HERETICUS TENEBRAE: Astra tiranium dominatorum est

– Предатели! Жалкие предатели! Будьте вы про…

Комиссар не успел договорить, ибо его зубы вдавились внутрь от камня, заталкиваемого в разбитый рот. Все-таки если выбирать гарантированную смерть или почти гарантированную, второй вариант лучше. Из смотровой щели боевой машины стали доносится отчаянные молитвы экипажа, просящего Императора защитить их от ксеносов и всех других врагов человечества, но что-то подсказывало всем здесь присутствующим, что не в этот раз. Пожалуй только капрал ещё на что-то надеялся и начал надиктовывать шифрованные команды в скрипящий вокс передатчик на бездыханном теле какого-то бедолаги и Эл, вместе с добивавшими комиссара людьми, задержался, дабы не оставлять его одного и силком стал толкать в сторону противоположную зелёной волне, приблизившейся уже достаточно близко, чтобы их ещё более чем у ополченцев беспорядочная стрельба начала становится пугающе плотной, высекая на броне машины пучки искр. На её фоне Эл почувствовал свою группу из не более чем десятка человек колоском травы на пути у стада разъярённых диких гроксов. Наконец капрал оторвался от вокса и пустился наутёк вместе с ними, поднимая пыли не меньше, чем гусеницы машин. Орудийные башни и автоматические турели наспех сооружённого оборонительного периметра стали видны из за ряда посечённых осколками гигантских статуй, держащих на своих плечах уже обрушенную автомагистраль. Началась канонада взрывов за спинами беглецов. Целые ворохи снарядов свистели в небе и обрушивались на то место, где они совсем недавно "держали" оборону. Земля задрожала словно живая и норовила выйти из под ног.

– Судя по переговорам, все подразделения понесли критические потери и отступают к промышленной зоне. Единственный шанс для нас это удержать мост святого Грегора вон там впереди, пока по нему проведут гражданских, после чего мы сможем отступить вместе с остальными и не попасть под трибунал. Взгляд капрала безмолвно пресёк любые попытки возражения и вся группа посеменила между остовами покосившихся небоскрёбов прямо за ним. Величественный мост, о котором говорил капрал, оказался в сотню метров шириной и простирался над бездонной пропастью, разделяющей две части горного хребта, являющегося, как оказалось, основанием улья. Вереница наземного транспорта и пеших колонн перепуганных людей показалась нескончаемой и Эл утратил надежду дожить до момента, когда им будет разрешено бежать вместе с ними.

– Всё, залегайте здесь! Это наш последний шанс.

Позиции из горящих обломков не внушали особой уверенности, но это лучше чем ничего. Сотни таких же загнанных в угол "солдат" смотрели на прибывших полными безразличия глазами из под ощетинившихся дулами лазганов остатков зданий, хоть и едва не пристрелили их мгновение назад, приняв за горстку зеленокожих.

– Кто здесь старший?

– Я!

С обломка рокритовой лестницы спрыгнул мужчина в офицерской форме и механическими руками, вместо настоящих, а его лысый череп был испещрен швами и металлическими заплатками.

– Савант-лейтенант Амон Гикус, 66й полк сил планетарной обороны, точнее то, что от него осталось.

– Капрал Варий Юститус, 139й батальон нерегулярного ополчения, точнее уже отделение… мы отступили из жилого блока С28 вызвав огонь артиллерии на себя.

– Да, я слышал… чтож, надеюсь нам удастся забрать побольше этих тварей с собой в варп, капрал. Занимайте оборону у западной баррикады, отступать пока что больше некуда.

– Идуууууууут!!!

