Ксенолингвист: Сказание о Триаде

– Найл, Витесса, – девушка ввела в планшет последние команды и, пересев чуть правее, посмотрела Планку в глаза, – пилот Третьей Федерации, двадцать пять лет. Теперь ты мой!

– А где Шум? – неожиданно поинтересовался эвотрон.

«Хорд! – Эдвин вдруг понял, что за десять часов на «Мираже» ни разу не вспомнил про своего красношёрстного преследователя, с которым они провели в спасательной капсуле почти три астродня. – Действительно, а где он?» Выходило, что бездушная программа Планка интересовалась этим на удивление преданным зверем куда больше, чем он сам.

За своими мыслями парень не услышал, как дверь каюты открылась, и внутрь вошёл Кир Найл, едва не задев головой потолочный светильник. Дипломат, видимо, был ещё какое-то время занят на капитанском мостике, где получал очередные распоряжения от министра Таламо, потому что вернулся очень сосредоточенным. Он сразу прошёл к своей койке, не отрываясь от наручного коммуникатора, на экране которого что-то просматривал.

– Нормально с ним всё, – бросил Кир, услышав последнюю часть разговора, – в санитарный блок засунули. Всё время куда-то рвётся.

В глубине души Эдвин понимал, куда именно пытается устремиться Шум, учитывая, что он следовал именно за ним и в спасательную капсулу, и на пиратский корабль, и потом через вентиляцию в тот ангар, где их всех держали. Наверное, стоило навестить мелкого упыря. «Стоп, – парень поймал себя на этой мысли, – а зачем? Сидит и ладно».

– Угощайся, – Тесса указала на солдатский поднос с нехитрой, но сытной едой, стоящий у неё на столике, – и спасибо за помощь.

Мясное рагу, пюре из вируанских яблок и угольно-чёрный филарский хлеб показались парню одними из самых вкусных блюд на земле. В качестве напитка бойцам подавали ларатту, которая на Тилле была, конечно, вкуснее, но сейчас казалась истинным глотком жизни.

– Кир, будешь? – Тесса обратилась к брату, довольная собой после починки эвотрона. – Мне ребята почему-то две порции принесли. А потом ещё две.

– Нет, спасибо, – тот уже лёг и, привычно закручивая ус, спроецировал из своего коммуникатора голограмму в виде перечёркнутого круга с небольшой звездой сверху: та драка в тоннеле и нападение Жрецов Абсолюта на Дворец Всеединства всё ещё не давали ему покоя.

– Тоже по Катрин Дюваль фанатеешь? – усмехнулась Тесса, но заметила, что брат явно не понял её шутки. – Я про этот символ: он же как у Агинака на руке. Из книжек своих взял.

– Вряд ли, – спокойно откликнулся рыжий дипломат, – это очень древний символ охотников на хранителей, и он не может быть просто у какого-то стоп! Именно такой знак?

– Да, а что? – пожала печами девушка. – У Агинака вещи и постраннее есть!

– Где он?! – рявкнул Кир, резко садясь и натягивая форменные ботинки.

– Я его к Дану Белуру отправил, – бледнея, пробормотал Эдвин, – минут двадцать назад.

***

Так быстро Кир Найл ещё не бегал. К счастью, министр Одрик Таламо, его прямой начальник, несколько раз заходил к Дану Белуру, беря рыжеволосого дипломата с собой, так сейчас он знал, куда спешить. Как только старший брат выскочил из каюты, Тесса, давно знающая Агинака, ничего не говоря, бросилась следом.

– Ты же тут никого не убьёшь? – Эдвин едва ли желал снова бежать на первую палубу, но оставаться одному или, тем более, в компании Планка ему совершенно точно не хотелось.

– Это крайне маловероятно, – откликнулся эвотрон, поскрипывая ржавыми конечностями. – Владелец не отдала мне соответствующего приказа.

Парень уже забыл, как прямолинейно Планк отвечает на вопросы. Ухватив ещё кусок мясного рагу и сделав пару глотков ларатты, Эдвин вышел из каюты, прикрыл дверь и устремился вслед за девушкой, которая уже исчезла на лестнице за поворотом. Когда, спустя несколько минут, юноша добрался до двери с номером 107-С, за ней его ждала совершенно неожиданная картина.

– Положи нож! – Кир Найл стоял прямо за порогом, примирительно выставив вперёд обе руки и демонстрируя, что в них ничего нет. – Отойди от него!

