Когда ветер качает вереск

Выходит за дверь раньше, чем слышит ответ Форест. И как только он оказывается вне квартиры, улыбка и хоть сколько-нибудь вежливое выражение лица испаряются. Ушла. Эта мелкая зараза просто так взяла и ушла. Хантера это внезапно раздражает. Нет, даже не так. Эрин должна бы бояться. Но за последние пару часов, которые они провели за одним столом, она была отстранённой, раздражённой, злой. Чёрт, да какой угодно, но страха не испытывала. Почему?

Хантер видит её второй раз в жизни и в обоих случаях не понимает этого поведения. Он останавливается, выйдя на улицу, чтобы прикурить сигарету. Раздражённо выдыхает. Да какая нахрен разница? Никакой, но ему нужно избавиться от злости и раздражения, полученных удвоенной порцией по акции сегодня утром. И есть только два способа. Первый не подходит, потому что он вышел по УДО меньше недели назад и если попадётся на избиении кого бы то ни было, то отправится назад в «Райкерс» уже до конца срока.

Остаётся второй вариант.

И он заключается в том, чтобы вылить всё это дерьмо на другого человека. Эмоциональная разрядка посредством психологического угнетения того, кто не имеет никакого отношения к этому. Так уж вышло, что сегодня это раздражающая его маленькая зараза.

***

Эрин дёргает капюшон пальто, натягивая его на голову. Сердито шагает по улице в сторону сквера с небольшим прудом и мостиком, перекинутым через него. Перебегает дорогу, особо не глядя по сторонам. Она зла. Это точно. А ещё этот Хантер угадал – она почувствовала себя загнанной в угол сразу, как только увидела его сегодня. За каким хером он пришёл? Эрин не дура и не собирается болтать о том, что видела, это же и так понятно. Садится на скамью, лицом к пруду, достаёт сигареты и прикуривает одну, глядя на отражение луны в воде. Выдыхает дым, просто надеясь, что сегодняшний вечер был исключением и больше она этих людей не увидит.

– Я думал, магазин в другой стороне.

Эрин замирает, услышав уже знакомый насмешливый голос. Не поворачивает голову, хотя боковым зрением видит, как Хантер подходит и забирается с ногами на скамью, чтобы сесть на её спинку. Щёлкает зажигалка, на мгновение осветив его лицо, и девушка слышит шумный вдох, когда он затягивается. Хантер поворачивает голову, пристально разглядывая её профиль прищуренным взглядом, и Эрин внезапно испытывает жгучее желание исчезнуть.

– Какого чёрта тебе нужно от меня? – не выдержав затянувшегося молчания, спрашивает.

– Ну вот, ты своим брюзжащим тоном только что в зародыше убила мой благородный порыв не оставлять девушку в такое позднее время одну на улице, – выдыхает мужчина, переводя взгляд на пруд. Усмехается. – А потом все говорят, что рыцари перевелись. Взбалмошные бабы, – бормочет себе под нос с зажатой в зубах сигаретой.

Эрин поворачивает голову, хмуро глядя на него. Хантер видит это, поэтому приподнимает одну бровь, ожидая ответа на невысказанный вопрос.

– Зачем этот твой Марк прицепился к Тео?

– Это… – Хантер хмурится, потом ухмыляется. – Это вышло случайно.

– Да что ты, правда? – язвительно отзывается.

– Он должен был кое-кого отвлечь, но перепутал её с твоей подругой. А потом мы заметили вас, когда вы уходили из клуба. Ну… – Пожимает плечами. – Я подумал, что этим можно воспользоваться. И…

Внезапно замолкает, нахмурившись. Какого черта он только что раскрыл свой рот? Пришёл ведь не за этим… С удивлением отмечает, что злость, сопровождавшая его, уступила место любопытству. Нелепость действий Эрин поражает его. Косится в сторону девушки.

– Совсем отбитая?

– Что? – переспрашивает она, нахмурившись.

