Кибер психоз

Пауза.

— Ключевое слово уже засвечено. Если хотят связаться — сами выйдут.

Келл уже держал коммуникатор внутренней связи у уха.

— Мартин , приём. Мне нужен расклад на Средний ярус жилого сектора. Банды, корпорации — всё, что есть.

Щелчок. Секунда паузы.

— Принял, Вэйд . Дай двадцать минут, пробью по открытым реестрам. Что конкретно ищем — адрес, квартал?

— Жилой массив, конкретная постройка. Детали уточню.

— Понял. Буду.

Келл убрал коммуникатор , повернулся к Хейзу .

— С вашего позволения — я бы хотел сначала закончить с гоблинёнком .

Хейз посмотрел на него. Коротко. Потом кивнул.

— Иди. Финтег — останешься?

Джеймс уже открывал рот, но Хейз поднял ладонь.

— Не спрашиваю. Говорю. Мне нужен кто-то, кто посмотрит на Ройса и двоих его. Не для допроса — просто посмотреть. Иногда лицо говорит больше, чем рот.

Глотнул из кружки .

— Адрес с чипа уйдёт на предварительную проверку через закрытый реестр. Но это не быстро. Пока — есть что делать здесь.

Медблок . ~09:20.

Келл вошёл без стука — привычка. Барр поднял голову от монитора . Вид у него был немного нервный — как у человека, который не спал, но не хочет, чтобы это было заметно.

— Доктор. Анализ крови готов. — Протянул распечатку . — Предварительно всё стабильно. Гемоглобин чуть ниже нормы, маркеры воспаления слабо повышены — скорее всего, хроническое недоедание плюс перегрев. Ничего острого.

Келл взял листок . Пробежал глазами. Гоблинёнок спал в дальнем углу на кушетке . Металлическая трубка по-прежнему была зажата в маленьких пальцах, но хватка немного ослабла — во сне. Дышал ровно. Щёки были впалыми, но уже не серыми. Когда Келл прошёл мимо, эльф повернул голову. Не сказал ничего. Просто — посмотрел. Келл остановился у кушетки гоблинёнка . Присел рядом на корточки. Посмотрел на трубку в маленьких руках.

Никто её ещё не смотрел.

Снаружи по внутренней связи коротко пискнул коммуникатор — Мартин начал собирать данные по Среднему ярусу . Келл не торопился.

Изолятор был небольшим: серые стены, три металлических стула, привинченных к полу, и одна лампа под потолком — без абажура, просто голая трубка дневного света. Пахло антисептиком и застоявшимся воздухом. Ройс сидел посередине. Справа и слева — двое его. Все трое молчали. Руки за спиной, пластиковые стяжки. Спины прямые. Не напоказ — просто привычка, которую не вытравить. Двадцать, тридцать лет прошло — а тело всё равно помнит. Джеймс вошёл без спешки. Встал у стены напротив. Окинул троицу взглядом — медленно, сверху вниз. Кибернетический глаз фиксировал пульс, микровыражения, напряжение в плечах. Мозг делал то же самое — без имплантов, просто по старой солдатской привычке. *Первая эльфийская. Восемьдесят первая десантная. Ожог на запястье Ройса — форма характерная, плазменный. Непроизводственный. Боевой.

Молчание. Потом Джеймс сказал — негромко, почти разговорно:

— Раз вы с Первой эльфийской, то, вероятно, служили и во Второй кампании.

Пауза.

— Может, слышали про майора «Масло»? Или как меня называли эльфы… «Жидкий ублюдок»?

Двое рядовых не шелохнулись — но что-то прошло по лицам. Едва. Быстро погасло. Ройс на секунду прикрыл глаза. Этого было достаточно. Джеймс почувствовал, как что-то внутри переключилось — не злость, не торжество. Просто рабочее состояние. Четкое и знакомое. Усилитель в голосовом имплантате сработал сам — Джеймс даже не думал его активировать.