Тессу старший брат всё время немного оттеснял в бок, не давая ей вмешаться. Но самое странное происходило в дальнем углу каюты, где Эдвин пару часов назад беседовал с хранителем об Искре и долге Триады. Дан Белур, насмерть перепуганный и дрожащий, будто вируанское желе, стоял около кресла, а за его спиной укрылся фиолетовый негулонианин, держащий у горла толстяка длинный острый предмет. Блестящие чёрные глаза Агинака мерцали в полумраке помещения, отчего он буквально казался призраком.

– Я я я ничего не понимаю – Дан Белур судорожно сглотнул, задевая вторым подбородком приставленный вплотную нож, – я ничего ему не сделал ничего

– Положи нож! – повторил дипломат Найл. – Последний раз прошу!

Только сейчас Эдвин увидел, что у стен каюты стоят трое вооружённых офицеров в таких же, как и Кир, красных кителях. Судя по всему, Найл по пути прихватил с собой всех, кого успел встретить на первой палубе.

– Агинак, ты чего? – Тесса явно не верила своим глазам, переводя испуганный взгляд с друга на брата и обратно. – Прекрати, дружище!

– Ты не понимаешь, – звонкий и обычно мелодичный голос негулонианина дрожал так, будто он играл на расстроенном инструменте, а не говорил. – Он не должен жить! Никто из них не должен!

– Да что я сделал?! – завопил Дан Белур, и на его лице выступили крупные капли пота, а в глазах блеснули слёзы.

– Тебе не уйти, кретин, – Кир осторожно указал на бойцов, стоящих вдоль стен. – положи нож и выживешь.

– Агинак – Тесса снова попыталась сделать шаг вперёд, но брат удержал её левой рукой. – Агинак, пожалуйста

– Это мой долг! – не унимался негулонианин. – Мы давно не были так близки! Ты не понимаешь, Тесса! Они все должны сдохнуть!

Девушка была в недоумении и почти в панике. Добросердечный и романтичный Агинак, которого она давно знала, за считаные минуты буквально превратился в чудовище. Негулонианская мимика, конечно, не позволяла выражать тот же спектр эмоций, что и человеческая, но на лице друга Тесса сейчас безошибочно видела ненависть, смешанную со страхом.

– Я не знаю, что с тобой, – самым успокаивающим тоном, на какой только была способна, произнесла она, – но сейчас нам всем стоит успокоиться.

Тесса всё-таки проскользнула под рукой старшего брата и шагнула вперёд. Агинак вздрогнул и плотнее сжал рукоять ножа длинными фиолетовыми пальцами. Дан Белур затрясся ещё сильнее, умоляюще глядя на всех, кто сейчас был в каюте.

– Что здесь происходит? – рядом с Эдвином возник полковник Александр Бранд, который, бесцеремонно отпихнув юношу плечом от двери, сразу вошёл в каюту. – Отставить! Всем отставить!

Офицеры, косясь на своего командира, немного опустили лучевые бластеры, но совсем убирать оружие не решались. Кир сделал шаг в сторону, пропуская полковника вперёд. Впрочем, тот не спешил геройствовать, видя, что негулонианин на взводе и может повести себя как угодно. Тессу же явно не интересовало появление старшего офицера, так что она ещё немного приблизилась к другу и к дрожащему от ужаса хранителю. Дан Белур, и без того страдающий страшной отдышкой, сейчас с трудом хватал ртом воздух и казалось, что этот день кончится для него плохо в любом случае.

– Положи нож, сынок, – произнёс полковник Бранд, который, вероятно, вполне мог сам годиться негулонианину если уж не в сыновья, то в младшие братья – точно.

– Не надо, Аг, – Тесса называла так друга лишь тогда, когда они общались особенно доверительно, – не глупи, мы всё решим.

– Я должен – прошептал Агинак, моргнув большими чёрными глазами, – за Абсолют!

С этими словами он быстро перехватил рукоять так, чтобы нож смотрел прямо на Дана Белура, слегка отвёл руку и направил лезвие хранителю прямо в шею. Эдвин ничего не успел толком сообразить, но в следующий миг раздался пронзительный резкий свист, Тесса вскрикнула от неожиданности, а Дан Белур – от ужаса. Негулонианин сначала просто остановился, затем выронил нож, а потом все увидели, что над его левым глазом прямо в большой фиолетовой голове зияет сквозная дыра, пробитая точным выстрелом лучевого бластера. Рот его непроизвольно приоткрылся, и Агинак, будучи уже мёртвым, плавно сполз по пухлой спине Дана Белура и рухнул на пол, раскинув в стороны тонкие длинные руки.

