Считалочка

– Чет я не ожидал, что будет та-ак много всего, – он устало потер глаза.

– А нам еще это все отсматривать. Мы тут до утра застрянем.

– Ну я примерно так и думал, так что мой знакомый организовал нам почти «Ночь в музее», только «Ночь в архиве». У нас сто-олько времени впереди.

– Надо было хоть кофе взять, – разочарованно протянул Айзек.

– Обижаешь, я все предусмотрел. Тут рядом кофейня, я взял с собой два больших термоса. Возьмем кофе сразу в них прямо перед закрытием кафе, так что ночью без кофе мы не останемся. Сейчас, кстати, мне срочно нужен кофе. Я ушел, не скучай. Тебе тоже возьму, – он быстро встал и исчез за входной дверью. Айзек остался один.

Звуки сразу налетели на Айзека со всех сторон. Странные шуршания, какие-то шаги за дверью, стук где-то наверху. Тревожность выкрутилась на максимум, заставляя руки похолодеть. Стараясь дышать глубоко и ровно, Айзек закрыл глаза. Подумать о чем-то хорошем, надо подумать о хорошем. Сосредоточившись на этих мыслях, он стал вспоминать, как они с Барни ездили на дикий пляж. Пес тогда был еще совсем щенком, поэтому гонялся за птицами смешно и немного нелепо. Задние его лапы часто обгоняли передние, из-за чего он падал, но не обращал на это внимание и продолжал с громким лаем бегать.

Тело расслабилось, тревожность отступила. Стало легче дышать, а руки уже не были такими ледяными. Посидев еще немного с закрытыми глазами, Айзек принялся разбирать книги и бумаги, связанные с легендами. Точнее, сейчас, да и в детстве тоже, он бы скорее предпочел называть это историей. В связи с последними событиями он был уверен, что все это правда, и магия в их мире существовала. Взяв самую старую книгу, Айзек открыл ее и увидел, что она написана еще чернилами, не напечатана. Как такой старый и явно редкий экземпляр хранится в пыльном архиве просто среди всех остальных книг? Ужасное отношение к истории.

«Битва за права нечисти с начала периода изгнания и до конца правления Великой княгини Лаэрин» – так называлась книга. Длинное название, ничего не скажешь. Оно буквально занимало всю обложку. Айзек слышал что-то об этом от матери, но ничего не помнил. У него возникло ощущение, что именно эта книга – одна из тех, что может ему как-то помочь. Хотя что уж лукавить, название в лоб говорило о нечисти, и, если это не очередные придумки его современников, то в ней точно должно быть что-то стоящее. Айзеку даже страшно было ее листать, такой ветхой она была. Казалось, тронешь страничку, и она выпадет. Корешок тоже доверия не внушал, поэтому Айзек как можно аккуратнее открыл его и стал читать.

Он подскочил на месте, чуть не выронив бесценную книгу, когда в комнату ворвался Джер. Тот был в отличном настроении и открыл дверь ногой, так как руки его были заняты двумя стаканчиками кофе в бумажной подставке и бумажным пакетом.

– Тут батончики, мно-ого батончиков. Нельзя же крошить в архиве, так что есть придется то, что не испачкает записи. А ты чего такой напуганный, будто призрака увидел?

Айзек с облегчением выдохнул. Он так зачитался, что не заметил, как быстро пролетело время.

– Да я зачитался, не ожидал, что ты так резко зайдешь.

– А-а, нашел что-то интересное? – спросил Джер, ставя перед Айзеком кофе и усаживаясь на пол.

Айзек прикрыл книгу и показал обложку Джеру. Тот усмехнулся, но, кажется, не удивился.

– Ну что, есть там что-то про наше существо?

– Я пока не дочитал. Тут про то, что нечисть однажды изгоняли, пытаясь избавиться от них. А что, если у них все же получилось? И поэтому теперь никого нет? – Айзек отхлебнул кофе и задумчиво посмотрел на книгу.

– Знаешь, теперь я даже не удивлюсь этому. Я хоть и не видел пока твоего монстра, но, учитывая все обстоятельства, убивает не человек. А значит и другие такие же монстры могли существовать.

– И не только монстры, – тихо сказал Айзек. А потом громче продолжил, – Тут есть упоминание одной расы, у которых были копыта вместо ног. Они были крайне дружелюбны, и, как утверждает автор книги, много помогали той самой княгине, которая значится в названии.

