Лимес. Вторая Северная

Так получилось, что понимание этого настигло их с Назаром одновременно. Не говоря друг другу ни слова, они запустили свои энергетические шары прямо в жерло разраставшегося портала. Обруч схлопнулся, и тогда их враги, издавая злобное шипение, бросились в бой. Мимо лица Ванды тут же пронеслась огромная темно-синяя сфера, но она, удивляясь собственной неожиданной ловкости, взметнулась вверх, уходя от удара.

В первые минуты ее охватил азарт, и она, преобразовав энергетический шар в хлыст, лупила наотмашь по летящим в нее сгусткам. Впрочем, эйфория быстро сменилась острым пониманием того, что силы не равны. Над поляной кружили больше десятка Темных, а их было всего трое.

Тогда-то и накатил страх.

Она видела, как, зависнув в воздухе рядом с ней, отчаянно сражался Назар и как стоя на земле защищалась Мари. Глядя на девушку, у нее промелькнула мысль о том, что ту едва ли можно назвать хорошим бойцом. Мари отражала атаки, но вот нападать даже не пыталась. Стараясь сосредоточиться на собственных действиях, Ванда то и дело теряла контроль и совершала ошибку за ошибкой. Сконцентрироваться мешал мерзкий шепот чужих мыслей, который заглушал вопли и улюлюканья противника.

Над ее головой прозвучал поток грязной брани, и, глянув наверх, она увидела Назара, который схватился за плечо. Кажется, его серьезно ранили, но уже в следующую секунду он собрался, взял себя в руки и ответил на удар обидчика. Мальчишка сцепился со своим противником, и оба перешли в рукопашный бой, словно позабыв о том, что являются энергетиками.

Тот, с кем сражался Назар, выглядел его ровесником. Он был повыше, но намного уже в плечах. Определить, каким уровнем потока обладает этот Тёмный, Ванда не смогла, зато сразу оценила, насколько Назар был сильнее. Его массивные кулаки наносили один точный удар за другим.

Невольно засмотревшись, девочка не заметила, как рядом пронеслась тень. Кто-то больно схватил ее за волосы и потянул в сторону зияющей в пограничном поле дыры.

Ванда направила свою энергию в позвоночник, сохраняя контроль над левитацией. Ей совершенно не хотелось повиснуть безвольной тряпкой в руках Темного. Изловчившись, она намотала свой призрачный хлыст и, размахнувшись, полоснула противника наотмашь, попав ему по ногам. Ее сопротивление взбесило нападавшего, и он, с силой дернув девочку назад, припечатал ее к стволу ближайшего дерева. Ощутимый удар затылком отозвался в голове россыпью искр, и она потеряла контроль над собственным телом.

Не желая принимать поражение, Ванда предприняла попытку нанести Темному хоть сколько-нибудь внушительный удар, прежде чем повстречаться с землей. Конец ее хлыста настиг его лицо, и, издав разъяренный рык, мужчина сорвался вниз вслед за ней.

Когда оба рухнули на землю, Ванда откатилась в сторону, но подняться на ноги не успела. Острая боль между лопаток помутила рассудок и лишила сил настолько, что она даже не смогла закричать. Уткнувшись лицом в лесную почву, Ванда вдруг ощутила, как кто-то схватил ее за ногу и поволок по земле и как к спине начала прилипать ткань водолазки, пропитываясь кровью.

Крики людей не давали окончательно провалиться в беспамятство. Бой продолжался, и ей показалось, что голосов, звучавших вокруг, стало больше. Наверно, к пограничному полю пришло подкрепление. Ванда постаралась прислушаться, но шум неожиданно стих. Все звуки пропали так резко, что ей показалось, что она потеряла сознание.

– Великий Темный наградит меня, когда я отдам тебя ему, – заговорил кто-то, переворачивая ее на спину.

Чувствуя на себе пристальный взгляд, она сделала попытку разлепить отяжелевшие веки, но не смогла. Да и это не имело смысла. Вокруг была такая темнота, что она вряд ли смогла бы различить лицо говорившего.

– Он давно хотел заполучить тебя, – продолжил между тем незнакомец.

– Зачем? – едва слышно спросила Ванда, и это было все, на что у нее хватило сил.

Но желанного ответа она так и не получила. Кто-то глухо вскрикнул, а после на землю рядом с ней что-то упало. Уловив знакомое чувство неизбежности, а за ним холодную пустоту, Ванда поняла, что Темный только что расстался с жизнью.