— ВСТАТЬ ПЕРЕД ОФИЦЕРОМ!

Голос ударил по стенам изолятора как удар в грудь. Рефлекс сработал раньше мысли — все трое вскочили. Стяжки дернулись. Спины выровнялись. Ройс поднял взгляд. В нём не было страха — была усталость и что-то похожее на узнавание.

— Доложить по форме.

Ройс говорил ровно. Без лишних слов. Голос человека, который умеет докладывать, короткими фразами, без украшений.

— Сержант запаса Ройс , Дэниел . Восемьдесят первая десантная, первый батальон. Уволен по сокращению после Второй кампании.

Как и большинство его батальона. Работал по контракту в трёх разных охранных структурах за восемь лет. Последний наниматель — физическое лицо, через посредника в Нижнем ярусе . Имя нанимателя — неизвестно. Контракт — поиск и изъятие конкретного груза в боксе семнадцать . Не вскрытие, не люди, не тела. Только груз. Двое рядовых молчали — но уже не профессионально. Просто не знали больше Ройса . Джеймс слушал. Не перебивал.

*Груз. Не культура, не чип — просто «груз». Либо им не сказали, либо они сами не связали одно с другим. Посредник в Нижнем ярусе . Физическое лицо. Хейз это уже знает, но подробностей пока нет.*

Когда Ройс замолчал, Джеймс помолчал еще секунд пять.

— Вы попали, — сказал он наконец. — И мы тоже попали. — Короткая пауза. — Посредник вас сдаст при первой возможности. Вы это знаете.

Ройс не ответил. Но по тому, как он смотрел — знал. Джеймс оттолкнулся от стены и вышел, не оглядываясь.

Гоблинёнок спал. Келл присел рядом с кушеткой и осторожно, двумя пальцами, взял металлическую трубку — или, вернее, попытался. Маленькие зелёные пальцы сжались во сне сильнее. Келл не стал тянуть. Просто наклонился ближе и посмотрел. Трубка была короткой — сантиметров десять, не больше. Тёмный металл, матовый, без маркировки. На одном конце — небольшое резьбовое соединение, плотно закрытое. На другом — чуть помятый край, как будто кто-то сжимал её слишком сильно много раз.

Не инструмент. Не игрушка. Слишком хорошо сделана для Нижнего яруса . Резьба точная, металл однородный. Что-то внутри?

Келл не стал тревожить малыша. Просто запомнил. Встал.

— Барр .

Рыжий поднял голову от монитора .

— Когда проснётся — накорми. Изучи бестиарий, узнай рацион. И не тащи ему синтетику первым делом — проверь сначала, что у нас есть из натурального.

— Понял, доктор. — Барр уже тянулся к планшету .

— Я… честно говоря, никогда не работал с гоблинами. Попробую найти протокол.

— Найдёшь. — Келл уже шёл к занавеске.

Лиен Тарвэ лежал ровно. Единственный живой глаз — открыт, смотрит в потолок . Дышит. Культи перевязаны аккуратно, временные зажимы держат. Капельница работает тихо. Келл остановился у кушетки . Смотрел секунду.

Вот смотришь на него — и думаешь: эльф, боевой аугментированный наёмник, пришёл убивать. И одновременно — лежит без рук, без ног, один глаз, в чужом медблоке. Странное чувство.

Ещё секунда.

Хочется подойти и въебать чапалаха. Просто так. Чтобы этот единственный глаз сделал что-нибудь живое, а не вот это вот потолочное.

