Кибер психоз

— Финтег , — бросил он, не здороваясь. — Вовремя. Есть, что показать.

Джеймс прошёл, скинул пулемёт со спины, прислонил к стойке . Подтянул стул , сел напротив Мартина .

— Ну?

Мартин развернул планшет экраном к Джеймсу .

— Я прогнал финансовые субподряды «Ревент Геномикс» за последние три года. Точнее — ту часть, что доступна по открытой отчётности. Ты же знаешь, корпы не светят всё. Но есть одна деталь.

Он ткнул в экран.

— Вот. Платежный след между «Ревент Геномикс» и подставной клининговой компанией «Бартон Сэнитейшн» . Десять траншей в год. Мелкими суммами. Внутри — акт на очистку «временных медицинских активов». А вот адрес объекта — это не клиника.

Джеймс прищурился.

— Адрес?

— Нижний ярус, блок «Е», ликвидированный медицинский склад Кано Реша . — Мартин перелистнул что-то. — Плюс — три перекрещенных транспортных заявки от «Армакор» на перемещение контейнера типа «биозащита» в тот же сектор. Ни одна не была подана официально. Все — по внутренним каналам.

Джеймс молчал.

Склад Кано. Опять. Всё сводится туда. И «Армакор» крутится рядом.

— Это не просто повод, — проговорил он. — Это маршрут.

Мартин откинулся на спинку стула .

— И это только начало. Если получим ордер на базы и записи корпоративного видеонаблюдения за тот период, я смогу вытащить полную цепочку. А пока — да. Это повод для оперативного запроса в «Армакор» и «Ревент Геномикс» .

Джеймс встал. Потянулся к пулемёту .

— Оформляй. Сейчас пойдём к Хейзу . Пусть подписывает.

Мартин с сомнением посмотрел на Джеймса .

— У нас нет официального ордера. Только подозрения.

— У Хейза есть контакт, который должен нам ордер.

Джеймс перехватил пулемёт удобнее.

— А я не хочу ждать, пока корпы подотрут за собой и снова сделают вид, что ни при чём.

Он развернулся и пошёл к двери . Мартин секунду колебался, потом взял планшет и двинулся следом.

Кабинет Хейза . Несколько минут спустя.

Келл всё ещё стоял у стола. Хейз уже поднялся из-за стола и прохаживался у окна, глядя во двор базы . Дверь открылась без стука. Вошёл Джеймс , следом — Мартин с планшетом в руках.

— Ну? — сказал Хейз , не оборачиваясь.

— Повод есть, — ответил Джеймс . — «Ревент Геномикс» платила «Бартон Сэнитейшн» за «очистку медицинских активов» на складе Кано Реша . А «Армакор» двигал туда биозащитные контейнеры по внутренним каналам. Это не совпадение.

Хейз медленно повернулся.

— Ты можешь это доказать?

— Уже доказал. Открытые финансовые записи. Транспортные заявки. Адресное пересечение. — Джеймс кивнул на Мартина . — Он собрал.

Мартин выступил вперёд, положил планшет на стол .

— Здесь всё. По крайней мере, для запроса. Мы можем запросить внутренние данные по этим транзакциям. С этим — ордер реально получить.

Хейз взял планшет , пробежал глазами. Молчал.

— Это тянет на оперативную разработку, — сказал он наконец. — Не на спецоперацию. Но начало есть.

Он посмотрел на Джеймса , потом на Келла .

— Значит так. Вэйд — ты отвечаешь за информацию от Лиена . Мне нужны подробности, и быстро. Финтег — на тебе силовая составляющая. Мартин — готовь полный пакет для судьи. Как только ордер будет у нас, пойдём официально. До этого — никого не трогать. Даже если очень хочется.

Джеймс посмотрел на Хейза долгим взглядом.

— Я не обещаю.

Хейз прищурился.

— Я это слышал уже. И помню, как оно кончилось.

В комнате на секунду повисла тишина. Потом Мартин кашлянул.

