Секторальные сказы. Книга 1

Устройство вынесло их на каменную площадку сложной звездоподобной формы, окруженную изломанной каменной стеной серо-зеленого цвета с частыми вкраплениями включений иного происхождения. Стена казалась сплошным массивом, уходящим вверх на огромную высоту. Судя по всему, они со Зверем попали едва ли не в самый кратер разверстого ядра умершей планеты с гигантской выщерблиной базальтового каньона. Управляемая гравитация мягко замедлила прежнее стремительное движение и бережно опустила Чернобога и его спутника на каменную плиту приемного порта.

– Впечатляет, – критически огляделся владыка, – Уж получше болотных испарений и прочей мерзости.

– Нам сюда, мой владыка, – вместо ответа, Скипер указал в едва видимый из-за маскирующей дымки проем, грубо прорубленный в базальтовом массиве.

Витул двинулся следом, продолжая оглядываться. Странное место эта ночная сторона планеты. Судя по всему, гравитационная составляющая по естественным причинам здесь пребывала величиной непостоянной и многовекторной, ибо, следуя длинным тоннелем и передвигаясь по светящимся указателям, они сперва перешли на поверхность одной из стен, а затем и вовсе на то, что должно служить потолочным сводом. Далее туннель стал ветвиться, зачастую принимая вид спирали. Вел он, по всей видимости, куда-то вверх.

– Что за лабиринт? – не сдержавшись, проворчал Витул, провожая очами очередное разветвление.

– Скоро уже, повелитель, – пообещал шедший впереди Зверь, не оборачиваясь, – Подарок мой там.

Они свернули в проход, за которым вдруг открылся свод небольшой пещеры.

– Пришли, – объявил вдруг провожатый, и владыка остановился, судорожно осматриваясь.

Странная пещера. Каменное неровное ложе, из трещин которого торчали какие-то подобия корявых корневищ. Свод и стены походили на слежавшуюся сухую почву, из которых также торчали ломкие отростки чего-то древесного. Посреди пещеры и прямо среди груды мертвых и полусгнивших побегов, располагалось что-то пульсирующее.

– Что это такое? – не сумел скрыть своего удивления темный владыка, стараясь обойти торчащие коряги и приблизиться, – Что за странная энергетика?

Он и правда, почувствовал что-то необычное. Что бы это ни было, оно, словно памятное ему устройство темных созданий, также питалось энергией, поступающей по каналу, расположенному где-то в надстройках пространственной структуры. Различие состояло в том, что эта энергия исходила не из подпространства и не принадлежала к темным силам. Напротив, она несла что-то противоположное, от чего пришлая сумрачная составляющая души Витула недовольно затрепетала.

– Это и есть мой дар, повелитель, – объявил Зверь, отступив на шаг и давая ему проход, – Посмотри. Я хочу подарить тебе одного из твоих врагов.

Чернобог, наконец, сумел пробраться ближе и разглядеть то, что скрывалось среди груды корявого сухостоя. Тело могучего молодого воя, облаченного в боевую броню. Судя по золотистому богатому обрамлению бронекостюма с глухим закрытым шлемом становилось понятной принадлежность этого неизвестного к наследственной линии какого-то из правящих ирийских родов.

– Кто это такой? – недоуменно повернул владыка лик в сторону Скипера, – Судя по броне, это кто-то из правящих кланов Ирийского Союза…

– Это юный Перун, – спокойно пояснил тот, остановившись рядом, – Сын и наследник Сварога Огневика, правителя Чертогов Медведя и Лося…

– Слишком много чертогов на одного правителя, – недовольно проворчал Витул, продолжая рассматривать тело у своих ног, – Хотя…если разобраться, не его в том заслуга…

Тысячелетние Войны Раздора унесли жизни многих правителей с обеих враждующих сторон прежде единого сообщества цивилизаций, ведущего свое наследие от союза Аори и Сваги. Агень Сважий – единокровный родитель Сварога Огненного, имел еще двух великих сыновей – Правеня Червленого и Явеня Гораздого. Каждому из них и оставил по чертогу в правление после своего славного ухода на поле брани.

«Получив в удел от родителя, как старший из отпрысков, Чертог Медведя, Сварог и не чаял, что довольно скоро сыграют превратности судьбины, и придется управлять оставшимися чертогами по праву наследования».