Келл слегка удивился самому себе. Усмехнулся — тихо, носом — и взял планшет с крючка. Посмотрел в карту. Состояние стабильное. Обезболивающее работает. Воспаление культей — в пределах нормы, чуть выше, но не критично. Имплантаты в торсе — активны, но ничего боевого, скорее жизнеобеспечение. Лиен медленно повернул голову. Смотрел на Келла . Не просил ничего. Просто смотрел — с тем выражением, которое бывает у людей (и нелюдей), когда они слишком устали даже для злости. Келл не отвел взгляд. Сделал пометку в планшете . Где-то в глубине базы хлопнула дверь — и по внутренней связи пискнул коммуникатор . Голос Мартина :

— Вэйд , данные по Среднему ярусу готовы. Жилой массив, конкретный адрес. Зайди, когда сможешь.

Пауза.

— И ещё кое-что. Там есть кое-что интересное по тому адресу. Думаю, вам с Финтегом стоит это увидеть вместе.

23 марта 2372 года

Четверг. ~10:20–10:45.

База отдела.

Келл нажал кнопку переключения на коммуникаторе — щелчок, шорох, потом тишина закрытого канала.

— Спасибо, Мартин , скоро будем. Повесил планшет с мед картой обратно на крючок. Бросил взгляд на гоблинёнка — тот дышал ровно, пальцы по-прежнему сжимали металлическую трубку . Лиен Тарвэ снова уставился в потолок .

— Барр .

Рыжий поднял голову.

— Extremis malis, extrema remedia, — сказал Келл через плечо, уже на ходу, и толкнул дверь медблока . Барр уставился ему в спину с видом студента, которому дали формулу, но не объяснили задачу.

Джеймс шёл от изолятора в другую сторону — к кабинету Хейза .

Парни нормальные. Отработанные. Ройс не ломался — значит, не трус и не идиот. Просто попал не туда. Таких терять жалко — тем более что жалеть в этом управлении особо некого.

Хейз сидел на прежнем месте. Кружка , распечатки , усталые глаза дворфа, которого эта ночь явно не пощадила. Джеймс встал у стола . Не садился.

— Трое в изоляторе — нормальные солдаты. Спаянная тройка, дисциплина есть, с головой дружат. Ты сам говорил — людей нет. Вот тебе люди.

Хейз поднял взгляд. Молчал.

— Обвинения снимаешь за добровольное сотрудничество. Посредника сольют — ты знаешь. Только с ними нормально поговорить надо, не как с задержанными, а как с людьми, которым дают выход.

Пауза.

— Не мне тебя учить, Хейз .

Дворф помолчал ещё секунду. Покатал кружку между ладонями.

— Я подумаю, — сказал он наконец. — Это не быстро. Юридически — нужно оформить. Официально они задержаны.

— Думай быстро, — ответил Джеймс . — Посредник не будет ждать.

В этот момент в углу черепа — там, где нейросеть сходилась с аудио имплантом — мигнул тихий сигнал. Входящее. Мартин . Текстом, два слова:

«Данные готовы. Приходи».

— Мне нужно, — сказал Джеймс , уже разворачиваясь.

Хейз не ответил. Только снова взял кружку .

В коридоре Джеймс столкнулся с Келлом у поворота к техническому блоку . Буквально — едва не лоб в лоб.

— Мартин ? — спросил Джеймс .

— Мартин , — подтвердил Келл . Пошли вместе.

Комната аналитики была небольшой — три монитора , тактический стол с проекционной поверхностью, стойка с кабелями вдоль стены. Пахло холодным кофе и застоявшимся воздухом кондиционера. Мартин стоял у центрального монитора и обернулся, когда вошли оба. Выглядел он как человек, который что-то нашёл и немного сам от этого не в себе. Зара сидела на подоконнике сбоку — скрестив ноги, с кружкой в руках. Смотрела спокойно, как смотрит тот, кто уже знает. — Хорошо, что вместе, — сказал Мартин без предисловий. — Потому что по отдельности это просто два факта. А вместе — это уже вопрос. Он провёл рукой над тактическим столом . Проекция развернулась — карта жилого массива Среднего яруса , сектор восемь, блок «Д». Плотная застройка: многоуровневые жилые башни, крытые переходы, старые промышленные надстройки.