Град снарядов из автотурелей обрушился на перекрёсток вдали раньше чем Эл успел понять кто и откуда нападает, а прилетевшая оттуда по кривой непредсказуемой траектории ракета разнесла в щепки позицию неподалёку. Ударной волной Эла отбросило к стене и он почти потерял сознание, непонимающе хлопая глазами в беззвучном от оглушения мире. Зажимая левый глаз, перед ним возник капрал и после недолгого осмотра потащил свободной рукой за шиворот по изрытому снарядами рокриту к указанной ранее баррикаде. Когда звуки пальбы вновь начали возвращаться Эл уже пытался снять с плеча дрожащими руками свой запылённый лазган и просунуть в свободную щель между кусками покорёженного металла, бывшего когда то, вероятно, частью корпуса бронеавтомобиля сил правопорядка. Зеленокожие мельтешили перед прицелом и постоянно стреляли, прячась за любыми подвернувшимися укрытиями, что сильно удивило, ведь он посчитал их поначалу бездумной массой, готовой снести всё на своём пути, но раздумывать над этим не было времени и Эл стал методично пытаться попасть хоть в кого нибудь. Плотные потоки лазерных лучей опаляли куски рокрита и мусора, пока враг короткими перебежками подбирался всё ближе и беспорядочно палил в ответ. Один из зелёных нёс на плечах искрящийся неизолированной проводкой трансформатор и угрожающе раскаляющуюся трубу в руках. Лазерные лучи, казалось, отскакивали от невидимой стены перед этим бугаём, который на голову был выше остальных. Эл решил не выяснять что оно может и собирался уже спрятаться в воронку поглубже. По счастливой случайности на шоссе упал подбитый истребитель, немного отогнав врагов взрывом прометиевых баков, заливших улицу пылающим топливом. Эл не знал способен ли он также как этот пилот выполнить свой долг до конца…

– Держать линию, сукины дети! Держать я вам говорю! Так, чтобы Император гордился вами!

Сквозь стену огня на баррикаду с бешенной скоростью нёсся очередной комок металлолома на колёсах, отдалённо напоминающий грузовик с тараном вместо капота, которым он вспахал их позицию как плуг мягкую почву. Глядя на это Ленз непременно бы пошутил, что он прошёл через них как Нэк через пирог с равным количеством оставленных крошек.

– Тащите мельту, вашу мать!

Один из солдат выбежал из за угла с массивным оружием в руках и успел только нацелить его на "грузовик" как торчащие из борта ржавые трубки начали поливать округу потоками пуль, изрешетив молодого парня на тряпки, однако тот успел активировать своё оружие и поток раскалённого газа расплавил половину транспорта. Какими бы стойкими ни были защитники, разница в численности оказалась слишком подавляющей и зеленокожие монстры начали нетерпеливо перелазить через баррикады, не дожидаясь разрыва собственных гранат. Резня на огневых позициях была бы слишком дисциплинированным определением для того действа. Стрельба велась в упор. По неведомой случайности Эл перекатился со своего поста на разваленной стене в воронку неподалёку как раз в тот момент как на позицию закатилась граната с резким хлопком разметав укрытие. Через пролом ввалилась целая ревущая орава с топорами и ему удалось сделать лишь несколько выстрелов прежде чем они подобрались слишком близко. Лезвие просвистело прямо перед лицом и Эл от резкого рывка в сторону потерял равновесие, свалившись в колею, оставленную горе-грузовиком зеленокожих. Батарея закончилась как нельзя не кстати, а времени менять не было и оставалось надеяться только на перепачканный в грязи штык. Им он и проткнул горло нависшего над ним существа, слишком увлёкшегося перестрелкой, чтобы смотреть себе под ноги. Почти чёрная густая горячая кровь хлынула Элу прямо в лицо, застилая обзор, однако её запах и вкус пробудили в нём нечто… словно первобытная ярость этих существ начала охватывать и его разум. Он надавил сильнее и безумными амплитудными движениями стал отделять голову зеленокожего от могучего тела. Странный жар и уже знакомая эйфория растеклись по телу, заставляя забыть о былой слабости и ранах. Кривой и тяжёлый тесак врага помог довершить дело быстрее бесполезного штыка. Зеленокожий в агонии пытался душить Эла и тому это начинало казаться смешным. Бойня пульсировала в такт сердцу и поглощала без остатка, пока он не в ужасе не обнаружил себя по уши в потрохах. Прямо над головой прожужжали лазерные лучи, превратив в чёрное месиво морды нескольких приближающихся зеленокожих. Остальные попрятались.

