Причудливый узор нити жизни

– Ох, не нравится мне это, – бормотала Яга.

Тут по избе пролетел сквозняк, кот чихнул и ковш отлетел в угол, расплескав воду. Яга недовольно скривилась. Свечи задрожали, огонь в печи словно сжался, воздух застыл, как перед грозой.

– Явилась, – недовольно сказала Яга. – Постучаться не забудь, прежде чем войти, всё ж не к себе домой.

Раздался лёгкий смех, словно стук металла на ветру, и в дверь постучали.

– Заходи, раз пришла, – ответила старушка, отходя от лавки к рукомойнику.

Дверь отворилась, и из тьмы шагнула черноволосая женщина.

– Ноги вытри, – не оборачиваясь сказала Яга, моя руки. – Вот же противная, прилипла.

Продолжила она говорить чуть тише, что-то старательно оттирая.

– Надеюсь, ты не про меня, тётушка, – хмыкнула чернобровая и, стуча каблуками, прошла к столу. -– Во что это ты там вляпалась?

– В метку твою, – сказала Яга с той же насмешливой интонацией.

– Не могла, – ответила женщина серьезно.

– Но, тем не менее, именно её и пытаюсь отмыть, – отвечала Яга.

– Дай посмотрю, – Марена встала со стула и быстрым шагом направилась к старушке. Схватив её за руку несколько секунд разглядывала что-то чёрное, медленно ползущее по руке Яги.

– Это не моя метка, – ткнув ногтем в пятно ответила она. – Но странно похожа, даже пахнет почти также… Но здесь что-то ещё есть.

– Гарь, – сказала Яга, умудряясь смотреть сверху вниз на племянницу, которая была выше неё почти на две головы.

– Гарь, значит. Как интересно, – ловко подцепив ногтем пятно, дергающееся на коже старушки, Марена забросила его в стеклянную банку, ловко подставленную котом. – Где ты взяла эту гадость?

Яга молча махнула рукой в сторону лавки, где спала Злата, после чего взяла банку с пятном и, закрутив крышку посильнее, поднесла к свече, чтобы рассмотреть.

Марена подошла к лавке, вгляделась в лицо девушки и вдруг рассмеялась. Кот и Яга удивлённо на неё посмотрели.

– Как интересно получается, – сказала Марена, закончив смеяться. – Который раз за луну эту девицу встречаю в самых неожиданных местах и всё не по её душу прихожу.

Сноски:

Ёма (Йома, также Юма) – злая лесная ведьма в фольклоре коми.

Домовина - изба для захоронения. Синоним к слову «гроб».

Глава 19

Стоило Злате попасть в Карагай, как сны о Древе вернулись. Теперь в них не было огня и золы, но они были полны черноты, боли и страха. Ствол Древа был тёмным и кряжистым, вокруг него сновали тени, срывая с веток черную листву. С каждым оторванным листком Древо сочилось красным соком, похожим на кровь, и страдальчески скрипело.

– Помоги, – шелестело оно размахивая ветвями, словно подзывая Злату.

Но каждый раз, когда девушка пыталась подбежать и разогнать мучающие его тени, они окружали её саму, и она не могла сделать и шага. Порой тени нападали, и тогда Злату накрывало волной страха, девушка начинала корчиться от боли. Сердце гулко стучало в груди, мысли путались, и она просыпалась. Долгое время её трясло, чудилось, что тени не исчезли, а просто спрятались по углам, и Злата шарахались от каждого шороха.

Яга, наблюдая за этим, качала головой, но ничего не говорила. Всё чаще девушке казалось, что всё что было раньше – тоже сон. Порой даже появлялось чувство, что Яга и есть та тетка, к которой её отправили родители, и что сами они вот-вот придут. Чем чаще Злату посещали такие мысли, тем более смутными становились сны о Древе. Девушка давно сбилась со счета дней и не знала, сколько она здесь находится. Возможно, всю жизнь?