– Все закончилось, – прошептал другой голос, и она вздрогнула, ощущая, как ее взяли за руку, явно проверяя пульс. – Не бойся, это я.

– Назар? – прохрипела она.

– Молчи, – мягко прошелестел он. Его голос доносился до нее словно через толщу воды. – Не трать силы.

Парень перевернул её на живот, и она поморщилась от боли, глубоко вдыхая запах влажной лесной земли. Ванда не видела, как он, достав складной нож, резким движением разрезал ткань её собственной патрульной куртки, надетой на ней, а после и водолазку. По спине растекся холод, ненадолго заглушая боль, но уже в следующий миг она вернулась с новой силой.

– Он перебил моё депо? – еле ворочая языком, спросила Ванда.

– Не до конца, – отозвался Назар, а после шикнул. – Молчи.

Внушительного размера рана с уродливыми краями, густо пропитанными кровью, зияла ровно между лопаток, и парень мысленно поразился тому, что Тёмный, напавший на Ванду, изловчился попасть так точно в область позвоночника, словно имел способность видеть сквозь одежду. Но больше его поразила сама девчонка. Невзирая на боль и тяжесть ранения, она умудрилась сохранить сознание и не проронила ни единой слезы, лишь тихо и часто дышала, напоминая замученное животное.

Конечно, виной такой стойкости мог послужить шок, однако Назар понимал, что после такого ранения многие бывалые энергетики отключились бы мгновенно.

Потратив пару секунд на раздумья, он решил, что звать на помощь не имеет смысла. Они находились за чертой пограничного поля, и Ванда могла просто не пережить ожидания врача, ровно как и транспортировку. Быстро ткнув пальцем по браслету, он отправил сообщение в штаб и, решив, что его бездействие сейчас может стать величайшей халатностью, понял, что спасать девчонку придется самому.

Процедура энергетического переливания требовала специальной аппаратуры, но ведь когда-то оной не было, а значит, провести её в таких непригодных условиях было возможно.

Небо разразилось оглушительным грохотом, и яркая вспышка молнии на мгновение ослепила его. По земле забарабанил дождь, но он уже не обращал на него внимания. Первым делом парень стянул с себя кофту и, игнорируя пробирающий до костей холод, прокатившийся по голой коже, разорвал ткань.

Кровь продолжала убегать из тела, и он понимал, что её энергетическое депо слабеет с каждой секундой. Процедура переливания могла потерять всякий смысл, пока тело Ванды находилось в таком плачевном состоянии. Назар решил для начала попытаться хотя бы остановить кровотечение, потому что в конце концов, ему нужно было просто спасти ей жизнь, независимо от того, останется она энергетиком или нет.

Туго стянув рёбра Ванды тканью, он снова проверил её пульс. Девчонку начало трясти, но куда сильнее дрожали его руки. Вид крови на собственных ладонях очень некстати взбудоражил неприятные воспоминания, и парень тихо зарычал. Глядя на свои перепачканные пальцы, он ощутил тошноту и, резко тряхнув головой, небрежным жестом вытер руки прямо о штаны.

Снова сверкнула молния, и одновременно с этим в его голове пронеслась яркая вспышка – в самом начале своего обучения он услышал от Роберта о том, что энергетики с низким уровнем потока частенько пытаются повысить ресурс собственного депо за счёт принятия чужой энергии в тело.

Назар вызвал проекцию её организма и, с ужасом посмотрев на рамку, в которой неумолимо уменьшалось значение, набрал небольшой энергетический сгусток и, замахнувшись, сомкнул веки.

– Прости меня, – отчаянным, срывающимся голосом сказал он и, облизав пересохшие губы, ударил Ванду сгустком прямо по спине.

Её сознание тут же взорвалось, заставляя увидеть алый фейерверк перед глазами. Девчонка закричала, извергая нечеловеческий вопль из груди. Боль, которую она испытала в момент удара Тёмного, показалась ей ничем по сравнению с тем, что она ощутила в тот момент.

Назар открыл глаза и часто задышал, наблюдая за тем, как бег несносных цифр остановился. Депо прекратило терять энергию и замерло на значении, близком к пятидесяти. Но этого было мало для того, чтобы начать самовосстановление, учитывая то, в каком ужасном состоянии находилось её тело.

Сжав челюсти, он опять набрал энергию, сложив в плотный шар, чтобы ударить во второй раз. И снова лес задрожал от раздирающего душу крика, но Назар продолжал бить. Поняв, что тактика мелких, наполненных несколькими процентами энергии, ударов пополняет её депо, но вместе с тем попросту мучает девчонку, он взвыл, вторя очередному раскату грома.

