Читать книгу ПОСЛЕДНИЙ ЗАКАТ – (роман) (САМСОН ГЕЛХВИДЗЕ) онлайн бесплатно на Bookz (18-ая страница книги)
ПОСЛЕДНИЙ ЗАКАТ – (роман)
ПОСЛЕДНИЙ  ЗАКАТ – (роман)
Оценить:

3

Полная версия:

ПОСЛЕДНИЙ ЗАКАТ – (роман)

— А если он узнает, что речь идёт о человеке, который мог спасти царя? — спросила Елена.

— Тогда он попытается использовать его имя в собственных целях.

Северий покачал головой.

— Именно поэтому нам нельзя допустить, чтобы эта история стала известна слишком рано.

Менелай встал и подошёл к окну.

— Мой брат считает, что Троя ослаблена и её можно заставить подчиниться. Я не разделяю его уверенности. Но удержать его от войны становится всё труднее.

— Ты поговоришь с ним? — спросила Елена.

— Попробую. Только не жди, что он прислушается к моим словам. Агамемнон давно перестал различать осторожность и слабость.

— Тогда пусть хотя бы знает, что не все цари считают войну неизбежной, — сказала Елена.

Менелай повернулся к ней.

— Ты хочешь, чтобы я собрал тех, кто готов выступить против поспешного нападения?

— Я хочу, чтобы ты сделал то, что считаешь правильным. Но не позволяй моему имени становиться оправданием для чужой войны. Я не просила ни одного царя сражаться за меня.

Северий одобрительно посмотрел на неё.

— Елена права. Леонтий уже пытается превратить старые обиды в политическое оружие. Агамемнон может сделать то же самое с другой стороны.

Менелай снова взглянул на карту.

— Хорошо. Я направлю послания нескольким правителям. Пусть каждый сам решит, готов ли он поддержать войну, о которой его даже не спросили.

Он позвал слугу и распорядился подготовить корабль. Отправление назначили на следующий день после полудня.

Леонтий тем временем получил донесение от своих наблюдателей. Двое людей прибыли на Тенос, но старика, которого описал посыльный, не нашли. Местная женщина сказала, что он ушёл к северному берегу, однако никто не смог подтвердить, когда именно.

— Они знают, что за ними наблюдают, — сказал Леонтий капитану.

— Возможно, старик просто не желает встречаться с незнакомцами.

— А возможно, он уже получил предупреждение.

Капитан положил на стол небольшой пергамент.

— Есть ещё одна новость. Из Трои вышел гонец. Он направляется к северным поселениям и расспрашивает о бывших царских воинах.

Леонтий поднял голову.

— Кто его послал?

— Этого мы пока не установили.

— Иларион, — произнёс Леонтий. — Старый архивариус наконец понял, где искать.

Он подошёл к карте побережья и провёл пальцем вдоль линии островов.

— Если Северий доберётся до Теноса, он найдёт не только Аристеея. Он может узнать, кто ещё остался в живых.

— Что прикажете делать?

Леонтий некоторое время молчал. Ему хотелось немедленно отправить вооружённый отряд, схватить старика и заставить его рассказать всё, что он знает. Но он понимал, что такой поступок окончательно подтвердит его причастность к событиям прошлого.

— Найдите гонца. Заберите его бумаги, но не причиняйте ему вреда. Пусть думают, что он потерял их в дороге. И ещё: отправьте на Тенос второго человека. Не того, кто умеет угрожать, а того, кто умеет слушать.

— Кого именно?

Леонтий открыл небольшой ларец и достал старую табличку с именами.

— Найдите человека, который служил у Аристеея и после той ночи не вернулся в Трою. Если он жив, предложите ему встречу. Скажите, что я готов выслушать его.

Капитан удивлённо посмотрел на него.

— Вы хотите говорить с бывшим воином?

— Я хочу знать, кто из них ещё помнит, что такое верность.

Когда капитан вышел, Леонтий снова посмотрел на соединённые половинки застёжки. Он не испытывал облегчения оттого, что Аристей, возможно, жив. Напротив, возвращение этого человека означало, что прошлое, которое Леонтий столько лет пытался удержать под замком, наконец начало открываться.

Поздним вечером на Теносе старик Филон вернулся к своему дому. На этот раз он не стал зажигать свет. Сняв с полки деревянный ларец, он достал из него небольшой свёрток, перевязанный выцветшей кожаной лентой.