Дни были похожи один на другой. Злата помогала Яге по хозяйству да слушала былички, которые рассказывал кот Баюн. Представился он ей не сразу, словно выжидал чего. Историй у него было так много, что Злата только дивилась количеству сказов, что он знает. Она с нетерпением ждала вечера, когда сядет с ним у печки, и кот, свернувшись клубком на её коленях, станет мурчать истории.

– Спит? – спросила Яга, попивая чай.

– Спит, – ответил кот, аккуратно освобождаясь из Златиных объятий. Он подошёл к столу, и запрыгивая на лавку рядом с Ягой, продолжил: – Ты не говорила с Мореной?

– Говорила, – кивнула Яга. – Ей пока ничего не удалось узнать.

Старушка задумалась.

– Не нравится мне все это. Мы с тобой столько сил потратили, а метку полностью снять так и не смогли.

– Не мы ставили, не нам и убирать, – мудро заметил Баюн.

– Да, не мы, – эхом отозвалась Яга, – но и не Марена. А кто ещё кроме нас двоих этим делом заведует?

Старушка задумчиво покрутила баранку в руках.

– Что-то мы упускаем. Не могу понять – что.

– Может, оставить всё как есть? – спросил кот, подвигая к себе блюдце со сметаной. – Если здесь и правда Древо жизни замешано, никто из нас на то повлиять не сможет.

– А если не Древо? – Яга с досадой хлопнула по столу. – Погубим же девчонку!

– Ну, а ежели судьба её такая? Она же человек, а тут раз – и с Навьей меткой. Много ты таких на своем веку встречала, а? – Баюн лапкой вытер усы от сметаны. – Я вот ни одного. Тот, на ком метка появляется – не жилец боле.

– Так-то Марена отмечает, – Яга постучала пальцами по столу, – а здесь не она. Надо бы ещё подумать.

– Думай скорее тогда, – кот серьезно посмотрел на старушку. – Мне с каждым днём всё труднее сдерживать тени, что на неё наступают. Злата их словно притягивает.

– Не она, а метка, – поправила его Яга.

– Так или иначе, если не поторопиться, то либо я её в беспамятство волшбой введу, либо тени сгубят, – старушка вздохнула, поглядев на спящую девушку, но ничего не сказала.

Злата потянулась, пытаясь вспомнить что ей снилось.

– Проснулась? – раздался немного ворчливый голос Яги. Злата робко кивнула, садясь на лавке. – Вставай тогда. Дел сегодня невпроворот. Кушай, и идите с Баюном в лес, нужно хворосту набрать.

Девушка поспешно вскочила и бросилась умываться. Яга тем временем выставила на стол горячие пирожки и крынку молока. Наскоро перекусив, девушка и кот направились в лес. Они всегда ходили рядом с избушкой. Яга строго-настрого запретила Злате отходить далеко. Девушка послушно исполняла наказ – чёрный лес пугал её. Обычно кот гонял птиц и иногда развлекал Злату разговором, но сегодня он был сосредоточен и угрюм. В лесу было тихо, и это настораживало кота. Он вслушивался в тишину.

– Ёма, – вдруг выдохнул кот. – Вот ведь вредная баба!

Злата, собирающая хворост, выпрямилась и удивлённо посмотрела на кота, она не слышала ничего подозрительного.

– Будь тут, никуда не уходи, жди меня, – серьезно сообщил Баюн. – И молю, ни с кем не разговаривай!

Девушка послушно кивнула, и кот исчез среди деревьев.

Собрав целую вязанку хвороста, Злата присела прямо на неё. Она напевала себе под нос мелодию и смотрела на видневшуюся сквозь деревья избушку. Вязанка была тяжелой, и без волшбы Баюна девушка её просто не могла поднять. За спиной раздался хруст веток, и Злата радостно обернулась, ожидая увидеть кота, но вместо него из-за деревьев вышел мужчина. Он был молод, светлые волосы касались плеч. Злата вглядывалась в черты незнакомца, и ей показалось, что она где-то его уже видела. Мужчина огляделся по сторонам и, приметив Злату, направился к ней.

