Наследница света

— Значит, успели сообщить всем, кроме меня, — горько произнесла я.

— Поздравляю, ваше высочество.

Я горько усмехнулась.

— Да не с чем тут поздравлять, Мира! Я его не люблю.

Служанка чуть смутилась.

— Я знаю, что вы его не любите, — тихо сказала она. — Но, может быть, король окажется вашей судьбой. Я просто хочу верить, что рядом с ним вы будете в безопасности.

— Ты же знаешь, какие о нём ходят слухи.

Мира отвела взгляд.

— Говорят, он забил свою жену до смерти в припадке гнева, — тихо произнесла я.

Служанка побледнела.

— Я… надеюсь, это только слухи.

Она нервно сцепила пальцы.

— Ваш дядя не отдал бы вас королю Эларду, если бы это было правдой.

Я невесело усмехнулась.

— Не уверена, Мира. Последнее время дядя сам на себя не похож.

Наш разговор прервал звук шагов. По коридору к нам приближался главный дворецкий, господин Рейнард. Высокий мужчина лет шестидесяти с густыми седыми усами и аккуратно зачёсанными назад волосами, собранными в небольшой хвост. Его чёрный строгий костюм выглядел безупречно: ни единой складки, ни единой пылинки. На груди серебряными нитями был вышит герб нашей династии — золотое солнце, рассечённое извилистой линией Стены, на фоне глубокого синего щита.

Рейнард остановился передо мной и почтительно поклонился.

— Ваше высочество. Доброе утро.

Я коротко кивнула.

— Доброе.

Дворецкий протянул мне свёрток плотной бумаги, запечатанный тёмно-красным воском.

На печати красовался серебряный олень.

— Письмо от короля Эларда.

— Спасибо.

Рейнард снова поклонился и бесшумно удалился. Я медленно сломала печать. Почерк внутри оказался красивым и удивительно аккуратным.

«Её высочеству принцессе Мелейне.

Вчерашний вечер стал для меня поистине незабываемым. Я рад, что судьба позволила мне увидеть вас не только как наследницу великого рода, но и как женщину, чья красота и достоинство способны затмить сияние королевских залов.

Ваш дядя сообщил мне радостную весть: две недели, в день праздника великой богини Сеты, состоится наша помолвка.

Я искренне надеюсь, что этот союз станет началом долгой и счастливой жизни, наполненной доверием, уважением… и, смею надеяться, со временем — любовью.

В честь этого события я подготовил для вас небольшой подарок.

Если вы окажете мне честь своим присутствием, буду ожидать вас у главной лестницы замка в одиннадцать часов.

С величайшим почтением —

Элард III,

король Верендора.»

Я медленно опустила письмо и снова посмотрела вниз. Король Элард стоял возле одной из карет. Он поднял голову к окну галереи и встретился со мной взглядом. Даже с такой высоты я увидела, как на его губах появилась спокойная улыбка, словно он всё это время ждал моей реакции. Я резко свернула письмо и отступила от окна.

— Что там? — осторожно спросила Мира.

— Король приготовил мне подарок, — сухо ответила я. — И хочет встретиться в одиннадцать.

Мира тут же оживилась.

— Но уже почти половина одиннадцатого! Вам нужно поторопиться и переодеться.

— Я не собираюсь красоваться перед ним, Мира. Мне это совершенно не интересно.

Служанка растерянно замерла.

— Ваше высочество, но…

— И вообще, знай своё место! — резко бросила я.

Слова сорвались прежде, чем я успела подумать. Мира вздрогнула. В её глазах мелькнула боль. Она медленно опустила голову.

— Как прикажете, ваше высочество.

Мира поклонилась и направилась к выходу и только тогда до меня дошло, что именно я сказала.

— Мира… — тихо позвала я ей вслед. — Я не хотела…

Но она уже вышла за дверь. Я тяжело выдохнула и сжала письмо в руках. «Чёртов Элард». Всё было из-за него.

Что ж… раз дядя решил, что я непременно выйду за него, возможно, стоит сделать всё, чтобы сам король передумал.

Глава 4. Подарки, достойные королевы

Я спустилась к главной лестнице, ведущей к центральному входу замка. Там уже стояли дядя, король Элард и их свита. Несколько советников в дорогих камзолах тихо переговаривались между собой, рядом замерли солдаты в парадных доспехах, а чуть поодаль находились незнакомые мне мужчины — судя по всему, знать Верендора.

Король сразу поднял на меня взгляд.