– Копыта вместо ног? Интере-есно, наверное они были очень быстрыми. И сильными! А красивыми были?

– Эту деталь автор как-то упустил, – хмыкнул Айзек.

Еще немного поболтав, Айзек вернулся к чтению, а Джер стал разбирать коробку с уликами.

«Во времена «изгнания» нечисть была так напугана, что почти не показывалась людям на глаза. Ордену удалось избавиться даже от божеств, что веками охраняли нас и защищали, даруя силу не только нечисти, но и людям. Самому сильному из Ордена, тогда еще молодому главе – Севрану – удалось заточить и самого сильного из известных ныне божеств. Автору тут стоит уточнить и то, что именно благодаря заточению божества, молодой глава и стал главой. Божеством этим был Гвенир – самый жестокий и беспощадный из всех. Он карал всех без разбора, сила его была так велика, что никто более из известных нам живущих не мог сравниться с ним. Считалось, что он главный из божеств, а трон свой захватил силой. Но доподлинно не известно, правда ли это, так как редко божества контактировали с людьми и нечистью. Как удалось молодому главе Ордена заточить его, автор не знает, информация это сокрыта от глаз простых людей и представителей нечисти, коим и является ваш покорный слуга-автор. Поговаривают, что после этого заточения глава стал сам нечистью, впустив в себя сущность, что помогла ему победить божество. Предводитель Охоты, король эхоров и Владыка Изнанки был заперт, и никто кроме глав Ордена не знает где точно…»

Гвенир, вот оно. Но если он был пойман и где-то заточен, то как он выбрался? Почему сейчас? Хотя Айзек не знал, когда именно тот выбрался, если честно. Пока никаких ответов книга не давала, только создавала новые. Одно Айзеку было ясно – это не легенды, это их история. Он продолжил читать.

Когда он дочитал, наконец, книгу Джер заявил, что за окном уже темнеет и пора сходить поужинать и обсудить найденное. Оказалось, пока Айзек увлеченно читал книгу, Джер успел разобрать все коробки и изучить все дела. Аккуратно положив книгу на стол, Айзек отряхнулся и вышел.

В кафе было многолюдно, но оно и не удивительно – закончился рабочий день и все старались успеть за вечерними булочками. Сидя за столом у окна, друзья ждали свой заказ и обдумывали с чего бы начать рассказ. Первым нарушил тишину Джер:

– В обще-ем, судя по записям, нужные нам убийства начались примерно сто лет назад. Тогда они были редкими и хаотичными. Молодой бухгалтер, спустя три года журналистка, потом еще через пару лет была актриса. Все убийства происходили примерно раз в два-три года. Но все они имели общую черту – убийцу видели, но он умоляет поверить ему, что он этого не делал. Тогда убийства засекретили, думая, что убийцы узнают из новостей о таком интересном способе избежать наказание. Но их всех наказывали, понятное дело. Впоследствии, когда технологии стали развиваться, записи с камер записывали лицо убийцы, а вот отпечатки пальцев с этим человеком не совпадали. Конечно, полицию не смущала эта деталь, ведь камеры есть камеры, и записи с них не оспоришь. В какой-то момент, пару лет назад, даже думали что запись подделали, но быстро установили подлинность и убийцу посадили. К тому же, были еще и живые свидетели, которые тоже указали на того же человека. А, и вот что, убийства стали происходить сильно чаще сразу после твоего рождения. Я бы даже подумал, что убийца ты, но не мог же ты убивать из люльки, – хохотнул Джер, Айзек тоже улыбнулся и развел руки в стороны, как бы говоря: «все может быть», – но потом, в год вашего пожара, убийства резко прекратились на пять лет. Ничего, ни одного убитого таким же способом, представляешь? Да, были и другие, но все они не «наши». Потом примерно раз в год наш монстр объявлялся, но не чаще. Записей за последние два года тут нет, но оно и понятно. Насколько я понял до этого из всяких новостей, так активно убийства стали происходить совсем недавно, незадолго до смерти Розы. Там еще в коробках были всякие улики, но нам они ничего не дадут. Ну и основная наша сложность в том, что даже настоящие убийцы не сознаются и пытаются всячески избежать наказание. Приходилось искать те, в которых совпадают все три пункта: довольно близкое знакомство с жертвой, истерика во время допроса и отрицание. Но в любом случае, могли попасть и ненужные нам убийства.