Новая сфера, с добрыми сорока процентами, обрушилась на тело Ванды, и тогда её вопли, доносившиеся до его слуха, поглотила пелена перед глазами. Назар тряхнул головой, стараясь прогнать туман, предвещающий обморок.

– Нет, только не сейчас, – взмолился он, но силы всё равно покинули его, с холодным равнодушием проигнорировав стенания хозяина.

Назар упал на землю рядом с ней. Он уже не видел, как через каких-то пять минут на поляне появились Лисбет, Джеймс, Элис и Крис.

Последний присел около тела Ванды и, проверив пульс, облегчённо выдохнул. Кристиан быстро постучал по браслету, передавая сходившему с ума Феликсу новость о том, что его сестру нашли и что она жива. Парень закатил целый скандал, умоляя старших взять его с собой на поиски Ванды, но его наставник запретил ему покидать общину.

– Насколько всё плохо? – спросила Лисбет, наблюдая за тем, как Джеймс разматывает безобразный кусок ткани, пропитавшийся кровью и дождевой водой, служивший повязкой. Завидев рану на спине девчонки, Вебер передернуло. – Если найду того урода, который сделал это, прикончу собственными руками.

– Боюсь, что тебя опередили, – раздался голос Криса, заставляя женщину обернуться. Только сейчас все они обнаружили ещё одно тело неизвестного им мужчины. – Он мёртв, – констатировал Стивенсон, брезгливо одёргивая руку от сонной артерии.

– Ванда потеряла много крови, но её депо не пострадало, – заговорил Джеймс, но тут же осекся и нахмурился. Пару секунд он молчал, а после перевёл взгляд на обездвиженное тело Назара. – А он мог бы стать неплохим врачом, – присвистнул Нильсон, переключаясь на осмотр парня. – Это было очень безрассудно с его стороны, но он спас ей жизнь.

– Нужно возвращаться в общину, – Лисбет быстрым движением раскрыла портал. – Тёмные могут засечь наше присутствие в лесу.

Навязчивый писк аппарата и резкий запах лекарств тревожили сознание, но слабость не давала полностью прийти в себя. Ощущая себя зависшей в пространстве точкой, у которой не было ни малейшего понимания о положении собственного тела, Ванда боролась, пытаясь вынырнуть из вязкого омута, сражаясь с агонией.

Ей то казалось, что она горит в котле, полном адского пламени, то чудилось, что наоборот ныряет в холодную толщу, напоминавшую космический вакуум. С течением времени к ней вернулась боль, но сейчас она не была жгучей. Просто что-то пульсировало, и, очнувшись на миг, девчонка наконец поняла, что лежит лицом вниз на чём-то жёстком. Область между лопатками ныла, и оттуда боль тонкими ручейками растекалась по телу. Впрочем, продолжалось это недолго, потому что уже через секунду Ванда снова провалилась в небытие.

Феликс сидел около её кушетки и, свесив голову на плечо, дремал, вздрагивая от каждого шороха. Он и сам пострадал во время обороны общины, но его ободранные плечи и обожжённые колени не шли ни в какое сравнение с теми травмами, которые получила сестра. Сейчас на месте уродливой раны, яркой печатью выделявшейся на её спине, красовался толстый рубец. Регенерация шла быстро, особенно учитывая то, что её энергетический поток восстанавливался с космической скоростью, но она всё не приходила в себя.

– Она сильнее, чем ты думаешь, – на плечи парня легли теплые руки, и он вздрогнул, вырываясь из дремоты. – Не каждый взрослый мужчина способен перенести такое увечье. Это настоящее чудо, что твоя сестра не сломала позвоночник. Темный хотел перебить ее позвоночное депо, очевидно, желая обездвижить, но ее поток оказался слишком силен и, прежде чем вырваться наружу, отдал весь ресурс на защиту спины.

Парень обернулся и заглянул в глаза женщины, стоявшей позади него. Нур ободряюще улыбнулась и осторожно похлопала его по спине. Грудь сдавило от недавно пережитого.

Во время сражения кто-то из Темных сбил его, и парень угодил в горящий дом, крыша которого исчезла в неизвестном направлении. Надышавшись едкого дыма, мгновенно наполнившего густой пеленой легкие, он отключился. Феликс не видел, как в дом ворвалась медведица и, без труда отыскав его, выволокла на улицу, ухватившись зубами за штанину.