Сегодня Элард сменил тёмно-синий камзол на тёмно-красный, расшитый золотом. На его голове покоилась серебряная корона с острыми отростками, напоминавшими оленьи рога. Она делала его лицо ещё жёстче.

Я медленно спустилась вниз и не поприветствовав никого, молча протянула королю руку. Дядя заметно напрягся. Элард же лишь спокойно наклонился и коснулся губами моих пальцев.

— Доброе утро, ваше высочество, — произнёс он с улыбкой. — Вы, как всегда, прекрасны.

Я невинно улыбнулась в ответ.

— Благодарю, ваше величество. А вы сегодня выглядите почти не пугающе. Для короля, которого подозревают в убийстве жены, это настоящий прогресс.

Вокруг повисла мёртвая тишина. Один из советников дяди едва не подавился воздухом. Я увидела, как лицо дяди мгновенно потемнело от ярости и это неожиданно доставило мне удовольствие.

— Мелейна, — тихо произнёс дядя.

В его голосе было предупреждение.

— Ты немедленно извинишься перед его величеством.

— Я лишь сказала правду. Ты ведь сам учил меня говорить только её.

Дядя смотрел на меня так, будто готов был схватить за руку и утащить обратно в замок. Но вокруг стояли люди Эларда, советники, стража. Он не мог позволить себе сорваться первым. И от этого его ярость казалась ещё страшнее.

Но вместо гнева Элард вдруг рассмеялся. Громко. И совершенно искренне.

— А вы смелее, чем я думал, принцесса Мелейна.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Но должен признать — подмечено весьма остроумно.

Следом осторожно засмеялись советники Верендора. Через секунду к ним присоединились и люди дяди, хотя сам граф явно был готов убить меня взглядом.

«Чёрт…»

Похоже, задеть короля оказалось не так просто. Элард снова посмотрел на меня и протянул руку.

— Прошу, ваше высочество. Позвольте показать вам ваш подарок.

Я даже не взглянула на его ладонь, с невозмутимым лицом просто прошла мимо него к выходу из замка. За спиной послышались шаги. Король и вся свита последовали за мной.

— Ну и где мой подарок? — спросила я тоном капризной избалованной девчонки.

Король лишь усмехнулся.

— Думаю, вы останетесь в восторге.

Он подошёл к одной из карет. Тут же вперёд выступил слуга Верендора и с почтительным поклоном передал Эларду длинную тёмную коробку.

— Ваш дядя много рассказывал о вас, — произнёс король, возвращаясь ко мне. — И я решил, что подобный подарок понравится вам куда больше драгоценностей.

Он открыл коробку. И у меня перехватило дыхание. Внутри лежали два узких серебристых клинка. На солнце по их лезвиям пробежал холодный свет. Рукояти были оплетены золотыми нитями, плавно переходящими к самому основанию лезвий. В металл были инкрустированы небольшие зелёные камни, сверкавшие на солнце, словно изумруды.

На одном из лезвий тонкой вязью была выгравирована надпись: «Сталь верна тому, кто не предаёт себя».

Я с трудом удержалась, чтобы не потянуться к рукояти. Подарок был действительно великолепен. Я уже представила, как сражаюсь этими клинками, как сталь рассекает воздух, как сверкают лезвия во время тренировки. Но вместо этого мне пришлось лишь равнодушно фыркнуть.

— Да… спасибо.

Я захлопнула крышку и протянула коробку Рейнарду, даже не взглянув на Эларда. Бросить подарок хотелось, но я не собиралась ломать прекрасное оружие только из-за человека, который его выбрал. За спиной кто-то ахнул. Дядя стоял бледный от ярости. Но Элард снова только усмехнулся.

— Я рад, что вам понравилось.

Он подошёл так близко, что я почувствовала запах пряного масла на его одежде.

— Вы позволите?

И, не дожидаясь ответа, взял меня под руку. Его пальцы оказались неожиданно сильными.

— Прошу вас составить мне компанию на прогулке.

И прежде чем я успела возразить, король уже повёл меня в сторону сада. Разумеется, одних нас не оставили. По этикету незамужняя девушка не могла находиться наедине с женихом. Поэтому следом двинулись дядя, несколько советников и пара слуг.

Мы вышли в сад. Хотя садом это место можно было назвать с трудом. Небольшая поляна с короткой травой тянулась к самому краю обрыва. Чуть в стороне находился маленький пруд с кувшинками и тёмной водой, в которой отражалось пасмурное небо. Дальше начинался океан, серый, холодный, беспокойный.

