Секторальные сказы. Книга 1

«Мы ныне очень много узнали об устройстве чертогов солнечных, – Род остался в задумчивости, но разум его трепетал, – Оттого и радостна мне весть Сокола о результате изысканий. Найден путь, коим сможем мы отправить людей для заселения новых далей и создания вотчины великой без убийств и жестокосердия целых народов. Враг наш не сможет последовать по сему пути, оттого угроза над нашими родами исчезнет, и обновленное племя сумеет достичь высот небывалых».

«Впрочем, создавать пути звездные мы тоже вскоре сможем, – прилетела к нему бесплотной тенью мысль из ментальной сферы, – Ибо просвещенные мужи наши весьма преуспели в изучении свойств бытия. Тщусь я, что мы пойдем дальше наших пращуров, мой ладо. Пойдем дальше них и подчиним себе чудесные свойства сущего. Не во имя чьей-то выгоды и властолюбивых помыслов, а ради людей наших, ради мира и развития».

«Да будет так, – прошептали губы Рода, продолжавшего зачарованно созерцать темный лик космической панорамы.

Глава 3. Когда хватит воевать.

Боевые позиции объединенного флота Империи Ориона. Пространство близ планеты Маре-Во звездной системы Мгла.

Космическая армада появилась в пределах системы темным роем, вынырнув из подпространства таким образом, чтобы выстроить свои позиции близ траектории прохождения крупной заселенной планеты, чьи союзные силы, в случае крайней необходимости смогли бы существенно подпитать имеющиеся ресурсы своим развитым флотом. Вайтманы, словно стая хищных птиц, ощетинившись готовым к использованию вооружением, появились из подпространственных воронок, на короткое время взбаламутив космос белесоватой дымкой остаточного тумана энерговоздействия, а затем сразу «залегли» в дрейф, сохраняя режим минимального присутствия. Военачальники великой армады питали надежду сохранить свою малозаметность на возможно большее время, чтобы в полной мере использовать эффект неожиданной атаки при появлении противника.

Однако, несмотря на все ухищрения опытных, закаленных во многих битвах воевод, их приготовления изначально оказались известны флоту неприятеля. Была тому виной утечка секретной информации на уровне управления, либо система глубокого зондирования у противника сработала на уровне высокого профессионализма, но буквально в течение самого короткого промежутка времени, на расстоянии, достаточном для полномасштабной атаки, в космическом пространстве появились вайтманы неожиданно стреловидной формы, ранее не виданной в битвах долгой, почти тысячелетней войны. Скорее всего, несмотря на общий принцип передвижения «прыжок в подпространстве», эти корабли имели несколько иное устройство двигательной системы, потому как «выпрыгнули» в космос с легким световым бликованием, разительно непохожим на сумрачное вороночное свечение, сопровождавшее ранее появившийся флот.

Впрочем, на первый взгляд могло показаться, что эти корабли, явившиеся вторыми, уступали ожидавшему их противнику, в размерах и количестве. Около трех десятков кораблей среднего класса против вайтман имперского типа, приведенных в полную боевую готовность, выглядели неубедительно даже при безукоризненно выполненном маневре. Казалось, что боевые порядки армады, уже устремившиеся в атаке на эту горстку, сметут ее без следа, распылив в эфире суммарным ударом.

А потом произошло неожиданное. Диковинные вайтманы, не меняя занятых позиций, встретили атакующую армаду внезапно убийственным огнем неизвестного излучения, еще до боевого сближения, выведя из строя несколько кораблей первого боевого порядка. Ветвистые разряды неведомого происхождения, так похожие на молнии, но резко отличающиеся от них цветовой гаммой ослепительного синего свечения нащупали первые цели и легко разметали их в клочья.

Впрочем, появление столь могущественного противника мало смутило наступавших, хотя и внесло некоторую сумятицу в ее стройные ряды. Воины, привыкшие к риску вероятной гибели, впитавшие этот риск с самого рождения, с самой первой капли грудного молока, надвигались на врага с отрешенностью смертников, коими, в сущности их и воспитали. Лишь звериная ярость струилась из бойниц излучательных батарей в ментальное поле близкорасположенной планеты, носящей название Маре-Во.