Закончив, Джер устало выдохнул и откинулся на спинку стула. Взял кофе и стал крутить кружку в руках, молча наблюдая за Айзеком.

– Мне кажется я знаю, кто стоит за всем этим, но пока это чисто на догадках и ощущениях. Я не так много знаю о нем, чтобы утверждать наверняка, но мне кажется, убивает древнее божество. Очень древнее, я бы сказал. В книге, что я читал, а это книга по истории, оказывается, я бы даже сказал летопись, говорится, что его заточили очень давно. Я не знаю когда и как он выбрался, там ничего об этом нет. Но это божество – Предводитель Охоты, король кого-то и Владыка Изнанки, кажется так. Гвенир.

Чашка за соседним столом с грохотом ударилась о блюдце, а сидящая за столом девушка неожиданно расхохоталась. У Айзека побежали мурашки, тело бросило в дрожь, а ноги заледенели. Джер испуганно уставился на девушку, а та сквозь смех произнесла:

– У-умный, ну до чего ты умный, мой милый Айзек. Нашел меня! НАШЕЛ-НАШЕЛ-НАШЕЛ-НАШЕЛ, – истошно закричала девушка, с силой ударив ладонями по столу. Чашки подпрыгнули и одна из них, упав, покатилась по столу. Так же резко, как закричала, девушка вдруг замолчала, а затем тихо, почти шепотом произнесла:

– Считай, тебе повезло. Ты угадал, вот только кто будет следующим? Выберу кого-то вкусного, чтобы надолго хватило. Кто же это будет? Рассчитаю выбранных стишком: Кто зовет тебя в туман? Этот шепот - твой капкан! – девушка снова захохотала, а потом резко вскочила и рванула к выходу. Оцепеневшие официанты не сразу отреагировали, а когда пришли в себя, стали судорожно искать телефон, чтобы вызвать полицию.

Айзек не мог пошевелиться. Он перевел взгляд на Джера, но тот не смотрел на него. Он заламывал пальцы, а его нижняя губа дрожала.

– Джер?

Тот, казалось, не услышал. Он все так же смотрел на стул, на котором еще мгновение назад сидела девушка. Взгляд его не был осмысленным, каким-то стеклянным даже. Айзек тронул его за локоть, и только тогда друг посмотрел на него. Дрожащим голосом он спросил:

– Ч-что эт-то бы-ыл-ло?

– Божество.

– Да что б тебя! – выругался Джер и стукнул кулаком по столу, – Оно всегда так тебя пугает или это был какой-то особый случай?

Айзек поймал себя на мысли, что сейчас ему было куда менее страшно, чем в первый раз. И уж точно не страшнее, чем тогда в комнате.

– Пугает всегда. Но обычно ведет себя более адекватно.

– Может ну его, а-а? Что-то мне уже не кажется, что мы что-то с этим сделаем.

Айзек не успел ответить, к их столу подошел официант. Он стал торопливо извиняться, говоря о том, что раньше у них такого не происходило, и что в качестве компенсации денег с них не возьмут. Он извинялся так яростно, что Айзеку пришлось его перебить и сказать, что все хорошо и они не переживают насчет происшествия. Конечно, это была не совсем правда, но официанту незачем было знать об этом. Да и потом, если быть совсем честным, у Айзека внутри почти не было страха, только злость. Да как это существо посмело мешать им ужинать!

Доев в молчании, друзья вернулись в архив. Джер, видимо, переваривал все произошедшее, и Айзек не стал ему мешать. Смотрительница архива смерила их недовольным взглядом, но промолчала. На улице уже потемнело. Выяснилось, что все эти красивые светильники очень слабо освещают помещение. Мда, в таких условиях все глаза сломаешь, пытаясь читать. Но выбора у них все равно не было, так что Айзек занял привычное место за столом и взялся за поиски следующей книги. Теперь он примерно понимал, что ему нужно искать: что-то о классификации нечисти или божествах. Ну или и то, и другое сразу. Нужная книга нашлась не быстро, но за это время Айзек отложил еще парочку, которые могли оказаться полезными. Чихнув, он потер красные глаза и принялся читать список правил Ордена, включающий в себя и классификацию нечисти. То что нужно! Оглавления не было, и Айзеку пришлось перелистывать страницу за страницей, чтобы найти знакомое имя. С чего он вообще взял, что это именно Гвенир? Да кто ж его знает, просто всплыло в голове и все. Возможно, так память подкинула ему знания, которые лежали в самом дальнем ящике. Все же, мама много рассказывала о работе с самого его детства.

