Сквозь свет

Я так увлёкся наблюдением за её работой, что не сразу заметил, что она смотрела в мою сторону. Я не шелохнулся: так и остался стоять в проходе, скрестив руки на груди.

— Вы давно там стоите? — спросила Рика.

— Достаточно.

— Очень информативно, — сухо бросила она.

После этого я подошёл к столу, а она осталась стоять с другой его стороны. Достаточное расстояние, чтобы не нарушать личных границ.

— Четвёртый шов был лучше, чем шестой, — сказал я, указав на модель.

Она проследила за моей рукой, а потом подняла на меня свой карий взгляд.

— Вы считали?

— Я наблюдал, — уточнил я.

— За швами?

Я нервно дёрнул уголком рта.

— Разумеется, доктор Грейвс.

В этот раз Рика даже не смутилась от собственного вопроса, явно вырвавшегося раньше, чем она успела его обдумать. Она свернула модель и отложила инструменты в сторону, после чего на секунду задержала взгляд на мне.

— А звучало подозрительно.

— Это уже особенности вашего восприятия, — я не собирался спасать её.

Мне нравилось наблюдать за её реакциями, и пока что они были достаточно непредсказуемыми.

Я проверил помещение на готовность к завтрашнему занятию, отключил все оборудование и краем глаза наблюдал за тем, как Рика собирала свои вещи.

— Вы не только персональные аттестации проводите? — продолжая складывать сумку, бросила она очередную колкость.

Я же посмотрел на неё достаточно выразительно, давая понять, что уловил эту дерзость.

— Я обучаю, доктор Грейвс. А вам нужно учиться справляться с давлением, — выключая свет в помещении, парировал я.

Рикарда молча направилась к выходу, а я снова придержал для неё дверь, жестом приглашая пройти вперёд. Почему-то сейчас это меня уже не удивило.

Оказавшись в коридоре, мы оба направились в сторону примыкающего корпуса, но Грейвс неожиданно затормозила у кофемашины, стоявшей на небольшом велком-островке. Я автоматически остановился и стал наблюдать, как она набирает комбинацию на сенсорном дисплее и ждёт свой напиток.

Аппарат почему-то начал наливать второй стакан кофе вслед за первым, и Рика, быстро среагировав, поменяла ёмкости. Закрыв второй напиток крышкой, она посмотрела в мою сторону, чуть вскинув голову.

— Хотите?

Я очнулся от своих мыслей и вопросительно глянул на неё.

— Что именно?

Рика перевела взгляд с меня на стакан кофе в своих руках.

— Кофе, доктор Палмер.

Я позволил себе улыбнуться. Совсем чуть-чуть.

— Я вижу, что кофе.

— Тогда в чём вопрос? — всё так же глядя мне в глаза, спросила Рика.

— Вы довольно широко сформулировали свой вопрос, — не унимался я.

Под вечер контроль над эмоциями и репликами, вырывающимися изо рта, ослаб до непозволительного.

Рикарда, явно уставшая после тяжёлой смены и дополнительной работы, просто впихнула мне стакан в руки.

— Господи, да возьмите его уже.

— Вы всегда так нервничаете, Грейвс, когда предлагаете мужчине кофе?

Палмер, хватит, — одёрнул я себя, прекрасно понимая, как двусмысленно это прозвучало.

— Только когда мужчина невыносим, — быстро нашлась с ответом Рикарда.

— Значит, мне повезло.

— Вам не повезло с характером.

Я засмеялся.

— Спасибо за кофе, кстати, — добил я.

Рика отвернулась от меня и двинулась по коридору чуть впереди. Отпивая откровенно невкусный кофе из автомата, я направился следом за ней.

Она размашисто шагала, чуть размахивая своей сумкой, успевая делать частые глотки из бумажного стаканчика. Каждый раз, когда она пила, я немного кривился, вспоминая вкус напитка. Ей, похоже, было всё равно: даже эта водянистая бурда, видимо, дарила ей бодрость. Я шёл чуть позади и позволил себе впервые рассмотреть не только её лицо: мои глаза задержались на линии изящной шеи, которая была открыта из-за высокой прически, спустились ниже к талии, едва проглядывающей под хирургической футболкой, и к её длинным ногам…

Я не успел даже поругать себя за то, что стал откровенно пялиться на неё, потому что Рика резко развернулась ко мне лицом и продолжила шагать спиной назад.

