Лимес. Вторая Северная

После окончания рабочего дня Гросс вышла на улицу и, преодолев жилую часть общины, устремилась в лес. Ветер все не утихал, завывая между верхушками сосен, гнул траву и кустарники к земле. Небо заволокли плотные тучи, повсюду слышались раскаты грома. Ванда боялась грозы с детства, но сейчас ослепительные вспышки молний стали для нее частью мира, от которого ей хотелось абстрагироваться.

И ей это удалось.

Когда поляна, выбранная ею для тренировок, осталась позади, она пошла наугад в поисках пограничного поля. Сама не понимая зачем, Ванда шла к границе с какой-то холодной решимостью. Что-то непреодолимо влекло ее туда, хотя отголоски здравого смысла умоляли остановиться.

Пограничное поле делилось на условные сектора, которых всего было двенадцать. Каждая патрульная группа, заступающая в суточный дозор, должна была делать обходы, проверяя целостность границы и фиксировать любые нарушения на специальном портативном экране.

Ванда видела пограничное поле всего лишь раз и потому не была точно уверена в том, где оно находится. Вскоре она смогла расслышать голоса и, преодолев густую линию деревьев, оказалась на поляне, на которой встретила Назара и Мари. Ребята переглянулись, завидев гостью, и поднялись с земли.

– Ты что здесь забыла? – спросил первый и криво усмехнулся. – Или тебе было мало одного наказания от Лисбет?

– Она запретила мне гулять в лесу ночью, – сухо ответила Ванда, переводя дух после своей прогулки. – О том, что сюда нельзя ходить днем, речи не было.

– По уставу лицам, не достигшим восемнадцати, запрещается в дневное время суток удаляться от жилой части общины более чем на пять километров, – продекламировал Назар, довольно похоже копируя назидательный голос Лисбет, когда та выговаривала кому-то из провинившихся.

– За исключением тех, кто входит в состав патрульных групп, – довершила Ванда и, не сдержавшись, завела глаза к небу. – Я отлично знаю все пункты устава.

– Не так уж и отлично, раз ты стоишь здесь, – не остался в долгу парень. – Тебе нет восемнадцати, и ты не являешься членом дозорной группы, а следовательно, нарушаешь устав.

– И это говоришь мне ты? – девчонка презрительно хмыкнула. – Не ты ли смывался ночами из госпиталя тайком от Джеймса, а?

– Справедливо, – согласился Назар и прислонился плечом к ближайшему дереву, засунув руки в карманы.

Мари, до сих пор сохранявшая молчание, перехватила взгляд подруги и поняла, что та, не отрываясь, смотрит на пограничное поле. Они с братом только недавно закончили обход, и Назар как раз заносил необходимые данные в экран слежения, а потому обычно незримая граница сейчас была видна.

Прозрачная, словно сотканная из сотен мерцающих частиц, она не только защищала Вторую Северную от Темных, но и скрывала от любопытных глаз обычных людей. Ванда уже знала, что их поселение находилось в глухом лесу, который являлся частью заповедника, площадь которого составляла почти семьдесят гектаров. В этих местах были проложены десятки туристических троп, но вокруг пограничного поля тянулась плотная вереница болот, пройти сквозь которые мог далеко не каждый.

Поверхность пограничного поля слегка искажала пейзаж, находящийся за ним, и потому Ванде, стоявшей вплотную к нему, казалось, что лес по ту сторону границы выглядит каким-то зловещим. Деревья подрагивали, словно она смотрела на них сквозь пелену дыма. Девчонка подняла руку, и кончики ее пальцев почти коснулись призрачной преграды, когда Назар цепко ухватил ее за плечо и потянул назад.

– С ума сошла? – недовольно рыкнул он и в несколько касаний заставил границу стать привычно невидимой. – У тебя же нет доступа.

– Доступ есть только у членов патрульных групп? – спросила Ванда, игнорируя недовольство в его голосе, и парень коротко кивнул.

– Да, а еще у членов штабной группы и некоторых старших поселенцев. Все они могут сделать поле видимым, но вот распечатать границу способны только трое, – Назар развернул Ванду к себе лицом и, убедившись, что она слушает его, продолжил. – Открыть проход в лес могут лишь Лисбет и Элис Вебер, а еще Крис Стивенсон.

– Крис? – услышав имя наставника, Ванда искренне удивилась.

