Мне бы в маги! Книга первая

— А чего не рассказать. Расскажу. Я всё-таки маг современный. Магической наукой нет-нет да интересуюсь. Статьи читаю научных деятелей. Особенно по магии жизни.

— Это вы правильно делаете.

— Вот слушай. Магическая паутина — это, почитай, величайшее изобретение последнего тысячелетия. После, конечно, самоготовящего котелка и заклинания «Вечно тёплая кружка» — маг улыбнулся, а я его улыбку поддержал.

Он поднял палец и очертил им в воздухе круг.

— Представь: весь наш материк опутан незримой сетью. Как паутина. Невидимой, как нити судьбы, но куда практичнее. В каждом крупном городе, в каждой башне магов, даже в некоторых богатых деревнях стоят такие артефакты — мы их зовём «узелками». И все они связаны между собой.

Робин понизил голос до заговорщицкого шёпота:

— Эту сеть в том виде какая она сейчас, соткали маги Иллюзии много столетий назад. Понимаешь, Иллюзия — это же не только обман зрения. Это управление восприятием. А что такое информация? Тоже восприятие. И они, светлые головы, придумали, как передавать восприятие на расстояние. Красавцы, одним словом. Так людям жизнь облегчили.

Старик вытащил из сумки небольшое овальное зеркальце в поцарапанной медной оправе. Оно тускло мерцало.

— Гляди. — Он легонько постучал по зеркальцу костяшкой пальца. Поверхность пошла рябью, а потом… засветилась ровным голубоватым светом. — Это мой личный «паучок». Дёшево, сердито, умеет только текст, зато накопитель маны менять не надо — раз в полгода подзаряжаю его и красота, никаких проблем.

Я невольно наклонился. На зеркальце побежали строки, складываясь в аккуратные фразы:

НОВОСТИ МИРА:

«В Лесах Вечной Осени замечен единорог-альбинос. Очевидцы утверждают: Он просто хотел испить водицы, но юные девы выбежали из кустов, желая заполучить….»

— Так, — Робин резко убрал зеркало. — Мал ещё такое читать. Он что-то там поводил пальцем, а после вновь показал мне содержимое.

«Гильдия Алхимиков предупреждает: не покупайте Эликсир Срочного Похудения у гномов из клана Бронзобрюхов. Худеет исключительно кошелёк».

— Так смотри. Вот тут есть разного рода объявления. Например: «Дракон Огнедыш Второй ищет опытного стоматолога. Оплата золотом, возможна аренда зубной нити магического свойства».

— Видишь, какая удобная вещица? — Робин довольно погладил зеркальце. — Новости со всего материка. Хочешь — читай, хочешь — пиши кому-нибудь. — Он ткнул пальцем в строчку «Написать сообщение». — Отправляешь запрос на имя и фамилию, если у собеседника есть «паучок» — он получит. Текст, голос… А у богатых магов и знати стоят полные зеркальные комплекты. Там можно и лицо собеседника видеть, и даже объёмную проекцию включить. Правда, жрёт магию как не в себя. Да и обслуживание по сравнению с «паучком» ого-го. Но это того стоит.

Я смотрел на зеркальце и чувствовал странный укол ностальгии. Магическая читалка только с доступов сеть. Крутяк. Мне уже здесь нравится.

— А… откуда это вообще взялось? Кто придумал?

— Эх, это славная история, — Робин бережно убрал «паучок» в карман и поднял посох, готовясь продолжить путь. Но идти не спешил — видно, любил он на эту тему поговорить. Мы точно подружимся.

Меня готовили как диверсанта. В программу входили компьютеры, языки программирования, взлом систем — всё, что нужно, чтобы бесшумно открывать чужие двери и так же бесшумно в них входить. Мне всё это чертовский нравилось. Больше, чем взрывать. Почти.

К слову, об этом. Никто не должен был знать, что я не уволился. Контракт есть контракт. В котором чётко говорилось: никому не слова, а то сделают ата-та.

По легенде я обычный дембель, что должен был поступить в институт, женится, но это необязательно. Далее найти работу с командировками. Ничего примечательного. А на деле — продолжать службу. Государство умеет ждать, и я умел. Врагов у него много. Так что вряд ли я бы долго сидел без дела. Причём действовать я должен был на территории страны.