– Зачем? – ещё не отойдя от шока, Тесса медленно обернулась и посмотрела на брата.

Кир Найл, пристально глядя на труп негулонианина, вернул оружие офицеру, стоящему рядом с ним. Тот явно не ожидал, что дипломат так ловко выхватит его бластер и быстро им воспользуется. Эдвин даже подумал, что красный китель бывшему разведчику явно идёт куда больше жёлтого.

– Вы в порядке, хранитель? – полковник Бранд подошёл к Дану Белуру и, положив руку ему на плечо, отвёл безумно перепуганного толстяка в сторону. – Уберите тут всё!

Последняя команда была адресована присутствующим офицерам, которые тут же принялись за работу. Тесса изумлённо смотрела на Кира, и с каждой секундой в её взгляде росла злоба.

– Ты что, не видела того же, что и я? – Кир явно пытался говорить мягко, но вышло как-то по-военному сухо и безжизненно. – Хранитель – первый приоритет.

– Это же Агинак, – прошипела она и, не задерживаясь, быстрыми шагами вышла из каюты. На брата девушка даже не посмотрела. Эдвину, мимо которого та проскочила, совершенно его не заметив, показалось, что Тесса пытается сдержать слёзы.

– Видишь, как важна Искра! – выпалил Дан Белур, держа в трясущейся руке стакан с водой, поданный кем-то из офицеров. – Всё ещё думаешь, что вокруг одни совпадения?

***

«Мираж» был в пути ещё чуть дольше суток. Эдвин провёл это время в своей каюте, пару раз навестив столовую и сходив всё-таки в душ. Один раз он наведался к доктору Камо Данзума и расспросил о состоянии всё ещё не пришедшей в себя профессора Райли. Вообще, выделенное юному ксенолингвисту помещение стало каким-то до боли угнетающим, но и заставить себя бесцельно бродить по коридорам крейсера парень тоже не мог. Он толком не знал Агинака и уж тем более не успел к нему привыкнуть, но отчего-то будущему ксенолингвисту казалось, что момент гибели негулонианина полностью изменил его жизнь, которая теперь никогда не вернётся в прежнее русло.

А дело было в том, что Эдвин Артейн впервые увидел смерть. Конечно, кровавые сцены из фильмов и постоянные новостные выпуски о героической гибели солдат Третьей Федерации ежедневно напоминали о том, что жизнь однажды завершится, но парень не представлял, что впервые столкнётся с этим именно так. А ведь Агинак даже не был человеком! Эдвину всегда казалось, что он будет трогательно прощаться с родителями, срок которых однажды неизбежно подойдёт, но никогда и думать не мог, что первой увиденной им смертью станет быстрая и расчётливая ликвидация опасного преступника. Он ни секунды не судил Кира Найла, полагая, что тот был единственным, кто вообще повёл себя должным образом, но и забыть момент, когда блеск в чёрных глазах негулонианина померк, и тот упал замертво с простреленной головой, тоже не удавалось.

Не забыла этого и Тесса. За следующий день Эдвин видел её всего один раз, когда та тестировала способность Планка к ходьбе после небольшого ремонта. Старший брат, кажется, пытался с ней заговорить, но девушка решительно не шла на контакт. Эдвин полагал, что она понимает, что хранитель Дан Белур был бы сейчас покойником, не выстрели Кир так быстро и метко, но и просто проигнорировать гибель друга Тесса тоже не могла.

Говорят, полковник Александр Бранд был страшно зол и долго кричал на майора Сальвадора Рамоса, изобретательно подбирая самые унизительные ругательства. Командира «Миража» можно было понять: он постоянно говорил, что хранитель Белур – его первый приоритет, а выходило, что лидер десантников не только не смог обеспечить его защиту, так ещё и самолично привёз на крейсер потенциального убийцу.

Наконец, наступило 54 число 3207 года, если верить бортовому хронометру, соотносящему астродаты с календарём Федерации. Эдвин понял, что отбыл со своим ментором на Поррим-4 всего лишь 6 дней назад, но казалось, что за это время он прожил целую небольшую жизнь, наполненную неведомыми до того приключениями. Да он одних только кораблей сменил шесть штук, если считать ту злополучную спасательную капсулу! Но всему приходит конец, как верил Эдвин Артейн, и сейчас крейсер «Мираж», совершив ещё один крайне неприятный переход через червоточину, вышел на орбиту Сидарии – столичной планеты Третьей Федерации, на которой парню до этого момента бывать не доводилось.