Но, как оказалось, место завязавшейся встречной схватки стало не единственным полем продолжавшей разворачиваться ассы. Еще одна группа странных кораблей появилась в некотором отдалении, прикрыв собой место предполагаемого флангового удара, который подготовил флот союзного Маре-Ва и, приняв на себя атаку новой партии кораблей, только что вышедших на ракурс атаки из-за планетарной тени.

Потеряв преимущество неожиданного нападения, и испытывая жестокий ущерб, причиняемый наступающим порядкам, армада, тем не менее, продолжала накатываться на немногочисленного противника, грозя смять его количеством. И выполнило бы эту задачу даже столь дорогой ценой, но вдруг на театр военных действий взошла еще одна группа разноразмерных судов военного назначения, всплывшая из подпространства на дальних рубежах и сопровождавшая странный громоздкий корабль сигарообразной формы, который на самом деле оказался боевой платформой новейшего поколения. Хватило пары мгновений, чтобы боевой расчет платформы изготовился к стрельбе. Желтый струящийся луч с ответвлениями псевдомолний протянулся в сторону планеты и, по пути сметя едва ли не половину планетарного флота, уже готовящегося к боевому столкновению с группой вайтман фланговой защиты, вонзился в ее зеленовато-желтую атмосферу, чтобы сперва, примерившись, коснуться своим смертоносным жалом поверхности этого мира, а затем и вовсе обрушиться на нее с неожиданно запредельной мощью. Только тогда, когда выстрел оставил на теле планетарного объекта иссиня черный, пульсирующий красными прожилками расширяющийся по поверхности круг тотального уничтожения, тот, кто руководил действиями армады, понял, что его битва сокрушительно проиграна. Проиграна потому, что ему более нечего было противопоставить противнику. Столь скоро оказавшись в подобной роли, военачальник принял тяжелое решение остановить превращающийся в бойню бой, смиренно обратив взор на возникший в пространстве последним, величественный, покрытый расписной, сложной, металлически отблескивающей мозаикой защитных сооружений, вычурно конусовидный анкилон в сопровождении вайтман защитного периметра, чье число значительно превышало численность первых двух групп кораблей оперативного взаимодействия.

– Глядите-ка, дети мои, – высказался тот, кто только что мановением длани отдал приказ о прекращении наката потрепанной армады, – Сама Великая Мать пожаловала на поле брани… В этот раз.

Сим ознаменовано…

Анкилон Верховной Матери. Окрестности планетарной системы Мгла.

Если бы не близкий ракурс планеты, панорамная картина перед глазами почти ничем не отличалась от любой другой. Иссиня черный фон космического пространства, щедро расцвеченный гроздью близких светил Империи Ориона навевал обычное незыблемое спокойствие, а едва высвеченные системой слежения группы мелких точек, коими с такого расстояния выглядели корабли доселе враждебных сторон, выглядели вполне безобидно и почти сливались с беззвучным фоном космоса. Почти…

Напротив, весь облик близкорасположенной планеты на другой стороне большого панорамного экрана теперь просто резал глаз. Красная иссушенная панорама, обезображенная нарывами кратеров и изломами коры, через которые рывками, словно из сосудов пораженного сердца, изливалась и расплывалась многочисленными язвами разбуженная горячая лава. Все, что осталось от некогда оживленного мира, пусть и превращенного неосторожным неприятелем в громадную военную базу.

– Я не хотела этого, – с грустью произнесла Макошь Чудоокая, созерцая панораму широко раскрытыми ярко зелеными глазами, – Вышень Просветленный ведает, что я не желала этого. Виной стала эта нескончаемая, тысячу раз круголетняя война, в коей испокон веков гибли целые поколения наших народов.

– Не кори себя, матушка, – прозвучал из-за ее спины густой и твердый голос с легким басовитым оттенком, – Кто знает, может после этой жертвы, дети Черного Бога поймут бессмысленность нашей вражды и, наконец, захотят мира. А мир, сама знаешь, очень нужен детям Ирия.

– Знаю, Род Буслаевич, – согласно кивнула Макошь, не оборачиваясь, – Знаю. Оттого и решилась на сей кровавый шаг. И то знаю, что осудит Вышень меня за это. Вопль миллиардов живых душ до сих пор витает в сферах чертога…

– Но поступить иначе было нельзя, – Род вышел из-за спины Верховной Матери и заглянул ей в лицо.