— Мне нужно снять копию с трубки и с флакона , — сказал он. — Может быть, там есть что-то ещё.

Келл сунул руку в разгрузочный жилет , нащупал трубку .

— Она у меня. Покажу в аналитике.

Мартин кивнул.

— Тогда я займусь пакетом для судьи и жду тебя внизу.

Джеймс уже разворачивался к двери .

— Я с тобой, — бросил он Мартину . — Надо глянуть, что ещё можно вытащить из дохлого склада.

Хейз посмотрел ему вслед.

— И, Финтег , не кури в аналитике .

Джеймс уже взялся за ручку двери . Не обернулся.

— Я никогда и не начинал.

Он вышел. Мартин поспешил следом. Келл на мгновение задержался у стола .

— Я займусь Лиеном , — сказал он Хейзу негромко. — Если он даст что-то ценное, я сообщу до конца дня.

Хейз кивнул, вновь отворачиваясь к окну.

— Иди.

Келл вышел. В коридоре он остановился на секунду, перевел дыхание. Коммуникатор на жилете мягко щелкал, принимая слабый фоновый шум базы.

Полдела сделано. Ордер будет. Если наши догадки верны — очень скоро станет жарко.

Он провёл ладонью по трубке в подсумке и направился обратно в медблок . А где-то далеко впереди, за стенами базы , «Ревент Геномикс» уже, возможно, знал, что кто-то начал копать. И не собирался сидеть сложа руки.

~17:00–17:45. Медблок .

Запах антисептика, тихий ритм капельницы . Келл вернулся без суеты — просто вошёл, кивнул Барру , бросил взгляд на Тайка . Тот всё ещё спал, хотя сон стал беспокойнее: большие уши вздрагивали, пальцы во сне искали что-то — трубку , которую Келл убрал в подсумок. Он подошёл к занавеске Лиена . Остановился. Потянул — медленно, без резкости. Лиен Тарвэ лежал так же, как час назад: серый, неподвижный, перевязанные культи аккуратно уложены по бокам. Единственный живой глаз — открыт. Смотрит в потолок.

— Я получил разрешение, — сказал Келл негромко. Придвинул стул , сел. — Но есть одно условие. Сперва ты расскажешь всё что знаешь.

Долгое молчание. Лиен не шевелился. Потолок его, видимо, устраивал.

— После этого, — добавил Келл , — я установлю тебе аугменты.

Тишина в мед блоке была плотной. Где-то за перегородкой Барр перебирал лоток с инструментами — тихонько, стараясь не мешать. Потом — выдох. Длинный. Не облегчение и не капитуляция. Просто человек, который взвесил все варианты и обнаружил, что один из них лучше остальных.

— Меня наняли через закрытый канал. — Голос у Лиена был сухой, ровный, как у человека, который давно привык говорить только то, что необходимо.

— Не напрямую. Я работаю через структуру — посредников несколько слоёв. Конечного нанимателя не знают даже они.

— Но ты догадывался.

— Догадывался. Уровень оплаты. Уровень требований к молчанию. Тип цели. Это не частный заказчик.

Келл ждал. Не торопил.

— Мне дали три вещи. — Голос Лиена стал чуть тише. — Маршрут гоблинских курьеров. Временно́е окно — когда они будут на третьем уровне. И приказ: забрать контейнер, убить носителя информации, не оставлять следов.

— Носителем был техник?

— Нет. — Лиен наконец повернул голову. Смотрел на Келла — тем единственным глазом, который ещё работал. — Носителем был тот, кто должен был получить контейнер. Мне назвали имя. Я его не искал — мне сказали, что цель появится сама. В нужном месте. Она не появилась. Потому что вы забрали контейнер раньше.

Значит, нас ждали. Или — нас не ждали, но ждали кого-то другого. И мы спутали карты не только гоблинам.

— Имя, — сказал Келл .

Лиен помолчал. Не колебался — думал, как сформулировать.

— Реш, — сказал он наконец. — Кано Реш.

Молчание.

— Он должен был прийти за контейнером сам.