– Любой нормальный человек на твоём месте испытывал бы страх. Нормальная реакция на угрозу со стороны другого человека. Вижу, ты знаешь, что я не шучу, но при этом ведёшь себя так… – неопределённо машет рукой, закатив глаза. – Вот я и интересуюсь, у тебя крыша течёт или что? Не в состоянии адекватно оценивать риски?

Взгляд Эрин тяжелеет и она отворачивается, переводя взгляд на пруд. Затягивается.

– Ты не первый козёл, который появляется в моей жизни. – Выпускает дым. Снова смотрит на него. – И далеко не самый опасный.

Хантер щурится, щелчком пальцев отправляет недокуренную сигарету в сторону и наклоняется к ней.

– Может и так, – говорит чуть хриплым голосом, задерживается взглядом на её губах, снова смотрит в глаза, – но здесь и сейчас тебе лучше не лезть на рожон. Незачем усложнять себе жизнь. Держи рот на замке и больше никогда не увидишь меня.

– Что вы с ним сделали? – спрашивает Эрин раньше, чем успевает прикусить язык. Хантер моргает, выпрямляется, уставившись на неё. Она… тупая что ли?

– Не твоего ума дело, – отвечает холодным тоном. Медленно, словно Морган действительно туповатая.

– Он жив? – напирает, понимая, что играет с огнём.

Чётко осознавая – то, что она сбежала, не попытавшись хоть как-то помочь, не даст ей спокойно жить, не может промолчать. Знает каково это, видеть, что кто-то в состоянии тебе помочь, но смотрит на тебя, как на пустое место, выбирая между тобой и собственным благополучием второе. Так проще. В Ирландии все вокруг знали, в каком аду она живёт, но никто ничего не делал, чтобы помочь. Даже когда Эрин была совсем ребёнком. Никакие соцслужбы, полиция или органы опеки не лезли в их дом. Потому что все боялись её отчима.

Хантер не отвечает, продолжая сверлить раздражённым взглядом.

– Понятно, – говорит Эрин, резко встаёт, собираясь уйти.

Непонятно на что вообще рассчитывала, задавая подобные вопросы. Ясно же, что для этой скотины человеческая жизнь ничего не стоит. Рид резко выбрасывает руку вперёд, хватаясь за её капюшон, и тянет назад.

– Далеко собралась?

– Не твоего ума дело, – копируя его тон, отвечает, вырываясь. – Отпусти! – зло шипит сквозь сжатые зубы.

Хантер спрыгивает со скамьи, продолжая держать её сзади за капюшон. Ухмыляется, наблюдая за тем, как девушка беспомощно размахивает руками, пытаясь избавиться от его хватки, напоминая какого-то злобного хорька. Резко отпускает и Эрин оступается, поддаваясь инерции, но удерживается на ногах. Выпрямляет спину, раздражённо поправляет пальто. Разворачивается, шагает в сторону выхода из сквера.

Хантер шагает за ней, куря очередную сигарету и наблюдая за сердитой походкой. Идёт следом до самого дома, поднимается вместе с ней, хотя девушка отказывается ехать с ним в одном лифте и поднимается пешком. Глупо по мнению Хантера, но это не его дело. Проходит минут пятнадцать-двадцать прежде, чем дверь на лестницу открывается и в небольшом коридоре последнего, двадцать пятого этажа, появляется запыхавшаяся Эрин. Она даже не смотрит на мужчину, пройдя мимо и упрямо вздёрнув подбородок.

– Курить бросай, легкоатлетка, – ехидно комментирует Хантер её тяжёлое дыхание.