Несколько секунд мы шли молча. Элард продолжал держать меня под руку, сохраняя на лице спокойную улыбку. Затем его ладонь незаметно сместилась ниже, а большой палец надавил на кость запястья. Со стороны жест по-прежнему выглядел почтительным, но боль заставила меня напрячься. Я подняла на него взгляд. Улыбка Эларда не изменилась, только глаза стали холодными.

— Я знаю, что вы пытаетесь сделать, — тихо произнёс он, продолжая смотреть вперёд. — Хотите, чтобы я отказался от брака.

Я ничего не ответила.

— Понимаю. Я не тот, кого вы ждали. Не юный принц на белом коне из девичьих сказок.

Его большой палец сильнее надавил на запястье, точно находя самое болезненное место.

— Но вам придётся смириться, принцесса. Сделка уже заключена.

Я посмотрела на его пальцы, сжимавшие моё запястье.

— Да, вы правы, — холодно ответила я. — Я действительно не хочу этой…

Я не успела договорить. Элард резко дёрнул меня ближе. Боль пронзила запястье.

— Я не разрешал вам перебивать меня.

Он произнёс это почти шёпотом, продолжая улыбаться людям за моей спиной.

— В Верендоре особенно ценят жён, умеющих слушать, принцесса. Надеюсь, со временем вы освоите это искусство..

Я замерла. Король наклонился чуть ближе. Со стороны это, наверное, выглядело почти как романтический разговор. Но его пальцы продолжали больно сжимать мою руку.

— Ничего, — спокойно продолжил он. — Когда богиня Сета благословит наш союз, я научу вас правильно вести себя.

От упоминания Сеты его угроза стала только омерзительнее.

— И объясню, как следует разговаривать с мужчиной.

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, ниже к груди и обратно

— И как ублажать собственного мужа.

Я резко вырвала руку из хватки Эларда и отступила на шаг. Запястье болезненно пульсировало там, где его пальцы сжимали кожу. В груди всё кипело — злость, унижение, отвращение. Мне уже было плевать на придворный этикет, на взгляды свиты, на статус и приличия. Я резко развернулась к дяде.

— Я не выйду замуж за этого козлину! — выкрикнула я так громко, что мой голос эхом разнёсся по саду. — Лучше прямо сейчас сбрось меня в океан, и я утону в объятиях Сеты!

Одна из служанок испуганно опустила глаза. Советники Верендора застыли, ожидая ответа своего короля.

Дядя медленно подошёл к нам. Лицо его стало каменным.

— Прошу прощения, ваше величество, — сдержанно произнёс он, обращаясь к Эларду.

Король лишь усмехнулся. Эта усмешка будет мне сниться в кошмарах.

— Ничего страшного, граф, — лениво произнёс Элард, поправляя рукав алого камзола. — Строптивых кобылок нужно просто вовремя объезжать. Уверен, после свадьбы её высочество станет гораздо покладистее.

Несколько мужчин из его свиты негромко засмеялись. Я застыла. На мгновение мне показалось, что дядя сейчас ударит его. Дилюс так сильно сжал рукоять трости, что дерево тихо скрипнуло. В его глазах мелькнуло что-то острое, почти яростное.

Но уже через секунду он опустил взгляд. И усмехнулся. Коротко. Сухо. Без веселья. Но всё равно усмехнулся.

— Её высочество слишком долго воспитывали в мягкости, — произнёс он ровным голосом. — Боюсь, иногда она забывает, что упрямство не делает женщину сильнее.

Я медленно повернула к нему голову, не веря собственным ушам. Король только что открыто унизил меня. Почти угрожал мне. А дядя… согласился с ним? У меня внутри будто что-то оборвалось.

— Да что с тобой?! — выдохнула я, глядя на него во все глаза. — Разве ты не слышишь, что он говорит?!

Дядя поднял на меня взгляд. В его лице не осталось ни тепла, ни привычной мягкости. Перед людьми Эларда он говорил со мной официально, как регент с непокорной наследницей.

— Я слышу достаточно, Мелэйна.

От полного имени стало ещё больнее.

— Тогда почему ты молчишь?

Его губы едва заметно дрогнули, но голос остался твёрдым:

— Потому что ты сама довела разговор до этого.

Я отшатнулась так, будто он ударил меня. Элард рядом тихо усмехнулся. Дядя даже не посмотрел в его сторону, но я заметила, как на его скуле дёрнулась жилка.