– Или мы не поняли, как достичь своей цели без таких жертв, – горько поджала свои красивые губы Макошь.

– Мы же не Вышень, и не можем заглядывать так далеко…

– Да, мы не Вышень, – согласилась она, – Но Вышень, как и все верховные сущности, ныне оперирует другими мерилами. Они выше черного и белого. То лишь стороны бытия. Только мы, недоразвитые, считаем, что, то есть добро или зло. Мудрость вселенной считает, что такое противоборство сторон – сиречь двигатель развития вселенского сознания.

Род встал рядом с Макошью и тоже вперил взор в панораму космоса. Она покосилась на него, машинально отметив, что он все также хорош собой, как и тысячелетия назад. Все также. Статно сложенный, развитый физически и духовно, он даже теперь привлекал ее. Даже теперь… Даже по истечению тысячелетий… Но… Нет… Не позволяет таких вольностей ее сан и положение. Верховная Мать радеет о народах своих и не имеет страстей любовных. Не должна иметь. И он тоже об этом знает.

– Смотри, Верховная Мать, – вдруг простер вперед Род свою руку, указывая на что-то, являемое панорамным экраном, – Видится мне, что не так уж я был неправ, рассуждая о колебаниях сил. Ныне, как сама зришь, чаша сих весов ощутимо качнулась в нашу сторону.

Макошь Чудоокая проследила за движением правителя Чертога Аиста, и тоже заметила бликанувшую точку, отделившуюся от нестройных порядков флота Империи Ориона. Система слежения тотчас заметила интерес наблюдателей, и подсветила объект ярким ореолом.

– Это штурмовая вимана Драконовых, – всмотревшись, заключил Род, – Как бы не сам Чернобог Пекальный к нам пожаловал.

– Обращение к Верховной Матери детей Ирия, – в следующий момент, словно вдогон их мыслям, возвестила стенная звуковая панель, – Делегация цивилизации Ориона во главе с Чернобогом Пекальным запрашивает позволения прибыть для проведения переговоров…

– В корень зришь, батюшка Род, – обернулась к собеседнику Макошь, сложив пухлые губы в милую улыбку, – Как есть. Пусть летит. Наконец-то. Нам есть, что сказать друг другу.

Взгляд советника остановился на этой улыбке и чуть дрогнул.

«Помнит, – отметив это, с тайной сладостью в сердце мысленно констатировала Великая Мать, – Все понимает и помнит…»

Она промолчала, не став озвучивать момент, столь сокровенный для обоих, но взгляд ее зеленых глаз налился немым красноречием.

– Система слежения, – вместо этого вымолвила вслух Макошь Чудоокая, обращаясь к сущности корабля, – Сканировать приближающуюся виману на предмет угрозы. Выделить и увеличить изображение объекта.

– Слушаюсь, – тонкий искусственный голос прошелестел фоном, – Изображение объекта выведено на крупный план.

Возможности искусственно созданной сущности головного корабля космического флота Ирийского Союза позволяли выполнить команду Макоши с большой долей масштабирования. Еле заметная на панораме точка вдруг стремительно выросла в объеме, сразу став ее главной частью.

– О да, это корабль флота Драконовых, – констатировал Род Буслаевич, сразу узрев характерный стиль построения виманы, – Узнаю эти угловатые формы, чешуеподобную броню внешней обшивки и грозные шпили излучателей. Правдиво говорят, что вещи хозяина всегда напоминают его самого.

– Это верно, – задумчиво согласилась она, в свою очередь, осматривая конструкцию корабля гостей, действительно чем-то напоминающую самих драконовых с их хищным силуэтом, кожистыми крыльями, чешуистой кожей и когтистыми конечностями, – Похоже, что наши братья изрядно пропитались драконьей кровью и постепенно теряют исконное. Слышно далеко о том, как по-новому, чудно и изощренно заплетает Чернобог животворный орнамент. И отпрыски его далеко не все схожи с нашим народом.

– Сканирование завершено, – прозвучал рапорт из звуковой панели, – Боевое вооружение виманы деактивировано. Защитные псионические и энергетические поля включены на максимум. На корабле зафиксировано четыре дюжины биологических существ разных видов и биологии.

– Немало для того, чтобы совершить отчаянную попытку диверсии, – осторожно высказался Род, – Особенно при наличии решимости и тяжелого пехотного вооружения.

