Дай мне согреться

Вероника никогда не работала няней, но все равно знала, что обычно для родителей имеют первостепенное значение рекомендации будущего сотрудника. Просто так ребенка никто никому не доверит. Еще должно быть важно образование, опыт, любит ли человек детей. да за такую зарплату можно было устроить просто бешеный конкурс среди самых опытных нянь.

Постепенно отходя от шока, Вероника пыталась как-то объяснить для себя этот разговор, и, в конце концов, решила, что рано делать какие-то выводы только на основе обычного телефонного разговора. Возможно, все эти важные вопросы у нее еще спросят, просто при личном контакте. Она решила не терять времени, и начать собираться.

Судя по той сумме, которую люди были готовы платить няне, их достаток был явно выше среднего, поэтому Вероника потратила больше времени, стараясь подобрать что-то презентабельное из своего гардероба. Также она тщательно замазала синяки под глазами, чтобы лицо выглядело ну хоть немного посвежее. Оценив свой финальный образ, она осталась разочарована. Платье все равно казалось простым, а глаза так и остались усталыми, хоть синяков и не было видно. Она снова взялась за косметичку, но затем все же отложила ее. Улучшать свое лицо можно бесконечно, но самое главное все равно не спрячешь. Не стоит и пытаться.

- Ты почему не на работе?

Вероника подняла взгляд, и увидела еще не одетого зевающего Андрея.

- Сегодня выходной.

- Куда тогда собираешься?

Вероника поймала себя на нежелании делиться информацией о подработке. Вакансия была что-то какой-то сомнительной, и ей не хотелось рассказывать о том, что все равно так или иначе потом отвалится.

- Есть небольшие дела, – уклончиво сказала она.

- Не расскажешь?

- Давай чуть попозже. Сейчас уже опаздываю, – сказала она, поднимаясь и целуя его в щеку.

- Ты в порядке? Ты какая-то отстраненная, – заметил он.

Вероника растерянно заморгала, удивляясь тому, что Андрей только сейчас заметил в ней какие-то изменения. Она взглядом нашла завядшие цветы, которые лежали на видном месте. Их определенно стоило убрать, пока Андрей не заметил.

- Да. Не обращай внимания. Просто опаздываю немного, - успокаивающе улыбнулась она, медленно приближаясь к цели.

К счастью для нее, Андрей в этот момент проверял остроту ножа в своей руке. Лицо у него было кислым, что подтверждало её догадку о его плохом настроении с утра.

- Ты же знаешь, что можно выходить заранее и ни о чем не переживать. Тогда и окружающим людям будет с тобой приятнее. Приветливых людей любят.

"Он что, ругает меня за то, что я отстраненная или просто начинает новую лекцию о том, как мне жить и планировать своё время?" удивилась она. Желание свалить достигло своего апогея.

Вероника побыстрее вышла, чтобы не быть втянутой в неприятный разговор. Цветы были жестоко запиханы в её маленькую сумочку, что, разумеется не пошло на пользу ни самим цветам, ни сумочке. И если на цветах и так можно было поставить крест, то лишний мусор в сумочке, а также заметные пятна только раздражали её. После встречи с Андреем любая мелочь выводила ее из душевного равновесия. Только оказавшись на улице, она поняла, что так и не успела ничего приготовить на завтрак. Получалось, что поесть она сможет только через 4 часа. И то, только в том случае, если собеседование не займет много времени. Это вызвало у нее новый приступ недовольства собой. Она злилась на себя за то, что довела себя до такого состояния, и только сейчас начала шевелиться. Ей уже давно следовало найти дополнительный заработок, а не экономить каждую копейку, просчитывая, сколько раз она может воспользоваться общественным транспортом. Это было просто унизительно.

Девушка забила адрес в навигатор и с удивлением увидела, что нужный дом располагался где-то в лесной зоне.

Внимательно осмотрев улицу, она не обнаружила поблизости Максима. Сердце кольнуло какой-то пустотой. Сбросив с себя оцепенение, она заставила себя поторопиться.

Взяв для себя довольно быстрый темп, она заметила, что все меньше опаздывает, и вполне успевает к собеседованию вовремя. Но общая тревожность все равно сохранялась. Вакансия казалась очень сомнительной, и ей совсем не помогало то, что нужный дом располагался в лесу.