— Доктор Палмер, так почему мой четвёртый шов был лучше шестого? — она задумалась. — Может быть, потому что…

Договорить я ей не дал и почти дёрнулся в её сторону, когда заметил, что она движется прямо на медицинскую тележку.

— Смотри, куда идёшь, — вырвалось из меня.

Рика остановилась и повернула голову, заглянув себе за плечо.

Остановившись, я чуть нахмурил брови, глядя на неё. Я снова обратился к ней неформально. Судя по её лицу, она это заметила.

— Ещё шаг — и познакомились бы с тележкой куда ближе.

Постаравшись не акцентировать внимание на смене обращений, я медленно двинулся дальше по коридору.

— Вы снова сделали это?

— Что?

— Ничего, — догнав меня, ответила Грейвс.

Она заметила. Конечно, — мысленно закатил я глаза и свернул к лифтам.

— Тогда идите вперёд, Грейвс. Желательно лицом по направлению движения.

— Очень ценный совет, доктор Палмер, — огрызнулась она и, поспешно попрощавшись со мной, двинулась в сторону ординаторской.

Переодевшись уже в третий раз за день, я снова оказался в стеклянной галерее между корпусами Холда, направляясь на парковку для персонала. Дождь наконец-то закончился, оставив мелкие капли на стекле и мокрый асфальт внизу.

День выдался длинным и ещё более странным, чем прежде. Конечно, я задавался вопросом, почему стал так часто встречаться с ординатором Грейвс в стенах больницы, но понимал, что мог найти этому вполне рациональное объяснение. Раньше она меня просто не интересовала и проходила практику в общей хирургии, потом оказалась на ротации у Альварес — я же в обоих хирургиях бывал крайне редко. А теперь, когда случай Гарри Молла связал оба направления, Рикарда стала частой гостьей моего отделения.

Но стоило ли обманывать самого себя? Всё просто: по глупейшим законам вселенной или чего-то подобного, стоило кому-то тебе понравиться — и ты начинал замечать этого человека повсюду. Мозг словно сам выхватывал его из пространства.

Чтоб эту науку и её законы.

Я давно жил один. В том смысле, что у меня просто не было времени на романтический интерес. Я уже не помнил, когда в последний раз после тяжёлой смены просто шёл по коридору с кем-то и смеялся над полной ерундой.

На экране мобильного, который я сжимал в руках, всплыло два уведомления.

Лейла: «Я долетела. Встретимся на следующей неделе. Можешь больше не проверять мобильник каждые десять минут».

Невыносимая женщина, — подумал я, читая её сообщение.

Киллиан: «Задержался в больнице. Останусь ночевать у одногруппников».

Да уж, у одногруппников, — ухмыльнулся я своим мыслям и уже в куда лучшем настроении направился домой, предвкушая пустую квартиру и несколько часов тишины. Мне было что проконтролировать, о чём подумать и о чём лучше было не думать вовсе.

Глава 15

Саундтрек главы

WAR*HALL — Dead Man Walking

Рикарда

Захари подпрыгнул на месте, когда позади нас хлопнула дверь.

Мы навели полнейший хаос в мягкой зоне кафетерия, который располагался между отделениями. Два полукруглых дивана стояли друг напротив друга, а журнальные столики между ними мы предусмотрительно сдвинули вместе. За то время, что наша троица сидела в этом углу, на них образовалась гора из медицинских учебников, рабочих планшетов и огромных тетрадей с заметками.

Последняя неделя прошла как в тумане. Я существовала исключительно на кофеине и упрямстве. Мало спала, впрочем, как и всегда, и много училась. Мы начали системно готовиться к итоговой аттестации. До окончания ординатуры оставалось ещё несколько месяцев, но с рабочей нагрузкой материал зубрить мы начинали задолго до мая.