– Нет, – покачала Макошь своей головой, – Это вряд ли. Витул Чернобог, прозванный Пекальным, не станет рисковать более своим народом и своими детьми. Он, безусловно, смел, но не безрассуден. Иначе не вырос бы до вождя столь многочисленного племени, включающего в себя основу жизни многих совершенно различных рас разумных существ…

– А еще он темен, как может быть темен владыка, целиком противопоставивший себя свету…

Верховная Мать обернулась на повышающийся тон Рода и одарила его самой чудной из своих божественных улыбок.

– Если он противопоставляет себя свету, друг мой, то это совсем не значит, что он и его последователи не следуют по пути саморазвития. Просто они идут другим путем.

– Да, другим путем, – согласился Род, – Но только через наши трупы. До принесенного в жертву Маре-Во я могу насчитать не менее сотни миров, принадлежащих чертогам ирийским…

– О, – опять лучезарно улыбнулась Макошь, мягко намекая собеседнику на смену темперамента, – Этого счастья мы ему не предоставим. Тем паче, что лишь через противоборство света и тьмы разумные существа нашей Вселенной достигают просвещения и преображения с переходом на более высокие ступени развития.

Правитель Чертога Аиста не смог подобрать слова для следующей реплики и просто смолчал, подавляя запальчивость.

– Рада, что ты меня понимаешь, – с лукавинкой в своих зеленых очах, закончила Верховная Мать короткие прения, – А раз так, то нам стоит позаботиться о том, чтобы принять делегацию гостей с подобающей вежливостью и почтением. Прошу тебя, Род Буслаевич, оповести наших советников о том, что необходимо прибыть в залу приемов для встречи с Чернобогом. И… – не изменив выражения лика добавила, – Заодно позаботься о том, чтобы наша дружина пребывала наготове. Не будем недооценивать наших противников. Пусть, начиная с момента первого шага на борту нашего флагмана, для каждого из прибывших достанет пристального внимания.

______________

Когда Макошь вошла, зал для приемов уже не пустовал. У трона Верховной Матери, в ожидании привычно высилась статная, слегка сухопарая и весьма широкоплечая фигура Рода Буслаевича, облаченная в белые одежды, слегка очерченные ореолом индивидуального силового защитного поля. Рядом с ним замер коренастый Велес Асилкович в подобной же ауре. Оно и понятно, ибо от ожидаемых ныне гостей давно не ждали ничего хорошего.

Как солнце и луна отличаются друг от друга, так и отличался от Рода его сводный брат Велес. Крепко сбитый и кажущийся слегка грузноватым цветущий муж с волосами цвета красной меди и темно-зелеными живыми очами, смотрел на окружающих без лишней скромности и даже с определенной долей дерзости. Асила (как его прозвали в дружине), в отличие от Рода, не жаловал простые одеяния, какие были любимы многими народами Ирийского Союза. Напротив, на нем привычно наличествовало тяжелое бронированное воинское убранство, так почитаемое их давно почившим в легендах родителем Белуном Свентовидом. Но даже этот тяжкий биосинтетический панцирь не мог скрыть развитых мужественных телесных форм советника, которые так нравятся девам.

«Предки вполне могли бы гордиться такими чадами, – отдала должное Макошь Чудоокая, – Достойные мужи».

Впрочем, эта оценка касалась не только этих двоих. За всю свою долгую жизнь, только до момента достижения совершенства духа и перехода на иной уровень бытия, насчитывающую не одно тысячелетие, праотцы имели много детей. Издавна считалось, что каждый из славных потомков праотцов – основателей Триединого Союза должен стать, минимум, началом для пяти- семи наследственных линий потомков, что позволяло кратно увеличивать общую численность разумных индивидуумов для планомерного распространения и населения отдельных миров.

Со времени исхода прежних высших представителей объединенной архицивилизации Аори, Сваги и Титаниды в другие ипостаси, созвездия и земли, наследникам его животворного начала было несть числа. При их непосредственном участии вершились судьбы рас и народов, переплетаясь в причудливую вязь исторических событий. Вот и Чернобог мог похвастаться прямым родством с нынешним верховным объектом почитания современных ирийцев.