– Сюда иди, фрагов контуженный придурок!

Капрал и ещё пара десятков бойцов залегли за запасной линией обороны в виде груды пустых контейнеров из под боеприпасов к турелям, чьи стволы уже раскалились до красна и стали клинить, беспомощно щёлкая автоматикой, перегруженной от постоянно возникающих целей. Едва Эл перескочил через ящик и сменил батарею лазгана, пригибаясь от свистящих над головой пуль, как всю их позицию накрыл полупрозрачный мерцающий купол, кипящий от сотен вязнущих в нём снарядов и осколков гранат. В центре стоял Гикус в полный рост с крайне сосредоточенным и почти страдающим выражением лица. Он нашёптывал себе под нос священные литании и в самом воздухе ощущалась мощь его сознания. Эл прекрасно понимал чего могло стоить всё это спасительное чудо для лейтенанта, а значит дело приняло самый свой худший оборот и пора подыскать себе приличное место упокоения. Однако всё ещё кипящая неестественная ярость подталкивала его скорее к другому исходу. Мысли оставшихся солдат были едины в своей направленности, касательно осознания безысходности своего положения одновременно с желанием продать свои жизни как можно дороже в этой бессмысленной бойне перед мостом. Простые эмоции, за которые можно было легко ухватиться и Эл сделал то, что казалось единственно возможным для него. Направил свой полный злобы психический вой в сознание каждого человека поблизости. Сейчас не то время чтобы беспокоиться о чём бы то ни было, кроме собственного гнева к тем, кто прилетел сюда убивать. Раненные и скорчившиеся от боли солдаты вновь взяли своё оружие и встали в строй. Истекая кровью они оставались в сознании только под давлением чужого отчаяния. Казалось что голова сейчас взорвётся, но Эл надавил волей ещё сильнее. Он хотел залить всё вокруг кровью этих тварей и солдаты связанные с его сознанием разделяли это чувство до последней капли.

– Зааааалп!

Стена лучей почти ослепляла, а в нос ударила резкая вонь жжёного мяса.

– Залп!

Подбежавшие вплотную монстры были встречены синхронным рядом штыков и огнём в упор волна за волной. Кому-то из людей отрывало руку осколками или прорубали грудь, но они всё равно продолжали стрелять и колоть, пока кровавая дымка не уступала место навалившейся черноте небытия, сквозь которую отдалялись очередные команды. "Залп! Залп!, Заряжай!"…

* * *

101.847.М41. "Хребет основателя". Позиции 401й тяжёлой артиллерийской батареи СПО.