Эрин никак не реагирует на эти слова. Открывает дверь, шагает в квартиру и с силой захлопывает, едва не сломав мужчине нос, но тот вовремя реагирует, выставив руку вперёд. Эрин дёргано стягивает с себя пальто, цепляет взглядом обнимающихся на диване Тео и Арво, закатывает глаза, рыкнув что-то нечленораздельное и, громко топая ногами, поднимается по лестнице на второй этаж. Когда слышится грохот, означающий, что Эрин здорово хлопнула дверью в свою комнату, Тео дрогнув, переводит взгляд на Хантера и ей становится не по себе. Он выглядит совсем не так, как в начале вечера. Словно перед ней совсем другой человек с пугающим взглядом.

– Нам пора, – невозмутимо говорит он Арво.

– Да ладно тебе…

Начинает возражать тот, настроившись вообще-то получить сегодня от мисс Радужные волосы немного больше, чем глупые поцелуи. Хантер едва заметно приподнимает брови и этого оказывается достаточно. Арво подрывается с дивана, испытывая раздражение и злость, и снова раздражение. Сухо прощается с ничего не понимающей Тео и выходит. Рид задерживается на мгновение, вглядываясь в лицо девушки, затем так же уходит, только ничего не говорит, в отличии от своего подчинённого.

Теона хмурится. Направляется к лестнице и быстро поднимается на второй этаж. Стучит.

– Не сейчас, Тео, – слышится приглушённый голос Эрин.

– Эрин! – Она снова стучит. – Что-то случилось?

– Да. – Голос Эрин звучит громче, секунду спустя она открывает дверь. – Случилось. Я устала, как чёрт. И хочу спать. Можно? – Натягивает на лицо улыбку. Тео смотрит на неё несколько секунд.

– Точно всё в порядке?

– Угу.

– Ладно. Спокойной ночи?

– Угу.

– Ладно, – говорит она тише, делает шаг назад, разворачивается, направляется к лестнице и уходит прочь.

Эрин смотрит ей вслед несколько мгновений, затем закрывает дверь и сползает на пол, уперевшись спиной в неё. Замирает, вспоминая короткий разговор с преступником, которого должна бояться. Она и боится. А тот факт, что Хантер или как его там, не видит этого, означает, что Эрин всё ещё не растеряла свои хамелеоньи навыки.

***

Раннее утро для жителей Нью-Йорка, начавшееся, как и положено, для Дэйва Моджо, Раста и Мака просто перетекло со вчерашнего в сегодняшнее. Они почти не спали, удовлетворившись коротким отдыхом на диванах. Сейчас, когда техники, спецы и другие сотрудники начали медленно подтягиваться в штаб, эта троица уже сидела в командном центре, молча попивая крепкий кофе и мрачно разглядывая материалы дела. Миссис Макнот прошлым вечером не оказалось дома и им пришлось попотеть, чтобы узнать, что она у сестры. И сейчас они ждали, пока пара молодых агентов привезут её на допрос с минуты на минуту.

– Думаете, она замешана? – уныло интересуется Раст.

– Нам предстоит это узнать, – отвечает Мак, сильно потирая лицо руками, пытаясь таким образом проснуться окончательно.

– Нечего тут узнавать. Её дочь убили за двое суток до теракта тем же газом, – раздражённо говорит Дэйв. – И всё, что нам нужно узнать, это каким именно боком она причастна.

– Кстати, – оживляется Калвертон, – наши спецы уже установили состав этого газа?

– Нет. – Мак поджимает губы. – Там какая-то сложная формула. И, учитывая то, что материала для анализов ничтожно мало, они не могут отсеять нужное количество для исследования.

– А кровь жертв? – Раст хмурится. – Разве в ней нет этой дряни?

– Ни единого следа. – Рочестер смотрит в сторону входной двери из стекла и встаёт. Привезли подозреваемую. – Их кровь чиста. Видимо эта дрянь выветривается в течении нескольких часов. Она здесь. – Кивает в сторону только что зашедших агентов и миссис Макнот. – Проведёте допрос?

– С удовольствием, – зло цедит сквозь зубы Моджо, шагает за женщиной и агентами на приличном от них расстоянии.

– Проследи за тем, чтобы он не сожрал её, – тихо говорит Мак Калвертону и тот кивает, поморщившись.