Только когда она оказалась в лесной зоне, тревога начала потихоньку отпускать ее. Весеннее солнце пробивалось сквозь зеленую листву, преломляясь от расцветающих растений, отчего создавалось ощущение, будто даже воздух был немного зеленым. То и дело слышалось щебетание птичек, готовящихся к брачному периоду. Здесь расцветала своя собственная жизнь, которая наполняла и сердце девушки. Вероника обратила внимание на то, насколько в лесу было тише, чем в городе. Она привыкла не замечать общий городской шум в потоке дня, но только оказавшись вдали от него, она в полной мере смогла оценить настоящую тишину, нарушаемую только маленькой жизнью леса.

«Вы на месте» возместил механический голос из навигатора, но для Вероники эта информация была уже лишней, так как она увидела пункт своего назначения задолго до этого.

Сказать, что этот четырехэтажный коттедж был великолепен – это значит, ничего не сказать. Он был великолепен, потрясающий, ослепителен.Ему бы, наверно, больше подошло бы слово «дворец». Девушка почувствовала себя совсем маленькой рядом со всем этим великолепием. Стены были белыми, а крыша и двери красными. Входные двери были сделаны из красного дерева и украшены узорами. Почему-то у нее в голове из недр подсознания выплыло слово «барокко», хотя она совсем не помнила как выглядит этот стиль.

- Прямо замок Синей Бороды, – издала нервный смешок девушка.

Она уже рисовала себя, ходячую из комнаты в комнату с ключами, рассматривая и изучая каждый уголок. Было даже удивительно, что она ничего не знала об этом доме, хотя жила в пешей доступности.

Девушка нерешительно подошла к центральному входу, но почувствовала сильную робость. Она чувствовала себя какой-то неуместной рядом с этими величественными стенами. Ей было до одури стыдно за свое скромное платье и вообще довольно бедственное финансовое состояние. У нее складывалось устойчивое ощущение, будто она была кусочком паззла от совсем другой мозайки и совершенно не вписывалась в окружающий колорит. Переборов себя, она все же нажала на «Звонок». Сердце начало бешено стучать.

Дверь открыла опрятного вида женщина лет 30 с азиатским разрезом глаз. Только увидев ее, у Вероники возникло устойчивое ощущение, что именно с ней она разговаривала по телефону. Взгляд женщины был раздраженным. Она пристально уставилась на Веронику, вероятно, ожидая, что та объяснит причину своего визита.

- На собеседование... – слабым голосом сказала девушка, чувствуя себя еще хуже под взглядом этих глаз.

Внимательно осмотрев Веронику с головы до ног, азиатка наконец-то сказала:

- Проходите.

«Кажется, я уже знаю исход собеседования» опасливо осматривая женщину, думала Вероника. Неприязнь азиатки ощущалась практически физически. Вскоре они оказались в просторной гостиной. На секунду у нее даже перехватило дыхание. Все ее самые смелые ожидания о том, как могла выглядеть эта комната, сполна оправдались.

Первое, что бросилось ей в глаза был огромный электрический камин, над которым располагался портрет поразительно красивой женщины в старомодном розовом платье и утонченной шляпке. Женщина на портрете не улыбалась, но ее нежные карие глаза смотрели будто прямо в душу, от чего зарождалось необъяснимое волнение прямо на уровне груди. На полу был постелен мягкий ковер в виде шкуры тигра. Сходство с настоящим тигром было настолько огромным, что девушка почувствовала тошнотворный ком. С трудом отведя глаза, она начала рассматривать кожаные диваны, расположенные полукругом. Азиатка сделала жест рукой в сторону одного из этих диванов, и девушка послушно села. Точнее, утонула.

- Попрошу вас подождать. Я доложу мисс Леоне, что вы подошли.

Вероника растерянно посмотрела на азиатку. Та вела себя настолько «по-хозяйски», что она была уверена, что это и есть хозяйка. Но радость от того, что ее собеседование будет принимать кто-то другой, была перекрыта совсем другим чувством. Вероника не привыкла к тому, чтобы в этой стране к кому-то обращались на «мисс». Это было настолько нехарактерно для этого места, что она испытала сильнейший диссонанс.