— Адрес с чипа : башня «Д-12», третий жилой уровень, секция четыре. — Мартин выделил точку. — По открытому реестру — числится как жилая ячейка. Формально арендована на физическое лицо. Имя — Кано Реш . Гоблин, сорок два года, последнее зарегистрированное место работы — медицинский склад в Нижнем ярусе , три года назад. С тех пор — ничего.

Пауза.

— Теперь второе. — Мартин переключил слой карты. — Кличка с чипа . Два слога, запись чёткая. «Ка-но». Он посмотрел на обоих. — Тот же человек. Мёртвый мужик в боксе семнадцать умирал с чипом , на котором записан адрес и имя гоблина. Гоблин исчез три года назад. А в медблоке у вас лежит гоблинёнок, которого нашли в том же боксе семнадцать , и держит в руках металлическую трубку , которую никто ещё не открыл.

Зара, отпив из кружки, тихо сказала:

— Пахнет одинаково. Мужчина в боксе и ребёнок.

Одинаково.

— Я не сразу поняла. Сейчас — понимаю. Мартин не добавил ничего. Просто оставил карту висеть над столом — башня «Д-12», выделенная точка, имя. За окном базы серело утреннее небо Нижнего яруса . Где-то далеко гудели вентиляционные установки .

Джеймс смотрел на проекцию над тактическим столом . На выделенную точку — башня «Д-12» , Средний ярус , секция четыре.

Мёртвый мужик. Гоблинёнок. Один адрес. Одна кличка. Одно имя. Кано Реш — сорок два года, медицинский склад, три года назад исчез. «Ка-но» — два слога, запись чёткая. Один человек. Живой или мёртвый — вопрос.

Он не успел открыть рот.

— Зарочка…

Пауза.

— ЗАРАЗОЧКА! — Джеймс развернулся к Заре . — А раньше сказать не могла?

Зара посмотрела на него с подоконника — спокойно, как смотрит тот, кто не считает себя виноватым.

— Я не сразу поняла, — повторила она. — Запах старый. Ребенок грязный, вонь от одежды, переохлаждение, страх. Всё это перебивало.

Пауза.

— Когда Мартин назвал имя — тогда и сложилось.

— «Тогда и сложилось», — повторил Джеймс без выражения. — Хорошо хоть сейчас. Потянулся к плазменной мине в подсумке — и остановил руку. Не сейчас. Не при всех. Келл стоял у тактического стола и смотрел на проекцию . Молчал секунды три.

Мёртвый техник и гоблинёнок. Один запах. Один запах — значит, рядом были. Долго. Может, вместе жили. Может, мужик его прятал. Может, тащил с собой. Кано Реш — медицинский склад. Три года назад исчез. Ребенок выглядит лет на пять-шесть. Арифметика простая и очень неприятная.

— Вы что, блять, — сказал он негромко, — энцефалитных клещей покурили? Как такое возможно?

Никто не ответил. Мартин только чуть пожал плечом — мол, сам не знаю, но вот так. Келл потёр лицо ладонью. Бинт на правой руке чуть сдвинулся — он одернул его машинально.

— Кано Реш и «Ка-но»… — сказал он медленно, будто проговаривал вслух, чтобы лучше услышать. — Связано ли это? Один и тот же человек?

— По всему выходит — да, — сказал Мартин. — Но это ещё нужно подтвердить.

Келл опустил руку. Посмотрел на Джеймса .

— В этот раз предлагаю провести разведку. Ты — в «Д-12» . Я — на медицинский склад Кано . Никакой пальбы, никаких взрывов.

Короткая пауза, в которой было что-то похожее на искреннюю надежду.

— Просто осмотр. Сбор данных.

Джеймс посмотрел на него.

— «Никакой пальбы», — повторил он. — Ты мне это уже говорил.

— И в этот раз я имею в виду это буквально.

— В прошлый раз ты тоже имел в виду буквально.