Мира Макнот садится на металлический стул в маленькой комнате для допросов, нервно озираясь по сторонам. Она не чувствует ничего, кроме абсолютной усталости. Кажется, даже слёз не осталось. Три дня назад ей сообщили о смерти единственного ребёнка, но для неё эти три дня длятся целую вечность. Она вздрагивает, когда дверь открывается и в помещение заходят двое мужчин немногим моложе её.

– Миссис Макнот, я спецагент Калвертон. Это, – наклоняет голову в бок, указывая на второго мужчину, от взгляда которого Мире хочется спрятаться, – мой напарник, спецагент Моджо. – Садится напротив неё. – В первую очередь, примите наши соболезнования по поводу смерти вашей дочери.

– Её убили, – бесцветным тоном говорит Мира. Качает головой, с удивлением обнаруживая, что слёзы то не кончились. – Зачем кому-то понадобилось убивать мою девочку?

Поднимает покрасневшие глаза на Калвертона и он, невзирая на то, что возможно эта женщина замешана в теракте, чувствует искренние сожаления.

– Я думал, вы нам ответите, – сухо говорит Дэйв, отталкиваясь от стены.

– Что? – не понимающе переспрашивает женщина. Калвертон медленно выдыхает, сверля взглядом профиль напарника.

– Вашу дочь убили газом, в состав которого входят те же элементы, что и в смертельный газ, убивший несколько десятков человек вчера утром в здании суда, – продолжает Дэйв, не меняя тона. – Что вы об этом знаете?

– Ничего, – растерянно отвечает.

– Ой, Мира, кончай ломать комедию. – Дэйв закатывает глаза. – Это не простое совпадение! – Упирается ладонями в стол, нависая над ней.

– Дэйв, – цедит Раст. Ждёт, пока Моджо посмотрит на него. – Притормози. – Дэйв какое-то время сверлит его взглядом, а потом отталкивается от стола и отходит на пару шагов. – Миссис Макнот, где вы были вчера в восемь часов утра?

– Дома, – взяв себя в руки, отвечает она. – Мне дали неделю отпуска из-за того… из-за… – Замолкает, потому что вот-вот расплачется.

– Хорошо. Когда вы видели дочь в последний раз?

– В пятницу днём, – устало отвечает. – Салли должна была ночевать у своей подруги и она бы ушла из дома раньше, чем я вернулась. Поэтому мы договорились, что она заедет ко мне на работу и мы вместе пообедаем. И ей всё равно нужно было попасть ко мне из-за проекта, который задали в школе.

– Что за проект? – интересуется Раст.

– У них… – Женщина затравленно смотрит на него, снова переводит взгляд на Моджо. – Им в школе задали приготовить доклад о месте работы родителей.

– Это же задания для средней школы, – хмурится Раст. – А она училась в выпускном классе.

– Она… она мне так сказала, – говорит Мира. Дэйв выдыхает, сжимая пальцами переносицу.

– И? Что вы делали? Долго она там была? Водили её по зданию?

– Нет. Не за чем. Салли уже бывала у меня на работе и знает примерно что да как, – испуганно отвечает женщина. Дэйв и Раст переглядываются.

– Миссис Макнот, – обращается к ней Раст, – во время её визита она всегда была в поле вашего зрения?

– Д-да… – Мира хмурится, что-то вспоминая. – Нет. Она выходила в туалет.

– Долго её не было? – Моджо снова приближается к столу, вцепившись взглядом в её лицо. Раст знает этот взгляд и ему он абсолютно не нравится. Мира пожимает плечами.

– Минут пятнадцать-двадцать. – Смотрит то на одного, то на другого. Агенты переглядываются.

– В какое время это было? – снова задаёт вопрос Дэйв.

– Во втором часу, – медленно отвечает женщина.

– И в тот день вам так и не удалось пообедать с дочерью, не так ли? – вежливо интересуется Моджо.