И знаете? Мне нравились перспективы. По-настоящему. Не пафосная любовь к родине в новостях, а тихое, твёрдое чувство: я там, где нужно, и делаю то, что умею лучше всего.

Но обстоятельства сложились иначе. Теперь это всё — институт, жена, командировки, взломанные сервера — осталось в том мире, из которого меня выдернули сюда, к эльфам и магической паутине.

Не судьба, значит. Хотя… кто знает, может и здесь мне это пригодится.

— Ты слушаешь?

— Да, простите.

— Было ощущение, будто витаешь в облаках.

— Пытался вспомнить хоть что-то, но всё тщетно.

— Ничего вспомнишь, а сейчас слушай. Жил-был маг. Старый, опытный, в ранге архимага. Звали его… Ну, сейчас уже никто точно не помнит, в хрониках то ли Эридан, то ли Элиан, то ли вообще Эль-Арадан. Суть не в имени. Нелюдим он стал к годам где-то… к тысяче второй или третьей.

Старик поджал губы и посмотрел вдаль, на верхушки леса. Похоже силится вспомнить. Я терпеливо ждал.

— Он был силён, страшно силён. Владел магией в нескольких, направлениях. Иллюзия, Пространство, даже крохи «Времени» ему были подвластны. Так же владел некромантией на уровне, и многое другое. Разносторонняя была личность. Но у него была одна проблема. К нему постоянно кто-то ехал с вопросами. Со всего континента! «О, великий маг, помоги снять проклятье. Прапрадедушка покоя не даёт, говорит мы много тратим и все лентяи!» — хотя архимаг ну вот никак с духами не связан. «О, мудрейший, рассуди наш спор с соседом из-за забора!» Какой забор, я маг времени, я стену реальности могу переставить, какая мне разница, где у твоего соседа граница?!

Робин всплеснул руками, изображая страдания древнего архимага.

— Это то малое что я читал про него. Как там на самом деле было не скажу. Захочешь сам почитаешь.

— Угу, — буркнул я. Надо будет обязательно обзавестись «паучком».

— И вот он сидит в своей башне, пишет великий трактат, а в дверь ломятся, посетители, ученики. И так ему это надоело, так надоело, что он решил: «Да как же вы все меня достали со своими визитами!»

Я невольно улыбнулся. История становилась до боли знакомой. Да и Робин так живо рассказывал.

— И вместо того, чтобы послать всех куда подальше каким-нибудь массовым проклятьем, он поступил мудрее. Он создал прототип. Небольшой кристалл в шкатулке. Которые стояли в изготовлении сущую мелочь. Его ученики развезли готовые шкатулки по всему континенту.

Суть была проста: ты задаёшь кристаллу вопрос — он ищет ответ в основном кристалле, что был установлен у него в башне. Архимаг заранее записал в него ответы. Маг надеялся, что теперь коллеги будут просто спрашивать кристалл, а не переться через полконтинента и доставать и отвлекать его.

— И помогло? — спросил я. Хоть и догадывался об ответе.

— Ха! — Робин крякнул. — Конечно, нет. В первую неделю ему пришло три тысячи запросов, на которые они не получили ответов. От тех, кто раньше просто ленился ехать. Он, говорят, поседел за один день. Но! — старик поднял палец. — Дело было сделано. Гениальный ленивец запустил лавину. Идею подхватили ученики, докрутили, раскидали узлы по всему миру. И теперь у нас есть «Магическая Паутина».

Старик как-то хитро посмотрел на меня:

— Так что в следующий раз, когда будешь материть медленный «паучок» или ворчать, что зеркальный вызов оборвался на середине разговора… помяни добрым словом мага, который просто хотел, чтобы к нему не ломились в дверь в час ночи с просьбой «посмотреть, почему у дракона кожа фонит маной».

Я представил себе этого архимага. Усталого, заваленного свитками и кристаллами-прототипами, который изобрёл магический интернет только ради покоя. И, кажется, всё равно его не получил. Да-а дела. Как говорит прапорщик Иванов. Инициатива всегда имеет инициатора.

— Знакомая история, — только и сказал я. Мне было интересно, как всё это устроено. Но пока же понимал, что ничего у меня нет и надо с чего-то начинать, чем-то зарабатывать. Вопрос: чем? С ходу взрывать, вламываться в чужие дома — не самое умное решение. Тем более надо понять, как здесь вообще всё устроено. Поживём — увидим. Выучусь на программиста кристаллов (если тут такие есть) и заживу как человек. Айтишники всегда хорошо зарабатывали.