Орки…проклятые зеленокожие…бесчисленные орды безумных племен с дальних звезд, никогда не знавших света Императора. Они уже были здесь пару столетий назад, а как поговаривают, если они однажды познали битву в одном месте, то обязательно вернуться ради неё снова, ибо это смысл всего их существования. Так говорил некий комиссар Яррик, герой первой и второй войны за Армагеддон, бушевавшей много веков назад, но тем не менее до сих пор не дающей покоя гражданам той планеты. Где находится Армагеддон и кто такой Яррик Эл не знал и знать не хотел, но если он и вправду говорил такое, то его слова оказались болезненной правдой для жителей Аллериума и всего Империума. Они пришли и беспечность местных властей сыграла с ними злую шутку. Мы отступали под напором многократно превосходящих как в живой силе, так и в чудовищной технике войск противника не имея возможности противостоять той стихийной ярости, что этот враг из себя представлял. Они сыпались с неба бесконечным потоком на облепленных строениями метеоритах, напичканных кровожадными зеленомордыми тварями до краёв и на месте тысячи убитых вставали десятки тысяч… сотни тысяч…миллионы. СПО таяли на глазах. Каждые сутки по всей планете в чудовищной резне гибли миллионы людей, а все три города улья, сдавая квартал за кварталом, превращались в руины. Сигнал бедствия был подан как только системы дальнего обнаружения засекли их флот, но…Варп слишком непредсказуем и бывало так, что Имперский флот с гвардейскими полками на борту приходил через пару дней, а бывало через десять лет… Прошло уже три недели после возвращения в строй, но Эл все никак не мог отойти от тех кошмаров, что мучали его во время комы, в которую он сам себя и загнал, доведя свой организм до истощения тем выплеском силы. Потом ему рассказали хирургеоны местного лазарета, что он пролежал почти четверо суток. Что он был одной ногой на том свете и с множественными кровоизлияниями внутренних органов. Большую часть горстки, что выжила в этом бою спасти не смогли, лишь единицы оказались достаточно крепкими, чтобы выкарабкаться из комы. В основном причиной смерти было истощение и кровоизлияния по всей центральной нервной системе. Эл не сомневался в своей причастности к этому. Любое грубое телепатическое воздействие на неподготовленный мозг вызывает его немедленное разрушение. Это он их убил, а Гикус непременно знал об этом, но ничего не сказал, несмотря на то, что это были его собственные солдаты. И даже если бы та победа изменила хоть что-то, даже если бы она остановила войну, такую цену он был не готов заплатить, даже понимая насколько она мала по сравнению с ежедневными потерями СПО в этой мясорубке. И тем злее оказалась ирония, что именно на его груди теперь висит значок в виде позолоченного черепа в лавровом венце. Комиссар Жиньяр Кит – командир новоиспечённого 254го сводного полка оказался столь "любезен", что причислил остатки ополчения к основным силам, в том числе и отряд капрала Юституса и лейтенанта Гикуса. На армейском жаргоне их называли «недобитками», так как сводные полки формировались из оставшихся в живых после почти полного уничтожения подразделений. Правда из-за того, что в состав 254 го вошёл и третий пси-батальон, полностью состоящий из псайкеров-примарис, слово «недобитки» звучало в их адрес очень редко. Сам Эл видел их лишь один раз. Строй бойцов с серых удлинённых мундирах и посохами в человеческий рост, украшенными аквиллами сверху. Воздух звенел от одного их присутствия, а враг тысячами обращался в пепел. Их готовили только для одного. Для войны. Их учили с детства сеять смерть и разрушения во имя Императора по одному лишь приказу своего Уоррент-командора. Его же самого к ним не переводили. Командование называло его 15й взвод "бешеным" прекрасно понимая, или преступно игнорируя тот факт, что психические эманации не до конца контролирующего себя Эла действуют на сослуживцев, доводя их до боевого безумия. Они называли это образцовым рвением. Но ладно линейные офицеры, Эл не верил, что никто из штатных псайкеров не докладывал об этом. Тем не менее он надеялся, что эти игры не зайдут слишком далеко и кто нибудь успеет его застрелить, если он сам не сможет. Все эти позывы могут однажды взять верх и…

– Сэр, с вами все в порядке? Вы заполнили формуляр на получение оружия?

Белокурая молодая девушка в серой военной форме казалась слишком хрупкой для всего того, что творилось на этой Императором забытой планете и в частности для комнаты хранения оружия «Inventa militarium». Эл знал ее. Мира Юэн из 78 механизированного, а ныне младший интендант гарнизона. Почти весь ее отряд расстреляли за трусость на поле боя. А она здесь стоит лишь потому, что громче остальных кричала «За Императора». Внешне казалось, что с ней все в порядке. Внешне… Но Эла больше заботило то, почему она ни разу не позвала его по имени, ведь она тоже его знает. У неё было соседнее место в общем душевом помещении, и она всегда просила протеиновую плитку из обеденного пайка, которую Эл не ел, потому что та была совершенно безвкусной. Вчера она даже улыбнулась уголком рта в ответ на неуклюжую попытку Эла пошутить на манер Соломона Пайка из популярного романа "Fluidum yuvenale" периодически повторявшего фразу "Так называемые широкие взгляды – вернейший способ не замечать других людей"

– Сэр?

