дмитрий?
– Я – то, что ты хочешь увидеть. Твоя память о друге. Твоя совесть. Твой страх.
– Я не понимаю.
– Этот кристалл – ловушка. Он питается тёмными эмоциями. Гневом, ненавистью, страхом. Если ты поддашься, он высосет тебя досуха. Ты станешь таким же, как они. Как те, кто уничтожил этот мир.
– Что же мне делать?
– Вспомни, зачем ты здесь. Не мстить. А спасать. Свою команду. Своих друзей. Будущее.
Воронов закрыл глаза. Перед ним встали лица – Ли Вэй, Аниты, Элана, даже Шнайдер. Люди, которые доверились ему. Которые ждали, что он приведёт их домой.
– Я помню, – сказал он.
Открыл глаза. Кристалл в его руке больше не был чёрным. Он сиял ровным золотистым светом.
– Ты справился, – улыбнулся Коваль и растаял.
-–
5
Воронов очнулся на полу. Шнайдер склонилась над ним, бледная как смерть.
– Капитан! Капитан, вы слышите меня?
– Слышу, – прохрипел он. – Что… что случилось?
– Вы коснулись кристалла и… упали. Я думала, вы умерли.
– Живой. Пока.
Он с трудом поднялся. Кристалл лежал рядом – спокойный, тёплый, безопасный.
– Он… он чист, – сказал Воронов. – Я очистил его.
– Как?
– Вспомнил, зачем я здесь.
В наушнике раздался голос Афины:
– Капитан, у нас проблемы. Корабли АТ вышли из коридора. Они будут здесь через сорок минут.
– Ли? Арани? – спросил Воронов.
– Они нашли третий зал. Там есть… там есть что-то важное. Они ждут вас.
– Бежим.
Они побежали по коридору, на ходу связываясь с Ли.
– Ли, что у вас?
– Капитан, здесь архив. Полный архив Фаэтона. Их история, их наука, их искусство. Всё, что они успели сохранить перед гибелью.
– Берите что можете. У нас мало времени.
– Уже.
Через пятнадцать минут все встретились у челнока. Ли и Арани тащили небольшие кристаллы-носители, в которых, по их словам, была заключена память целого мира. Воронов нёс вторую часть Ключа.
– Улетаем, – скомандовал он. – Сейчас.
Челнок отстыковался и рванул к «Лучу». В иллюминаторах уже виднелись корабли АТ – хищные, стремительные, готовые к бою.
– Успеем? – спросила Анита.
– Должны.
«Луч» принял челнок и сразу же нырнул в гравитационный коридор. Корабли АТ открыли огонь, но было поздно – русский корабль исчез в искажении пространства.
А на станции Фаэтона остались только мёртвая тишина и память о погибшем мире.
-–
6
В рубке «Луча» было тихо. Все смотрели на две части Ключа, лежащие на специальной подставке. Одна – голубая, чистая. Вторая – золотистая, тёплая.
– Две из семи, – сказала Ли. – У нас две из семи.
– И пять впереди, – добавил Воронов. – И АТ теперь знает, где мы были и куда направляемся.
– Что будем делать? – спросила Анита.
– Будем двигаться дальше. Быстрее. Умнее. И, надеюсь, удачливее.
Арани смотрел на кристаллы с благоговением.
– На Кси'ари мы верим, что все миры связаны. Что наши судьбы переплетены. Теперь я понимаю, что это значит. Мы – часть чего-то большого. Все мы.
– Или просто пешки в чужой игре, – усмехнулась Шнайдер.
– Нет, – возразил Элан. – Не пешки. Игроки. Потому что у нас есть выбор. Есть свобода. И есть цель.
Воронов посмотрел на звёзды за иллюминатором.
– Следующая цель – мир, который Предтечи называли Эдем. Говорят, там до сих пор живут те, кто не ушёл.
– Кто?
– Не знаю. Узнаем, когда прилетим.
«Луч» летел сквозь гравитационный коридор, унося команду к новым приключениям, новым опасностям и новым открытиям.
Впереди было ещё пять миров. Пять испытаний. И надежда на то, что когда-нибудь этот путь закончится.
Но Воронов знал: путь не заканчивается никогда.
Продолжение следует…
-–
Примечания автора
Фаэтон – мёртвый мир, предупреждение из прошлого. Он показывает, что может случиться с цивилизацией, которая не сумеет обуздать свою агрессию. АТ, с его жаждой власти и уничтожения, идёт по тому же пути. Вопрос в том, успеет ли человечество остановиться.