– Он ведь наш разведчик, – пожал плечами Назар. – Что в этом удивительного?

Ванда помолчала и снова посмотрела в ту сторону, где всего пару минут назад была видна граница.

– Для того чтобы распечатать поле, необходимо какое-то особое заклятье?

– Скорее пароль, – уточнил Назар и нахмурился, пытаясь понять, к чему она клонит.

– Почему этот пароль знают только они?

– Потому что Лисбет – предводитель, а Элис – ее заместитель, – ответил парень таким тоном, словно Ванда задала самый глупый из возможных вопросов. – Кроме того, Элис Вебер является одним из разработчиков пограничного поля.

– Точнее было бы сказать, что наша Элис создала макет и придумала механизм его работы, – ввернула Мари, и Ванда перевела взгляд на нее.

Занятые разглядыванием друг друга, они обе не заметили, как после этих слов Назар кисло поджал губы.

– Модель пограничного поля менялась несколько раз со времен его основания, и последний вариант – результат кропотливого труда сестры нашего предводителя. Конечно, всю работу по его установке взяли на себя члены штабной группы Ковчега, но Элис контролировала этот процесс, и своей безопасностью мы обязаны именно ей.

– Последняя модель пограничного поля несовершенна, – фыркнул Назар и, наконец отпустив плечо Ванды, сделал пару шагов назад. Он заложил руки за спину и вздернул подбородок. – Темные все равно то и дело прорывают границу.

– Да, они нашли лазейку в разработке Элис, но я слышала, что в первые несколько лет после того, как купол был усовершенствован, Темные не имели возможности проникнуть за его территорию, – Мари покосилась на брата и, пока он не видел, закатила глаза. – Сейчас ведется работа над новой версией границы.

– И этим снова занимается Элис? – спросила Ванда, всецело переключая внимание на подругу.

– К чему все эти вопросы? – сощурился Назар, не дав сестре ответить на вопрос. – Собралась дезертировать?

Над поляной сгустилась тишина. На парня уставились две пары глаз, но тот даже бровью не повел. Он смотрел только на Ванду с таким пристальным вниманием, словно пытался прочитать ее мысли, но, вспомнив о том, что именно она обладает этим даром, отвел взгляд и отвернулся.

– А ты хочешь помочь? – с явной издевкой в голосе спросила Ванда, неожиданно вспомнившая о том, с какой неприязнью Назар отзывался о Второй Северной, когда они находились в госпитале.

Вопрос оказался не хуже стрелы, пущенной умелой рукой стрелка, и девчонке показалось, что Назар вздрогнул даже раньше, чем она успела договорить. Парень медленно обернулся, смерил ее тяжелым взглядом и вдруг рассмеялся. Звук его смеха разорвал тишину и напряжение, растекаясь по лесу вслед за туманом, плясавшим между стволами вековых сосен.

– Сбежать отсюда – все равно что купить себе билет в один конец до Распределительной общины, – ответил Назар, продолжая хохотать. – Но, честно говоря, от прогулки за территорией общины я бы не отказался. Так что, если соберешься, позови меня с собой. Я с радостью составлю тебе компанию.

– Я надеюсь, что ты пошутил, – насупилась Мари и, посмотрев на брата, замерла, понимая, что его слова были сказаны всерьез. – Ты совсем спятил? Скорее, чем до вас доберутся члены Распределительной общины, вы оба окажетесь в руках Темных и после встречи с ними попадете прямиком в Озеро Забвения.

– Тогда тебе точно не стоит переживать, – окончательно развеселившись, сказал Назар. – Ты же умеешь поднимать души покойников. Так что, если захочешь поболтать со мной или Вандой – ты знаешь, что делать.

Мари взирала на брата с таким выражением лица, словно тот был душевнобольным. Конечно, после того как они оба попали в общину, Назар изменился, но она не была готова к тому, что он будет говорить о собственной смерти так беспечно. Он как никто знал о том, как тяжело Мари даётся связь с душами умерших энергетиков, и, может быть, оттого его слова так задели её.

– Что за Распределительная община? – спросила Ванда, заметив перемену в настроении подруги.

– Обычно все новички в начале попадают в эту общину, – как ни в чём не бывало ответил Назар, игнорируя слова и взгляд сестры. – Там проходит первичный скрининг и сортировка в зависимости от уровня потока и особых умений. После всех новичков расселяют по общинам.