«Любвеобилен был наш Вышень, – пронеслось в голове Верховной Матери, – Любвеобилен и могуч животворностью своих чресел. Потомство его чрезвычайно многолико, многочисленно и живуче. Давно вознесся он в высшую ипостась, но кое-кто из ныне живущих, как та же Земун, скорее всего еще могут вспомнить ощущения от его мужского начала».

– Здрава будь, светлая матерь народов, – приветствие отвлекло ее, и Макошь почти потеряла нить размышлений.

Она обернулась на голос, затем теплой улыбкой поприветствовала скромную свиту своих советниц. Эти женщины представляли уже ее наследственную линию, тщательно перемешанную с жизненными началами разумных птицевидов. Доля и Недоля, ее сестры-рекомбинанты, и, конечно же, Ноцена Лунная, представительница одной из дальних ветвей ее древа, но, по стечению обстоятельств, гораздо более походившая чертами на Верховную Мать, чем многие из кровной родни.

– Мы пришли на твой зов, – произнесла Доля, почтительно склонив гордый стан перед Макошью.

Ее сестры, рожденные искусственным путем и с использованием комбинантной примеси жизненных начал, в той же степени походили друг на друга, как и не имели схожести с ней самой. Рекомбинация часто изменяла внешность. В данном случае, за счет сглаживания женской биологии. Поджарые телом, таким не похожим на женственные формы правительницы, строгие выражением несколько чопорных лиц с острыми чертами, сестры – советницы, тем не менее, были всецело преданны Макоши, доказав это не единожды. К тому же, за счет внешнего комбинантного воздействия обрели повышенные врожденные показатели силы, выносливости и боевой пригодности в возможной схватке, что характеризовало хорошего телохранителя. Вот и сейчас, в преддверие приема, они имели напоказ отстраненно холодный вид и скупость в выражениях, что не мешало им одновременно оставаться начеку. Под свободным кроем их аскетичного одеяния смутно угадывались потайные боевые доспехи, и, возможно, даже какое-то оружие. Макошь не сомневалась – при малейшей опасности верные сестры незамедлительно встанут между ней и врагом, образовав живой щит.

– Спасибо, что почтили нас своим присутствием, – поблагодарила Верховная Мать, отдав должное этикету, – Ваше присутствие здесь необходимо.

Сестры вновь склонились в поклоне и затем привычно скрылись из виду, чтобы занять позицию у нее за спиной.

– Ноцена, дитя мое, – рада видеть тебя, – обратилась правительница к самой молодой представительнице Совета, – Вышень хранит нас.

Она благоволила к этой яркой деве, сулящей продолжение ее кровной линии в мирах и сулила ей скорый брак с великим воем Ирийского союза, покрывшим себя неувядаемой славой в последней войне Эпохи Раздора.

– Похоже, Вышень хранит не только нас, – подал реплику Велес со своего места, – Иначе бы нам не пришлось принимать у себя злейшего из врагов.

Ноцена Лунная обернулась в сторону Асилковича и одарила его гневным взором серебряно-голубых очей за столь дерзостную недвусмысленность в сторону Верховной Матери.

– Чернобог и его племя нам противник, но не антагонист, – невозмутимо возразила Макошь, обратив на него благожелательный взор, – Не забывай, что в каждом из них тоже есть частица Вышеня. Мы все, они и мы, так или иначе дети наших общих праотцов, равные перед ликом вселенской мудрости. Просто у нас разные пути постижения сущего. Мы следуем к возвышению через духовное очищение, они – путем страстей и противоборства. Нужно это принять.

– Мы то это примем, – усмехнулся Асила, явив под рыжей бородой ослепительную крупнозубую улыбку, – Но они этого не поймут и не примут. Боюсь, что никогда.

– Всему свое время, – обронил Род, словно задумавшись о своем.

На самом деле (Макошь знала сие наверняка), он в данный момент усиленно сканировал все доступные ему пси-структуры.

– Внимание, – послышался мягкий синтетический голос из звуковой панели, – К вам посетители, госпожа.

Автоматический створ на противоположной стороне зала распахнулся, и в помещение залы проследовала довольно шумная процессия. Тишину нарушило явственное бряцанье защитной амуниции, и тяжелое сиплое дыхание некоторых особей явно нечеловеческого вида. Во главе ее тяжелым шагом ступал тот, кого все миры Империи Ориона называли владыкой, уповая на его ум и милость, а во всех остальных мирах, и в частности, в мирах Чертога Макоши, называли Чернобогом Пекальным, либо Витулом Дерзким.