Мартин дипломатично изучил угол потолка. Молчание. Джеймс смотрел на проекцию . Башня «Д-12» висела над столом — жилой массив, плотная застройка, крытые переходы. Средний ярус . Не дно, но и не верх. Место, где можно исчезнуть, если знать как.

Ячейка арендована три года назад. Гоблин, которого никто не видел три года. Мертвец с его именем на чипе. Ребёнок с его запахом. Или там ничего нет и ячейка давно пустая.Или там кто-то есть и это уже совсем другой разговор.

— Адрес склада, — сказал он наконец, обращаясь к Мартину .

— У тебя есть?

— По открытым реестрам — склад числится как ликвидированный объект. Три года назад снят с баланса. Юридическое лицо — расформировано.

Мартин переключил слой на проекции .

— Физически здание стоит. Нижний ярус , промышленный квартал, блок «Е». Вот.

На карте появилась вторая точка. Пониже. Другой ярус. Зара слезла с подоконника . Поставила кружку .

— Если идёте порознь — мне куда?

Джеймс и Келл посмотрели друг на друга.

Вопрос хороший.

За окном базы Нижний ярус продолжал жить своей жизнью — серое небо, гул вентиляционных установок , запах выхлопа и промышленного пара. Где-то в глубине коридора хлопнула дверь. Проекция висела над столом . Две точки — башня «Д-12» и ликвидированный склад в блоке «Е» — мигали тихо, ожидая решения.

Келл смотрел на две мигающие точки над тактическим столом .

Значит, так. Склад — мой. Башня — его. Картинка почти сложилась, осталось только доделать края. Мёртвый мужик с чипом. Гоблинёнок с трубкой. Кано Реш — медицинский склад, три года назад исчез. Ребёнок лет пяти-шести. Ликвидированный объект, здание стоит. Кто-то три года хранил там что-то — или кого-то. Или и то, и другое.

Он не стал произносить это вслух. Просто кивнул Джеймсу — коротко, как кивают, когда решение принято. Джеймс не стал тратить время.

— Зара с Доком , — сказал он, не повышая голоса.

Тыкнул пальцем в точку с башней, потом в точку со складом, потом — себе в висок, в сторону кибернетического глаза .

— Я один. Мартин , ты на базе. Мне от твоего тепловизора никакого толка.

Потянулся, указательным постучал по своему кибернетическому глазу .

— У меня свой имеется. Да и спектрометр, и ночник стоит. Сиди тут и работай головой… ну или жопой. Насрать.

Мартин только молча поднял кружку . Воспринял как должное.

— Всё. Я в гараж. До «Д-12» около семи кварталов ехать.

Развернулся и вышел. Дверь за ним не хлопнула — просто закрылась.

Келл проводил его взглядом. Потом посмотрел на Зару .

— Осмотр. Сбор данных.

Пауза.

— Без самодеятельности.

Зара взяла кружку с подоконника , допила, поставила обратно.

— Я слышала, — сказала она ровно.

~10:58. Технический блок .

Джеймс толкнул дверь технического блока . Пахло, как всегда: машинным маслом, горячим металлом и чуть-чуть — собственным потом. Родной запах. Пулемет лежал там, где он его оставил. Завёрнутый в ветошь, прислоненный к стойке . Джеймс присел, откинул ткань, провёл рукой по кожуху — привычным движением, почти машинальным.

Подствольник пуст. Надо зарядить.

Достал газовую гранату , вогнал в подствольник , защелкнул. Передернул затвор , поставил на предохранитель.

Семь кварталов. Жилой массив. Средний ярус. Крытые переходы, плотная застройка. Ячейка трехлетней давности. Гоблин, которого никто не видел. Мертвец с его именем на чипе. Или там пусто. Или там кто-то есть.

Повесил пулемет на плечо. Проверил разгрузку — пальцы прошлись по подсумкам механически, считая: колба с нитроглицерином , холостая мина , дымовая граната , дистанционная мина , плазменная мина .