Внутри находилась старая бронзовая пластина с именами двенадцати воинов. Напротив каждого имени стояла отметка. Одиннадцать имён были перечёркнуты, но возле последнего сохранился знак, который никто не должен был увидеть.

Филон провёл пальцем по надписи, сделанной его собственной рукой много лет назад. Затем вынул из свёртка сложенное письмо, на котором не было ни печати, ни подписи.

Он знал, кому оно предназначалось. Знал и то, что после его отправки уже не сможет вернуться к прежней жизни.

В этот момент за дверью послышались осторожные шаги.

— Кто там? — спросил он.

— Человек, который ищет дорогу домой, — ответил незнакомый голос.

Старик замер. Эту фразу он слышал однажды много лет назад, ещё в Трое, от человека, которому обещал сохранить тайну. Он медленно поднялся, опираясь на трость, и подошёл к двери.

На пороге стоял незнакомец в дорожном плаще. Его лицо скрывала тень, но на груди, под краем одежды, виднелась серебряная застёжка с изображением льва и морской раковины.

— Ты опоздал, — тихо сказал Филон.

Незнакомец снял капюшон.

— Нет, Аристей. Я пришёл именно тогда, когда стало ясно, что ждать больше нельзя.

Старик долго смотрел на него, словно не верил собственным глазам. Потом отступил в сторону, пропуская гостя в дом.

На столе всё ещё лежала карта Трои, и теперь оба понимали, что дорога обратно уже началась.

Глава тридцать пятая. Возвращение свидетеля

Незнакомец вошёл в дом и остановился возле стола. Аристей закрыл дверь, задвинул деревянный засов и ещё некоторое время прислушивался к ночным звукам. За стенами тихо шумело море. Где-то неподалёку лаяла собака, а в соседнем доме плакал ребёнок. Обычная жизнь маленького поселения продолжалась, не подозревая, что в этой скромной хижине встретились люди, от которых когда-то зависела судьба целого царства.

— Сколько лет прошло, — произнёс Аристей, поворачиваясь к гостю. — Я уже не надеялся увидеть тебя.

— Я тоже не был уверен, что найду тебя живым.

— Ты ведь знал, где искать.

— Знал остров. Но не знал имени.

Аристей усмехнулся.

— Имя здесь никогда не имело значения. Для одних я был Филоном, для других — старым лекарем, для третьих — человеком, который слишком много молчит. А кем я был прежде, никого не интересовало.

Гость снял плащ и положил его на скамью. Это был мужчина лет шестидесяти, с усталым лицом и седыми волосами. На его правой щеке тянулся старый шрам.

— Ты всё ещё хромаешь? — спросил Аристей.

— Не так сильно, как ты.

— Значит, мы оба не стали моложе.

Они сели друг напротив друга. Аристей налил гостю воды и придвинул хлеб.

— Рассказывай. Что произошло?

— Северий нашёл твой след.

Старик замер.

— Северий?

— Да. Он получил твой перстень. Теперь знает, что ты, возможно, жив.

Аристей отвёл взгляд.

— Я надеялся, что он никогда не узнает.

— Почему? Он ведь был одним из тех, кому ты доверял.

— Именно поэтому. Я не хотел, чтобы он снова оказался перед выбором, который однажды уже разрушил его жизнь.

— Ты несправедлив к нему, — возразил гость. — Северий всю жизнь считал, что предал царя. Теперь у него появился шанс узнать правду.

Аристей медленно провёл рукой по лицу.

— Правда редко возвращает людям то, что у них отняли. Иногда она лишь заставляет заново пережить потерю.

— Но без неё они так и останутся пленниками чужой лжи.

Старик долго молчал. Потом достал из ларца бронзовую пластину с именами двенадцати воинов и положил её на стол.

— Ты помнишь, что случилось после той ночи?

— Помню.

— Тогда скажи мне, сколько из нас действительно погибло?

Гость посмотрел на пластину.

— Я знаю о семерых. Их имена были вычеркнуты из списков, но никто не видел тел. О судьбе остальных четверых мне ничего не известно. Ты был последним, кто мог собрать их вместе.

— Я пытался. Долгие годы пытался. Но после того, как нас объявили погибшими, каждый пошёл своей дорогой. Одни боялись Леонтия, другие боялись царской власти, третьи просто хотели забыть. А я остался здесь.