Келл не изменился в лице. Только чуть сжал диагностический планшет в руке.

Кано Реш был целью. Не техник. Реш. Тот самый. Который уже мертв в боксе семнадцать с обожженными пальцами и чипом в кулаке. Которого наняли производить культуру — и которого потом собирались убрать вместе с ней.

— Кто дал маршрут гоблинов? — спросил Келл спокойно.

— Структура. Называют себя « Третий вектор ». Работают как агентурная сеть. Не корпорация — прослойка между корпорациями и грязной работой.

— «Ревент Геномикс»?

Что-то промелькнуло в лице Лиена . Не удивление. Что-то тяжелее.

— Это имя я слышал. Один раз. В контексте финансирования. Больше не знаю.

Он снова смотрел в потолок.

— Я сказал всё, что знаю. Теперь о протезах.

Келл кивнул медленно. Поднялся, отставил стул .

— Я выполню обещание. — Достал диагностический планшет , начал что-то писать. — Но сначала мне нужно, чтобы ты описал структуру « Третьего вектора » подробнее. Контактные точки. Протоколы. Всё что помнишь.

Лиен не ответил сразу. Смотрел в потолок.

— У меня есть время, — сказал он наконец. — Никуда не тороплюсь. За занавеской — тихий звук. Тайк зашевелился. Большое ухо дёрнулось. Пальцы снова потянулись к чему-то невидимому. Барр поднял голову от стойки , посмотрел на Келла .

Комната аналитики .

Холодный свет мониторов , запах горячей электроники и чего-то, что давно стоит без вентиляции. Джеймс прошёл следом за Мартином , скинул пулемёт со спины на стойку — привычно, с лязгом, — и сел на стул у тактического стола . Закурил. Мартин поморщился. Промолчал.

— Ну, — бросил Джеймс , выдыхая в сторону, — что ты хотел показать?

Мартин уже раскладывал на тактическом столе несколько схем — распечатанных, с пометками от руки. Тыкнул пальцем в первую.

— Вот. Я дополнительно прогнал транспортные маршруты «Армакора» через промзону Д за последние полгода. Официальные маршруты — чистые, ничего интересного. — Он перелистнул. — А вот неофициальные. Я нашёл паттерн в геолокационных метках их автономных транспортников. Они делали крюк. Каждый раз — мимо одного и того же объекта. Не останавливались. Просто — мимо.

— Какого объекта?

Мартин провёл пальцем по схеме . Ткнул в точку.

— Перевалочная станция «Вэст-4» . Нижний ярус, между блоком «С» и «Е». Официально — заброшена. Закрыта восемь лет назад после аварии. Земля числится за ликвидированной компанией-пустышкой. Но геометка там живая. Слабая, но живая. Кто-то держит там энергопитание.

Джеймс смотрел на схему .

Заброшенная станция. Живая энергия. «Армакор» делает крюки мимо неё. Не останавливается — просто смотрит. Или — привозит. Или — забирает.

— Это связано с Решем ? — спросил он.

— Напрямую — не могу сказать. — Мартин потёр висок. — Но склад Реша в блоке «Е». «Вэст-4» — между «С» и «Е». Если Реш возил материал куда-то кроме склада, эта станция — возможная точка передачи.

Джеймс докурил. Раздавил окурок о подошву ботинка , убрал в нагрудный карман .

— Когда последний раз «армакоровские» были мимо неё?

Мартин посмотрел в планшет .

— Три дня назад. Потом тишина.

— До того как мы нашли гоблинёнка в боксе семнадцать, — добавил Мартин негромко.— За день.

Джеймс смотрел на схему . Долго.

«Армакор» знал. Или — кто-то им сказал. Они сделали крюк — посмотреть, убедиться, что всё идёт по плану. А потом план рассыпался. Реш не доставил мальчика. Реш вообще не добрался. И теперь у нас — гоблинёнок, трубка, флакон, мёртвый техник и три слоя корпоративной грязи, которую кто-то очень старательно убирал.