Без взрывов, говорит. Угу разбежался.

Левое бедро чуть повело при повороте — едва заметно, но Джеймс почувствовал. Новый уплотнитель в правой ноге работал штатно. Левая — родная, не кибер. Просто мышца. Усталость.

Или не усталость. Почему у меня опять левое яйцо хуёвые признаки подаёт.

Он не стал развивать мысль. Подхватил ключ от служебной машины со стойки у входа — там висел целый ряд, все одинаковые, серые пластиковые брелоки с номерами — нашёл нужный и вышел в коридор.

~11:05. Гараж базы .

Гараж был низким, с серым бетонным потолком и полосами желтого света вдоль потолочных балок. Пахло выхлопом и тормозной жидкостью. Стояло штук шесть машин — разные, все без опознавательных знаков, все одинаково невзрачные. Джеймс нашёл свою по номеру на брелоке. Тёмно-серый фургон . Тупой нос, затемнённые стёкла, помятый бампер с левой стороны. Не новый, незаметный. Забросил пулемёт на заднее сиденье, влез за руль , завёл. Двигатель поймал обороты с первого раза. Джеймс вытащил сигарету , прикурил, открыл щель в окне. Дым потянулся в щель медленно.

Глава 5.

23 марта 2372 года

Четверг. ~11:10.

На навигационном дисплее мигал запрос — куда ехать. Он не ввёл адрес. Просто выехал из гаража , повернул направо, и Средний ярус начал приближаться сам — сначала как серая полоса надстроек над Нижним , потом всё ближе, выше, плотнее.

Семь кварталов. Башня «Д-12» . Третий жилой уровень. Секция четыре. Кано Реш.

Сигарета догорела до фильтра, пока он ехал.

~11:08. База отдела , у гаража .

Зара шла рядом чуть позади — молча, с рюкзаком на одном плече. Двигалась легко, как всегда, будто асфальт под ней был чуть мягче, чем под другими. Келл поправил разгрузочный жилет . Медицинские ячейки слева — в порядке. Пистолет справа — в подсумке. Шприц с седативным в мед подсумке — на месте. Правая рука под бинтом тихо ныла. Он не обращал внимания.

— Ты была в блоке «Е»? — спросил он у Зары , не оборачиваясь.

— Проходила, — сказала она. — Давно. Там воняет химией и старым металлом. Крысы большие.

— Крысы меня не интересуют.

— Понятно, — сказала Зара . — А что тебя интересует?

Келл помолчал секунду.

— Кто жил в том складе три года. И зачем.

Зара ничего не ответила. Только чуть раздула ноздри — привычно, непроизвольно. Втянула воздух базы : выхлоп, металл, чужой пот, чья-то еда из столовой . Потом они сели в машину, и база осталась позади.

~11:20. Средний ярус . Подъезд к башне «Д-12» .

Джеймс припарковал фургон за квартал. Не у самого подъезда — рядом стояла пара других машин , достаточно, чтобы не выделяться. Вышел, оставил пулемет внутри. Под курткой — разгрузка , всё на месте. Со стороны — просто человек, немного широкий в плечах, с усталым лицом. Башня «Д-12» была перед ним. Серый монолит этажей тридцати. Облезлая плитка на цоколе, одно окно на пятом забито листом пластика . Над входом — вывеска с номером, буква «Д» полустертая. Несколько жителей у подъезда пожилая орчанка с сумкой , двое подростков-полуэльфов, гном в рабочем комбинезоне . Обычное утро Среднего яруса . Джеймс закурил. Встал у ближайшей стены , прислонился плечом, сделал первую затяжку.

Третий жилой уровень. Секция четыре. Смотрим сначала снаружи. Кто заходит. Кто выходит. Сколько камер. Где чёрный ход.