– Доброго дня тебе, девица. Можешь ли путь-дорогу указать? – Злата испуганно покачала головой, вспомнив предостережение кота. Мужчина пристально всмотрелся в лицо девушки, и вдруг его лицо озарила улыбка. – Злата? Ты ли это?

Злата замерла.

«Откуда он знает моё имя? А может, это какой дух? Где же Баюн?» – девушка затравленно огляделась в надежде, что Баюн сейчас появится, но кота нигде не было.

– Ну, чего же ты молчишь? – мужчина протянул руку, попытавшись схватить Злату за плечо, но девушка резко дёрнулась назад и чуть не упала с вязанки. Незнакомец убрал руку. – Ну, чего ты? Это же я, Иван.

– Иван? – робко спросила Злата. В мыслях зашевелились воспоминания, а наказ кота испарился.

– Да-да, Иван! – радостно закивал он. – Мы с тобой в лесу встретились однажды. Ты со мной в город собиралась идти, да мы разлучились, когда на нас медведь напал. Помнишь?

После его слов Злату словно ледяной водой окатило. В голове замелькали мысли-воспоминания, вот она блуждает в лесу, вот выходит Иван, вот на них нападает медведь, вот Арысь-поле, Леший…

– Подожди, – Злата сосредоточенно посмотрела на Ивана. – Ты выглядишь старше.

– Зато ты выглядишь точно так, как в нашу последнюю встречу, – хохотнул мужчина. – Сколько ж прошло? Год? Два?

Иван задумчиво пригладил усы. Злата всё же упала с вязанки.

– Эй, ты чего? Нормально все? – мужчина обошел хворост и протянул руку, чтобы помочь девушке подняться, но Злата промычала что-то неразборчиво и оттолкнула его руку. – Ну, как хочешь. Только я б на твоем месте долго здесь не лежал, холодная земля тут, каменная словно.

Злата смотрела в серое небо. В голове, как колокол, звенели слова Ивана про года.

«Как же так случилось, что так много времени прошло? – думала девушка. – И я ведь не заметила даже. Нужно срочно возвращаться к Яге, чтоб она указала путь в Навь».

– Ты долго ещё молча лежать будешь? – Иван переминался с ноги на ногу. – Я встретить тебя рад, но очень уж тороплюсь.

Девушка кинула на него взгляд, затем вновь посмотрела на небо – где-то каркнул ворон. Злата тяжело вздохнула и наконец поднялась.

– Торопишься? А куда? – отряхнув сарафан, она выжидательно уставилась на Ивана.

– Я ищу Адово озеро, – начал мужчина. – Говорят, оно здесь, в Карагае, но пока все мои блуждания напрасны. Может, ты знаешь, где оно находится?

Злата отрицательно помотала головой.

– Жаль, – Иван вздохнул и оглянулся по сторонам, словно ожидая увидеть озеро прямо за деревом.

– А зачем тебе туда? – задумчиво уточнила девушка.

– Жена моя там, – с тоской сказал он.

– Жена?

– Ах, да, ты же не знаешь! – Иван почесал подбородок и вновь задумчиво огляделся. – Ладно, история долгая, но куда идти – тоже не ясно, потому расскажу. Присаживайся.

Он махнул Злате на её вязанку. Сам стащил тулуп, что был накинут на плечи, и бросил его на землю, усевшись поверх него. Девушка примостилась на вязанке хвороста поудобнее и приготовилась слушать историю Ивана.

– Так вот. Когда на нас напал медведь, мне удалось выбежать на тропинку. Вначале пошёл тебя искать, но нашел только тело волка, – Иван нахмурился вспоминая. – Ты не откликалась, следов никаких не было, потому я вернулся на тропинку, понадеялся, что тебе повезло, и ты выбежала куда-то на дорогу. Видимо, так и случилось.