— Иди в свои покои, Мел, — сказал он.

— Нет.

— Это не просьба.

Я стиснула зубы.

— Ты не заставишь меня.

В глазах дяди мелькнуло раздражение. Или боль. Я уже не могла разобрать.

— Не заставляй меня просить стражу проводить тебя.

Несколько солдат тут же напряглись, словно ожидая приказа. Секунду я смотрела прямо в глаза дяде, пытаясь найти там хоть что-то от человека, который когда-то был моей семьёй. Того, кто учил меня держать меч, поднимал после падений, называл своей гордостью. В этот момент Дилюс казался мне не дядей, а только регентом, готовым пожертвовать мной ради королевства. Готовый отдать меня человеку, который говорил обо мне как о своей собственности.

Я молча развернулась и пошла в сторону замка через внутренний двор, мимо тренировочной площадки, где глухо звенела сталь, мимо кузницы, откуда тянуло жаром и запахом раскалённого металла, мимо слуг, которые торопливо расступались передо мной.

Я почти не замечала ничего вокруг. Перед глазами стояло лицо Эларда и звучало его холодное: «Я научу вас правильно вести себя». Меня снова затрясло от злости. Я уже почти миновала конюшни, когда услышала знакомый голос:

— Спокойно, спокойно… вот так.

Колин. Сердце болезненно сжалось. Я знала, что нельзя. После предупреждения дяди — особенно нельзя. Я понимала, что поступаю безрассудно. Возможно, дядя уже велел следить за конюшнями, а люди Эларда наблюдали за каждым моим шагом. Но после его прикосновений и слов мысль остаться одной казалась невыносимой. Ноги сами понесли меня к нему. Я резко распахнула дверь конюшни и вошла внутрь.

Колин был один. Стоял возле стойла и расчёсывал гриву молодого вороного жеребца. Услышав шум, он обернулся — и тут же нахмурился.

— Мел?

Я быстро захлопнула дверь за собой, а потом бросилась к нему. Колин едва успел поймать меня, когда я бросилась к нему и обняла так резко, что он едва удержался на ногах..

— Эй… — растерянно выдохнул он, крепче прижимая меня к себе. — Что случилось?

Я вцепилась пальцами в его рубашку.

— Он чудовище, Колин…

Голос предательски дрогнул.

— Ты был прав. Ты с самого начала был прав.

Он осторожно коснулся моей спины.

— Что он сделал?

Я подняла на него глаза, полные слёз.

— Ты хотел сбежать? Давай сделаем это сегодня.

Колин замер.

— Что?..

— Сегодня ночью. Сейчас. Когда угодно. Мне всё равно! — почти шёпотом выпалила я. — Я не выйду за него. Никогда.

Колин долго смотрел на меня, очень внимательно, будто пытался понять, насколько серьёзно я это говорю. А потом тихо спросил:

— Что произошло ?

Я нервно усмехнулась.

— Он сказал, что научит меня, как ублажать мужчин.

Лицо Колина мгновенно потемнело. Колин замер. Его взгляд опустился на моё запястье, где уже проступали красные следы пальцев.

— Он это сделал?

Я молча кивнула. Колин осторожно взял меня за руку, стараясь не касаться покрасневшей кожи. Лицо его стало неподвижным.

— Дилюс видел?

— Да. И всё равно приказал мне вернуться в покои.

— А советники? Слуги?

— Никто ничего не заметил. Элард умеет улыбаться, пока причиняет боль.

Колин медленно отпустил мою руку.

— Тогда здесь тебя никто не защитит.

Он тяжело дышал, пытаясь справиться с яростью.

— Тогда уедем, Мел. Сегодня же.

— Ты правда готов всё бросить?

Колин горько усмехнулся:

— Ради тебя? Да.

Колин ненадолго задумался, потом заговорил уже тише:

— После вечерней смены караула западные ворота почти четверть часа остаются без старшего стражника. Я подготовлю двух лошадей и оставлю их в дальнем стойле. Возьми только тёплый плащ, немного еды и всё, что сможешь унести в седельной сумке.

— Куда мы поедем?

— Сначала на запад, будто направляемся к торговому тракту. Потом свернём к старой дороге вдоль берега. Ею почти никто не пользуется.

— Нас будут искать.

— Значит, до рассвета нужно оказаться как можно дальше от замка.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, слушая движение лошадей в стойлах. Когда я вдруг поняла, что рядом с ним мне впервые за весь день не страшно. Колин осторожно коснулся моей щеки.