Робин хмыкнул, поправил посох и зашагал дальше.

— Ещё бы не знакома. Великие дела всегда начинаются с великой лени. А теперь давай-ка нагоним, а то до заката не дойдём до постоялого двора. И не вздумай спросить, что такое «зарядка для паучка» — у меня от этого вопроса нервный тик начинается. Народ нынче ленивый пошёл. Ничем не интересуются. Всё им разжуй да в рот положи. Привыкли магия есть — заплатил за артефакт и всё, нечего и думать самому. Зачем? Если и так всё работает. Нет бы книжки умные почитать, коли «паучка» нет. Все библиотеки почти бесплатные в нашем королевстве. Но нет же, лень.

И мы пошли дальше по протоптанной дороге, мимо холмов и редких перелесков, а над нами в невидимых нитях Паутины плыли тысячи чужих слов, новостей и глупых картинок с котами (здешние маги тоже не удержались, и придумали способ передавать изображения).

Глава 5

Первые монеты.

Дойдя до постоялого двора «Пятая нога», мы сняли две комнаты. Зачем он за меня платит и вообще со мной возится, пока было неясно. Ему явно что-то от меня нужно. Извечный вопрос: а что? Но, думаю, сейчас мы всё узнаем.

Мы помылись, мне купили новые шмотки. Трусы здесь, конечно, — это что-то с чем-то. Считаю, уже на этом можно заработать. Только вот не лежит у меня душа к созданию фабрики для шитья нижнего белья. Так что будем искать другой способ заработать. Кстати. Пока ждал, когда старик спустится на первый этаж в большой зал, где была стойка и с десяток столов, я рассматривал «кристаллы эмоций». Были они размерами с грецкий орех. Два светились. Слабо, едва заметно. Один красным, другой золотистым. Когда взял его в руку, не все сразу конечно, а только тот, который горел красным — это оказалось гнев, злость. Я сразу же его отбросил. Мне реально стало плохо. Тот, что светился золотистым, наоборот, обдал меня теплом, добром и радостью. Вот это странно: пока я его держал, он принялся тускнеть. Зараза. Получается, пока он лежит в кармане, то не тратится, а пока я наслаждался, он взял и почти кончился. Вот же. Говорил дайте инструкцию. Теперь всё заново начинать.

Заметив на лестнице лекаря, я убрал всё в карман.

— Заказал еду?

— Да. Всё как вы сказали. Поросёнок, салаты, пять кружек пива, орешки, сало.

— Молодец. Чего расселся, задавай вопросы. У тебя ж на лице написано: «Хочу спросить».

— Простите. Но мне жизненно нужно многое узнать, а кроме вас мне не с кем поговорить. Все от меня шарахаются как от прокажённого. Правда сейчас уже не так. Спасибо вам за это.

Нам принесли пиво, и Робин сделала хороший глоток. Я же обошёлся компотом. Пить совсем не хотелось. Не знаю почему. С Константином я с удовольствием распил беленькую, а вот это тело алкоголя не хотело. Чему я, собственно, весьма рад. Я и выпил-то только лет в семнадцать впервые. Там компания, шашлыки. Тошнило меня ох как сильно. Думал тогда, что никогда в жизни больше пить не буду. А вон как вышло. Пил со смертью, и даже нравилось, только вот сейчас понял. Синька — зло.

Я не говорю, что я весь какой-то правильный, просто чувствую себя лучше, когда не пью. Поэтому каждому своё.

— Первое. Как вы можете есть поросёнка? Точнее, будете есть, когда принесут.

— В смысле? — лекарь уставился недоумённым взглядом на меня.

— Ну… Как я видел, животные разумны. Получается, жил себе Петька-поросёнок. Это я так, для примера. Я не знаком с этой хрюшкой, — указал на официантку, что как раз несла его к нам с кухни.

Он расхохотался.

— Насмешил так насмешил. Петька-поросёнок. Не все звери разумны. Когда великий архимагистр Корнелиус Плюмб взорвался со своей башней, по миру пошла магическая волна. Вот она-то и наделила животных разумом. Только не все его обрели. Курицы, свиньи так и остались неразумными. Вообще, многие так и остались обычными зверями. Ты легко можешь встретить как разумного медведя, так и обычного в лесу. Те, кто разумен, — это уже потомки тех, кто обрёл разум тогда, во время «волны».