— Мне кажется, что мой мозг сейчас взорвётся, — сказал Захи, сопровождая негодование характерным жестом «бум».

Оперевшись на спинку дивана, я запрокинула голову назад и надавила на закрытые глаза. От усталости зрение слегка плыло, а глазницы нестерпимо жгло от долгого чтения и конспектирования.

— Не ной, — откликнулась Киара, но тоже сняла свои очки и потёрла веки. — Впереди примерно полгода такого ада.

— Очень поддержала, — дразнящим тоном ответил Мессер и принялся записывать виды микрососудистых анастомозов при свободной пересадке тканей.

Я же тихо бубнила себе под нос, перечисляя признаки почечной недостаточности и виды хирургических вмешательств. Смена давно закончилась, и я даже не знала, сколько сейчас времени, но мы с друзьями клятвенно решили раз в неделю собираться в разных местах — дома или в больнице — чтобы заниматься и готовиться к предстоящей аттестации.

— Кстати, я слышала, что сегодня согласовали предварительный состав комиссии, — как ни в чём не бывало, даже не подняв на нас взгляда, сообщила Кия.

Мы с Захари одновременно оторвали головы от своих конспектов и уставились на подругу.

— Где? — спросил Захи.

— Кто? — перебила его я.

— На оба вопроса — Белард, — ответила Бек, и по её тону было ясно: для неё всё очевидно, а мы просто два идиота.

Но как только прозвучала фамилия главы хирургии, мы все переглянулись. Повисла тишина. Только скрип открывающихся и закрывающихся раздвижных дверей соседнего отделения нарушал её.

— Нееет, — протянул Захари и отрицательно замотал головой.

Киара прищурилась и многозначительно молчала.

— Я ничего не сказала, — невинно бросила я, но отложила рабочий планшет на диван рядом с собой.

— Твоё лицо всё сказало.

Я покачала головой и хитро улыбнулась.

Идея возникла мгновенно, и я не успела обдумать её детально, но это было совершенно в моём стиле. Я не любила сидеть и ждать, когда можно было что-то сделать самой. Иногда это втягивало меня в неприятности. Иногда — давало именно то, чего я хотела. Многое в жизни мне досталось, потому что я просто не побоялась действовать.

Сейчас я ощущала острую потребность узнать, кто будет сидеть передо мной, когда я буду рассказывать всё, что узнала о хирургии за последние пять лет. Я была почти уверена, что Кия и Захари тоже хотели понимать, кому придётся смотреть в глаза и кого опасаться.

— Мы же не экзаменационные билеты искать будем, в конце концов, — оправдалась я.

Захари закрыл лицо тетрадкой и упал на диван. Киара продолжала читать свои конспекты, но я видела, как она поглядывала на нас из-под очков.

— Что ты молчишь? — спросила я у неё. — У тебя есть информация. Будет глупо ей не воспользоваться, — покрутила я пальцем, уткнув его в коленку.

— Я не соглашалась, — уточнила Беккер.

— Ой, не смеши меня. Ты мысленно уже составила план на случай отступления.

— Нам придётся убегать? — подорвавшись, почти прокричал Захи.

Паникёр, — подумала я и встала с дивана, начав прибираться на столе.

Я чувствовала, как друзья пристально наблюдают за мной. Дух авантюризма уже захватил меня. Отступать не было шанса — оставалось только надеяться, что эти двое меня не бросят.

— Объективно, экзамен только в мае, — напомнила Киара с сомнением в голосе, но начала помогать мне наводить порядок.

— Вот и я о том же, — поддержал её Мессер, всё так же не двигаясь с места.

— Именно поэтому я предпочитаю уже сейчас знать, кто будет меня уничтожать, — аргументировала я свою безумную затею.

— Разумно, — наконец-то согласилась Киара. Я многозначительно развела руками в её сторону, демонстрируя Захари очевидный факт.

Одно дело — знать материал. Другое — знать, кто будет искать в нём дыру.

Уничтожив все зубрёжные «улики», мы направились в сторону административного корпуса.