Он поднялся.

— Это войдёт в пакет для судьи?

— Да. Но это косвенно. — Мартин откинулся на спинку стула . — Ордер получим — смогу вытащить прямую привязку. Пока — только паттерн.

Джеймс взял пулемёт со стойки , закинул на плечо.

— Где Зара ?

Мартин поднял взгляд от планшета . Посмотрел на него секунду.

— В твоём кабинете. Последний раз видел. Спала, кажется.

Джеймс хмыкнул.

— Разбуди. Мне нужен её нюх по «Вэст-4» . Если она там была или знает кого, кто был, — пригодится.

Мартин кивнул, потянулся к коммуникатору .

— И ещё, — бросил Джеймс , уже у двери . — Копии с трубки и флакона снял?

— Нет. Жду Вэйда.

— Жди. И не трогай флакон без перчаток.

Мартин посмотрел на него.

— Я знаю.

— Знаешь, — согласился Джеймс . — Но напомнить не лишнее.

Он вышел. Дверь комнаты аналитики закрылась с привычным железным щелчком. Коридор базы встретил его гулом вентиляции и запахом синтетического кофе из дежурной комнаты . Откуда-то снизу — далёкий механический гул: транспортник садился во дворе . Плановый рейс или нет — он не знал.

«Третий вектор», — мелькнуло у него в голове без всяких оснований. Просто — фраза. Из ниоткуда. Нет. Не из ниоткуда. Просто ещё не знаю откуда.

Он двинулся по коридору — к мед блоку . Нужно было найти Келла и узнать, что выдал эльф. Потому что у него теперь было имя — «Вэст-4» , — и он терпеть не мог, когда имена оставались без ответа.

~17:45–18:30.

Медблок .

Келл смотрел на Лиена . Лиен лежал с теми же серым лицом и перевязанными культями , но что-то в нём изменилось — едва уловимо, как меняется воздух перед грозой. Барр стоял у хирургического стола в глубине мед блока , возился с лотком , на котором лежали аугменты — старые, потертые, с поцарапанными крепежными гнездами, но живые. Технические протезы нижнего ценового диапазона: без боевых систем, без эпидермальных усилителей. Просто руки. Которые держат стакан. Которые можно положить на стол.

— Старые, — сказал Келл без извинений. — Но исправные. Я проверил.

Лиен посмотрел на протезы долгим взглядом. Молча.

Он знает разницу,

Подумал Келл .

Такой человек — знает. Видел лучшее. Ему дадут худшее. И он возьмёт, потому что без них — хуже.

Процедура заняла почти час. Барр помогал — молча, профессионально, без лишних движений. Лиен не шевелился во время стыковки разъёмов, не издал ни звука, когда нейролинки нашли нужные каналы и по ним прошёл первый тестовый импульс. Только один раз — когда правая рука сомкнула пальцы, медленно, чуть с дрожью — что-то мелькнуло в его единственном глазу. Не радость. Что-то раньше радости. Келл провёл диагностику. Показал Лиену результат на планшете .

— Всё исправно, — сказал он. — Двигательная функция в норме. Мелкая моторика подтянется за несколько дней.

Лиен смотрел на свои новые руки. Сжал. Разжал. Снова сжал.

— Ты сдержал своё слово, — сказал Келл ровно. — И я тоже. Закончим с этим абсурдным делом — и ты свободен.

Долгая пауза.

— Я слышал про «Третий вектор» , — произнёс Лиен тихо. Не в ответ на слова Келла . Просто — продолжение того, что начал раньше. — Серьёзные люди. Никогда не делают ничего своими руками.

— Я знаю, — сказал Келл .

— Нет. — Лиен повернул к нему голову. — Ты знаешь слово. Это не одно и то же.

Он снова смотрел на протезы . Сжал кулак — на этот раз крепко, без дрожи.

— Когда закончите, — сказал он, — они придут убирать концы. Не патрулями. Не наёмниками. Тихо. Так, как они умеют. Я говорю это не потому что боюсь. Я говорю это потому, что ты врач и, похоже, не понимаешь с кем имеешь дело.