– Наша договорённость в силе? – Дан Белур, шикарный белый китель которого уже отгладили и освежили, подошёл к Эдвину у посадочного модуля, который должен был доставить их на орбиту.

– Только пока я жду выздоровления профессора, – будущий ксенолингвист старался говорить уверенно, чтобы сразу расставить все рамки, – и только чтоб разобраться в своих способностях. Никакого призвания, никаких разговоров о преемнике.

Профессора Арманду Райли доставили в посадочный модуль на носилках и обещали незамедлительно передать в центральный планетарный госпиталь. Доктор Данзума заверил министра и остальных, что сделал всё возможное, но уже немолодой женщине требовалось постоянное наблюдение, а не боевая тряска и прыжки через червоточины.

– Возьми это, – темнокожий врач, поправив свои едва заметные очки, протянул Эдвину небольшой квадратный коммуникатор. – Мы такие использовали с твоим отцом, когда учились. Старая модель, но очень мощная. Я там ещё кое-что подлатал. Связь сейчас никудышная, сам знаешь, а так хоть поболтаем, как доберёшься до Тилла. Передавай Марвину привет от Счастливчика Камо и скажи, что по количеству детей я его всё-таки обогнал!

На последних словах доктор снова весело улыбнулся и хлопнул Эдвина по плечу. Этот непривычно задорный человек, каких в последние дни вокруг юноши было крайне мало, почему-то внушал абсолютное спокойствие и веру в то, что на Тилл ещё обязательно удастся вернуться.

– Все в сборе? – министр Одрик Таламо, оглядел собравшихся и пожал руку полковнику Бранду, который, кажется, больше всего на свете был рад избавиться от всей этой компании, по сравнению с которой фронтовые бои и вовсе не приносили никаких проблем.

Простившись и выразив свою благодарность, глава Жёлтого Департамента, хранитель Дан Белур, Кир и Витесса Найл, Эдвин и, конечно, сопровождаемая врачами и лежащая на носилках доктор Райли, переместились в посадочный модуль. Вскоре они уже направлялись в сторону Сидарии, плавно снижаясь с орбитальной высоты. Наконец, все эти перелёты закончились, но Эдвину упорно казалось, что это была самая лёгкая часть его путешествия.

Глава 11. На всю Федерацию

Аркадия. Столица Третьей Федерации и цивилизационный центр человечества. Именно здесь, на Сидарии, Джаспер Кларк и Ольга Никитина нашли когда-то пристанище для оставшихся без дома людей. Именно здесь завершился Последний Исход. Именно здесь началась новая история человеческой расы как одной из многих, что населяют галактику Алая Ветвь. Город представлял собой гигантский многоуровневый мегаполис планетарного масштаба, выстроенный на берегах Инуанского моря. При взгляде сверху Аркадия выглядела как совершенно симметричный крест с густонаселённым центром и четырьмя крупными анклавами, каждый из которых многократно превосходил Маханну на Тилле. Эти анклавы соединялись с сердцевиной необъятными многоэтажными мостами. Значительная часть столицы находилась также и под землёй, воплощая в себе вершину инженерной мысли людей. Над городом парили многочисленные летающие платформы двойного назначения: они собирали и преображали солнечную энергию, а также укрывали от ослепительного света местной звезды те районы Аркадии, которые в этом нуждались. Если верить последним справочникам Федерации, то население Сидарии составляло четыре миллиарда жителей, из которых почти треть обитали именно в этом столичном городе.

Посадочный модуль «Миража», пройдя все необходимые проверки, сканирование и контроль, мягко приземлился в самом центре Аркадии, где располагался огромный правительственный космопорт. Надо полагать, все прочие суда оставались где-то за городом или в одном из анклавов, но на борту модуля сейчас находились министр дипломатии и хранитель, так что встречали их по всей форме. Глядя из иллюминатора, Эдвин заметил несколько истребителей, появившихся, стоило снизиться с орбитальной высоты, и не отстававших ни на секунду, пока посадочный модуль с мягким стуком не коснулся площадки космопорта.

– Это удивительное место, – мечтательно протянул Дан Белур. – Готов поспорить, через пару дней тебя будет не выгнать отсюда, даже если полёты на Тилл разрешат.