— Аа-а-а, понятно. А как тогда относятся медведи, если люди, например, едят медведей?

— Да, конечно, плохо относятся. Как вот ты отнесёшься если медведь съест человека?

— Плохо.

— Вот и они плохо. Только что они могут сделать? Звери официально живут и имеют права исключительно в нашем королевстве, во всех остальных им жизни не дают. Существуют целые секты, что поклялись извести всех, кто обрёл разум, — Робин покрутил пальцем у виска.

— Зачем им это?

— Мнят, говорящие животные ошибка, а ошибку надо исправлять. Психи. Наш король мудр и силён. Его предок сам пригласил всех обрётших разум к себе на земли, ещё когда это только началось. У них здесь полные права, как у любого гнома, человека, орка или эльфа. Все равны. Все живут мирно. Каждый принц, прежде чем сесть на трон клянётся защищать их от врагов внешних и внутренних. За это все звери готовы рвать любого, кто посягнёт на земли королевства Альтерия, к слову, означает с древнего языка «королевство других».

И так, правящий род — аррТаллиан. Они объединили под своими знамёнами всех зверей и другие расы, кто захотел жить свободно. Так и появилось это королевство. Король Георг Семнадцатый, что правит нами, является архимагом Огня. Очень мощный маг. Кстати, дружен с драконами, которым он подарил пики западных гор. Гномы, конечно, этому не слишком обрадовались, но драконы к ним не лезут, и потому там всё вроде как спокойно.

— Может есть какая книга, где я мог бы обо всём этом почитать?

— Зачем книга, когда есть «Паучок»?

— Это у вас есть, а у меня ветер в карманах. Могу продать, недорого? — он улыбнулся.

— Слушай, Алекс. Есть у меня к тебе предложение. Заработать на инициацию и вообще на жизнь хочешь?

— Хочу, — тут же согласился я.

— В общем, мне нужно, чтоб ты заряжал мана-кристаллы.

Он протянул мне мешочек, где внутри были похожие на те, что я держал в кармане, небольшие кристаллы.

— Как это делать?

— Берёшь в руку и сосредотачиваешься на том, будто хочешь его нагреть. Не переживай, ты это быстро почувствуешь.

Я сделал, как он сказал, и, к своему удивлению, у меня всё получилось. Кристалл в моей руке засветился слабым голубым светом.

— Вот так ты и вливаешь в него силу. Я честно тебе признаюсь. Мне они нужны, чтоб творить свою магию. Так как мой объём маны маловат. Да что там, — он махнул рукой, — очень мал, а сам я всего в ранге учителя. Так что заполнить один кристалл смогу, но… В общем, мне невыгодно.

— С чего вы взяли, что я смогу лучше, чем вы?

— Не забывай, я маг жизни. Да, слабенький, но уж определить потенциал мага могу. Так вот, у тебя маны хоть отбавляй. Просто ты ещё не умеешь ей пользоваться. Пока не пройдёшь инициацию. Тем боле вон как ты легко его наполнил. Даже не вспотел.

— Я согласен.

— Согласен? Точно?

— Да. Вы отнеслись ко мне с добротой. А за неё платят только тем же. Так что сейчас поедим, а после я заполню их под завязку.

Он одарил меня улыбкой, а сам расслабился. Видно, думал, я не соглашусь. Даже если он на мне наживётся, я не против. Я и сам получаю от него не меньше. Просто он об этом не знает или не считает это равным обменом.

***

Утро следующего дня.

Робин Карлович сидел напротив за деревянным столом, покрытым тёплыми пятнами утреннего света. В руке он держал чашку с таким сладким чаем, что ложка, казалось, стояла в нём торчком. Ещё бы, он в неё сахару положил шесть ложек.

Передо мной остывали блинчики, щедро политые чем-то, что пасечник клятвенно называл мёдом, а я подозревал — жидким золотом. Тут явно ещё не додумались до подделки мёда. Однако мёд медведя Бурна Марковича был цветом красивее, и вкусом насыщеннее. Интересно почему так? Но мой проводник этого не ведал.

Старый маг отхлебнул чаю, промокнул усы тыльной стороной ладони и откинулся на спинку резного стула. Тот слегка скрипнул. Вообще, как могу судить, постоялый двор явно содержался заботливым хозяином. Всё чисто, добротная мебель, запах благовоний и свежей сдобы разносится по залу из кухни. Весит пара картин и множество оружия. Щиты, мечи и древки копий. Все с подписями.