Младшие братья Сварога правили мало в своих уделах. Слишком непредсказуема жизнь в период большой войны. Так и случилось, что оба молодых правителя сгинули в огне военных конфликтов, оставив свои чертоги на уцелевшего старшего брата. Чернобог хранил в себе тайну, что одного из них он лишил жизни лично…

– Он мертв? – поинтересовался владыка, – И можно ли снять его глухой шлем, чтобы взглянуть на лик?

– Нет, правитель, – ответил Зверь, склонившись и нависнув над лежащим воем, – Я не могу к нему прикоснуться. И причинить вред не могу. Жизнь в нем сохраняется. Несмотря на все мои усилия.

– Это как? – не понял Витул, и тоже склонился над телом, разглядывая его с неподдельным интересом.

– Силовой защитный кокон, – лаконично объяснил Скипер, протянув длань к слабо отсвечивающей энергетической оболочке, – Защита непостижимого для меня уровня. Не смог убить, как ни старался. Слишком мощная защита.

Последние слова слуги прозвучали сокрушенно, однозначно выдав, что оставлять Перуну жизнь у его противника изначально не было и в мыслях.

– Не смог? Интересно… – владыка протянул длань, и тронул прослойку циркулирующей энергии перстом.

Затем резко отдернул, ибо ощутил могучее сопротивление локального отталкивающего поля вкупе с моментальным ощущением нестерпимого жара. Темная же сущность, кроющаяся в глубинах структур его души, вдруг затрепетала в неведомом страхе. Светлая энергия. Занятно.

– И поэтому, не сумев ничего сделать, ты решил подарить его мне? – сощурившись, оборотился Чернобог к Зверю.

– Точно, – подтвердил тот, – Так и решил. Юный наглец решил воевать меня, чтобы отобрать взятых в полон девиц из царского рода. Но просчитался. Я ждал его и устроил засаду. Мы напали врасплох. Моих рогатых воев оказалось вчетверо больше малой дружины, с которой пришел в мои пределы юный Перун, так что его участь оказалась решена в очень короткий срок. Я уничтожил его скакуна и поверг Перуна наземь. Однако, когда я во время боя нанес решающий удар и хотел добить упавшего наглеца, вокруг него внезапно образовался силовой кокон, преодолеть защиту которого я не в состоянии. Ни одно мое оружие не смогло помочь мне в этом. В ярости, я переместил Перуна сюда, дабы он остался в этом склепе до конца времен. Однако потом решил отдать его тебе. Твое могущество, владыка, велико. Убей его. Это наш враг.

– А где же девицы царские? – поспешил уточнить Чернобог.

– Неудачный эксперимент, – сокрушенно буркнул Зверь, уведя выпуклые бычьи очи в сторону, – Слишком агрессивный мутаген. Не угадал состав. Непредсказуемая реакция ирийского организма и слишком ранимый разум.

– Понятно, – заключил владыка, – Опять результат химеры.

Он знал своего подручного слишком хорошо. Несмотря на все свои знания, Зверь обожал агрессивные эксперименты и получал извращенное удовольствие от самого процесса, когда активный мутаген корежит и коверкает биологическое естество исходного опытного экземпляра. Скипер изощрялся в составлении подобных составов в надежде, что когда-либо сумеет вывести «идеальное существо». Что он подразумевал под этим понятием, владыка доподлинно не знал, но не препятствовал маниакальной страсти верного слуги. В конце концов, звериная натура так находила эмоциональный выход. Побочным же результатом этой страсти становились химеры – видоизмененные и часто совершенно безмозглые существа-мутанты, из эмоций которых превалировала только агрессия к чужакам и алчное желание отведать свежую, еще трепещущую плоть жертвы. Многочисленные своры этих жутких и часто непохожих друг на друга созданий бесцельно слонялись по долам и весям оседлых миров Скипера, нередко устраивая меж собой дикие и кровавые свары, однако служили неким защитным барьером, через который могли пробраться лишь редкие смельчаки.

– Да, химеры, – сокрушенно кивнул Зверь, закатив большие черные очи без проблеска белков, – Разум слишком чувствителен. Не выдерживает мутационной нагрузки. Остается лишь биологическая рефлективность.