Отчаянно тыкаясь носом в его щеку, зверюга пыталась привести Феликса в чувства и чуть не послужила причиной нового обморока, когда мальчишка открыл-таки глаза и увидел перед собой мохнатую морду с совершенно осмысленным, человеческим взглядом.

– Как твои ожоги? – спросила Нур и, присев на корточки, задрала штанину парня, осматривая его левое колено.

– Мне лучше, – сглотнув ком в горле, ответил Феликс, разглядывая врача.

Женщина казалась хрупкой в своем белом халате и, встретив ее на улице, он бы никогда не подумал, что она, выходя из себя, способна принять облик крепкого бурого медведя.

– Она совсем не двигается. Вы уверены, что это нормально? – пытаясь отделаться от образа мохнатой морды, застывшей в памяти, спросил Феликс.

– Джеймс специально обездвижил ее, – Нур выпрямилась и проследила за его взглядом, направленным на сестру. – Ей сейчас лучше не двигаться и не приходить в себя, иначе рубец начнет давать о себе знать. Конечно, на этот случай у нас есть обезболивающие, но эти препараты негативно влияют на восстановление общего энергетического потока.

Парень рассеянно покивал, делая вид, что хоть что-то понимает, и вернулся к немому созерцанию стены. Смотреть на сестру уже не было сил и после того, как ему однажды показалось, что та не дышит, Феликс занимался изучением стен, потолка и разглядыванием медицинского оборудования, но чаще всего его взгляд обращался к телу, лежавшему на соседней от Ванды кушетке.

За спиной снова раздались шаги, и Феликс, решив, что в палату вернулась Нур, даже не повернул головы, однако уже в следующую секунду рядом возник Якоб.

– Когда ты в последний раз был дома? – спросил парень и уселся прямо на пол.

– Не помню, – не глядя на друга, сухо отозвался Феликс. – Утром я ухожу на работу, а потом возвращаюсь сюда. Если честно, то я даже не знаю, какой сегодня день недели.

– Сегодня среда, – Якоб скользнул взглядом по спине Ванды и повернул голову в сторону Феликса. – Слушай, я понимаю, что ты переживаешь, но тебе нужно выспаться. Если хочешь, я могу подменить тебя хотя бы на одну ночь, – предложил он, хотя и понимал, что друг не согласится.

– Спасибо, конечно, но я все равно не смогу уснуть, пока она здесь. Джеймс говорит, что поводов для паники нет, но я не могу отделаться от мысли о том, что в любой момент что-то может пойти не так.

– Да никуда твоя сестра не денется. Здесь столько врачей, да и Лисбет приходит сюда несколько раз в день, чтобы удостовериться в том, что с ней все в порядке, – Якоб хлопнул друга по колену и тут же одернул руку, увидев, как парень скривился от боли. – Прости, я забыл про твои ожоги.

– Ты не понимаешь меня, – игнорируя боль, ответил Феликс. – Не обижайся, но ты не знаешь, каково это – переживать за близкого человека. У тебя ведь никогда не было ни сестер, ни братьев.

– Ты прав, – согласился Якоб. – Но, поверь, мне не все равно на нее. Так что, если все-таки захочешь пойти поспать, сообщи мне.

Они замолчали, каждый думая о своем, но Якоб вдруг перехватил взгляд Феликса, направленный на Назара, и осторожно дернул друга за штанину.

– Не знаю, что там произошло в лесу, но Лисбет говорит, что Назар спас ее, – Строде поднялся с пола и внимательно посмотрел на парня, оставшегося сидеть неподвижно на стуле. – Назар мне не нравится не меньше, чем тебе, но, кажется, он не желает зла твоей сестре.

– И тебе не кажется это странным? – хмыкнул Феликс и покосился на Якоба. – Он ни с кем не общается, сторонится людей, но крутится возле Ванды почти с самого начала.

– Ты не думал о том, что дело в Мари?

– При чем здесь она? – парень вопросительно изогнул бровь и почесал в затылке.

– Только слепой не заметит того, что Назар дорожит сестрой, ровно как и ты дорожишь своей. У Мари нет друзей, потому что в общине ее побаиваются. Ванда почти единственная из всех, кто преисполнилась симпатией к девушке. Может быть, Назар просто благодарен ей за то, что она дружит с его сестрой и поддерживает ее? – Якоб замолк и прикусил язык, словно стараясь сдержать слова, вертевшиеся на его кончике, но под испытующим взглядом Феликса не выдержал и выпалил на одном дыхании. – А может, Ванда ему просто нравится.