Минут через 5 зашла сама мисс Леона, и Вероника с удивлением узнала в ней прекрасную девушку с портрета. Ее возраст было сложно определить «на глаз». Возможно, ей было лет 25-27, но с таким же успехом ей могло быть и больше, и меньше. У нее была идеально ровная бледная кожа и большие темно-карие глаза. Ее темно-каштановые волосы были убраны в замысловатую прическу, но Вероника была уверена, что если бы она их расплела, то они оказались бы очень длинными. На мисс Леоне было длинное коричневое платье в пол, утянутое на тонкой талии. Полностью закрывая все тело, оно необъяснимым образом как будто еще больше его обнажало, подчеркивая все возможные достоинства ее фигуры.

«Услада для глаз» была первая мысль Вероники при взгляде на незнакомую женщину. Не смотря на то, что ее привлекали исключительно мужчины, она умела видеть и ценить и женскую красоту без желания соперничества. Ее бывшая подруга Маргарет любила подмечать в ней эту черту.

Мисс Леона перевела взгляд на Веронику. На ее лице было сложно прочитать какие-либо эмоции.

- Вероника, верно? – спросила женщина.

Ее голос был ей под стать: мелодичный и приятный.

- Да, мисс, – робко сказала Вероника на автомате, и только через секунду обнаружив, что она переняла манеру общения, несвойственную русской культуре.

Мисс Леона еще раз пробежалась глазами по ней сверху вниз, остановившись на ее лице:

- Вы не из этих мест?

- Почему вы спрашиваете?

- Мне так показалось. Вы...необычно выглядите.

- А, вон что. Да, я не всегда жила здесь.

Девушка облегченно вздохнула. Она уже привыкла, что на ее внешность часто обращали внимание. Она действительно выглядела довольно необычно, даже для стран, где смешением рас никого уже было не удивить. Рыжевато-каштановые волосы довольно необычно гармонировали со смуглой кожей. А серые глаза, часто отливающие металлическим оттенком, дополняли ее образ еще большей экзотичностью. Разумеется, у окружающих могли остаться вопросы к ее славянскому происхождению.

- У вас имеются родственники, Вероника?

«Какое это имеет отношение к делу?» подумала ошеломленная девушка. Вопрос был очень неудобный. Она решила, что должно быть, он все еще был как-то связан с обсуждением ее экзотической внешности.

- Нет, – нехотя сказала она.

Мисс Леона медленно оглядела ее прежде чем ответить:

- Это довольно печально. Вы очень привлекательная.

Вероника моментально вспыхнула. Получать комплименты от женщин было ей совершенно непривычно. В замешательстве она перевела взгляд на мисс Леону, надеясь увидеть, что она просто что-то не так поняла, но женщина смотрела на нее довольно заинтересованно. Даже как-то слишком заинтересованно.

«Может, она из этих...» в смущении подумала девушка, стараясь взять себя в руки. Мисс Леона помогла ей справиться со смущением своим следующим вопросом:

- Скажите, пожалуйста, Вероника, а у вас есть враги?

Вероника перестала дышать, пытаясь понять, почему был задан именно этот вопрос.

«Может, пытается таким образом узнать мой уровень эмпатичности. У доброжелательных людей меньше врагов» озадаченно подумала она. Но звучало такое предположение крайне "притянутым за уши". На секунду перед ее глазами появилась упавшая балка и встревоженное лицо Максима, который уверял ее, что кто-то желал ей смерти.

- Нет, никаких. Меня все любят, – уверенно заявила она.

- Рада слышать.

Мисс Леона улыбнулась, и внутри Вероники что-то перевернулось от вида этой чарующей улыбки. Затем опрос продолжился:

- Вам подходит наш заявленный уровень зарплаты?

Девушка напрягла все свои силы, чтобы не ответить слишком быстро.

- Да, меня устраивает.

Она поспешно замолчала, чтобы не сказать лишнего. Мисс Леона расценила ее молчание по-своему.

- Это начальная ставка. Мы планируем увеличить ее после прохождения испытательного срока.

- Сколько он будет длиться? – спросила Вероника.

- Один месяц.

- Обычно три, – зачем-то сказала девушка. От обилия денег перед глазами она теряла способность ясно соображать.

- Мы понимаем, что у нас особая сфера, и тут нужны особые условия, – по-матерински тепло улыбнулась мисс Леона.

- Да, я понимаю...

- Скажите, пожалуйста, чем вас привлекла наша вакансия?