Он посмотрел на Злату. Не желая рассказывать о своем пути, девушка качнула головой, как бы соглашаясь с версией Ивана. Получив подтверждение, мужчина продолжил:

– Вышел я, значится, на дорогу с тропинки той и отправился в город. Дошел быстро, там повезло – встретил Марью на площади. Уж как она обрадовалась, не передать! – лицо Ивана озарила улыбка. – Я тут же её в охапку и о свадьбе договариваться. О дате уговорились не сразу, мать её всеми силами пыталась отложить празднество, но в итоге женились мы. Ну, вот, там на свадьбе кто-то ей возьми да зеркальце резное подари. Марья пришла в такой восторг от подарка, всем гостям сказала, что никто на свете не сравнится с ней красотой, потому и зеркальце это прекрасное подарили именно ей.

Тут Иван запнулся и, нахмурившись, продолжил:

– Я с этим, конечно, согласен, красавица, она у меня писаная, но одно дело, когда я так тебе говорю, другое – так всему честному люду заявить… Драка была, ух!… – Иван помолчал, переводя дух. – А дальше, что-то странное началось. Характер моей кроткой Марьи портился с каждым днём, ежели не часом. Она осунулась, похудела. Постоянно бранилась и говорила, что из-за того, что вышла замуж, она стала страшной уродиной.

Иван почесал затылок.

– По мне, как была красавица, так и осталась.

– А кто зеркальце подарил? – спросила Злата, не спуская сосредоточенного взгляда с Ивана.

– Да кто ж его знает, в городе этом? Столько люду было, а я и половины не знал, – мужчина задумался.

– Как же Марья здесь оказалась? – спросила Злата, не давая Ивану надолго замолчать.

– Так вот из-за зеркала этого! Как не посмотрит в него – ходит смурнее тучи, на всех лает, не хуже собаки. Я переживать за неё начал, спрятал зеркало-то. Она поискала, конечно, опечалилась, а потом, вроде, забыла про него. Вернулся к ней румянец, снова стала нежной да кроткой. К холодам ближе стала рукодельничать, и вот тут опять началось. Как не уйдет прясть – возвращается злая, как подменили её. Решил подглядеть, чего она там на женской половине-то делает: гляжу, а она зеркальце это несчастное нашла! Глядится в него, хмурится, а мне голос слышится какой-то противный, старческий, но не разобрать, что говорит. Я, конечно, вышел из-за печки-то, Марья испугалась и зеркало обронила. Вот тогда это и случилось, – Иван пригорюнился. – Стоило зеркальному стеклу разбиться, как замерло над осколками облако, которое росло до тех пор, пока не превратилось в старуху. Марья давай кричать, а старуха гадко хихикает. Схватила она Марью за косы и говорит: «На сестре женился, даже не постыдился» и хихикает себе дальше, дергая жену за волосы. Марья в слезы, я нож охотничий схватил и бросился жену спасать.

Иван ещё сильнее опустил голову.

– Старуха вертлявой оказалась, Марью отпустила, отпрыгнула. Я сумел только клок волос оторвать… – Иван прокашлялся, словно пытался избавиться кома в горле. – Старуха смеется, уж не знаю, что меня дернуло, но я клок волос её взял и поднес к свече. Стоило ему вспыхнуть, как Марья закричала не своим голосом и упала. Старуха злобно захихикала и растаяла дымком. Бросился я к жене, но как только коснулся её рукой, обернулась Марья чёрным лебедем. Птица зашипела, замахала крыльями, а потом больно меня ущипнула и прыгнула в открытую печь, только в начищенном чугунке мелькнуло отражение Марьи, прыгнувшей в огонь.

Мужчина замолчал.

Злата раздумывала над его историей: «Интересно, что это за старуха такая была? Не Ёма ли, случайно?»

– А как же ты в Карагае оказался?

– Волхв мне помог. Пришёл я к нему, рассказал о своей беде, тот и объяснил, что замешана здесь сила нечистая. Провёл обряд, обратился к богам, они направили сюда, к Адовому озеру. Только вот добраться до Карагая оказалось проще, чем найти здесь озеро.