– Мы с Феликсом сразу попали сюда, – удивлённо сказала девчонка и, подтянув штаны, села на землю, сложив ноги по-турецки.

– Потому что Лисбет следила за вами много лет, а до неё – Ричард, – парень проделал то же самое и, откинувшись спиной на ствол дерева, уселся напротив неё. – Ваша судьба была предрешена давно. А кроме того, в Распределительную общину попадают дезертиры и энергетики, с запястья которых был сорван браслет за нарушение устава.

– Выходит, эта община – своего рода тюрьма? – снова задала вопрос Ванда, и Назар коротко кивнул.

– Я читал в одной книге, что Распределительная община – это здание, включающее в себя три блока. В первом содержатся новички до момента их сортировки, во втором находятся дезертиры и нарушители, а в третий блок попадают пойманные в плен Тёмные.

Пока Назар рассказывал, Мари ходила кругами по поляне. Когда речь зашла про Тёмных, она остановилась за спиной брата и пнула ногой дерево, на которое тот опирался.

– Может быть, мы сменим тему? – хмуро сказала она.

– Я просто ответил на вопрос нашей гостьи, – беспечно пожал плечами тот, но, когда ботинок Мари стукнул по поверхности ствола во второй раз, поднял руки в примирительном жесте и усмехнулся. – Ладно, ладно, я заткнулся.

Девушка выдохнула и опустилась на землю рядом с Вандой. Она покопалась в рюкзаке и достала оттуда две жестяные банки гречневой каши с мясом и хлеб, обёрнутый в тонкий кулинарный пергамент.

Назар проследил за её действиями и, немного помедлив, выудил из собственного рюкзака маленький котелок, две кружки, мешочек с сахаром и расставил всё это прямо на земле. Побродив по поляне, парень набрал сухих веток, соорудил из них нехитрое гнездо и уже собирался сложить ладони вместе, как вдруг замер и, прищурившись, глянул на Ванду. Девчонка мгновенно ощутила его взгляд и поняла, что сделала это подсознательно, просто почувствовала, что поток его мыслей направился в её сторону. Она подобралась и уставилась на него в ответ, пытаясь понять, чем заслужила такое пристальное внимание в свой адрес.

– Дамы вперёд, – с едва заметной улыбкой Назар кивнул в сторону основы для будущего костра.

Ванда лишь пожала плечами – вызывать энергетический огонь она научилась давно и получалось у неё это довольно ловко. Сложив ладони вместе, девчонка образовала сферу, сжала её в правой руке и, щёлкнув пальцами свободной кисти, вызвала желанную искру. Прежде чем ослабить границы энергетической сферы, контролировавшей стихию, она покосилась на Назара и заметила, что тот не отрываясь наблюдает за её действиями.

– Я делаю что-то не так? – спросила она, хотя была уверена в себе как никогда. Парень мотнул головой и потупил взор, но Ванда видела, что он явно сдерживается, умалчивает о чём-то.

Вскоре поляну наполнило тихое потрескивание костра. Назар соорудил треногу из веток и подвесил пустой котелок над пламенем. Он снова посмотрел на Ванду, и та поняла его без слов. Возведя руки над посудиной, принялась наполнять свой энергетический шар водой.

– Ты знаешь о том, что любое энергетическое действие выполняется за счёт твоего депо? – спросил он вдруг.

Ванда замерла, сжав сферу, полную воды, в ладонях, и нахмурилась.

– Я, по-твоему, идиотка? – спросила девчонка. – Конечно, я знаю.

– Ты не поняла моего вопроса, – беззлобно усмехнувшись, отозвался Назар и посмотрел на её руки. – Твой энергетический шар является продолжением твоей личной энергии, но и то, что находится внутри него, берёт начало из энергетического депо, – парень щёлкнул пальцами, и над его головой появилась проекция депо его организма, а рядом появилась мерцающая рамка, в которой было написано сто процентов. Назар проделал нехитрые манипуляции, и теперь в его руках висела абсолютно такая же сфера с водой, как и у Ванды. – Видишь, ресурс моего депо уменьшился.

И действительно. Значение в рамке уменьшилось и стало равно девяноста девяти целым и двум десятым. Впрочем, уже через несколько секунд цифры блеснули, и значение стало увеличиваться – началось самовосстановление энергетического потока.