Вероника понимала, что так или иначе этот вопрос будет задан, и все же оказалась не готова ответить на него. Самые честные слова «вы хорошо платите, а в моем положении это действительно главный критерий» отдавали закоренелой меркантильностью. И Вероника и рада была бы сказать что-нибудь про любовь к детям, но вот врать она откровенно не любила. Она на секунду замешкалась, и это не ускользнуло от глаз хозяйки. Уголки ее губ поднялись буквально на миллиметр.

- Хотела бы себя попробовать в социальной сфере. Уверена, что у меня есть неплохой потенциал, – покраснев, все же сказала Вероника.

- Уверена, что так и есть, – глаза девушки необычно блеснули при свете электрического камина, - позвольте тогда мне немного рассказать о ваших обязанностях...

Вероника удивленно уставилась на хозяйку. Неужели мисс Леона спросила все, что ее интересовало? Не удержавшись, она все же перебила хозяйку:

- А вас интересует мой опыт, мое образование?

Мисс Леона удивленно посмотрела на нее, должно быть, ошеломленная тем, что ее перебили.

- А что мне с вашего опыта и образования, если самое важное – это не то, что у вас было, а то, сможете ли вы выполнять свои прямые функции?– наконец сказала она.

- Простите? – не поняла Вероника.

- У Вас может быть самый богатый опыт, и целая библиотека в голове, но если вы не обладаете нужными психологическими навыками, то вы нам не подойдете, – небрежно бросила мисс Леона.

- Психологическими? – переспросила Вероника.

Она совершенно не понимала, что мисс Леона имеет в виду. Слова «психологические навыки» были слишком общими, чтобы выстроить хоть какую-либо картину. Мисс Леона вполне могла иметься в виду мягкость, аккуратность, эмпатию и любовь к детям. Но, возможно, имелось в виду и умение держать ребенка в ежовых рукавицах. Что именно искала мисс Леона оставалось непонятным, и Вероника терпеливо ждала пояснений, которых, к сожалению, не последовало. Вместо того, чтобы ответить на вопрос, хозяйка продолжила как ни в чем не бывало:

- Девочку зовут Сауле. Это дочь хозяина. Она... немного необычная. Скажем прямо, у нее специфические вкусы. Она ни в какую не приемлет взрослых людей, поэтому у нас очень жесткий возрастной отбор. Очень важно, чтобы вы нравились ей. Также важно знать, что у Сауле есть редкое заболевание. Вам нет необходимости вникать в его особенности, и от вас ничего особенного не потребуется кроме внимательности. Просто важно, чтобы она своевременно принимала все свои лекарства, которые будут вам выданы под ваше личное хранение.

Если вы нам подойдете, то мы готовы подобрать для вас график исходя из ваших возможностей и наших потребностей.

Вероника обратила внимание на то, что мисс Леона назвала Сауле «дочерью хозяина». Не своей дочерью, а именно дочерью хозяина, что заставило ее задаться дополнительными вопросами о том, кем здесь является эта девушка.

"Определенно кем-то важным. Иначе бы её гигантский портрет не висел бы в гостиной" заключила она.

- Изольда, приведи, пожалуйста, Сауле сюда, – обратилась мисс Леона к азиатке, которая как раз принесла чай для хозяйки и Вероники.

«Какое странное имя. Совсем ведь не азиатское... Изольда... Как из книжки про любовь» удивилась Вероника. Впрочем, все имена здесь немного выходили за рамки обычного. Необычной оказалась сама Вероника со своим фальшивым русским именем.

- Да, мисс, – сказала Изольда. Ее нахмуренное лицо разгладилось, от чего она моментально стала выглядеть моложе лет на 5, а в голосе проступила совершенно неожиданная мягкость.

Затем мисс Леона обратилась уже к Веронике:

- Она немного нелюдимая. Не воспринимайте на свой счет. Скорее всего, прямо сейчас она ничего не скажет. Мы в любом случае вам отзвонимся в течение недели, чтобы озвучить окончательное решение по вашей кандидатуре.

Повисла тишина. Чтобы занять руки, Вероника взяла свой чай, который принесла Изольда, но отпить так и не получилось. Он был обжигающе горячим. Ее одолевали противоречивые желания. С одной стороны, весь этот дом, его роскошь вызывали в ней большую робость. Она чувствовала, что не принадлежит этому месту. Это было настолько не похоже ни на что, к чему она привыкла, что она не видела для себя никаких возможностей установить хоть какую-то связь с этим местом. Но с другой стороны, она почувствовала внезапное и ничем не объяснимое желание оставаться рядом с мисс Леоной в одном пространстве. Было в этой девушке что-то... зрелое, манящее, притягательное. И это зарождающееся ничем не объяснимое доверие пугало Веронику даже больше, чем роскошь этого места и колкие взгляды Изольды.