– Я знаю, кто может тебе помочь, – сказала Злата после недолго молчания. – Видишь, за деревьями избушка?

Девушка махнула в сторону дома Яги.

– Там живёт очень добрая бабушка, она точно поможет.

Иван посмотрел на Злату, а затем покачал головой.

– Волхв мне строго-настрого запретил с кем-либо в Карагае говорить, чтоб беды не случилось. Нехорошее это место.

Мужчина поднялся с земли, накидывая свой тонкий тулуп обратно на плечи.

– Но со мной же ты заговорил, – удивилась девушка.

– Так это другое, – уверенно отвечал Иван. – Тебя-то я знаю.

– Хорошо, ежели так… – начала она.

– Ладно, – прервал её мужчина. – Пора мне, чую, что любовь моя где-то рядом. Прощевай.

Сказал Иван и, не дожидаясь ответа, скрылся среди деревьев. Злата удивлённо смотрела ему вслед. Стоило мужчине уйти, как появился Баюн. Он был очень зол и прихрамывал. Недовольно шипел каждый раз. наступая на правую лапу.

– Что случилось? – опасливо покосилась на него Злата.

– Неудачно приземлился, – прошипел кот.

– Вывихнул? – испугалась девушка, приложив ладони к щекам.

– Скорее, что-то туда воткнулось, – недовольно ответил Баюн. – Идём скорее, надо посмотреть.

Девушка подхватила кота на руки, невольно выдохнув – уж больно тяжелым был кот. Баюн хлестнул хвостом по воздуху, заставив охапку хвороста подняться над землёй. Так и шли: Злата несла кота, а он следил, чтобы хворост летел за ними.

Глава 20

Яга охала и ахала, помогая Злате вытаскивать из лапки кота большую занозу. Баюн жалобно мяукал и дергал лапой, мешая процессу. Наконец занозу достали, и кот залез на печь – зализывать ранку.

Злата задумчиво сидела на табуретке и смотрела в окно. Там, снаружи, было темно: ни звёзд, ни луны, только чернота.

– О чем пригорюнилась, деточка? – спросила Яга, присаживаясь рядом с девушкой.

– Думаю, как мне попасть к Древу жизни, – Злата повернулась лицом к старушке. – Мне нужна подсказка куда дальше идти, чтоб попасть в Навь.

Яга пристально посмотрела на Злату, затем повернулась к коту, тот, увидев суровый взгляд хозяйки, мяукнул и повернулся к ней хвостом.

– Вот прохвост, – проговорила Яга вполголоса, а затем уже громче, повернувшись к девушке, ответила: – Вижу, ты от меня подсказки ждёшь.

Злата смущенно кивнула.

– Да, я помню, что помочь обещала, ну, что ж… – старушка поднялась с лавки и направилась к шкафчику. Злата внимательно наблюдала, как Яга копошится внутри ящичка, чем-то шуршит, что-то перекладывает. Наконец она нашла, что искала.

– Вот, возвращаю тебе гребень твой, – Яга положила резной деревянный гребень на стол перед Златой. – Храни его, пригодится он тебе ещё ни раз. Ежели в пути вдруг приключится чего непонятное тебе или решение какое принять потребуется, то достань гребень и расчеши им волосы, после этого мысли станут ясными, и ответы придут. Девушка ласково провела пальцем по узору вырезанному на гребне, а затем спрятала его за пазуху.

Яга тем временем села напротив девушки и, налив душистый чай из пыхтящего самовара, продолжила разговор.

– Чтобы в Навь попасть, надо тебе перебраться через реку Сир-Ю. Есть там мост, но нет на него прохода живым и тем, кто при жизни дурным занимался. Мост этот охраняет страж, потому, если сумеешь с ним сговориться, то, может, и откроет он тебе путь в Навь.

– Как ж мне с ним сговориться можно?