– Ирийский разум потому и силен ментально, что сложно устроен, – покровительственно усмехнулся Чернобог, – Портишь много ценного материала. Скоро химер некуда девать будет. А в случае полона важных персон это будет тем более нецелесообразно, ибо мы можем в таких случаях поступить умнее…

– Я сделаю из них армию, – усмехнулся в ответ слуга, – Достаточно мозгового ретранслятора, и они станут послушны моей воле. Вот из наглого Перуна я бы точно сотворил хорошую химеру. Он оскорблял меня грязными словами. Убей его!

В голове владыки внезапно забрезжила мысль, от которой он повеселел.

– Я не стану его убивать, – изрек он, уставившись перед собой, – Я сделаю лучше. Зароню в душу отпрыска Сварога семя той тьмы, что обретается в Локо-Моро. Даже малой толики хватит, чтобы исподволь расшатать его разум и повернуть в нашу сторону… Это была бы хорошая шутка над Огненным Сварогом… Наследник, переметнувшийся в стан врага…

– Как ты это сделаешь? – с неудовольствием вопросил Скипер, постигая, что добыча неожиданно ускользает из его поля зрения невредимой.

– Я посвящу тебя позже, – ограничился владыка туманным ответом, – Когда буду уверен, что результат достигнут. А пока заберу Перуна с собой, – он устремил на Зверя пронзительный взор, – Подарок действительно оказался хорош. Я доволен. Нужно только поместить его в прочный саркофаг для перевозки.

__________________

Темный владыка стоял напротив обзорного экрана, задумчиво наблюдая за тем, как уносится прочь изуродованный лик планеты Навении, слегка размытый буровато-желтой атмосферной облачностью. Только что он задал летягам маршрут в свастичную систему. Там ждал его Кош. В короткой беседе экстренно проведенного сеанса сверхпространственной связи тот подтвердил возможность осуществления того, что задумал Чернобог Пекальный. Витул считался с мнением отпрыска, ибо тот за несколько последних круголетов достаточно глубоко изучил свойства и возможности места, что пульсировало темной энергией по ту сторону древнего устройства. Кош Хладный клятвенно заверил родителя, что овладел действенным способом продуктивного извлечения темной энергии с последующей ее концентрацией для создания способности хоть на короткий миг преодолеть защитные барьеры силовой капсулы. Этого вполне хватит, чтобы вторгнуться в структуру души подопытного.

«В случае удачи я устрою так, чтобы информация о местонахождении Перуна попала к его отцу, – с удовлетворением подумал темный владыка, – И не стану препятствовать спасательной экспедиции, которая постарается тайно проникнуть в мои пределы. На пустынной планете, в потаённой глубокой пещере ирийцы найдут Перуна и смогут благополучно эвакуировать его на родину. Как и трех химер, в которых превратились полоненные девы, коих обнаружат бродящими в округе. Конечно, если те не сожрут друг друга к тому времени».

С этой думой он отвернулся от экрана и воззрился на бронекристаллический сверхпрочный саркофаг с прозрачным верхом, что угнездился в нише механического крепления неподалеку. Под прозрачной крышкой саркофага плясали протуберанцы разбуженной силы защитного кокона, силящиеся преодолеть сверхпрочную преграду и восстановить абрис периметра, необходимого для эффективной защиты.

«Я отпущу тебя восвояси, – продолжил Витул нить размышлений, тщательно следя, чтобы не озвучить это в эфире ментальной сферы, – Отпущу и стану спокойно ждать того момента, когда ты вернешься по собственной воле. И по собственной же воле ты возжелаешь служить мне. А я великодушно забуду все прошлые распри, и приму тебя с распростертыми отеческими объятьями. Вместе со всеми тремя чертогами. Так обещала темная потусторонняя сущность, что угнездилась в моей душе».

Обратно к истокам.

Анкилон Ирийского древа на свободной орбите системы Арея.

Высокая и широкоплечая фигура Рода Буслаевича на фоне панорамного экрана казалась несколько птицеподобной из-за сумрачного оттенения, визуально изменившего не только очертания его тела, но и окружающих предметов интерьера.