– Меня зовут Элифас.

Девушка заметалась взглядом и выглядела так, словно ей надо срочно спешить. Она выхватила листок из рук Эла движением больше похожим на судорогу и быстро скрылась из вида. В вытянутом футляре на столе лежал легкий цепной пиломеч модели МК:4 и армейский лазпистолет. Стандартный набор имперского псайкера на войне…наверное. Эл с интересом держал оружие, поразившее его своей смертоносностью. У него возможно есть несколько минут, чтобы хоть немного привыкнуть к нему иначе он просто отрубит сам себе руку или ногу неумелым взмахом. Хотя даже если он весь день будет тренироваться, скорее всего так и будет. Пол задрожал и затих одновременно с низким грохотом, от которого посыпалась пыль с потолка. «Сотрясатели» и «Василиски» дают залп каждую минуту практически без остановки всё то время, что он здесь находился и где-то вдалеке через несколько секунд начинают слышаться хлопки от разрывающихся снарядов размером с целый шкаф. Эл уже практически не замечал их работы. Гикус говорил, что к их позициям приближается большая группа орков во главе с «нобами» это какая-то особенно большая и хитрая разновидность этих тварей. Благодаря горной местности их можно попытаться удержать на достаточном расстоянии от артиллерии и выжить…Можно попытаться… Эл вышел на улицу, покидая мобильный складской модуль, по сути являющийся просто железной коробкой. Прохладный горный воздух нравился ему гораздо больше душных городских улиц, пылающих у подножья гор. С такой высоты шпили улья казались кристаллическими наростами над каньонами и вершинами меньших гор. Глядя на них Эл как будто своими глазами видел тот ужас, что творится там прямо сейчас. Эти образы словно утягивали его туда, вниз к многоуровневым проспектам, изрытым бомбардировками, небоскребам заваливающимся друг на друга, людям, сжигаемым заживо из самодельных орочьих огнеметов.

– Прозрением лучше не увлекаться, боец.

Эл вздрогнул, выскакивая из своих видений и покосился на осунувшегося Гикуса, неизвестно когда вставшего рядом.

– Лейтенант?

– Иначе можно увидеть то, чего совсем не желал.

– Я всю свою жизнь вижу то, чего не хотел бы.

– Как и все мы, боец… На нашу долю выпало страшное испытание и вынести его с честью, всё что нам остается…За мной!

Эл поспешил за широко шагающим офицером в истерзанном осколками бронежилете.

– Слушай свою задачу, в составе засадной группы твой взвод должен будет отрезать от наступающих сил командное звено. Командиры зеленокожих крупнее и предпочитают в первую фазу наступления идти чуть позади, чтобы выбрать наиболее выгодное направление для личного участия. Твоя непосредственная задача: прикрывать вокс-оператора. Разведка доложила, что наступление начнётся через час, поэтому будет общее построение. И ещё… постарайся в этот раз не…

Ниже по склону затрещали автопушки и болтерные турели. Суета в передовом лагере резко ускорилась как по команде.

– Фраг их раздери! В машину! Живо!

Разбрасывая вокруг крупные комки почвы, к ним на большой скорости подъехала легкая разведывательная гусеничная машина типа «Саламандра» Из люка стрелка-наводчика высунулась Мира в шлеме, который болтался на голове как солдатская кастрюля.

– Лейтенант, подразделение построено и ожидает вас на исходной позиции.

Едва она договорила свою фразу как тут же скрылась под бронёй. Гикус позвал рукой подбегающих солдат и запрыгнул в открытые створки десантного отсека, толкая перед собой Эла. Едва дверцы захлопнулись, как машина с рывком понеслась вперед. Внутри было почти также тесно, как и в Химере, но частично отсутствующая верхняя переборка облегчала положение. Они неслись мимо скалистых уступов вниз по склону на отдалении от шума перестрелки. Земля снова дрогнула, передавая вибрацию даже по машине, а разрывы снарядов стали слышаться уже совсем близко. Вокс скрипел от помех.