– Того не знаю. Могу только сказать, что плата будет высока, а там как повезет, – Яга с сочувствием посмотрела на Злату. – Никто из живых, как правило, оттуда не возвращается, потому и об оплате рассказать некому.

– Что же случается с тем, кто не смог сговориться со стражем? – испуганно спросила девушка.

– Говорят, мост рушится прямо под ними. Как только человек упадёт, сразу сгорит в кипящей смоле… А там в Навь попадёт, как и стремился.

– Может, есть другой путь? – с надеждой спросила Злата.

– Есть, но он ещё труднее и опаснее первого, – Яга вздохнула. – В Нави у железной горы обитают огромные пауки, способные перенести человека через Сир-Ю на своей паутине. Только вот в Карагай они редко заходят. Если же тебе повезёт встретить такого паука, то сговориться с ним будет проще, чем со стражем.

Яга призадумалась.

– Правда, в таком случае, к Древу придётся перебираться через железные горы, что гораздо труднее.

Злата пригорюнилась. Сгореть заживо в горячей смоле ей не хотелось, а пауков она просто боялась. Старушка, заметив это, мягко улыбнулась.

– Страх мешает нашим свершениям. Не стоит поддаваться ему раньше времени, – мудро заметила Яга. – Ложись-ка ты спать, а завтра с утра, коли не передумаешь, в путь отправишься.

Злата покорно кивнула и направилась к лавке.

Стоило девушке заснуть, как Яга подскочила к коту и, схватив его за шкирку, стащила с печи.

– Я тебе что говорила? О чём просила? – сурово начала она, глядя на Баюна. – Ты же должен был сделать так, чтоб она забыла обо всём, хотя бы пока мы не разберёмся, откуда на ней навья метка.

Кот зашипел в ответ:

– Навёл я на неё чары. С утра была почти в беспамятстве, сама ж видала.

– Так а чего к вечеру-то вспомнила? – Яга отпустила кота, и тот рухнул на пол, громко мяукнув.

– Да откуда ж я знаю!?

– А кто за ней приглядывать должен был? – Яга уперлась руками в бока. – Ты! Вот с тебя и спрос.

Баюн недовольно поджал хвост.

– Ладно, ты вначале на неё волошбу наведи, чтоб снова всё позабыла, а потом будем думать, как так вышло, что вспомнила она куда шла, – Яга устало опустилась на лавку и приготовилась ждать кота.

Тот неспешно подошел к спящей Злате. Глаза зверя засверкали, и он замяукал какой-то мотив, похожий на колыбельную. Звук становился все монотонней, сливаясь воедино со звучанием мира вокруг, девушка ёрзала, но не просыпалась. По её лицу мелькали чёрные тени. Спустя четверть часа уставший Баюн закончил песнь и запрыгнул на лавку рядом с Ягой.

– Ну, что? – нетерпеливо спросила старушка.

– Ничего. Не выходит, – недовольно сказал кот. – Метка не даёт. Ощущение, что она просто впитывает мои чары.

Яга нахмурилась.

– Ох, нехорошо это, ох, как не хорошо… Давай думать, что случиться могло. С утра, когда вы за хворостом уходили, всё в порядке было, – задумчиво начала Яга.

– Да, и потом в лесу тоже, – сказал Баюн, – не считая занозы, все было как обычно.

– Кстати, ты так и не рассказал, как умудрился такую большую занозу посадить, – Яга пристально на него посмотрела.

– Неудачно спрыгнул с дерева, – кот скривил мордочку. – А всё эта Ёма!

– Ёма? – Яга ещё сильнее нахмурилась.

– Да. Устроила очередной переполох в лесу.

– Что хотела?

– Да ничего, просто любит она пакостить.

– Злату обидела? – продолжала задавать вопросы Яга.

– Нет. Не успела до неё добраться. Я издали услышал, не подпустил к девчонке.

– Подожди, – Яга сурово смотрела на кота, – ты что, Злату одну оставил?

– Пришлось. Иначе, как бы я её от Ёмы уберёг?