Слишком вежливо.

– Верно. Откуда вы знаете?

– Что произошло? – подключается Раст. Она переводит взгляд на него.

– Ей кто-то позвонил и она ушла толком ничего не объяснив.

– Хм, – произносит Дэйв, встречается взглядом с напарником. – Пошли. – Резко разворачивается, направляясь к двери. Выходит.

– Мы скоро вернёмся, – дежурно улыбнувшись, говорит Раст Мире и торопливо выходит вслед за напарником. – Дэйв! – Моджо не реагирует.

– Мы не там искали, – говорит тот. Врывается в помещение Центра, шагает прямиком к Рочестеру. – Нужны пятничные записи с камер видеонаблюдения суда, – говорит он Маку. – Примерное время с часу до двух дня.

Мак хмурится, но машет рукой одному из техников и тот начинает работать, стуча по клавиатуре. Проходит несколько минут, в течении которых никто не произносит ни слова. Когда техник находит нужные записи, Мак просит его вывести их на большой экран, техник делает это и экран делится на множество меньших изображений. Все трое впиваются в них взглядами, выискивая среди людей Салли Макнот.

– Вот она! – говорит Калвертон, указывая на один из экранов.

Они следят за её передвижениями с того момента, как она покинула кабинет матери. И испытывают разные эмоции, когда видят, что молодая девушка, боязливо озираясь по сторонам, заходит в зал суда, который прошлым утром стал могилой для нескольких десятков человек. Салли выходит через несколько Минут, предварительно убедившись в том, что в коридоре ни с кем не столкнётся. И почти бегом удаляется, возвращаясь в кабинет матери.

– Её телефон нашли? – мрачно спрашивает Мак.

– Да, но его профессионально почистили, – отвечает техник. Мак смотрит на него через плечо, уперев руки в бока. – В нём обнаружены остатки вируса, пожирающего всю инфу, – тихо дополняет.

– Зачем семнадцатилетней школьнице делать такое? – непонимающе спрашивает Раст, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Так они действуют, Раст. Забыл? – язвительно интересуется Дэйв. – Вербуют школьниц-идиоток, забивая им мозги всякой чушью. Так было в Бостоне.

– Да, – подтверждает Мак, резко развернувшись и шагая к своему рабочему столу, – но здесь мы знаем личность девушки. – Дёргано перебирает какие-то бумаги. Не находит то, что нужно. – Моджо, Калвертон, берите столько людей, сколько вам нужно. Отправляйтесь домой к Макнотам. – Перестаёт ковыряться в бумагах. – Чёрт. – Упирается руками в стол, смотрит на агентов. – Притащите сюда всё. Ноутбук, планшет, mp3-плейер, калькулятор и тамагочи, если найдёте. Мне нужно всё, что принадлежало девочке.

Агенты не ждут повторного приказа. Калвертон идёт в комнату для допроса за миссис Макнот. Моджо за криминалистами и техниками. Рочестер провожает их взглядом. Рявкает на притихших спецов, а потом сцепляет руки в замок на затылке, пытаясь успокоиться. «Паноптикум» улизнул от них в Бостоне, оставив за собой гору из трупов. Он знал, что это они. У него не было прямых доказательств, но он знал. И раз они выбрали Нью-Йорк, значит, жертв будет намного больше, чем в Бостоне. Там была одиночная акция. Пробный выстрел. И если он облажается здесь, то одному богу известно как много людей пострадает.

Глава 4.

– Привет, мистер Мартенс!

Эрин пытается выдавить из себя улыбку, проходя мимо охранника на первом этаже редакции. Не выходит. Улыбка получается вымученной и пожилой мужчина видит это.

– Доброе утро, мисс Морган, – отвечает он. Озадаченно хмурится. – Всё в порядке?

– Да, конечно, – говорит девушка, ставя свою подпись на бланке. – Просто не выспалась.