Они снова замолкли, глядя друг на друга. Феликс скривился, выражая все свое неодобрение, и, протянув руку, коснулся ладони сестры. Ощутив тепло на кончиках пальцев, он немного успокоился.

– Именно это мне и не нравится.

– Это не мое дело, но ты ей не отец, чтобы отшивать ее кавалеров, – Якоб расплылся в улыбке, наблюдая за тем, как темнеет взгляд парня. – В конце концов, твоя сестра эмпат, и она явно лучше, чем ты, разбирается в людях.

– Да он же придурок! – не выдержал Феликс и встал на ноги так резко, что стул, на котором он сидел все это время, с громким скрипом отъехал назад.

– Тихо, тихо, – Якоб схватился за спинку стула, предотвращая его падение, и заулыбался еще сильнее. – Просто успокойся и подумай. Конечно, Назар странный парень, но в общине вообще нет обычных людей. Ты переживаешь за сестру, и разве не было бы здорово знать, что о ней заботится кто-то еще? Во время атаки на общину тебя может не оказаться рядом, как это случилось пару дней назад, и, если бы не он, Ванду бы утащили Темные.

– Мы знаем об этом лишь со слов его сестры. Она единственная видела, как Ванду сбили и поволокли к пограничному полю, – Феликс начинал закипать, и ухмылка на лице друга выводила его из себя. – И, кстати, ей я тоже не доверяю.

– Ты никому не доверяешь.

– Неправда, – возразил парень тоном обиженного ребенка. – Я доверяю Крису, Джеймсу, даже Лисбет, – он начал загибать пальцы и небрежным жестом указал на Якоба. – Я доверяю тебе. Если бы Ванда втрескалась в тебя, – начал Феликс, но тут же осекся, заметив то, как у того вмиг покраснели уши. – Прости, – тихо пробормотал он.

Они переглянулись, и Гросс надул щеки, виновато улыбаясь. Якоб взъерошил волосы и плюхнулся на стул, упорно стараясь не смотреть на Феликса.

– Это что, так сильно заметно? – полным разочарования голосом спросил он. – Или ты просто пытался подловить меня?

– Вряд ли об этом догадывается кто-то, кроме меня, но тебе следует поменьше улыбаться, когда видишь ее, – попытка звучать серьезно с треском провалилась, и Феликс крякнул, зажав рот рукой. – У тебя такая тупая рожа, когда ты смотришь на нее.

– Да ты свою-то рожу давно в зеркале видел? – фыркнул Якоб и, не вставая со стула, двинул парню локтем прямо под ребра.

– Если вы будете нарушать больничный режим, я прогоню вас обоих, – раздался голос Джеймса за их спинами. Парни как по команде выпрямились и приняли серьезный вид. – Тебя, кстати, искала Лисбет, – бросил мужчина, проходя мимо них к своему столу, и Якоб, которому были адресованы эти слова, мгновенно поднялся на ноги и выбежал прочь. – Завтра утром я сниму с твоей сестры аппаратуру, и она придет в себя, – врач принялся разглядывать бумаги.

Ответить Феликс ничего не успел, хотя и собирался. Палата наполнилась неприятным писком, и Джеймс, бросив толстую папку на стол, метнулся в сторону кушетки Назара. Тело парня дрожало, и он давился от кашля, беспорядочно хватая воздух ртом.

– Что с ним? – обеспокоенно спросил подоспевший Феликс.

– Он приходит в себя, – хватая пациента за плечи, ответил Джеймс. – Он застудился, пока лежал в лесу, и на фоне ослабленного депо у него трое суток не сбивалась температура.

Парень молча наблюдал за тем, как врач проводит какие-то манипуляции с аппаратурой. Писк прекратился, Назар задышал ровнее и, поморщившись, открыл глаза.

– Добро пожаловать домой, герой, – хмыкнул Джеймс, щелкая пальцами перед носом Назара. – Слышишь меня?

Назар пустым взглядом проследил за движениями руки мужчины и коротко кивнул. Несколько минут он рассеянно моргал, пытаясь поймать фокус хоть на чем-то, и наконец увидел лицо Феликса.

– Где она? – хриплым голосом спросил Назар и попытался сесть, но Джеймс, неодобрительно цокнув языком, припечатал его обратно к кушетке.