Долистал! Со страницы на него смотрел небольшой рисунок, сделанный чернилами. Линии были изящными, нарисовавший это точно знал толк в своем деле. Тут же нашлось и подробное описание самого существа.

Гвенир – высшее божество. Дата рождения или же создания неизвестна. Предводитель Охоты, король эхоров, Владыка Изнанки. Считается одним из главных в пантеоне, несет смерть и разрушения. Скачет по небу на коне, сотканном из теней, а сопровождают его псы. Твари эти имеют белую шерсть и алые глаза, которые освещают им путь с темноте. Псы несут с собой могильный холод, вой их уничтожает разум услышавшего. Гвенир может быть бесконечно вежлив и красив, но не верьте ни единому его слову. Речи его не приносят ничего, кроме сумасшествия. Искусно подавляет волю, может предстать в любом образе, внушив его. Первобытный ужас, появляющийся в его присутствии, так силен, что ощущается физически и может довести до смерти боящегося. Истинное его лицо черное, покрытое сажей и кровью павших воинов. Есть и второй истинный облик, более приятный взгляду, и, судя по всему, более любимый и самим божеством – высокий крепкий мужчина с фарфоровой, почти прозрачной кожей и длинными серебряными волосам. Часть волос он собирает на затылке в узел, из которого торчат ветки, словно оленьи рога, часть же волос распущена и стекает по его плечам. Отличительными чертами этой его внешности являются острые уши и ледяные глаза. Безжалостен, опасен. Уровень угрозы – критический. Не приближаться!

Последнее было подчеркнуто несколько раз. Книга эта написана явно до того, как его поймали и заточили где-то. Айзек также обратил внимание на неизвестную ему расу – эхоров. Кажется, он ни разу не слышал от матери о них, так что полез снова искать. Нашлись они ближе к концу книги, рисунка не было, а записи ограничивались парой строк:

Живут в лесах, часто скрываются от взора. Похищают красивых юношей и девушек и уносят к себе в Изнанку. Похищают и детей, оставляя вместо них своих детей или кукол из веток. Любят танцевать, но в танце могут убить человека или слабую нечисть. Уровень угрозы – ниже среднего.

Ниже среднего, скажут тоже. Хотя, лучше уж с ними, чем с божеством с уровнем угрозы «критический». Что радовало – он не ошибся с тем, кто за всем этим стоит. Судя по описанию Гвенира в книге, у него были псы, видимо именно их Айзек и слышал возле дома. «Может внушить любой образ» – так он и перевоплощается в разных людей. Вот только в книге нет ни слова о том, как его победить или снова заточить, хотя бы. Хотя, почему «хотя бы»? В их случае это вполне подходящий вариант, учитывая что победить его не смог и глава какого-то ордена. А тот явно был не только осведомленнее Айзека, но и сильнее.

Всю ночь они с Джером разбирали все, что нашли. Оторвались лишь раз, чтобы взять кофе в термосы перед самым закрытием кафе. Джер позвонил своему знакомому, благодаря которому они и попали в архив, и тот разрешил забрать с собой кассеты. Джер обязался вернуть их через два дня. Он также успел позвонить другому знакомому, у которого был проигрыватель. Хорошо, что у Джера так много знакомых, иначе Айзек бы сейчас не только не был тут, но и вообще вряд ли сдвинулся бы с места в своем расследовании.

Разошлись они только под утро. Айзек больше не нашел ничего интересного, но у него все еще оставалась надежда на то, что он найдет информацию на складе среди маминых записей. К тому же, он так и не разобрал вещи, которые забрал из старого дома. Спать хотелось просто кошмарно, но он не мог оставить Барни без прогулки, а потому, вышел с ним сразу, как приехал домой.

Опять?

Айзек медленно брел вдоль домов, Барни бегал чуть впереди, немного натянув поводок. Уже рассвело, и солнечные лучи игриво выглядывали из-за облаков, обещая солнечный и жаркий день. Голова почти не соображала. Оно и не удивительно, Айзек столько времени провел за поиском информации, что сейчас, при всем его желании, мозг не стал бы воспринимать вообще ничего новое. Заговори с ним кто сейчас, и он не сможет даже ответить, как его зовут. Улица была безлюдна, даже, можно сказать, пуста. За исключением, разве что, птиц, которые прыгали по дорожкам и перекрикивались, сидя на деревьях. Утро, такое приятное и спокойное, успокаивало. Айзек, наверное, оценил бы это еще больше, если бы не хотел так сильно спать. Но даже в таком состоянии ему удавалось заметить красоту.