Не обращая на это внимания, Назар провёл над головой девчонки ладонью, и теперь в воздухе зависла проекция её организма с точно такой же рамкой. Отличалось только значение в ней – девяносто девять и восемь. Ванда рассеянно посмотрела на Назара, потом перевела взгляд на Мари, после на свои руки и опять на парня, продолжавшего сверлить её взглядом.

– Ты хочешь сказать, что моё депо не расходуется, когда я обращаюсь к стихии? – медленно проговорила она.

Сознание постепенно начало наполняться разного рода догадками, но делать конкретные выводы Ванда не спешила. Ей хотелось услышать хоть какие-то объяснения от наблюдательного парня.

– Именно так. Ты используешь не собственный ресурс, а берёшь силу прямо из пространства. Проще говоря, расходуешь ресурс природы.

Сказав это, Назар поднялся с места и направился в чащу леса. Несколько секунд она медлила, а потом быстрым движением выплеснула воду из сферы в котелок, бросила взгляд на Мари и поспешила за ним.

К тому моменту парень уже скрылся из виду, но она почти сразу отыскала его. Назар собирал травы и ягоды для будущего чая, что-то насвистывая себе под нос.

– Это плохо? – оказавшись рядом с ним, спросила Ванда.

– О чём ты?

– Ты сказал, что я расходую природный ресурс, – терпеливо пояснила девчонка, чувствуя, что начинает злиться.

Назар всегда вёл себя странно. Мог сказать что-то, но не напрямую, а просто намекнуть, а потом уйти, оставив своего собеседника наедине со своими домыслами.

– Ресурс природы огромен. Конечно, всех нас учат, что нужно относиться к этому с умом, но от одной маленькой искры, украденной из природного хранилища, оно не опустеет, – парень выпрямился и вполне добродушно, но в то же время как-то хитро улыбнулся ей. – Тебе не о чем переживать. Такая способность не несёт в себе чего-то ужасного, наоборот, она может стать твоим преимуществом.

– Но я не понимаю, как это происходит. Почему я беру энергию не из своего депо, а из природного?

– У всего в этом мире есть своя энергетика. Просто у тебя, видимо, есть какая-то особенная связь со стихиями, и природа делится с тобой своей силой.

Ванда потрясенно молчала, не зная, что ответить ему. Они продолжали углубляться в лес. Дело шло к ночи, и воздух стал неприятно холодным. Заметив, как она подрагивает от каждого порыва ветра, Назар отдал ей свою куртку, и девочка с благодарностью приняла вещь.

– Наверное, мне стоит вернуться в общину, – нарушила молчание она и глянула наверх. Из-за редких туч виднелся яркий месяц.

– До полуночи еще есть время, – Назар беспечно пожал плечами и жестом указал в сторону поляны. – Сейчас поедим, а потом можем позаниматься. Твой наставник хорошо обучил тебя основным энергетическим заклятьям, но вот навыки ведения боя у тебя хромают.

– Крис больше времени уделяет Феликсу, – согласилась она. – Да и я сама не отдаю тренировкам должного внимания. Понимаешь, я никогда ни с кем не враждовала, не ссорилась и тем более не дралась. Я пацифистка.

– Добро должно быть с кулаками, – ухмыльнулся парень и поиграл бровями. – Ты энергетик, член пограничной общины. Здесь не получится избежать сражений.

– Элис как-то сказала мне, что мой дар позволит мне действовать другим путем.

– Верно, – кивнул Назар.

Они вернулись на поляну, и парень отправил в котелок собранные травы и ягоды, помешал варево ложкой и сел на землю, подогнув под себя ноги.

– Но пока что твой дар слаб, и прежде чем ты научишься использовать его в полную силу, тебя могут пристукнуть во время любого нападения.

– Хватит её пугать, – шикнула на него Мари и, сев рядом с Вандой, обняла её за плечи.

– Он прав, – вздохнула она и сжала ладонь подруги.

Разделив с членами патрульной группы ужин, Ванда почувствовала, что ее разморило. Тепло костра, горячий чай и ненавязчивая беседа подарили ей чувство спокойствия. Она задавала вопросы об общине, о дозорных группах и их правилах. Мари с охотой объясняла ей все то, что она не понимала, а Назар непривычно молчал. Обычно парень имел дурную привычку перебивать сестру, но сейчас он сидел с самым отстраненным видом, делая частые короткие глотки из своей кружки и о чем-то думал. Ванда попыталась незаметно проникнуть в его сознание, но, встретив его насмешливый взгляд, потупила взор и втянула голову в плечи. Но Назар ничего не сказал, лишь кивнул ей и, поднявшись на ноги, поманил за собой.