— Ты мог вернуться.

— Мог. Но тогда погиб бы человек, ради которого мы всё это затеяли.

Гость наклонился вперёд.

— Значит, он жив?

Аристей не ответил сразу. Он посмотрел на огонь светильника, словно пытался разглядеть в нём лицо давно ушедшего человека.

— Я не видел его много лет. Последний раз мы расстались на берегу, когда его увозили на корабле. Он был слаб, почти не мог стоять, но сохранил ясность мысли. Перед отплытием он сказал мне, что не хочет, чтобы его возвращение стало причиной новой войны.

— И ты выполнил его просьбу?

— Я выполнил её настолько, насколько мог.

— А теперь?

Аристей поднял глаза.

— Теперь я не знаю, чего хочет он сам. Но если Северий действительно нашёл дорогу к нам, значит, молчать больше нельзя.

В Трое Иларион получил известие от гонца, отправленного к северной гавани. Тот вернулся с небольшим кожаным мешочком, в котором находились две старые таблички и обрывок письма. На одной табличке значилось имя начальника караула — Эвандр. На другой была запись о выдаче лодки неизвестному человеку в ночь исчезновения прежнего царя.

— Кто подписал распоряжение? — спросил Иларион.

— Подписи нет, господин. Только печать гавани.

Архивариус внимательно осмотрел оттиск.

— Это не царская печать.

— Я тоже так подумал.

— Это знак морского союза.

Гонец кивнул.

— Один старый рыбак вспомнил, что в ту ночь видел у пристани несколько человек в одинаковых плащах. Они не были похожи на воинов дворцовой охраны. Один из них хромал.

Иларион поднял голову.

— Хромал?

— Да. Рыбак сказал, что человек опирался на короткий посох и держался за левый бок. Но лица он не рассмотрел.

Иларион осторожно положил табличку на стол.

— Похоже, Аристей действительно был там.

— Значит, он помог похитить царя?

— Или помог ему покинуть город. Разница между этими двумя событиями иногда определяется только тем, кто держит оружие у человека за спиной.

В этот момент вошёл Феодор.

— Иларион, у нас неприятности. На южной дороге задержали двух людей. Они расспрашивали о северной гавани и пытались выяснить, кто отправил гонца.

— Кто они?

— У одного нашли знак морского союза. Второй назвался торговым служителем, но при нём обнаружили письмо без подписи.

Иларион взял письмо. Внутри было всего несколько слов: «Не позволяйте старым именам вернуться к жизни».

— Это предупреждение или угроза? — спросил Феодор.

— Возможно, и то и другое. Но теперь я уверен, что наши поиски кому-то мешают.

Приам узнал о задержании людей позднее. Он приказал не допрашивать их с применением силы и распорядился пригласить Лаомедонта и Гектора.

— Леонтий начинает нервничать, — сказал Гектор, выслушав доклад.

— Или хочет, чтобы мы так думали, — заметил Лаомедонт.

Приам внимательно посмотрел на обоих.

— Я не собираюсь позволять ему превращать город в поле тайных расправ. Мы уже слишком дорого заплатили за старые ошибки.

— Но если он узнает, что отец мог быть жив, он постарается уничтожить свидетелей, — сказал Лаомедонт.

— Поэтому мы должны действовать осторожно. И прежде всего защитить тех, кто ещё может рассказать правду.

Гектор подошёл к окну. С южной стены доносились голоса воинов, сменявших караул.

— Я усилю охрану гавани и дворца. Но хочу предупредить вас об одном. Сегодня утром ко мне пришёл посланник от жителей нижнего города. Люди обеспокоены слухами о новой высадке. Они не понимают, почему мы продолжаем искать тайны прошлого, когда опасность уже стоит у наших ворот.

— Они правы, — тихо сказал Приам.

Лаомедонт удивлённо взглянул на брата.

— Ты не можешь бросить поиски.

— Я и не собираюсь. Но Гектор напомнил нам о том, что важнее всего. Если мы потеряем город, то, возможно, найдём отца, но уже не сможем вернуть ему родину.

Он повернулся к сыну.

— Сделай всё необходимое для защиты людей. А поиски Аристеея мы продолжим без ущерба для обороны.

Гектор кивнул.

— Я поговорю с Парисом и Дорием. Они смогут помочь мне организовать жителей возле южной стены.