Не спеша добравшись до конца улицы, Айзек решил свернуть налево и сделать небольшой круг. На улице было так хорошо, что хотелось еще немного растянуть это мгновение, не взирая на усталость. Свернув, Айзек заметил в другом конце улицы, почти в тупике, силуэт. Он явно принадлежал хрупкой девушке. Айзеку было плохо видно ее лицо, но она была одета в платье по щиколотку, а волосы были собраны в высокий хвост. Двигалась она странно, и явно тащила за собой одну ногу. Барни напрягся и стал тоже вглядываться, пытаясь видно предугадать действия незнакомки. Айзека вдруг обдало волной колючего холода, как если бы он вдруг оказался посреди заснеженного поля. Монстр? Но почему тогда он тащит ногу будто она сломана?

– Эй, вам нужна помощь? – Крикнул Айзек.

Девушка ничего не ответила, только продолжила медленно двигаться в его сторону. Когда она приблизилась, Айзек вдруг отшатнулся назад и чуть не упал. Все платье девушки было залито кровью. Ее кровью, в этом не могло быть никаких сомнений. Она держала в руке длинный поварской нож, тоже весь в крови. Лоскуты кожи свисали с оголенных участков ее рук, в нескольких местах платье было разрезано и оттуда так же выглядывали жуткие раны, на которых отсутствовала кожа. Айзек опустил взгляд на ее ногу, которую она волочила. Из нее торчала кость. Кость. Торчала. Айзек схватился крепче за поводок, не зная что ему делать. Как эта девушка еще была жива? Кто с ней это сделал? Лицо ее было перекошено то ли гримасой боли, то ли в злой усмешке. По щекам стекали крупные капли слез. Она остановилась на достаточном расстоянии, чтобы Айзек ее видел и, вероятно, слышал, но совсем близко не подходила. Она подняла нож и указала им на Айзека.

– Он сказал мне сделать это с собой. Он передает, что это будет со всеми, кто откажется ему служить. Я срезала эту кожу с себя, но могу начать срезать и с тебя. Как думаешь, он будет тогда доволен и позволит мне жить?

Она вдруг встала на цыпочки, а голова ее запрокинулась назад, словно кто-то дернул ее вверх за шею. В лучах солнца, которое сейчас очерчивало ее еще недавно красивое тело, Айзек разглядел силуэт. Он только сейчас заметил, что Барни все это время громко лаял на девушку, почти переходя на хрип.

– НЕ-ЕТ! НЕТ-НЕТ-НЕТ! Я не трону его, обещаю, не трону его!

Девушка резко осела на землю, а сломанная нога оказалась позади, в совершенно неестественном положении. Айзек никогда еще не видел, чтобы какая-то конечность была выгнута под таким углом. Мурашки бежали по его телу, но он не мог оторвать взгляд от происходящего. Девушка вцепилась свободной рукой в свое горло, впиваясь ногтями в нежную кожу, и закричала. Айзек хотел было дернуться в ее сторону и попытаться помочь, но та вдруг замолчала и посмотрела на Айзека. Слезы грязными ручьями стекали по ее щекам, размазывая тушь.

– Скажи им, что я люблю их. Я не хотела, – прошептала девушка. Последние слова утонули в противном хлюпающем звуке, который вырвался из ее горла вместе с кровью. Девушка воткнула нож в свое горло. Кровь рывками вырывалась из раны, ее не останавливал даже нож, воткнутый почти по самую рукоять. Как ей хватило сил так глубоко его загнать одним ударом? Алые струйки бежали из ее приоткрытых губ, но она не силилась что-то сказать. Только последний раз губы ее растянулись в улыбке прежде чем тело завалилось на бок.

– Опять? Да вы издеваетесь!

Барни уже не лаял, лишь потрясенно смотрел на тело. Айзек достал телефон из кармана и позвонил в полицию. Приехали быстро, среди сотрудников он заметил уже знакомого офицера Рика. Тот, казалось, даже не удивился, что Айзек опять где-то поблизости.

– Привет! Нам очень жаль, что вы опять с этим столкнулись, – начал разговор подошедший Рик, – Везет же вам, как магнит притягиваете смерть. Может вам это… Свечку пойти поставить, грехи отмолить? Ну или в отпуск съездить, вдруг собьете этим ауру смерти. Мда-а, не очень ситуация получилась. Как ее угораздило только? Что в жизни должно произойти, чтобы так себя искалечить?