– Пе…вж-ж-ж…ый, повто…ак…ите?

– Третий, третий, говорит первый, доложите обстановку!

– Они выве…ки…ряю…, о…танки! Треб…ние!

– Вот дерьмо!

Гикус ударил кулаком по воксу и тот прекратил треск.

– Первый, первый! Бронетехника зеленокожих на левом фланге!

Саламандра резко затормозила, чтобы не свалиться с обрыва и все спешно покинули её. У перевала за скалой уже укрылось около тридцати солдат с взведённым оружием и до них пришлось добираться практически карабкаясь по скользким камням. Лейтенант молча махнул в строну взрывов и побежал в общей массе, на ходу проверяя собственный лазган. Эл еле поспевал за ними по каменистым оврагам, пытаясь не терять из виду паренька с коробкой за спиной.

– Стой! Рассредоточиться!

Все разбежались, выстраиваясь в линию. Порывистый горный ветер готов был сорвать обмундирование и уносил не только голос, но и звуки боя. Местным пернатым созданиям казалось было совершенно безразличны происходящие события и они безучастно парили над головами солдат, цепляющихся за скудную растительность на склоне. Наверху, на плато уже слышались дикие рыки зеленокожих, расталкивающих друг друга, чтобы самим быстрее добраться до врага и грохот их огромных неказистых пушек. Эл выглянул и его взору предстала картина, от которой хотелось бежать. Потоки зеленых тел карабкались дальше по склону вперемешку с неуклюжими механизмами и машинами испускающими клубы чёрного дыма. Потоки снарядов сверху крошили их на мелкие кусочки, но ответная пальба, сколь бы не сосредоточенной она ни была, давала в конце концов и свои плоды. Его уму было трудно понять их тактику и методы. С одной стороны волна слепой ярости и беспорядочные атаки, с другой – чрезвычайно эффективные действия, поставившие в тупик всё командование. Большая группа орков укрылась от огня болтерных установок за валуном прямо перед ними и без конца поливала разрывными пулями бункер над проходом к позициям арт батареи с невероятным восторгом. Гикус дождался пока весь взвод изготовится к стрельбе и скомандовал «пли». Веера красных лучей забегали перед глазами в необозримой чехарде слепящих вспышек. В таком светопреставлении Эл не мог примерно сказать попал ли он хоть в кого-нибудь, но вот в них попали точно, потому что пара солдат, выронив оружие, покатилась по склону, не пытаясь зацепиться за что-нибудь. Когда же все, кто был у валуна превратились в черно-зелёные дымящиеся комки, отряд встал и короткими перебежками начал продвигаться ближе к основной массе врага. Как бы они ни прятались их уже заметили, и земля с пугающей частотой стала вздыматься вверх от массивных пуль, больше похожих на снаряды автопушек. Многоколёсная уродливая машина с красной полосой по бокам шатающегося корпуса, больше похожего на измятую металлическую трубу, развернулась и поползла в их сторону. Она, казалось, кишела изнутри пассажирами, потому что отовсюду из неё торчали стволы корявого оружия.

– Подавляющий огонь!

Лейтенант ринулся на перерез машине и Эл физически почувствовал, как забурлил воздух вокруг Гикуса. Тот замер в нескольких метрах от машины и словно преодолевая сильное сопротивление хлопнул в ладоши. Машина раскалилась до красна и вспыхнула, разметав расплавленный корпус и внутренности по округе. Эл сначала было бросился на помощь, видя как на Гикуса бежит целая зелёная толпа, но град взрывов перед носом сильно поубавил пыл. "Почему он не прячется? Его сейчас убьют!" Пули свистели над головой и били по скале, поднимая в воздух каменное крошево. Холодный пот побежал по коже от ощущения близкой гибели и Эл залег за валун в отчаянной молитве, стараясь игнорировать крики раненных солдат, воющих от боли совсем рядом.