— Мел…

Я сама потянулась к нему. Поцелуй вышел отчаянным. Совсем не таким, как раньше. Будто мы оба понимали — времени почти не осталось. Его руки крепче обняли меня за талию, а я закрыла глаза, впервые за весь день позволяя себе забыть обо всём. Колин быстро коснулся моих губ, но почти сразу отстранился.

— После вечерней смены караула, — напомнил он. — Не опаздывай.

В этот момент двери конюшни распахнулись.

— Боюсь, вечерней встречи не будет, — раздался голос Эларда.

Я резко обернулась. В дверях стояли король, дядя, несколько стражников и двое верендорских советников. Элард медленно перевёл взгляд с моего лица на руку Колина, всё ещё лежавшую на моей талии. Колин мгновенно убрал руку, но было уже поздно.

— Один из моих людей видел, как принцесса вошла сюда, — произнёс он. — Я решил выяснить, почему будущая невеста предпочла общество конюха прогулке со своим женихом.

Колин шагнул вперёд, закрывая меня собой.

— Её высочество пришла сюда по собственной воле.

Элард усмехнулся.

— Разумеется. Именно это и предстоит выяснить. Не пытался ли ты склонить наследницу к побегу, опорочить её имя и сорвать союз двух королевств.

— Он ничего такого не делал! — выкрикнула я.

— Тогда допрос быстро это подтвердит, — спокойно ответил король.

Колин сделал шаг к королю

— Ваше величество...

Элард повернулся к Дилюсу:

— Полагаю, граф, вы не оставите подобное оскорбление королевского союза без ответа?

Дядя несколько секунд молчал. Его взгляд остановился на Колине, затем перешёл ко мне.

— Стража, — наконец произнёс он. — Задержать конюха и отвести в темницу до выяснения обстоятельств.

— Нет! — вскрикнула я.

Двое солдат шагнули к Колину. Он попытался вырваться, ударил одного локтем, но следующий стражник ударил его в живот рукоятью меча.

— Колин!

Я попыталась вмешаться, но меня удержал за руки один из стражников.

— Уведите его, — приказал Дилюс.

— Нет! Дядя, прошу тебя!

Я отчаянно повернулась к нему.

— Пожалуйста! Он ничего не сделал!

Дядя смотрел на меня тяжёлым взглядом. Без жалости и без тепла.

— Я предупреждал тебя, Мел, — устало произнёс он. — Ты сама виновата.

— Нет… пожалуйста…

Колин попытался снова вырваться, но стража уже скрутила ему руки. Он поднял на меня взгляд и даже сейчас пытался улыбнуться.

— Всё будет хорошо, — хрипло сказал он.

— Замолчать! — рявкнул один из солдат, толкая его вперёд.

Я дёрнулась следом, но дядя резко схватил меня за плечо.

— Не надо — сказал он.

И только тогда я поняла. Они не собирались устраивать скандал. Не здесь. Не при всём дворе. Им не нужна была опозоренная наследница. Им нужна была послушная наследница. А Колин стал поводом. Теперь они могли использовать его, чтобы заставить меня согласиться на брак.

Я в ужасе смотрела, как Колина уводят прочь, как за ним закрываются двери конюшни. И только когда шаги стражи стихли, я поняла, что дрожу. Элард медленно подошёл ко мне. Я тут же отшатнулась. Король лишь усмехнулся.

— Вам стоит хорошенько замолить свои грехи перед богиней Сетой, принцесса.

После этого он развернулся и спокойно вышел из конюшни. Свита последовала за ним. Дядя задержался лишь на мгновение. Я подняла на него полный ненависти взгляд.

— Ненавижу тебя, — прошептала я.

Он болезненно прикрыл глаза. Но ничего не ответил. А потом тоже ушёл, оставив меня одну среди запаха сена и лошадей.

Глава 5. Побег

Я почти не замечала дороги — ноги сами несли меня к старому дубу, единственному месту, где мне всегда становилось легче. Ветви священного дуба закрывали небо. Обычно под ними мне становилось спокойнее, но сегодня шелест листьев только усиливал тревогу. У его корней уже горели несколько маленьких свечей — кто-то из слуг недавно приходил молиться. Золотой символ богини — дуб с глубокими корнями — был вырезан на каменной чаше для подношений.

Я опустилась на холодные корни дерева и закрыла лицо руками.