Само заведение расположилось у торгового тракта. Отчего много посетителей, что идут караваном.

Рядом расположилась деревня, причём большая, если не сказать огромная, дворов двести, как просветил меня мой «экскурсовод» в этом новом мире.

— Значит, слушай, Алекс, — начал он, прищурив один глаз. — В чём твоя задача. Ты заряжаешь кристаллы маны. Далее лечу тех, кто к нам обратится. Четверть заработка — твоя.

Я отложил вилку. Блинчик обиженно сполз обратно в тарелку. Или это всё же оладушек? Вот никогда не понимал разницу. В какой момент оладушек становится блинчиком? Когда в размерах увеличивается или когда истончается.

— Благодарю. Только… можете объяснить, как мана во мне вообще аккумулируется? Как её переводить в кристаллы без потерь? И почему нельзя передать ману напрямую другому магу?

Робин Карлович склонил голову к плечу, задумчиво почесал указательным пальцем за ухом. Седина там слегка вилась, непослушная, как одуванчик.

— Какие ты умные слова знаешь, — протянул он с лёгкой усмешкой, качнув головой.

— Может, кто сказал, а я запомнил, — потянувшись за кружкой с чаем из ромашки и облепихи, сделал глоток и зажмурился от удовольствия. Обожаю чай из трав и цветов. — Не помню уже. Я вообще мало что помню. Сильно мне по голове и не только настучали.

Он вздохнул, отодвинул чашку и подался вперёд, положив локти на стол. Пальцы его сплелись в замок, большие пальцы задумчиво постукивали друг о друга.

— Ну смотри. Передать ману нельзя. Только слить в кристалл или напитать артефакт. Почему? Да откуда мне знать. Я орденов не заканчивал. Далее. Мана — это энергия, которая витает вокруг нас постоянно. Ею пропитано всё. Деревья, воздух, земля, даже твои пышные блинчики. — Он кивнул на мою тарелку. — Мы, маги, даже такие, как ты, неинициированные, впитываем её, как сухая тряпка воду. Само собой, без нашего ведома и каких-либо действий. Внутри каждого из нас есть мана-накопитель, кто-то зовёт его источник, только это в корне, как по мне, неверно. Потому как он впитывает, а не создаёт. Да, есть те, кто считает, что ману вырабатывают живые существа. Но, как ты понял, я придерживаюсь другой теории. Впрочем, называй как знаешь, суть от этого не меняется. Вообще накопитель привязан к душе напрямую. Чем душа сильнее, чем больше она пережила в прошлой и в этой жизни, тем объёмнее становится хранилище. Дальше важна проводимость. Можно иметь бочку маны, но, если шланг тонкий, будешь полдня щит заряжать. Понял, о чём толкую?

Я машинально почесал переносицу, переваривая информацию, и согласно кивнул.

— Всё это конечно можно эликсирами поправить, раскачать, улучшить, — продолжил он, взмахнув рукой, словно отгонял муху. — Но тот, кто изначально силён, с эликсирами станет ещё сильнее. А тот, кто слаб… — Он дёрнул бровью. — Ну, хотя бы небезнадёжен.

Высокая проводимость позволяет сливать ману быстро, почти мгновенно. Это как спусковой крючок на арбалете. Дёрнул — выстрелил. Редко встречаются маги, что полны как бочки и стреляют как заправский лучник. Обычно все со средними показателями. Чего-то больше, чего-то меньше. Ежели такой самородок что и быстр и полон, за него ордена целые войны могут устроить. Это ведь будущее уселение.

— Ясно, — я потянулся за чаем, который, к сожалению, начал остывать, но от этого не стал менее вкусным. — А ранги? Как их повышают? Они же тут тоже есть? Вот вы, например «учитель».

Он хмыкнул, вновь откинулся назад и запустил пятерню в шевелюру. Волосы встали дыбом, придав ему вид удивлённого воробья. Он после того, как принял ванну, не собрал волосы. Чем заставил меня невольно улыбнуться.

— Ох, тут всё очень сложно. Это тебе лучше в орден поступать или наставника нанимать. Я сам самоучка. В орден не пошёл, — он многозначительно подмигнул левым глазом, правая бровь при этом поползла вверх. — Свободу люблю. Если ты понимаешь, о чём я.