– Аве Император! Защити меня! Через пламя битвы я пройду свет веры сохраня! Средь крови и боли я молю тебя! …

Потоки раскалённого воздуха кружили вокруг Гикуса словно полупрозрачные дрожащие ленты и по мановению его руки поджигали любую ксеносскую мерзость, которой коснутся. Картина бегущих в панике зеленокожих, отчаянно пытающихся затушить охвативший их огонь, воодушевила бойцов, кинувшихся в атаку. Эл смотрел на людей, яростно опустошающих свои батареи в отчаянной пальбе, на дико ревущих орков, на лейтенанта, потерявшего одну из своих механических рук, но продолжающего сражаться и не понимал…Зачем все это безумие? Зачем ему и всем этим людям умирать во всех этих мучениях? Вот, как например тот парень с воксом, которого он должен был защищать. Прямо сейчас его стискивала огромная красная металлическая клешня, заменяющая половину тела здоровенному орку раза в два больше обычного. И Эл ничего не мог с этим поделать, он был слишком далеко, чтобы пустить в дело меч, а выстрелы из лазпистолета только выбивали искры из грубой шипастой брони. Бессилие вызывало в нем обиду, а обида вызывала отчаянный гнев. Эл нащупал свой кинжал, опасаясь этих чувств и того, чем это могло закончится. Саламандра пронеслась перед глазами, давя и обстреливая всех на своем пути, но тут же словила всполох желтого луча в правый борт и вспыхнув, завалилась на него. Орочий аналог мельты действовл на технику очень странно. И Эл побежал. Побежал без какого-либо четкого намерения, скорее, чтобы сделать хоть что-то. Меч в руке завибрировал от сорвавшейся с места адамантитовой цепи. Огромный орк, наконец, перекусил парня с воксом пополам своей клешней и оглянулся как раз в тот момент, как цепной меч с визгом упал на его плечо, выбив целый букет огней. Несмотря на размеры он двигался неожиданно проворно и точно. Убрав ногу из-под второго удара, но не имея достаточно времени чтобы развернуть сжимаемое в обычной руке подобие тяжёлого многоствольного орудия, он взмахнул им и Эл только оторвавшись от земли понял, что это была не самая его лучшая затея. От могучего удара выбило весь воздух из легких, а когда земля соприкоснулась с ним, то и все мысли из головы. Если бы не жёсткий каркас бронежилета, он бы врятли уцелел. Земля вздрогнула, но как-то странно, слишком плавно, будто вздыхая. Это точно была не артиллерия, но Эл на всякий случай залез под остов горящей саламандры. Мир вокруг ходил ходуном, но знакомые ощущения чего-то неправильного не покидали его. Раньше это было не так заметно, но теперь нечто большое и злое, что было вдалеке, стало ощущаться совсем близко. Перестрелка и грохот взрывов стали тише, а за броневым листом послышался кашель и стук. Эл открыл зажатый землей люк и оттуда показалась подкопченная голова в спутанных золотистых волосах. Вытащить миниатюрную девушку было не трудно. Мира оказалась без сознания и с обожжённой правой рукой. На животе расплывалось влажное красное пятно. Эл постарался оттащить ее в воронку поблизости. То, что там уже кто-то был, он заметил только когда потянулся за фокусом. Наполовину заваленный землёй молодой человек не подавал признаков жизни и Эл вернулся к насущной проблеме. С трудом собрав мысли он попытался заглянуть внутрь Миры своим разумом. Она умирала от кровопотери и отравления дымом. Сконцентрированное усилие воли лишь частично остановило пульсирующие потоки алой крови. Он выругался. Так грязно, как можно услышать только в самых дальних уголках подулья. На этот звук повернулся заваленный землёй молодой человек. Голос его был слабым, но узнаваемым. Это был Нэк…