Тайк за занавеской перевернулся во сне. Тихий звук, почти неслышный. Келл не ответил сразу. Убрал планшет в жилет.

— Пазл сложился, — сказал он негромко. Не Лиену . Себе. — Нам не хватало именно этого.

Джеймс шел из комнаты аналитики, пулемет на плече. Гул вентиляции над головой. Далёкий запах синтетического кофе. Келл вышел из мед блока почти одновременно — диагностический планшет под мышкой, разгрузочный жилет застегнут. Они встретились у поворота. Келл заговорил первым. Коротко. По делу. Лиен назвал структуру. «Третий вектор» . Прослойка. Посредники. Конечного заказчика не знает никто. «Ревент Геномикс» — финансирование. Кано Реш был целью, не техник. Маршрут гоблинов слили изнутри. Джеймс выслушал. Молча. С тем выражением, которое бывает у людей, когда они уже всё понимают, но дают другому договорить. Потом открыл рот.

— Док, — сказал он. Голос — ровный, без крика, но с той плотностью, которая хуже крика. — Ты взял эльфа в агенты.

— Он сотрудничает, — сказал Келл .

— Он убийца, которому мы сами же ноги отрезали! — В голосе прорвалось что-то острое. Не гнев — скорее то, что живёт за гневом. — Ты хоть понимаешь что ты сделал?! Он профессионал! Не какой-нибудь испуганный технарь, не гоблинский курьер — профессионал! Такие улыбаются, дают показания и режут горло при первом же удобном случае! А ты ему руки вернул?

Он остановился. Выдохнул через нос.

— Громко, — сказал Келл спокойно.

— Я знаю что громко, — огрызнулся Джеймс . — Потому что ты, блин, сделал это без согласования.

Молчание. Короткое.

— Он сказал слово «Нэйко», — произнёс Келл . — Не случайно. Он знал о Реше . Знал о культуре. Если он захочет нас убить — он сделает это и без рук. А с информацией, которую он дал, мы теперь знаем про «Третий вектор» больше, чем за трое суток работы. Я не говорю, что он наш друг. Я говорю, что он полезен.

Джеймс смотрел на него. Долго.

Прав, — мелькнуло в голове, злобно, нехотя. — Сука, прав.

— Всё равно, — сказал он. — В следующий раз — говори сначала.

Келл коротко кивнул. Не извиняясь — просто принял к сведению. Джеймс потёр лицо металлической ладонью . Помолчал.

— Ройс, — сказал он. — Пошли к Хейзу . Поговори с ним насчёт ветеранов. Пусть запишет в агенты на рядовых позициях. Руки нужны. Ты бери своего эльфа. Я возьму ветеранов.

Келл приподнял бровь — совсем чуть-чуть.

— Ройс три дня в изоляторе сидит, — сказал он.

— Знаю, — сказал Джеймс . — Поэтому он злой и голодный. Самое время предложить выход.

Кабинет Хейза . Через двадцать минут.

Хейз сидел за столом и смотрел на них обоих с тем выражением, с которым смотрят на людей, которые принесли одновременно хорошие новости и головную боль, причем в одном флаконе. Синяк на левом глазу к вечеру приобрёл характерный желтовато-зелёный оттенок. Он его не трогал.

— Эльф, — сказал он медленно. — Ты записал эльфа в агенты.

— Информатор на испытательном сроке, — поправил Келл .

— Он убил человека и шёл убивать ещё. — Хейз потёр висок. — У нас нет на это стандартного протокола, Вэйд . Это называется «самодеятельность».

— Зато у нас теперь есть «Третий вектор» , — сказал Келл .

Тишина. Хейз посмотрел на него. Потом перевёл взгляд на Джеймса .

— А ты что молчишь?

— Я уже сказал своё, — буркнул Джеймс . — Громко. В коридоре. Теперь молчу.

Хейз вернулся к Келлу .