— И не забывай, — добавил Приам, — что люди должны не только защищать город, но и верить, что город защищает их.

На Теносе Аристей и его гость продолжали разговор до глубокой ночи.

— Ты должен знать ещё кое-что, — сказал гость. — Леонтий ищет тебя.

Старик спокойно посмотрел на него.

— Я этого ожидал.

— Он отправил людей на остров. А ещё передал через посыльного предложение встретиться с одним из бывших воинов твоего отряда.

— Значит, он тоже собирает своих свидетелей.

— Или пытается уничтожить их раньше, чем они заговорят.

Аристей поднялся и подошёл к ларцу. Достав оттуда маленький деревянный футляр, он открыл его и показал гостю несколько писем, перевязанных тонкой нитью.

— Здесь письма людей, которых я считал погибшими. Они приходили в разное время, из разных мест. Каждый из них просил не искать его и не раскрывать имени.

Гость взял верхнее письмо.

— Ты отвечал?

— Только один раз. Я написал, что пока мы живы, наша клятва не окончена.

— И что они ответили?

— Ничего.

Аристей закрыл футляр.

— Возможно, теперь пришло время собрать их снова. Не для войны и не ради трона. Нам нужно закончить то, что мы начали много лет назад.

— А если Леонтий окажется быстрее?

— Тогда придётся встретиться с ним лицом к лицу.

Гость внимательно посмотрел на старика.

— Ты готов снова увидеть его?

Аристей ответил не сразу.

— Я готов увидеть любого человека, который был рядом с нами в ту ночь. Даже если он считает меня своим врагом.

На рассвете к острову подошёл небольшой корабль. На его борту находились Северий и Елена. Путешествие прошло спокойно, хотя Северий несколько раз выходил на палубу, чтобы осмотреть берег. Елена заметила его тревогу.

— Ты боишься, что мы опоздали?

— Я боюсь, что мы пришли слишком поздно для тех, кто уже погиб из-за этой тайны.

— Тогда хотя бы не заставляй себя отвечать за всё, что произошло до нашего появления.

Северий посмотрел на неё.

— Ты говоришь так, будто знаешь, что я чувствую.

— Нет. Но я знаю, что значит жить с чужим поступком, который однажды изменил твою судьбу. Я слишком долго пыталась понять, почему люди решали за меня, что мне следует делать. Теперь я не хочу повторять их ошибок.

Когда корабль приблизился к пристани, Северий увидел на берегу человека, стоявшего рядом с лодкой. Тот опирался на посох, а его левая рука была прижата к груди. Старик смотрел прямо на прибывших.

Северий узнал его не сразу. Слишком много лет прошло с тех пор, как он видел Аристеея в последний раз. Но когда тот сделал несколько шагов навстречу, сомнений уже не осталось.

— Аристей...

Старик остановился.

— Здравствуй, Северий.

Они долго смотрели друг на друга, не находя слов. Елена стояла чуть поодаль и понимала, что перед ней разворачивается встреча двух людей, которые слишком долго носили в себе одну и ту же боль.

Наконец Северий подошёл ближе.

— Я думал, ты погиб.

— Я тоже долго думал, что ты меня забыл.

— Я не забывал. Я просто не знал, где искать.

Аристей посмотрел на него с грустной улыбкой.

— Теперь знаешь. Но прежде чем мы заговорим о прошлом, я должен показать тебе кое-кого.

Он обернулся к дому. В дверях появился человек со шрамом на щеке, которого Северий прежде не видел. Тот медленно спустился по ступеням и остановился рядом с Аристееем.

— Познакомьтесь, — сказал старик. — Это человек, который в ту ночь вывез прежнего царя из Трои. И человек, который знает, где он находится сейчас.

Северий побледнел. Елена невольно сделала шаг вперёд, а незнакомец внимательно посмотрел на обоих и произнёс:

— Но прежде чем вы отправитесь к нему, вы должны узнать, почему он до сих пор не вернулся домой. Дело не только в Леонтии. Сам царь однажды попросил нас не допустить его возвращения, даже если он будет умолять об этом.

Глава тридцать шестая. Клятва, данная царём

Северий долго не мог произнести ни слова. Он смотрел на незнакомца, пытаясь понять, что скрывается за его последними словами. За годы службы при дворе ему доводилось слышать самые невероятные признания, но ничто не могло подготовить его к мысли, что прежний царь Трои не только пережил ту страшную ночь, но и сам пожелал остаться вдали от родины.