План у нас, если это вообще можно было назвать планом, состоял из трёх пунктов: зайти, найти список, исчезнуть. Что делать, если кабинет окажется закрыт или кто-нибудь появится раньше времени, мы предпочитали пока не обсуждать. А Захари, который всё ещё бубнил себе под нос проклятия и что-то о том, что нас обязательно убьют, только нагнетая обстановку. Но я уже чувствовала знакомый прилив адреналина.

— Ещё не поздно развернуться, — начал Захи. — О, смотрите, лифт приехал.

Он предпринял уже четвёртую попытку сбежать, но я схватила его за край хирургической футболки и молча дёрнула на себя. Он почти упал, но, удержавшись, гневно посмотрел на меня.

— Замолчи, — бросила я.

Добравшись до основного холла корпуса, где располагались кабинеты глав отделений и главы хирургии, мы остановились за импровизированным садом.

— Катарина сегодня получила предварительный список комиссии и занесла его Александру на подпись, — сообщила Киара. Мы с Захари снова как два идиота внимательно уставились на подругу. — Сейчас он на совещании в большом конференц-зале, а Кэти там с ним, но думаю скоро вернется.

— И кабинет открыт, — добавила Киара. — Я видела, как её вызвали в конференц-зал почти сразу после того, как она занесла документы. Она даже дверь не заперла.

Молчание повисло примерно на секунду, но переглянувшись с Захари, я поняла, что думали мы об одном и том же.

— Ты помешана на нём, — озвучил он мою мысль.

— Абсолютно, — я кивнула в поддержку.

Киара закатила глаза.

— Да, — невозмутимо ответила она. — А ещё я наблюдательна и завожу правильные знакомства, — отчеканив это, Беккер отодвинула ладонью лист папоротника и посмотрела в сторону кабинета Беларда.

— Ты наизусть знаешь его расписание? — не унимался Мессер.

— Да, потому что если он ещё хоть раз в этом году зайдёт в операционную, я собираюсь там быть.

Я почти гордо улыбнулась. Всем бы целеустремлённость этой девчонки.

— Хочу напомнить, что меня устраивает моя карьера и доктор Микко меня обожает, — снова начал ныть Мессер.

— Это пока, — не глядя на него, ответила я и оглядела коридор ещё раз.

— Он доверяет мне операции. Я не хочу объяснять ему, почему моя карьера закончилась из-за списка фамилий и двух ненормальных.

— Заткнитесь оба, — одёрнула нас Киара.

В коридоре было пустынно и очень тихо. За панорамными окнами сгущались сумерки. Как всегда, было пасмурно, поэтому вечер казался ещё темнее.

— Я всё ещё считаю, что это хреновая затея, — не унимался Захи. И мы с Киарой одновременно повернулись к нему, давая понять, что в десятый раз мы не купимся. Да и пути назад уже не было: если бы сейчас нас кто-то застал, то явно подумал бы, что мы планируем ограбление со взломом.

Именно в этот момент позади нас раздался тихий голос:

— Почему мне кажется, что вы что-то задумали?

Мы втроём одновременно повернули головы и увидели перед собой Киллиана. На нём была такая же хирургическая форма, как у нас — практиканта выдавал разве что бейдж. Он стоял недалеко от нас, опершись на стену и держа под мышкой папку с материалами по ротациям. Я узнала её по обложке. Видимо, он возвращался от одного из кураторов.

— Нет, тебе показалось, — отозвался Захари.

Киара просто кивнула.

— Юридически мы ничего не нарушаем. Кабинет открыт, и мы просто хотим узнать, кто будет принимать у нас экзамен. Мы не собираемся искать билеты или ответы на них, или еще что-то в этом духе… — из меня сыпался миллион слов в минуту, и я судорожно придумывала оправдание этой странной картине: три ординатора спрятались за кустами в административном блоке больницы.

Я резко замолчала, а Киллиан внимательно всмотрелся в моё лицо.

— Ты опять говоришь без пробелов, — со смехом в голосе сказал он.

Господи, почему именно Фарелл? А может быть, из всех, кто мог нас застать, он был далеко не худшим вариантом. Я бы предпочла вообще никого.

— Да, мы хотели заглянуть к Лексу, — внезапно выдал нас Захари, и мы с Киарой возмущённо посмотрели в его сторону.