Улыбается, не собираясь переубеждать Мартенса и сообщать о том, что совсем не обычные развлечения современной молодёжи стали причиной её бессонницы. А опасный, нахальный и абсолютно аморальный тип. Она тяжело вздыхает, заходя в лифт. Дежурно улыбается тем, чьих имён не знает, но часто видит. Отстраняется мысленно от «здесь и сейчас», погружаясь в вакуум. Затем плавно переходит к мысленному планированию сегодняшнего рабочего дня, потому что успеть нужно много и за совсем короткий срок. Лифт звякает, вырывая из размышлений и она выходит на нужном этаже. Здоровается с теми, кто уже пришёл или, как в случае с Ником Рафферти, ещё не уходил. Кидает сумку у своего стола.

– Эй, Эрин, – обращается к ней Ник, – босс просил тебя зайти, – сообщает устало.

– Ладно, спасибо. – Девушка слегка улыбается, разворачивается и шагает к кабинету Ланкастера, по пути пытаясь избавиться от слов Хантера о нём. Безуспешно. – Да свали ты уже… – едва слышно бормочет себе под нос. Тормозит на секунду у двери кабинета и, натянув улыбку, заходит. – Привет. Рафферти сказал, ты хотел меня видеть. – Старается говорить бодро.

Сэм, до этого качающийся в своём кресле и наблюдающий за городом, вытаскивает изо рта карандаш, который грыз, задумавшись настолько, что даже не заметил этого. Удивлённо смотрит на него и откидывает на массивный дубовый стол.

– Да. Надо поговорить. – Хмурится, пристальнее вглядываясь в лицо Эрин. – Бессонная ночка? – спрашивает, усмехнувшись. Она закатывает глаза, садясь в кресло напротив.

– О чём ты хотел поговорить? – переводит тему разговора, сцепив руки в замок.

– Я тут подумал… – Сэм отводит взгляд и Эрин это совсем не нравится. Она хмурится. – То дело, с терактом…

– А что с ним? – Взгляд девушки тяжелеет, потому что она почти уверена, что знает о чём сейчас скажет босс. Сэм смотрит в ответ.

– Рафферти возьмётся за это. Там материала явно не на одну статью и он уже опытный в таких сюжетах.

– Сэм… – Эрин двигается ближе к краю кресла.

– Нужно будет общаться с ФБР и полицией, судмедэкспертами. Возможно, с какими-нибудь учёными, – монотонно перечисляет он. – Говорят, здесь замешан «Паноптикум», а это значит, что копать информацию будет в десять раз опаснее и…

– Сэм!

– Я сказал нет! – Повышает голос, теперь пристально глядя ей в глаза и Эрин замолкает, потому что так с ней ещё не говорили. Точно не здесь. – Хочешь написать серию статей про коммерческие тюрьмы, пожалуйста. Но к тем ублюдкам я тебя и близко не подпущу, поняла?! – Он замолкает, разозлённый больше на себя, чем на девушку. Эрин молчит, щурится.

– Ладно. Отлично, – говорит пару секунд спустя. От Ланкастера не ускользает тон голоса. Он закатывает глаза.

– Эрин…

– Нет, всё нормально, правда. Ты босс, тебе решать, – перебивает, упирается ладонями в подлокотники и отталкивается, поднимаясь.

– Эрин.

Сэм откидывается на спинку кресла, прекрасно видя обиду в глазах напротив.

– Я поняла, не доросла ещё до подобных сюжетов. Ага.

Морган направляется к двери. Сэм прикрывает глаза, трёт лоб пальцами, но не опровергает её слова. Пусть лучше она думает, что причина в этом. Потому что правду знать никому не нужно. Ни ей, ни кому из сотрудников. Сэм Ланкастер тоже имеет кое-какие секреты, для кого-то, возможно, очень даже смертельные. Но и всё это не имеет значения. Он знает что за люди состоят в «Паноптикуме» и будь его воля, он бы и Рафферти не стал отправлять на это дело. Но Сэм всё ещё главный редактор «Немезиды». Эта известная часть его жизни, та, которой он живёт днём, накладывает определённые обязанности. Значит, нужно предельно честное и прозрачное освещение актуальных для города новостей. Значит, сюжетом о теракте в здании суда займётся Рафферти.