Перед тренировкой они оба решили размяться. Ванда встала в некотором отдалении и принялась делать нехитрые манипуляции руками и ногами, радуясь тому, что в лесу было темно и, как ей казалось, Назар не видит её неуклюжие движения.

За спиной хрустнула ветка, и прежде чем она успела хоть как-то отреагировать на это, кто-то цепко ухватил её за плечи.

– Знаешь, лезть в чужую голову без спроса очень некрасиво, – раздался вкрадчивый голос около уха девчонки, и она ощутила, как по спине пробежал холодок. – И что же ты хотела отыскать в моем подсознании?

– Я ничего не искала. Просто мне стало интересно, о чем ты думаешь, – честно ответила она. Поведение Назара сбивало её с толку сильнее, чем обычно. – Я пытаюсь тренировать свои навыки при любом удобном случае. Обычно объектом моих попыток вторжения в чужое сознание выступает Феликс, но с ним это слишком просто. Он никогда не закрывается, и проникнуть в его мысли проще простого.

– А я, значит, закрытая книга? – хмыкнул Назар и, сжав её плечи, развернул к себе лицом.

– Просто Феликс доверяет мне. Он мой брат, и, хотя раньше мы с ним часто спорили, у нас никогда не было секретов друг от друга, а после того, как мы попали в общину, стали еще ближе.

Назар слушал ее внимательно. Вокруг было темно, но зеленый цвет его глаз выделялся на фоне царящего лесного мрака. Взгляд, которым он смотрел на нее, был пристальным, изучающим и очень цепким. Но если в первую их встречу он показался ей неприятным и отталкивающим, то сейчас она не испытывала тяжелого напряжения, хотя парень и стоял слишком близко к ней. Конечно, где-то в глубине души она чувствовала смятение, но оно было скорее приятным.

– Я мог бы позволить тебе потренировать свои способности на мне, – непривычно мягким голосом сказал Назар, проводя ладонями по её плечам.

На девчонке до сих пор была надета его куртка. Каким-то заботливым, не свойственным для самого себя жестом, он поправил воротник и застегнул молнию почти до подбородка. Всё это резко контрастировало с его обычным поведением, с его жесткой и холодной внешностью.

– Это будет честный обмен – я научу тебя драться, а ты поможешь мне развить умение контроля над собственным сознанием.

– Лисбет говорила, что в мире энергетиков почти нет людей, обладающих даром, похожим на мой. Зачем тебе учиться защищать свое сознание? – она усмехнулась и по-птичьи склонила голову набок. – Или ты хочешь уметь защищаться конкретно от меня?

– Таких, как ты, действительно нет, за исключением одной женщины. Кажется, она предводитель какой-то староверской общины, – кивнул Назар и, наощупь найдя её ладонь, крепко сжал, переплетая их пальцы. – Но наша Элис, например, обладает нехилой силой внушения, а такие энергетики – опасные противники. Кроме того, есть те, кто умеет наводить морок. Я силен физически, но этого недостаточно, когда сражаешься с такими.

Ванда сощурилась и, глядя ему прямо в глаза, попыталась проникнуть в его сознание. Отголоски шепота доносились словно из-за глухой стены, но она твердо решила не отступать. Раз ей удалось однажды проникнуть в его мысли, значит, могло получиться снова. Постепенно развивая свой дар, Гросс поняла самое главное – путь в сознание каждого человека имеет особый, уникальный маршрут, и, если часто проходить эту призрачную дорогу, со временем этот путь будет преодолеваться автоматически. По крайней мере именно так у неё получалось с Феликсом. Но сейчас перед ней стоял не брат. Назар был другим, чужим, хотя она постепенно начала привыкать к нему.

– Когда ты это делаешь, у меня появляется ощущение, что ко мне в голову залез очень любопытный паук, – сообщил Назар, отвлекая её от настойчивых попыток.

Она не отреагировала на его слова, всецело сосредоточившись на своей задаче. Стена в его сознании неумолимо таяла, но Ванда чувствовала сопротивление парня. Он не собирался поддаваться. Это было не в его правилах.