Вторая часть Ключа у нас. Впереди – Эдем, мир, где, возможно, ещё живы потомки Предтеч. Или те, кто считает себя таковыми.
Конец главы 5
КНИГА ПЕРВАЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ
ГЛАВА 6: Эдем – сад желаний
-–
Борт разведчика «Луч», гравитационный коридор
2247 год, 24 октября, 16:32 по бортовому времени
-–
1
«Луч» нырнул в гравитационный коридор, оставляя позади обломки Фаэтона. В рубке было тихо – слишком тихо для команды, только что пережившей встречу с мёртвым миром. Анита вела корабль автоматически, её руки лежали на штурвале, но взгляд был устремлён в пустоту. Ли Вэй сидела, обхватив колени руками, и смотрела на кристаллы – две части Ключа, мерцающие мягким светом. Шнайдер возилась с оборудованием, пытаясь не смотреть на остальных. Арани замер у иллюминатора, наблюдая за искажёнными звёздами.
– Я никогда не думал, что смерть может быть такой… – начал он, но не закончил.
– Такой? – переспросила Ли.
– Такой полной. На Кси'ари мы знаем, что после смерти душа возвращается в природу, становится частью всего живого. А там… там ничего не осталось. Даже душ.
– Потому что они сами их уничтожили, – мрачно ответил Воронов. – Своей ненавистью. Своими войнами.
Он сидел в кресле пилота-инструктора, глядя на показания приборов. Вторая часть Ключа лежала у него на коленях – тёплая, спокойная, словно ничего не случилось. Но Воронов знал: она помнит. Помнит всё, что видела. И когда-нибудь, возможно, расскажет.
– Капитан, – голос Афины прозвучал неожиданно мягко. – У меня есть данные по следующей цели. Мир, который Предтечи называли Эдемом.
– Показывай.
На голо-экране появилось изображение планеты – голубой, с зелёными материками и белыми облаками. Она была похожа на Землю, но в то же время чужая – другая форма континентов, другая атмосфера, другая жизнь.
– Что о ней известно?
– Очень мало. Предтечи описывают её как «сад желаний». Место, где исполняются мечты. Но предупреждают: не все мечты стоит исполнять.
– Загадочно, – заметила Анита. – Как всегда у этих древних.
– Есть ещё кое-что, – продолжила Афина. – Сигнатура планеты… она странная. Там есть жизнь. Разумная жизнь. Но она не выходит в космос. Не использует энергию. Не строит городов.
– Как Кси'ари?
– Нет. Кси'ари живут в гармонии, но они строят, творят, развиваются. А здесь… здесь жизнь просто есть. Как будто они достигли предела и остановились.
– Или как будто им ничего больше не нужно, – тихо сказал Элан. – Представьте: мир, где исполняются любые желания. Зачем развиваться, если у тебя уже всё есть?
В рубке повисла тишина. Каждый думал о своём.
– Значит, нам предстоит встретиться с цивилизацией, у которой нет желаний? – усмехнулась Анита. – Весёленькая поездочка.
– Или есть, но они научились их контролировать, – возразила Ли. – Это может быть даже опаснее.
– Почему?
– Потому что тот, кто контролирует желания, контролирует людей. А мы – люди. У нас есть желания. Много.
Воронов поднялся.
– Хватит гадать. Узнаем, когда прилетим. Афина, сколько до Эдема?
– Четыре часа тридцать две минуты. Рекомендую отдохнуть. Вам всем это нужно.
– Отдыхать будем, когда всё закончится, – отрезал Воронов. – А пока – готовьтесь. Это может быть
КНИГА ПЕРВАЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ
ГЛАВА 6: Эдем – сад желаний
-–
Борт разведчика «Луч», гравитационный коридор
2247 год, 24 октября, 16:32 по бортовому времени
-–
1
«Луч» нырнул в гравитационный коридор, оставляя позади обломки Фаэтона. В рубке было тихо – слишком тихо для команды, только что пережившей встречу с мёртвым миром. Анита вела корабль автоматически, её руки лежали на штурвале, но взгляд был устремлён в пустоту. Ли Вэй сидела, обхватив колени руками, и смотрела на кристаллы – две части Ключа, мерцающие мягким светом. Шнайдер возилась с оборудованием, пытаясь не смотреть на остальных. Арани замер у иллюминатора, наблюдая за искажёнными звёздами.
– Я никогда не думал, что смерть может быть такой… – начал он, но не закончил.
– Такой? – переспросила Ли.
– Такой полной. На Кси'ари мы знаем, что после смерти душа возвращается в природу, становится частью всего живого. А там… там ничего не осталось. Даже душ.