– Надолго? – старушка поджала губы.

– Нет. На четверть часа где-то, может, чуть больше, – Баюн призадумался, пытаясь вспомнить сколько его не было.

– Вот же дурень. Просила же – ни на шаг от девчонки не отходить.

– Чего ж сразу дурень? Одна она там была. Я проверил, прежде чем уйти. Да и снять мою волошбу мог только разговор со смертным, а смертных тут не ходит.

– Видимо, ходят, – хмуро отвечала Яга. – Как видишь, волошбы твоей нет больше.

Баюн виновато потупился.

– Что делать будем?

– Что-что?… Теперь уже ничего. Если поутру проснётся и решит в путь идти, то пусть идёт, значит такова судьба её, – Яга тяжело вздохнула, вновь наливая себе чай.

– А если решит остаться?

– Тогда и будем думать, – отвечала старушка. – Но чую, не останется.

И Яга задумалась о чём-то своём, глядя в окно. Баюн, решив не мешать размышлениям хозяйки, тихонько спрыгнул с лавки и залез на печь, где свернулся клубком и быстро заснул.

Злата проснулась уставшей. С трудом поднявшись, девушка умылась. Яга уже хлопотала у печи. Увидев, что девушка проснулась, старушка поставила самовар.

– Доброе утро, деточка. Как спалось? Что решила? – спросила Яга, выставляя чашки на стол.

– Доброе утро, – кивнула Злата. – Спалось неплохо, но чувствую себя так, словно поле пахала.

Девушка потянулась, пытаясь унять ломоту в теле.

– Нехорошо это, надо бы отлежаться, – Яга покачала головой.

– Нет-нет, – быстро ответила Злата, – пора идти. Чем скорее я доберусь до Древа, тем быстрее смогу вернуться домой.

– Ну, что ж, воля твоя, – Яга направилась к шкафчику. Порывшись там какое-то время достала моток пряжи. – Вот тебе клубок путеводный. Он хоть и неприметный на первый взгляд, но может указать путь-дорогу почти куда угодно. Стоит кинуть его наземь и назвать место, в которое тебе нужно попасть, как он побежит вперед – только поспевай!

Злата бережно приняла клубок шерстяной нити из рук Яги.

– Только глаз с него не спускай, пока остановиться ему не прикажешь. Иначе и заплутать можно. Да так, что сгинуть легко, – девушка покорно закивала.

Попрощавшись с Ягой и котом, Злата вышла из избы и бросила небольшой шерстяной клубок на землю, оставив конец нити в руке, как советовала старушка. Прокатившись немного по земле, клубок остановился. На него сразу налипли сосновые иголки и комки сухой земли. Злата подняла клубок, бережно отряхнула и, покрутив, снова бросила на землю. Клубок повторил свой манёвр и вновь замер грязный среди сухих сосновых иголок.

Яга и Баюн наблюдали за девушкой в окно.

– Может, помочь пойти? – задумчиво спросил Баюн, наблюдая за тем, как Злата то бросает, то поднимает клубок.

– Не надо, – поджала губы Яга. – Не зря ж на ней метка навья, сообразит.

– А ежели нет? – Баюн с сомнением посмотрел на старушку.

– Ну, нет – так нет. Значит, тут останется, – пожала плечами та.

Через четверть часа Яга встала и отошла от окна.

– Решила помочь? – спросил Баюн, не сводя глаз со Златы, которая за окном ходила вокруг клубка, гоняя его туда-сюда по поляне.

– Нет, – ответила старушка, забираясь на полати. – Дай знать, как разберётся, а я пока подремлю.

– А ты точно ей путеводный клубок дала? – Баюн с подозрением посмотрел на хозяйку.

– Может, тот клубок, а может, нет, – хитро ответила Яга, прикрыв глаза. – Кто ж знает?

– Это как понимать? – аж подпрыгнул от негодования кот. – Ты специально сделала так, чтоб она не ушла никуда?