«Почти как у птицеглава, – подумал Сокол Ясный-Свет, только вошедший в залу, – Если к облику добавить хохол из цветных перьев с отливом, то сходство было бы…»

«Еще больше? – добавил за него ментальный голос, – Экий ты фантазер, коли с птицелюдом меня сравниваешь».

Род вышел из сумрака на свет так быстро, словно стоял в шаге. Сокол смиренно потупил голову, с запозданием вспомнив, что забыл активировать обруч пси-отражения. Хоть какая-то защита…

– Прости, светлый, – повинился приближенный, – Не хотел обидеть.

– Не обидел. Но насмешил, – добавил Род, спрятав улыбку в белую бороду.

Род Буслаевич выглядел излишне рослым даже для ирийца. Возможно из-за сухопарого телосложения, невольно дающего ему сходство с главным символом его собственного чертога – аистом (или буслом на местном наречии народов чертога). Впрочем, несмотря на подобную стать, правитель Чертога Аиста считался едва ли не самым могучим витязем среди своего поколения. Возможно из-за характера мускулатуры, берущей верх не за счет массы, а за счет неимоверной выносливости, способной измотать самого мощного бойца.

– Я впредь…– начал, было, помощник.

– Ты ко мне с вестями, – прервал его правитель, – Лучше поведай о них, чем упражняться с извинениями.

– Повинуюсь, светлый, – Сокол Ясный-Свет выпрямился, обратившись на ожидающий взгляд, – Вайтмана вернулась с хорошей вестью.

– Какая из них? – очи Рода радостно сверкнули, – Где найден Путь?

Поиск Великого Пути Исхода велся им давно. Наверное, с тех самых пор, как началась первая стадия Войн Раздора, и сектор содрогнулся от последствий братоубийственной бойни. Основная ветвь Ирийского Сада искала далекие и недоступные для других культур земли с целью возможного переселения и возрождения сверхцивилизации разума, коей когда-то являлись праотцы, ведущие наследственную линию от родственных племен сложного Триединого Союза. Оттого, с подачи Рода Буслаевича и разрешения Верховной Матери Ирийского Союза уже на протяжении тысячелетий велись неустанные попытки изучения глобальных пространственных структур с надеждой отыскать излом, способный послужить естественным кратким путем между пространственными массивами. Согласно дошедшим сведениям пращуров, это условие предполагалось необходимым для успешных перемещений на сверхдальние расстояния за пределы сектора.

– Перспективный путь найден в системе двойного солнца, что почти соседствует с мирами раптов. Мы дали ей название Тея. Путь, найденный в ее пределах, подходит для наших целей по всем параметрам и не является тупиковым. Понадобилось время, чтобы разведчик сумел изучить и преодолеть все ожидаемые пределы, дабы оказаться в секторе территорий, находящихся по другую сторону галактического диска Стожар. Кроме того, на обратном пути он исследовал места перехода и передал все необходимые данные, прежде чем, согласно приказу, снова уйти на другую сторону Пути для более детального изучения. Зонды, после сканирования этой пространственной бреши, свидетельствуют о том, что она стабильна.

– Хорошо, Сокол, – на этот раз улыбку Рода борода скрыть не смогла, – Ибо твоя весть отрадна для народов ирийских. Нам жизненно необходим исход в новые дали. Ты уже подобрал доверенных лиц для работы по сотворению Врат?

– Подобрал, посвященный. Только самых надежных. Их сердец не касался сумрак пекальный.

– Будьте осторожны, – густые брови правителя нахмурились, – Темный владыка глубоко запустил свои щупальца в тело древа Ирийского. Война продолжается. Ведаю, что рано или поздно узнает он о плане Великого Исхода. Дойдет и до его чуткого слуха, что народы ирийские намерены искать для себя земли новые. Но пусть то произойдет как можно позже. А потому надлежит нам принять все меры предосторожности. Включая забвение памяти для тех, кто узнает слишком много.

– Не волнуйся, посвященный, – склонился в поклоне помощник, – Все будет предусмотрено. Враг не узнает.

– Хорошо, – кивнул Род, – Иди, коли так.