— Помоги мне… пожалуйста…

Голос дрожал. Я уже не понимала, к кому обращаюсь больше — к богине, к матери или просто в пустоту. Я пыталась убедить себя, что дядя не позволит убить Колина. Не сможет. Но чем дольше сидела под деревом, тем сильнее понимала — прежнего дяди больше нет.

Время тянулось мучительно медленно.

Раньше дядя был строгим, иногда холодным, но справедливым. Теперь же в нём будто поселилось что-то тёмное. В памяти всплывали мелочи, которым прежде не придавалось значения: бессонные ночи, внезапные поездки к границе, резкость, с которой он обрывал любые разговоры о Стене. И страх, однажды мелькнувший в его глазах, когда прозвучал вопрос, зачем королевству столько оружия. Тогда это показалось случайностью. Теперь уверенности не осталось.

Торопливые шаги вырвали меня из мыслей.

— Ваше высочество!

Ко мне спешила Мира. Рыжие кудри окончательно выбились из-под чепца, щёки раскраснелись от быстрого бега.

— Мира… — выдохнула я. — Колина забрали.

Она резко побледнела.

— Ваше высочество… я как раз искала вас.

У меня внутри всё похолодело.

— Что случилось?

Мира быстро опустилась рядом со мной и нервно сжала передник в руках.

— Я проходила мимо караульной, когда капитан велел плотникам подготовить двор к рассвету. И… плаху тоже.

На мгновение мир будто перестал существовать.

— Плаху? — переспросила я едва слышно.

Мира опустила глаза

— Я не знаю, для кого. Клянусь, не знаю. Но после того, как Колина увели в темницу…

Страх волной пронёсся по телу, а на глазах выступили слёзы.

— Нет… — выдохнула я. — Нет, он не стал бы

Но голос прозвучал неуверенно даже для меня самой. Мира тревожно оглянулась по сторонам, словно боялась, что нас могут услышать.

— В замке в последнее время неспокойно, ваше высочество, — прошептала она. — Граф почти не спит, стал раздражительным, срывается на слуг из-за пустяков. Вчера накричал на мальчика с кухни за то, что тот уронил поднос.

Я подняла на неё взгляд.

— Дядя всегда был строгим.

— Строгим — да, — быстро согласилась Мира. — Но раньше он не пугал людей одним своим появлением. А теперь все стараются лишний раз не попадаться ему на глаза. Недавно он сорвался даже на графиню Алисию. Я слышала, как они спорили. Он кричал так, что слуги разбежались по коридорам.

Она снова оглянулась и понизила голос ещё сильнее.

— Вам многого не говорят. А о некоторых вещах в замке вообще запрещено говорить.

— О чём ты?

Мира побледнела и крепче сцепила пальцы.

— За такие разговоры могут казнить.

— Мира, что происходит?

Она несколько мгновений смотрела на меня, будто боролась с собой.

— Простите меня, ваше высочество, но я не могу рассказать больше.

— Почему?

— Потому что мне страшно, — едва слышно ответила она. — Я должна была предупредить вас раньше. Здесь всё не так, как кажется. И вам нельзя верить всему, что вам говорят.

Я нахмурилась.

— Что ты хочешь этим сказать?

Мира открыла рот, но ответить не успела.

За спиной раздались тяжёлые шаги. Из-за арки показались двое стражников. Руки обоих лежали на рукоятях мечей.

— Ваше высочество, — холодно произнёс один из них. — Граф приказал проводить вас в покои.

Мира вздрогнула и тут же опустила взгляд. А я медленно поднялась на ноги и впервые в жизни почувствовала страх перед дядей.

По дороге я замечала суету во дворце: слуги носились по коридорам с охапками белья и свечей, горничные перешёптывались у стен, посыльные бегали туда-сюда. Что-то произошло, пока меня не было. В воздухе витало напряжение, будто перед грозой.

И тут до меня донеслись слова, сказанные одной служанкой другой:

— Графиня родила мальчика!

Я замерла на мгновение. Мальчик. Пока он ещё не был наследником. Для этого совету пришлось бы признать ветвь Дилюса, бастарда прежнего короля. Но если меня выдадут за Эларда и заставят отказаться от короны, кто останется кроме него? Эта мысль ударила больнее, чем я ожидала. Всю жизнь дядя называл меня своей семьёй. А теперь у него появился настоящий сын — его собственная кровь, ребёнок, ради которого можно было переписать законы, договориться со знатью и убрать меня с дороги.