— Ладно. «Третий вектор» — это серьёзно. Если он дал реальную информацию — оформим как агентурный источник. Без официального статуса сотрудника. Под твою личную ответственность.

Келл кивнул.

— Теперь ветераны, — сказал Джеймс .

Хейз откинулся на спинку кресла . Долго смотрел в потолок.

— Ройс и двое его людей. Семьдесят второй процент вероятности, что они — не заказчики, а инструмент. Наниматель их сдаст при первой же возможности. — Хейз помолчал. — У нас действительно мало рук. Зара и Мартин — хорошо, но мало.

— Добро. Предложу им контракт. Рядовые позиции, шесть месяцев испытательный. Дисциплинарное взыскание за несанкционированную операцию зачтется в счет первого месяца. — Он посмотрел на Джеймса . — Ты будешь разговаривать с Ройсом ?

— Да, — сказал Джеймс .

— Тогда скажи ему честно: мы знаем, кто их нанял, и знаем, что их сдадут. Это не угроза — это информация. Пусть решает.

Джеймс коротко кивнул.

— Ещё, — добавил Хейз . Голос стал чуть тише. Рабочий тон. — Ордер пришёл час назад. — Он подтолкнул к краю стола планшет с открытым документом. — «Ревент Геномикс» . Официальный запрос по закрытым базам. Судья подписал. Завтра утром Мартин начинает выгружать данные. И ещё одно. Перевалочная станция «Вэст-4» . Я запросил кадастр. Земля числится за подставной компанией, которая три года назад сменила регистрацию. Новый владелец — юридическое лицо второго порядка, зарегистрированное в Свободной зоне Марракеш .

Он посмотрел на Джеймса .

— Ты понимаешь, что это означает?

Джеймс понимал.

Офшор. Анонимный владелец. И живое энергопитание внутри. Три дня назад там кружили «армакоровские» транспортники.

— Означает, что туда нельзя соваться без подготовки, — сказал он.

— Означает, — кивнул Хейз , — что завтра у вас будет несколько очень неприятных разговоров. И, возможно, очень неприятная ночная вылазка. — Он сцепил пальцы. — Идите. Оба. Поешьте. Поспите. Мне нужны живые люди, а не упавшие от истощения.

Изолятор . Полчаса спустя.

Ройс сидел так же, как, наверное, сидел всё три дня — прямо, без суеты, с руками на металлических подлокотниках . Пластиковые стяжки давно сменили на мягкие фиксаторы — протокол для задержанных, которые не буянят. Он не буянил. Двое его людей за его спиной молчали. Джеймс вошёл один. Придвинул стул , сел напротив. Снял пулемёт с плеча, поставил к стене . Закурил. Ройс смотрел на него. Без страха, без злости. С тем ровным вниманием, которое бывает у людей, прошедших достаточно, чтобы не тратить эмоции на ерунду.

— Буду краток, — сказал Джеймс . Выдохнул дым в сторону. — Твой наниматель тебя сдаст. Не из принципа — просто так удобнее. Ты это знаешь. Я это знаю. Лирику пропустим.

Ройс не ответил. Ждал.

— Восемьдесят первая воздушно-десантная. — Джеймс смотрел на него прямо. — Первая эльфийская. Ты дрался. Я тоже дрался. В других местах. — Он помолчал. — Это не значит, что мы братья. Это значит, что я понимаю, откуда ты.

Ройс чуть наклонил голову. Едва заметно.

— Нам нужны руки, — продолжил Джеймс . — Рядовые позиции. Шесть месяцев испытательный. Дисциплинарный — в счёт первого месяца. Работа грязная. Платят не богато. Но — честно. И наниматель тебя не сдаст, потому что наниматель — вот он. — Он кивнул на дверь, за которой был коридор . — Прямо здесь.

Долгое молчание. Ройс смотрел на него. Потом медленно перевёл взгляд на искусственную правую руку . На старый ожог у запястья. Потом обратно.

— Что за работа? — спросил он. Голос — низкий, сухой, без интонаций.