Оставшись наедине с собой, он попытался собраться с мыслями. Вышло это с трудом, так как полученная новость изрядно взбудоражила ум. Ирийцы, унаследовавшие права архицивилизации – прародителя, знали о том, что в незапамятные времена их предки умели находить пути, объединявшие структуры вселенной и позволявшие преодолевать великие расстояния в поисках новых земель для заселения народов. По подобному пути пришли в этот галактический сектор народы Аори и Сваги Великой (а после и Титаниды), избежавшие таким образом гибели вместе с мирами прежнего обитания и давшие начало ростку Ирийского древа.

«Пришли, чтобы обрести здесь ненависть и злобу, рассорившие наши народы».

Тот исход произошел около сотни тысяч лет тому назад. И закончился нескончаемой чередой кровопролитных войн как со здешними видами – аборигенами разумных существ, так и между ирийскими родами, что, в конце концов, привело к отделению приверженцев нынешней Империи Ориона от прочего ирийского сообщества. А технология поиска и использования «путей» затерялась для всех под покровом тысячелетий.

Да, обитающие в секторе развитые народы с успехом владели технологиями подпространственных прыжковых передвижений. Этого вполне хватало для перемещений между отдельными звездными системами. Однако, задавшись целью достичь дальних территорий, пришлось бы, минимум, затратить десятки и сотни тысячелетий. И это без учета тех напастей, что готовило путешественникам межсекторальное пространство Многие из древних, гревших великие захватнические планы, канули в бездне тех звездных просторов безвозвратно. Потому, когда ученые Ирийского древа узнали о том, что в обозримо скором времени заселенная ими территория, как некогда и миры праотцов, в своей большей части содрогнется от сокрушительных пространственных катастроф, Род, как один из немногих посвященных, неотложно занялся поиском тех забытых знаний.

Если внимательно разобраться, то сама технология подпространственных прыжков представлялась прямой «родственницей» технологии прокладки «путей» в мегапространственной структуре галактики. Вся разница содержалась лишь в том, что для второй из этих технологий требовались фундаментальные знания о свойствах этой структуры, позволяющие эффективно и безопасно перемещаться на большие расстояния. Без этих знаний любая цивилизация оказывалась запертой на вполне определенном ареале звездной территории, ограниченной несколькими сотнями звездных систем, находящимися в одном секторальном конгломерате. В то же самое время, пожелай кто-либо из представителей этой цивилизации достичь пределов другого конгломерата, то без обладания упомянутой технологией пути по естественным изломам бытия такому путешественнику пришлось бы решиться на долгий космический перелет в пределах обычного пространства, занявший, как минимум, промежуток времени, вмещающий жизнь многих поколений. И то при условии, что на перелет окажут минимальное воздействие все явные и неявные особенности постоянно трансформирующегося галактического пространства. Время от времени, конечно, подобные смельчаки все же находились, однако, как правило, затем пропадали в звездных далях безвозвратно.

«Подобный безумный шаг может предпринять лишь тот народ, который доподлинно узнал, что обитаемые им миры в скором времени сгинут без следа. Это во многом поход в один конец. И конец этот непредсказуем».

Теория поиска звездных «путей» представляла собой, прежде всего, знание строения бытия, позволявшее разыскивать в нем определенные «червоточины» или, по-другому, пространственные полости, используя которые представлялось возможным преодолевать просто гигантские расстояния с минимальной затратой энергии и времени. Такое знание удалось обрести очень немногим из архицивилизаций прошлого. Только самым дальновидным и глубоко познавшим суть вселенского порядка, ибо необходимость покрывать столь великие расстояния случается настолько редко, что это знание, за кажущейся ненадобностью оказывается недоступно для сотен поколений потомков, живущих слишком поздно после тех, кто этим знанием обладал в полной мере.

Конечно же, вполне можно открыть эти знания заново, однако сам путь изучения проблемы также глобален и требует достаточных временных затрат, чего может и не хватить этим самым потомкам. Именно так сгинули в пыли былого многие из прежде могущественных звездных народов, не успевших вовремя покинуть обжитые места пред ликом вселенских потрясений.

«В сказаниях Аори и Сваги, – вспомнилось Роду, – Довольно живописно рассказано о том, как разом схлапывались в ничто тысячи звездных чертогов, а иногда и целые галактики. Организм вселенной слишком сложен и непредсказуем, чтобы не считаться с его макрофизиологией. Сознательные существа на данном уровне бытия и в данных рамках мерности просто жизненно обязаны обладать способностью быстрого передвижения в пределах этого глобального организма. Архицивилизации трех родственных линий народов, давшие начало нынешней цивилизации Ирийского Сада, тоже появились в пределах своей предыдущей агломерации жизнеобитания не сами по себе, а гонимые обстоятельствами непреодолимой вселенской силы».