Входной шлюз открылся, и Эдвин, старясь держаться в хвосте процессии, вышел на одну из множества посадочных площадок. Многолюдный и вечно шумящий космопорт Тилла тут же показался маленьким лётным ангаром, когда взгляду будущего ксенолингвиста предстали десятки зданий, сооружений, оборонительных комплексов и, конечно, кораблей, то и дело взлетающих или садящихся со всех сторон.

– Да здравствует Триада! – прозвучал откуда-то спереди женский голос,

Эта церемониальная фраза была произнесена официально и даже почти торжественно, но без обычного восхищения, которое традиционно в неё вкладывалось. Присмотревшись, Эдвин увидел высокую худую женщину в белом брючном костюме из самых современных наноматериалов. У неё были пышные тёмные волосы, спускающиеся ниже плеч, а на лице отражалось серьёзное и даже слегка обеспокоенное выражение. Как и любой гражданин Третьей Федерации, Эдвин безошибочно узнал в ней президента Аврору Тейт. Женщина стояла в окружении своих охранников и нескольких политиков в жёлтых кителях.

– С вами мы ещё поговорим, Таламо, – президент Тейт бросила недовольный взгляд на главу Жёлтого Департамента, когда тот, опередив прочих, выбился вперёд, чтоб первым её поприветствовать. – Хранитель Белур! Как вы?

– Прекрасно, госпожа президент! – неожиданно довольно и без тени недавнего испуга произнёс толстяк, наспех приглаживая свои бакенбарды. – Покушение, плен, ещё одно покушение – всё, как и подобает хранителю!

Эдвин не понял, что именно вкладывал в своё пафосное приветствие Дан Белур, но Аврору Тейт оно явно не порадовало. Женщина скептически вздёрнула бровь, но всё же улыбнулась и пожала руку хранителю. Только сейчас парень заметил, что со всех сторон посадочную площадку окружили репортёры, фиксирующие каждый жест президента. Одрик Таламо тем временем подозвал к себе Кира Найла и что-то сосредоточенно ему проговорил, но из-за шума посадочного модуля расслышать его слова не удавалось.

– Я слетал не зря, госпожа президент, – самодовольно ухмыльнулся Дан Белур, приветственно махнув рукой в камеры репортёров. – Жители Федерации, представляю вашему вниманию Эдвина Артейна, моего преемника, с которым нас так промыслительно свела судьба в этом тяжёлом странствии! Я хочу, чтоб каждый в Ближних рубежах и на Просторе узнал сегодня, что человечество вне опасности, а Триада могущественна, как и прежде!

Эдвину мгновенно поплохело. Кровь будто полностью отлила от головы, в ушах послышался отвратительный протяжный звон, а перед глазами всё буквально поплыло. Фиолетовые вспышки голокамер и слепящие лучи голографических сканеров тут же ударил ему в лицо со всех сторон. Не успев ещё ничего толком понять, он почувствовал, как хранитель по-свойски обнимает его за плечо, демонстрируя перед всеми каналами Третьей Федерации их единство и готовность продолжить дело Триады.

– Я попрошу доставить этого смелого юношу в Цитадель, – Дан Белур учтиво поклонился президенту, усаживаясь вместе с ней в правительственный ультрамобиль.

– Сделайте, – стараясь улыбаться в свете голокамер, произнесла Аврора Тейт, обращаясь к министру Таламо, – и потом сразу ко мне!

Эдвин ошарашенно смотрел по сторонам. Это что только что произошло? Дан Белур не просто обманул его, но ещё и не дал шанса отступить! «Вот ведь жирная сволочь, – мысленно ругался Эдвин, понимая, что теперь ему и шагу не дадут ступить свободно, – да чтоб тебе твоя Искра брюхо прожгла!»

– Преемник? – Одрик Таламо, отдав приказ вежливо удалить репортёров с посадочной площадки, подошёл к Эдвину. – А вы не так уж и просты, да, курсант?

– Я я не понимаю – только и смог выдавить из себя парень.

– А я ещё всё думала, чего он с Даном Белуром крутится, – оценивающе хмыкнув, произнесла Тесса, – а ты, оказывается, из благородных, да?

– Я не – Эдвин снова попытался что-то ответить, но снова не вышло.

Министр пристально оглядел парня, будто ища какой-то подвох. Уже привычно почесав густую седую бровь, он подозвал Кира и велел тому в кратчайшие сроки отвезти Эдвина в упомянутую хранителем Цитадель. Дипломат кивнул, уточнив только, можно ли сначала показать парню центральную площадь, расположенную прямо на выезде из космопорта.