– Она была психически нездорова, – сказал один из докторов, приехавших констатировать смерть, – Стояла на учете в центральной больнице, но за ней никогда не было замечено никаких серьезных приступов, и тем более не было склонности к истязанию себя. Ужасная трагедия, жаль ее родителей.

Айзек устало потер глаза и молча кивнул. Не хотелось ничего комментировать, хотелось домой и отмыться от всего. Его теперь наверняка будет мучить увиденное.

– Вижу, вы устали. Возвращайтесь домой, отдохните. Мы отсмотрим камеры видеонаблюдения и, только если нам нужно будет что-то уточнить, позвоним вам. Но сомневаюсь, что нам вообще нужно будет вас беспокоить, здесь и так все ясно. Отдыхайте, Айзек. И забудьте это кровавое зрелище поскорее.

Вернувшись домой, Айзек накормил Барни и, быстро раздевшись, направился в душ. Он долго стоял под горячими струями, пытаясь отогнать жуткую картину, которая стояла перед глазами. В голове снова и снова крутились слова девушки. Она угрожала ему, а монстру, судя по всему, это не понравилось. Но почему? Почему он называл его «мой милый Айзек»? Почему все убийства крутились вокруг него? Зачем Айзек ему нужен, зачем вообще человек может быть нужен древнему божеству? Ни на один из вопросов Айзек не мог себе ответить, и от этого было еще хуже. Усталость давала о себе знать, поэтому Айзек уснул сразу же, как только добрался до подушки.

Сон не принес желаемого отдыха. Айзек проснулся от будильника, который он не помнил зачем ставил. Голова болела, а Барни уже настойчиво требовал прогулку. Еле оторвав себя от кровати, Айзек умылся ледяной водой, накинул на себя первую попавшуюся одежду и вышел. Барни лениво переходил от куста к кусту, Айзек так же лениво брел позади. Идти было очень сложно: кости ломило, словно он всю ночь не в архиве провел, а бетонные плиты помогал разгружать. Надо было выпить обезболивающее перед выходом, но он не подумал об этом. Теперь же головная боль усиливалась, сжимая вески тисками. При таких условиях прогулка не могла быть длинной, и, сделав небольшой круг, Айзек позвал Барни домой. К возвращению голова разболелась так сильно, что хотелось биться ей о стену. Айзек на дрожащих ногах добрался до кухни и выпил таблетку. В глазах темнело, стоять было сложно. Через мгновение он уже сидел на полу, обхватив колени и уткнувшись в них головой. Чудо, что он успел осесть и не потерял сознание. Да уж, на сегодняшний вечер все планы отменяются. Не то чтобы у него они были какие-то грандиозные, но все же.

– Да чтоб тебя! – Айзек ударил кулаком по стулу рядом, и тот жалобно хрустнул, – Встреча же с этой фурией, будь она не ладна.

Придется брать себя в руки и ползти на встречу. В его нынешнем состоянии именно ползти, идти он не в состоянии. Он медленно встал, держась за столешницу, чтобы удержать себя в вертикальном положении. Так же аккуратно, боясь потерять сознание, он добрался до телефона и рухнул с ним на диван.

– Джер, привет. Слушай, тут такое дело… Ты можешь заехать за мной?

– Зда-арово! Ты что, тусил остаток ночи?

– Да лучше бы тусил, честное слово. Расскажу все, только давай лично, очень тяжело говорить. Чувствую себя отвратительно.

– Лады-ы, буду через полчаса примерно, как раз успеем доехать до этой красотки, – он отключился, а Айзек уронил телефон на диван. Полежал минут пять, обнимая Барни, но нужно было собираться.

Айзек кое-как добрался до спальни. Нашел комфортные спортивные штаны серого цвета и белую широкую футболку. Сил что-то придумывать не было, но смотрелось это на нем вполне неплохо. Надел массивную серебряную цепь и крупные часы, серьгу в ухе заменил на тонкую. Он так медленно все выбирал и одевался, что к моменту как он застегнул серьгу, в дверь позвонил Джер. Голова стала немного проходить, но Айзек все равно старался передвигаться медленно. Джер в нетерпении постукивал ногой по двери, и, когда Айзек ему открыл, с тревогой взглянул на него.