- Расскажите, чем вы любите заниматься в свободное время?

Вероника удивленно посмотрела на мисс Леону.

- Вы же сказали, что это не имеет значения для вакансии, – напомнила она.

- Для этой должности действительно не имеет. Я спрашиваю для себя – пояснила мисс Леона, нисколько не смущаясь того, насколько открыто она демонстрирует интерес в кандидатке, которую, скорее всего, видит последний раз.

Вероника хотела что-то ответить, но их отвлек громкий топот чьих-то ног, и затем звук затих:

- Сауле, милая, проходи, не стесняйся. Познакомься с няней Вероникой, – ласково позвала мисс Леона.

Но маленькая девочка не спешила заходить в комнату. Она спряталась за дверью и молчала. Вероника с любопытством вытянула шею, но внезапно вздрогнула, когда услышала:

- Фу, что за уродина.

Мисс Леона совершенно спокойно обратилась к Веронике:

- Прошу ее простить. Ее манеры иногда оставляют желать лучшего. Она неплохая девочка, но ей требуется время, чтобы привыкнуть к новым людям. Вы выглядите абсолютно прелестно.

- Ничего страшного, я понимаю, – примирительно отозвалась Вероника, смущаясь от повторного комплимента своей внешности.

Сама она бы никогда не назвала себя «прелестной». Это слово несло в себе некую деликатность, которую она сама в себе никогда не чувствовала. Прелестными могли называть избалованных дочек богатых родителей, скромных юных девушек, которых обучают манерам, но точно не Веронику. Зато это слово просто потрясающе подходило самой мисс Леоне.

- Сауле, подойди на минутку, пожалуйста, – еще раз позвала мисс Леона, но девочка так и не сдвинулась с места.

Вероника уже с уверенностью могла сказать, что начинает понимать, почему для вакансии была заявлена такая большая зарплата. Наверняка, здесь была своебразная «текучка». Почему-то от этой мысли ей стало легко и спокойно. Как оказалось, здесь не было ничего страшного, кроме ребенка с несносным характером. А она уже начала надумывать себе всякое...

Она перевела взгляд на мисс Леону, но та ничего не ответила. Смотрела она при этом совсем не на Сауле. Её внимательный взгляд изучал каждую малейшую реакцию Вероники.

«Именно сейчас и происходит настоящее собеседование. Мне нужно продемонстрировать свои "психологические навыки", чтобы показать насколько я подхожу на вакансию» догадалась девушка.

Она снова перевела взгляд на девочку. Помня о её высоком статусе, она решила, что будет адекватнее обращаться к ней на «вы».

- Я уйду когда вы захотите, но я знаю очень много страшных историй. Хотите, расскажу?

Сауле выглянула из-за двери, и Вероника смогла наконец-то ее увидеть.

Это был худощавый ребенок с короткими темными волосами. Если бы Вероника не знала, что это девочка, она, скорее всего, приняла бы ее за мальчика. У Сауле была довольно подвижная мимика. Ее темные прыткие злые глазки не переставали нервно бегать из стороны в сторону, словно она пыталась охватить все и сразу. Удивительно, что при всем при этом она не забывала буравить Веронику своим взглядом.

Образ девочки стал для Вероники полной неожиданностью. Она всегда была уверена, что дети богатых родителей, живущие под покровительством такой девушки, как мисс Леона, будут образцом манер и достоинства. Но Сауле оказалась на удивление похожа на одну из тех, кто пачками попадал в бедный приют, где Вероника прожила свое детство. Она видела не одну сломанную детскую психику, и прекрасно понимала отчаяние, которым была пропитана их жизнь в том месте. Точно такое же отчаяние она сейчас видела в цепких темных глазах напротив.

- МНЕ НЕ НУЖНЫ ТВОИ ВОНЮЧИЕ ИСТОРИИ! УХОДИ! УХОДИ! УХОДИ! – истерично завизжала девочка.

Крик был настолько неожиданным, что девушка невольно подпрыгнула, тем самым пролив на себя горячий чай. К счастью для нее, тот уже успел немного остыть и не вызвал ожоги. Вероника в растерянности посмотрела на мисс Леону, но та с невозмутимым спокойствием продолжала поглощать её взглядом, совершенно не обращая внимания на истерику Сауле.