— Хотим, — уточнила Кия, и теперь я уставилась на неё.

Почему мне достались такие идиотские друзья? — подумала я и снова перевела взгляд на Киллиана. Сейчас я не понимала, как могла раньше не замечать такое явное внешнее сходство с отцом. Волосы, глаза, телосложение — только черты лица мягче. Я встряхнула головой, отчего моя длинная коса ударила меня по спине.

— Он знает, что вы решили наведаться в гости? — уточнил Фарелл.

Мы молчали. Откинувшись на стену, я на секунду прикрыла глаза и молила вселенную, чтобы Киллиан оказался разумнее своего папочки.

— Вы же понимаете, что если он узнает, то убьёт вас раньше, чем вам представится возможность лично встретиться с этой комиссией?

Захари виновато опустил голову, а мы с Киарой предпочли не отвечать. Даже страшно представить, что было бы, если бы нас застал Александр, а не Килли. Хотя я не ощущала желания сбежать даже сейчас. Рвение посмотреть на заветный список было сильнее страха.

Технически вообще всё начала Киара.

А ты додумала, дурная, — этот чёртов внутренний голос начинал меня раздражать.

Киллиан ещё несколько секунд смотрел на нас, потом оттолкнулся от стены и двинулся в сторону лифтов.

Фарелл. Или Палмер?

— Я вас не видел, — бросил он через плечо.

— Ты душка, — улыбнулась я ему в ответ.

— Не перебарщивай.

Я закатила глаза.

Определённо Палмер.

Но думать о высокомерном докторе и его куда более человечном сыне мне было некогда. Поэтому, напомнив друзьям, что мы упускаем драгоценное время, направились к нужному кабинету.

По расчётам Киары у нас было минут семь, прежде чем Кэти вернётся за документами. Оказавшись у двери, мы остановились. Киара врезалась в меня со спины, потому что Захари резко выставил руку перед нами, а сам схватился за ручку. Глядя на нас, он медленно надавил на неё, и дверь на миллиметр отворилась.

— Она открыта, — констатировал он.

— Удивительно, правда? — передразнила его Кия и, чуть оттолкнув друга в сторону, решительно вошла в кабинет. Я зашла следом за ней и как можно тише прикрыла за нами дверь.

— Ищем только список, ничего больше не трогаем, — скомандовала я, и мы разошлись по разным сторонам помещения.

Я успела бегло осмотреть личное пристанище доктора Беларда и убедиться, что здесь действительно обитал именно он. Кабинет Лекса оказался таким же, как его хозяин: немного хаотичным и неожиданно уютным. На спинке кресла висел твидовый пиджак, рядом с компьютером стояли две забытые кружки, а в воздухе всё так же чувствовались знакомые вишня и корица. Я и раньше замечала, что от Александра исходят эти две ноты. Странное сочетание, но Беларду оно почему-то подходило идеально.

За двумя стеклянными стенами мерцал вечерний Сиэтл. Но любоваться видом времени не было.

Я заметила, что Захари осматривал стеллаж, стоявший почти у окна, но скрестил руки на груди, пробегая по полкам только глазами, словно боялся, что стоит прикоснуться — и сработает сигнализация.

Я улыбнулась своим мыслям.

Киара осматривала папки, которые стояли в шкафу возле рабочего стола Беларда. Я же направилась к нему, но не успела сделать и шага.

Дверь распахнулась, и яркий свет из коридора полоснул по глазам. Я несколько раз моргнула, пытаясь привыкнуть к нему, а когда наконец различила фигуру в дверях, едва не отпрыгнула.

— Доктор Палмер, — хрипло вырвалось из меня. На периферии зрения замерли Захари у стеллажа и Киара возле шкафа, явно не успевшая коснуться ни одной папки.

Пол замер в дверном проёме, так и не отпустив ручку. Внимательно осмотрел каждого из нас.

— Мне даже интересно.

Его грубоватый голос нарушил повисшую тишину.

— Но боюсь спрашивать.

Нам конец, — отчетливо пронеслось в голове.