Почему-то беспощадность, присущая Назару во всем, нравилась ей. У него не было стремления быть лучшим, но он не умел сдаваться и уступать. С каким-то особенным азартом он стоял на своем, и Ванда втайне хотела научиться быть такой же.

Девчонка опустила веки, и в её голову лениво скользнули нити чужого сознания. Простой поток обыденных мыслей о прошедшем дне, картинки увиденного, ощущения пережитого. Она поняла, что попала в его недавние воспоминания. Ванда ощутила на кончике языка вкус чая и поморщилась – она и не думала, что Назар такой сладкоежка. От количества сахара, с которым тот пил чай, у неё тут же появилась сухость во рту, но почти сразу исчезла, сменяясь пеленой ярких образов сумеречного леса и ощущением трав на кончиках пальцев. Покрутившись перед глазами яркими вспышками, вскоре и они истаяли, уступая место странному видению.

Ванда увидела собственное сосредоточенное лицо, подсвеченное пламенем костра. Смотреть на себя со стороны, воспринимать собственный облик чужими глазами было непривычно. Вслед за визуальным образом явились нити эмоций, тонкие, едва различимые, и от них исходило тепло, от которого её щеки тут же вспыхнули. Она открыла глаза, выныривая из чужого сознания и столкнулась с яркой, мерцающей зеленью глаз.

Ванда почувствовала, как её сердце тихо ухнуло вниз и, неловко кашлянув, прочищая горло, хотела уже заговорить, но её порыв был прерван звуком сирены.

Глава 13

Не сговариваясь, они рванули на поляну, где осталась Мари. Достигнув места назначения, оба застыли, глядя на то, как стремительно проявляется пограничное поле. Обычно прозрачное, бесцветное, оно мерцало во тьме тревожным красным светом. Окрестности мгновенно наполнил чудовищный звук, словно кто-то бил со всей силы по стеклу.

В преддверии третьей встречи с Темными Ванда чувствовала себя так, будто оказалась во сне. И дело было не в страхе, нет. На этот раз она просто растерялась, потому что вдруг поняла, что оказалась в первых рядах тех, кто должен был встретить недруга. До этого она не задумывалась о том, что испытывают дозорные, встречающие врага сразу по прибытии, потому что не планировала когда-либо становиться одной из них. Девчонка подумала о том, что никакой боевой опыт и сноровка никогда не смогут стать гарантией того, что битва закончится победой, и испытала прилив восхищения храбростью тех, кто день изо дня несет патруль у границы.

От всех этих размышлений её оторвал голос Лисбет, одновременно доносившийся из браслетов всех присутствующих на поляне подростков. Предводитель уже отдавала команды членам общины.

– Возвращайся в жилую часть поселения, – скомандовал Назар, одновременно с этим наблюдая за тем, как на поверхности призрачной границы расползается первая трещина.

Ванда и сама смотрела туда, как завороженная, не в силах оторваться от захватывающего действа.

– Беги! – крикнула Мари, видя, что подруга не двигается с места.

Раздался оглушительный треск, и откуда-то повеяло таким холодом, что у Ванды тут же заледенели пальцы. Трещина стремительно разрасталась, и сквозь уродливые расселины повалил черный дым. Девочка неосознанно шагнула назад, чувствуя, как горло сдавил зарождающийся в груди крик. Но она не успела издать ни звука, потому что прямо на ее глазах граница раскололась, пропуская внутрь общины первые тени людей. Только тогда она осознала, что ей действительно пора уносить ноги.

– Поздно, – прорычал Назар и одарил Ванду хмурым взглядом.

В его глазах не было злости, скорее во взгляде парня читалось беспокойство. Переглянувшись с ним, Ванда отчетливо расслышала его мысли и в любой другой момент обиделась бы на них, но сейчас понимала, что Назар прав – находясь здесь, она станет обузой.

Злость на саму себя затопила все тело. Ну вот зачем она пошла к границе? Почему не ушла еще несколько часов назад? Но времени на самобичевание не было. Ванда оттолкнулась ногами и взмыла вверх. Зависнув между стволами, она быстро огляделась, оценивая ситуацию, и на всякий случай набрала энергию в руки.

Темные прислали довольно большой отряд, но нападать они не спешили. Сначала Ванда не понимала причины этого, но, обратив лицо вверх, заметила, как по небу расползается мерцающий обруч. Темные пытались раскрыть портал, чтобы попасть сразу в жилую часть общины.