— Сейчас? — Джеймс затянулся. — Корпоративная биолаборатория. Таргетированное биооружие. Дети, которых использовали как доноры. И структура, которая за этим стоит и которая очень не хочет, чтобы мы добрались до конца. Тишина. Ройс не изменился в лице. Только что-то внутри него — медленно, без театральности — изменилось.

— Дети, — повторил он.

— Да.

За спиной Ройса один из его людей негромко выдохнул.

— Когда выходим? — спросил Ройс .

Джеймс раздавил окурок о подошву ботинка .

— Завтра разберёмся. Сейчас — сначала поешьте. Потом — нормально поспите. Мне нужны живые люди.

Он поднялся. Взял пулемёт .

— И ещё, — добавил он у двери , не оборачиваясь. — Если кто-нибудь из вас попробует сбежать или устроить что-нибудь умное — оборотень учует раньше, чем вы дойдете до конца коридора.

Он вышел. За закрытой дверью — тишина. Потом — тихий голос одного из людей :

— Сержант. Это серьёзно?

И голос Ройса — ровный, без колебаний:

— Да.

Коридор базы .

Джеймс остановился у стены . Прислонился спиной. Закрыл глаза на секунду.

«Вэст-4» . Офшор. Живое энергопитание. «Армакор» делает крюки — смотрит, но не заходит. Или заходит — просто не фиксирует. Завтра утром ордер. Данные «Ревент Геномикс» . И где-то там — ответ, зачем им нужен был именно этот генетический профиль. Именно гоблины. Именно дети.

Из-за угла появилась Зара . Шла тихо — по-своему, мягко, без лишнего шума. На нём задержала взгляд.

— Разбудили, — сказала она. Без претензий, просто констатация.

— Мартин разбудил, — уточнил Джеймс .

— Знаю. — Она встала рядом, у той же стены .

— «Вэст-4» ?

— Да.

— Я там была, — сказала Зара . Коротко. Как бросают вещь на стол . Джеймс открыл глаза.

— Когда? — Полгода назад. По другому делу. — Она помолчала. — Станция живая.

Снаружи — мёртвая. Изнутри — нет. Я слышала движение. Не механику — живых. Несколько. Может, больше. Там пахло как в больнице. И немного — как здесь.

Как здесь,

понял Джеймс .

Как в медблоке. Как в лаборатории.

— Ты мне это раньше не говорила, — сказал он.

— Ты раньше не спрашивал, — ответила Зара .

Где-то в глубине базы — далекий звук: тихий, ритмичный гул вентиляции . Запах синтетического кофе стал чуть сильнее — наверное, кто-то в дежурной комнате включил новую закладку. Джеймс снял пулемет с плеча, перехватил удобнее.

— Завтра, — сказал он. — Расскажешь всё, что помнишь. Подробно.

Зара кивнула. Они стояли у стены в тихом коридоре . За одной дверью — ребенок с редким генетическим маркером, спящий с пустыми пальцами вместо трубки . За другой — эльф с чужими руками и старым долгом. За третьей — три ветерана, которые только что решили сменить сторону. А где-то в Нижнем ярусе , между блоками «С» и «Е», — заброшенная перевалочная станция «Вэст-4» , которая пахла больницей и была совсем не заброшенной.

24 марта 2372 года

Пятница. ~03:10–07:45.

База отдела . Глубокая ночь.

Оружейная пахла ружейным маслом и старой резиной — оружейник работал в ночную смену, и когда Джеймс зашёл с Ройсом и двумя его людьми , тот только приподнял очки на лоб и молча уставился на список в руках Финтега . Список был чёткий. Две штурмовых винтовки . Один дробовик . Три пистолета . Пара гранат . Наручники . Броня и форменный комплект . Всё под роспись Финтега . Оружейник поморгал. Потом полез за стойку . Ройс взял штурмовую винтовку с нейтральным выражением лица — проверил затвор, посмотрел в ствол, щелкнул предохранителем. Один из его людей потянулся за дробовиком — беззвучно, деловито.