– Потому что они сами их уничтожили, – мрачно ответил Воронов. – Своей ненавистью. Своими войнами.
Он сидел в кресле пилота-инструктора, глядя на показания приборов. Вторая часть Ключа лежала у него на коленях – тёплая, спокойная, словно ничего не случилось. Но Воронов знал: она помнит. Помнит всё, что видела. И когда-нибудь, возможно, расскажет.
– Капитан, – голос Афины прозвучал неожиданно мягко. – У меня есть данные по следующей цели. Мир, который Предтечи называли Эдемом.
– Показывай.
На голо-экране появилось изображение планеты – голубой, с зелёными материками и белыми облаками. Она была похожа на Землю, но в то же время чужая – другая форма континентов, другая атмосфера, другая жизнь.
– Что о ней известно?
– Очень мало. Предтечи описывают её как «сад желаний». Место, где исполняются мечты. Но предупреждают: не все мечты стоит исполнять.
– Загадочно, – заметила Анита. – Как всегда у этих древних.
– Есть ещё кое-что, – продолжила Афина. – Сигнатура планеты… она странная. Там есть жизнь. Разумная жизнь. Но она не выходит в космос. Не использует энергию. Не строит городов.
– Как Кси'ари?
– Нет. Кси'ари живут в гармонии, но они строят, творят, развиваются. А здесь… здесь жизнь просто есть. Как будто они достигли предела и остановились.
– Или как будто им ничего больше не нужно, – тихо сказал Элан. – Представьте: мир, где исполняются любые желания. Зачем развиваться, если у тебя уже всё есть?
В рубке повисла тишина. Каждый думал о своём.
– Значит, нам предстоит встретиться с цивилизацией, у которой нет желаний? – усмехнулась Анита. – Весёленькая поездочка.
– Или есть, но они научились их контролировать, – возразила Ли. – Это может быть даже опаснее.
– Почему?
– Потому что тот, кто контролирует желания, контролирует людей. А мы – люди. У нас есть желания. Много.
Воронов поднялся.
– Хватит гадать. Узнаем, когда прилетим. Афина, сколько до Эдема?
– Четыре часа тридцать две минуты. Рекомендую отдохнуть. Вам всем это нужно.
– Отдыхать будем, когда всё закончится, – отрезал Воронов. – А пока – готовьтесь. Это может быть самое опасное место из всех, где мы были.
– Даже опаснее Фаэтона? – спросил Арани.
– На Фаэтоне мы знали, что враг мёртв. А здесь… здесь враг может быть внутри нас самих.
-–
2
Эдем встретил их тишиной. Абсолютной, первозданной тишиной, которая обрушилась на них, как только «Луч» вошёл в атмосферу. Ни гула двигателей, ни шума ветра, ни криков птиц. Только пустота.
– Странно, – прошептала Анита, оглядываясь. – Очень странно. На Кси'ари было шумно. Птицы, насекомые, ветер. А здесь…
– Здесь всё замерло, – закончил Воронов.
Челнок опустился на поляну, окружённую невысокими холмами. Трава была зелёной, сочной, идеально ровной. Деревья стояли, не шелохнувшись. В воздухе пахло цветами, но запах был каким-то… ненастоящим. Словно его синтезировали.
– Выходим, – скомандовал Воронов. – Оружие не применять без крайней необходимости. Элан, связь держи.
– Всегда, капитан.
Они ступили на траву. Она пружинила под ногами, но не оставляла следов. Ли наклонилась, коснулась рукой земли – и отдёрнула, словно обжегшись.
– Она… она реагирует, – выдохнула она. – Трава чувствует прикосновение. И отвечает.
– Как?
– Я не знаю. Но мне показалось, что она… радуется.
Из леса вышли существа. Они были прекрасны – высокие, стройные, с идеальными чертами лиц, словно сошедшие с картин эпохи Возрождения. Кожа их светилась мягким золотистым светом, глаза были большими, миндалевидными, полными доброты и понимания.
– Добро пожаловать, дети Земли, – заговорил один из них голосом, похожим на музыку. – Мы ждали вас.
– Вы знаете, кто мы? – спросил Воронов.
– Мы знаем всё, что происходит в галактике. Мы чувствуем каждую мысль, каждое желание. Мы – Эдем. Мы – сад, где исполняются мечты.
– Нам нужна третья часть Ключа.
– Мы знаем. Она здесь. Но чтобы получить её, вы должны пройти испытание.
– Какое?
– Испытание желания. Каждый из вас получит то, что хочет больше всего на свете. А потом должен будет отказаться от этого.
Ли Вэй почувствовала, как земля уходит из-под ног.