— Ты хочешь сказать, что он жив? — наконец спросил Северий.

— Я хочу сказать, что видел его после того, как корабль покинул троянский берег. Я разговаривал с ним, выполнял его распоряжения и оставался рядом до тех пор, пока он не решил, что больше не нуждается в моей защите.

— Как тебя зовут?

— Меня звали Менестей. Я служил в царской охране, но в ту ночь был не воином, а человеком, которому поручили сохранить чужую жизнь.

Аристей присел на деревянную скамью. Видимо, встреча с Северией отняла у него больше сил, чем он хотел показать.

— Менестей был одним из двенадцати, — сказал он. — Самым молодым в нашем отряде. Именно ему доверили вывести царя из города.

— А остальные? — спросила Елена.

— Каждый из них получил отдельное поручение. Мы договорились не искать друг друга, пока не станет ясно, что опасность миновала. Но опасность не исчезла. Она просто научилась ждать.

Северий повернулся к Менестею.

— Почему царь запретил возвращаться?

— Потому что считал, что его появление вызовет новую борьбу за власть. Он знал о существовании договора с морским союзом, знал о тайных соглашениях и понимал, что некоторые влиятельные люди готовы пойти на всё, лишь бы сохранить свои привилегии. Но главным его страхом была не собственная жизнь.

— Что же он боялся потерять?

— Своих сыновей.

Северий опустил глаза.

— Лаомедонт и Приам?

— Да. Царь был убеждён, что если вернётся, то оба окажутся перед выбором между отцом и царством. Один станет наследником, другой — соперником, даже если ни один из них этого не захочет. Он видел, как люди вокруг них уже начали готовить почву для раздора. И решил исчезнуть, чтобы не дать им повода.

— Но ведь они считали его погибшим! — воскликнула Елена. — Разве это не причинило им ещё большую боль?

Менестей посмотрел на неё.

— Причинило. И он знал об этом. Но тогда ему казалось, что это меньшая цена, чем новая война внутри царского дома.

— Он ошибся, — тихо произнёс Северий.

— Возможно. Но не нам судить о его решении, пока мы не услышали его самого.

Старый воин достал из-под одежды небольшой кожаный мешочек и положил перед Северией.

— Он передал это для тебя. Сказал, что однажды ты придёшь, если сумеешь простить себя за то, чего не совершал.

Северий развязал шнурок. Внутри лежала небольшая золотая пластина с царской печатью. На обратной стороне были выгравированы слова:

«Тот, кто сохранил верность молчанием, не должен считать себя предателем. Но молчание не освобождает от обязанности сказать правду, когда приходит время».

Северий сжал пластину в ладони. Он вспомнил ту ночь, когда Леонтий сообщил ему о смерти царя. Вспомнил, как пытался добиться объяснений, как получил приказ не вмешиваться, как в конце концов подчинился, убедив себя, что дальнейшее сопротивление лишь погубит тех, кого ещё можно спасти.

— Значит, он знал, что я не предавал его, — произнёс Северий.

— Он знал, что ты пытался исполнить приказ, не понимая всей его цены, — ответил Менестей. — Но теперь всё изменилось. Он стар, Северий. И, возможно, впервые за много лет хочет увидеть родных.

Аристей поднял голову.

— Тогда почему ты сказал, что он запретил возвращаться даже в том случае, если сам попросит об этом?

Менестей помолчал.

— Потому что есть ещё одна причина. И её он не доверил ни тебе, ни мне.

В Трое тем временем обстановка становилась всё напряжённее. Леонтий получил известие, что Северий и Елена прибыли на Тенос. Его люди сообщили также, что на острове был замечен Менестей, которого много лет считали погибшим.

Леонтий долго ходил по каюте, не произнося ни слова. Затем остановился возле стола и положил на него обе половины серебряной застёжки.

— Они собрались, — сказал он.

Капитан стоял у двери.

— Кто, господин?

— Те, кто должен был навсегда исчезнуть из моей жизни.

— Прикажете отправить корабль на Тенос?

— Нет. Пока нет.

Капитан удивлённо поднял глаза.

— Но если они встретятся с Северией, он узнает всё.

— Северий уже знает достаточно. Иначе не отправился бы туда.