«Наверно, это проверка моей стрессоустойчивости или чего-то такого. Мне нужно успокоить и заинтересовать этого странного ребенка» подумала девушка.

Сауле тем временем продолжала кричать, все больше и больше теряя контроль.

- Мисс Сауле. Я понимаю, что для вас очень неожиданно видеть нового человека. но поверьте, я очень желаю подружиться. Если вам не нравятся страшные истории, то я расскажите мне о ваших предпочтениях. Вы увидите, что мы сможем поладить, - искусственно улыбаясь, сказала Вероника.

К её ужасу, её слова вместо того, чтобы успокоить, только еще больше раздразнили девочку. Сауле начала трясти головой, словно пытаясь скинуть с себя что-то неприятное.

- УХОДИ, УХОДИ, УХОДИ! НУ ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УХОДИШЬ? – верещала девочка, хватаясь за вазу с явным намерением пульнуть ее в Веронику.

- Саул... Прекра.. - попыталась сказать Вероника, но ваза уже летела в нее.

Только молниеносная реакция помогла Веронике уйти от стремительно летящего хрупкого предмета.

Адреналин в крови тут же подскочил, страх сдавил горло. Девушка растерянно переводила взгляд с осколков наверняка дорогущей вазы на злобное лицо ребенка. Она не могла поверить до конца, что девочка все-таки сделала это. Она перевела взгляд на мисс Леону, которая наблюдала за этой сценой так, будто ничего особенного не происходило. Прекрасные темные глаза словно поглощали Веронику своим жадным вниманием. На полных чувственных губах играла легкая улыбка.

Сауле, между тем, и не думала успокаиваться:

- ТЫ ЧТО, НЕ ПОНЯЛА? Я СКАЗАЛА УБИРАЙСЯ!

К ужасу Вероники, маленькая девочка побежала прямо на нее. В этот момент она была схожа с каким-то жестоким диким зверем. Не смотря на разницу в росте и весе, страх девушки превратился в ужас.

Не соображая, что делает, Вероника поспешно встала, и быстрым шагом направилась к выходу. Никто не сделал никаких движений, чтобы остановить ее. С трудом открыв массивную входную дверь, она выбежала на улицу. Но даже после того, как она закрыла дверь, она все еще могла слышать бешеные крики Сауле, вместе с каким-то стуком. Вероятнее всего, девочка била какую-то твердую поверхность чем-то тяжелым.

"Что это только что было? Почему никто не сделал ничего, чтобы остановить этот беспредел?" в панике думала Вероника.

Она попробовала выдохнуть, но почему-то получилось только вдохнуть. Тело отказывалось слушаться.

«У нее психические отклонения. Но почему она тогда вообще живет в доме, полном людей, если она, черт возьми, опасна для окружающих?" продолжала она бомбардировать свое сознание мыслями. От волнения у нее даже немного поднялась температура. Она отчаянно пыталась осмыслить, что так разозлило девочку, и почему никто ничего не сделал? Неужели ожидалось, что сама Вероника сможет успокоить незнакомого ребенка на самой первой встрече? Звучало как отборный бред. Если они знали, что девочка способна на такие "представления", то её должны были убрать специально обученные люди, вколоть ей какое-нибудь успокоительное, но уж точно не оставлять с ней один на один незнакомого для девочки человека.

Вероника шумно вдохнула, пытаясь хотя бы предположить, что от нее ожидалось в этой ситуации. Разумеется, дети бывают разными и потенциальным работодателям важно видеть навыки работы со сложными детьми. Но одно дело когда ребенок отказывается есть лук в супе, а совсем другое - когда швыряет хрупкие вещи в незнакомых людей. А что бы случилось, если бы Сауле попала? По телу девушки прошли мурашки...Такие знакомые мурашки...

Пытаясь отвлечься от разрушающих чувств, она попыталась еще раз подумать о том, какая цель была у этой встречи.

Так и не найдя ответа для себя, она пришла к выводу, что это просто был жестокий розыгрыш богатеньких, чтобы посмеяться над жадными до денег людишками.. Теперь ей стало понятно, почему никто не уточнял никакой информации о ее опыте и рекомендациях. Как выяснилось, это и не собеседование было вовсе, а просто жестокий юмор для тех, кто ищет себе новых развлечений.