– Я бы на твоем месте лучше переживал за себя, – вместо Феликса ответил Нильсон, но потом смягчился и добавил: – Все с твоей Вандой в порядке. Кстати, я бы хотел задать тебе пару вопросов насчет той занятной процедуры, которую ты умудрился провести в лесу. Сам догадался или кто подсказал? – врач заинтересованно приподнял брови.

Некоторое время Назар молчал, сверля взглядом брата Ванды. Феликс отвечал ему тем же, и по всему было видно, что он просто сгорает от желания как минимум ударить его.

– Я просто вспомнил о том, что энергетики с низким уровнем потока иногда пытаются повысить ресурс своего депо за счет приема парящих в пространстве энергетических шаров, – наконец ответил он. Назар часто дышал и постоянно облизывал пересохшие губы. – Энергетики со стабильным депо не способны принимать в себя энергию просто потому, что им некуда ее, что называется, складывать, а в депо Ванды можно залить двоих таких, как я, – он резко вздохнул, подавляя новый приступ кашля. – Энергия прижилась?

– Не переживай, – улыбнулся Джеймс и по-отечески потрепал парня по макушке, от чего тот поморщился. – Твоя энергия не пропала даром, – врач пожевал губами, потоптался на месте и, ощутив напряжение в воздухе, направился к двери. – Пойду позову Лисбет.

Феликс закатил глаза, глядя ему вслед, а после повернулся и посмотрел на Назара.

– Кажется, чувство такта старика родилось вперед него самого, – криво усмехнулся последний, тихо кашляя.

– Ежу понятно, что он мог вызвать Лисбет через браслет, – холодно отозвался Феликс.

– Ну и? – Назар едва заметно склонил голову набок. – Кто из нас еж? – с издевкой в голосе спросил он.

Феликс стиснул зубы, поражаясь тому, что Назар был способен шутить в таком состоянии. Хотя это было неудивительно – парень был крепким и едва ли жаловался на здоровье.

– Спасибо, что помог ей, – еле выдавил Гросс из себя и сжал кулаки, не веря в звучание собственных слов. – Но держись от нее подальше.

– Это угроза? – Назар состроил заинтересованную мину и снова кашлянул. – Если это так, то попытайся снова, а то как-то неубедительно звучит.

Феликс не выдержал и с силой пнул кушетку, на которой лежал парень, и та отозвалась обиженным грохотом и лязгом.

– Гросс! – рявкнула Лисбет, заходя в палату. – Отойди от него, – женщина подошла ближе и смерила его тяжелым взглядом и, видя, что тот не реагирует, продолжая смотреть на Назара загорающимися от злости глазами, добавила: – Иначе отправишься домой и увидишь сестру только после того, как ее выпишут из госпиталя.

Не дожидаясь реакции от парня, Джеймс схватил его за плечо и усадил за свой стол.

– Так и знал, что вас нельзя оставлять наедине, – посетовал врач и, бросив на парня предупреждающий взгляд, – сиди, мол, – он куда-то вышел, но быстро вернулся, держа в руках две кружки крепкого, горячего чая, от которого ярко пахло какими-то травами. – На-ка вот, успокойся, – мужчина вручил Феликсу одну из кружек и смотрел на него до тех пор, пока тот не начал пить.

Феликс различил вкус пустырника, мяты и даже ромашки, но казалось, что горячий напиток, стекая вниз по пищеводу, лишь распаляет и без того бушевавший огонь внутри него.

Лисбет, присев на край постели Назара, задавала больному вопросы, но парень даже не пытался прислушиваться, хотя говорили оба довольно громко. Гросс делал частые глотки и думал только о том, что разнотравье в кружке успокоило бы его лишь в том случае, если бы проросло на могиле несносного Назара. Еще никогда Феликс не испытывал такой неприязни к кому-либо. Конечно, у него были неприятели, когда мальчишка учился в школе, но чувства, которые вызывал у него Назар Акулич, не шли ни в какое сравнение с его прошлым опытом. Он раздражал его одним своим существованием, а находится с этим человеком в одной комнате было и вовсе невыносимо. И последней каплей, вишенкой на торте его отвращения, стало то, что Ванда все больше сближалась с Назаром.

– Ты несправедлив к нему, – заговорил Джеймс, небрежно присаживаясь на край стола. Он давно наблюдал за переменами на его лице и до последнего не хотел вмешиваться, но, заметив, как по шее парня поползли красные пятна, решил отвлечь его. – Не пойму, чего вы с ним не поделили. Не думаю, что дело в твоей сестре, ведь отношения между вами натянулись еще до того, как Назар стал дружить с ней.