– Только не затягивай, – буркнул глава Жёлтого Департамента. – Тейт с меня и так шкуру за всю эту историю спустит. Не хватало ещё и новую звезду потерять.

На последних словах Одрик Таламо бросил косой взгляд на Эдвина. Парень пока не мог понять, что вообще происходит и как к нему теперь относятся, но выглядело всё это как-то очень уж подозрительно. Через пару минут на площадке появился мигающий синими огнями медицинский ультрамобиль, из которого выскочили несколько человек и поспешили к посадочному модулю. Там, перекинувшись парой слов с врачами «Миража», они перенесли профессора Арманду Райли в свой транспорт и, ничего не объясняя, так же быстро уехали. Похоже, доктор Камо Данзума сдержал своё слово и связался с центральным планетарным госпиталем.

– А где Планк? – крикнула Тесса, когда экипаж «Миража» уже приготовился задраивать изнутри входной шлюз своего модуля.

– Кто? – не расслышал пилот.

– Мой эвотрон! – раздражённо не выдержала рыжеволосая девушка. – Ржавый такой!

– Отправили отдельным грузом, – запирая шлюз, на прощание крикнул пилот. – Вместе с той жуткой тварью! Вам сообщат!

«Шум! – снова спохватился Эдвин, уже привычно ловя себя на том, что совершенно забыл про маленького красного хорда. – Даже тут от него не отделаться».

– Поедем с площади, – низким надрывным тоном сказал Кир Найл, стараясь звучать громче взлетающего модуля. – Так быстрее будет. И от репортёров улизнём – нас там не ищут.

Не совсем поняв, как на площади можно быть менее заметным, Эдвин поспешил вслед за рыжеволосыми братом и сестрой, которые, простившись с министром, устремились в сторону выхода из космопорта. Впрочем, куда больше Эдвина сейчас терзала злость на Дана Белура.

***

Покинув космопорт, Эдвин понял правоту слов Кира Найла. Дипломат вывел их каким-то подземным тоннелем, а когда вся троица снова оказалась на поверхности, стало видно, что репортёры, удалённые с посадочной площадки, терпеливо ждут у каждого въезда, сканируя и снимая все ультрамобили, покидающие территорию космопорта. Эдвин всё ещё не мог прийти в себя от шока, но уже понимал, что не помнит такого же пафосного представления других преемников Триады. Впрочем, сколько парень себя знал, хранителем всегда был Дан Белур, а он славился как эксцентричный человек, способный на самые неожиданные заявления.

Очутившись на центральной площади, Эдвин осознал, что Аркадия куда больше, чем ему показалось, когда он осматривал столицу с орбиты через маленький иллюминатор. В небо взмывали небоскрёбы немыслимой высоты, воздушный транспорт двигался с невероятной скоростью на самых разных уровнях, совершенно не пересекающихся друг с другом, а громкий шум и огни наружной рекламы поначалу буквально сбивали с толку. Парень привык ощущать себя городским жителем, гуляя по центральным районам Маханны, но сейчас до него начинало доходить, что Аркадия полностью меняет представление о жизни и цивилизации. Улицы были заполонены народом, представляющим самые разные расы: от вполне естественных для этого места людей до безносых негулониан, серокожих чешуйчатых тевларцев, полупрозрачных вируанов и рыбоподобных филаров.

– Узнаёшь? – Тесса ткнула его локтем в бок, указав взглядом куда-то наверх.

Эдвин поднял голову и увидел небольшой космический корабль, установленный на высоком постаменте в самой середине центральной площади Аркадии. Выглядел он весьма странно и крайне отличался от всех современных судов, напоминая скорее грузовой борт со страниц учебников по истории космического кораблестроения. Судно было подсвечено десятком прожекторов, расположенных как внизу, так и на стенах ближайших небоскрёбов и административных зданий.

– Серьёзно? – изумилась Тесса, заметив его непонимающих взгляд. – Чему там только учат на этом вашем Тилле?!

– Погоди-ка – до Эдвина всё-таки начало доходить, – это что, «Маяк»?

– Он самый! – заворожённо произнесла девушка. – Мечта любого пилота! Всё бы отдала, чтоб сесть за его штурвал!

Благодаря доктору Райли, недавно заставившей Эдвина освежить в памяти уроки истории, парень сейчас понимал, почему Тесса так восхищена. Сказать по правде, даже у него по коже пробежала волнительная дрожь, когда он смотрел на корабль знаменитых Первопроходцев, восемьсот лет назад преодолевший Сидарийский коридор и первым оказавшийся в этой галактике.