Кибер психоз

— Сорян, — сказал Джеймс , разводя металлическими руками . — Но кабинеты вам пока не положены. Ройс посмотрел на него без выражения.

— Нам хватит.

Финтег отвел их в казарму — длинный коридор с металлическими шкафчиками и тремя свободными койками у дальней стены. Без слов показал, где что. Потом ушёл. Мартин поднял голову от монитора , когда Джеймс толкнул дверь комнаты аналитики . Вид у него был такой, будто он последние несколько часов разговаривал только с экраном и уже немного привык.

— Есть зацепка по «Третьему вектору» , — сказал он без предисловий. — Один из контактных узлов. Средний ярус, сектор одиннадцать . Мужчина, прокси на него чистый, но паттерн — не частный человек. Слишком правильный. — Мартин развернул схему на тактическом столе . — Точечная связь. Деньги идут через него. В обе стороны. За последние полгода — восемь транзакций с характеристиками «Вэст-4». Не напрямую. Через три прокладки. Но я дошёл. Джеймс смотрел на схему .

— Адрес?

— Жилая ячейка. Блок «Н-7». Восьмой этаж.

Семь часов ушло на то, чтобы взять его. Не потому что он был особенно опасным. Просто — осторожным. Менял маршруты , не подходил к окнам , держал дверь на четырех замках . Профессиональная паранойя человека, который слишком долго делал грязные дела чужими руками и всегда выходил сухим.

Ройс взял первый замок за шесть секунд. Зара почуяла его ещё в лифте — живой, не вооружённый, но уже понял что к чему и пытался уйти через пожарный выход . Джеймс ждал его там. Сломанная нога — результат неудачного прыжка с пожарной лестницы . Не Джеймса работа — сам упал. Хотя, если честно, Финтег помог приземлению, отступив на полшага в нужный момент. Связной оказался невысоким мужчиной лет сорока с быстрыми глазами и аккуратными руками — из тех, кто никогда ничего не делает лично, только организует. Сейчас он сидел на полу и держался за ногу , и что-то в его взгляде уже говорило, что сотрудничество — не худший из возможных исходов. Джеймс запер его в изоляторе . Отрапортовал Хейзу двумя строчками по коммуникатору :

«Связной взят. Живой. Сломана нога. Завтра говорит».

~01:40

Потом нашёл Зару .

Джеймс взял Зару за бедро прямо в коридоре — без слов, как в прошлый раз. Она не спросила, просто пошла рядом. В кабинете было темно. Он не стал включать свет .

Меня всё заебало,

Не мысль, просто констатация. Как диагноз самому себе. Зара не спрашивала ни о чём. Молчала — по-своему, плотно, как молчат те, кому не нужны слова, чтобы понять что происходит. Когда Джеймс лег рядом с ней после — на узкую армейскую кушетку , смотрел в потолок, — она положила руку ему на грудь. Не нужно. Просто — положила. Как кладут ладонь на горячий металл, чтобы проверить, не перегорел ли. Он не убрал её руку. Снаружи — ровный гул вентиляции . Где-то далеко — тихий механический звук: база дышала в своем ритме, не останавливаясь. Джеймс уснул раньше, чем успел об этом подумать.

База отдела .

Параллельно. ~22:00–22:30.

Келл сидел за своим столом и смотрел в стену .

Сейчас бы яблочко куснуть, поебаться да уснуть.

Мысль была такая же вялая, как он сам. Три дня — или это было четыре? — слились в один непрерывный отрезок из антисептика, допросов, мёртвых тел, гоблинского ребёнка и эльфа без рук. Правая рука ныла под бинтом . Где-то в жилете лежал пистолет , который он так и не успел выстрелить сегодня. Он не стал ни искать яблоко, ни идти за кем-то. Просто положил голову на стол . И выключился. Планшет рядом мигал непрочитанными уведомлениями — Барр присылал обновления по Тикку , какие-то формы требовали подписи, Мартин скинул предварительный отчёт по «Ревент» . Уведомления мигали, потом перестали мигать, потому что экран заснул раньше, чем Келл успел его зарядить. В мед блоке в это время Тайк спал своим беспокойным сном — уши дернулись, пальцы искали трубку , которой не было. Барр тихо менял капельницу , стараясь не разбудить. Лиен лежал на спине и смотрел в потолок. Сжимал и разжимал новые пальцы — медленно, ритмично, как человек, который заново учится чему-то простому. Или — проверяет, что оно ещё есть.

24 марта 2372 года

Пятница. ~07:15.

Джеймс проснулся первым. Зара спала рядом — или делала вид, что спит. У оборотней сложно понять. Её рука всё ещё лежала у него на груди, но не давила — просто была там. Он встал тихо. Потянулся. Кибернетическая нога — стабильно, без люфта. Плечо ныло по-человечески, не по-кибернетически — значит, сухожилие, не сервопривод. Пройдёт. Закурил у окна . За стеклом — серое утро, двор базы под мелким дождём. Один из людей Ройса — тот, что помоложе, — стоял у ворот в новой форме и курил, уставившись в небо. Осваивается.

«Третий вектор». Связной в изоляторе. Нога сломана, но говорить может. Ещё час-два, и он дозреет до состояния, когда начнет сам предлагать информацию. «Вэст-4». Живое энергопитание. Больничный запах. Данные «Ревент Геномикс» — Мартин начинает выгружать с утра.

Он выдохнул дым в стекло . Дождь снаружи шёл равномерно, без порывов.

— Ты не спишь уже пятнадцать минут, — сказала Зара с кушетки . Не открывая глаз. — Ты думаешь слишком громко.

— Оборотническое чувство?

— Нет. Просто ты скрипишь зубами .

Джеймс закрыл рот. Не знал, что скрипит. Зара открыла глаза — серые, светлые, в утреннем полумраке почти белые. Посмотрела на него.

— Связной заговорит сегодня, — сказала она.

— Знаю.

— Тогда иди поешь сначала. — Она повернулась набок, натянула одеяло . — Злой голодный человек с пулеметом — это не допрос, это расстрел.

Джеймс смотрел на нее секунду. Потом — почти против воли — хмыкнул. Докурил.

Раздавил окурок о подошву ботинка, убрал в пепельницу .

~07:30. Столовая базы .

Келл уже сидел за столом с кружкой синтетического кофе и видом человека, который проснулся за столом , дополз до столовой и теперь выясняет отношения с реальностью. На правой руке — свежий бинт . Под глазами — тени. В кружке — кофе, который он ещё не пил, только держал обеими руками, как будто это помогало. Джеймс взял себе поднос — синтетическая каша, два куска хлеба , кофе из автомата — и сел напротив. Помолчали.

— Связн