Что ж, предки Ирийского древа умели выживать и накапливать знания вместе с духовным благом. Оттого и ушли они в высшие уровни вселенского мироздания в давние времена, предусмотрительно оставив своим потомкам все необходимое для очередного витка развития. Жаль только, что отпрыски эти оказались не столь духовны и не столь зрелы для того, чтобы не наделать глупостей. То ли сказалась в их крови щедрая примесь наследственности коренных обитателей здешних территорий, коим было суждено влиться в пришлый народ ради выживания, то ли сами потомки легендарных племен праотцов измельчали настолько, что едва не утопили самих себя в бесконечных войнах и дележке территорий. Так или иначе, но в этой мутной жиже многие мудрые постулаты пращуров оказались основательно забыты. Забыты или утеряны многие знания, важность которых не постигли эти самые потомки, значение которых не поняли они. Таким вот образом технология «звездных путей», позволявшая свободно путешествовать по галактике (если не между ними), и забылась, глубоко погребенная в минувшем.

До поры дети Ирия тоже не задумывались о покорении расстояний, ведущих за границу нынешнего ареала их обитания. Им вполне хватало проблем и забот рядом. И только, когда в обозримом будущем замаячила перспектива новых пространственных катастроф, разрушительных для всего биологически живого, ирийцы всерьез задумались о необходимости поиска новых «звездных путей».

«И это едва ли не стало очередной неразрешимой задачей, – усмехнулся в бороду Род в такт мыслям, – Хотя бы потому, что невостребованные знания имеют свойство забываться и утрачиваться. А по прошествии всего нескольких поколений реанимировать канувшую технологию и вовсе становится невозможно. Или, почти невозможно».

Союзу Ирийского древа несказанно повезло. Не пришлось пытаться изобрести что-то похожее заново. По этому, с виду достаточно легкому, но неверному пути пошли в исследованиях ученые мужи Орионской империи, которые, как знал Род, не единожды пытались вести работы в данной области. Ни один из вариантов не достиг цели исследования. Может быть, тому причиной стало то, что ставилась цель не поиска «путей» через галактическое пространство, образовавшихся естественным путем, а велись поиски нового способа принудительно «проколоть» галактическое пространство по типу известной и широко использующейся технологии подпространственных прыжков для прохода космического транспорта в нужную точку по прихоти экипажа. Так или иначе, но исследователи империи не смогли учесть ни единого раза всех составляющих для решения такой объемной задачи, а потому, несмотря на некоторые успехи в данной области, либо гибли от высвобождения дикого количества антиэнергии в процессе инициации процесса, либо безвозвратно терялись в пространственных подуровнях, что также вело к неудаче всего эксперимента.

Ирийские же исследователи, руководимые Родом Буслаевичем, вместо повторного открытия, предпочли пойти обратно к истокам. Конечно же, при этом пришлось потратить немало времени и ресурсов на организацию сотен археологических миссий, направленных на изучение любой информации, оставленной предками в разных уголках сектора. Зачастую подвергаясь большому риску, разведчики и ученые мужи кропотливо изучали каждую крупицу найденных сведений, избороздили просторы многих брошенных систем, в поисках тех ниточек, что могли привести к искомой цели. И, в конце концов, все-таки нашли, попутно заново открыв много такого, чего уже и не помнили нынешние поколения. Так в арсенале ирийцев оказались не менее двух десятков оружейных технологий, в числе которых обрели технологию направленного видоизмененного полярного воздействия, позволявшая, при необходимости, разрушать не только астероиды и планетоиды, но даже планеты и, возможно, звезды. Это стало безусловным прорывом для Ирийского Союза, но главной ценностью и венцом долгих изысканий все же стало обретение некогда утерянного знания о фундаментальных свойствах пространства, его строении и функциональных особенностях. Это древнее знание и позволило ученым создать совершенную технологию поиска пространственных полостей, соединявших внутреннюю мегаструктуру галактической материи.