— Я тоже люблю свободу, — быстро вставил я, пожалуй, слишком поспешно.

Он усмехнулся, но комментировать не стал. Вместо этого потянулся за вилкой, воткнул в сосиску с горчицей, покрутил в руке, а после откусил. Когда прожевал, продолжил. Видимо, ему нужно было время собраться с мыслями.

— Так вот. Чтобы повысить ранг, нужен ткач душ. Это такой маг, который будет наносить узор на твой накопитель или источник. Выглядит он как сфера. Шар, проще говоря. — Он изобразил пальцем в воздухе воображаемый круг. — Только твой наставник или ткач душ может сказать, готов ты или нет. Они видят твою душу, её плотность, целостность сферы. После выдают вердикт, готова ли она к нанесению рун или нет. И если ранний мастер говорит «рано» — значит, рано. Тут даже наставник ничего не сможет поделать. Ткачу рун виднее. Но помни. Никто не может видеть её, не спросив твоего разрешения.

Я придвинулся ближе, почти перестав дышать.

— И этот ткач… вышивает руны?

— Именно. Берет тончайшую нить энергии и вплетает её в структуру твоей души. Работа ювелирная. Чтоб он всё не испортил и тебе не пришлось начинать всё сначала, вы заключаете магическую клятву. Если мастер зря потратит накопленную тобой энергию и испортит руну, он сам теряет ранг и репутацию, что для них катастрофично. — Робин Карлович постучал костяшками по столешнице. — К такому после ошибки уже никто не пойдёт. Одно дело — ранги младшие, там ошибиться сложнее, и последствия не так страшны. А когда ты мастер… там уже всё серьёзно. Один неверный стежок — и человек теряет годы развития.

Я сглотнул. Сосиска в руке мага исчезла, и он машинально воткнул вилку в новую.

— А можно самому? — спросил я, наклонив голову. — Ну, эти руны… вышивать? Самому себе?

Он замер, перестав жевать. Посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Потом медленно кивнул.

— В принципе можно. — Пауза. — Только это надо уметь. Во-первых, быть невероятно хладнокровным. Руки не должны дрожать. Вообще. Там «игла» тоньше человеческого волоса, а нить энергии ещё тоньше. — Он свёл большой и указательный пальцы почти вплотную. — Одно неверное движение — и ты протыкаешь сферу души. Или задеваешь соседнюю руну. Последствия…

Он не договорил. Я и так понял.

— Во-вторых, — продолжил он, заметно подобрев, — ты должен понимать: если твоя сфера не готова, ни о каком повышении не может быть и речи. Это как на неподготовленный холст пытаться маслом писать. Краска просто впитается в тряпку, и ничего не останется. Только испортишь основу. А ткач, который согласится на такое, потеряет репутацию. Если не ранг. Когда он теряет ранг, например был мастером, а понизился до учителя, то повысить до мастера другого мага он не сможет. Ему вновь придётся развиться самому и обращаться к коллеге. А после пытаться восстановить репутацию. Благодаря «Магической паутине» о таком быстро все узнают. Скрыть провал не выйдет. Только если договориться с клиентом.

Я задумчиво почесал затылок. Пальцы наткнулись на вечно торчащий вихор, который никак не желал укладываться.

— А полотно, ой, то есть как сферу укрепляют? Ну, чтоб готовым стать?

Лекарь крякнул довольно, как человек, который наконец добрался до любимой темы. Глаза его хитро блеснули.

— О-о, тут много чего есть. От охоты на монстров до заключения пари. Самый популярный способ — дуэль. Не насмерть, конечно, если вы не орки какие. Те только насмерть бьются. Считая всё остальное детской забавой. Мол, зачем вызывать на дуэль, если не хочешь убить врага и забрать его силу… Проще тогда спарринг устроить.

Что касается магической дуэли… Кто проиграл, тот отдаёт накопленную энергию. Не ману, заметь. Другую. — Он понизил голос, хотя в зале почти никого, кроме нас, не было. Всё-таки шесть утра. Спит народ. — Ту самую, что держит полотно твоей души, тьфу, блин. Сферу. Сам уже запинаюсь. Чем больше ты её накопил, чем плотнее твоя основа, тем чётче ляжет рисунок. А чем чётче рисунок, тем лучше работают руны.