Он отпустил ручку и скрестил руки на груди. Ткань халата натянулась на плечах.

Почему мне так не везёт на Палмеров сегодня?

Я ждала, что он тут же отчитает нас и потащит прямо к Лексу. А чего ещё было ожидать от правильного до жути кардиохирурга? В операционной это полезная привычка, а вот в жизни…

— Доктор Палмер… просто комиссия, — неожиданно вклинился Захари, явно желавший сгладить ситуацию какой-то шуткой.

— Нет, — резко оборвал его Пол.

Я протяжно выдохнула и сглотнула слюну, которая скопилась во рту, потому что я не дышала примерно с того момента, как Палмер появился в кабинете.

Он перевёл свой взгляд на меня, и я открыла рот, чтобы начать оправдывать, и уже успела придумать парочку аргументов.

— Особенно вы, — опередил меня доктор и прошёл в помещение чуть дальше.

Какого чёрта? Окажись мы в другой ситуации, я бы обязательно ответила ему. Но сейчас, понимая шаткость собственного положения и тем более положения друзей, я покорно сомкнула губы.

Он ещё раз осмотрел место преступления и перевёл взгляд с меня на Мессера, затем на Беккер.

— Вы понимаете, что будет, если Белард узнает?

Мы с Захари снова предприняли попытку что-то ответить, но вовремя остановились. Потому что какие тут могут быть оправдания? Только Киара молчала всё это время — единственный разумный человек среди нас.

Я понимала, что молиться или даже умолять не имеет смысла. Палмер поймал нас, и со стороны наши действия точно не выглядели безобидными.

Заметив, как он достал телефон из кармана своего халата, у меня внутри похолодело. Надежда, что Пол окажется не козлом, ещё теплилась. Но в те несколько секунд, пока он изучал экран телефона, она благополучно умерла.

— У вас есть примерно три минуты, чтобы исчезнуть отсюда, — наконец сказал он.

Я непонимающе уставилась на него.

— Что? — почти одновременно произнесли мы с ребятами.

— Через три минуты закончится совещание и Кэти вернется за документами. Выход там, если за последние пять минут ничего не изменилось.

В помещении повисла такая тишина, как будто мы телепортировались в морг. Я уж точно знала, какая там атмосфера.

— Я бы рекомендовал вам к этому времени находиться как можно дальше отсюда, — многозначительно произнёс Палмер и снова оглядел нашу троицу.

Я всё ещё не могла поверить, что это действительно происходило — Пол Палмер добровольно давал нам уйти. Видя наше замешательство, он напрягся:

— Быстро! — прикрикнул он, повысив голос.

Я вздрогнула. Кажется, я вообще впервые слышала, как Пол повышает голос.

Мне это снится? — даже хотелось похлопать себя по щекам, но я быстро направилась к двери вслед за друзьями, которые уже успели пересечь порог кабинета.

— И советую вам вообще не светиться в этом крыле до завтрашнего собрания, — сказал он, и я остановилась напротив него.

Кия повернула голову в нашу сторону.

— Оно же в понедельник, — уточнила она. Откуда она всё знала, чёрт возьми?

В голове была настоящая каша, и я, не отрываясь, смотрела на Палмера.

— Завтра понедельник, — сказал он.

Снова эта неловкая пауза и тишина. Я не могла поверить, что этот мужчина умудрился удивить меня уже второй раз за несколько минут.

— Завтра суббота, доктор Палмер, — осторожно напомнил Захари. И я нервно сглотнула, потому что завтра действительно — суббота.

Он ошибся?

За всё время нашего знакомства я ни разу не видела, чтобы Палмер ошибался. Даже в мелочах. Казалось, что у него всё под строгим контролем, включая календарь. Я думала, что у него даже хаос ходит по расписанию, а оказалось, что он просто человек, который тоже иногда теряет счёт дням.

Я внимательно проследила за выражением лица Пола. Ни одна мышца не дрогнула, но я была почти уверена, что он сам был в шоке от своей маленькой оплошности. Хотелось рассмеяться, но почему-то сдержалась.

Он мельком глянул на коммуникатор на своём правом запястье и снова посмотрел на нас.