– Не зря зовется он именно так, – подумалось, кстати Верховной Матери, – Даже энергетический туман его защитного поля со временем стал походить на черную ауру. Словно сумрак напитал и окрасил его разум.

Чернобог совсем не выглядел представителем поколения давно повзрослевших отпрысков своего великого отца. И, несмотря на тысячи лет своей бурной, полной приключений жизни, выглядел бодрым и энергичным, а пронзительный взгляд его черных очей хранил наполненность внутренней силой.

Неожиданно силовой пси-обруч на челе Макоши чуть слышно загудел, отметив постороннее псионическое воздействие. Однако и без этого она почувствовала сильное ментальное прикосновение, жадное до чужих тайн. Словно невидимое щупальце попробовало на вкус ее эфирную сущность, пытаясь с ходу оценить его силу и мощь, а потом ненавязчиво, по-змеиному, попыталось вползти внутрь, чтобы затем изнутри подавить носителя. Впрочем, агрессору задача оказалась изначально не по зубам. Верховной матери понадобилось не особенно большое усилие, чтобы оказать ему решительное противодействие, вышвырнув восвояси, да еще и вознаградив за ретивость увесистой псионической оплеухой напоследок.

«Нет, скорее всего, то проделки не Витула, – подумала Макошь, оценив степень приложенной силы, – Тот не столь прямолинеен, да и в порядки раз мощнее. Он бы не решился сейчас на подобное. Это, скорее, кто-то из его нечеловеческого окружения. Слишком беспардонно для существ человеческого типа.

Чернобог приблизился первый, внушительный своей грузностью в боевом костюме с усиленной биоброней и энергозащитой. Остановившись в нескольких шагах от ирийцев, владыка народов Ориона убрал лицевую защиту своего глухого шлема с живописным плюмажем из веера иглоподобных наверший, обнажив из-под нее свой темный из-за коричневатого цвета кожи лик, резко обрамленный черной жесткой растительностью, после чего склонился в почтительном полупоклоне. Жест выглядел отработанным, наполненным смыслом и непринужденной величественностью.

– Приветствую тебя, правитель Империи, – с радушием в голосе поприветствовала его Макошь Чудоокая, – Мы будем рады возможности принять вас, ибо это весьма полезно для будущего наших народов.

Чернобог Пекальный снова склонил голову в полупоклоне и обнажил в хищной улыбке свои белоснежные зубы.

– О, матушка, я рад не меньше, – произнес он глубоким, уверенным голосом с характерной резкой хрипотцой, столь характерной для наследственной линии Вышеня Просветленного, – И не менее рад лицезреть твою неземную и неувядаемую красоту. Мое мужское начало трепещет перед твоей женской привлекательностью. Еще мой славный родитель говорил о том, что нам давно стоило скрестить наши наследственные линии, породив могучих отпрысков…

– Я слышала, владыка, ты весьма преуспел в этом деле и без моего участия, – с юмором парировала ему Макошь, – Но твое предложение весьма заманчиво. Жаль только, что Верховной Матери следует посвятить себя пестованию народов своих, не отвлекаясь нимало на собственное потомство. Ко всему предпочтительно мне духовное влечение перед физическим.

– О да, – усмехнулся Витул с долей дерзости, оправдывая свое прозвище, – Это нам давно известно.

Предпочтя пропустить недвусмысленную колкость мимо ушей, Макошь, не дрогнув в улыбке на пухлых устах, обратилась к свите владыки. Этого следовало ожидать. Вся знаменитая в ассах Черная Свита. Или почти вся.

Свита вполне оправдывала свое название, полученное в мирах всех чертогов. Витул умел подбирать себе военачальников. Или создавать их, что зависело от ситуации. Далеко за пределами территорий Ориона гуляла молва об изощренных изысканиях и опытах владыки с элементами собственного животворного начала. А учитывая огромнейшее видовое многообразие империи, это несло в себе не просто зерно утоленного интереса к определенному виду знаний, но еще и служило, как ни крути, цели сплочения этих видов вокруг господствующего начала. Уж в этом-то Чернобог достаточно преуспел.