Кибернетический глаз уже работал — тихо, без команды. Фиксировал тепловые контуры за стёклами , считал этажи, отмечал движение. На третьем уровне, секция четыре — слабое тепло. Один источник. Маленький. Неподвижный. Джеймс выдохнул дым.

Там кто-то есть.

~11:20–11:35.

Джеймс докурил до фильтра, бросил окурок под ногу, не глядя. Придавил подошвой. Встал. Пулемет лег на плечо — привычно, как часть тела. Револьвер вышел из кобуры сам, без суеты. Джеймс опустил его вдоль бедра и пошёл к башне «Д-12» . Не торопился. Обычный шаг. Широкие плечи, усталое лицо, немного сутулый под весом снаряжения. Таких тут много.

Третий жилой уровень. Секция четыре. Один источник тепла. Маленький. Неподвижный. Ребёнок? Старик? Труп со свежим импульсом от остывающего нейропорта? Смотрим.

Пожилая орчанка у подъезда окинула его взглядом — сканирующим, быстрым, как смотрят люди, привыкшие оценивать незнакомцев на входе. Увидела усталого человека с железной рукой и отвела глаза. Не её проблема. Джеймс толкнул дверь подъезда . Внутри воняло сыростью, горелым пластиком и чем-то, похожим на кислую еду. Стены в облупленной краске, когда-то, наверное, бежевой. На полу — кафельная плитка с трещинами, в углу — детская самокатная рама без колес, ржавая. Лифт работал — табло мигало, цифры перелистывались медленно. Джеймс не стал ждать. Пошёл по лестнице . Третий уровень — это в местной архитектуре не совсем третий этаж. В Среднем ярусе жилые уровни часто идут ступенями, с техническими прослойками между ними. Он считал пролёты. Первый. Второй. Остановился. Запах изменился.

Моча. Старая еда. Что-то кислое. И — чуть-чуть — что-то медицинское. Слабо. Почти ничего.

Джеймс поднял ствол к бедру — не в боевое положение, просто ближе. Пошёл дальше. Третий уровень. Секция четыре — в конце коридора, за поворотом. Коридор узкий, лампы через одну не горят. Под ногами хрустнула упаковка от чего-то синтетического. Четыре двери слева. Три справа. Последняя справа — секция четыре. Джеймс остановился у двери . Кибернетический глаз снова дал картинку — тепловой контур за стеной . Один источник. Маленький. По-прежнему неподвижный, но чуть сместился — может, повернулся во сне, может, просто дышит.

Живой.

На двери не было замка — вместо него стоял магнитный засов , старый, явно кустарно поставленный. Рядом — кнопка вызова , давно сломанная, без корпуса , с торчащими из стены проводами . Джеймс не нажал. Постучал. Один раз. Коротко. Тишина. Источник тепла за стеной дернулся. Ещё тишина.

— Открывай, — сказал Джеймс негромко. — Не полиция. Не корпы. Просто открывай.

Ни звука. Он ждал. Курить не стал — здесь коридор слишком узкий, запах табака сразу сожмет пространство.

Пятнадцать секунд. Тепловой контур у двери — не подошёл. Значит, либо парализован от страха, либо прикидывает. Либо не понимает языка.

Он присел на корточки, приблизив кибернетический глаз к уровню замочной скважины — щель была, старая, не заделана. Перестроил режим. За дверью — маленькая фигура. Сидит в углу, у стены , обхватив колени руками. Не стоит. Не идёт. Просто — сидит и смотрит в сторону двери .

Ребёнок. Или что-то, похожее на ребёнка.

Джеймс выпрямился.

— Там кто-нибудь взрослый есть? — спросил он в дверь . — Мне нужно поговорить. Тишина. Потом — тихий шорох. Шаги — легкие, осторожные. Фигура приближалась к двери медленно, с остановками. Засов щелкнул — один раз, потом второй. Дверь приоткрылась на ширину ладони. Один глаз. Жёлтый. С вертикальным зрачком.