– Покажи мне материалы, которые успела раскопать по твоей теме, – говорит он. Эрин тормозит, но не оборачивается. – У меня есть знакомые в полиции, свяжусь с ними, чтобы тебе предоставили личные дела заключённых, вышедших по УДО. Разумеется, никаких имён или конкретных данных указывать в статье мы не будем.

– Хорошо, мистер Ланкастер.

– Эрин, – зовёт её немного раздражённо, но она не реагирует.

Когда она подходит к двери, та резко раскрывается и в кабинет залетает Мэгги Лафайет. Ещё одина журналистка. Она на секунду замирает от неожиданности, уставившись на девушку, затем переводит взгляд на Сэма.

– Босс, включите пятый канал, – говорит напряжённо. Ланкастер хмурится, щёлкает по пульту и экран плазмы, висящей на противоположной от стола стене оживает.

Первым планом на экране появляется девушка-репортёр, за ней чёрно-жёлтая лента полицейского оцепления, копы и криминалисты. А ещё, судя по всему, тело, уже упакованное в чёрный пакет. Убийство. Новость для второй половины газеты. Мэгги понимает о чём думает Ланкастер, но он кое-чего не знает.

– Погоди заворачивать сюжет, – говорит ему, улыбнувшись уголком губ. – Убитого уже опознали. Его зовут Ли Чанг. Он химик из Китая. Сложи два и два.

Замолкает. Улыбается шире. Потому что видит понимание на лице мужчины. Смертельный газ плюс мёртвый химик. Слабо смахивает на совпадение.

– Работаешь с Ником, – говорит Сэм. Мэгги кивает и уходит прочь, получив то, что хотела. – Эрин…

Сэм хочет попытаться немного сгладить их разговор, но Эрин его не слышит. Все её мировосприятие в данный момент сужается до фотографии того самого химика, которую вывели на экран. На ней он вполне себе жив и улыбается. И Эрин уже видела его.

В «Вольте».

***

– Бутч, что там с северо-западными улицами? – спрашивает Дон одного из сторожил его бизнеса.

Бутч был с ним с самого начала и является одним из немногих, кому он может доверять больше, чем остальным. Дон собрал его и ещё троих из пяти приближенных, чтобы обсудить кое-какие организационные вопросы. Сейчас, когда большая часть его внимания направлена в другое русло, наркотики и оружие переходят под контроль этой тройки. Буч собирается ответить, но его прерывает резко открывшаяся дверь кабинета, с грохотом ударившаяся о стену. Хантер переступает порог, не потрудившись даже поинтересоваться вовремя ли он. Выглядит обычным, но глубокое дыхание и взгляд выдают его. Он злой, как чёрт, и пытается это контролировать.

– Что-то срочное? – холодно интересуется Дон.

Хантер шагает к его столу и останавливается посреди помещения, где-то за его спиной маячит Эрик, всеми силами пытавшийся его остановить.

– Химик? – цедит сквозь зубы. Дон закатывает глаза, выдыхая и принимая скучающий вид. – Химик, мать твою?! Я думал, мы просто немного прессанём одного из твоих должников, Дон! Такой был приказ! – Хантер приближается к столу Косински и тычет в деревянную поверхность указательным пальцем. – И я точно помню, что когда мы оставили его у клуба, он был вполне себе жив и здоров, – цедит, прищурившись.

– Ты закончил истерить? – уныло тянет Дон.

Рид успокаивается моментально, словно кто-то щёлкнул переключателем. Выпрямляется, усмехается.

– Это случилось в пятницу, Дон, – напоминает тихо. – Своих новых друзей ты представил нам утром в понедельник.