Леонтий взял одну из застёжек и повернул её в пальцах.

— Скажи мне, капитан, ты когда-нибудь задумывался, почему люди начинают войну?

— Из-за земли, власти, богатства, обид.

— Это причины, которые они называют вслух. Но настоящая причина чаще всего одна: кто-то однажды решил, что только он имеет право распоряжаться чужой судьбой.

Он подошёл к карте Трои.

— Я не собирался убивать царя. Я хотел, чтобы он перестал мешать тем, кто мог удержать союз от распада. Я верил, что старый порядок уже не способен защитить страну. И когда он отказался принять мои условия, я позволил другим совершить то, чего сам не решился сделать.

— Вы говорите о той ночи?

Леонтий резко посмотрел на капитана.

— Я говорю о том, что слишком долго считал необходимым.

Капитан опустил голову.

— А теперь?

— Теперь мне нужно узнать, что именно рассказал Менестей. Если царь действительно жив, его возвращение может уничтожить не только меня. Оно разрушит все соглашения, заключённые за последние годы.

— Может быть, стоит договориться с ним?

Леонтий усмехнулся.

— Ты плохо знаешь этого человека. Он никогда не соглашался на сделку, если считал её несправедливой. Даже когда такая сделка могла спасти ему жизнь.

Он приказал приготовить небольшое судно и выбрать трёх людей, которые умели бы держать язык за зубами. Но прежде чем капитан успел выйти, Леонтий добавил:

— И ещё. Если кто-нибудь попытается добраться до царя раньше меня, остановите его. Живым или мёртвым — мне всё равно, кто именно это будет.

На Теносе Елена вышла из дома и направилась к берегу. Ей хотелось побыть одной, осмыслить услышанное и решить, как вести себя дальше. Встреча с Аристееем напомнила ей о собственной юности, о страхе, который она пережила перед свадьбой, и о человеке, который однажды помог ей выбраться из беды, не требуя ничего взамен.

Она вспомнила его слова: «Сегодня меня зовут Аристей. Завтра, возможно, я буду другим человеком».

Теперь эти слова обрели иной смысл. Возможно, он говорил не только о себе. Возможно, вся его жизнь была попыткой защитить людей, которым приходилось жить под чужими именами.

К ней подошёл Северий.

— Ты о чём-то задумалась?

— О том, что мы всё время ищем виновных, а почти не спрашиваем, что заставило людей поступать именно так.

— Это не значит, что их нужно оправдывать.

— Конечно. Но если мы хотим понять, что произошло, придётся услышать и тех, кого мы считаем виновными.

Северий посмотрел на море.

— Ты говоришь о Леонтии?

— И о нём тоже. Я не знаю, что он совершил. Но знаю, что однажды он был человеком, которому доверяли. Аристей, Менестей, возможно, и сам прежний царь. Нельзя превратить такого человека в чудовище одним только решением.

— Ты слишком милосердна к тем, кто способен причинять зло.

— Нет, Северий. Я просто не хочу, чтобы мы стали похожи на них.

Северий некоторое время молчал.

— Менестей обещал рассказать нам остальное утром. Он хочет, чтобы мы сначала выслушали Аристеея.

— А ты готов?

— Не знаю. Я много лет ждал этого разговора, но теперь боюсь услышать ответ.

Елена положила руку ему на плечо.

— Тогда хотя бы не забывай, что правда нужна не только тебе.

Вечером Аристей долго сидел у открытого окна. В доме было тихо. Менестей спал в соседней комнате, а Северий и Елена остановились у Мелиты. Старик достал из ларца бронзовую пластину с именами двенадцати воинов и положил её рядом с картой Трои.

Он помнил каждого из них. Помнил, как они вместе охраняли царя, как спорили после долгих дежурств, как мечтали вернуться домой после очередного похода. Среди них были люди разных характеров: суровые и весёлые, молчаливые и разговорчивые, верные и сомневающиеся. Они не были легендарными героями. Просто однажды каждый из них оказался перед выбором, от которого зависела чужая жизнь.

Аристей вынул из ларца ещё одну вещь — небольшую детскую деревянную лошадку. Её когда-то вырезал для него сын, которого он больше никогда не увидел. Мальчик умер задолго до исчезновения царя, но старик сохранил игрушку, словно вместе с ней мог удержать часть прежней жизни.

bannerbanner